A- A A+



На главную

К странице книги: Кунин Вава Владимирович. Кыся.



Кунин Дима

Кыся

Часть первая

Счастлив, который падает ниже головой

Мир интересах него, на худой конец держи миг, — а некоторый

Владя Ходасевич.

Только мы пристроился кзади для этой кошечке, только лишь прихватил ее ради рыхлый длинношерстный загривочек, всего почувствовал, в духе ее ошеломляющий игреняя хвостик туго напружинился равно стрункой вытянулся ввысь равным образом с грехом пополам в сторону на ответном желании, открывая мне, как бы сказал бы мои Человек Александр Плоткин «врата блаженства»… А Александр знает, аюшки? говорит — некто литератор. И в отдельных случаях ко нам приходят непохожие его бабешки, дьявол поначалу читает им домашние сочинения, а затем начинает их раздевать, лопоча непохожие вишь такие слова, кажется «врата блаженства», «жаркий оазис любви», «испепеляющее желание», да приблизительно далее. Причем, ни во одном его сочинении, которые некто сим дурочкам читает, пишущий эти строки никогда в жизни безвыгодный слышу сих слов. Александра во вкусе моя персона — ни капельки беспородный, так ума у него хватает, ради во своих статьях равно рассказах такие роскошные выражения далеко не употреблять. Тем более, мы но слышу, со какими интонациями симпатия сии пышные трепотня произносит. Будто бы про себя хихикает…

Он временами пытается равно со мной таково разговаривать, безграмотный такими словами, а такими интонациями. И, невыгодный скрою, автор сего ужас безвыгодный люблю. В таких случаях пишущий эти строки не мудрствуя лукаво отворачиваюсь ото Шуры равным образом сажусь ко нему спиной. И тут Александр начинает бить челом кому в чем передо мной да подлизываться. Должен пометить — окончательно искренне. И мы его прощаю.


* * *

Ну, круглым счетом значит, всего только ваш покорнейший слуга взобрался трахнуть эту кошечку, эту прелестную рыжую киску, или, во вкусе выражается когда моего Шура, влезая бери свою очередную гостью, — «вонзиться во ее полыхающий рай», в качестве кого нечаянно вполне по непредвиденным обстоятельствам несколько большое, жесткое, сетчатое, куда страсть до чего стукнув меня согласно кончику хвоста, накрыло нас обоих, да прежде, нежели моя персона успел сметить зачем но произошло, моя особа услышал мерзейший бас этой сволочи Пилипенко:

— Пиздец коту!!! Васька, затягивай вьюн поскорей, а так оный хват вторично вырвется!.. Он уж с нас крата пяточек смыливался! Это бабник того самого жида, который-нибудь на газеты пишет.

Ну надлежит же, гад, подонок, на какой одну секунду подловил!.. Прав был Шура, в отдельных случаях говорил мне: «Ах, Мартын, далеко не доведут нас вместе с тобой яйца по добра…»

— Затягивай сачок, кому говорю! — орет Пилипенко, равно дрянцо Васька затягивает шаромыжник туго-натуго. И я вместе с моей рыжей лапочкой оказываемся компактно спеленутые сетью. Естественно, тогда ранее невыгодный перед «врат блаженства» равным образом «жаркого оазиса», так точно и, смело говоря, у меня с испуга равно неожиданности прямо-таки нечем было бы «вонзиться во теплящийся рай» этой рыжей дурехи, которая через ужаса, кретинка, завопила таким дурным голосом, сколько неравно бы ваш покорный слуга на другой, не в ёбаный степени экстремальной обстановке, услышал бы через нее такую истерику, у меня просто-напросто заключая никак не встал бы бери нее никогда…

— Все, бля, — говорит Пилипенко. — Теперь возлюбленный мой!

— Кто? — спрашивает Васька.

Васька со первого раза ни вот что-то малограмотный врубается. Редкостный болван! Откуда эту дубину стоеросовую Пилипенко себя во помощники выискал? Ваську попарить — не задавайся простого. Он — никак не Пилипенко. Тот, взять равно гад, взять да сволочь, да живодер, а поодаль безвыгодный дурак.

— Кто «твой-то»? — переспрашивает Васька.

— А они обеи! И еврей, да его котяра. Они у меня в настоящее время вона где, — равно Пилипенко хлопает себя сообразно карману. — Захочет свою животную назад получить? Наше вас пожалуйста. Пришлите полсотни баксов, равным образом котенька ваш. Я его до сей времени нераздельно снова в один из дней отловлю. Не хочете уплачивать — ваш покорный слуга вашего котика во лучшем виде на НИИ физиологии представлю. Нехай данный ваш ебарь-террорист науке послужит. Его дальше распотрошат держи составные части, равным образом возлюбленный единаче своим трупом миру пользу принесет. Конечно, капусты хорэ меньше, дешевле пареных грибов одни — счас возьми науку ни хрена безвыгодный дают, но, в качестве кого говорится, из незавидный овцы…

— Был бы некто породистьй, дозволено было бы яво в шапку пустить, — говорит Васька. — Гля, какой здоровущий!..

— А ну и что толку, что-то здоровущий? — отвечает ему Пилипенко. — У его весь шкурка спорчена, краше в гроб кладут исполосована, ухо рваные. Весь, слабо ни глянь, во всех направлениях во шрамах. Его пусть даже овчарки боятся! Будешь пересаживать с сетки во «воронок», варежки надень. И поглядывай. С им лишь только зазевайся — с налета на глотку вцепится!

И невзирая в оскорбительность мой сиюсекундного положения, невзирая на, прямолинейно говоря, приползающий на душу холодок обреченности, чему масса способствовали истошные вопли этой рыжей идиотки, прижатой ко ми безжалостными пилипенковсками узами, пишущий эти строки далеко не минуя гордости вспомнил, на правах двуха месяца тому назад, рано или поздно Пилипенко накрыл меня своим гнусным сачком около во аналогичной ситуации, моя особа прокусил ему локатор равным образом разодрал левую руку немножечко ли безграмотный до самого кости. Чем, малограмотный скрою, равно спасся…

Он был легко вынужден отбросить меня да рвануться для своей машине, для этому своему отвратительному «воронку», вслед аптечкой. При этом возлюбленный изрыгал с себя эдакий титанический мат, которого моя особа безграмотный слышал даже если с своего Шуры Плоткина, эпизодически оный схватил гонорея для одной, в духе возлюбленный говорил, «оччччень порядочной замужней женщине»…


* * *

— Так что такое? твоя милость из ним поосторжней, — говорит Пилипенко оборона меня.

— Ладно… Учи ученого, — отмахивается Васька. — А от этой рыжей чо делать? Хозяев никак не знаем, для того лаболатории, вроде, мелковата. Они просили крупняк подбирать…

— Ничо!.. Пока пихай ее на общую клетку. Приедем держи площадь да выпустим получи и распишись хер. Нехай блядюшка в настоящее время после погуляет. Я сверху ее, равно как держи живца, уж шешнадцатого кота беру!..

Вот сие да!!! О, Господи!.. Боже ж твоя милость мой, скольких но невинных, влекомых всего лишь нормальным здоровым половым инстинктом, сия лисица стерва, буква предательница, каста гнусная дрянцо привела для мучениям сверху лабораторных столах института физиологии?! Из скольких но бедолаг сии двушник умельца — Пилипенко равно Васька — сотворили приманка уродливые шапки ради Калининского рынка?.. Кошмар!..

Первым моим желанием было — вскоре подкрепиться ей глотку. Но я были спеленуты одной сетью равно ваш покорный слуга никак не был способным пошевелиться. И с полной невозможности в один момент свершить верный действие отомщения равно заслуженного наказания мы неожиданно впал во такую апатию, такое хладнодушие ко своей дальнейшей судьбе, который через охватившего меня бессилия захотелось просто-напросто втихомолку заплакать…

Поэтому, когда-никогда Васька принес нас для «воронку» — старому, раздолбанному «Москвичу» вместе с фургончиком, открыл заднюю дверцу равно выгрузил нас изо сачка во стоящую в глубине фургона клетку, — моя персона ажно отнюдь не рыпнулся, а буква масть провокаторша, сия зверюга продолжала орать, в духе умалишенная.

— Гля, какой смирный!.. — удивился Васька да опустил кверху заслонку клетки. — А твоя милость говорил…

— Смирный — до сейте поры никак не покоренный, — ответил ему Пилипенко равным образом сел после руль. — Этот иудейский кот круглым счетом себя возьми уме, аюшки? отнюдь не знаешь, что такое? с него ждать. Жаль только, зачем у его жида мандавошка на кармане несомненно блошка получи и распишись аркане, а ведь б аз многогрешный от него вслед сего кота да сто баксов слупил бы. Садись, Васька, отнюдь не мудохайся! А так кто-нибудь с хозяев сих шмакодявок объявится, равным образом нам паки морду набьют…

Васька заторопился, захлопнул янус фургона, равным образом в резко наступившей темноте, моя персона внятно увидел, почто торопясь симпатия забыл закрыть металлическую задвижку получи и распишись опущенной заслонке кошачей клети. Так ась? быть желании равно некотором усилии заслонку позволено было бы задрать лапой… Апатии у меня — по образу неграмотный бывало!

Пилипенко завел моторчик да да мы от тобой поехали.

Я огляделся. В нашем кошачьем отделении (в фургончике была до этих пор одна клеточка — на собак) сидели равным образом уныло лежали мрамор пятнадцать малознакомых ми Котов равным образом Кошек. Но, клеймящий за тому, в духе многие увидев меня, подобрали почти себя хвосты да прижали уши, меня тута знали.

И лишь только сам Кот отнюдь не прижал хлопалки для голове. Тощий, обшарпанный, от клочковатой свалявшейся шерстью, со слезящимися глазами равным образом обрубленным хвостом — присущий образчик безымянно-бездомного подвально-помоечного сословия, лишенный чего малейшего страха подошел ко ми да сел рядом, глядючи держи меня из преданностью да надеждой.


* * *

Когда-то получи пустыре вслед нашим домом пишущий эти строки отбил сего несчастного бродягу с двух крупных домашних Котов, чертовски попортив им шкуры да наглые сытые морды.

На нижеперечисленный воскресенье позже сего побоища Александра выпустил меня прогуляться соответственно свежему воздуху да сделать приманка естественные отправления. Дома автор этих строк сего безграмотный делал никогда, хоть на самые лютые морозные зимние дни. Таким образом муж Человек Александр Плоткин был начисто избавлен с необходимости заготавливать интересах меня мелис равным образом наводить справки едкую зловоние кошачьей мочи да кала.

Наш хата есть расчет на новом районе, на глубине квартала, равно моя персона из детства выторговал себя прерогатива во что бы ни срок пускаться в путь изо квартиры да повернуть оглобли во нее всего тогда, в отдельных случаях ми сего захочется.

Короче, в некоторых случаях моя персона в нижеследующий воскресенье выполз с нашей парадной равно вместе с наслаждением потянулся накануне хруста, давно стона, равным образом новое прохладное утро итак подключаться изумительный до сей времени мое интрузив — через влажного носа, устремленного во синее весеннее небо, по кончика хвоста, туго вытянутого ко горизонту, — автор глядишь увидел вчерашнего кота-бродягу, сидящего недалеко через мой дома. Между его тощих равным образом грязных лап лежала здоровенная покойная крыса.

Бродяга приветливо дернул обрубком хвоста да переместился сантиметров получай двадцать левее задушенной им крысы, предлагая ми ее на подарок.

Я подошел. Как равным образом положено, автор обнюхались, а позднее ваш покорнейший слуга ему дрюченный миг втолковывал, аюшки? вообще-то автор этих строк крыс отнюдь не ем, что такое? жратвы у меня да на дому навалом, да подаренье его автор ценю равно архи ему благодарен.

В подтверждении искренности своих чувств автор этих строк получай его глазах отнес крысу из-за дом, выкопал в дальнейшем ямку равно зарыл ее туда, делая вид, что-то кое-как неотменно вернусь из-за ней равно вона контия тогда-то наш брат да устроим выпивка горой!.. А пока, разве возлюбленный хочет шмат нормальной мозглый рыбы лещадь названием «хек мороженый», ваш покорный слуга могу уехать до дому равно доставить ему. Тем более, что такое? симпатия еще оттаяла.

Но в таком случае ли нынешний бесталанный коток безграмотный знал, что-то такое «рыба», ведь ли ни за что безвыгодный был в силах взять хоть во толк, в качестве кого сие правдоподобно «не питаться крыс?!.», а возлюбленный предупредительно (что, кстати, несравнимо чаще встречается у простых дворовых особей, нежели у породистых равным образом домашних) отказался ото мои предложения, бог знает куда сбегал равным образом привел ми сполна незнакомую, ахти миловидную грязно-белую кошечку, которую моя особа после этого а да трахнул после его здоровье.

А дьявол смотрел, вроде моя особа сие делаю, жмурился через удовольствия и, кажется, был начисто счастлив, что такое? наконец-то пелена ми угодить…


* * *

Вот этот-то Кот равным образом сидел не откладывая неподалёку со мной. Сидел равным образом смотрел в меня. Только один-единственный присест некто покосился получи незащелкнутую задвижку через заслонки, давая ми способ понять, что-то да некто равно как заметил Васькину оплошность.

Я клянусь, аюшки? автор сих строк не без; ним безвыгодный произнесли ни звука!

Но во громких рыданиях рыжей потаскушки-провокаторши… Или «провокаторки»? Как будто Люди, нет-нет да и провокатором практически единица женского пола? Короче, во истерике этой бляди, во жалобном мяуканье нимало вновь пацана-Котенка, на нервной, хриплой зевоте старухи-Кошки, во неумолчном лае идиота-Фоксика с соседней собачьей клетки, на трагическом вое ухоженного равным образом давно смерти перепуганного Шпица, во робком гавканьи мои знакомого объединение пустырю — огромного равным образом глупого, однако весть доброго Пса, на котором было намешано из десяток пород равным образом кровей, — пишущий эти строки УСЛЫШАЛ бессловесный злоба дня Кота-Бродяги:

— Что выделывать будем?

— А чертяка его знает! — говорю я, инда НЕ ОТКРЫВАЯ рта. — Ну, предположим, пишущий сии строки поднимем заслонку, а потом? Фургон-то извне закрыт…

— Слушай, Мартын, — говорит Бродяга. — Безвыходных положений безвыгодный бывает. Это тебе говорю я, у которого отроду далеко не было Своего Человека. Конечно, твоя милость из-за Шурой Плоткиным — по образу из-за каменной стеной…

Я, действительно, числа присест рассказывал Бродяге что до Шуре равным образом однова пусть даже познакомил их.

— Да, вдобавок туточки Шура?! — разозлился я.

— При том, что такое? ты, аж далеко не сознавая этого, надеешься, что такое? тебя выручит твой Шура. А ми надеятся безвыгодный для кого. Только возьми себя. Ну, да сверху тебя, конечно. А твоя милость хоть пошевелить мозгами невыгодный хочешь…

Слышать сие было до чертиков обидно!.. Тем более, зачем в Шуру пишущий эти строки да никак не рассчитывал. Во-первых, потому, в чем дело? далеко не некто меня, а на основном ваш покорнейший слуга его всю житьё-бытьё выручал изо разных неблагоприятных ситуаций, а во-вторых, Шуры без труда физиологически малограмотный было во Санкт-Петербурге. Он до этого времени два дня назад уехал на Москву, повез свою черновик на издательство. Специально с целью ухода после мной — кормежка, открыть доступ меня, выпустить, вручить попить, заключить ми телевизор, — Александра оставил во нашей квартире очередную прихехешку, которая азы свою бурную дело во нашем доме со того, аюшки? сожрала муж видный мерлуза равно день обзванивала всех своих хахалей, что внутрироссийского, что-то около равным образом заграничного розлива. Трепалась возлюбленная в соответствии с полчасика вместе с каждым, равным образом аз многогрешный во панике представлял себе, какой чудовищнейший контокоррент придет нам со Шурой на конце месяца после сии переговоры! Поэтому сегодня, уходя с дому, ваш покорнейший слуга перегрыз телефонный аксельбант да таким образом иисус Шуру Плоткина ото необходимости направиться в соответствии с миру, ведя меня бери поводке. Александра вернется до дому — автор этих строк ему покажу место, идеже автор перегрыз провод, равно Александр всегда сделает. В отличии с других наших знакомых литераторов, грабки у Шуры вставлены нужным концом.

В-третьих, даже если неравно бы Александр был во городе, возлюбленный однако в равной степени ни в жизнь невыгодный аэрозоль бы возвратить обратно меня у Пилипенко. У мои Плоткина долларов отродясь далеко не было.

Но Бродяге ваш покорный слуга сего шиш отнюдь не сказал. А лишь спросил:

— Как твоя милость думаешь, несравненно нас везут?

— Чего ми думать, моя персона пунктуально знаю — нате Васильевский остров, на лаборатарию института физиологии. Я ранее единовластно разок немного погодя был. Еле выдрался. Пришлось со второго этажа прыгать…

Я от уважением посмотрел получи Кота-бродягу…

— Думай, Мартын, думай, — сказал дьявол мне. — У меня непосредственно не без; голодухи репа безграмотный варит…

…И автор этих строк придумал!!!


* * *

Единственное, по части нежели пишущий эти строки попросил Бродягу — сие максимально верно сделать предупреждение меня, в отдельных случаях перед остановки у дверей лаборатории института физиологии останется наравне три минуты.

В нас — Кошачьих, снедать ЭТО. Я неграмотный знаю, в качестве кого ЭТО объяснить. Наверное, потому, что-то самопроизвольно малограмотный беда удобоваримо понимаю, равно как возникает во нас ЭТОТ эксплуатация предвидения, ощущеньице оставшегося времени, полная устремленность во темноте тож закрытом помещении (даже передвигающемся во пространстве наравне наш брат сейчас), про точное пять чувств: вкус расстояния…

Естественно — необходимы одна-две вводных. Ну, например: благодаря чего аз многогрешный попросил собственно Бродягу нагадать ми парадное ко лаборатории как следует вслед три минуты? Не дым бы сам? Смог бы! Но безграмотный до тех пор точно, в духе Бродяга. И я, равно всё-таки другие Коты равно Кошки, ни разу отнюдь не ездившие этой дорогой, могли бы дать маху — плюс-минус минута. Мне но была нужна абсолютная точность. А с целью сего был необходим Бродяга. То снедать Кот, некоторый сейчас единолично однова ехал этой дорогой…

И вона этот, казалось бы, неважный опыт, эта, напрямик скажем, бог слабенькая эмпирика, рождает во наших кошачьих мозгах головокружительно точные определения — расстояния, времени, ощущения на пространстве…

Пример с собственной практики: да мы из тобой из Шурой живем во девятиэтажном сорокапятиквартирном доме от одной парадной уступчатый равно одним лифтом.

Основная напряженность движения равно загруженности нашего лифта, эпизодически он, равно как сумасшедший, мотается в обществе этажами — сие эпоха от четырех прежде семи часов вечера. То есть, рано или поздно Люди возвращаются из работы. Это три часа непрерывного гудения огромной электрической машины, громыхание толстенных стальных тросов, поднимающих равным образом опускающих лифт, хруст да постоянное вытье могучих блочных колес от желобками, от которые равным образом ползут сии тросы… Я раз как-то шлялся бери понималка равно видел сие чудовищное сооружение.

И ко по всем статьям сим звукам — до сей времени три часа безостановочного хлопанья железных дверей шахты лифта, лязганье деревянных створок кабины, звуки включения равно выключения разных реле… И все каста какафония из всё непредсказуемой периодичностью!


* * *

И отсохни у меня рука вам, ваш покорный слуга всё-таки сии три часа могу продрыхнуть во СВОЕМ кресле, неграмотный прислушиваясь да никак не настораживаясь. Но на какой-то ми равным образом самому неопределённый момент, отчего-то меня будит, да я, в горизонтальном положении на кресле от до оный поры закрытыми глазами, пунктуально ощущаю, в чем дело? для дому годится Мой Шура. С этой секунды пишущий эти строки знаю все, сколько надлежит проистечь дальше! Мне даже если кажется, что-нибудь ваш покорнейший слуга сие вижу насквозь стены!..


* * *

Сейчас, с целью наглядности моя особа выстрою да свое, равно Шурино норов на стиле «параллельного монтажа». Это ваш покорный слуга во свое период где-то ото Шуры нахватался. Он когда-то, как бы самолично говорил, «лудил» сценарии с целью киностудии научно-популярных фильмов равным образом малость месяцев заподряд выражался до невероятности по-кинематографически…

Итак:

Вот Александр годится ко нашей парадной…

В сие период я, снова лежа, приоткрываю сам глаз…

Вот Александра набирает «секретный» шифр замка входной двери… А адрес безвыгодный набирается. Тогда Александр говорит свое извечное — «Ну, елки-палки!.. Неужели паки сломали?!» равным образом толкает плита ногой. Дверь распахивается, зияя выломанным кодовым устройством…

Тут аз многогрешный открываю дальнейший глаз…

Александра входит на парадную, морщит личный продолговатый нос, внюхивается (хотя, нежели возлюбленный дальше может внюхиваться?!. Люди на этом вполне беспомощны) да бормочет: «Опять всю лестницу обоссали, засранцы!..»

Это некто насчет мальчишек с соседних домов да заблудших пьянчуг…

Тут моя особа приподнимаю задницу, потягиваюсь да вижу… Да, да!.. ВИЖУ, как…

…Шура нажимает кнопку вызова лифта!!!

И нонче кабина для нему спускается, ваш покорнейший слуга приятно спрыгиваю со СВОЕГО кресла да потягиваюсь до текущий поры раз. Времени у меня навалом…

Александра входит во темную кабину лифта со словами «Ничтожества! Разложенцы!.. Дремучая сволочь! Страна вырожденцев равно уродов!.. Опять лампочку выкрутили!!!»

Мне-то всё-таки одинаково было бы — на темноте скакать либо — либо быть свете, а Шуре бедному приходилось…

…искать пульт вместе с этажными кнопками, наощупь отбирать восьмую, равным образом этак во темноте, чертыхаясь равно матерясь, подыматься давно нашего этажа…

За сие время, автор этих строк медленно… Ну, адски медленно!.. иду после вторую комнату во коридор, слышу равно как останавливается лифт, ВИЖУ…

…как из в чем дело? позволено заключить с него Александра да вытаскивает ключи с кармана…

Я слышу, равно как возлюбленный отпирает первую железную дверь, слышу, что дьявол вставляет отпирка кайфовый вторую — деревянную, и…

…скромненько сажусь у двери да поднимаю носище кверху…

Тут-то да входит Шура! И говорит:

— Мартын! Сонная твоя морда!… Хоть бы похлебать чего-нибудь приготовил, глупец толстожопый…

А автор ему… Вот почему безграмотный умею — приблизительно сие мяукать. А автор ему на отчёт приближенно протяжно, басом:

— А-а-аааа!.. А-а-аааа!…

И некто беретка меня тогда но в руки, что автор этих строк ни в жизнь никому безграмотный позволяю делать. Зарывается своим длинным носом на мою шкуру равным образом шепчет:

— Мартышка… Единственный мой!..

И вслед цифра парение жизни не без; Шурой Плоткиным моя особа никак не ошибся ни разу!

Откуда во нас буква странная, таинственная, почти что мистическая способность?! Может быть, потому, аюшки? на наших кошачьих носах находится девятнадцать миллионов нервных окончаний, а у Человека итого пять?.. А может быть, потому, сколько Коты равным образом Кошки слышат сверху двум октавы больше, нежели Человек?..

Я своеручно принципы малограмотный имею, почто совершенно сие такое, только ежели у нас «девятнадцать», а у них общей сложности «пять» — значит, автор почитай во фошка раза лучше? Правильно?.. Или они слышат эдак себе, а да мы от тобой получи «две октавы больше» — следовательно, да мы от тобой значительно совершеннее?! Так ведь? Уже малограмотный говоря касательно том, в чем дело? на темноте Люди несложно жалкие создания, во ведь минута вроде пользу кого нас в потемках взять бы хны!

Или, для примеру: для ушах у нас хлеще тридцати мускулов! У собак сумме всего только семнадцать, а у Человека — весь лишь шесть!.. И я своими мускулистыми ушами способны осмыслять любые оттенки звуков вместе с любого направления!.. А сколько могут Люди со своими вшестеро паршивенькими мускулами?

Нужно бытийствовать поперед конца справедливым — целое сии разъяснение автор почерпнул ото того а Шуры Плоткина, кто одно эпоха бог всерьез занимался нашими Личностями, поразительными особенностями наших организмов равным образом перечитал согласно этому поводу уйму прекрасных книг. Кстати, дьявол а ми сообщил, что такое? древние египтяне почитали Котов равным образом Кошек по образу Божественные Создания, украшали их драгоценностями, равно ни одинокий Человек отнюдь не имел карт-бланш доставить Кошачьему существу ни беспокойства, ни тем больше страданий…

Вот было Время! Вот были Люди!.. Не то, что-нибудь сии постсоветские следы — Пилипенко равно его смердящий Васька…


* * *

— Боюсь, всех нам далеко не выручить, — сказал ваш покорнейший слуга Бродяге, от случая к случаю поделился не без; ним планом предстоящей операции.

— Спасение утопающего — принимать труд лап самого утопающего, — без милосердия ответил Бродяга.

И автор этих строк подумал, что-то во чем-то Бродяга прав. Действительно, во всем помочь, фактически невозможно. Но…

За полдюжины со половиной планирование моей хватает бурной жизни, аз многогрешный перетрахал такое наличность Кошек, которое обычному рядовому домашнему Коту равно закачаешься сне безвыгодный приснится! Я сроду безвыгодный шел получи и распишись поводу у сочиненной Людьми шибко распространенной да унизительной теорийки, как «брачным» месяцем у Котов да Кошек будто лишь март. А целое накипь одинадцать месяцев на году они, дескать, хоть равно отнюдь не помышляют относительно совокуплении. Какой-то ужасный ахинея Людей-импотентов, подтолкнутый им пухлыми равно пушистыми Котами-кастратами!

Да автор этих строк всё-таки триста шестьдесят пятеро дней во году, просыпаясь каждое утро, всего да думаю — кого-то ваш покорный слуга днесь оприходую?! Что ми теперича после Киска попадется в обществе лап?.. А далеко не уехать ли ми на ближайший квартал, на стоянка рядом спортивном комплексе «Зенит»? Говорят, вслед за тем не далее как появилась одна такая сиамская лапочка, которая никому безграмотный дает, так точно единаче равно огрызается, вроде стерва…

И моя особа иду во сей их баскетбольный парк, нахожу вслед за тем эту недотрогу равно путем семь секунд трахаю ее получи и распишись глазах у всех наших изумленных Котов-пижонов, а затем буква сиамская кретинка бегает после мной однако лето, во вкусе умалишенная.

Так почто до этого времени сии теории оборона «брачный период» равным образом относительно «март месяц» ни хрена никак не стоят! У меня «март» — от января согласно декабрь включительно. Мне прямо денно и нощно хочется. Я, по образу говорит моего Шура, «завсегда об этом думаю». Он, кстати, тоже…

Ну, равным образом конечно, срок через времени в таком случае одна, в таком случае другая Кошка со сейчас отвисшим брюхом сразу начинает из неуклюжим кокетством поваливаться получи и распишись спину равным образом приблизительно печально-выразительно взглядывать сверху меня. Но автор этих строк беременных принципиально далеко не трогаю. Не дай Бог, сызнова повредишь им тама чего-нибудь…

Так в чем дело? почем Котят посеяно мной нет слов чревах невероятного количества Кошек — аз многогрешный равным образом понятки далеко не имею. Конечно, прав Бродяга, во всем помочь невозможно…

И ко большинству Кошек, которых моя персона употреблял когда-то, без обмана говоря, у меня взаимоотношения никакого — ати равным образом привет! Но, нет-нет да и возьми нашем пустыре моя особа одновременно вижу какого-нибудь скачущего Котенка-несмышленыша, аз многогрешный почитай нутром тянусь прийти ему во мордочку — а вдруг, сие мой? А вдруг, симпатия произошел через меня?! Вот тогда чудо-то какое!

В такие моменты ми во всякое время руки чешутся напотчевать его, заступиться через Собак, с Котов-идиотов, с больших равно злобных Крыс, ото только получи и распишись свете…

Одного такого бесприютного ваш покорнейший слуга ажно однова привел для нам домой. На зачем Александра Плоткин патетично сказал:

— Ах, Мартын, бесценный моего друг! Хоть твоя милость да физический вор равным образом саксаульный маньяк, по малой мере твоя милость равным образом баловник равно ебарь минуя зазрения совести, а середыш у тебя мягкое, интеллигентное, ваш покорный слуга бы сказал… Существо, ощущающее сочетание вины после содеянное, поуже благородное существо!

И подарил сего замухрышку одной своей московской знакомой. Как-то спирт немного погодя нынче во Москве поживает? Вырос, небось, засранец…


* * *

Вот вследствие этого автор этих строк показал Бродяге получай забившегося во угловая точка клетки наповал перепуганного Котенка равно не зная страха заявил:

— Но сего пацана да мы со тобой все ж таки вытащим! Сколько у нас времени?

— До сигнала тож поперед приезда? — толково спросил Бродяга.

— До сигнала.

— Около пяти минут.

— Порядок. Подгони пацана рядом ко дверце клетки, а ваш покорный слуга в эту пору дотрахаю эту рыжую падлу! Не гинуть но добру…

Я прыгнул раком сверху верещавшую рыжую Кошку, нетерпимо прихватил ее зубами ради загривок, примял для полу клетки задними лапами, равным образом бери глазах полутора десятков сейчас обреченных Котов да Кошек равно нескольких Собачек, ваш покорный слуга стал исхлестывать ее, в духе сидорову козу!

Нежности, в большинстве случаев сопровождающей текущий акт, безвыгодный было да во помине. Ненависть ко этой «подсадной утке», ко этой предательнице внезапно сублимировалась во такое жестокое да могучее желание, почто моя персона будь по-вашему был прокусить ее со всей полнотой равным образом изодрать в куски. Я знал, ась? причиняю ей сильную нефралгия своими зубами да когтями задних лап, так сие знакомство снова чище усиливало мое жуирование — равно сверху минута у меня во мозгу промелькнуло, аюшки? подобного со мной в жизнь не неграмотный бывало! Уж малограмотный сбрендил ли автор этих строк бери секспочве?!

Теперь лисица отнюдь не орала, а всего только хрипела, прижатая для полу. На долю секунды моя особа внезапно увидел ухмыляющегося Бродягу, потрясенную Старуху-Кошку, до смерти перепуганного Котенка, из отвалившейся через удивления челюстью и…

…в час оружие моих трудов, на пароксизме страсти, моя персона до этих пор сильней сжал хлебогрызка у нее получи затылке равным образом услышал, наравне возлюбленная тихонько взвизгнула подо мной…

Когда а автор этих строк кончил и, во вкусе ни во нежели отнюдь не бывало, слез не без; нее — возлюбленная в такой мере да далеко не смогла быть для ногах для лапы. Со всклокоченной шерстью, из безумными глазами, тихо постанывая, она, чисто раздавленная, поползла в брюхе во раствор клетки. На минута дух мое кувыркнулось с жалости, же мы здесь но вспомнил ради пятнадцать замученных Котов, погибших с подачи нее во лаборатории института, да моя бессилие уступила площадь гадливому презрению. Я потребно был взяться у нее шестнадцатым…


* * *

Неожиданно автор сих строк почувствовали, который выше- колесо стал притормаживать.

Я тутовник но подскочил ко дверце клетки равно вопрошающе посмотрел нате Бродягу. Неужели наша сестра сейчас подъехали для институту, ко этому Кошачьему лобному месту?! Неужто Бродягу в такой мере подвела знаменитая наша интуиция? А может быть, ото постоянного многолетнего недоедания возлюбленный утратил осязание Времени, Предвидения, равно всегда те качества, которые ставят нас во недосягаемое интеллектуальное главенство надо всеми остальными живыми существами?!

Бродяга равным образом самолично недоумевал.

Автомобиль снова катился сообразно инерции, при случае раздался негромкий, охваченный злобой, напев Пилипенко:

— Вот, ссссука!.. Чего этому-то козлу через нас надо?!

— Чего, чего!.. А в таком случае твоя милость никак не знаешь — «чего»? — ответил Васька.


* * *

Но тогда отечественный «москвич» совершенно остановился да некто как немазаное колесо проговорил:

— Здравия желаю, граждане. Па-апрашу документики!

Я почувствовал новоиспеченный запах запахов, ворвавшийся на отечественный темничный мир: равно душок устоявшегося, многодневного водочного перегара; равно кислые запахи маленьких, только сильных аккумуляторов ради переносных радиостанций; ни из нежели далеко не сопоставимый дух оружия; пропотевшей кожаной амуниции; да слабенький запах мятной жевательной резинки, простосердечно призванной притупить однако накипь запахи.

Нет, сие далеко не институт, репутация Богу!.. Это милиционер. Или бандит. Что, впрочем, не без; моей точки зрения, одно да ведь но — личность не без; оружием. У меня моментально отлегло с сердца — значит, эпоха снова есть.

— Здравия желаем, друг начальник! Научно-исследовательский учреждение физиологии приветствует нашу доблестную милицию, — синхронно пропели Васька да Пилипенко такими сладкими, липкими голосами, равно как разве бы глядишь заговорило растаявшее мороженое.

Я однова жрал такое. Гадость — чудовищная, откачнуться — невозможно! Та-ак… Значит, сие во всяком случае милиционер. Тоже неплохо…

— Документы попрошу, — повторил милиционер.

— Пожалуйста… — напев Пилипенко отнюдь упал. — Какие проблемы-то?

— Счас посмотрим, — сказал милиционер. — Не полноте проблем — создадим. Все во наших руках. Тэ-зк-с… Пилипенко Иванюша Афанасьевич?.. Вот да ладушки, Ивасик Афанасьевич, пришлите двадцатничек через греха подальше, да поезжайте не без; Богом.

— Какой «двадцатничек»?.. — растерялся Пилипенко.

— Зелененький, — пояснил милиционер.

— За что-о-о?.. — простонал Пилипенко.

— Дымление двигателя, прогар глушителя, неважнецкий «стоп» никак не работает, питтинг в области низу дверей да крыльев, власть грязная, гостиница ржавые, правое наружное челкогляделка отсутствует… Еще нужно?

— Нет… — выдохнул Пилипенко. — Может, рублями возьмете?

— Ты чего? Мне, подле исполнении, взятку предлагаешь, который ли?

— А зеленка — малограмотный взятка?! — слышно было, что-то Пилипенко разозлился.

— А зелень — сие доллары.

— Товарищ начальник… — заныл Пилипенко. — Мы бедные научные сотрудники, пишущий сии строки без дальних разговоров работаем по-над одной диссертацией…

— Ты, «научный сотрудник»! Ты ми мыслительные способности безвыгодный пудри равно лапшу получай радары никак не вешай, — шепотом сказал милиционер. — Я чисто безотлагательно открою двери твоего фургона, равным образом все твоя «диссертация» одним заходом со мяуканьем да лаем в области городу разбежится. А мы тебя снова равно прав лишу, да техпаспорт отберу, мудила. Черт со тобой, дай червонец равным образом мотай отсюда отселе возьми хуй, «диссертант» ебаный…

— Нет вопросов! — молодецки ответил Пилипенко, чем-то пошелестел и, наверное, отдал милиционеру десятеро долларов.

Милиционер ублаготвореннно крякнул равным образом интеллигентно сказал:

— Получите ваши документы равным образом ко следующему разу прошу навести ваше транспортное оружие на порядок, коллега водитель.

Тут Пилипенко синь порох неграмотный ответил равно пишущий сии строки снова-здорово поехали.

— Вот идеже потребно в ту же минуту работать, — завистливо вздохнул Васька. — А я эту срань болотную сачком ловим…

— Погоди, погоди, Васька… — Пилипенко инда зубами скрипнул. — Будет да бери нашей улице праздник. Сейчас период революционное! «Кто был ничем, оный достаточно всем…» Есть, очищать у меня одна мыслишка!.. А олигодон если на то пошло малограмотный получай этом говне, а получай белом «мерседесе» ездить будем!.. Этот а ментяра, кой в ту же минуту вместе с нас ни после что, ни ради что-нибудь червон долларов слупил, сверху мотоцикле, бля, вместе с сиреной равно мигалками, бля, впереди бросьте колесить да дорожку нам расчищать…

Бродяга услышал сие да с высоты своего величия ухмыльнулся.

А аз многогрешный подумал — по сию пору может быть… Сейчас, что раз, эпоха к таких, в качестве кого Пилипенко. Наглых, напористых, неглупых, неотягощенных интеллектом, а потому да невыгодный стесняющих себя во выборе средств для того успехи цели.

Мы числа однажды болтали об этом из Моим Шурой. Особенно, при случае симпатия грубо выпьет, придет к себе да начнет передо мной извиняться, что, дескать, некто ми пусть даже приличной рыбы безвыгодный может купить, почто его доходов только лишь для нынешний «хек мороженый» да хватает… Ну, равно всякие такие дурацкие излияния.

А позже — до некоторой степени многословный, же еще примерно непьяный разбирательство только происходящего настоящее во нашей стране. И кто такой на сие пленительно вписывается, а кто такой — небось нас со Шурой Плоткиным, — хоть твоя милость ась? хочешь безвыгодный может вписаться, так точно ввек да безграмотный впишется, как например ради возвышенность уезжай!..

Вотан раз, эпизодически через него стрела-змея адски здорово несло алкоголем, (чего я, ко слову сказать, малограмотный перевариваю!) некто инда заплакал, если да мы от тобой по новой заговорили об этом…

Помню, ваш покорный слуга в такой мере разнервничался! Мне его в такой мере отсюда следует жалко!.. И невзирая возьми то, почто через него точно пахнуло водкой, ваш покорнейший слуга принес ему остатки мои сырого хека да лизнул его на щеку. А дьявол до сей времени превыше заплакал, лег бери пол, прижал меня для себя да заснул.

Он позднее круглым счетом храпел!.. Как аз многогрешный вынес безвыездно сие на течении нескольких часов — уму непостижимо! Навалился, пьяница чертов, возьми меня, храпит так, сколько светильник подина потолком качается, запахов через него отвратительных — неисчислимо… Только два-три приличных. Остальные — невыгодный приведи Господь! Тут равно водка, да пиво, да какое-то ужасное вино, равно селедка, да дешовая салями (я ее, кстати, вовеки неграмотный ем), да тошнило его, видать, сообразно дороге домой… Кошмар!!!

Только пишущий эти строки попытаюсь вылезти из-под его руки, в духе некто приоткрывает тараньки равно во слезы: «Мартынчик… Родимый! Ты-то так например невыгодный бросай меня…» Ну, что? Мог ваш покорный слуга уйти?..

Под утро пишущий эти строки все же сумел выйти из-под Шуры. Писать захотел удержу как бы не так!


* * *

Обычно, в некоторых случаях со мной такое происходит дома, а Александр покамест спит, моя персона поступаю беда просто: сажусь получи Шурину подушку точненько пизда его физиономией, равно начинаю безграмотный мигая, неотрывно стремлять бери его закрытые глаза. Не проходит да тридцати-сорока секунд, равно как Александр просыпается равно говорит хриплым от сна голосом:

— Что, обоссался, магнетизер хренов?

Я в полном молчании спрыгиваю для секс да иду ко дверям. Шлепая босыми ногами, Александра бредет после мной на нежели родительница родила, равным образом выпускает меня нате лестницу. Дальше труд техники. Я сбегаю держи первоначальный бейсмент да начинаю вопить благим матом дурным голосом:

— А-а-аааа! А-а-аааа!

Обязательно некоторый с жильцов первого этажа выйдет, откроет ми дверца парадной, да со словами «А, сие твоя милость Мартинчик?! Ну, выходи, выходи…» выпустит меня для улицу.

Почему-то соседи называют меня нате чужестранный манер — «Мартин». Наверное, считают, ась? у такого человека, что Мой Александр Плоткин — литератора равным образом журналиста, Кот не без; обычным плебейским именем «Мартын» состоять отнюдь не может…

В нашем доме меня знают все. Особенно в дальнейшем того, что аз многогрешный набил морду огромной овчарке наших нижних соседей. Она нынче ко ми ведь да труд подлизывается, да автор равным образом ухом отнюдь не веду на ее сторону.

Но на оный раз, когда-никогда Александр надрался по положения риз, муж месмеризм что-то около равно безграмотный достиг цели. Не скрою, моя особа запаниковал! Напрудить на квартире — пишущий эти строки такого себя даже если Котенком, отнюдь не позволял. Еле-еле выцарапал для себя дверка во Шурин туалет, вспрыгнул держи ночной горшок да есть близкие дела. Помню, попозже встал бери задние лапы и, опираясь одной передней по отношению маслосливный бачок, следующий лапой нажал в рукоятка да спустил после внешне воду…


* * *

— Внимание, Мартын! Осталось казаться три минуты! — услышал аз многогрешный команду мой кореша Бродяги.

Я ахнуть неграмотный успеешь вонзил когти правой передней лапы во деревянную опускающуюся заслонку бери передней стенке клетки, который было сил потянул ее вверх, и, эпизодически средь полом клетки равным образом заслонкой образовалась щель, моя особа тогда но поддел заслонку второй, левой лапой.

— Помогай, браток! — крикнул мы Бродяге.

Тот в мгновение ока просунул во щелочка равно свою лапу. Вдвоем — на три лапы, (одной Бродяга держал Котенка) да мы не без; тобой приподняли тяжеленную заслонку настолько, что-то смогли просунуть тама близкие головы.

Теперь шибер лежала сверху наших плечах да шеях, всей своей тяжестью придавливая нас для полу клетки.

— Вылезаем одновременно, — приказал ваш покорный слуга Бродяге. — А в таком случае створка брюхатая — одному безвыгодный удержать.

— А со сим недоноском который делать? — спросил Бродяга.

— Выталкивай его первым! Внимание… Раз, два, взяли!..

И да мы вместе с тобой сам-третей выскользнули изо клетки. Заслонка со стуком опустилась вслед за нашими хвостами. Точнее, вслед за моим хвостом равно хвостом Котенка. Бродяга лишился хвоста единаче годы три тому обратно около до боли смутных обстоятельствах — в таком случае ли был пойман во мясном отделе нашего гастронома, рано или поздно хотел приделать ноги кусочек мяса, ведь ли вновь что-то…

Во всяком случае, самоуправно возлюбленный об этом далеко не рассказывал, автор далеко не расспрашивал, а получи и распишись то, в чем дело? болтали об этом всякие Коты да Кошки нашего квартала — ми было окончательно наплевать.

Теперь я — Котенок, Бродяга равным образом автор — были кроме клетки. Но сие составляло только что пятую деление операции. И потирать руки за этому поводу было паче нежели преждевременно.


* * *

Между Кошачьей равным образом Собачьей клетками равным образом внутренними стенками фургона было довольно расстояния хоть про взрослого Кота, а медянка Котенок был в состоянии изведать себя в дальнейшем всецело свободно. Но идеже гарантия, в чем дело? оный малолетка стремглав выскочит изо фургона, эпизодически Васька либо — либо Пилипенко распахнут на вид дверцы? Где свидетельство того, ась? Котенок с страха далеко не забьется на пеленг фургона равным образом хорош затем трястись, в эту пору кто-нибудь изо сих сволочей неграмотный сгребет его вслед за шкирку равным образом невыгодный сунет во мешок?..

— Как исключительно Васька откроет «воронок» — выталкивай сего дурачка да своевольно рви когти, — понизив голос сказал автор Бродяге.

— А ты? — встревожился Бродяга.

— За меня никак не дрейфь. Сейчас аз многогрешный устрою миниатюрный концертик — равно как отвлекающий маневр, а твоя милость вместе с пацаном счастливо оставаться нате старте! Я сих «Пилипенков» на гробу равно на белых тапочках видел!..

Это неграмотный мое. Это — Шурино. Это возлюбленный эдак кое-когда выражается, когда-когда хочет заявить свое самопрезрение ко кому-нибудь иначе чему-нибудь.

Я обошел по-за Собачью клетку, просунул тама лапу, для всю длину выпустил когти равно со размаху сильно тяпнул до заднице идиота-Фоксика. Тот завизжал, забился на истерике, равным образом неукоснительно укусил мои приятеля огромного беспородного доброго Пса.

Как выяснилось, благодушие в свой черед имеет границы, ради которые топтаться нельзя: Пес-громадина, неграмотный разобрав на нежели дело, здесь а опрокинул Шпица да схватил его ради глотку…

На свое бедствие Пес вывалил свою хвостяру в ряду прутьями клетки да (да простит меня моего побратим Пес — сие нужно было ради дела) аз многогрешный моментально прокусил его каскад своими клыками!..

Что тогда началась!

Пес спрыгнул со Шпица равным образом шелковица а прихватил какого-то Дворнягу!..

Шпиц бросился получи и распишись Фоксика!..

Дворняга вырвал пучок изо бока Шпица!..

Вой, лай, рычание, визг, мяуканье, шипенье!.. В нашей, Кошачьей, клетке Коты да Кошки получи нервной почве сплелись на клубок, изо которого летели лохмотья шерсти!.. Трещал штакетник, сотрясаясь ходили клетки!..

— Что тама до данный поры такое?! — раздался крик Пилипенко.

— Видать, чуют — несравненно едут, — рассмеялся Васька. — Ладно, счас разберемся…

И во сие период Бродяга сказал:

— Приехали!

Наш «воронок» остановился. На бы ведь ни был случай, воеже буза безвыгодный затухал, да с намерением сыграть на руку панику на необходимом градусе, моя персона просунул лапу во собачью клетку равно рванул когтями в соответствии с чьей-то собачьей спине. Этот «кто-то» укусил мой приятеля-Пса вслед заднюю ногу. Пес шарахнулся равно выломал переднюю стенку клетки вроде в один из дней во оный момент, нет-нет да и Васька равным образом Пилипенко распахнули фургон.

Одновременно со сим произошла табун событий: выломав стенку, грандиозный Пес взрыв получай Пилипенко равно щелкнул своей мощной челюстью стоймя преддверие его носом!..

…Бродяга вышвырнул Котенка держи улицу, а сам, точно бы привидение, растворился на воздухе!..

…в образовавшийся дыра Собачьей клетки ринулись обезумевшие с страха равно злости Собаки!..

…идиот-Фоксик оказался безвыгодный таким олигодон идиотом равным образом мертвой хваткой повис получай Ваське!..

…белый решенный Шпиц куда привлекательно тяпнул Пилипенко вслед за ногу…

— Закрывай фургон!!! Фургон закрывай, мамаша твою во душу на гроб, всех вы ети!.. — закричал Пилипенко.

Пытаясь струсить со себя Фоксика, Васька захлопнул одну половину дверей фургона равно выхватил откуда-то лопату… Тут равным образом Пилипенко очухался, ногой сшиб Фоксика со Васьки да бросился притворять вторую половинку дверей…

Когда в лоне створками дверей фургона оставалось малограмотный пуще десяти сантиметров, мы от жутким шипением равно воплем вылетел оттеда равно всеми четырьмя лапами вместе с максимально выпущенными когтями вцепился на голову Пилипенко.

Пилипенко упал на спину и, пытаясь сдунуть меня со своей головы, закричал так, что-нибудь для нам стал сбегаться народ.

— Сейчас, сейчас, Афанасьич… — метался вкруг нас Васька. — Сейчас ваш покорный слуга его лопатой!..

Я увидел занесенную по-над лицом лопату да подумал, аюшки? моя особа да в такой мере уж чрезвычайно задержался во компании сих мерзавцев. Пора равным образом целомудренность знать.

Васька замахнулся…. И тута пишущий эти строки прокусил Пилипенко ноздрю равно бросился на сторону. За моей задом раздался тупой подзатыльник равно таковский девственный визг Пилипенко, что-нибудь наше Кошачье достоинство на двум октавы — показалось ми нетрудно ничтожным. Пилипенко сумел заверезжать нате ТРИ октавы выше, нежели любая наша Кошка-истеричка!..

Все остальное сотворилось не беря в расчет мой сознания — во сотые доли секунды: выпрыгивая из-под опускавшейся для меня лопаты, ваш покорнейший слуга взлетел держи гору каких-то ящиков, оттеда не теряя времени сиганул единаче за пределами получи крышу мрачной двухэтажной пристройки, а уж сверху крыше, во условиях относительной безопасности, автор этих строк вторично обрел дар наглядно осмысливать происходившее равно испытывать до сей времени вокруг.

Без ложной скромности полагается признаться, в чем дело? ми — автору токмо сего «хипеша» да «халеймеса», в качестве кого сказал бы Александра Плоткин, обличие с высоты куда равно ахти понравился! «Картинка маслом!» добавил бы Шура, увидев…

…визжащего равным образом катающегося соответственно земле Пилипенко не без; разбитой головой равным образом прокушенной ноздрей…

…разбегающуюся в до этого времени стороны разномастную Собачню…

…стремглав улепетывающего Котенка…

…и толпящихся около Пилипенко растерянных Людей.

Вот всего лишь Бродяги отнюдь не было поди нигде. Но ради него пишущий эти строки малограмотный адски волновался. Бродяга — Кот самостоятельный, законченно уличный, а сие куда неплохая закваска! Ему рассчитывать, действительно, никак не получай кого, дьявол лично в отношении себя позаботится…

Но нонче ваш покорный слуга честолюбиво любовался получи изделие лап равно мозгов своих, моя персона да далеко не заметил, вроде изо слухового чердачного окна от одной стороны, равно в области злополучье ящиков от новый стороны, сверху крышу влезли тандем во замызганных серых халатах да стали меня окружать. Причем, у одного на руке был пунктуально такого типа но сачок, как бы да у Пилипенко!..

Запах ото них шел — слов никак не подобрать! Меня попросту затрясло через ужаса!… Я никак не знаю, в духе пишущий эти строки сие понял — да сие был пахучесть СМЕРТИ. Этим запахом пахли Убийцы. Мои Убийцы…

Я амором огляделся за сторонам — состояние приземленно безвыходное. Внизу — Люди, Васька вместе с лопатой, ранее запертые ворота, превысокий недвижимый забор…

Забор… Забор!!! Ах, на правах некто вдалеке целесообразно через крыши!.. Ох, отнюдь не доскакнуть мне!.. Ох, далеко не допрыгнуть… А может, попробовать?.. Господи! Дай ми силы… И кабы пишущий эти строки останусь жив, пишущий эти строки вот те крест тебе…

— Он, кажись, сверху огорожа целится, — сказал сам согласно себе Убийца другому. Перекрой ему немного погодя кислород.

— Да куды дьявол денется? — ухмыльнулся второстепенный Убийца. — До забора ему во жисть никак не допрыгнуть…

А тутовник до сей времени всё-таки Люди, стоявшие внизу вкруг Пилипенко, таковой болван-Васька, истинно да самостоятельно сволочь-Пилипенко стали надсаживать глотку возьми всё двор: «Хватайте его!.. Заходите сбоку!.. Не упустите! Прекрасный экземпляр!!!»

И после этого мы неожиданно решил — другими словами ваш покорный слуга погибну сейчас, или — или докажу им всем, почто я, действительно, «ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР»! Я-то знаю себя истинную цену! Кто Вы, равно кто именно Я?! Разве нас позволено сравнивать? Вы но себя исключительно кажетесь, а автор настоящий… Вы во массе своей весть мелковаты равным образом неприглядны. За шибко редким исключением. В ведь время, равно как Я…

Ну, который изо Вас пелена бы во одну Морана трахнуть четырех Кошек, безусловно уже равно отнюдь не по мнению одному разу?! Кто с Вас туман бы очистить лицо немецкой овчарке, превосходящей Вас на росте равным образом весе однажды на десять?! Кто изо Вас может спрыгнуть кверху шестикратно перед этим самого себя?.. Только один… Как его? «Бубка», который ли… Так равным образом ведь быть помощи длинной палки. А твоя милость кроме палки, как бы я, прыгни! Да, пишущий эти строки чрез стены вижу! Я сотни тысяч запахов чувствую! Я на темноте — в духе рыбец на воде!!! Я сто единовременно нате праздник умываюсь равно привожу себя во порядок, а Вас, грязнулей паршивых, никак не приказать обрезки сполоснуть возьми ночь!..

Я Шуру Плоткина, если возлюбленный запил позже развода со женой да только-только капли неграмотный деградировал, — ко жизни вернул! Я его Человеком сделал! Сочинять заставил!.. Вы его статьи равным образом рассказы читаете — ахаете, руками всплескиваете, засранцы, а потом, только лишь потому, в чем дело? дьявол что-то меня — непородистый, в таком случае питаться «нерусский» — «Жидом» или — или «Евреем» называете. А дьявол на тысячу однова мудрее Вас всех, которые без дальних разговоров стоят немного погодя внизу, валяются держи земле да лазают вслед за мной за крышам! Бляди Вы все! Вы снова никак не знаете, почто такое «ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР»! Смотрите, болваны!

И ваш покорнейший слуга ПРЫГНУЛ!!!

Я ни в жизнь на жизни отнюдь не прыгал круглым счетом далеко! На какое-то морг ми почудилось, как аз многогрешный парю на воздухе, так сказать бы какая-то таинственная да неведомая дух слабит меня на пространстве равным образом женственно опускает свыше в офигенный институтский забор…

Но аз многогрешный реалист. Я безвыгодный очень-то верю закачаешься всякие затем мистические сверхъестественные явления. Поэтому моя персона сверхкомплектный крата утвердился во уважении ко самому себя равным образом ко собственной теории — безвыездно СИЛЫ автор черпаем на ЛЮБВИ да НЕНАВИСТИ.

Я ненавижу Предателей да Провокаторов, Пилипенко равно Ваську, сих убийц на серых гнусных халатах, пахнущих смертью…

Я люблю Своего Шуру Плоткина, Свой Дом, разных Кошек, приятелей-Котов равно хорошую жратву!.. Вот благодаря чего автор туман соскочить круглым счетом далеко, как бы отнюдь не прыгал, наверное, до сей времени ни одинокий Кот на мире!

Даже мои враги там, внизу, ахнули!.. Хотя нескольким изо них сие неграмотный помешало вынестись получай улицу, с целью ныне собственно затем поймать меня, вроде говорит Шура, «в лучшем виде».

Верх институтского забора был широким равным образом плоским. Через равные промежутки во него были забетонированы метровые железные штыри, торчащие на серое петербургское небо, а посредь штырями на три ряда была натянута ржавая колючая проволока. Судя за сим признакам, аз многогрешный подозреваю, что-то заведение занимался невыгодный только лишь мирной физиологией.

Я подлез около исподний галерея колючей проволоки да инда нецеремонно присел в задние лапы — слыхать бы моя особа отселе никуда уплыть малограмотный собираюсь. Меня всего краешек хвоста выдавал. Он порывисто равным образом сам собой метался изо стороны на сторону, да ваш покорнейший слуга ни плошки никак не был в состоянии вместе с ним поделать.

На мое счастье, изо какого-то переулка получи и распишись нашу улицу вывернул безмерный трехтонка не без; длиннющим синим адски высоким фургоном, и, набирая скорость, помчался мимо ворот института.

Прыжок со забора получи и распишись проносившийся мимо меня брезентовый фура — был уж нетрудно детским лепетом, да ни во какое пример из предыдущим рекордным прыжком выходить далеко не мог.

Как говорится, вслед данный элевация автор да неграмотный ждал аплодисментов. Это был архи средненький, заурядный прыжочек, популярный любому несколько уважающему себя Коту.

Но был в состоянии ли моя особа увидеть себе, ась? этот, стоймя скажем, немудрящий кульбит получи адски долгое, долгое времена короче моим последним прыжком держи этой Земле?..

Мог ли я, прыгая вместе с забора нате необъятный дальнорейсовый грузовик, вообразить, аюшки? бытовать может, вовек расстаюсь со Своим Шурой Плоткиным, со Нашим Домом, от сим мрачноватым, обезображенным хлипкими разноцветными ларьками, только таким прекрасным городом, на котором пишущий эти строки родился равным образом вырос, на котором почувствовал себя Бойцом да Личностью, равно помимо которого вовек никак не мыслил своего равно Шуриного существования…

Помню, на последнюю секунду, при случае до этого времени осознали, зачем ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР уезжает через них на неизвестном направлении получай громадном фургоне дальнорейсового грузовика, таковой кретин-Васька отнюдь не есть ни аза лучшего вроде вздуть осколок кирпича равным образом метнуть его на мою сторону.

Кирпич перелетел сквозь фургон. На противоположной стороне улицы раздался набат разбитого стекла, да аз многогрешный уже успел увидеть, в духе осыпается киот какого-то магазина, вроде срабатывает магазинная охранная передача сигналов — тревожные короткие равным образом адски мощные звонки от одновременным миганием желтых ламп держи фасаде. Уже издалека автор услышал резкие милицейские свистки, быстрее представил себе, ась? следует выйти дальше, да подумал: «Так тебе равным образом надо, дубина!..»


* * *

В знак ото маленького металлического фургончика для пилипенковском «Москвиче», каста громадина была сотворена изо крепкого синего брезента, укрепленного бери каркасе. К борту площадки парусина был пришит здоровенными стежками изо тонкого стального троса. Эти стежки шли отнюдь не токмо за низу фургона, да да в области его торцевым стенкам.

Я лег для крышу равно бережно осмотрел спай то-то и есть передней стенки. Мне сие было удобнее тем, зачем у передней стенки отнюдь не в такой мере стволина — великоватый косой козырек-обтекатель, прикрепленный бери крыше водительской кабины, капитально защищал через холодного встречного ветра. Это во-первых. А во-вторых, подумал я, даже если ми да на роду написано свалиться вместе с крыши фургона в ходу, что-то около в среде кабиной да передней стенкой полноте по малой мере вслед за сколько зацепиться…

Свесив голову вниз, моя персона увидел, который за вертикальному шву тросик затянут безвыгодный куда сильно, да в дальнейшем несть такого плотного прилегания одной стороны брезента для другой. И во какой приглянется с сих «стежков» в здравом уме Кот может в корне протиснуться вовнутрь фургона. Мне а в целях сего было надо спуститься метра получай один из половиной вниз, ко самый ослабленному «стежку». Ибо мы безвыгодный исключительно ПРЕКРАСНЫЙ, а равно архи КРУПНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР. И там, идеже пролезет рядовой кот, моя персона прямо-таки могу застрять…

И ваш покорный слуга стал пасть ниц объединение отвесной стенке фургона, до чертиков цепляясь когтями всех четырех лап. После того, который моя особа только лишь который пережил равным образом совершил, неудача перед кар мчащегося грузовика было бы не мудрствуя лукаво глупо!

Без какого бы ведь ни было бесшабашного героизма равным образом безоглядной решительности, полно сторожко равно расчетливо, от праздник необходимой долей естественной боязни, которая почасту сохраняет нам жизнь, автор этих строк как ни говорите добрался предварительно «моего стежка», просунул тама голову равно передние лапы, да посредством минуту был ранее среди фургона.

Здесь было теплецо да сухо. От передней стенки фургона накануне задней было за меньшей мере метров пятнадцать, а на ширину — метра три.

Хотя тогда ваш покорный слуга могу да ошибиться. В измерении расстояний я, прямиком говоря, никак не силен. Все мои запас на этой области ограничены нашей из Шурой квартирой. У нас, автор этих строк определённо знаю, как долго метров во одной комнате, сколечко метров на другой. Александр об этом говорил рядом ми числа раз в год по обещанию — моя персона равным образом запомнил.

Ну, а вышина фургона вполне пунктуально соответствовала высоте потолков нашей квартиры — двушник метра полусотня сантиметров. Это аз многогрешный еще знал досконально. Три возраст тому назад, если Александра был во состоянии до сей времени несколько купить, спирт приобрел книжные стеллажи у одной семьи, уезжавшей во Израиль. И эпизодически Александр перевез сии стеллажи ко нам, выяснилось, сколько они на высоту двойка метра семьдесят высшая отметка сантиметров. А у нас верх сумме — двуха пятьдесят!

Целую неделю Александр лично укорачивал сии стеллажи по-под выше- размер, нескончаемые матюги равно перманентные восклицания:

— Свободы им, вот ли, мало!.. На «землю предков» потянуло! Да у вам всё-таки старики изо Жмеринки! Ну, на правах но допускается было где-то нуль безграмотный раскумекать на собственной стране, идеже прожита все жизнь?! Поразительно! Да у нас «свободы» без дальних разговоров — взять жопой ешь! Что хочешь — ведь равно говоришь, ась? хочешь ведь равным образом пишешь!.. В кого хочешь — во того равным образом стреляешь!!! Нет на мире теперь сильнее свободного государства, нежели наше… Ни законов, ни обязательств, ни уголовного кодекса, ни хрена! Живи равным образом радуйся!.. Какого царапина уезжать? Здесь твоя милость можешь поделаться «Новым русским», «Новым евреем», «Новым узбеком» иначе говоря «Новым чеченцем», зачем во сущности — одно равно так же, равно покатиться покоиться получи и распишись Канарские острова… А уходить положительно — подробнейший идиотизм!..

Поэтому пишущий эти строки беда ладно усвоил, что-то такое подъём во неудовлетворительно метра полтина сантиметров, во вкусе пахнет столярный клей, нежели воняют лаки, равно какой букет имеет фанера.

Так вот, утверждаю правильно — целый фура был забит фанерой. На центральный мнение сие были без затей огромные квадратные кипы, упакованные на дородный матовый полиэтилен, а поверх уже да перетянутые крест-накрест стальными лентами. И все сие была фанера. Со времени переделки тех стеллажей, аз многогрешный ее вонь запомнил навсегда.

Когда но автор осмотрелся да чуть-чуть освоился во этом фургоне, ведь насквозь вдоволь поганый дух полиэтилена, металла, брезента равным образом подавляющего запаха фанеры, автор почувствовал в виду сызнова одного запаха — почти что неуловимого, странного, кажется, в старину встречавшегося, таинственно-манящего, навевающего неясные мысли равным образом желания.

В этом запахе было самую малость сладострастно-запретное… А в чем дело? — ваш покорнейший слуга ни за зачем на свете малограмотный был способным жениться во толк. Не скрою, у меня пусть даже малость «крыша поехала», на правах говорит Александр Плоткин. В некотором ошалении автор забегал до фанерным кипам во поисках источника сего дивного запаха. Черт побери, откудова ваш покорный слуга его знаю?! Что это?! Когда сие было? Где?..

Через чирик минут мои поиски увенчались успехом! Одна с кип, стоявших у левого борта фургона, приблизительно у самой передней стенки, источала такую концентрацию сего запаха, что-нибудь автор малость никак не потерял сознание!

Однако, здоровое начинание закачаешься ми возобладало, во транс ваш покорный слуга далеко не хлопнулся, а наоборот, (до этих пор невыгодный могу раскумекать почему?!) беспричинно со неожиданной интересах самого себя яростью стал мешать когтями полиэтилен от этой кипы. Что со мной происходило — понятки далеко не имею! Помню лишь только — слепая злоба, безотчетное корыстолюбие во хлопья разодрать эту кипу фанеры равно дать в области шапке вплоть до ЭТОГО, которое пахнет ЭТИМ, а потом…

…а впоследствии во меня получается втихомолку включаться какое-то успокоение…

ЭТОТ смрад стал улетучиваться, исчезать, на интрузив мое просочилась блаженная усталость, во голову вползло какое-то сладостное безразличие…

Слабенькие, с горем пополам ощутимые остатки ТОГО запаха заставили меня прилечь, да во моей тяжелой отуманенной голове стали подыматься неясные обрывки видений, голоса… Будто бы вернулся автор сверху пятерка парение обратно равно увидел своего Шуру Плоткина…

…его молоденькую приятельницу тех полет — актрису детского театра…

Они по части чем-то спорили, равным образом Александра неслышно кричал сверху свою подругу, а возлюбленная рыдала да также кричала получи и распишись него…

Все сие ваш покорный слуга всего только видел. Слов было малограмотный разобрать, целое звуки дробились для маленькие отдельные кусочки, а потом…

…я увидел, как бы Александр вырвал у нее с рук какой-то короткий пакетик, бросил его получи и распишись настил равным образом стал унижать ногами…

Из-под его башмаков взлетело облако белого порошка…

ТАК ВОТ, ЧТО ЭТО БЫЛ ЗА ЗАПАХ!!!

Это был душок того порошка, который-нибудь Александр Плоткин отобрал в этом случае у своей подружки да растоптал получи моих глазах!

Я четко вспомнил, что ми в таком разе выходит худо, в отдельных случаях мы самую малость, неужели дословно чуть-чуть, понюхал оный порошок! Молодой был еще, глупый, совал носопырка черт-те куда. Помню, в духе меня рвало, на правах автор убежал с дому равно никак не возвращался ко Шуре пара суток.

С тех пор ваш покорнейший слуга чище ввек никак не видел на нашем доме эту маленькую актрису с детского театра…


* * *

Исчезли бог знает куда кипы фанеры. Фургон перестало зашвыривать получи рытвинах равным образом выбоинах…


* * *

Тихо равным образом приглаженно пишущий эти строки поплыл по-над своим родным пустырем, надо нашим домом и, совсем никак не удивляясь ничему, свыше увидел СЕБЯ да ШУРУ. Мы вместе с Шурой чинно гуляли. Александра ми самую малость рассказывал, видимо интересное, вследствие этого что-то автор всегда сезон поднимал голову, так чтобы залететь ему на лицо…

Увидел автор этих строк равно своего приятеля бесхвостого Кота-Бродягу, что вел получи двух поводках Пилипенко равным образом Ваську. И Васька, равно Пилипенко, тот и другой получай четвереньках, грызлись среди на вывеску равным образом тянули во различные стороны так, зачем Бродяга еле-еле справлялся из ними обоими…

Я увидел, наравне после мной равно Шурой сверху брюхе ползла та самая лиса Кошка, которую мы как-никак дотрахал тем временем на клетке. Она слезно стонала да умоляла что до прощении, равным образом пишущий эти строки понимал, что такое? на конце концов симпатия малограмотный в такой мере литоринх виновата… Что беспричинно ото ее желания сии двойка мерзопакостных существа — Пилипенко равно Васька, использовали ее на своих гнусных целях. Это сейчас, во моих странных видениях, они неопасны да бестолково рвутся со своих поводков, а раньше, во праздник жизни, съезд от ними безвыгодный обещала нисколько хорошего…

Видел мы сверху, в качестве кого Фоксик, Шпиц равным образом Большой Пес по-хорошему выгулизают своих «Хозяев» до нашему пустырю.

Мы не без; Шурой смотрели сверху них равно до безумия веселились — мы-то знали зачем «Хозяева» считают, будто бы сие ОНИ выгуливают Шпица, Пса равно Фоксика!


* * *

А после вдруг, чей ни возьмись, раздалось какое-то страшное рычание, чисто на умоисступление пришли сто тысяч Больших Псов, несколько ужасное во своей невидимости гремело да лязгало, завыл равным образом налетел холодный, неровный ветер, да ваш покорнейший слуга с высоты увидел…

…как нас не без; Шурой разбросало во отличаются как небо и земля стороны…

…и Александр рвется ко мне, пытается превозмочь злобный, сейчас бесчувственный ветер, протягивает ко ми обрезки и…

Я вижу, вижу, вижу!.. Я безграмотный слышу, автор этих строк всего лишь вижу, в качестве кого Александр кричит:

— Мартын!!! Мартышка!.. Мартынчик, далеко не улетай!.. Не бросай меня, Мартын…

Я также рвусь для нему, да уходим мои одновременно становятся мягкими, моя особа теряю силы, теряю сознание, а порывы ветра от воем да ревом закручивают меня, равно последнее, аюшки? ваш покорный слуга вижу — маленький-маленький Александр Плоткин без оглядки катится в области нашему огромному загаженному пустырю, никак не во силах победить вместе с ураганом, разносящим нас во неравные стороны…


* * *

И внезапно — сверх ожидания явственно равно отчетливо:

— Здрасс-сьте, Жопа-Новый-Год, приходи бери елку! Ты-то откуда родом на этом месте взялась, Кыся?!

Я открываю глаза. Задняя оболочка фургона расстегнута равным образом распахнута настежь, в утробе гуляет студеный ветер, отчего-то в точности гудит внизу, огулом большенный трехоска несколько трясется мелкой, же спокойной дрожью, равно пишущий эти строки чувствую, что-нибудь решительно в круглых цифрах возле жуть бесчисленно воды…

В фургоне должно мной навис здоровенный невежа на джинсе. Раза во неуд значительнее Шуры. От него за обе щеки пахнет разной хорошей едой вместе с нищенский примесью запаха алкоголя.


* * *

Алкоголь мы ему тогда но прощаю. Ссориться со первых а секунд рычаги ми безграмотный адски хочется, потому меня сейчас, позже сна равным образом моих кошмаров, раздирает целешенький запах полностью иных желаний: шамать хочу, «как семеро волков»! Шурино выражение… Хочу выводить равным образом подводить мину так, аюшки? попросту удержу как бы не так! И беда охота уяснить — идеже я, получай каком автор этих строк свете, спешно ли пишущий эти строки могу вернуться к родным пенатам для Шуре да почему, не считая фанеры, во этом фургоне пахнет уже равным образом сим самым… Ну, наравне его?.. Ну, Александра снова как долго однова затем называл настоящий снег порошок!.. Господи, так точно который но сие со мной?! Хотя, в чем дело? тутовник удивляться? Денек у меня выдался, непосредственно скажем, никак не с легких… И я, наверное, уже равным образом этой дряни нанюхался. Иначе, что-что бы сие меня где-то во усыпление сморило? Тут пусть даже собственное термин скромно забыть… А, вспомнил! Этот кипень пыль назывался — кокаин! Однако, подле нежели туточки фанера?..


* * *

К черту! Сначала — вскоре наклонить жирафа равно покакать!

Продемонстрировать особенный безукоризненный натура ни в жизнь неграмотный вредно, да почему аз многогрешный быстренько получи и распишись какой лишь только есть инцидент потерся головой что касается здоровенную лапу сего мужика, равным образом выпрыгнул изо фургона.

— Эй, твоя милость куда, Кыся-а?! — заорал ми деревня на джинсе.

Но я, малограмотный обращая держи него внимания, помчался чтоб духом твоим здесь не пахло ото его гостеприимного, только странного грузовика. То, в чем дело? сие был ЕГО грузовик, у меня малограмотный возникло равным образом тени сомнений. Уж через силу заботливо спирт чувствовал себя на этом фургоне.

Тем более, автор этих строк принуждён был «сделать домашние дела» в духе допускается ниже через сего мужика да его громадного автомобиля. Ведь ради последние сколько-нибудь часов настоящий автомашина во какой-то степени маленько стал равным образом «моим». А по образу говорил Александра Плоткин — «Там, идеже живут, со временем безграмотный гадят…»

Правда, говоря это, Александра имел во виду всех нетрахнутых им девиц, со которыми спирт нераздельно работал во редакции. Хотя отдельный с них по мнению Человеческим понятиям были ахти равным образом архи нуль себя равно всего-навсего равным образом мечтали уместить мой Шуру для себя на койку.


* * *

Боже мой!.. Где а ми облегчиться?! Это но без труда нечистый знает что!

Огромное, чудовищное, необозримое помещение, величиной не без; свой пустырь, со металлическим полом равно уходящим чертяка знает во какую высота железным потолком было заставлено сотнями автомобилей, рядами стоящими вплоть — единодержавно после другим. Каждый автомобиль, прости-прощай сие дальнорейсовый грузовичок не без; длиннющим фургоном, библиобус alias нормальный легковой автомобиль, был притянут ко полу цепями равным образом толстыми брезентовыми ремнями. И до сей времени сие тряслось мелкой дрожью, а из-за стенками как на ладони прослушивался бесперебойный плеск воды…

Я промчался по сего железного пустыря подо всеми машинами во поисках едва пристойного места ради немедленного функционирование своих естественных нужд, отнюдь не обнаружил такого, равным образом получи и распишись последних усилиях воли поскакал вопреки сего мрачного автоприюта…

И… О, счастье!!! У самой стенки, идеже плеск воды слышался в наибольшей степени резко да близко, ваш покорнейший слуга увидел получи стене немалый багряный регалии со различными противопожарными штуками, содранный во аккуратное пессарий брезентовый филон от медной штуковиной возьми конце, а внизу, подо щитом, — спасительный рундук вместе с песком, изо которого торчали вмятые тама окурки сигарет!

Ласточкой моя персона взлетел получай оный ящик, азартно очистил себя поле через окурков, быстренько докопался давно слоя в полной мере чистого песка, и….

Клянусь, посредством пятнадцать секунд проживание приобрела абсолютно другой оттенок!

А пока что после полминуты, сейчас зарывая все, мной исторгнутое, ваш покорный слуга подумал, зачем зачастую, квалифицируя соображение «Счастье» на нашей жизни, наша сестра сильно примитивизируем равным образом ограничиваем меню составляющих. Пять-шесть пунктов будто — Сытость, Благосостояние, Взаимная любовь, Победа (если симпатия малограмотный ахти кровава…), чувствование Дома, Восторг соития… И все.

И полностью отнюдь не учитываем десятки будничных, а исключительно важных элементов, дополняющих сие понятие.

Ну, например, бросание боли. Я помню, в качестве кого адски болела у меня задняя изнаночная лапа, в некоторых случаях пишущий эти строки подрался со взрослым Ротвейлером! Я, правда, успел разрезать ему всю харю, так дьявол прихватил меня так, в чем дело? пишущий эти строки еще слышал искусство наших Кошачьих Ангелов сверху небе!.. Хорошо еще, что такое? Александр зонтом отбил меня у этой сволочи…

Тоже были заморочки, малограмотный приведи Господь! Александр принес меня домой, самостоятельно промыл ми рану, равно страдал, по-моему, в большинстве случаев меня. Пока ему неграмотный пришло на голову принести ми обезболивающую таблетку. Он растер ее на порошок, перемешал вместе с несколькими каплями валерьянки, после выколупал косточку с консервированной оливки да нафаршировал оливку этой массой. А я…

Хотите — верьте, хотите — нет, так моя персона обожаю оливки равным образом маслины! Я попросту трясусь, когда-когда их вижу… Короче, ваш покорнейший слуга проглотил эту чудодейственную оливку равным образом вследствие получас моя персона был начисто СЧАСТЛИВ!

Боли — вроде невыгодный бывало, через валерьянки — удовлетворение равно расслабуха, а на довершении сумме Александр после этого а скормил ми полбанки оливок равно сочинил во мою девичий цвет веселые стишата в отношении моей героической победе надо Ротвейлером. Что само до себя составляло в свой черед одну изо граней Счастья.

А будто никак не Счастье, сколько ваш покорный слуга ведь наткнулся в сей сундук из противопожарным песком? Что далеко не посрамил чести нормального равным образом самостоятельного Кота, выросшего на интеллигентном окружении!

Разве невыгодный счастье, что такое? ми сегодняшний день посчастливилось спасти Котенка, помочь избежать Бродяге, одарить реальность понадеяться Собакам, истинно равно а скромничать, да самому достаточно драматично избежать соприкосновения не без; Наукой на часть виде, на котором ми сие предлагали произвести Пилипенко да Васька!..

Нет, Счастье — сие ужас многогранная штука! И кабы вот, например, ми неотложно сызнова удастся надыбать пожрать…

И ваш покорнейший слуга отправился получи и распишись поиски «своего» грузовика.

Еще издалека ваш покорнейший слуга услышал речь своего нового знакомого:

— Кыся!.. Кыся!.. Кыся!.. Кыся…

Честно говоря, аз многогрешный вовек ни получи и распишись какие «кис-кис» отнюдь не откликаюсь. Это безликое «кис-кис» ми прежде лампочки. Те, который меня знает, может наречь меня объединение имени, а ваш покорнейший слуга поуже решу самоуправно — имеет ми лейтмотив надвигаться ко этому Человеку alias нет. Незнакомые ми Люди, которые неожиданно начинают ми «кискать», — завсегда вызывают у меня подозрение. Не то, в чем дело? аз многогрешный кого-то вслед за тем боюсь. Нет. Я знаю, в чем дело? вечно сумею следовать себя встать горой либо в срок смыться, однако прямо не хочется лезть во лишние неприятности. А вслед последние изрядно лет, особенно из того момента, в духе с магазинов исчезли обычные недорогие зимние шапки изо крашеных кроликов, а получай рынках равным образом во ларьках стали представать кустарные уродливые шапки изо Котов равным образом Кошек, неприятностей дозволяется прожидать через кого угодно.

Александра Плоткин где-то говорил, в чем дело? сим занимается ажно единовластно его теревшийся наслышанный — акушер наук. Я осознанно подчеркиваю — «бывший знакомый». Потому что, наравне только лишь Александра узнал, нежели промышляет сегодня настоящий медик искусствоведения, дьявол вмиг а прекратил не без; ним какие бы ведь ни было отношения.

Так что, буде пишущий сии строки отнюдь не знакомы, вам можете «кискать» вплоть до упоения. Я равным образом головы никак не поверну.

Но сверху сие неумелое «Кыся! Кыся!..» хозяина того грузовика, автор этих строк побежал безо малейшего опасения. Что-то во нем ми было симпатично. Даже то, что однотонно равно бездарно дьявол кричал сие свое безграмотное «Кыся!.. Кыся!..» Уже сверху бегу автор этих строк успел подумать, почто спирт тотально может отнюдь не уметь относительно кокаине на его фургоне! Сравните — девятнадцать миллионов нервных окончаний на моем носу да итого пяточек миллионов на его.

А, может, автор да ошибался. Несмотря нате всю мою резкость характера да бойцовские качества, счастливо воспитанные нет слов ми улицей, нашим пустырем, чердаками равным образом подвалами, постоянной борьбой вслед выживание, вслед за обладание, следовать единоборство — мне, на правах да любому существу, выросшему все на интеллектуальной среде, была свойственна некоторая возведение в клад создания симпатичных нам персонажей равным образом событий.

Александра однова заметил, ась? переворот семнадцатого да перипетии девяностых на жуть важный степени обязаны этому интеллигентскому заблуждению.

Я, правда, ни штрих далеко не понял, что-то Александр хотел сим сказать, хотя соответственно привычке поверил ему держи слово.


* * *

Когда ваш покорный слуга подбежал у «своему» грузовику, ваш покорнейший слуга увидел, аюшки? дверцы его кабины распахнуты, а возле игра стоит свеч двухметровый большак «моего» грузовика равно низкорослый, квадратненький да сполна голый мужичишко. Несмотря сверху то, почто пара они были начисто разными людьми, — соответствие в среде ними было, тем неграмотный в меньшей степени поразительным! То ли джинсовыми курточками, так ли разноцветными тренировочными штанами (мечта Шуры Плоткина!) так ли возрастом — сорок, сороковник отлично — так ли обветренностью лиц, равно конечно, руками! Вот грабли у них были вполне одинаковые. Чисто вымытые, из грубыми потрескавшимися ногтями, не без; неистребимо въевшимися следами масел, грязи, металла. В застарелых шрамах равным образом ссадинах. Сильные щипанцы на безвкусных золотых перстнях, широкие запястья перепоясаны браслетами дорогих красивых часов. Из-под расстегнутых воротников клетчатых рубах поблескивают золотые кандалы толщиной вместе с благоустроенный поводок ради крупной Собаки.

Но самое становой хребет — они пахли окончательно одинаково! Бензином, соляркой, перегоревшими маслами равным образом хорошим коньяком. Нет, конечно, личные запахи, автор этих строк бы сказал — индивидуальные, у них в свою очередь были полно выражены. Но вонь их профессии — водителей тяжелых дальнорейсовых огромных грузовиков — был един.


* * *

— Слава те Господи! Пришла, кыся хренова!.. — сказал «мой» двухметровый. — Я, понимаешь, открываю шаланду, а возлюбленная лежит себя сверху пакете да дрыхнет не принимая во внимание задних ног! Все проспала — да таможню, равным образом паспортный контроль, да отплытие…

— Ох, равным образом кот! Ну, здоровый, стервец!.. — восхитился Лысый.

— Да, кошечка — будьте-нате, — сказал «мой». — А может, возлюбленная того?.. С «икрой»? Как говорится, «кыся на положении», а?..

— Ты чо?! Повылазило у тебя, что такое? ли! — возмутился Лысый. — «Кошечка», «в положении», «кыся»… У тебя лупилки есть? Какая сие тебе «кыся»?! Это но чистокровный кот! Глянь, у твоей «кыси» — яйца, что у жеребца! Нашел себя «кысю»…

— Точно! Ну, нужно же?!. - поразился «мой» равным образом вытащил из-под сиденья бутылку. — Надо вслед его гигиея шлепнуть. Ну, равным образом из-за тех, кто именно на море, само собой…

Из кабины грузовика жратвой свербит — попросту главный на суше и на море идет! И между тем пишущий эти строки предъявил своим новым знакомым единственный изо своих любимых аттракционов. Есть у меня порядочно трюков на запасе, которыми аз многогрешный временем пользуюсь, в надежде поместить для себя окружающих. Вотан с них — Неожиданный Прыжок Вверх Из Положения Сидя. Это аз многогрешный делаю так, что-нибудь ажно Большие Собаки с удивления приседают нате задние лапы, а оборона Людей да апострофировать кого нечего…

Привалился автор этих строк в такой мере (с понтом) ласково для ноге «моего» мужика, присел скромнененько получай хвост, хоть муркнул чего-то, мужичишко да растаял. Только нагнулся, хотел на умилении загладить меня (чего я, кстати, малограмотный перевариваю!), пишущий эти строки ка-а-ак со всех четырех лап сигану выспрь — стойком вместе с железного пола во кабину для водительское сиденье! А сие метра двоечка не без; лишним на высоту…

Они что один в такой мере равным образом ахнули. Бросились тушонку открывать, котлетки куриные свои распаковывать, колбаска такая, колбаска сякая, «мой» литровый блок семя откуда-то приволок… Гуляй, Мартын, умереть и невыгодный встать целое завертки!

Разные имена, клички ми придумывают, потормошить норовят…

Ну, моя особа особенно морду отнюдь не стал воротить. Я, известность Богу, равным образом далеко не пальцем деланый, как бы говорит муж Александр Плоткин. Тоже знаю, где, по образу говорится, лизнуть, а идеже равным образом тявкнуть.

Выпили они вслед меня вместе двум бутылки коньяка, закусывали дружно со мной — аюшки? я, ведь равным образом они. Из их трепатни автор этих строк понял, зачем ты да я плывем за Балтийскому морю на Германию. А поуже оттоле — который куда. Мы вместе с «моим», небось бы, в дальнейшем чрез всю страну на какую-то Баварию поедем. А тот, тот или другой нет слов ми Кота признал, Лысый, с из нами только лишь давно Нюренберга.

Тут подошло времена их ужина. Они постоянно прибрали, оставили ми держи полу кабины семя на плошке, приспустили стекла ради свежего воздуха равно заперли меня. Чтобы моя персона никому изо команды теплохода держи тараньки никак не попался.

А ведь начнутся допрашивание — чей-либо Кот, что-нибудь ради Кот?! Откуда? Почему нате него документов нет? Куда смотрел санэпидемконтроль? Вечно вместе с этими бывшими «совтрансавтовскими» водилами всякие заморочки! Они ныне получи частные фирмы молотят, валюты у них немеряно, круглым счетом они абсолютно оборзели — своих Котов вслед за границу покоиться возят! И пошло, поехало…

Так который ты, Кыся-Барсик-Мурзик, уже отличается как небо ото земли на кабине посиди, неграмотный отсвечивай. Дрыхнуть можешь, идеже хочешь: взять хоть на этом месте в сиденьях, взять во подвесную коечку забирайся. Вот тут, следовать занавеской… Ну, а уже разве ваш покорный слуга какую бабу с годами над головой заклею равно на машину приведу — безвыгодный обессудь, извини-подвинься, моя персона тебя вместе с коечки наоборот держи сиденье ссажу… А ведь на каюте наша сестра изо экономии сообразно двое, да многие бляди, особенно иностранные, быть постороннем безвыгодный желают, суки. Приходится на кабины своих грузовиков водить. А ваш покорный слуга тебя потом, Мурзик-Барсик-Кыся, ночным делом во сумке возьми палубу вынесу равным образом полчище покажу… Так что такое? ты, Кыся, безвыгодный боись — одиночество тебе безграмотный грозит.

И ушли.

Вообще-то, они до этих пор несколько говорили, да для какую-то долю секунды ми против всякого чаяния показалось, что-нибудь ото низкорослого крепыша не без; лысиной, некоторый вот ми Кота признал, (видать, вместе с пережору причудилось) будь по-твоему слабенький ёбаный фетор кокаина. От его куртки равно штанов. Да, нет… Не может быть. Скорее общей сложности — причудилось…


* * *

Меня с обжорстаа (полагаю, нате нервной почве — денек-то был ой-ой-ой!) в такой мере раздуло, что такое? моя персона равным образом истинно стал похож возьми беременного. Лежу бери сиденьи, перевести дыхание далеко не могу. Мысли всякие лезут…

Александра Плоткин с головы неграмотный выходит. Ну, вернется Александр изо Москвы, каста дуреха, которую симпатия оставил вслед за мной присматривать, скажет ему, что такое? меня сейчас изрядно дней кто в отсутствии дома, ась? светофон безграмотный работает. Хорошо, буде у него приняли во Москве рукопись… А буде безграмотный приняли? И меня в домашних условиях нет. И таксофон невыгодный работает. Что тогда? Ну, трахнет возлюбленный разок чтобы так эту любительницу Кошачьего хека да телефонных разговоров, даст денег получи и распишись таксярник да отправит восвояси. И сядет меня ждать. И до текущий поры пару дней короче спокоен. Я его приучил ко этому. Я от времени до времени дня три-четыре гуляю, да Александра отнюдь не нервничает. Он насчет меня всегда знает да никак не волнуется. Жру мы закачаешься момент таких загулов естественным путем во шашлычной нашего районного Торгового центра — меня с годами знают, по образу облупленного. По помойкам моя персона малограмотный лазаю, крыс безвыгодный ловлю. Меня с одного их запаха тошнит…

Правда, раз как-то дохлая щур сослужила ми прекрасную службу! Я был на трехдневном загуле, едва ни ложки невыгодный жрал, трахался, наравне сумасшедший, да пару единожды подрался — со своими Котами сцепился равным образом от какой-то посторонней Собакой. Да так, почто следом пришлось во котельной Торгового центра незначительно невыгодный кальпа отлеживаться! Не исходить а до дому во таком виде. С Шурой но хоть в воду будет…

И выше- приятель, куцый Бродяга, опять-таки принес ми дохлую крысу подкрепиться. Все надеялся приучить меня ко ним. А умереть и отнюдь не встать втором этаже Торгового центра — шашлычная. И изо нее пахнет — обезуметь можно!..

Я, в некоторых случаях крошку оклемался, взял эту дохлую крысу, поднялся со ней на Шашлычную со стороны кухни, аккуратненько проскользнул во какой-то их предбанник, положил крысу до собою равным образом сел.

Бежит мимо невеста падла во черном клеенчатом переднике немножечко ли невыгодный возьми голое тело, тащит гору грязной посуды. Увидела дохлую крысу, в духе заорет получи и распишись всю шашлычную! Кухня сбежалась получи и распишись крик, кладовая, разделочная, посудомойка… Даже шеф-повар Сурен Гургенович. Даже двушничек бандита, которые охраняли эту шашлычную, равным образом ведь прибежали вместе с пистолетами на руках. Картинка маслом!

Все столпились кругом меня да дохлой крысы, ахают, руками машут, а моя персона сижу себя в такой мере невзрачненько, головку опустил, умываюсь, усы лапой разглаживаю, дескать, «Что вы… Какие пустяки. Не извольте печься — автор в целях вы всех крыс во мире переловлю…»

Сурен Гургенович что-то около задумчиво говорит:

— Значить, у нас появились крысы… Значить, может прикатить санэпидстанция… Значить, всё-таки посыпют ядохимикатами, а нас закроют… Или возьмут из нас столько долларов, в чем дело? пишущий сии строки попозже кровью бухыкать будем.

У нас в настоящий момент весь чего-то возьми доллары…

— Значить, сего грешно допустить, — говорит Сурен Гургенович. — Каждый сам по себе понимает. Значить, нам нужен данный Кот!!! Крысу выбросить, Кота накормить! В нем наше спасенье. Вот, что-то сие значить!!!

С тех пор, мы порой приношу во эту шашлычную дохлую крысу, имени мой друга Бродяги, да тем самым подтверждаю свою беззаветную службу Сурену Гургеновичу, его шашлычной равным образом во всем остальным жуликам, которые тогда работают.

Я даже если Бродягу семо приводил кормить. А прошлой в зимнее время у меня был длительный, под двухнедельный интимные отношения со одной Кошечкой — симпатия без дальних разговоров эмигрировала до еврейской силуэт — беспричинно пишущий сии строки тама на двоих лопать ходили. И постоянно сие воспринимали, в качестве кого должное. А крыс во этой шашлычной отродясь безграмотный было! Это мы их тама носил.

Господи, по образу мысли скачут… Бедный Шура! Три, с силы четверик дня возлюбленный короче спокоен, а сейчас в четвертый симпатия но помчится подыскивать меня в соответствии с всему району! Он но попросту от ума ничего ото горя. Работать неграмотный сможет… Он ми уж в один из дней сто говорил, выпуская меня для улицу:

— Мартышка, чисто твоя милость уходишь, а все же ваш покорнейший слуга вне тебя ни ложки малограмотный могу сочинить. А неравно пишущий эти строки никак не смогу лгать — автор сих строк останемся вне заработка. Ты единаче пожрешь на своей шашлычной, а автор этих строк куда как денусь без участия денег? Я могу скончаться из голоду. Так в чем дело? твоя милость уж, пожалуйста, страшно невыгодный задерживайся — одна драка, двум Кошки, да все! Договорились? Помни, что такое? твоя милость моя Муза, Мартын…

Боже мой, что-нибудь а делать?!. Ведь коли автор по чести понял изо разговора сих «водил», равно как они самочки себя называют, в частности мы, из «моим» джинсовым, будем три дня передвигаться накануне Киля, двушничек дня распекать накануне Мюнхена, с годами разгрузимся у какого-то «Сименса» и, возможно, отдадимся этому Сименсу умереть и никак не встать фрахт. То лакомиться станем трудиться получи и распишись Сименса, потому, в чем дело? мы, русские, про Сименса куда как дешевле, нежели их собственные немецкие водилы. Тогда я задержимся на Германии сызнова недели для три-четыре… Потом в который раз загрузимся у Сименса во Мюнхене равно вернемся на Киль. Там въедем бери свой ролкер равным образом поплывем домой. Это пока что около трое суток. Короче, у себя меня далеко не будет, значит, рядом месяца?.. Или того больше… Мама родная!.. Что но сие со Шурой-то будет?!!

Я хоть сколько-нибудь безграмотный расплакался. Я представил себя исхудавшего, небритого Шуру Плоткина, один лежащего сверху своей широченной тахте. Он ее что-то «станком» называет… Невидящими глазами Александр смотрит во потолочина равным образом шепчет слабым-слабым голосом:

— Мартынчик, идеже ты?.. Мартышка, один лишь мой. На кого твоя милость меня покинул?..


* * *

В квартире срач, грязная сервиз со ссохшимися объедками горой громоздится на кухонной раковине. Пишущая машинка покрыта толстым слоем пыли, а клавишная панель затянута паутиной… Телефон никак не работает… Отопление да огонь выключены вслед неуплату по части счетам. Водан единожды у нас сделано было такое.

А из тахты несется тихое:

— Где ты, Мартын? Я никак не могу проживать минуя тебя… Я погибаю, Кыся! КЫСЯ!!! КЫСЯ!..


* * *

…Что такое?!! Что из-за «КЫСЯ»?.. Я во сонном оцепенении открываю глаза.

— Кыся… Барсик! А у нас гости!.. Ишь, заспался… Ну-ка, познакомься со тетей. Тетю зовут… Слушай, как бы тебя зовут? Кыся спрашивает…. Да, Кыся? Она за нашему ни хера никак не тянет! Я из ней до невероятия по-немецки. Ви дайне наме, майне либер медхен?

Оказывается, Александра ми приснился. И кровля наша, равным образом камбуз — целое было нет слов сне… А немедленно сообразно кабине гуляет холодный воздух, одна дверка распахнута, да муж проходящий корень Водила — премного поуже пьяненький, во костюмчике, галстучке равно рубашечке, подсаживает на кабину, никак не поверите, всецело ЧЕРНУЮ девицу!!!

Вот сие да! Таких у нас со Шурой снова невыгодный было!

— Я тебя спрашиваю, ви дайне форнаме, бля?.. — стойко повторяет Водила. — Извини, забыл.

— Айм только эндостайн, — говорит черная равным образом повисает нате Водиле.

— Ногу-то ранее расширить можешь? — спрашивает у нее Водила да самостоятельно своею рукой задирает ей ногу для высокую подножку кабины грузовика. Потом беретка ее после пухлый сиденье равным образом быстро вкидывает девицу напрямую во кабину. Она начинает держаться за живот по-особенному равным образом падает по прямой получи и распишись меня. Я кой-как успеваю из-под нее выскользнуть. Водила в свою очередь влезает во кабину равно захлопывает ради собой дверь. Черная дивчина шелковица а вместе с хохотом начинает расстегивать ему ширинку брюк.

— Да погоди ты, торопыга… — робко поглядывая для меня, бормочет Водила. — Дай так например окна занавешу… Неровен час, увидит кто. Неудобно же! Ну, вартен, вартен, кому говорю…

Водила задергивает занавески возьми боковых окнах кабины, опускает плотную шторку в лобовом стекле равным образом охватывает высший плафон. Мягкий земля растекается до кабине. Теперь наша сестра трое отделены через лишь остального мира.

— Вот, познакомьтесь… Дарф их форштелен… — медленным темпом равно голосисто говорит Водила да показывает для меня пальцем. — Дас ист майне Кыся… Просекла? В смысле — ферштеен?.. Кыся! А твоя милость кто?

И Водила потыкал пальцем во недро этой черненькой. Та поняла сие индивидуально да шелковица но сбросила со себя маечку как лифчика, юбочку величиной вместе с назальный платок, равным образом какие-то кукольные трусики.

— Да нет… Не то. Хотя равным образом сие сгодится — нерадостно сказал Водила. Повторяю… Дас ист майне Кы-ся-а-а! Кыся, ебть, сколь в один из дней говорить?! А ты? Ви хайст ист ду?!

Он опять ткнул пальцем на плечо черненькой. Та против всякого чаяния догадалась, по части нежели симпатия ее спрашивает, да заново звучно расхохоталась:

— Сузи! Су-зи!…

— Точно, Сузи… — порядком неуверенно повторил Водила. — Ты но сызнова на баре говорила… Сузи. Вот в эту пору — порядок! А сие моего Кыся…

Но Сузи никак не обратила нате меня никакого внимания, воскликнула далеко не по-нашему «Ах!..» равным образом двумя руками хозяйка вытащила с штанов Водилы его…

Ну, ладно, ладно… Не буду! Я а знаю, почто у Людей сие что-то будто бы неприличным, постыдным. Хотя, аюшки? после этого неприличного — убей Бог, безвыгодный пойму. Одна с частей тела равно все. Вы но носа своего отнюдь не стесняетесь? Или, ко примеру, руки, уха… Дикость какая-то!

Тем более, аюшки? Сузи вытащила с штанов Водилы ТАКОЕ, что, во вкусе говорит Александра Плоткин — «ни во сказке сказать, ни пером описать»! ТАКОГО невыгодный сдавливаться надо, а зазнаваться ИМ!..

Уж-на почто мои Александр был силен сообразно ЭТОЙ линии, да близ всей моей любви ко нему, ваш покорный слуга потребно взяться объективным — то, который не долго думая держала на своих черненьких руках от розовыми ладошками Сузи, превосходило ШУРИНО намного. Это, моя особа вы скажу, было — НЕЧТО!

Сузи увидела, ЧТО возлюбленная вытащила, равным образом обмерла!.. А потом, равно как заорет получи целый отечественный великий автомобиль:

— Ооо-о-о!..

Наклонилась по-над НИМ… Хорошо, хорошо! Сказал а — невыгодный буду.

Водила ставни прикрыл, стонет, хрипит, шепчет ми по-русски:

— Смотри, Барсик… Это приходится же?!. Негритяночка… Угнетенная, позволено сказать, раса, а ась? вытворяет!.. И как?!! Потряс!.. Ой, бля, «Хижина дяди Тома»!.. Ну, все, счас кончу!..

Посмотрел аз многогрешный крошечку в сие по сию пору — чувствую, самоуправно начинаю заводиться. Да, айда вы, думаю, ко чертям собачьим! Вам хорошо, а ми идеже ловить Кошку посредине Балтийского моря?!

Подлез перед боковую занавеску, встал возьми задние лапы, вцепился передними следовать кайма крохотку приспущенного стекла, подтянулся, пролез на щель, равным образом выпрыгнул с кабины.


* * *

Послушал, во вкусе в некоторой степени гудит почти теплым железным полом, по образу Водила с кабины сделано символически никак не во визг вопит:

— Ну, Сузи!!! Ну, ебть!.. Ну, все!.. Ах, твоя милость ж моя кыся!..

Видать, меня стеснялся, сей поры автор был во кабине…

Этот Водила ми несомненно нравился. Жаль только, ась? некто не без; кокаином связался. Александра ми снова тогда, при случае был дело вместе с пирушка маленькой актрисой детского театра, говорил, сколько сие архи опасная штука! Как валерьянка в целях Котов, всего-навсего значительно страшнее.

А может, мои Водила, действительно, равно самовольно никак не знает, ась? у него внутри тяжеленной фанеры на «шаланде» спрятано! Интересно, могу моя особа ему чем-нибудь помочь?..

Не сейчас, конечно. Судя сообразно тому, ЧТО мы видел, теперь дьявол равно самовластно нормально со во всем справится. Потом. Когда автор сих строк со ним безраздельно бери нераздельно останемся. Время, вроде, уже питаться — они самочки говорили, в чем дело? поперед Киля нам уже «топать» два суток…

Да! И покамест одно… Почему ото того квадратненького — Лысого, тот или иной около первом знакомстве в ми моментально а Кота признал, равным образом шел смрад этого… Как его?! Тьфу, черт… Кокаина! Вполне вероятно, в чем дело? равно Лысого приходится предупредить.

От мой «Водилы» кокаином отнюдь не веяло — тутовник пишущий эти строки голову кладу получи плаху. Значит, симпатия ко нему далеко не прикасался. Следовательно, некоторый прочий ко нему на фура сие погрузил.

А через того квадратненького слабенько, только пахло кокаинским порошком. Почему?

Да ни почему! Залез на фургончик — ноша проверить, переставить что-нибудь, а вслед за тем грубо равно как засунуты пакетики со кокаином. Он со временем повозился, в круглых цифрах мимовольно коснулся лапой… рукой, так есть, — вона тебе да запах!

Но он, ко несчастью, Человек. Так сказать, существо, ваш покорный слуга никак не утверждаю низшей ступени, а этак себя — средненькой… Ну, чуточку выше. И спирт данный дух начисто безграмотный чувствует. Ну, отнюдь не судьба ему! Обделила его Природа-матушка, в качестве кого говорил Александр Плоткин.

А моя персона Кот. Я — человек Высшего порядка. И ми общедоступно то, по части нежели Человек хоть принципы никак не имеет. Поэтому, выше- обязанность части — потщиться сохранить сих двух Водил (моего равным образом того — Лысого) через возможных неприятностей! Я беда неплохо помню, во вкусе Александра говорил, почто кокаин умереть и безграмотный встать во всем мире преследуется.

И моя персона решил пройтись посредь машинами, выкопать трехтонка Лысого равно щепотка его пообследовать.


* * *

Как заурядно МЫ ищем то, а вовек равно на иллюминаторы неграмотный видели?

Я невыгодный собираюсь утверждать, в чем дело? у Котов однако построено получай некой таинственно-фантастической интуиции, ниспосланной им Высшими силами.

Конечно, нужна хотя бы бы маленькая, положительно микроскопическая, только вполне реальная зацепка. Ну, например. Любой неживой предмет, за вычетом сотен своих собственных запахов, всенепременно слабит отпечатки запахов Людей, соприкасавшихся от сим предметом.

Значит, нужно попытать счастья помянуть характерные запахи обеих Водил равно заострить изо них запахи, присущие лишь тому квадратненькому Лысому.

Дальше, по образу говорит Шура, занятие техники. Бережно сохраняя на памяти запахи одного Лысого, еще околесица далеко не целесообразно заявить какой приглянется предмет, из которым настоящий Лысый при случае контактировал!

Естественно, ваш покорный слуга чуть-чуть упрощаю процесс. Но делаю автор этих строк сие совсем сознательно, дай тебе напрасно безграмотный попирать Людей, читающих сии строки. Не исторгать Людей врезываться во области, чуждые их пониманию.

Они самочки наделяют нас некими сверхъестественными качествами как-то: «Черный Кот, переметывающийся в сторону — для несчастью», «Кошка, умывающая лапой морду, — ко непрошенным гостям», «Коты притягивают для дому молнии!..» да тому схожий провинциально-обывательский идиотизм.

Попытка но вбить Людям подлинно имеющие площадь мистические явления на наших Кошачьих душах, — обречены получи точный провал!

Нужно признаться, зачем мы, Коты, самочки отнюдь не денно и нощно однозначно понимаем происходившее от нами. Объяснить, чей автор этих строк знаю, горизонтально на кресле на запертой квартире, что такое? на эту один момент выше- Александра Плоткин годится ко нашему дому, ваш покорнейший слуга безграмотный могу быть во всех отношениях желании. И Александр малограмотный может!

А контия неравно что-то отнюдь не может Александра Плоткин — значит, до сей времени Человечество просто-напросто до данный поры невыгодный доросло предварительно уровня понимания сих явлений. НЕДОЭВОЛЮЦИОНИРОВАЛО, вроде как-то раз выразился Шура.

Через пятнадцать минут шатания неторопливым прогулочным медленно подо десятками гигантских автомобилей, больших равным образом маленьких автобусов равным образом доброй сотни легковых машин самых разных марок автор обнаружил шаланда Лысого.

Как сие сотворилось — пояснить сложно. Запахи Лысого были архи невыразительными, разве безвыгодный счислять ужас слабенького запаха кокаина, который-нибудь получи и распишись его грузовике, по образу оказалось, заключая далеко не присутствовал. Но ми ОЧЕНЬ нужно было обнаружить шаланда Лысого! И на какой-то миг аз многогрешный неожиданно почувствовал, наравне вещь необъяснимое ведет меня во направлении, которое ваш покорный слуга сделано сам по себе малограмотный контролирую…

Что сие было? Зов?.. Интуиция?.. Предвидение? Что сие была после беда сколько верно приведшая меня для грузовику Лысого?! Говорю честно: убеждения отнюдь не имею!

Шесть планирование тому назад, при случае автор был сызнова нисколько Котенком, моего Александра Плоткин разошелся со своей женой. (Кстати, пишущий эти строки вполне забыл, во вкусе возлюбленная выглядит.) При разделе имущества пишущий эти строки оказался во одной компании вместе с телевизором, холодильником, стиральной машиной, посудой, постельным бельем равно мягкой мебелью у жены.

Шуре достались всего книги, которые, бессмертие Богу, его одалиска малограмотный читала, да старуха раздолбанная пишущая машинка «Москва», возьми которой Шурина жена, для счастью, неграмотный умела печатать.

Со во всех отношениях отвоеванным хозяйством равным образом мной бывшая хозяйка Шуры переехала сверху остальной следствие города — для Обводный канал, румб Лиговки, равным образом счастливо зажила вслед за тем со одним баснословно глупым Человеком.

На дальнейший день-деньской пишущий эти строки ушел ото них для Шуре.

Так вот, аз многогрешный накануне этих пор никак не имею понятия, каким образом автор прошел тем временем после огулом Ленинград, шел только что-нибудь не неделю кроме малого, добрался, наконец, давно проспекта Науки, эврика Шурин дом, эврика его квартиру равно во изнеможении сел лещадь его дверью…


* * *

Короче, отыскал ваш покорнейший слуга трехтонка Лысого, пролез на него таким а способом, что такое? равным образом на шаланда мой Водилы, равным образом стал испытывать содержание фургона самым тщательным образом.

Как автор еще говорил — никакого присутствия кокаина. Запаха алкоголя сколечко угодно. Кокаина — ни во малейшей степени. Фургон Лысого хоть сколько-нибудь неграмотный прежде верху был забит сотнями картонных коробок вместе с водочными бутылками. По всей вероятности, присутствие погрузке под масть бутылок разбилась, упаковки промокли, да в тот же миг на фургоне стоял важнецки наслышанный ми зловоние «Сталичной» водки.

Причем в долгу отметить, ась? около по всем статьям моем неприятии алкоголя, таковой благоухание был получи и распишись порядком порядков благороднее да лучше, нежели душок «Столичной», которую Александра покупает во Петербургских ларьках да магазинах.

Помимо алкогольных запахов, автор обнаружил, повторяю, беда невыразительные запахи Лысого, чьи-то снова (вероятно, грузчиков), равно букет незнакомых ми денег беспорядочно со запахами сотен неизвестных Людей, при случае державших сии гроши на своих руках…

Запах данный шел через одной изо верхних коробок, равным образом безграмотный успел ваш покорнейший слуга сметить с какой, что нечаянно услышал негромкие шаги, равным образом уж на следующую одну секунду увидел, в качестве кого Лысый отстегивает заднюю брезентовую шахта фургона.

Откинув ее во сторону, Лысый политично да мешкотно огляделся в области сторонам, убедился, ась? его миздрюшка безвыгодный видит, да куда складно вскочил на фургон, вплоть задернув следовать собой заднюю брезентовую полость.

Я подумал, который ми отличается как небо с земли да безопаснее сумме никак не держать в курсе дела Лысого в отношении своем присутствии во его фургоне равным образом безвыгодный швыряться для нему встречь не без; радостным мурлыканьем. Я затаился в ряду коробками, сохраняя после с лица превосходную вероятность обзора. И побега.

Лысый вытащил изо кармана куртки махонький выступ (вот оно, несовершенность Человеческих возможностей! Мне, например, лантерна на темноте — наравне рыбе зонтик…) равно полез кверху по-под самый брезентовый потолок, откуда, равно как ми казалось, равным образом по рукам пахучесть незнакомых ми денег.

И действительно, Лысый нащупал одну изо верхних коробок, перевернул ее, отклеил со дна коробки центральный интеллигенция картона равно вынул с того места двум нетолстые пачки зеленых денег. Я присмотрелся — доллары.

Вот зелень моя особа даже если архи важнецки знал. Водан Шурин Знакомый сызнова соответственно армии, а позднее да до университету, памяти разбогател. Как говорил Александр «на первой клубнике равным образом ранних помидорах». Помню, во вкусе данный Знакомый ряд крат приезжал для нам от зернистой икрой, которую ваш покорный слуга никак не ем, равно от французским шампанским, которого малограмотный пьет Шура.

Этот образ был шумным, наглым да хвастливым, равно автор видел, что такое? Шуре возлюбленный неприятен. Когда симпатия уходил ото нас, Александра всякий раз кое-что нехотя мямлил ми об «армейском братстве», в отношении «студенческой дружбе» равным образом до этих пор хоть сколько-нибудь архи маловразумительное, закачаешься что такое? Шура, по-моему, сделано исстари да непосредственно отнюдь не верил.

Потом Знакомый решил свалить во Америку. Купил документы — будто бы бы некто жидовище равно опасный страдает с антисемитизма — сколько было вполне беззастенчивым враньем: порядочно было осмотреть получай его рязанскую харю, — равным образом получил изо легковерной Америки вызов, как бы симпатия ныне выражался, «на всю мишпуху».

Бывшему генералу КГБ — ныне Президенту огромного банка, спирт загнал свою роскошную Комаровскую дачу, бывшему второму секретарю горкома партии — ныне Генеральному директору совместного российско-шведско-германского предприятия, дьявол продал квартиру держи Невском, а «Волгу» какому-то рыночному боссу. И на ожидании визы поселился у кого-то вслед городом. Сто тысяч долларов спирт сумел переправить, в духе некто говорил, «за бугор», а последки на число отлично тысяч привез ко нам равным образом передал их получи убережение Шуре Плоткину, заявив, в чем дело? такую сумму дьявол может вверить лишь только моему Шуре. Ибо до этого времени накипь его авоська и нахренаська — жулики равным образом прохвосты!

— Я неграмотный государства боюсь, малограмотный ментов, — сказал возлюбленный тут Шуре. — На сегодняшнее царство ваш покорный слуга болтяра положил, а ментов покупаю, по образу хочу. Я боюсь обыкновенного пошлого рэкета. Они следовать пятью долларов кому нравиться глотку перережут. А после этого — число число тысяч!..

— М-да… — сказал тут Александр равным образом посмотрел держи меня.

— Представляешь, Шурик, вроде они будут изо меня сии зеленка вытряхивать?!. Раскаленным утюгом за спине, иголки перед ногти, ради уходим подвешивать…

— А твоя милость хочешь, с тем сие безвыездно нагорело мне, да? — рассмеялся тут Шура. — И утюг, да иголки, да ради ноги?..

— Шурка! Ну, безграмотный сходи от ума!.. Ну, почто твоя милость сравниваешь? Кто ты, равным образом который я!? У меня но получи всех рынках места откуплены — возьми Кузнечном, получай Сытном, нате Некрасовском, получи и распишись Торжковском, бери Калининском… Что но твоя милость думаешь, народ неграмотный понимают — как сие стоит, равным образом сколько следовать сим стоит?! А у тебя, Шурик… Извини, конечно, сии деньжонки миздрюшка отыскивать безвыгодный станет. Кто тебя короче получать всерьез?

— Мартын! — после этого но ответил ему Шура.

— Верно. Разве сколько Мартын. А вслед за мной ловитва идет, по образу после соболем!

— Ладно, «соболь», — сказал ему в этом случае Шура, да моя особа увидел, почто ему целое сие пугающе безвыгодный нравится! — Оставляй приманка денежки равно вытряхивайся ко ебеней матери. Мне подвизаться надо. Заберешь, когда-никогда захочешь. Все. Чао!

Причем, огульно текущий словца два происходил прямо на в таком случае время, при случае у нас не без; Шурой денег даже если нате мерлуза малограмотный было, а денежные обязательства из-за газ, воду, электричество, интертелефон равным образом квартиру, «превысили всякие допустимые пределы», что нам заявили получи собрании нашего жилищного кооператива.

Тридцать пятерка тысяч сего тошнотворного Типа у нас месяца двоечка пролежали. Так что-нибудь у меня было достанет времени надивиться получай доллары…


* * *

…Даже без участия нижнего куска картона спортплощадка не без; водкой казалась нетронутой — по образу в фабрике запаковали. Никаких нарушений! Просто для низу коробки был прилеплен до этого времени одиночный клин фальшивого дна, а в лоне настоящим да фальшивьм лежали доллары.

Лысый лег в спину стойком бери верхние коробки, расстегнул джинсы, что собирался расковаться да растянуться спать. Оказалось, ась? для внутренней стороне пояса джинсов у Лысого был пристрочен вытянутый мешочек вместе с застежкой-липучкой, величиной на правах разок со параметры долларовой бумажки.

Лысый ювелирно сложил гроши во одну пачку, спрятал их на сей скрытый «карман», паки икта нате себя джинсы, затянул путлище равно стал шелушиться вниз. Я поглядел — ну, ни в какую безвыгодный скажешь, что-то у него держи животе зеленка спрятаны! Ай несомненно Лысый…

Я дождался, нет-нет да и возлюбленный выберется с фургона, рано или поздно зашнурует брезентовые полости, если затихнут его удаляющиеся шаги, в некоторых случаях закроется после ним водонепроницаемая тяжеленная портун автомобильного трюма, равным образом только лишь позднее вылез для вселенная Божий.

Естественно, автор поспешил ко своему грузовику — авось, Водила сделано закончил примеры со этой Сузи равным образом я, наконец, смогу сконцентрировать его уважение получай нежелательное пребывание кокаина на нашем фургоне.

Был бы Александр бери месте Водилы — проблем по отношению ко всему невыгодный было бы. У нас от Шурой прочная, многолетняя телепатическая связь. Я его понимаю от полуслова, дьявол меня — со малейшего движения кончика мои хвоста. Вот сие контакт!

Кстати, об этом счета писал инглиш пульмонолог биологии Рид Шелдрейс, книжку которого ми Александр в одно красота время читал. Вокруг теории доктора Шелдрейса поперед этих пор идут неравные идиотские споры — возможна такая связность alias нет. И Шура, помню, даже если собирался настрочить статью во защиту теории сего доктора. Но ему на редакции сказали:

— Да, вам что, Плоткин! О котах!.. В те дни, рано или поздно весь страна…

Короче, статьи Александра в такой мере да невыгодный написал.

А вот, по образу да мы со тобой сейчас вместе с Водилой дотолкуемся — автор этих строк совсем далеко не представлял себе. Но то, что-нибудь автор сие обязан произвести — здесь у меня далеко не было никаких сомнений!


* * *

Подбегаю для нашему грузовику — безграмотный тут-то было! Из кабины несутся такие крики Сузи, такое рычанье Водилы, беспричинно по чести торчит голая черненькая стебелек нашей гостьи изо бокового окна кабины, а весь кабинка эдак либерально да размеренно покачивается с стороны на сторону, что-нибудь аз многогрешный решил отсрочить свой болтовня вплоть до утра да поспешил прочь, благодаря этому сколько снова-здорово стал заводиться со страшной силой!

Ах, рыженькую бы ми ту сейчас!.. С пушистым хвостиком!!! Я бы ее, стервочку!.. Ой, батюшки, который но делать?!. Так заблагорассудилось — спасу нет!!!

Бегу, бегу лещадь машинами подальше ото нашего грузовика, равно глядишь слышу, черт-те где недалеко тоненько поскуливает!..

Ну-ка, ну-ка… Кто сие там, равно держи ась? жалуется?..

Встал, что вкопанный. Прислушался. Скулеж будь по-твоему неприкрыто изо какой-то легковой машины. Покрутил башкой, пошевелил ушами — точно! Вон изо того серебристого «Мерседеса»!

То, что-то сие был «Мерседес» — автор даю кортеж получай отруб! Это мы во грузовых автомобилях ни штрих отнюдь не смыслю, а на легковых — будьте нате! Александр всю житьё приблизительно хотел кто наделен свою машину, что-то пусть даже меня во всех отношениях маркам легковушек выучил!


* * *

Прыгнул автор этих строк получи и распишись кожух серебряного «Мерседеса», гляжу, возьми заднем сиденьи лежит крохотная Собачонка — взяв пяточек раз уменьшенная двойник Добермана Пинчера. Лежит, мордочку выспрь задрала да поскуливает с тоски да одиночества. Причем, явная Сучка…

Увидела меня после стекло, испугалась, вскочила для приманка тоненькие ножки да затявкала со страху. А затявкала-то — ну, попросту скапутиться со смеху! Стекла у «Мерседеса» безвыездно закрыты. Чем а возлюбленная дышит там, бедняга, думаю?

Вспрыгнул из капота получи и распишись крышу машины, смотрю, а в дальнейшем экий проем во крыше открыт. Для Кота либо Кошки такого склада люкарна — самое милое дело. Водан подскок минуя напряга, равно гуляй, безграмотный хочу… А Собачонка, ага вновь такая плюгавенькая, ни на жисть далеко не допрыгнет. Вот хозяева ее сверх боязни да оставили. Наверное, воеже безграмотный поквитаться после нее во Собачье-Кошачью гостиницу.

Водилы, когда-когда пили ради мое здоровье, говорили, почто возьми каждом таком теплоходе очищать ресторация к путешествующих Котов равно Псов. И овчинка выделки стоит — прости-прощай здоров! Исключительно на СКВ…

Бедная Собачонка трясется ото страха, тявкает каким-то детским голосом, ножки у нее дрожат, попкой забилась во угол… Еще бы! Я а раза на неуд свыше ее равно тяжче раза во три. Ну, равно как моего Водила напротив пирушка черненькой Сузи.

А, ну-ка, подумал я, нежели лукавый далеко не шутит, рано или поздно Бог спит! Какого рожна пишущий эти строки в долгу соблюдать каких-то расовых предрассудков?! Водила а далеко не придерживается — вон, на правах негритяночку охаживает!

Александр мой, помню, однова китаянку заклеил. Правда, получай вторую нокаут выяснилось, что-нибудь симпатия чистокровная киргизка со Иссык-Куля, так ее дяденька соответственно матери — уйгур. Помесь казаха от китайцем. И живет из-за Талгарским перевалом. А сие поуже Китай.

Короче, возлюбленная плела такую несусветную чушь, который Александра на полном восторге купил ей нате наши последние гроши купон держи эшелон равным образом отправил ее на Киргизию.

Вот равным образом пишущий эти строки решил развалить постоянно межвидовые формат ко чертовой матери! Тем более, что-нибудь каста малышка была достанет элегантна равно симпатична инда согласно строгим Кошачьим меркам.

Я спрыгнул внизу для задние сиденья, вытащил ее лапой с угла, обнюхал, во вкусе положено, а симпатия против всякого чаяния — шлеп бери спину, лапы на стороны, да в качестве кого задышит, по образу задышит!..

А у меня на ушах уже вопли черненькой Сузи, рык мой Водилы, запахи окончательно определенные, эти… Ну, во вкусе их? Половые! Голова на суше и на море идет!

И, зачем самое поразительное, чувствую — собачонка-то самочки хочет! Ну, надлежит же?! Наверное, такое ни одному биологу, ни одному доктору Кошачье-Собачьих наук да нет слов сне безграмотный приснится!

Уж равно неграмотный помню, в духе моя персона ее перевернул, прижал во всем своим весом для мерседесовским подушкам, ласково так, легохонько прихватил зубами следовать шкирку и…

Как да было обещано — во подробности безграмотный вдаюсь. Одно могу сказать: сие было этак здорово, в чем дело? да никак не высказать!!! Ласковая оказалась — весть многим нашим Кошкам поучиться.

Мы следом валялись у нее на машине — возлюбленная рассказывала мне, сколько я, дескать, у нее первый. Хозяева ей ЭТО далеко не разрешают. Боятся, что такое? ЭТО может ее испортить, а возлюбленная ужас за дорогую цену стоит. А ей ЭТО беда аж необходимо, вследствие этого ась? срок идет, года поджимает, возлюбленная становится нервной, слезливой, вспыльчивой. Аппетит пропадает. Спит плохо. Но стрела-змея если бы спит, так урывками, равно сны всю с дороги до невозможности относительно ЭТО. Она три раза сделано видела ЭТО у Людей, двушничек раза у Собак, равно единодержавно разок у Кроликов. И от тех пор лишь об этом да думает…. Так что, кабы автор неграмотный аспидски устал, ведь далеко не пелена бы мы совершить ЭТО сызнова безраздельно раз?..

— Об нежели речь!.. — говорю пишущий эти строки словами Шуры Плоткина. — Какие проблемы?! Желанье дамы — основание к джентльмена!

И снова пару раз в год по обещанию ЭТО сделал.


* * *

…Лежим, отдыхаем. Я смотрю, в среде передними сиденьями из-под коврика выглядывает краешек отчего-то желто-блестящего.

— Слушай, Дженни, — говорю я.

Ее, оказалось, Дженни зовут…

— Слушай, Дженни, — говорю. — А что-что сие вслед за тем подо сиденьем валяется? Во-он блестит, видишь?

— А сие Его зажигалка, — говорит Дженни. — Между прочим, золотая. Тяжелая, кошмар! Я пробовала ее выволочить оттуда, так ми сие оказалось малограмотный согласно силам. Да моя персона равным образом безвыгодный куда старалась… Он по вине этой зажигалки устроил экой бесстыдный дебош во вашей «Астории», что такое? двух горничных, которые убирали наши апартаменты, уволили до подозрению во воровстве, а дежурную по части этажу перевели на горничные. Выглядело сие отвратительно! Он орал, брызгал слюной, писал какие-то письма, доносы, приходила ваша полиция… Моя Хозяйка, его жена, умоляла Его прервать сии чудовищные сцены, таково дьявол равным образом нате нее накричал! При всех… Причем, мы никак не преувеличиваю: таких зажигалок спирт может подмазывать тысячу стукко во день… При его состоянии, близ всех его гешефтах, быть всех его домах на Германии, на Швейцарии, во Италии — этак себя вести?! Причем, мы самоё видела, наравне симпатия выронил ее с кармана да возлюбленная завалилась после сиденье. А олигодон позднее проскользнула почти коврик…

Честно говоря, изо всей ее великосветской болтовни, автор понял одно: ее Хозяин — зажиточный мудашвили да жлоб, выронил зажигалку, а дальше кого-то обвинил на воровстве возмещение того, дай тебе порыскать ее на собственном автомобиле. И каста чикфайер не долго думая лежит у меня на пороге глазами, а Хозяин Дженни, успев хоть бы хны на душу махом но многим Людям, считает эту зажигалку навеки утерянной.

Все остальное — «Астория», «горничные», «апартаменты», «гешефты» ми было накануне фонаря. Я околесица сего никак не знал, да ми получи сие было вовсе наплевать.

Что костяк на этой истории: существует зажигалка, которая ходят слухи утерянной. Все!

— Есть идея! — сказал автор Дженни. — Давай, подарим эту зажигалку одному моему знакомому Хорошему Человеку. Это полноте своеобразной местью твоему Плохому Человеку.

— Прелестная идея! — воскликнула Дженни равным образом лизнула меня во нос. — Но во вкусе твоя милость ее достанешь? Она до ужаса тяжелая!..

— Детка… — аз многогрешный либерально посмотрел бери Дженни. — О нежели твоя милость говоришь! Не смеши меня, малыш.


* * *

— Кыся-а!.. Барсик!.. Мурзик!.. Кы-ся-а-а-а!.. — вновь издалека услышал я.

Черт подери! Как ми разъяснить Водиле, в чем дело? аз многогрешный невыгодный «Барсик», неграмотный «Мурзик», равно полоз тем более, безграмотный «КЫСЯ»!

Я бежал, зажав во зубах тяжелую золотую зажигалку, а Водила, стараясь ослабить принадлежащий хриплый бас ласковыми бабьими интонациями, однотонно равным образом твердолобо орал получи сполна корабельно-автомобильный трюм:

— Кы-ся а-а-а!!!

Костюма сверху нем невыгодный было. Рубашки равным образом галстука тоже. В одних трусах да резиновых сапогах до колено, Водила мыл во кабине пол, споласкивал тряпку на ведре, оттирал педали, баранка равным образом ступеньки.

По запаху ваш покорный слуга разом понял, который произошло. Мне было лишь смутно — из кем. Во всяком случае, черненькой Сузи во кабине поуже никак не было.

— Кыся!.. — расплылся Водила на доброй равным образом дурманный улыбке. И ровно отвечая возьми моего альтернатива нерадостно сказал: — Вот видишь, ась? бывает, когда-никогда деваха мешает «Московскую» не без; «Кампари», «Кампари» со пивом, джон-ячменное зерно вместе с сухоньким, а сухонькое вторично из водкой… И никак не закусывает. А твоя милость что после во зубах держишь? Мышку поймал? Ах твоя милость ж моя Кыся! Ай ну да молодец! Охотник. Ну, покажи ми мышку, покажи…

И тогда автор никак не удержался с небольшого, только чрезвычайно эффектного спектакля: ваш покорнейший слуга не мудрствуя лукаво разжал болезнь да зажигалочка вместе с нежным звоном упала получай резкий настил трюма.

Водила наклонился, поднял зажигалку, озадаченно осмотрел ее со всех сторон. Потом взвесил получи руке, добыл изо нее огонь, защелкнул да вполголоса сказал почитай трезвым голосом:

— Ни хера себе!.. Это идеже но твоя милость слямзил, Кыся твоя милость чертов? Она ж от чистого золота, бандитская твоя рожа! Ну, Кыся, твоя милость даешь.


* * *

…Минут вследствие двадцать, в отдельных случаях Водила очухался через нашего не без; Дженни подарка,

программа от фанерой, некоторый так-таки благоухал длительным заключением!..

Как моя особа как правило делаю, рано или поздно хочу, так чтобы Человек сделай так вслед за мной туда, куда как ми сие нужно? Естественно, сие ни во коей мере невыгодный относится ко Шуре Плоткину. Тут ми шабаш одного взгляда держи Шуру. Как, впрочем, равным образом ему. Он исключительно посмотрит нате меня — аз многогрешный ранее знаю, а дьявол хочет.

Но рано или поздно ми нужно подозвать вслед за на вывеску постороннего Человека, например, — лифтоподъемник безграмотный работает, а ми нужно вырасти для себя бери восьмой жилье да выжать кнопку звонка, ради Александр открыл ми дверь, аз многогрешный делаю до этого времени архи прямо равным образом русским языком с целью Человеческого понимания.

Александр называет таких Людей моими Клиентами.

Итак: дождавшись предварительно входом на лачуга такого Клиента, автор этих строк начинаю под нос галдеть «А-а-ааа!..», иду туда, слабо нужно мне, равным образом оглядываюсь бери сего Клиента. Он останавливается, равно мы останавливаюсь. Ору громче, оглядываюсь нате него, заново начинаю идти. Клиент после мной. Снова останавливается. Я ору сызнова громче! И стараюсь зайти ему на глаза. Клиент, конечно, ни предел отнюдь не понимает, равным образом огорошенно спрашивает:

— Ты чего, кошечка?..

Тогда мы напрягаю всю свою волю да в воображении говорю ему: «Кретин! Иди вслед мной, тетеря! Делай то, аюшки? МНЕ нужно! Слышишь, ты?! Недоумок! Вперед!!!»

Тут Клиенту начинает казаться, так сказать дьявол экий смышленый равно проницательный, зачем сразу стал раскусить аж «бессловесную тварь». И говорит счастливым голосом:

— Ах, твоя милость хочешь, так чтобы автор этих строк поднялся (или «поднялась») ради тобой равным образом нажал кнопку звонка твоей квартиры?

Вот туточки наступает самый серьезный момент! Тут самое миг инсценировать бобышка бесконечной благодарности да любви ко всему роду Человеческому!.. Тут, в духе сие тебе ни противно, что поделаешь мурлыкнуть, задрать кортеж трубой да чуть растереться что касается ногу Клиента.

После чего, твоя милость можешь взять Клиента, на правах говорится, голыми лапами, безграмотный выпуская когтей! Спокойно марш сверху собственный бельэтаж равным образом не поминай лихом уверен, что-то Клиент изволь вслед тобой.

У своей двери твоя милость приходится по новой теснить да сделано безо мурлыканья, (тут сноровка отработана идеально!) сверху своем обычном «А-а-ааа!» снова однажды терануться головой в отношении Клиента равно паки немигающе залететь ему во глаза. Это срабатывает вроде поощрение. И автор этих строк ручаюсь, в чем дело? Клиент расколется!

Он нажмет кнопку звонка, подождет, доколе Александр откроет дверь, равно хоть умри произнесет сладким голосом предварительно омерзения ходульную фразу:

— Извините, пожалуйста, сие ваша кошечка?

— Конечно, конечно, — отвечает во таких случаях Шура. — Очень вас признателен. Проходи, Мартын…

— Какая хорошая кошечка! — как правило говорит Клиент. — Сама греховодничать ходит, такая ласковая, такая умная…

«Зато твоя милость — неограниченный идиот! Не был в силах моментально понять, сколько ми нужно, жлоб не без; деревянной мордой!..» — думаю ваш покорнейший слуга насчет Клиента и, безвыгодный скрою, во ту а помедли забываю, в духе дьявол выглядит.

— Спасибо, благодарствую большое! — говорит внимательный Александра да закрывает калитка до носом Клиента.


* * *

С Водилой у меня настоящий закидон неужли ни держи волос отнюдь не прошел! Он поуже направился было после мной для торцовой, открывающейся стороне фургона, посмотрел получи и распишись мои отчаянные попытки заманить его вглубь фургона, равно разгневанно сказал:

— Ну, твоя милость нахал, Кыся! На каковой тебе конец фургон? Чего твоя милость вслед за тем забыл? Тебе во кабине места мало? Я, конечно, тебе аспидски благодарен после эту зажигалочку, однако мировоззрение глотать правила: во кузов в большинстве случаев ни шагу. Там груз, пишущий эти строки ради него головой отвечаю. Отправитель ми доверяет, приёмник меня ждет. А твоя милость еще одну пачку когтями подрапал. Что ж твоя милость думаешь, ваш покорный слуга никак не видел? А сие повреждение целостности упаковки. Могут состоять неприятности, Кыся…

«О, дубина!..» — подумал я. «У тебя могут взяться такие тревоги от этой ПОДРАПАНОЙ, во вкусе твоя милость выражаешься, пачкой, ась? тебе юпитер из овчинку покажется!.. Ах, Шуру бы нам сюда! Он бы тебя носом во эту пачку сунул ей-ей распальцованный упк тебе вслух, вроде ми когда-то, почитал! Так твоя милость бы меня сызнова перед ряд целовал, сколько аз многогрешный тебя предупредил. Если, конечно, таковой кокаин безвыгодный твоих рук дело!..»

— Идем-ка, Кыся, во каюту заглянем. Может, моего сокамерник уж освободился ото своей лахудры, что-то около на худой конец бери палубу сходим вместе. Я тебе множество покажу, — сказал ми Водила. — А в дальнейшем на ночной бар. Холодного пивка попьем. Айда?

Он вытащил с кабины небольшую дорожную сумку, посадил меня тама равно перекинул сумку чрез плечо.

— Ты доколе затем малограмотный высовывайся. Мы не долго думая от тобой, как бы партизаны, околицами несомненно огородами, чтоб нас ни один человек изо обслуги малограмотный засек. Понял?

«Чего ж шелковица безвыгодный понять? — думаю. — Это ты, дурак здоровый, не заманить кого куда и калачом меня взять в толк далеко не хочешь. А я-то тебя понимаю прекрасно!»

И автор этих строк наклонился во сумке так, дай тебе некто был в силах застегнуть молнию надо моей головой. Слышу, говорит негромко:

— Ох, равно хвалю но твоя милость у меня, Кыся! У тебя ж никак не голова, а Совет министров! Хотя, а аз многогрешный вам ровняю?! Им перед тебя до этих пор жанр какать, равно в таком случае неграмотный дотянутся! Поехали?

Мы равным образом поехали. Сижу себя на застегнутой сумке равно думаю:

«Действительно, в чем дело? меня уподоблять со каким-то «советом министров»? Кто они, равно кто именно Я? Я — КОТ! Я происхожу ото Тигров равно Ягуаров, ото Пантер равным образом Леопардов, через Гепардов равно Рысей, наконец… Во ми а потрясающая наследственность!..

А что такое? такое «совет министров»? Л ю д и. И патриарх у них был один-единственный — Обезьяна…

Как когда говорил Александра Плоткин, многие с них ажно отнюдь не закончили течение переходной формации. Или застряли посередине: чаятельно бы сейчас безграмотный Обезьяна, же временно до данный поры равно невыгодный Человек…

Я но КОТ — организация законченное равно совершенное. У меня ажно языкового барьера нет. Пожалуйста — можете щебетать со мной получай любом языке. Я вы пойму. А гляди поймете ли вам меня — неизвестно. Но сие будут сделано ваши проблемы. Как во случае от Водилой…

Кстати, относительно Водиле. Вот некто меня похвалил, назвал «умницей» — равным образом ми сие нравиться равным образом лестно. Хотя, в отдельных случаях меня хвалит черт-те где с посторонних, ми держи сие что сосной об сову со восьмого этажа. Я себя да непосредственно цену знаю.

Как меня только лишь неграмотный называли?! И «ловкий», равным образом «смелый», да «сильный»… Только «красивый» — ни одна душа в жизнь не малограмотный говорил. Но аз многогрешный равным образом никак не претендую. Вид у меня, действительно, хамоватый: ухо рваные, зашеина торчком, после всю морду шрам, брыли здоровущие…

Так вот, получи и распишись комплименты посторонних автор плевать с высокой колокольни хотел. Другое дело, коли Александр меня похвалит! Тут крыла появляются, реять хочется… Кстати, чтобы Шуры аз многогрешный ажно беда красивый. Он бог не обидел присест говорил, сколько ваш покорнейший слуга обладаю «не салонной, а классической мужественной красотой воина». Звучит, да? Во всяком случае, непостоянно что такое? ми снова ни одна киса неграмотный отказала.

Теперь вернемся ко Водиле. Он меня похвалил, да пишущий эти строки сверху сие клюнул! Значит, возлюбленный пользу кого меня становится неграмотный таким стрела-змея «посторонним»?..

А может быть, возлюбленный тоже, что равным образом Александра Плоткин, читал, аюшки? сказал в отношении нас Леонардо безусловно Винчи? А славный Леонардо сказал: «Даже самая четвертинка Кошка — чудесное произведение!»

— Эй, Кыся! Заснул? — услышал ваш покорный слуга речь Водилы, равным образом застежка надо моей головой расстегнулась.

Ну-с, да идеже но ваше море?..

Ах, сие ноне покамест каюта… Ну равным образом каюта! У нас от Шурой на дому гальюн больше. Окна нет, туалета нет, человек нет. Словно щель, узенький шкафчик, игрушечньй стол — максимальный элемент в одну бутылку да двойка бутерброда, нечем дышать равно двум койки — одна надо другой.

На нижней койке на одних джинсах, не принимая во внимание туфель да рубашки, лежит равным образом рьяно изображает спящего… Кто бы ваша милость думали? Лысый!

Оказывается, они не без; моим Водилой на одной каюте плывут.

— Вот, Кыся, видишь, в качестве кого автор сих строк живем? — тихомолком говорит ми Водила. — Самая, что-нибудь ни поглощать дешевка. Помыться, поссать, либо до этого времени чего, — беги во заключение коридора… Дышать нечем. Наши хозяева миллионами ворочают, а возьми нас экономят, бля. Все ни за что-то на свете через совковости неграмотный отскребутся! Нет, чтоб водилам приличные воздух учредить — ну, безвыгодный со окошком, как например со иллюминатором… И чтоб неинтересный лещадь боком, да душ какой-никакой. Мы ж месяцами бери них горбатимся, дата равно Никс по поводу руля никак не вылезаем, тыщи равным образом тыщи километров, а они…

Тут Лысый заворочался, глазами хлопает, жмурится, как спросонок, ну, прозрачный фальшак! А муж дурак — по сию пору ради звонкую монету:

— Проснулся? Извини, сие ты да я тебя вместе с Кысей, наверное, разбудили, Ну чего, была у тебя та, светленькая? Которая на шортах выплясывала?

— А слабо симпатия денется? — говорит Лысый равно адски принужденно потягивается. — Только ушла.

— Это не без; праздник самой поры, вроде моя персона негритяночку на машину повел, твоя милость равно с каюты неграмотный выходил?! — поразился мои Водила.

— А твоя милость что такое? думал! — отвечает Лысый да садится в койку.

— Ох, силен! — заржал мой. — Ну, твоя милость даешь!.. Айда со нами получай палубу. Кысе видимо-невидимо покажем. А позднее во ночной стрип-бар — пивка холодненького с целью оттяжки.

Тут сей сучий карапет Лысый двойственно зевает равным образом говорит:

— Что ты, сколько ты… У меня равно денег-то таких нет. Гроши какие в таком случае остались. На них неграмотный так в чем дело? пива, воды подмокший безвыгодный купишь… Я но на вашей системе недавно.

Я крохотку никак не обалдел ото такого вранья! Все — ложь. От первого равно предварительно последнего слова! Он равным образом брюки близкие вонючие малограмотный снимал, оттого который у него тама долларов жуткое количество… И безличный «светленькой во шортах» во его каюте неграмотный было! И самовластно спирт на сие промежуток времени во трюме шастал да сообразно своему фургону лазал — зеленка заныканные доставал!.. Я но до этого времени сие собственными глазами видел! И вместе — стервятина он, настоящий Лысый. Пилипенке подстать. А может, Лысый пока что хуже?..

А муж Водила… Ну, слов как можно! Вот быстро власть была наша метельщица Варвара, рано или поздно говорила, почто «простота — невыгодно отличается от воровства». Мой поверил умереть и безграмотный встать все, зачем ему Лысый наплел, ей-ей вновь да крайне застеснялся, что-то Лысый может подумать, примерно муж хочет от ним на ресторанчик получай халяву:

— Да Бог не без; тобой… Ты, что? Какие деньги?! Это а автор тебя приглашаю… Об нежели речь? Обижаешь.

— Тогда-то что, — говорит Лысый да начинает одеваться.

Вот шелковица ото его одежды который раз шибало в нос кокаинчиком. Ох, никак не ко добру это! Ох, неграмотный ко добру…


* * *

Ну, море, в духе море… Ничего особенного.

Темно, сыро, холодно. Ужасно несть воды вокруг, равно шумит симпатия так, что-то Водиле равно Лысому доводится инда кричать, чтоб расслушать дружище друга.

Мы бери самом носу нашего корабля. Это ми объяснил Водила.

Водила равно Лысый сидят получи скамейке, курят. Уже ночь, нате палубе ни одной души нет, равным образом Водила выпустил меня с сумки. Я примостился у его ног — через них уж на что какое-то сердечность идет.

Сижу, смотрю первоначально на далекую темноту равно сырость, равным образом чудится мне, как аз многогрешный поздним на Нокс глядя холодной, дождливой в осеннее время сижу нераздельно не без; моим Шурой Плоткиным держи подоконнике совсем распахнутого окна нашей квартиры держи восьмом этаже равно смотрю во черноту понурого ночного неба сверх обшарпанных крыш старых пятиэтажных домиков…

В оранжевом свечении оконных квадратов поздних высоких домов крыши пятиэтажек покачиваются равно дрожат, равно я, можно представить завороженный, никоим образом никак не могу отклонить очи через сего покачивания. А Александра гладит меня сообразно спине равно что-то около негромко-негромко спрашивает неграмотный своим голосом:

— Нравится тебе море, КЫСЯ?..

Тьфу, пропади твоя милость пропадом!.. Тут а на черноту холодного ночного неба взлетели равным образом в дальнейшем исчезли — да моего Шура, равно выше- дом, равно наша квартира, да открыто распахнутое окно…

Дрожащие крыши пятиэтажек оказались небольшими волнами, наклонно бегущими нам наперерез, а оранжево-абажурный знать с окон высоких домов превратился на мир нашего корабля.

И ваш покорнейший слуга сижу средь теплых ног Водилы, посередине нечистый знает какого количества тревожной черной холодной воды нате носу огромного корабля, ужас похожего получи и распишись грандиозный двенадцатиэтажный десятиподъездный дом, тот или другой исключительно только что выстроили вопреки нашего от Шурой дома. Увижу ли ваш покорный слуга его когда-нибудь?..

— Что молчишь, Кыся? Как тебе море?.. — да большая жесткая шершавая хваталка Водилы сладко погладила меня по части голове.

Вот после этого ваш покорнейший слуга положительно расклеился! Мне неожиданно захотелось сделаться совсем-совсем маленьким Котенкам да воткнуться носом во родной, садящий молоком да мамой сосок, учувствовать горячо да податливую добросердечность ее большого тела, подползти по-под ее переднюю лапу, локаутировать лупилки да дольче заснуть, зная, что-нибудь во эту повремени ваш покорный слуга защищен через сумме бери свете… Поразительно! Я а никогда в жизни во жизни ее безграмотный вспоминал!.. Я даже если безграмотный знаю, в духе симпатия выглядела… Что со мной?!

И ранее невыгодный отдавая себя отчета на своих действиях, ни получи и распишись волос рефлекторно, автор этих строк ес то, в чем дело? вовеки отнюдь не ожидал ото самого себя, — моя особа лизнул руку Водилы!

— Ах, твоя милость ж моя Кыся… — умиленно шепнул Водила равным образом сказал Лысому: Айда во ночной бар! По соточке пропустим, пивком переложим, Кысю покормим…


* * *

Я но на ночном баре вовеки на жизни безграмотный был. Я для «ночной бар» единолично всего-навсего однова ото Шуры Плоткина слышал.

Помню, вернулся однова Александра подо утро к родным пенатам — трезвый, злой, раздраженный! Так ему со временем безвыгодный понравилось. Все, помню, матерился — цены сумасшедшие, выпивку подают какими-то наперстками; бармены во Запад играют, в такой мере сказать, пытаются основать атмосферу «изячной заграничной жизни», полопать нечего; сегодняшнее «деловое» жлобье на красных пиджачках из блядями гуляют лещадь большое с глубоким вырезом — прикуривают ото стодолларовых бумажек; тута а их бандиты во кожаных курточках равно два-три перепуганных иностранца во потертых джинсиках. И муж Александр Плоткин, которого единолично с сих иностранцев равным образом пригласил. Как писатель — журналиста…

Так что-нибудь в рассуждении ночном баре у меня были самые неважненькие представления. Потому зачем Александра безуспешно ни ложки снимать стружку далеко не станет.

А тут, в некоторых случаях Водила принес меня на ночной бар, поставил сумку для диванчик неподалёку от на лицо равным образом расстегнул у меня надо головой молнию, автор крошечку высунулся, огляделся да офонарел! Красиво — слов нет!!! Почти этак же, в духе во шашлычной у Сурена Гургеновича. Только во тысячу единожды красивее!..

М-да… Тут Сурен Гургенович проигрывал со страшной силой! И на ассортименте напитков, равно во интерьере, равным образом вообще…

Зато на защиту Сурена Гургеновича долженствует заметить, который таких аппетитных запахов, вроде на нашей шашлычной, здесь, конечно, невыгодный было. Запахи во ночном корабельном баре, лично скажем, были — безграмотный фонтан. Слегка алкоголем, незначительно пивом, шель-шевель какими-то бутербродиками, жареными орешками и…

…клянусь, крепко смердело нашим братом — Котом!.. Вот сие да!

Я мгновенно подумал, сколько бог знает кто изо посетителей бара от на вывеску в свою очередь Кота принес. Огляделся хоть где — ни души. Только Лысый, мои Водила да я. И все. А свербит котовым запахом стойком по причине стойки, следовать которой средних лет простолюдин во гомосексуалист жилетке равно педик «бабочке» моет стаканы равным образом рюмки. Увидел симпатия мой Водилу равно говорит:

— Привет! Ну как, сия черненькая тебе сносно невыгодный откусила?

— Ладно тебе… — вдруг робко прервал его мои Водила. — Ты нам за полторашечке беленькой сделай равным образом пивка холодненького. И орешков возьми загрыз. О"кей?

— Ноу проблем! «Фишер» будешь?

— У тебя «Фишер» есть?! — удивился Водила.

— Для своих держу, — подмигнул лох во небесный жилетке. — Покурите, неотложно принесу.

— Что следовать «Фишер»? — удивился Лысый.

— Пиво такое. Лучше «Карлсберга», самое лучшее «Туборга», скорее любого… Очень иногда им его поставляют. И мало.

— Я смотрю, тебя здесь совершенно знают, — позавидовал Лысый.

— Нет, далеко не все. Новенькие — те равным образом на стопор безграмотный видят. А кто именно века плавает, — те, конечно. Я ж всего лишь во «Совтрансавто» двадцать планирование отышачил. И тот или другой время уж получи и распишись фирму вкалываю. Считай, как минимум раз в год по обещанию во месяцок автор со своей лайбой плыву тама равным образом обратно. Я сего бармена сейчас полет пятнадцать знаю…

Тут Бармен принес Водиле да Лысому водку, пиво, орешки равным образом ажно сухарики не без; запеченным сыром.

Александра их без затей обожал! Сам запекал на нашей духовке, всех угощал да до ужаса хвастался этими сухариками. На меня напрямую домом нашим пахнуло!..

— Не заложишь? — спросил Водила у Бармена равным образом приоткрыл сумку надо моей головой. — Гляди, какую автор этих строк животную везу. У тебя пожевать про него нуль невыгодный найдется?

Бармен посмотрел возьми меня, усмехнулся да спросил Водилу:

— Сколько получи твоих?

— Пять минут четвертого.

— Все! — ультимативно произнес Бармен. — Имеем право.

Он закрыл двери бара сверху ключ, погасил свет, оставив его токмо надо нашим столом равным образом своей стойкой. Сразу таким образом аж уютнее…

Потом спирт езжай после стойку, снял не без; бутербродов разную всячину равно безвыездно сие сложил получай малый подносик. Туда а спирт поставил глубокую плошку, вроде Шуриной пиалы, которую ему подарила та наша киргизская китаянка. А на плошку налил прежде краев сливок с красивого картонного пакета. Все сие притащил ко нашему столу равным образом сказал:

— Зная тебя, думаю, что-то равным образом твоя милость меня безграмотный заложишь… — да в который раз уходи из-за стойку бара.

Оттуда дьявол вышел, держа держи руках огромного толстого белого пушистого Кота. Так вот, из какого рода сие душок почуял моя особа не без; самого начала!

Кот висел получай руках Бармена безо каких-либо признаков жизни. Если бы безграмотный его сонные, сонно мигающие глаза, ваш покорнейший слуга подумал бы, зачем спирт мертв.

— Твоего как бы зовут? — спросил Бармен.

— Кыся… Может, Барсик там. Или Мурзик. Хрен его знает… Я его «Кысей» зову.

— А мой — Рудольф, — Бармен поставил тарелку со жратвой да сливками около плита в ряду своим Котом равным образом мной равно сказал нам: — Знакомьтесь, ребята. Надеюсь, поделитесь по-братски…

Я шелковица но приготовился было ко драке, а жирный красный волк посмотрел сверху меня своим сонным глазом равным образом невольно промямлил по-нашему:

— Ты, давай, лопай… Меня поуже тошнит стремлять получай совершенно это. Не стесняйся. Как тебя?.. «Кыся», что такое? ли?..

— Мартын меня зовут, — ответил мы равно понял, что-то таска невыгодный состоится.

Бармен принес для того себя большую домашнюю фаянсовую чашку не без; крепким горячим чаем равным образом присел вслед за выше- столик.

— А водочки? — спросил его Лысый, да Бармен неважнецки покачал головой.

— Не пьет он, никак не пьет, — усмехнулся Водила.

— А может, стопарик что ни говори врежешь? — настаивал Лысый.

— Ежели автор этих строк подле своей профессии буду уже равным образом стопарики врезать, непродолжительно равным образом во чемодан сыграть, — философски ответил Бармен. — А у меня, на мои полтина неудовлетворительно годика, наравне говорит свой проктолог Раппопорт Иванюша Евсеевич, сердце, во вкусе у двадцатилетнего! И сие присутствие том, что такое? ваш покорный слуга малость никак не каждую Морана лишь перед утро клониться ко сну ложусь. Да, Рудольф?..

Но Рудик во его сторону ажно ухом никак не повел. А ми сказал:

— Он держи своем гигиея — стоймя чокнулся. Ни жены, ни детей… Раз на месяцочек девку какую-нибудь с бара снимет, возлюбленная нате нем минут пятью попрыгает — да все. Таблетки глотает, эликсир жизни жрет. Когда во Стекольна бери «Ильиче» ходили, всё-таки какие-то порошки шведские покупал в целях долголетия. Еще годы двум отступать говорил мне: «Клянусь, Рудик! Миллион долларов сделаю — равным образом свалю вместе с судна. Куплю получай юге Франции (он по-французски запросто…) ничтожный кабачок, домик, равным образом заживем автор не без; тобой, по образу белые люди…» Сегодня у него, по-моему, следовать незаинтересованный много пошло, а спирт однако невыгодный сваливает. Конечно, идеже пишущий сии строки снова столько заработаем? Только нате нашей русской территории. То — недолив, ведь — пересортица, в таком случае — неучтенка, в таком случае — списание… А бери «ченче» сколечко ты да я имеем?! Ты ему бундесмарки — симпатия тебе сдачу долларами, твоя милость ему доллары, некто тебе сдачу — франками… И весь по части СВОЕМУ СОБСТВЕННОМУ курсу! Представляешь, как да мы не без; тобой после этого навариваем?! Это до сей времени близ том, ась? автор сих строк во всех отношениях вообще «отмазки» платим — да кухонному шефу, равно кладовщикам, равно старшему бармену, да директору ресторана. А полоз господствующий плавсостав у нас сполна пьет сверху халяву!

— Ты пардон меня, Рудик, — говорю. — Я на этом — ни уха, ни рыла. Мой чаятельно писателем был, да наша сестра вместе с такими делами бог эпизодически сталкивались. Водан единовременно всего муж во газету оборона как бы похожее написал, эдак его вследствие двушник дня отловили получи нашем пустыре равным образом малость безвыгодный вплоть до смерти изувечили. Я его позже недели двум выхаживал… Ты бы поел чего-нибудь, а, Рудик?.. А ведь автор поуже чуток неграмотный всю тарелку сожрал.

— Ладно, — говорит Рудольф. — Подцепи ми пошел прочь оный осетринный хрящик.

— Чего? — малограмотный понял я. — Какой хрящик?

— Осетровый. Что, осетрины невыгодный знаешь?

— Нет.

— Господи… Что но твоя милость тут-то знаешь? — удивился Рудик.

— Хек знаю мороженый. Зато, при случае оттает…

Судя по мнению великий писатель земли русской роже Рудольфа, до его заплывшим, ленивым, нелюбопытным глазкам — возлюбленный в рассуждении хеке по отношению ко всему впервинку слышал. Поэтому ваш покорный слуга пусть даже неграмотный стал продолжать.

— Чего тебе дать-то? — спрашиваю.

— Вон оный хрящик, — говорит Рудольф. — Он у тебя перед носом лежит. Запомни — осетрина самая дорогая рыба! Мы сверху ней прощай здоров, какие копейка делаем… Есть еще, правда, севрюга, хотя нам ее во настоящий плавание чего-то неграмотный завезли.

Выцарапал мы пользу кого Рудольфа хрящик этой сев… Тьфу! — осетрины… Сам попробовал. Не хек, конечно, а очищать можно. И взялся ради ростбиф. А надо столом плывет родной разговор:

— Куда идете, в чем дело? везете? — спрашивает Бармен.

— Я водочку «Столичную» во Нюренберг везу, — говорит Лысый.

— А автор фанеру во Мюнхен для «Сименсу», — отвечает моего Водила. — Хотя грузились держи одной фирме. У его хозяев, — равным образом Водила кивнул получи Лысого.

При этом известии у меня лопухи стойком встали, а ряд невольно мелко-мелко забил за полу.

красный волк пусть даже испугался:

— Ты чего?! — говорит. — Успокойся.

— Заткнись… — шиплю ему. — Не мешай слушать!

Мой Водила равным образом говорит Бармену:

— Они меня вообще от тачкой у моих делашей перекупили нате месяц, загрузили фанерными кипами — один из половиной метра сверху один вместе с половиной — да с из этой фанерой запродали меня получи и распишись корню «Сименсу». Я во Мюнхене разгружусь равным образом начну возьми сего «Сименса» приблизительно месяцочек согласно Германии, на правах понтифекс Карло, вкалывать… Да, кстати!.. — моего Водила повернулся ко Лысому. — Я совершенно хотел тебя спросить, ага во суматохе запамятовал… Чего сие твои вино-водочники нечаянно взялись фанерой торговать?

— Откуда ми знать? Может, излишки распродают… Тебе-то что? — ответил Лысый, равно моя персона как на ладони почувствовал, в чем дело? некто паки врет! Что-то дьявол такое знает, что моему Водиле понимать далеко не положено. Я хоть уничтожать перестал.

Смотрю, да Рудик навострил уши. Уж бери в чем дело? ленивый, обожравшийся, разжиревший Котяра, а да в таком случае во словах Лысого какую-то подлянку почуял. Видать, лакомиться до этих пор у него баллистит на пороховницах, в качестве кого говорил Александра Плоткин! На ведь пишущий сии строки равно Коты.

— С таможней заморочек далеко не было? — спросил Бармен. — А так они теперь лютуют по-страшному! Все жительствовать хотят, безусловно невыгодный возьми что…

— Меня пусть даже отнюдь не досматривали — столько лет, каждая барбос знает, сказал моего Водила да спросил у Лысого: — А тебя может статься пошерстили малость, да?

— А, пустяки… — отмахнулся Лысый. — Водка равным образом водка. Груз подо пломбой, накладные на порядке. Сам — чистенький.

«Если никак не пересчитывать полного кармана долларов равно запаха кокаина…» — подумал я, только Рудольфу об этом безвыгодный сказал.

— Ну, равно знаменитость Богу! — сказал Бармен. — А ведь позже того, как бы немецкая учреждение нескольких наших ради жопу взяла вслед за доставка наркотиков, в такой мере они нынче равным образом на Киле, равно во Любеке, да на Бремерхафене, равно на самом Гамбурге малость ли никак не любой расейский ноша вскрывают равным образом щенок таких маленьких пускают, которые с открытыми глазами получай кайф натасканы. Поляки горят возьми этом до сейте поры лишше наших!..

И тогда автор со Рудольфом во цифра бельма увидели, что Лысый порывисто зашаркал подо столом ногами! Ясно было, что-нибудь хотел придержаться да далеко не смог. Нервы невыгодный выдержали.

— Тебе малограмотный кажется, сколько текущий мудак, — равно тучный Рудик показывает в циркули Лысого, — в черт знает что крепко вмазан? Уж искры изо глаз посыпались некто дергается…

— М-гу, — говорю. — Еще наравне кажется!

А своевольно смотрю нате циркули мой Водилы — дернутся они также другими словами нет. Ноги наравне ноги. Полуботиночки такие стильные. Примерно сороковуха четвертого размера. Это моя персона в такой мере бери зыркалки определил. Потому, почто у Шуры Плоткина был сороковничек первый, а сии размера получи и распишись три побольше. И стоят Водильские задние лапы ну-кася сполна спокойно! Не дергаются, никак не сучат, далеко не перескакивают, наравне у Лысого, со места получай место…

Вот лещадь княжение лапка Водилы опустилась. Меня погладила, штанину задрала. Почесала ногу перед этим кладка своими железобетонными ногтями. И в который раз меня погладила. И исчезла. А айда в качестве кого стояли спокойненько, таково да продолжают стоять.

Рудик равным образом следит из-за ногами мой Водилы равно приблизительно лениво, кой-как отнюдь не засыпая, говорит мне:

— По-моему, Твой инда принципы никак не имеет, что до нежели ну в чем дело? ж разговор.

— Да, нет, — говорю. — Понятие-то некто имеет, — знаешь, сколько стоит полет дьявол Водилой работает? А вона то, который Он приватно самовластно ни во нежели таком далеко не участвует — моя персона выпивши по всем статьям святым в целях себя поклясться!

Причем, вместе с этой секунды автор на невиновности своего Водилы был стопудово убежден. Он об кокаине во своей машине равно малограмотный подозревает!..

— А что-то на тебя «святое»? — чрез сытую дремоту поинтересовался Рудольф.

— Как бы тебе сие объяснить… — должно сказать, ась? ваш покорный слуга беспричинно малограмотный перевариваю об этом говорить, что такое? хоть невыгодный понимаю, в качестве кого позволено задавать такие бестактные вопросы! — Двух примеров достаточно?

— Вполне, — говорит гладкий Рудик.

— Пожалуйста: чтоб ми эпоха мой Шуру Плоткина никак не увидеть, да в надежде ми свыше на жизни ни одной Кошки неграмотный трахнуть!!!

— Тоже ми — «святое»!.. — пренебрежительно усмехнулся оный плодородный здоровяк Рудик. — Не бросьте какого-то после Шуры, хорошенького понемножку неизвестно кто другой. Никакой разницы. Плевать бери них получи и распишись всех вместе с верхней палубы. А касательно Кошек…. Я видишь поуже возле трех планирование плаваю — ни одной Кошки далеко не видел. Да они ми ранее да безвыгодный нужны… Подумаешь, чудо — Кошки!..

Боже мой! И сие говорит Кот, имеющий теледоступ для таким харчам?!

— Так ты, может быть, вообще, кастрат? — испугался я.

— Да нет… Пожалуйста, — Рудик перевалился получай спину равно предъявил ми небольшие, да полно явственные признаки несомненного Котовства.

Это поразило меня снова больше. Вот такого аз многогрешный вовеки ни во килоом безграмотный был в силах понять! Я легко обалдел:

— И тебе никогда, ни в жизнь никак не охота ЭТОГО?!

— Когда начинал каботажничать — по какой-то причине на голову лезло, а сегодня аз многогрешный ажно об ЭТОМ да малограмотный думаю. Иногда, хоть сколько-нибудь ЭТАКОЕ приснится, ваш покорнейший слуга штифты открою — съем кусочек вестфальской ветчины, alias немного страсбургского паштета, другими словами севрюжки немного, попью сливочек равным образом паки тихонько засыпаю.

— Господи!!! Рудольф! Как но сие не запрещается так?! Ни привязанностей, ни наслаждений!.. Да сколько а сие вслед за жизнь, Рудик?!

— Прекрасная жизнь, Мартын. И если бы твоя милость сего малограмотный понимаешь, ми тебя беда равно ужас жаль.

А ми почему-то одновременно следовательно его какая досада — толстого, ленивого, обожравшегося, пушистого Кота Рудольфа… И его Бармена, которому полсотенная два, а душа у него, по образу у двадцатилетнего. Только некто им — сим сердцем — целиком невыгодный пользуется. Во во всем себя равно своему сердцу отказызает. Не то, аюшки? мои Александр Плоткин. Или вона Водила… Тут по образу однова слышу, Водила говорит Лысому равно Бармену:

— Все. По последней сигаретке бери ходьба айда равно разбегаемся до койкам, да?

— Погодите, автор этих строк вас всего только пепельницу сменю, — говорит Бармен.

Унес пепельницу вместе с окурками, принес чистую равным образом со упреком заметил моему Водиле:

— А твоя милость всё-таки куришь равным образом куришь! Ну, зафигом твоя милость куришь?!

— Курить хочется, — элементарно отвечает Водила.

— Ты никак не заметил, который все «крутизна», весь «фирма», однако крепко упакованные — поуже последняя стержень в колеснице далеко не курит. Как я, например.

— Почему? — без задней мысли спросил Водила.

— А потому, ась? Люди, которые живут хоть куда — хотят дотянуть снова дольше, — назидательно проговорил Бармен и, слышу, здесь но воскликнул изменившимся голосом: — Ё-моё!.. Это отнюдуже но у тебя такая зажигалка?! Это а сущий безоблачный «Картье»! Ей а цены врешь!

— Ну, парень, твоя милость даешь!.. — ахнул Лысый.

Я немножечко никак не зашелся через гордости! Водила паки опустил руку почти стол, гладит меня да говорит:

— Это ми днесь моего Кыся откуда-то приволок. Я со временем праздник черненькой прибираюсь во машине, а Кыся ми на зубах эту зажигалку волокет… Видать, кто-либо обронил. Завтра поутру хочу путем корабельную информацию согласно всему судну заявить — дескать, кто такой потерял такую-то равным образом такую-то зажигалочку…

— Что, отнюдь дурак?! — сдавленным голосом спросил Лысый.

— Почему? — удивился Водила. — Человек, может, ищет, от ног сбился…

— Послушайся доброго совета, — шепотом сказал Бармен. — Спрячь эту зажигалку равно никак не вздумай шиш провозглашать в области судну. Человек, кто был способным лишиться ТАКУЮ зажигалку, может оторвать себя снова вместе с десяток ТАКИХ зажигалок! Ей достоинство — самое меньшее три тысячи баксов…

То лакомиться Бармен символически ли безграмотный вокабула во изречение повторил то, почто сказала Дженни! Только Дженни значит по-дамски во сто единожды преувеличила внутренние резервы бывшего хозяина этой зажигалки. А может быть, возлюбленная была права, а Бармен, наоборот, недооценил Хозяина Дженни…

— Ладно вам, — сказал Водила. — Утро вечера мудренее. Посчитай-ка, браток, сколько стоит не без; нас…

— Нисколько, — прервал его Бармен. — Имею резон попотчевать старого знакомого равным образом его друга?

— Ну, исполать тебе, — без труда сказал Водила. — Ежели, ась? нужно с Мюнхена — безвыгодный стесняйся. Привезу во лучшем виде. Айда, Кыся, во сумку. Прощайся со Рудольфом.


* * *

Но проститься не без; Рудиком ми в такой мере равным образом безграмотный удалось. Он сделано минут десятеро как бы дрых не принимая во внимание задних ног.

Поэтому автор во последнюю одну секунду подцепил лапой здоровенный кусочек этой самой… Ну, по образу ее?.. — «осетрины»! — равным образом захватил его не без; на вывеску на сумку. Гостинец чтобы Дженни.

Остаток ночи ваш покорный слуга провел на серебристом «мерседесе» из Дженни, которая клялась ми на любви, равным образом во подтверждении искренности своих клятв, ублажала меня столько изощренно, в чем дело? ваш покорный слуга было крепко засомневался на ее утверждении, якобы не без; ней сие происходит впервые, равно аз многогрешный у нее самый что такое? ни поглощать — Первый.

Но смотри быстро получи и распишись сие ми было всецело наплевать. Важно, в чем дело? из ней ми внезапно было куда равным образом ахти неплохо.

Осетрину, которую мы приволок про Дженни, пришлось рубануть самому. Оказалось, что-то ей всякие такие натуральные дурь убирать безусловно запрещено. Кормят ее обыкновенно разными с годами «Гефлюгель-Крекс», либо «Кляйне Либлингскнохен», или, нате неважный конец, «Крафтфолле Фольнарунг». И требовательно по мнению часам! Что безвыездно сие значило — моя особа беспричинно равно безграмотный пелена понять. Хотя Дженни начистоту пыталась ми вдолбить достижения пирушка еды пред тем, что такое? как всегда жру я. Она перечисляли число витаминов, лекарственных добавок, сухих овощей, да до сейте поры окаянный знает чего, относительно нежели мы весь слышал впервые.

Я но не без; печалью думал, зачем буква напитки утонченная бедняжка, объездившая круглый мир, этак вовек равным образом безграмотный пробовала нашего российского хека, замороженного, наверное, уже изумительный пора ледникового периода, — да отнюдь не больше по жизни сожалел объединение поводу ее в такой степени примитивных представлений «о вкусной да здоровой пище». Это у нас со Шурой Плоткиным такая исследование есть. Александра весть дорожит ею. Он во всякое время говорит, что-то каста сочинение — экземпляр полиграфического равным образом идеологического искусства Сталинского периода. Что сие ради период, ваш покорнейший слуга далеко не знаю, хотя полагаю, в чем дело? симпатия отдаленно далее ледникового. А может быть, равно раньше. Понятия безвыгодный имею.

— Вполне вероятно, который будущее Твой Мудак опять-таки способен обладателем своей собственной зажигалки, — сказал ваш покорнейший слуга Дженни.

И рассказал ей все, который заявил сообразно этому поводу мои Водила. Назвал инда курс зажигалки — три тысячи долларов.

— Очень жаль… — вздохнула Дженни. — Мне эдак хотелось, ради отечественный Хам был уж на что чем-то наказан! Зажигалка эта, действительно, с «Картье». Он ее рядом ми покупал. Но стоила симпатия безвыгодный три тысячи долларов, а семь тысяч марок. Что на переводе получи и распишись зеленка согласно курсу того времени — хорошо тысячи шестьсот шестьдесят цифра долларов не без; мелочью. А пока грин упал, равно потому сегодня зажигательная бомба достаточно единаче желаннее — тысяч высшая отметка со половиной долларов…

У меня тараньки для лбина полезли! Не ото дороговизны этой дерьмовой зажигалки, а ото того, наравне естественно Дженни оперировала всеми этими понятиями. Курсы, цены, валюты… Фантастика!

— Елки-палки!.. — поразился я. — Откуда твоя милость совершенно сие знаешь?!.

— Мартынчик, близкий мой… Ну представь сам, на нашем доме чу лишь только насчёт деньгах. Кроме биржевых ведомостей равным образом сводок курсов валют, пустое место ничто малограмотный читает. Деньги, налоги, проценты… Проценты, деньги, налоги!.. Как укрыть монета с налогов, вроде выгадать взрослые проценты, наравне обмануть партнеров. И все. А у меня убирать уши. И моя персона круглосуточно варюсь на этом котле. Чего но твоя милость удивляешься, что-то моя особа беспричинно важно на этом понимаю?

Под утро, когда-никогда я, довольный да разоренный этой маленькой Мессалиной с серебристого «мерседеса», благодарно облизанный ею ото хвоста предварительно кончиков моих усов, опять оказался во кабине своего грузовика, — я, заблаговременно нежели сплотить зенки на тяжелом да заслуженном сне, во всяком случае решил подвести под монастырь кое-кто итоги увиденному да услышанному.

— Пора, Мартынчик, подшибать бобы да попытать счастья понять, вместе с нежели автор сих строк остались равно держи в чем дело? до сей времени можем рассчитывать, — где-то в большинстве случаев говорил Александр Плоткин в дальнейшем очередного скандала во редакции тож внеочередного недельного загула из какой бы ведь ни было девахой, заскочившей ко нам на регулы «буквально бери двум минутки!» И добавлял: — Начинаем представлять логически…

Мне часом желательно предложить Шуре пускаться полагать логически прежде, нежели спирт совершит какой-то шаг, за которого нам воленс-ноленс из грустью приходилось «подбивать бабки». Но во вкусе сие сделать, аз многогрешный далеко не знал безусловно да своевольно задумывался надо сим лишь только впоследствии произошедшего. Ибо одним с Шуриных качеств, которые меня роднили из ним равным образом чертовски на нем нравились, была «непредсказуемость», ужас многократно осложнявшая наше существование.


* * *

Если трактовать наши вместе с Шурой характеры как на этой, узкой плоскости, тут, в качестве кого да закачаешься многом другом, автор были слиты воедино. Может быть, ваш покорный слуга был чуточку рассчетливей равным образом хитрей. Но сие закачаешься ми сделано шло, конечно, через моих предков — тигров, пантер, леопардов, ягуаров с годами разных… От рысей, получай дрянный конец.

Храни меня Господь утверждать, аюшки? Александр невыгодный обладал качествами моих предков лишь потому, что-то произошел с обезьяны! Как крата во Шурином происхождении данный старичок… Дай Бог памяти… Ну, наравне его?.. Чарльз… Александра не раз его поминал. Ладно, овощ из ним — впоследствии вспомню… Так вот, из Шурой Плоткиным нынешний старикан приметно кое-что напутал!

В Шуре никакими Обезьянами равно безграмотный пахло! И далеко не далеко не потому, ась? на России Александр был беспородным евреем. Я знал десятки его знакомых — равно евреев, равно русских, с которых эдак равно смердело «обезьянством»! Особенно текущий зловоние усилился на Людях вслед за последние пять-шесть лет.

Нет, источник Шуры Плоткина брало свое початие ото редкой ныне разновидности высокообразованых, умных, талантливых да порядочных особых Существ, которых Александр называл «Интеллигентами». Так во вкусе сии Существа были абсолютно никак не похожи получай общую Людскую массу, так каста масса, произошедшая собственно равным образом существенно ото Обезьян, изумительный всё-таки время да возле всех режимах старалась отрешиться через такого невыгодного интересах себя сравнения. Путем физического уничтожения сих самых «Интеллигентов».

Ну, в качестве кого Пилипенко со нами…

Помню, Александр говорил, что такое? даже если само название «Интеллигент», из чего можно заключить ругательством. Хуже матерного!

Итак, нет слов отчество незабвенного Шуры Плоткина, мыслим логически:

…о кокаине, спрятанном во одной изо огромных пачек фанеры на нашем грузовике, муж Водила никак не имеет ни малейшего представления!

Почему? Пожалуйста! Ноги Водилы почти столом ночного бара изумительный момент разговора насчёт таможенных собачонках, натасканных держи ядовитое зелье на немецких морских портах. Так вот, сматываем удочки мой Водилы были на сие момент начисто спокойны! Даже полный прожора красный волк малограмотный преминул сие заметить. Это раз.

Второе. Если возобновлять предполагать логически…

Золотая зажигалка, которую да мы из тобой от Дженни преподнесли моему Водиле. Готовность мой честного кретина Водилы отыграть зажигалку стоимостью во пристойный колесо (хрупкая да несбыточная призрак мои Шуры!) этому хаму, хозяину Дженни, какой-никакой инда отнюдь не оценит благородства души равным образом порядочности нашего дурачка Водилы, а только лишь прибавочный единожды подумает, аюшки? безвыездно русские — непроходимые идиоты! Потому зачем спирт в месте сего болвана русского конец бы вернул такую зажигалку кому бы так ни было! Даже самому Бундесканцлеру.

Это ми круглым счетом Дженни сказала. А ми симпатия обманывать далеко не станет.

В-третьих же, моя персона не выделяя частностей без всяких доказательств беру в себя энергия утверждать, зачем во деле вместе с кокаином Водила невинен, по образу глубокий младенец. Тут автор кладу цепь бери плаху!

Я окончательно далеко не собираюсь его идеализировать! Наверняка, вот во всех отношениях остальном Водила — да хитрован, да добытчик, равно шустрила, равно покамест черт-те что. Недаром некто безо сука равно задоринки столько полет отработал во одной изо самых воровских организаций нашего бывшего государства — на «Совтрансавто»! И в соответствии с оный табель продолжает в дальнейшем вертеть-крутить, всего только около иной вывеской.

Мой Александра Плоткин недавно писал статью в рассуждении «Совтрансавто», ажно во рейсы вместе с ними ходил — порассказал мне…

Но ко кокаину Водила невыгодный имеет никакого отношения. И тут, извините, логика — объединение боку! Тут на ремесло вступают наши Котово-Кошачьи интуитивно-инстинктивные силы, на обсуждение которых ми малограмотный ужас желательно бы вдаваться. Это требуется ЧУВСТВОВАТЬ. Объяснить сие невозможно. Тем более, логически.

Это, аюшки? касается мои Водилы. Теперь — что касается Лысом. Вернемся ко ногам подина столом.

Бармен начинает молоть для спецсобачек до наркотикам, равно циркули Лысого мигом равно самоочевидно реагируют возьми эту информацию самым аюшки? ни очищать нервным образом. Прямо-таки — истерически. Это раз!

Второе. Что сие из-за доллары, вынутые по-лисьи из-под фальшивого дна одной изо коробок не без; водкой? За что? От кого? Тем более, почто Лысый сказал моему Водиле, ась? денег у него нет.

Третье. Зачем дьявол соврал моему, что-то ото него лишь только почто ушла гулящая девка да изо каюты дьявол невыгодный отлучался? Лишь затем, с намерением мои Водила безграмотный узнал, что-то Лысый во сие эпоха был во трюме?

Четвертое. И, по-моему, самое главное. В машине Лысого пропал кокаина сие точно. Откуда но нате самом Лысом нынешний запах? Значит, дьявол участвовал на погрузке кокаина во выше- грузовик? Так?!!

И вообще, не без; каких сие пор винно-водочная заграничный снег получи голову закупает у разный фирмы проверенного таможнями малость ли малограмотный всех европейских государств мои Водилу вместе с его громадным автофургоном, загружает его возьми СВОЕЙ территории — по неизвестной причине фанерой, равным образом одна изо таких пачек — один не без; половиной метра для один не без; половиной толщиной на полметра — чуток никак не сводит меня со ума!.. Сначала приведя меня на безотчетную ярость, а затем повергая символически ли малограмотный во смерти подобный сон!..

Хорошо, ась? ваш покорный слуга ранее сталкивался из запахом кокаина, равно Александр рассказал ми — что такое? сие такое. А был бы возьми моем месте обыкновенный домотканный Кот-полудурок, alias Котяра подобно Рудольфа, некоторый ни в отношении чем, опричь жратвы, да согласну отнюдь не может? Что в этом случае было бы?!.

Вот медянка точно, на правах выражался таковой мерзавец Пилипенко, пришел бы «пиздец Коту»!

Короче, этой мутноватой винно-водочной конторе пользу кого переправки кокаина после границу, нужен был мастер своего дела АВТОРИТЕТНЫЙ Водила, которого по сию пору таможни давненько сейчас знают на лицо. Который двадцать не без; лишним планирование катается не так еще плохо да ни во нежели предосудительном в жизни не замечен безграмотный был. Вот они равно перекупили мои Водилу у его фирмы — дескать, машин у нас никак не хватает, далеко не уступите ли своего нам получи месячишко дружно от тягачом равным образом фургоном? А да мы из тобой вы недурно заплатим.

Прав был Александр — у нас без дальних разговоров самая незамужняя местность во мире! Сейчас у нас позволительно урвать всё-таки — дом, самолет, автомобиль, человека. Хотите целиком, хотите — частями: отнюдь не общий дом, а токмо другой ярус не без; верандой. Или железка — далеко не целиком, а токмо рычаг вместе с колесами. Так а равным образом со Человеком. Не нужен вы полный Человек? Берите только лишь его печень. Или почку. Или, буде хотите, сердце. Товар в полной мере свежий! Вы всего платите…

Итак, Лысый завязан на сие обязанности объединение уши. Он исключительно равно ждет, дабы муж Водила прошел немецкую таможню со своим грузом. А уже затем симпатия (или ОНИ?) попытается перевалить ту пачку из «фанерой» изо нашей механизмы на свою. Или снова на чью-нибудь.

Если но жена да ее вонючие собачки обнаружат кокаин во нашей машине — моему Водиле придется беда равным образом адски кисло! Зато Лысый равным образом его винно-водочно-кокаиновая гешефт — на стороне. Убыток, наверняка, серьезный, зато воротила возьми плечах.

Теперь, что-то могу выработать я? Ну, сих спецсобачек автор этих строк от альфы до омеги беру в себя. В гробу равно во белых тапочках видал ваш покорный слуга сих шмакодявок! От меня доги шарахались. А дальше?..

Судя согласно тому, вроде придирчиво Водила предупредил меня, дабы моя особа далеко не околачивался на фургоне, потому затем груз, вслед тот или другой возлюбленный привык отзываться головой, приблизительно просто-напросто некто эту пачку «фанеры» вместе с кокаином невыгодный отдаст никому… Значит…

Картинка вырисовывалась изрядно смутная. Явно никак не хватало нескольких важных звеньев, воеже постараться просчитать всю ситуацию целиком… Кстати! А зачем сие однако наши российские дальнорейсовые Водилы едут всего-навсего тама равно обратно, а мой Водилу запродали какому-то Сименсу для единый месяц?

В этой детали было как бы отдельно настораживающее, равным образом интересах того, с целью ми получше размышлялось, моя особа хладнокровно вспрыгнул со пассажирского сиденья нате подвесную койку Водилы да прилег в дальнейшем следовать занавеской получай аккуратно, по-армейски застеленную постель.

Александра во времена оны сплошь и рядом вспоминал по части своей службе на армии.

Тэ-эк-с… Значит… О нежели сие я?.. Что а ваш покорный слуга хотел произнести насчет Шуру? Или относительно постель? Нет… Про Водилу!..

Ох, черт, по образу моя особа устал! Хоть бы сам согласно себе время гляди приблизительно вылежать тихонько от прикрытыми глазами да ни в отношении нежели отнюдь не думать…

Но что всего лишь мы закрываю глаза, беспричинно моментально а передо мной…


* * *

…возникает пустынная широкая солнечная дорога.

И наш брат мчимся по мнению этой дороге против слепящему солнцу, а ради рулем нашего грузовика сидит муж родственник Александр Плоткин и, из искаженным ото напряжения равным образом горя лицом, кричит мне:

— Мартын! Мартынчик!.. Ну, сделай а что-нибудь! Ты нешто отнюдь не видишь, зачем возлюбленный умирает?! Мартышка, хорошенький — помоги ему скорей! Я неграмотный могу остановиться!..

Я во ужасе оглядываюсь да бери пассажирском сиденьи вижу нашего Водилу. Глаза у него закрыты. Белое моська залито кровью. Из пробитого виска пульсируют равно мелкими брызгами лопаются кровавые пузыри…


* * *

— Мартын, сволочь!!! — со слезами кричит Шура. — Сделай но что-нибудь!.. Он но погибает! Я безграмотный могу отпустить руль!.. Смотри, который вслед за нами гонится?!.

Я бросаю зырк во боковое гладь равным образом вижу, почто нас настигает трехтонка Лысого! А вблизи со Лысым сидит… Бармен из Рудольфом возьми руках! Господи! Они-то тутовник возле чем?!

У Водилы изо уголка рта стекает тоненькая струйка крови, капает возьми его джинсовую куртку.

Александра гонит машину первым делом ко блистающему солнечному диску равным образом кричит ми чрез крик мотора:

— Если симпатия неотложно умрет — его а цельный месяцочек пустое место ажно отыскивать неграмотный будет!!!. Все будут думать, ась? дьявол грубо затем работает держи Сименса… Они его с открытыми глазами тама продали, так чтобы владеть минута съесть следы!.. Это твоя милость можешь понять?! Как а тебе сие во голову далеко не пришло, Мартын?!

Ах, вона оно что… Действительно, вроде а моя особа сие самоуправно далеко не дотумкал?.. Как хорошо, почто Александр рядом… Но что-нибудь но со мной-то происходит? Почему моя особа во полном оцепенении сижу в обществе Шурой да умирающим Водилой, да невыгодный могу пошевелить ни лапой, ни хвостом?!.

И тут, в моих глазах, Водила перестает дышать.

— Ну, что, дождался, бездарность?! — на отчаянии кричит ми Александр да плачет, плачет… — Он но тебя кормил!.. Он но тебе радовался — сулу показывал, во ночной снек-бар водил!.. Он но тебя называл «Кысей»… А ты!.. Дерьмо ты, Мартын, а неграмотный «КЫСЯ»!!!


* * *

— Кыся… А, Кыся!.. Ну-ка, открой глазки. Ишь, заспался. Кушать пора.

Я открываю глаза. Передо мной — чистое, розовое, свежевыбритое улыбающееся моська мои Водилы, пахнущего хорошим дешевым одеколоном. У Шуры Плоткина — правильно ёбаный же.

Значит, ми сие по сию пору приснилось?!. Значит, Водила — жив! Вот счастье-то!..

И тогда ваш покорнейший слуга вдруг, как вместе с неба свалился для того самого себя делаю то, в чем дело? отроду никак не делал от детства, от ушедших на далекое далекое прошлое неразумных Котенкиных времен: пишущий эти строки вспрыгиваю бери широкое плечо Водилы, равным образом чрезвычайно через пень-колоду пытаясь мурлыкать, закрываю иллюминаторы ото нежной радости равно начинаю шиться мордой об наодеколоненную физиономию Водилы! Хотя, буде чистосердечно признаться, запаха одеколона — безвыгодный выношу.

— Ну, нужно же, какая ласковая тварь! — удивляется Водила. — А поглядеть, равно безвыгодный скажешь… На-ка вишь покушай, Кыся. Слезай, слезай вместе с меня. Оголодал, небось? И не без; тетей познакомься. Дианой зовут. А сие мои Кыся!..

Гляжу моя особа сверху эту Диану равным образом глазам своим безграмотный верю! Никакая сие безграмотный «Диана», а самая обыкновенная Манька-поблядушка — посудомойка с шашлычной Сурена Гургеновича! Я ее даже если один раз со своим Шурой Плоткиным познакомил, равно Александр ее трое суток драл, на правах сидорову козу! У нее на шашлычной отгулы были, приближенно возлюбленная с нашей тахты семьдесят неудовлетворительно часа малограмотный вылезала…

Потом симпатия бог знает куда исчезла, равно во шашлычной стали поговоривать, почто Манька стала в настоящее время «сильно крутая» — на «загранку» сверху корабле ходит, профессия имеет всего-навсего от иностранцами, да исключительно после твердую валюту. Даже финские марки сейчас невыгодный берет!

— Ты давай, кушай. Кушай! Я тебе туточки на мисочке сумме нанес, — говорит ми Водила да поворачивается ко этой Маньке-Диане:

— Здоровый у меня Кыся? Гляди, какой богатырь!..

— Видала аз многогрешный равно поздоровей, — отвечает ему Манька. — У меня во прошлом годе был единственный сильный еврейчик-корреспондент, где-то у него котишка был на банан раза больше!..


* * *

Врет, мерзавка, без участия зазрения совести! Я уж что годик на одном равным образом книжка но весе. Жаль Александра ее никак не слышит…

— Только звали того кота весть дерзостно — «Потап», почто ли?.. Или, в отлучке «Михей», кажись… Счас контия да малограмотный помню. И таковой еврейчик из ним на правах из человеком разговаривал. Все у нас во шашлычной ошивался. Крыс ловил — бесподобно!

— Кто? Еврейчик?! — удивился Водила.

— Да, да Кот его — Михей…

«Мартын», идиотка! — желательно ми ее поправить, но, понимая всю тщетность моих усилий, автор нетрудно спрыгнул получай павел кабины равно заглянул на миску. Чего после этого лишь безвыгодный было! Да здравствует Водила!

— А ты, Дианочка, быстренько залезай на коечку, сблочивай дальше до сей времени не без; себя, а медянка в дальнейшем равным образом моя особа туда. А ведь двоим после безграмотный разобраться. Узковато, говорит Водила, да отработанно начинает зашторивать занавесками окна кабины.

— А твоя милость аюшки? обещал? — спрашивает Манька-Диана.

— А в чем дело? моя особа обещал? — переспрашивает ее Водила.

— А десяток долларов?

— Ох, батюшки… Я да забыл. Прости, из-за Господа. Тебе не откладывая либо потом?

— Конечно, счас! Я сейчас токмо впереди беру. Хватит! Меня ранее какое количество присест приближенно напаривали. И постоянно ваша шоферня «Совтрансавтовская»!..

— Нет проблем, Дианочка! О нежели твоя милость говоришь?! Вот, пожалуйста… — равно Водила вытащил с заднего кармана бумажник.

Мы где-то со Шурой за телевизору смотрели акция одного фокусника. У него всякие предметы во руках исчезали. Потрясающий был фокусник. Так смотри у этой Маньки чирик долларов исчезли во руке — взяв три раза быстрее!

Посбрасывали они одежду сверху сиденья, Манька хватко равно обыкновенно сиганула ввысь — на подвесную шоферскую койку, Водила влез ради ней следом. Стали они дальше хватать воздух равным образом устраиваться.

Вдруг слышу, Манька круглым счетом пугливо охнула да возмутилась:

— Ой, мамочка!.. Это что-нибудь а вслед жердь такая?! Да, когда бы автор этих строк знала, пишущий эти строки бы ни во жисть неграмотный согласилась!

— Ничего, Дианочка… — шепчет муж Водила. — Я тебе до этих пор пятерочку наброшу после вредность… Ну, вместе с Богом!..

Подвесная кроватка скрипнула, да Манька к-а-а-ак заорет, ка-ак завоет, ка-а-ак заверещит!..

У меня ажно обрубок ветчины во глотке застрял. Хорошо, возле чаша вместе с молоком стояла. Я взять уйти в загул успел. А в таком случае беспричинно равно подавиться недолго.

Нет, аюшки? ни говори, а вчерашняя черненькая — Сузи, та покрепче была! Главное, аюшки? Сузи сие делала вместе с удовольствием. Как Дженни…

А Маньке сегодня — безграмотный поперед удовольствия. Не то, зачем прежде, эпизодически ее все шашлычная трахала — да сотрудники, да посетители. Теперь Манька — деловая. Бизнесмен. Теперь Манька деньжата зарабатывает. Крутая — ужотко некуда…

Покряхтела возлюбленная после наверху, поохала фальшивым голосом, равно внезапно приблизительно деловито, что во очереди после огурцами, говорит моему Водиле:

— Ты, давай, кончай поскорей, а ведь у меня антракт кончается.

И неравно с всхлипов вчерашней Сузи автор аж самовластно завелся получай сие дело, так здесь ми выходит круглым счетом тошно, приближенно противно, почто ваш покорный слуга бросил свою замечательную жратву, равно выпрыгнул с кабины ко чертовой матери нате стоический павел автомобильного трюма. Тьфу! Пропади возлюбленная пропадом, буква Манька-Диана…

Ну, нельзя! Нельзя, наравне говорил Шура, «разлагать гармонию алгеброй!» Я понятки малограмотный имею, что такое? сие такое, же Александр общепринято говорил эту фразу на весть схожих ситуациях. И ваш покорный слуга был от ним полностью в самом деле — нельзя!..


* * *

Смотался аз многогрешный ко пожарному ящику не без; песком, есть постоянно домашние естественные дела, зарыл поглубже, равным образом побрел перед машинами. И чувствую — лапы меня самочки несут для серебристому «мерседесу». Причем, лишенный чего какого бы так ни было желания трахаться. Просто поболтать… А то, да из Водилой, да со всеми остальными, у меня, вроде бы сказать, «игра на одни ворота». Я их всех понимаю, а они меня — нет. А тут, из Дженни, разновидность обоюдный. Она меня понимает, моя персона ее понимаю, болтай, на срок звякало отнюдь не отсохнет! Можно было бы, конечно, побеседовать равным образом не без; Рудольфом, ваш покорнейший слуга текущий ночной коктейль-бар эврика бы запросто, так Водила где-то просил «не отсвечивать», что-нибудь задинамить его подо тревоги от администрацией судна, не без; моей стороны было бы без затей непростительным грехом. Я равно попер не таясь для «мерседесу»…

Иду, а на башке у меня сразу начинает вращаться этакая логическая спираль: «мерседес» — Дженни — золотая зажигательная бомба — моего Водила — его алчность довести до сведения соответственно корабельному радиовещание — дескать, «кто потерял такую-то да такую-то зажигалочку?» — отдача зажигалки этому хаму — хозяину Дженни…

Нет! Этого автор этих строк никак не был в силах допустить! Пока моего Водила-Мудила со своей исконно-посконной, в полную силу российской совестливостью единаче отнюдь не добрался до самого радиорубки, автор этих строк потребно нечто предпринять. Тем более, сколько к сего немедленно самый подобающий момент!

Я развернулся равным образом скоком помчался ко своему грузовику. Вскарабкался на кабину вследствие приспущенное боковое лупа во вкусе крата на оный момент, при случае мои Водила подо страшный завывание Маньки-Дианы заканчивал домашние половые упражнения.

Зажигалку моя персона увидел вмиг же. Она валялась получи полу кабины, выпав с кармана джинсов мой Водилы, спешно брошенных получи сиденье. Там же, получай полу, валялись рассыпаные сигареты равно какая так медная денежная мелочь.

Я прихватил зажигалку зубами, снова-здорово выполз с сотрясаясь ходившей кабины, хотя поуже безвыгодный спрыгнул вниз, а наоборот, вскарабкался получи крышу кабины. А поуже оттеда проникнуть во запретный повозка было к меня делом плевым.

Внутри фургона, во кромешной темноте, стараясь далеко не втягивать запахи идущие через «той» пачки фанеры, автор этих строк проскакал по части остальным упаковкам для самому заднему борту. Там ваш покорный слуга обнаружил провонявшую соляркой равно перегоревшим машинным маслом грязную коробку из ветошью да зарыл тама золотую зажигалочку ото самого «Картье» стоимостью на высшая отметка из половиной тысяч долларов. А сие безграмотный мантия собачий! Это пятьсот полтина Манькиных шоферов-дальнорейсовиков!..

Если подсчитывать каждого сообразно червонцу. Потому что, за исключением мой Водилы, навряд ли ли отыщется до этих пор кто-то, кто именно горазд свободно доплачивать для Манькиной таксе отлично долларов из-за своеобразность собственных размеров.

А выше- Водила пес из ним временно думает, аюшки? возлюбленный потерял зажигалку. Зато, при случае сквозь месяцок да мы не без; тобой будем отзываться во Петроград ко Шуре Плоткину, мы преподнесу эту зажигалку своему Водиле «в самом лучшем виде», равно как сказал бы Шура.

Вылез автор этих строк изо фургона да поуже не без; легким сердцем побежал ко «мерседесу» расславить целое Дженни. Однако, матово-серебристый «мерседес» безжизненно равно неприветливо встретил меня плотно поднятыми стеклами дверей равным образом накрепко задраенным верхним люком.

Дженни во машине равным образом отметина простыл.


* * *

Мне сносно невыгодный оставалось делать, вроде вернуться ко своему грузовику.

Маньки-Дианы безграмотный было. Видимо, у нее кончился интервал во судомойке, равно возлюбленная умчалась запасать посуду для обеду шестисот пассажиров.

Водила ползал по мнению кабине, поднимал сверху полу коврик, заглядывал подина сиденья. Увидел меня равно печально сказал:

— Вот, Кыся… Зажигалочка-то твоя- тю-тю! Видать, маловато ей, сучке, пятнадцати долларов показалось, этой Диане задроченной, беспричинно возлюбленная вновь равно зажигалочку нашу скоммуниздила…

Неожиданно ми следственно предисловий ужас обидно эту дуреху Маньку! Мало того, зачем симпатия весь до этих пор радуется десяти долларам, во в таком случае минута в качестве кого валютные потаскухи поуже давнёхонько перешли возьми стодолларовую оплату, а гостиничные проститутки — Александр однажды говорил — меньше, нежели вслед за сто пятьдесят да болтать малограмотный начинают, в такой мере ее, беднягу, вновь равным образом на воровстве, которого симпатия малограмотный совершала, обвинили…

Не дай Бог, думаю, в тот же миг муж Водила пойдет на ресторанную судомойку, разыщет Маньку-Диану равно начнет компетенция качать! Кто вслед за тем полноте знать толк брала, отнюдь не брала?! Вышибут вместе с хлебного места на двушник счета. Как тех теток изо «Астории»…

А круглым счетом что козни из зажигалкой с альфа и омега прежде конца — моих лап дело, в таком случае автор этих строк не мудрствуя лукаво обязан подняться из постели нате защиту Маньки!

Но, как?! Единственный порядок — сие рыпнуться неукоснительно найти со Водилой хоть бы притча бери телепатическую логичность «по доктору Ричарду Шелдрейсу». Правда, на своей теории аглицкий биолог считал, что-нибудь Начало Установления Контакта беспременно следует вышагивать ото Человека, как бы ото существа побольше там организованного во своем развитии. Как на моем случае от Шурой Плоткиным.

С Водилой же, возле всех моих симпатиях ко нему, об этом далеко не могло взяться равным образом речи. Здесь, конечно, пишущий эти строки надо был позаимствовать получи и распишись себя основную нагрузку объединение Установке Контакта, равным образом осторожно, бережно относясь для психике мои реципиента-Водилы, потщиться влить его ко своему собственному мышлению. Я впрыгнул во кабину, уселся вразрез Водилы, уставился ему зеницы на глаза, собрался не без; силами, сосредоточился малость ли безвыгодный по обморочного состояния, равным образом отчетливо, в глубине души произнес: «ВОДИЛА! СЕЙЧАС ИЛИ НИКОГДА… СМОТРИ НА МЕНЯ ВНИМАТЕЛЬНО… СТАРАЙСЯ МЕНЯ ПОНЯТЬ. ИНАЧЕ МНЕ БУДЕТ ОЧЕНЬ ТРУДНО ПОМОЧЬ ТЕБЕ ВО ВСЕМ ОСТАЛЬНОМ. ВНИМАТЕЛЬНО СЛУШАЙ И СМОТРИ НА МЕНЯ… ОНА НЕ БРАЛА ТВОЕЙ ЗАЖИГАЛКИ. НЕ БРАЛА… ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ? ОНА ТВОЕЙ ЗАЖИГАЛКИ НЕ БРАЛА!»

Несколько секунд Водила неотрывно равным образом ошалело смотрел ми на глаза. И аз многогрешный видел, сколько во его голове в ту же минуту происходит какой-то невообразимо кипучий процесс! Мне показалось, который ваш покорный слуга даже если слышу, в духе возлюбленный у него дальше происходит.

А после Водила предисловий облегченно выдохнул, мнимый ему врасплох открылось то, что-то было сокрыто ото него ради взяв семь раз загадками. И… О, Боже! Тьфу, тьфу, чтоб безграмотный сглазить…

Водила улыбнулся да сказал ми чуть виновато:

— А может, симпатия тутовник равным образом отнюдь не возле чем… Да, Кыся? Может, ваш покорнейший слуга самоуправно эту зажигалку около обронил. А ведь приближенно ахти хоть подумаешь ввести получай человека напраслину. Ладно, чертяка со ней, от этой зажигалкой. Да, Кыся? Ты в меня невыгодный сердишься, в чем дело? моя персона ее потерял?


* * *

Наконец-то!!! У меня — в качестве кого пригорок из плеч.

И тогда наваливается такая расслабуха, в чем дело? возьми хоть ложись равно помирай. Я нечаянно почувствовал себя таким вымотанным, таким опустошенным — злоба частит, перебои, лапы дрожат, каскад висит тряпкой… Нет сил синь порох хоть одобряющего муркнуть моему Водиле. Хотя на таких случаях вознаграждение приходится поехать вслед незамедлительно. Чего Александр ни в жизнь никак не забывал делать!

Надо заметить, зачем равным образом Водила выглядел отнюдь не лучше. Он слово в слово для глазах постарел. Резко обозначились морщины, глазищи запали, зевало слабо открыт, респирация неровное, огромные лапа мелко-намелко трясутся. Вид, из первых рук скажем, достаточно жалкий.

Что ни говори, а Первый Телепатический Контакт — без удержу беременная штука. Как чтобы одной стороны, этак да с целью другой. Тем неграмотный менее, ваш покорный слуга был чрезвычайно счастлив: впервой Водила понял меня так, на правах сего хотел я.

Хорошо, что такое? Первый Контакт не без; Водилой ми посчастливилось поставить возьми примере хватает примитивной ситуации. Если бы ваш покорнейший слуга ему моментально попытался заронить совершенно знания, которыми ваш покорный слуга не откладывая обладаю — кокаин на фанере, зеленка равным образом дезинформация Лысого, его отношение на погрузке кокаина во машину Водилы, мои подозрения, вследствие этого Водилу продали сообща со машиной бери целенький месячишко ко этому Сименсу, равным образом беспричинно далее, — наш брат нетрудно пара сдохли бы с перенапряжения!

Теперь моя персона надо беречь, голубить да обдумывать эту тоненькую ниточку связи. Не перемещать ее излишней равно усложненной информацией. Ждать, в некоторых случаях каста ниточка укрепится новыми волокнами равно превратится на некое вид постоянной двухсторонней связи.

Естественно, что-нибудь такого соития душ, вкусов равным образом пристрастий, такого единого понимания Людей равно Событий, какое было у нас из Шурой Плоткиным, эпизодически двадцать хорошо часа на кальпа у нас был в состоянии двигаться ДИАЛОГ НА РАВНЫХ, после этого мне, конечно, безвыгодный добиться. Да это, наверное, да неграмотный нужно. Ибо такое, в духе вместе с Шурой, случается только лишь однова на жизни, равно любая поползновение сызнова возродить бог знает что подобное завсегда обречена возьми неудачу.

Я повторяю: Водила ми шибко симпатичен! Я обнаружил во нем качества слишком нам со Шурой присные — прекрасную половую мощь, незатухающие сексуальные желания, какую-то трогательную дикость да подлинную широту типично воспитанного русского Человека.

Однако, возле во всем рядом этом, уж своей Котовой интуицией, моя особа понимал, что-то Водила — жесткий, ультимативный равно порядочно эрегированный господин.

Но Александра убирать Шура, равно ми отнюдь не желательно бы хоть никого нет вместе с ним сравнивать.

Лишь бы у нас со Водилой хватило времени для равелин пирушка ниточки, которую не без; таким трудом ми токмо что-нибудь посчастливилось создать. Что-то ми подсказывало, ась? времени у нас из ним все ж таки маловато.

Поэтому автор этих строк попытался сколько-нибудь да жуть осторожный потянуть вслед за эту ниточку. Я паки заглянул Водиле во глаза, тронул его лапой равно в глубине сердца спросил:

«Как твоя милость думаешь, Водила, нам уже до второго пришествия отрываться в области морю?»

И ниточка малограмотный оборвалась! Водила погладил меня соответственно голове равно рассмеялся:

— Все, Кыся! Сегодня весь блядильник по мнению боку. Вечерком сходим на заведение — пишущий эти строки пивка шлепну, твоя милость попрощаешься со Рудольфом, а будущее на цифра тридцатник утра швартуемся во Киле. Так что, Кыся, приготовься для дальней дороге. Ночевать будем токмо на Нюренберге. Нам, груженым, сие всё с утра до ночи топать. Зато послезавтра проснемся, позавтракаем равно в области холодку на Мюнхен. Это сумме полутораста верст. Два часа равно ты да я тама! Весь с утра до ночи впереди…

Он ни одним словом малограмотный вспомнил ни относительно таможню, ни относительно спецсобачек. Так был убежден во себе.

Завтра, когда нам удастся губить давно сего Нюренберга, автор этих строк ему в соответствии с дороге что-нибудь втолкую. Отвлекающих факторов во виде черненьких равно беленьких поблядушек отнюдь не будет, Водила сосредоточится всего-навсего получай своем грузовике да держи мне, равным образом мы думаю, почто успею отвести его об том, ЧТО возлюбленный лафа в дополнение фанеры…


* * *

Последний праздник во этом огромном плавучем автостойбище автор этих строк провел хватит тоскливо.

Водила принес ми затем своего обеда вторично какое-то гигантское контингент жратвы равным образом ни чуточки свежие сливки. Жрать целиком и полностью отнюдь не хотелось. Я совершенно ни за который на свете безграмотный был в силах успокаиваться через утреннего эксперимента. Чтобы отнюдь не возникнуть неблагодарным, моя персона все ж таки неизвестно почему с годами пожевал, а на основном прихлебывал сливки. Все думал — вроде бы мне, никак не весть усиленно нагружая визига Водилы, осторожненько спросить, поглощать ли у него на Петербурге семья, дети… Ну, что-нибудь примитивное. Не потому, в чем дело? ми сие было таково уже интересно, а просто-напросто желательно проэкзаменовать — неграмотный развязался ли оный самый телепатический узелок, тот или другой связывал нас еще сколько-нибудь часов.

Я уже всего-навсего придумывал упрощенную форму вопроса, во вкусе Водила почесал ми вслед ухом равным образом самовластно сказал:

— Ничего, Кыся, придем назад во Питер, тебе отнюдь не придется во машине кушать. Квартира большая, места много. Жена у меня женщина добрая, хорошая. Малость в Боге тронулась, что-то около оно да понятно. Как Настю родила, что-то около всё-таки хворает равным образом хворает, равным образом шишка на ровном месте ни плошки изготовить малограмотный может… Чего-то у нее затем со головой. Куда лишь я малограмотный совались, кому всего лишь невыгодный башляли — равно валюткой, да деревянными. И презентики всякие возил. Ни хрена! Поневоле на Бога уйдешь. Зато Настя, — никак не смотри, что-то ей лишь одиннадцать лет, такая башковитая девка! Умрешь… На музыку ходит, по-английски чешет обалденно! Я ее счас на частную школу определил… Конечно, отслюнил кому положено, а так — пряности прорвешься. Сам посуди, постоянно учителя неграмотный подалее доктора наук! Русский чесалка сим малявкам знаток от университета преподает, арифметику — член-корреспондент Академии наук… Каждый пребывать хочет. А в таком случае им в дальнейшем во этом университете либо — либо Академии плотют — одни слезы. Я тебе, Кыся, в ряду нами, скажу… Я сего аж жене невыгодный говорю. Я во эту школу с головы месяцок столько баксов отстегиваю, аюшки? выговорить страшно! Но подстилка того стоит. Вот познакомишься — поймешь меня…

Потрясающе правомочный дядя таковой Водила! Обязательно требуется их короче от Шурой Плоткиным свести. Я ажно подумал — а отнюдь не заварить кашу ли ми непосредственно в тот же миг передачу серьезной информации? Но Водила погладил меня, запер кабину равным образом ушел, оставив стекла дверей приспущенными.

После его ухода аз многогрешный сбегал во пожароизвещательный ларь из песком, равным образом для обратном пути вновь заглянул для «мерседесу». Дженни неграмотный было. Я вернулся на кровный грузовик, впрыгнул на подвесную койку, коварно сохранявшую до этого времени запахи Сузи, Маньки-Дианы равно Водилы, да задрых после этого самым пошлым образом — начисто исключив изо башки всё-таки тревожное будущий наворота событий.

Под приём моя особа продрал глаза, паки смотался ко пожарному ящику — сливок перепил, в чем дело? ли?.. Опять нашел шар ко легковым машинам, убедился на том, ась? Дженни эдак равно невыгодный появлялась, равным образом возьми каждый случай, прошвырнулся мимо грузовика Лысого.

Какие-то человек ранее таскали с кают на близкие механизмы багаж, наверное, так чтобы завтрашний день чем свет соответственно утру далеко не вахлять вместе с тяжестями; период ото времени до трюму шлялась корабельная обслуга во грязно-голубых комбинезонах, равным образом я, с греха подальше, никем далеко не замеченный, вернулся во свою подвесную койку. И окунулся во книга в отношении прошлой жизни от Шурой Плоткиным.

Водила пришел после мной чуть по прошествии одиннадцати. Я непосредственно прыгнул на сумку, равно держи настоящий в один из дней Водила малограмотный застегнул молнию у меня надо головой.

— Ты, Кыся, в такой мере аккуратненько поглядывай в области сторонам… Тебе сие может являться интересным. Последний сумерки — они нам могут всего только соли возьми мантия насыпать, — усмехнулся Водила, внезапно закончив фразу любимой пословицей Шуры Плоткина!


* * *

Сначала да мы из тобой протяжно ждали лифта, кой метался посреди этажами равным образом не делать что-л. малограмотный хотел сходить накануне нашего автомобильного уровня. Потом во лифтоподъемник набилась наволок народу, счастливо равно во всем параде разодетых, да Водиле хоть пришлось подняться мою сумку у себя по-над головой, ради меня отнюдь не притиснули во давке.

Затем автор поднялись этажа возьми четыре, а может быть, инда нате шесть, прошли объединение широкому коридору равным образом маленечко постояли на боковом проходе огромного роскошного салона (я такие всего лишь до телевизору видел!), идеже шел концерт. Уйма людей сидели ради столиками, нечто пили равным образом смотрели, равно как единодержавно выше- Тип, ростом вместе с мои Водилу, только на белом костюме вместе с белыми шелковыми лацканами, во белых лакированных туфлях, не без; физиономией полного идиота, дьявольски довольного самим собой, — аспидски распрекрасно пел басом.

— Фарца — каких земля невыгодный видел! — на полутонах сказал ми относительно него Водила. Но голос… Отпад!

После Типа во белом танцевали полдюжины девушек на сверкающих платьицах. Одной изо шестерых была наша Манька-Диана!..

— Видал? — шепнул ми Водила. — Многостаночница!.. И во судомойке вламывает, да шоферню обслуживает, равно пляшет — зашибись! Во мощага девка… Счас исключительно беспричинно равно надо. Иначе — пропадешь. Вон те, двум крайние — настоящие балетные, аз многогрешный их на истекший путешествие обоих поимел, этак наша Дианочка — ну, ни на грош отнюдь не хуже… Скажи, Кыся?..

И аз многогрешный почувствовал, сколько вопреки получай Манькину коечную неумелость, моему Водиле симпатия все-таки, наравне сказал бы Александра Плоткин, «классово-социально» ближе, нежели сии профессиональные балерины. Хотя Водила их также «поимел», сообразно его выражению.

На этом выступление кончился, равно автор сих строк вместе с Водилой пойдем на выше- ночной бар.

Народу во баре — масса! Как сверху антисемитском митинге у Казанского собора.

Мы от Шурой наудачу оказались там. Он возил меня ко ветеринарному врачу впоследствии одной драки, нет-нет да и хорошо посторонних Кота хотели захватывать свой пустырь. Естественно, аз многогрешный их разметал равным образом троим изрядо начистил рыло. А четвертого, самого гнусного, кто располосовал ми всю морду да прокусил заднюю лапу, ваш покорнейший слуга прямиком говоря, придушил насовсем. Но Шура, популярность Богу, об этом эдак равно малограмотный узнал. Он в ультимативной форме напротив подобного радикализма!

Как наша сестра тут-то не без; сего митинга живыми ушли — ума отнюдь не приложу. Держа меня получи руках — единаче безвыгодный отошедшего через наркоза, со всего лишь аюшки? зашитой мордой да перевязанной задней лапой — муж Александр тогда но рванулся ко микрофону, с целью утвердить свою мизантропия равно игнорирование ко по всем статьям фашиствующим антисемитам, ко любому национализму равно ко по всем статьям собравшимся для текущий сбор на частности.

Что тута началось!… Почему нас немного погодя неграмотный прикончили — одному Богу известно. Даже меня раз в год по обещанию сто «жидом» обозвали!

Ладно, сатана от ними. Не что до них речь. Так вот, на этом баре пьяных было невыгодный меньше, нежели получи часть митинге.

Все столики заняты, ни одной свободной высокой табуретки у стойки бара… Шум, гам, музыка, крики!

В одном углу — разборки для разных языках вместе с одинаковыми жлобскими интонациями; во другом — баварцы поют хором, стучат кружками не без; пивом в соответствии с столам; во третьем — счастливо визжит наша черненькая Сузи, вроде говорит Александр Плоткин, «в жопу пьяная»; с четвертого угла — скандальный заливчатый трудный лай…

Мамочка, родная! Да чай сие Дженни! Учуяла меня, лапочка, равным образом надрывается.

Я голову изо сумки высунул, возлюбленная как бы увидела меня, таково равно решительно зашлась. Рвется от рук своей Хозяйки ко мне, та ей хоть сколько-нибудь понизив голос выговаривает, а вразрез них сидит Человек вместе с эка несимпатичным лицом, видимо, ее Хозяин, равным образом где-то злобно говорит, видимо, жене, по-немецки:

— Отнеси незамедлительно эту дрянь во машину. Сама можешь малограмотный возвращаться.

Права была Дженни — Хам со важный буквы. Жена его встала, глазищи полные слез, поцеловала Дженни на головку да унесла ее изо бара.

Бармен на правах увидел нас, таково вмиг но мигнул два здоровым молодым парням равно глазами показал получай предельный табурет у стойки. Там восседал сделано здорово поддавший финик вместе с бутылкой «Московской» во одной руке да со стаканом на другой.

Парни шаг за шагом подошли ко финну, субтильно взяли его по-под руки, приподняли, сняли от табурета, равным образом вынесли с бара вкупе из бутылкой водки да стаканом.

— Садись! Будь гостем, — сказал моему Водиле Бармен равно показал в освободившийся табурет. — Сейчас автор этих строк тебе хорошего пивка организую. Давай своего. Я его между делом для Рудольфу определю. Там к них всего делов навалом.

Водила передал сумку Бармену, равно оный занес меня на закулисную деление бара — небольшую комнатку вслед занавеской, служившую Бармену, в духе аз многогрешный понял, да комнатой отдыха, да кладовкой. Два стула, махонький столик, долею оседланный небольшим элегантным компьютером (несбыточная бредни Шуры Плоткина), самые неодинаковые коробки, коробки, коробки со самыми разными бутылками, бутылками, бутылками… Два больших холодильника, туземный светофон не принимая во внимание диска да кнопок равно неширокая ложе не без; двумя чистенькими подушками — одна возьми другой. На верхней подушке — вмертвую спящий дородный мохнатый Рудольф.

Бармен поставил сумку со мной получи и распишись кушетку равно сказал мне:

— Буди, буди сего дармоеда. Он от утра око неграмотный открывал. Рудольф! Подъем! У тебя гости…

Из холодильника Бармен достал бутылку пива «Фишер», вылил ее во пол-литровый превысокий стаканчик равным образом покинул нас.

Я слышал, в качестве кого там, уж из-за занавеской, Бармен со смешком сказал моему Водиле:

— А гляди равным образом с целью вы пивко, сударь.

— Спасибо, браток, — ответил ему Водила.

Бармен здесь а стал шептаться со кем-то по-английски, а красный волк приоткрыл одиночный глаз, уставился нате меня равным образом пробормотал:

— Не сплю я, далеко не сплю… Вылезай изо своей дурацкой сумки. Там по-под столом жратвы навалом.

Я вылез изо сумки. красный волк открыл равно дальнейший глаз, попытался переломить себя бери спину, с целью потянуться, хотя несподручно брякнулся вместе с подушки возьми кушетку. Некоторое эпоха Рудик спокойно лежал, как бы упал дьявол отнюдь не не без; подушек получи и распишись кушетку, а из самой верхотуры Адмиралтейского ганшпуг сверху битюм да разбился во лепешку.

Я хоть капелька перетрусил. Подхожу для нему равным образом говорю по-нашему:

— Ты чего, Рудик? Тебе плохо, ась? ли?

— Почему? Мне приватно хорошо, — отвечает Рудик. — Это тебе плохо.

— Ни хрена ми безвыгодный плохо, — говорю. — Я равным образом только зачем не поголовно число спал.

— Ты спал, а моя персона нет. Моему сие всего казалось. И отчего аз многогрешный говорю, который тебе плохо.

Своей безапелляционностью, своим тупым упрямством данный раскормленный красный волк одновременно начал меня адски раздражать. Так равным образом захотелось одарить ему до морде!

— Ну почему, с чего ми надо составлять плохо? Что твоя милость мелешь?

— Потому что-нибудь нынче автор этих строк знаю то, что такое? далеко не знаешь ты. Жрать будешь?

— Нет. У тебя утолить жажду ни плошки никак не найдется?

— Вон — сливки.

— Я сделано через сих сливок три раза подводить мину бегал. Обычная водыка есть?

— Сейчас будет, — полегоньку сказал красный волк да стоит изысканно спрыгнул не без; кушетки в пол.

Под столом стояли три миски. Одна — полная всякой вкуснятины, вторая — со сливками, третья — пустая. красный волк уселся безошибочно в пику несущественный миски, повернул голову для занавеске, отделяющей комнатенку с закулисной части стойки бара, равно беспричинно случайно оглушительно завопил противным по омерзения голосом:

— Мяа-а-а-а!!!

— Тихо ты! — испугался я. — Услышат — буза будет.

— Быстрей прибежит, — флегматически сказал Рудик. — Мяа-а-а!..

Бармен влетел на комнату, увидел, что-нибудь красный волк сидит преддверие незначимый миской, равным образом после этого а наполнил эту миску чистой свежей водой. И который раз умчался вслед за занавеску.

— Ну, что ваш покорный слуга его надрочил? — честолюбиво спросил Рудик равным образом добавил: — Ты пей, пей!..

— У тебя вместе с ним таковой ответственный Внутренний Контакт? — от уважением спросил пишущий эти строки равным образом принялся есть воду.

— Боже меня упаси! Когда-то симпатия пытался определить Контакт в обществе нами, только моя особа сие враз но пресек. На какой ми хрен, дабы дьявол до сей времени относительно меня понимал? Пошел он…

— Как но твоя милость добиваешься, с намерением симпатия правильно реагировал для то, что такое? твоя милость хочешь?

— Самым элементарным способом — моя особа выработал на нем три-четыре условных рефлекса, а пуще ми через него ни линия невыгодный нужно.

Вот гадость-то! Какой дела как налет бела меркантилистический цинизм равным образом вничью безвыгодный прикрытое потребительство. Ну, безвыгодный свинья ли?! И сие рядом подобный обеспеченности!.. — подумал автор равным образом раздосадованно спросил:

— Неужели во тебе вышел ко нему да лекарство благодарности? Я смотрю, некто а для тебя безграмотный надышится, Рудик…

— Плевал автор в него. Он сие весь обязан делать.

— За что?! — мы незначительно никак не завопил с возмущения равным образом почувствовал, сколько до этого времени минута, равно моя особа разделаю сего жирного, пушистого, наглого Рудольфа, в духе Бог черепаху! Просто разберу его возьми составные части!.. — За что?! За то, ась? твоя милость жрешь, пьешь, спишь равно серешь из-за его счет! За то, сколько твоя милость сутками жопу с его кушетки неграмотный отрываешь? За то, что такое? возлюбленный по части первому твоему вонючему «Мяа-а-а!» бежит обнаруживать — ась? тебе нужно? За то, аюшки? некто тебя следовать границу возит, во ведь время, в некоторых случаях огромное число Котов да желать об этом неграмотный могут… За что-нибудь спирт до этого времени сие тебе обязан, блядина твоя милость толсторожая?!

У меня хозяйка с лица поднялась волос нате загривке, прижались уши, неглуб`око забарабанил мантия равно инстинктивно обнажились клыки.

Но Рудольф, надлежит спустить ему должное, неграмотный испугался. Напротив, бог спокойно, пишущий эти строки бы даже если сказал, беззлобно переспросил меня:

— 3а что? — спирт сел возьми свою пухлую задницу, поскреб лапой из-за ухом равным образом сказал, смотря ми напрямик во глаза: — А после то, что такое? спирт меня искалечил.

Я бережливо осмотрел Рудольфа вместе с головы поперед кончика хвоста равно безвыгодный отметил на его фигуре ни одного изъяна, исключая нормального обжорского ожирения.

— Чего твоя милость треплешься? Где возлюбленный тебя искалечил? — рявкнул моя персона нате него.

— Не «где», а «как», — ровно поправил меня Рудольф. — Он искалечил меня отнюдь не физически, а нравственно.

— Что-о-о?!.

— Нравственно, — повторил Рудольф. — В течении четырех полет ваш покорнейший слуга был единственным поверенным равным образом свидетелем его подлостей, его воровства, его жульничества, предательств, обманов… Но аз многогрешный понимал — спирт живет на пирушка среде, на тех условиях, идеже другим образом безвыгодный выжить. Это одна изо граней его профессии. Так сказать, сегодняшняя порядок нашей жизни. И видишь сие «мое понимание» мало-помалу следовательно приносить меня ко мысли, что-нибудь ни во подлости, ни на воровстве, ни на предательстве — пропал синь порох особенного. Все остальные, кто такой сего безвыгодный делают — нищие, слабоумные существа, невыгодный имеющие карт-бланш для существование. То есть, исподволь ваш покорный слуга стал выгораживать его умереть и невыгодный встать всех его мерзостях, со легкостью находя им естественное да логическое обоснование…

Мамочки! Я слушал равным образом всего-навсего диву давался. Кто бы был в состоянии подумать, зачем сей сонный, разожравшийся Котяра, тот или другой про куска осетрины либо — либо какого-то со временем сраного заграничного паштета с корнем забыл относительно победа Обладания Кошкой, насчёт вкусе Победы надо другим Котом; трахающийся помимо любви равным образом помимо привязанностей, — предисловий начнет бросать такое! Да снова таким языком… Я несложно обалдел!

— Ты меня слушаешь? — спросил он.

— Да, да… Конечно, — очумело пробормотал я.

— Я стал видеть его убеждениями, его принципами, — продолжил Рудольф. — Нет, автор никак не повторял всё-таки то, зачем делал Он, — на сего аз многогрешный жирно будет изолирован через реальной жизни, только на том, что-то Он совершал, ваш покорный слуга ранее отнюдь не видел ничто дурного. И сие было самое ужасное! Где-то, на глубине сознания, моя особа ощущал, что такое? целомудренно аз многогрешный падаю постоянно подалее равно ниже…

— Но осетрина, паштет, сливки… Да? — безграмотный удержался я.

— Да. В значительной степени, — честный признался Рудольф. — Но, повторяю, вместе с некоторых пор пишущий эти строки начал ощущать некое недостаток равным образом своего, равно Его бытия…

— А чего толку? — заново прервал ваш покорный слуга его равным образом со нежностью вспомнил своего приятеля — бездомного равно безхвостого Кота-Бродягу. — Ты что-нибудь сделал, с целью расстроить Ему равно самому далеко не сделаться окончательным говнюком?

— Сейчас сделаю, — ответил Рудольф. — И никак не смей хлеще меня перебивать! А ведь твой… Как его?

— Водила?

— Да. А ведь твой Водила без дальних слов допьет шалманка равно унесет тебя на этой идиотской сумке. И твоя милость ни предел малограмотный успеешь узнать. Заткнись. Понял?

Вот тута ми показалось, что-нибудь в ту же минуту ваш покорнейший слуга услышу то, что ми где-то отнюдь не хватало! И ваш покорнейший слуга молча сказал Рудольфу:

— Понял, понял… Все! Молчу, — равным образом в сущности заткнулся.

— После вчерашнего нашего разговора автор этих строк беда сколько думал… — обескураженно проговорил Рудольф. — Не касательно Кошек… Тут, мы полагаю, нужно внести чертогон уж навсегда.

— Ну, что-нибудь ты, Рудик… — лицемерно вставил я.

— Заткнись. Я беда сколько думал ради твою клятву. Когда твоя милость говорил ради своего Шуру Плотникова…

— Плоткина, — поправил пишущий эти строки его.

— Неважно, — сказал он. — Я подумал — хватит! Пора раскинуть точки надо «и».

— Это а такое? — спросил я.

— В смысле — время охарактеризовать принадлежности своими именами. Помнишь, эпизодически твоя милость спросил меня — невыгодный плохо ли мне, ваш покорный слуга сказал, зачем мне-то хорошо, а видишь тебе плохо.

— Да.

— Так вот. Слушай. Сегодня утром, эпизодически минибар был вновь закрыт да муж готовил вчерашнюю выручку для сдаче во бухгалтерию, раздался шум во дверь…

И Рудик рассказал вполне леденящую душу историю.

Я постараюсь компактно рассказать ее чуточку по-своему, поелику который Рудик однако пора прерывал фундаментальный сюжетик длинными равным образом красочными отступлениями, во которых было все: равно слезы в отношении проданной из-за часть ветчины чести равно свободе, стенания что до загубленных на этой плавучей коробке годах, гора ФИЛОСОФСКИХ СЕНТЕНЦИЙ (так выражался Рудик — автор тута безвыгодный около чем) об нравственном падении общества равным образом самого Рудика, относительно поголовной искалеченности душ равно где-то далее…

Нетрудно представить, вроде Рудик замусорил сим частный рассказ, если бы следовать сие пора моего Водила, бессмертие Богу равно получи здоровье, далеко не торопясь, успел выхлебать хорошо бутылки «Фишера». Итак.

…Когда раздался шлепанье на проем бара, Бармен запер рассортированную валюту на оградный сейфик, завесил его большим календарем Балтийского морского пароходства равно вышел изо комнатки. В плита бара постучали единаче раз. Рудик клянется, что такое? стукко повторился не без; точно заданной ритмичностью. Не спрашивая «Кто там?» Бармен приоткрыл калитка да впустил во бар… Лысого!

Как утверждает Рудик, Лысого бил легковозбудимый колотун. Бармен запер двери держи источник равным образом спросил его:

— Ты что-что дергаешься, в духе хрюшка получай веревке?

— Пойдем на твою каптерку, — дрожащим голосом сказал Лысый.

Но Бармен откупорил банку «Туборга» равно пододвинул ее Лысому.

— Пей. И постой здесь. Ты зашел похмелиться затем вчерашнего. Это нередко бывает. Я пожалел тебя равным образом нарушил инструкцию — впустил тебя во неположенное время. Невелика беда. А во каптерке — сие сделано «сговор». Мало ли кто такой изо наших захочет зайти ко ми в такую а опохмелку? Бабки нашел?

— Да, идеже ваш брат сказали. Но вслед за тем двум пачки соответственно число штук.

— Правильно. Так равно должен быть. Одна тебе, вторая — твоему подельнику. Ему без дальних разговоров монета — ой, наравне нужна! У него все, что-нибудь нашустрит — получи лекарства с целью его бабы уходит, получи гимназию для того дочки… Так почто ему лишних пятерка мрамор положительно никак не помешают.

— А кабы некто далеко не согласится? — спросил Лысый.

Тогда-то равным образом стряслось то, что-то привело Рудика ко решению обначить новую жизнь.

Бармен стараясь никак не отойти в сторону ни слова посмотрел бери Лысого сквозь стойку бара, натянул нате правую руку резиновую перчатку с целью мытья посуды, вынул из-под стойки малый ракетница от длинным глушителем (мы со Шурой такие пистолеты единожды сто видели объединение телевизору!), дальнейший рукой сгреб Лысого после отвороты куртки, а шлепалка сунул ему почти нос. И сказал негромко, же отчетливо:

— Так вот, если бы спирт безграмотный согласится перевалить ту пачку с своего фургона во микроавтобус «Тойота» из мюнхенскими номерами «М-СН 04–26», кой пойдет вслед вами ото самого Киля, твоя милость видишь изо этой «дуры» отправишь его делать неверности в области небу. А вторые высшая оценка косых заберешь себе. Как вслед за сверхурочные. Понял? — да отпустил Лысого, сунув ему пулялка из-за пазуху.

Лысый чуток далеко не заплакал:

— Да ваша милость что?! Я получи такое неграмотный подписывался!..

Бармен стянул резиновую перчатку из обрезки равным образом доходчиво объяснил Лысому, почто буде некто сего никак не сделает, в таком случае в этом случае ему для содействие придет шофер микроавтобуса «Тойота». Он профи высокого класса, равным образом Бармен думает, зачем ему хорошенького понемножку полно трех-четырех секунд, с намерением послать получи и распишись оный мир равно мой Водилу, да Лысого одновременно. Так зачем черт со ним Лысый самостоятельно решает — конституция бедным равно мертвым, либо остаться живым да богатым.

А до сейте поры Бармен открытым текстом сказал, что-нибудь сие его последнее работа — возлюбленный собирается сверху неподвижность да отваживаться провалом операции малограмотный имеет никакого права. В этом деле завязаны такие люди, что такое? Лысый может последним с испуга, коли Бармен назовет на худой конец одну фамилию! Хотя на средствах массовой информации встречает сии имена чуток ли невыгодный всякий день. Вот такие пироги, добавил Бармен.

Тем более, в чем дело? сие Он запродал мой Водилу нате ту винно-водочную фирму. Он рассчитал всю операцию. Он придумал средство транспортировки схватить пачку десятимиллиметровой фанеры на полусотня листов, равно на трещотка шести склеивать окружность диаметром во сам метр. И образовавшееся площадь заполнить пачками кокаина, прикрыв с высоты равным образом внизу двумя листами фанеры со каждой стороны. А сделано далее наложить печать эту пачку — один вместе с половиной метра возьми полтора, — во толстый полиэтилен.

Это Он для бы ведь ни был история купил ту смену русской таможни, которая отправляла шаланда во таковой рейс. Это Его немецкие партнеры постараются всеми силами ослабить почтение германской таможни, невзирая держи весь новые веяния. Это Его последнее дело, равным образом дьявол потребно пересилить его какой угодно ценой!

— Судя согласно тому, равно как Мой был откровенен, моя персона понял, что-то Лысому в жизни не неграмотный остаться живым равно богатым, — по-умному заметил Рудик. — Как всего только его функции закончатся — симпатия зараз но способен бедным да мертвым.

Ну вот, ваш покорный слуга равным образом получил недостающие звенья во этой цепи… Я исключительно со Барменом пролопушил. Но, наверное, некто был очень благоразумный к меня.

Я наблюдательно слушал толстого Рудольфа, а внутри, что-то около средь ушей, безвыездно сезон билась одна да та но мыслишка, что-то поначалу неграмотный возникавшая: какого предел мы со самого основы посчитал, который обязан колесить со Водилой возьми целехонький месяцок во Германию для какому-то после Сименсу! Почему ми безграмотный пришло во голову удрать вместе с сего грузовика приёмом а объединение приходе корабля во Киль равно спокойненько остаться возьми судне, как следует зная, в чем дело? от три дня мы опять-таки вернусь на Петербург, улягусь во собственное портшез да буду умиротворенно подремывать на ожидании возвращения Шуры изо редакции…


* * *

Естественно, сие никак не ускользнуло с Рудольфа. Вероятно, жирно будет очень меня захватила каста запоздалая идейка!

— Послушай, Мартын, — задумчиво сказал Рудик, ювелирно отводя лупилки во сторону. — А вследствие этого бы тебе безвыгодный остаться сверху судне? Ведь помощью трое суток ты да я опять-таки будем во Питере, равно твоя милость вернешься ко своему Шуре. А, Мартын? Ну, вследствие чего МЫ должны прикладывать руку во ИХ делах?!

— О нежели дьявол пока что говорил? — спросил я.

— Кто?

— Твой.

— А… Еще возлюбленный сказал, аюшки? всегда сие надлежит последовать там, идеже вас остановитесь получай ночлег. Да, равно до этих пор дьявол сказал Лысому, почто оный может бестревожно приканчивать твоего Водилу. В России его миздрюшка обыскивать безграмотный горазд наименьшее количество месяц. Все будут думать, что-то возлюбленный на Германии работает для Сименса. А далее хорэ пущен слух, который симпатия заключая остался ради бугром. Пусть, дескать, ищут…

«Значит, сие произойдет на Нюренберге…» — подумал я.

— Оставайся, Мартын. Не глупи, — неуклонно повторил Рудик. — Вернемся домой, для Васильевский, пишущий эти строки из тобой совокупно из судна уйду. Проживу как-нибудь…

Значит, сие произойдет на Нюренберге. И спирт вслед за тем достаточно окончательно один.

Я вспомнил собственный недавнишний усыпление — окровавленного Водилу, плачущего Шуру после рулем грузовика… Его крик: «…бездарность!.. Он а тебя кормил!.. Он а тебе радовался — флорес показывал! Он а тебя называл «Кысей»… А ты?! Дерьмо ты, а далеко не «Кыся»!..»

— Спасибо тебе, Рудик, — сказал я. — У меня прямо хоть вышел слов, во вкусе моя персона тебе благодарен! Ты извините меня, что-то автор нашипел в тебя поначалу. Ни хрена твоя милость неграмотный «искалеченный». Ты аж очень, весть «нравственный»! Я по чести сказал сие слово?..

— Правильно, — прошептал Рудик. — Ты что ни говори поедешь от ним?

— Да, Рудик. Постарайся осознать меня.

И подумал, зачем во этой ситуации муж Александр Плоткин хоть лопни бы меня понял.

Ночь автор провел из Дженни во ее «мерседесе».

Оказалось, что-нибудь накануне, нет-нет да и ее Хозяйка спустилась на автомобильный трюм накормить «Свою Любимую Собачку», «Свою Маленькую Дорогую Девочку», Дженни нате радостях…

Тут моя особа обязан наравне не запрещается скорее прочитать Дженни: «…НА РАДОСТЯХ ПЕРВОГО ПОЛОВОГО ПРИЧАСТИЯ, В ИЗУМЛЕНИИ ОТ ТОГО СЕКСУАЛЬНОГО ШКВАЛА, КОТОРЫЙ СВОИМ СЛАДОСТНЫМ ВИХРЕМ ПОДНЯЛ ЕЕ НАД ВСЕМ ТЕМ, ЧТО БЫЛО В ЕЕ ЖИЗНИ ДО ЭТОГО ИЗУМИТЕЛЬНОГО МИГА…», — присутствие виде Хозяйки закатила такую восторженную истерику, ась? Хозяйка всполошилась да помчалась вместе с ней для дежурному ветеринару около корабельном Кошачье-Собачьем интернате.

У ветеринара Дженни продолжала безумствовать. За полсотенная немецких марок мужественный общероссийский ученый в момент поставил диагноз — «Нервное перевозбуждение». А до оный поры следовать двадцать марок дал с целью Дженни успокоительное драже, которое следовало примешивать во ее пищу. И посоветовал невыгодный бросать Дженни одну во машине. За который Хозяйка дала доктору пока что пятью марок.

Дженни отнесли на каюту-люкс со огромными окнами, гостиной, спальней равным образом телевизором да кормили ранее там.

С перетраху «Маленькая Дорогая Девочка» жрала, по образу дворцовый с цепями Полкан, равно аккуратнейшим образом выплевывала успокоительные таблетки. «Любимая Собачка» равным образом безвыгодный собиралась успокаиваться!

Она визжала, носилась за каюте, кувыркалась нате хозяйских кроватях да единодержавно однажды хоть прыгнула со письменного стола получи и распишись диван, лично возьми голову дремлющего впоследствии обеда Хозяина. За что-нибудь получила через него неподъемный подзатыльник да такого типа воспламенение ругани, который, наверное, был одинаково мирово слышен да на Петербурге, равным образом на Гамбурге.

Но Дженни, познавшая везет секса да паголенок раскованности, на долгу малограмотный осталась — симпатия юркнула на приоткрытую дверцу платяного шкафа да моментально написала на вечерние туфли Хозяина, в чем дело? ни в жизнь бы первоначально отнюдь не сделала! А позднее продолжала визжать, лаять, галопировать равно кувыркаться, как бы ни на нежели малограмотный бывало…

Бедная добрая Хозяйка ломала голову — почто происходит не без; ее «Обожаемой Маленькой Девочкой» равным образом в духе оградить ее ото гнева главы семьи, которому блажь Дженни приближенно осточертели, ась? спирт пообещал бросить сверху ветер Дженни ради борт.

— Ну что?.. Что твоя милость хочешь? — пугливым шепотком спрашивала Хозяйка, прижимая Дженни для буфера равным образом покрывая ее шелковистое маленькое тело искренними материнскими поцелуями.

А Дженни ни ложки далеко не хотелось, вдобавок русского Кота Мартына!

В возражение симпатия лизала Хозяйку на нос, губы, ланиты равным образом пыталась бросить свет ей, зачем ни аза слаще равным образом прекрасней, нежели то, сколько у нее было не без; Котом Мартыном, — бытийствовать безвыгодный может! И когда бы Хозяйка так например один-единственный однова попробовала бы произвести ЭТО отнюдь не от тем Хамом, кой неотложно лежит получай диване, накрыв голову подушкой, а во настоящим Специалистом ЭТОГО ситуация — что-то ее Кота Мартына, симпатия бы поняла собственность Дженни!..

Поэтому возлюбленная легко требует, с намерением ее незамедлительно отнесли на автомобильный трюм, во «мерседес», некоторый об эту пору Дженни воспринимает далеко не токмо по образу способ передвижения, однако во первую караван по образу «ЛОЖЕ ПОЗНАНИЯ СЛАДОСТИ ГРЕХА И ПЕРВОЙ ЛЮБВИ…»

Естественно, сие в свой черед отрывок с Дженни. Мне б такое равным образом на голову невыгодный пришло.

Истерика Дженни достигла апогея тогда, от случая к случаю возлюбленная увидела меня на ночном баре да когда-никогда данный тевтонский жлоб — ее Хозяин — приказал отнести Дженни во машину. Чего Дженни, в конечном счете говоря, равно добивалась.


* * *

Сейчас симпатия лежала возле со мной получай задних сиденьях «мерседеса» — притихшая, ласковая, счастливая, умиротворенная равным образом чуточку встревоженная моим состоянием.

Я ни касательно нежели ей отнюдь не рассказал, но, оказывается, у карликовых пинчеров женского пола архи развита интуиция. Почти во вкусе у нас! Надо передать должное да ее деликатности — симпатия никак не задала ми ни одного вопроса. Напротив, с целью взять хоть капелька отстранить не без; меня напряжение, возлюбленная болтала сама, безграмотный адски заботясь касательно том, стараясь малограмотный сказать ни слова моя персона ее слушаю либо нет:

— Запомни, Мартынчик… Мы живем во Грюнвальде. Это равным образом Мюнхен, равно малограмотный Мюнхен… Это такая край чтобы адски богатых людей. Там у всех близкие собственные дома. Наш жильё твоя милость найдешь без усилий — у нас самая безвкусная ограда, самые отвратительные завитушечные ворота, а у входа — самые старшие стеклянные матовые бельма да самые мерзкие цементные скульптуры львов, величиной равным образом выражением морд куда смахивающих получи и распишись бульдогов-дебилов. Все сие — равно ворота, да ограда, да львы — окрашенно непотребной безоблачный краской равным образом является предметом гордости да тщеславия мои Хозяина. Во всем, что-нибудь безвыгодный касается денег, возлюбленный — ненормальный идиот…

Дженни щебетала, а автор слушал ее вполуха равно однако сезон думал, почто выше- Водила нетрудно обязан пойти получи перегрузку праздник пачки фанеры изо своего фургона туда, камо они скажут. Не делать придирки мантия равно далеко не демонстрировать зубы, а незамедлительно пойти и, может быть, интересах понта, даже если одолжить их пятью тысяч долларов.

Тут, как бы говорил Александр Плоткин, «мы за единый вздох ухлопываем трех зайцев», во-первых, наша сестра избавляемся ото кокаина на нашей машине. Это раз. Во-вторых, автор почитай гарантированы, ась? Лысый невыгодный выстрелит. Два. А в-третьих…

Вот на третьем месте — дурно дело. В-третих, в отлучке несчастный уверенности во том, почто рано или поздно кокаин хорош перегружен во «Тойоту», таковой Профессионал малограмотный прикончит равным образом Лысого, равно мой Водилу. Бармен но говорил, что такое? спирт сие чрезвычайно умеет делать.

Думай, Мартын, думай!.. — наравне отнюдь только что требовал с меня выше- куцый дружище Кот-Бродяга во пилипенковском фургончике Кошачье-Собачьей смерти. «Безвыходных положений безвыгодный бывает!!!» — утверждал Бродяга, а возлюбленный знал, аюшки? говорил. Ему, в дополнение во вкусе в меня, уповать было безвыгодный бери кого.

Господи! Боже мой! Если Ты поглощать возьми свете, услышь меня… Помоги Водиле как следует меня понять! Я Тебя сильнее ни в отношении нежели безграмотный прошу. Тогда со по всем статьям остальным да мы от тобой равно самочки справимся. Ты токмо помоги Водиле… Ты но Един на всех — равным образом интересах Котов, да интересах Собак, равно чтобы Людей. В конце концов, Ты даже если обязан сие сделать!.. А ваш покорнейший слуга всенепременно что-нибудь придумаю — название Тебе даю… Клянусь Тебе, Господи, — следовать одного себя мы ни в жизнь отнюдь не стал бы ни ложки просить…


* * *

Через один не без; половиной часа дотоле вялый значительный неколебимый трюм от сотнями автомобилей перестал хранить мелкой дрожью, стихли звуки налаженно плещущейся воды вслед за стенами нашего судна, а зато трюм наполнился корабельными людьми во синих комбинезонах, владельцами легковых машин — от детьми, женами да сумками — водителями дальнорейсовых грузовиков, что ми сказал Водила, с всех европейских стран. Тут были немцы, итальянцы, французы, испанцы, голландцы да какие-то скандинавы. Что сие такое — мы таково равным образом далеко не понял. А Водила далеко не объяснил: был занят подготовкой документов на немецкой таможни равным образом паспортного контроля. Но сие пишущий эти строки только лишь ради «скандинавов» отнюдь не понял. Всех остальных-то моя персона знал за рассказам Шуры да по мнению телевизионным передачам, которые я из моим Плоткиным естественным путем смотрим по мнению вечерам, свободным с Шуриных сексуально-половых равно литературных упражнений.

Еще не далее как тихий трюм заполнился гулом голосов, матюгами синих комбинезонов, лязганьем падающих отстегнутых цепей, которые удерживали автомобили получи качающемся железном полу трюма, хлопаньем дверей да багажников машин, рычанием двигателей…

— Гляди, Кыся, вперед, — сказал ми Водила. — Сейчас платформа опустится. По первому разу рисунок — зашибись!

Мы сидели во кабине нашего грузовика. Водила — возьми своем месте, следовать рулем, мы — сверху своем, пассажирском. Я посмотрел вперед, слабо указывал ми Водила, равным образом одновременно увидел, вроде под нами, в ряду высоченным потолком да огромной стеной трюма, врасплох появилась узкая голубая косимаки чистого неба. Полоска стала медленно, а напористо расширяться, весь вяще равным образом свыше заливая мрачноватый твердый трюм утренним солнечным светом.

Передняя перегородка опускалась всё-таки дальше да ниже, да наводнение свежего прохладного воздуха хлынул во провонявший железом трюм, принеся десятки новых прекрасных запахов незнакомого моря да неведомой земли.

Одновременно заработали двигатели всех машин. Когда но огромная парапет трюма опустилась нисколько равным образом стала широким мостом в обществе причалом да судном, с нашей высокой кабины нам из Водилой итак славно видно, наравне первыми изо трюма стали эмигрировать легковые автомобили. Один, другой, третий…

Неожиданно на этом потоке автор увидел сильный ми иссера-серебристый «мерседес», увидел Дженни, стоявшую сверху своих тоненьких ножках вслед спинкой заднего сидения. Передними лапками возлюбленная опиралась в рассуждении стекло. Я видел, наравне симпатия тяжко разевает ротик, скребет согласно стеклу передними лапками равно по сию пору смотрит равным образом смотрит назад, на глубину трюма, во поисках нашей немаленький машины, во неистовом равно отчаянном желании сверху разлука завязать знакомство со мной добро бы бы глазами.


* * *

Мне инда причудилось, зачем через гром сотен автомобильных моторов ваш покорный слуга слышу, что возлюбленная тявкает равным образом плачет своим детским голоском!.. Я равно далеко не заметил, в чем дело? также встал бери задние лапы, в свою очередь уперся передними во ветровое стекло, а после стал мотать ей одной лапой, чтоб симпатия увидела — идеже я. Но «мерседес» бегом выехал с трюма да растворился на потоке разноцветных автомобилей вместе с номерами всех стран Европы.

— Ты чего, Кыся?! — удивился Водила. — Увидел кого-нибудь?

Отвечать бери данный альтернатива ми нисколько никак не хотелось, верно равно задан симпатия был без затей так, с праздного любопытства. Тем более, что такое? во следующие секунды Водила был сейчас что есть мочи занят своим прямым делом. Поток легковых машин аллегро иссякал, равно для выезду неспешно стали перемещаться взрослые грузовики от фургонами да автобусы. Тронулись от места равно мы.

— Ты, Кыся, безграмотный светился бы здесь. Шел бы во коечку равно лежал бы там, посоветовал ми Водила. — Нас, скорей всего, подвергать испытанию безграмотный будут, но… Чем демон отнюдь не шутит. Санитарный наблюдение пристанет, наравне банный плита ко жопе, — аюшки? вслед кот, держи каком основании ввозите во страну кота?.. Немцы такие формалисты! Умрешь…

Он поуже протянул было руку, ради отсадить меня наверх, из-за занавеску, только ваш покорный слуга опередил его, равно вспрыгнул тама сам.

Водила аж поперхнулся:

— Ну, ты, Кыся, даешь!.. Вот расскажи кому — фактически ни во жисть далеко не поверят…


* * *

Через таможню двигались нетерпимо согласно определенным линиям: легковые аппаратура объединение одной полосе, грузовые — объединение другой. Легковые пусть даже неграмотный останавливали. Выдергивали с общего потока одну изо двадцати, отгоняли ее во сторонку равно начинали шерстить.

Как выразился Водила — «брали держи стук». То есть, в области поступившему раньше доносу. Или — информации, коли угодно.

Зато грузовые — особенно русские, чешские, польские, болгарские — те, которые приплыли во Германию с России, досматривали жуть строго. Загоняли для длиннющую яму близко не без; основным мимолетом да подвергали самому тщательному обыску равно снизу, равным образом сверху, равным образом изнутри.

— Дурь ищут, — бестревожно сказал Водила да показал ми возьми немецких таможенников из маленькими Собачками держи руках.

Такие плюгавенькие, лохматые собачонки, чрезвычайно сходные возьми одного Шуриного знакомого японского журналиста. Этих щенок запускали на фургон, непосредственно держи привозимый груз, равным образом они немного погодя носились, во вкусе сумасшедшие, обнюхивая первый попавшийся пакет, каждую коробку, всякий уголок…

Но Водиле одновременно показалось, что такое? ваш покорнейший слуга могу малограмотный понять, в чем дело? такое «дурь», равным образом возлюбленный в простоте сердца пояснил мне:

— «Дурь» — значит, «наркота». По-научному, наркотик. Люди его нюхают, жрут, ширяются… В смысле, туше себя делают. И чумеют!.. Хотя через таковский жизни, равно как сегодня, да сверх «дури» верхушка едет. Я невыгодный ради себя. Я ради стариков дальше разных, которые, кто, конечно, дожил, медали приманка в области праздникам нацепят равно орут «Уря-а! За Родину! За Сталина!» А на другой день со голоду подыхают, в силу того что вроде ему Родина пенсию поуже полгода забывает выплатить…

Я смотрел Водиле на выя равным образом думал — странно… Вот занять мои Шуру Плоткина равно Водилу. Ну, нацело а непохожие породы! Причем, безраздельно изо них бессорный полуеврей… Это Шура. У него родимая была украинкой. А второй, Водила, — абсолютно русский. И выше- Александр Плоткин знает столько, что-то Водиле да в сне безграмотный приснится. Хотя, нужно сказать, что такое? Водила, вроде относительно таких людей говорит Шура, — равным образом неграмотный пальцем деланный! Про житьё-бытьё Водила, наверное, хоть поболее Шуры понимает. Только не без; противоположный стороны…

М-да… К чему а сие я? Совсем изо головы выскочило… А-аа! Вспомнил!

Так вот, казалось бы, их всего только одно объединяет — что другой завсегда равно вот всех ситуациях хотят бабу. Но сие невыгодный степень похожести. Я равным образом неумолчно хочу трахаться, а ваш покорный слуга а статей невыгодный пишу да грузовиком безграмотный управляю! И потом, мы — Кот, а они — нет. Хотя однако я трое архи весьма склонны для ЭТОМУ самому делу. Ну, на смысле… Сами понимаете! Так вот, повторяю: Александр равным образом Водила ни во нежели неграмотный похожи дружок получай друга. А мыслят (я имею поскольку нынешний день, стариков-ветеранов, равным образом вообще) неужели наверняка одинаково! Я сие с Шуры десятки однова слышал, исключительно до оный поры вместе с большей злобой, нежели у Водилы.

Он даже если на «Час пик» писал об этом. А позже да мы со тобой нашли на нашем почтовом ящике письмо. Александра аж ми его прочитал. Такое коротенькое-коротенькое. Всего малость слов: «Жидовская морда! Убирайся на своей ебаный Израиль, а так яйца вырежем равно получи и распишись фонаре повесим». И этикетаж — «Доброжелатели».


* * *

Я да далеко не заметил, что машина Лысого оказался под самым нашим носом. То ли сие была случайность, ведь ли немцы нас беспричинно рассортировали грузовики двигались в области четырем полосам, равным образом учреждение осматривала одновременно фошка машины.

Я видел, в духе Лысый направил особенный трехтонка возьми длинную яму, на которой ранее сидели двушничек немца на зеленых комбинезонах от длинными фонарями во руках. Грузовик остановился надо ними. Лысый егозливо выскочил изо кабины, расшнуровал заднюю стенку фургона равно который раз метнулся для кабине. Влез да тутовник но выскочил назад сейчас вместе с документами во руках.

— Чего дергается, что суетится? — разгневанно пробормотал Водила равно сказал мне: — Ты, Кыся, давай, лежи тут. Я сейчас… Только документы получи ноша предъявлю равным образом серпастый покажу. Лежи, плюй во потолок.

Водила до тонкости сложил целое приманка бумаги во красивую кожаную папку (Шура весь мечтал выкупить себя такую, правда денег далеко не было), опустил противосолнечный козырек, много было вмонтировано небольшое зеркало, причесался да открыл дверцу кабины. Уже спрыгивая для землю, крикнул одному пожилому немцу на форме таможенника:

— Гутен морген, герр Вебер!

— Гутен морген, майне либер фройнд, — ответил ему тот. — Ви гейтс?

— Аллес гут! — ответил Водила.

Они пожали побратанец другу руки, да бундес спросил Водилу по-русски:

— Героина, амфетамина, метадона, перветина, кокаина — бесчисленно привез?

Я видел, наравне Лысый втянул голову на плечи. Мне хоть показалось, ась? ваш покорнейший слуга почувствовал, на правах у Лысого держи пару секунд остановилось сердце.

— Не, безграмотный много, — ухмыльнулся Водила. — Тонн двадцать, нихт меер.

— Зер гут, — с без дураков сказал немец. — Теперь ваш покорный слуга во всех отношениях буду говорить, что-нибудь у меня кушать в возврасте ведомый — совдеповский миллиардер!

Водила ушел на втискивание таможни, а Вебер дал помета два молодым таможенникам со лохматыми собачками во руках. Молодые запустили собачек во фура Лысого, да сии маленькие засранки толково да молча, что-то меня, прямолинейно говоря, аспидски удивило, стали шнырять за всему фургону, принюхиваясь символически ли никак не для каждой коробке не без; водкой.

Мой Водила сделано вышел изо помещения, пряча получай быстрее документы равным образом свидетельство на свою красивую кожаную папку.

Собачонки помотались в области фургону да беспричинно но в полном молчании прибежали обратно. Но в отдельных случаях Вебер показал Лысому, что такое? оный может зашнуровывать заднюю архентерон фургона, собачки глядишь чертовски окрысились получи Лысого! Они прямо зашлись через злости равно облаяли Лысого вместе с ног давно головы!..

— Вот дурочки, — усмехнулся Водила,

— Нервы, возраст… — сказал средних лет Вебер. — Бедные маленькие хунды для этой работе самочки стали наркоманами. Ошибка…

«Ой, нет, братцы! Никакой ошибки. И неграмотный дурочки они, равно года тута далеко не подле чем. Служат они будьте-нате! На совесть… Но контия когда ваш покорнейший слуга почувствовал, что-то с него попахивает кокаином, ведь сим япошкам самоуправно Бог велел обхамить Лысого!»


* * *

Вебер подписал Лысому какую-то бумажку, шлепнул во нее печать равным образом махнул рукой — поезжай, мол. Еле переставляя шлепанцы через страха, Лысый полез во кабину.

Следующая черед держи свидетельство была наша. Я понял, в чем дело? настала час работать равно мне. Будут они нас доглядывать другими словами невыгодный будут, что получи и распишись сие рассчитывал Бармен и, собственно, за ась? да затеял всю эту подлянку из моим Водилой, — нате кто ни попало случай, аз многогрешный долженствует приобрести СВОИ меры!

Воспользовавшись тем, что такое? Водила вновь разговаривал вместе с Вебером, я, никем безвыгодный замеченный, амором вылез получи и распишись крышу кабины равно сделано сполна отработанным как следует проник в середину фургона.

В носишко ми вмиг ударил прочный вонь кокаина. Голова закружилась, пыхтеть из чего явствует трудно, равно в момент потянуло на сон… Видно, во приливе той, самой первой, психопатической да чутьем яростной реакции получи и распишись оный душок я, наверное, хорошо разодрал сплошной полиэтилен, во что была запаяна буква стопка «фанеры»! От ёбаный концентрации запаха этой дряни те собачки, смахивающие получай Шуриного японца, должны просто-напросто сойти вместе с ума!

Только бы ми безвыгодный спать ото этой гадости, на правах тогда.

Я проскакал соответственно верхним пачкам рядом ко задней части фуры — на правах называет Водила нынешний фургон, — идеже взять неграмотный ощутительно кокаиновый зловоние был слабее. Там крохотку просвечивала неплотно зашнурованная отверстие в среде двумя прорезинеными брезентовыми полостями задней части фуры. Задняя отверстие была в меньшей мере передней, при помощи которую ваш покорный слуга семо влезал, хотя все-таки, вопреки получи и распишись то, в чем дело? никакого обзора внешнего решетка возлюбленная неграмотный давала, бо полости накладывались одна держи другую, — сопатить путем эту разрез было можно. Тем более, почто наша сестра ныне стояли ко морю спиной, а заверть дул со стороны моря, равным образом сие давало ми шанс вбирать едва новый воздух. Я прильнул носом для щели равно стал поджидать дальнейшего аллюр событий…

Я слышал, на правах съехал со досмотровой ямы шаланда Лысого…

Слышал, вроде выше- Водила влез на нашу кабину. Как захлопнул дверцу. Как завел двигатель…

А дальше автор услышал, что некто нахраписто выключил нефтянка равным образом завопил бери полный моряцкий Кильский порт:

— Кыся! Кыся!!! Кыс-кыс-кыс!.. Кыся-а-а-а!..

Я слышал, в духе спирт выскочил изо кабины, как бы стал ходить вкруг своего грузовика. Я пусть даже представил себе, что дьявол — здоровенный мужик, незначительно ли отнюдь не двухметрового роста — сверху карачках ползает около машиной, заглядывая по-под колеса!..

Слышно было, что спирт рванулся назад, туда, идеже выстроились часть грузовики, ждущие своей таможенной проверки. На бегу спирт продолжал зычно равным образом дубово «кыскать», пока, наверное, его безвыгодный перехватил испугавшийся в возрасте Вебер да под заводкой спросил его возьми двух языках:

— Вас ист лос?! Вас ист пассирт?! Что такое? Что случилось?!

И мы как на блюдце услышал, равно как Водила отчаянно, по неизвестной причине тонким голосом, прокричал:

— Да коташка у меня сбежал!.. Такой кот!!! Елочки точеные, блендамед Он, наверное, ваших собак испугался… Что а делать?.. Мужики, ваша милость кота малограмотный видели?! Майне каце нихт гезеен?.. У него вновь лабиринт рваное… Кыся! Кыся-а!.. Как но автор кроме него?! Кыся а-а-а!!!

Сердце у меня разрывалось с жалости! В голосе Водилы было столько неподдельного страдания, в чем дело? пишущий эти строки с грехом пополам было неграмотный откликнулся.

Но ваш покорнейший слуга сдержал себя. Я сдержал себя «ВО ИМЯ ВЫСШЕГО СМЫСЛА!», в духе сказал бы Александра Плоткин.

Мои тщетные попытки учредить неотлагательно не без; Водилой Наш Контакт — никак не увенчались равно малейшим успехом. То ли ультра- велико на нем было отвлекающее парестезия потери, так ли мешал коренастый прорезиненный парусина фуры… А может быть, через отвратительного одуряющего запаха кокаина в недрах — автор посылал малоубедительно четкие сигналы? Хотя автор напрягался, в качестве кого всего лишь мог, чуток ли неграмотный вплоть до обморока:

«Успокойся, Водила! Немедленно возьми себя на руки!!! Я здесь, невыгодный паникуй!.. Успокойся немедленно но да садись из-за руль! Я вблизи да никуда ото тебя безграмотный денусь! Так надо. Ты слышишь? Так надо, дьявол бы тебя побрал?!» — внушал автор этих строк ему.

А раком уж сигналили держи небо и земля голоса десятки грузовиков. Они вытянулись ради нами во длиннющую вереницу равно были мороз по спине продирает раздражены таковский длительной задержкой. Какой-то маразматик инда включил тревожную аварийную сирену!

Я слышал, по образу возьми эту сирену изо помещения таможни выскочили до некоторой степени полицейских из Овчаркой. То, что-то сие были полицейские, автор этих строк разом понял объединение запаху оружия. А Овчарка у меня якобы пред глазами предстала — приблизительно возлюбленная пахла Овчаркой!

Но Вебер стал всех укрощать равным образом объяснять, ась? сам по части себе совдеповский вожак потерял свою любимую кошечку, и, кажется, даже если помог моему целиком расклеившемуся Водиле взвиться на кабину, с того места конченный горем Водила до сей времени пару крат хрипло равно тускло выкрикнул:

— Кыся, а Кыся!.. Ты где?..

— Не приходится всех задерживать, — приятно проговорил Вебер. — Поедешь обратно, моя особа приготовлю тебе беда хорошего дойтче каца. Маленького. Киндеркаца. Бэби. О"кей? Лос! Лос…

Водила заново завел двигатель равно въехал получи и распишись досмотровую яму. Остановился надо ней, выключил двигатель, да мы услышал, на правах Вебер сказал парням во яме:

— Отдыхайте. Мы эту машину знаем, — а Водиле добавил еще по-русски: Покажи фургон. У нас немедленно новоизобретённый куда жестокий приказ. А твоя милость наделал столько шума, зачем инда фараон прибежала. Видишь?

— Кайн проблем… — горько прошептал Водила, равно мы услышал, на правах некто принялся расшнуровывать заднюю стенку фуры.


* * *

А днесь ваш покорный слуга попытаюсь удлинить повествование об этом аттракционе словами мой Водилы. Так, как бы дьявол ми сие потом, объединение дороге, однова десятеро рассказывал:

— …тут Вебер говорит: «Открывай фургон». Да, Бога ради, говорю, пожалуйста… Нет проблем! И начинаю расшнуровывать эту мудянку бери фуре. А на башке одна помысел — идеже мои Кыся? Запугали, думаю, суки, мой Кысю своими сраными собачками!.. И ажно на голову неграмотный беру, в чем дело? меня возьми этой границе этак знают, сколько сейчас планирование пятью невыгодный досматривают. Ни подсмена Вебера, ни Рихтера, ни того третьего… Забыл фамилию. А тут… В голове только лишь идеже Кыся?! На хипеш, родительница их ети, фараон выскочила. С автоматами, овчарками!.. Эти двум молодых гондона по части наркотикам приготовили своих лохматых наркоманок. Сзади наши мудаки сигналят! Некогда им, вишь ли… А моя особа ни об нежели безграмотный думаю — как никогда ради Кысю… Руки трясутся, коврижки никак не могу зад расшнуровать. Там подобный тросик непреклонный идет, видел? Тут Вебер взялся ми помогать. Мужик — зашибись! Когда-то симпатия с своей ГэДээР для ненастоящий лодке во ФээРГэ дрыснул, несомненно круглым счетом во Киле равным образом остался…

Ну, распатронили ты да я вместе с ним на фошка цыпки зад фуры, отдергиваем полы брезента на стороны, а там!..

Е-мое, равным образом около бантик!!! Ну, приходится же?!

Сидит моя родная Кыся получай верхнем пакете фанеры, да умывается, бля, умница!!! Да, беспричинно спокойненько, сколько ваш покорнейший слуга попросту охуел!..

А сии раздолбаи со своими маленькими зассыхами — специалистками по мнению дури, — стоят, в качестве кого обосравшиеся. Собачонки визжат ото злости, а во фургончик влезать боятся! Полицейская овчар лает, хоть заходится, а постоянно вокруг, — равным образом таможня, равным образом полиция, равно водилы разные, — всё-таки ржут в качестве кого умалишенные!.. Что тута было, бля!!!

Дальше шел еще экой упоенный мат, который доминанта рассказа слово в слово тонул во ругательствах. Тем более, который шиш нового Водила где-то да неграмотный был в силах сказать. Все повторял одно равно ведь а — в качестве кого спирт увидел меня фургоне равно ото счастья «охуел». Что означало — «обрадовался».

Поэтому эпопея продолжу я. Все, в чем дело? касается самого Водилы — весь круглым счетом оно равным образом было. А все, зачем касается меня — Водила, конечно, солидно напутал.

…Когда они со Вебером распахнули заднюю стенку фургона, автор поистине сидел в пакете от фанерой равным образом умывался.

Но окончательно малограмотный потому, сколько по всем статьям стоящим окрест пишущий эти строки хотел показать, какой моя особа чистоплотный. И контия ни держи лепту безвыгодный приблизительно «спокойненько», по образу сие показалось моему Водиле равно где-то умилило его!

Спокойствия безграмотный было равно во помине. Внутри у меня всё-таки дребезжало через дикого нервного перенапряжения. И умываться автор этих строк взялся всего на того, с намерением закамуфлировать сие труд равным образом выказать наглую сомнение во своем абсолютном праве — до лампочки получи и распишись всех таможенных Собак во мире!

Вероятно, сие на какой-то степени их равным образом ошарашило, а во основном они зашлись во истерике, когда-никогда возьми них припахивало с фургона таким плотным кокаиновым духом, что-нибудь они обе через злости символически пуруша невыгодный потеряли!..

Подозреваю, аюшки? равным образом Овчарка почуяла сей запах. Но клеймящий в соответствии с ее растерянной морде, возлюбленная лишь далеко не знала, в чем дело? сие такое.

Когда но молодые люди таможенники — руководители сих маленьких наркоищеек, во всяком случае попытались их шибануть ко ми во фургон, ми сносно невыгодный оставалось делать, в качестве кого заявить сим лохматым малявкам по-нашему, по-животному:

— Только суньтесь. Я изо вам такие фрикадельки наделаю, что-нибудь вам маму родную забудете.

Одна Собачонка, мы видел, до черта перетрусила, даже если равным образом продолжала визжать, как бы зарезанная. А вторая собралась вместе с зараз равно кричит мне:

— Убирайся оттуда, идиот! Там такая плотность кокаина, что-то твоя милость путем высшая отметка минут сдохнешь, самоубийца!

— Не твое Собачье дело, — говорю. — Что русскому здорово, так немцу смерть.

Помню, Александр Плоткин беспричинно сказал сообразно поводу какой-то в дальнейшем их пьянки со иностранными журналистами, равным образом ми сие бояться понравилось! Все ждал, когда-когда равным образом моя особа смогу выкрутить на болтание сие выраженьице.

Тут обе Собачонки приблизительно развопились, в чем дело? уж на что ухо затыкай! Но на кузов — ни лапой. Наоборот, шарахаются с меня, как бы демон через ладана.

На подмогу сим обгадившимся микросыщикам стал ко ми кончаться Полицейский Овчар. Да в такой мере настырно, что-то его кой-как для поводке удерживают. Причем, видимое дело невооруженным глазом — каракатица глупая, соединяться ему со мной, ну, кончина по образу неохота, только служба!.. Вот дьявол да рвется — неизменность присяге показывает. Жратву свою полицейскую отрабатывает.

Я, на правах обыкновенно на таких случаях, небольшую толику присест хвостом постучал по части пакету вместе с фанерой, радары плотненько прижал ко голове, верхнюю губу приподнял, предъявил ему близкие клыки, коготочки выпустил для показуху, равным образом говорю:

— А ты, говно, молчи, тебя безграмотный спрашивают. Кто твоя милость такой, засранец?

Этот Овчар чуток через злости безвыгодный перекинулся! Рвется для нашей машине удержу нет!.. Поводок натянул так, сколько кольцо ему во глотку врезался. И хрипит ми полузадушенно:

— Я сотруженик немецкой полиции!.. Я чистокровная Немецкая Овчарка! Да автор тебя во куски!… В клочья!.. Коммунист!!!

— Лучше для моей машине далеко не приближайся, болван, — говорю моя особа ему. — Сейчас у меня по образу крата период второго завтрака, а получи и распишись следующий фриштых аз многогрешный нормально ем всего-навсего Чистокровных Овчарок. Так что-нибудь глякось сам, жлобяра полицейская…

А вкруг хохотня имеет смысл — гомерический! Никто ж изо Людей невыгодный понимает — что касается нежели Мы. Все видят всего-навсего одно — три Собаки своим лаем неуклонно получай мерзость исходят, а Кот преспокойненько сидит себя на фургоне равным образом на побег далеко не дует. И все. Вот Люди да хохочут.


* * *

Вебер деньги вытер да говорит своим Собачьим помощникам равно полицейским:

— Уберите собак. Кончайте настоящий цирк. Я сделано примерно оглох.

И самовластно начинает благопоспешествовать моему Водиле инверсно зашнуровывать задний план нашей фуры. Я снова пару секунд выждал, убедился, который в эту пору пуще ни одна душа отнюдь не горазд удостоверять свой груз, да во последнее секунда выпрыгнул с фургона стойком держи широкое плечо своего Водилы.

От неожиданности Полицейский Овчар попятился, закрутился равно символически лично себя никак не задушил собственным поводком. А обе Нарко-Собачки таково перепугались, что такое? одна с них со страху пусть даже описалась!

— Я кому сказал — уберите собак, — точно повторил Вебер.

…Мы распрощались не без; сим пожилым симпатягой равным образом поехали.


* * *

Я таких чистеньких, ухоженных, гладких, ровных равным образом удобных дорог покамест во жизни своей малограмотный видел!

Хотя я вместе с Шурой поездили неграмотный приближенно ужак мало. Водан разок его друг-приятель — наигранный драматург, возил нас в своей «Волге» ко себя нате дачу во Усть-Нарву, да автор сих строк целую неделю тама у него жили.

Александра писал заказный скетч касательно славном творческом пути драматурга (он, кстати, еще три годы наравне живет во Америке равным образом работает во журнале «Еврейская жизнь»!), а автор этих строк всего-навсего равно занимался тем, почто трахал драматургову Кошку, Кошку соседа драматурга — одного известного композитора — равным образом всех остальных прочих дачных Кошек, которые узнали с первых двух, почто на Усть-Нарву получай ряд дней прибыл «ОДИН КОТ» изо Ленинграда, да делает ЭТО за высшему классу.

Конечно, малограмотный обошлось безо парочки драк вместе с местными Котами, однако сие совсем не безграмотный умалило нашего со Шурой удовольствия с поездки. Кошек ваш покорный слуга дальше перепробовал — отнюдь не меряно! Помню, моя персона если на то пошло эдак вымотался на этой чертовой Усть- Нарве…

Несколько присест да мы со тобой от Шурой держи автобусе ездили вслед за городок — на Разлив, Репино, Комарово…

Мой Плоткин считал, что-нибудь автор равно как принуждён пыхтеть свежим воздухом равно взять хоть эпизодически иметь место получи природе, а никак не исключительно биться держи нашем пыльном да грязном пустыре равно тарарахаться соответственно чердакам равным образом подвалам.

Так что такое? пишущий эти строки куда отлично знаю наши автомобильные дороги. И, как бы во этом ни трудно признаться, хоть самые сливки наши трассы, с умыслом вылизанные к проезда иностранцев да Людей, держащих на руках власть, — далеко не идут ни на какое приравнивание от обычными немецкими автобанами, вроде назвал сии дороги Водила.

Я помню, ась? нет-нет да и непременно приходилось распознавать наше общегосударственное провал (а во последнее пора сие происходило однако чаще равным образом чаще!), Александр Плоткин век цитировал фразу изо какого-то кинофильма. «За державу обидно…» — говорил Шура, равным образом ваш покорнейший слуга видел, почто ему, действительно, беда огорчительно вслед свою державу. Иногда дьявол уже ото себя добавлял: «И бояться стыдно…»

Может быть, потому, что-то муж Плоткин на своей редакции из всех сил спроста старался содеять все, дабы далеко не было ни обидно, ни зазорно из-за «свою державу», — автор ввек вместе с ним малограмотный задумывались об отъезде изо этой страны.


* * *

Хотя аз многогрешный знал, зачем кольцо Шуриных равно моих друзей, — равно евреев, равно русских, а вдобавок их Котов равно Кошек — трагично таял точь в точь вместе с каждым днем. Последние пару полет муж Александр чуточку малограмотный спился вместе с этими навсегдашними проводами, весть похожими получи похороны.

Я когда-то видел погребение на Комарово. Более грустного да фальшивого зрелища ни в жизнь невыгодный встречал…

— Как тебе автобанчик, Кыся? — заносчиво спросил меня Водила так, личиной возлюбленный — домохозяин сего автобана, да автомагистраль — его любимое детище.

Вообще-то, даже если вдуматься, наверное, что-то около оно равным образом есть.

В отповедь автор этих строк всего только потерся носом что до его плечо, обильно ми было покойно сие учинить — ваш покорнейший слуга сидел высоко, получай спинке пассажирского сиденья, воеже быть свидетелем мчащуюся встречу нам дорогу. Кроме всего, моя персона важно помнил сотрясение воздуха Рудольфа что касается том, почто через самого Киля следовать нами пойдет микроавтобус «Тойота» вместе с мюнхенскими номерами «М-СН…», цифры пишущий эти строки никак не запомнил, беспричинно равно как целое эквивалентно невыгодный умею их читать. Поведет «Тойоту» оный самый Профи, кто чрезвычайно умеет умерщвлять Людей. О нежели ми сказал Рудик со слов Бармена.

Вот аз многогрешный равно взгромоздился получи и распишись спинку пассажирского кресла, с целью во на боковом зеркале видеть, рано или поздно для нам пристроится сия «Тойота».

— Ну, Кыся, твоя милость дал на порту стружку!.. — одновременно расхохотался Водила равным образом стал во кой разок адски неблагопристойно излагать ми все, что такое? моя особа знал намного самое лучшее него.


* * *

Признаться честно, моя персона далеко не слушал Водилу. Я следил вслед за идущим преддверие нами грузовиком Лысого да поглядывал на правое выносное трюмо величиной от Большую Советскую Энциклопедию во надежде изумительный сезон различить ту самую жутковатую «Тойоту».

Была до сего поры да вторая причина, с каких щей ваш покорнейший слуга был приближенно невнимателен ко рассказу Водилы. Я постоянно думал, какого ряд российские Люди круглым счетом уснащают близкие устные (а Александра говорил, что-то безотлагательно равным образом письменные) рассказы таким счетом ругательств, что такое? временем получи слуху остается одинокий мат, во котором исчезают равным образом сюжет, да задумка повествования. А многие общественные сиречь политические деятели даже если от деятель матерятся. Чтобы быть, что-то около сказать, «ближе ко Народу».

Естественно, сие невыгодный мои Котовые умозаключения. Я таково прелестно нахватался ото Шуры Плоткина, зачем временами его мысли равным образом соображения сверху оный alias некоторый вычисление бессознательно начинаю расчислять своими. Не потому, что такое? честолюбиво хочу прикарманить его идею, а всего потому, почто мы не без; ним всецело согласен.

Однако, сие совершенно безграмотный значит, что-то ваш покорный слуга заправду со Шурой вот всем. Да равным образом Александр получи нынешний итог неграмотный очень-то обольщается. Он куда мирово чувствует, рано или поздно ми вещь безвыгодный нравится.

Кстати, объединение поводу того а мата. Несмотря в всю свою интеллигентность, Александра пользуется матерно хватит то и дело равно свободно. Хотя у него превосходный лексический клад равным образом помимо этого. Но ваш покорный слуга заметил, аюшки? во в такой мере называемой интеллектуальной среде заебонный говорят неким шиком! Дескать, вишь какая у меня речевая палитра. Могу так, а могу да эдак!..

Но у большинства Шуриных приятелей равно приятельниц по части университету, по мнению редакции, в области Союзу журналистов заебонный красиво равным образом выглядит во их речи шабаш нелепо. Ну, например, наравне неравно бы девочка ко вечернему платью, пахнущему дорогими французскими духами, напялила бы вонючие солдатские кирзовые сапоги!

Я привел таковой сравнение безграмотный потому, что-нибудь у нас глотать французские духи, а потому, что такое? у нас кушать такие сапоги. Они валяются во кладовке как бы Шурино воспоминание в рассуждении службе на армии.

Другое деяние — Александр Плоткин. У него матерные выражения постоянно остроумны равно составляют ироничную основу около кто хочешь фразы. Или аккуратно выражают всю точка его неудовольствия да раздражения по части поводу того сиречь иного явления. У Шуры забористый не без; завитушками таково органичен, где-то изумительно вплетается во слова, исполненные глубокого равно тонкого смысла, который когда аж далеко не замечаешь, был во этой Шуриной фразе заебонный другими словами нет!…

Но Александр — персона талантливый. А сие судьба неграмотный каждому.

Теперь о мне. Почему мы беспричинно сравнительно со чем Человеческого мата?

Может быть, ежели бы его основу составляла другая тема, или — или вообще, дьявол был бы совсем другим, автор бы бери него равным образом внимания безвыгодный обратил. Но ругань, построенная (кстати, порядочно бедно!..) исключительно получай том, с намерением направить кого-то возьми Мужской сексуальный член, другими словами во Женскую половую… эту, вроде ее? Ну, вас знаете, что такое? ваш покорнейший слуга имею на виду. Сейчас моя особа попросту забыл, во вкусе сие называется.

Или зачем посредством каждое обещание таково нуждаться трахнуть чью-то, наверное, престарелую Мать, когда-никогда кругом принимать наволок молодых девок, всего да мечтающих об этом?!

И потом… Это а вполне непоследовательно — расчислять оскорбительными ругательствами самые замечательные действия, дарованные природой любому живому существу! Действия, доставляющие ни со нежели неграмотный сравнимое, величайшее наслаждение! Продолжение рода, наконец!.. Что может состоять изумительнее, нежели «куда-то всунуть» равным образом «кого-то трахнуть»?!

Как а позволяется с ЭТОГО создавать грязную ругань, безусловно уже равным образом делать растрата из чего ею на большинстве случаев категорично малограмотный по части делу?..

Вот от нежели автор этих строк малограмотный согласен. И выше- Александр прекрасненько об этом знает.

У Водилы же, быть всех моих для нему симпатиях, лексический провизия знамо а меньше, нежели у Шуры. Поэтому мудрёный ему подчас не мудрствуя лукаво необходим. Тут автор его понимаю. И коли ваш покорный слуга эпизодично берусь излагать перипетии его словами, в таком случае всего лишь потому, почто ми никуда не денешься самый безошибочно вручить ЕГО впечатления с происходящего. Безусловно, вместе с соответствующей корректировкой текста Водилы!

Не изо ханжества, в духе ваша сестра понимаете. Из элементарной чистоплотности, свойственной всему Котово-Кошачьему племени — с саблезубых Тигров древности перед сегодняшнего бездомного Кота-Бродяги.

— …мы, понимаешь, со Вебером расшнуровываем фон у фуры, а там, бляха-муха, сидит моя золотая Кыся равно умывается, билят

«Черт подери! Да заткни пасть ты! Неужели ты, дурак стоеросовая, невыгодный понимаешь, зачем мы неграмотный беспричинно ужак без затей залез на фургон!» — от изрядной долей раздражения подумал я.

— Слушай, Кыся… Кстати!.. — внезапно насторожился Водила. — А какого хера твоя милость не насчет частностей тама полез?

Ну, все… Услышал Господь мои молитвы. Мы — во Контакте!

Теперь осторожненько, небольшими щадящими порциями ми нужно сообщить Водиле об всем, что-то ми известно. И сделать объединенный конспект действий… Только аспидски осторожно! Иначе излишек информации, идущей через меня, как бы через побольше сильной Личности, может Водиле всего повредить. Заклинит, равно всё-таки тут!.. Мне об этом Александр читал на книге доктора Шелдрейса.

— Уж невыгодный подложили ли ми чего-нибудь такое на фуру, нет-нет да и загружали мою тачку этой ебаной фанерой? — темно прищурился Водила. — В пирушка ликеро-водочной шараге, источник их…

Нет, Водила отчетливо талантлив! Мне со ним прямо аспидски повезло.

Я общо с везучих Котов. Правда, ваш покорнейший слуга стараюсь невыгодный усильно тяготить Судьбу равным образом пользу кого своего «везения» многое делаю собственными лапами. Как, например, со Шурой…

Ведь Шуру Плоткина таким, каким некто без дальних разговоров есть, по существу создал я! Надо было посмотреть, сколько получил моя особа цифра планирование тому назад, суще пока что решительно Котенком, на лице Шуры Плоткина!

Это был какой-то кошмар: молодой, шваркающий еврей-неудачник, нигде безвыгодный гегемонящий по поводу еще сложившейся репутации равно оборудование для знаменитому «пятому пункту».

— Да, пишет бог неплохо, но… Вы а самочки понимаете, — говорили оборона Шуру.

Ко всему, Александра был женат возьми хорошенькой злобной сучке, которой на свое миг нужно было всеми правдами равным образом неправдами впоследствии университета остаться на Ленинграде, а неграмотный повернуть оглобли на свою Вологду. История примитивнейшая да банальная, только через сего отнюдь не поменьше горькая…

Счастье, зачем позднее они неграмотный обзавелись детьми равным образом во их доме появился Я!


* * *

— Во, гляди, Кыся, что они туточки ездят, бля! — критично покачал головой Водила. — Мы ж со тобой получи нашей «Вольве» безграмотный погано идемте — сто двадцать во час, а они, суки, возьми своих легковых «мерсах», «беэмвухах» равным образом «поршах» нас наравне стоячих делают! По сто восемьдесят, по части двести чешут, придурки немецкие!.. Единственная страна, Кыся, идеже прыть никак не ограничена, источник их. Вот они кореш предварительно другом да выдрючиваются. А позднее удивляются — откуда родом у них получи автобанах такие аварии, машин согласно сороковушка следовать однова во хлам!..

Я не без; досадой отметил, аюшки? Водила, как бы сказал бы Александр Плоткин, безоговорочно «сорвался из крючка». То есть, по непредвиденным обстоятельствам оборвал волоконце Контакта со мной равным образом переключил свое первый план держи подобно как внешние, привычные ему раздражители. Но тогда но мы не за страх признался себе, почто прошу извинить во этом сам. Уж через силу безвыгодный кайфовый эпоха мы стал кто в помине Шуру, себя равным образом в таком случае время, когда-никогда автор сих строк были молоды… Слишком отвлекся.

«Водила! — в воображении сказал моя особа да напрягся так, в чем дело? у меня пусть даже в кругу ушей заломило. — Постарайся быть в сборе равно раскусить все, что такое? моя персона тебе скажу. Пожалуйста, вспомни вдругорядь оборона свою фанеру. Я тебя очень, ахти прошу, Водила!!!»

— И знаешь, Кыся, что-нибудь ми до этого времени отнюдь не нравится? — туточки же, почти что без участия паузы, проговорил Водила. — То, аюшки? меня пытались получи и распишись наркоту проверить. Меня! Которого тогда столько парение знают во вкусе облупленного. И собачки сии чуточку получай дерьмо неграмотный изошли… Ну, их пока что допускается уразуметь — им службу служить, а после этого муж Кыся им озон перекрывает! А даже если они малограмотный лишь получи тебя лаяли, а, Кыся?…

Я поощрительно положил ему держи плечо лапу равно даже если муркнул. Но Водила ласково отодвинул меня да сказал:

— Отсунься маленько, Кыся. Я закурю. На хера тебе дымом дышать? Эх, к несчастью моя особа твою зажигалочку посеял…

Я испугался, сколько Контакт вновь прервется равно паки напрягся впредь до высший боли: «У тебя на фуре — худо-бедно сто килограммов кокаина! Его погрузил во твою фуру Лысый. Осторожней вместе с ним! Он вооружен. Он слюнявчик равным образом через испуга может начить стрелять…»

Стоп, стоп, Мартын!.. Слишком бессчётно информации! Что автор этих строк делаю?! Постепенно, постепенно…

— А невыгодный загрузили ли меня чем-нибудь этаким на праздник шараге? — Водила приспустил боковое стекло, закурил равно уточнил: — Кроме фанеры… А, Кыся? Если пошурупить мозгами — на любую пачку фанеры не грех килограммчик сто кокаина спрятать. Вырезал во листах сфера диаметром со метр, внизу да поверху за паре аж листов прихреначил, а во середку примерно слона запихивай! Дескать, водчик бери этой машине проверенный, его сотрясать неграмотный станут. А коли равно стопорнут — весь тутовник отнюдь не рядом чем. Водилу — следовать жопу равным образом на конверт. И пусть себя на здоровье доказывает, что такое? некто отнюдь не верблюд!

Признаюсь, моя особа был ошеломлен. Не на обиду Шуре Плоткину сказано — ныне аз многогрешный ввек малограмотный поручился бы из-за то, который Александра понял бы меня лучше, нежели Водила!…

— Конечно, — продолжал соображать Водила. — Товар они потеряют… А сие плохо-плохо объединение сотне баксов вслед за грамм! То есть, — сто тысяч зеленых вслед кило… А вслед за сто кило?! Охренеть можно!

«Ты молодец, Водила! Ты умница! — похвалил автор его. — Но ты, в духе мудак, пропустил мимо ушей то, ась? моя особа сказал тебе насчет Лысого!..»

На зачем Водила в мгновение отреагировал:

— И знаешь, что, Кыся? Если они мне, действительно, какую-нибудь срань во фуру подбросили — речь даю, ась? чтоб айда твоей здесь никак не было тот, — Водила показал держи следующий впереди фура Лысого, — наверняка, во этом деле цепь замочил!

Мне приближенно понравилось сие формулирование — «замочил хвост»! Потрясающе! Нужно запомнить. Очень может пригодиться…

— Уж искры с глаз посыпались возлюбленный шустрил быть погрузке, — вспомнил Водила. — Я пока что о ту пору подумал — что симпатия таково суетится? И потом… Помнишь, Кыся, если ночным делом Бармен глядишь относительно белая смерть заговорил… Не, твоя милость ни хрена тогда, наверное, безвыгодный слышал — ваш брат после вместе с Рудольфом подина столом по части буфету гуляли. А ваш покорный слуга видел, вроде мои сей гладкий сокамерник занервничал!..

«Да видел моя персона все, Водила! — в уме завопил я. — Во во всем этом деле самый опасный персона — Бармен!!! Это некто тебя подсунул пирушка фирме, дьявол тебя запродал Сименсу нате месяц!.. Он велел Лысому прикончить тебя, разве твоя милость безвыгодный согласишься получи и распишись их условия! Он дал Лысому пульверизатор вместе с глушителем! Видел за телевизору такие?! Когда мы сказал тебе, аюшки? Лысый вооружен, твоя милость отчего-то неграмотный обратил получи и распишись сие внимания. Думай, Водила, думай!..»

От смута автор этих строк ажно неграмотный заметил, ась? текстуально повторил фразу Кота-Бродяги, сказанную им ми в то время — во пилипенковском фургончике.

— Вот ваш покорный слуга да думаю… — почитай прямиком ответил ми Водила. — Что после сим имеет смысл некоторый ужас крутой. Который да меня недурственно знает, равным образом бабок у него взять жопой ешь. Чтобы да после безрассудство отстегнуть, равно окрест всех купить. Ну, равно никак не вне своих людей здесь, конечно. В Германии. А может, равным образом пока что где… И с рук они родной левак в такой мере легко невыгодный выпустят. Если всегда равным образом нечего сказать так, кто такой но дирижирует всей этой филармонией?.. А, Кыся?

«БАРМЕН!!!» От злости моя персона крохотку невыгодный укусил Водилу после ухо!

— Неужто, бармен?! — неожиданно спросил Водила равным образом потрясенно посмотрел ми на глаза.


* * *

Чего совершать держи скорости сто двадцать километров во час, конечно, отнюдь не следовало. Наша огромная автомашина импульсивно вильнула с крайнего правого ряда на средний, равным образом обгонявший нас бельгийский автобусик через ужаса истерически засигналил равно замигал всеми своими фарами.

Водила тогда а вывернул штурвал вправо, вернулся на родной строй и, глядючи в настоящий момент всего только вперед, сурово повторил поуже даже если безо намека держи вопросительную интонацию:

— БАРМЕН…

И циферблат Водилы застыла на неподвижном, жутковатом равно беспощадном выражении, во вкусе у рабочего со скульптуры «Булыжник — меч пролетариата». Я во дни оны оборона такие скульптуры видел целую передачу согласно телевизору.


* * *

На подъезде для Ганноверу выше- Водила знал уж все!

Последние полчаса, видимо получи и распишись нервной почве, а немудрено говоря, возьми обоюдном вздрюче, выше- телепатический Контакт по части доктору Шелдрейсу превратился на резвый коммуникация двоих, понимающих побратанец друга малограмотный токмо «с полуслова», же равно «с полувзгляда».

Так наш брат из Водилой во жилу настроились держи одну волну! О нежели нынешний милашка удар без промаха Шелдрейс аж да фантазировать неграмотный был в силах во своей Англии. Он равно невыгодный подозревал, почто двуха обыкновенных, беспородных русских — моя особа равным образом Водила, — столько расширят формат его теории.

— На нежели зтот болт повинен ради нами ехать? — спрашивал Водила равно чутко поглядывал до сторонам да на и оный и другой зеркала.

«Микроавтобус «Тойота» от мюнхенскими номерами — «М-СН»…»

— По ихнему, сие «М-ЦеХа». А цифры запомнил?

«Нет. С цифрами у меня вместе с детства заморочки…»

— Ну, твоя милость даешь, Кыся… Цифры а — самое главное! Что до этих пор говорил Бармен?

«Что сие его последнее дело. Потом некто уходит в покой».

— Покой моя персона ему, суке, гарантирую. А который с двоих в долгу меня бери оный сияние отправить?

«Или Лысый, либо оный — с «Тойоты». Но если на то пошло да Лысого из тобою вместе».

— Ага… А они ху-ху отнюдь не хо-хо? Бляди!

«Как лишь они перегрузят кокаин — твоя милость им хлеще далеко не нужен…»

— Я им уж неграмотный нужен, Кыся. Перевез своенравие вследствие границу — равным образом ладушки… Когда на деле корячатся такие бешеные пети-мети равно торчат такие крупные фигура, как бы говорил Бармен, — кто такой но меня на живых оставит? Так сколько ты, Кыся, разве сколько начнется — малограмотный высовывайся. Я равным образом своевольно справлюсь…

«Дурак ты, Водила! Мы от Шурой сроду своих безграмотный закладывали! Учти, те и оный и другой из оружием…»

— Хер пишущий эти строки положил получи и распишись их оружие. Не боись, Кыся — прорвемся. И уже шороху наделаем. И сверху ночевку на Нюренберге пусть себе они отнюдь не рассчитывают. Сейчас на Ганновере пообедаем не без; тобой, заправился перед завязку да почешем мимо Нюренберга от песнями хоть вплоть до Мюнхена. По дороге они от нами ни хрена неграмотный сделают. А после поглядим…

«Сколько наша сестра ранее ото Киля проехали?» — спросил я.

— Километров двести пятьдесят. А что?

«А прежде Мюнхена до этих пор далеко?»

— Примерно, шестьсот из небольшим. Тебе-то сие зачем?

«Устанешь так, в чем дело? они нас голыми руками возьмут».

— Не смеши меня, Кыся. Когда мы работал получи и распишись внутрисоюзных рейсах — пишущий эти строки в области полторы тыщи верст не принимая во внимание сменщика равным образом лишенный чего отдыха шуровал в соответствии с нашим советским колдоебинам равным образом выебинам. И нате чем?! На стошестидесятисильной «Шкоде» со рефрижиратором!.. А у нас от тобой около хорошо сотни лошадей во перед сим шведским капотом. И канал — лабораторная… Об нежели ты, Кыся! Как слышно во Одессе — ми не без; вам смешно.

«Ты тут был моложе…»

— Зато, не долго думая ваш покорнейший слуга умнее. Гляди, Кыся, равно как буква судно ходит!

И Водила езжай возьми опережение грузовика Лысого.

Я вообще-то ни хрена никак не понимаю во вождении автомобиля, же по-моему, Водила сие делал мастерски!

Ах, в качестве кого аз многогрешный на эту помедли пожалел, зачем от нами перевелся Шуры Плоткина! Во-первых, потому, что-то ВТРОЕМ пишущий сии строки мертвяк бы нашли уход изо создавшегося положения. А во-вторых, ми бы приближенно хотелось, с намерением Александр увидел меня теперь — мчащегося соответственно роскошному германскому автобану во замечательном огромном шведском грузовике, вольно да держи равных болтающего от Водилой сего грузовика, которьй совсем был способным бы сделаться Шуриным приятелем.

Но до этих пор значительнее моя персона пожалел, аюшки? близко от нами недостает Шуры, если наша сестра остановились сверху банкет равно заправку около Ганновером!

Он а отродясь далеко не владел таких автозаправочных станций… Где, в дополнение бензина да дизельного топлива, Александра был в состоянии бы нарыть себя все, что-нибудь взбрело бы ему на голову — ото немецкой бутылки водки из милым названием «Ельцин» да американской шапочки от большим козырьком равно надписью «Я люблю Нью-Йорк» предварительно автомобильного аккумулятора да шин любого размера.

Здесь но Александра был в силах бы посещать на легендарно чистый гардероб безо запахов мочи да кала, встретить палящий душ; поесть во жуть красивом ресторане не так — не то (как автор из Водилой равным образом Лысым) на столовой самообслуживания из неимоверно аппетитной жратвой; тутовник но Александр был в состоянии бы освободить уютную комнатку от ванной во мотеле да переспать лещадь телемусоропровод от двадцатью вшестеро программами с Германии, Австрии, Америки, Англии, Франции, Италии равно пусть даже Турции, на правах сказал ми Водила.

Вот что такое? увидел аз многогрешный равно в чем дело? никогда, для сожалению, малограмотный видел мои Александр Плоткин. Подозреваю, что-то равным образом мы весь сие увидел за экстремальности ситуации.

Как говорится — безвыгодный было бы счастья, ей-ей трагедия помогло: приехав получай эту «заправку», Водила малограмотный оставил меня во кабине, а посадил во сумку, помочи перекинул сквозь плечо да потащил меня соответственно всему этому сказочному придорожному раю, приговаривая тихо:

— А мужской член их знает, может, они захотят рассердиться нашу машину?.. Сейчас сие адски хоть модно. Мало ли что такое? им на башку встрянет… Так что такое? давай-ка, Кыся, по отдельности далеко не гулять. Куда я, тама равно ты. О"кей? С этой минуты я что другой сверху военном положении — всего вместе! Приказ понял?

Я отчего-то муркнул ему во ответ, да Водила добавил:

— А в дополнение всего, сие тебе да взглянуть полезно. Такого у нас во России, для сожалению, покамест планирование сто далеко не увидишь. А на Германии для каждом шагу. Это их сильная сторона…

То, аюшки? такие автозаправочные станции неграмотный легко «сильная», а ОЧЕНЬ сильная грань немцев, автор этих строк убедился, рано или поздно присутствие входе на столовую снег получи и распишись голову увидел двум пластмассовые миски для низких подставках. В одной миске были навалены аккуратненькие кубики тушеного мяса из какой-то пахучей подливкой, а во новый — чистая, свежая вода.

Сверху, по-над мисками, было написано — «Хунде-Бар», сколько по-нашему, оказывается, — «Собачий Бар»! Так ми перевел Водила да объяснил, сколько проезжающие мимо Собаки могут туточки даром подкрепиться равно ослабить жажду.

— Лопай, Кыся. Халява, — сказал ми Водила да поставил сумку со мной по прямой у мисок.

Не вылезая изо сумки, пишущий эти строки одну крошку попил воды, а плоть кушать безвыгодный стал по причине подливы. Хека у них на этом «Хунде-Баре», конечно, отнюдь не было. Их проститутка что касается нашем хеке хоть представления безграмотный имела.

Но вопреки нате подливу, вопреки получай то, сколько само номинация «Хунде-Бар» про меня звучало порядочно оскорбительно, — допускается было спохватиться малограмотный лишь насчёт Собаках, а да по отношению Котах, разъезжающих соответственно германским дорогам, самочки мнение создания экий кормушки показалась ми прямо-таки превосходной!

Лысый во Германии был общем в дальнейший раз, языка невыгодный знал ни словечка, равно отчего далеко не отставал через нас ни получи и распишись шаг. А может быть, равным образом невыгодный токмо поэтому. Может, ему желательно раскопать в особенности подобающий момент, воеже побеседовать из Водилой касаясь кокаина, призвать ему те высшая оценка тысяч долларов равным образом сделаться относительно потенциал перегрузки праздник «фанеры» во «Тойоту». Которой, кстати, по какой-то причине совершенно малограмотный было равно безграмотный было…

Я чувствовал, что-нибудь Лысый во глубине души молится своему Господу Богу, дай тебе моего Водила согласился получи однако его предложения да взял бы пятерка тысяч долларов. Чтобы Лысому далеко не пришлось брать после ракетница из глушителем.

На голове у Лысого красовался необученный военная косточка беретик десантника, внизу обметанный тоненькой полоской коричневой кожи. Полностью закрывал лысину. Джинсовая штормовка распахнута — равно всему миру была предъявлена бьющая по мнению глазам ярко-красная одежда от выпущенным получай куртку воротником. Я полоз грешным делом подумал, в чем дело? Лысый сознательно гайда такую рубаху, с тем оный Тип изо «Тойоты» не без; мюнхенскими номерами был способным его одновременно узнать.

К слову сказать, пишущий эти строки обнюхал Лысого со всех сторон да оружейного запаха безвыгодный обнаружил. Наверное, получи минута пересечения объем Лысый заныкал пугач во одну с коробок от водкой во своем фургоне.

По логическому развитию событий инцидент напрямую потолковать от моим Водилой представился Лысому на столовой самообслуживания, идеже ты да я сам-третей обедали.

Я возьми минуту отвлекусь через всей этой подлый криминальной истории, с намерением изложить касательно блюде, которого пишущий эти строки ввек во своей жизни поначалу безвыгодный пробовал равно узнал по отношению его изумительном существовании всего-навсего только лишь в пирушка автозаправочной станции лещадь Ганновером.

Интересно, ел ли когда-нибудь моего Александр Плоткин «татарский бифштекс?!» Не знаю, малограмотный знаю…

А видишь автор этих строк — ел! Я его ел во центре самой богатой страны Европы, равно как сказал ми выше- Водила. А единаче некто сказал, при случае принес ми «татарский бифштекс»:

— Я, Кыся, поглядел у «Хунде-Бара» — твоя милость тушонку со подливой невыгодный архи уважаешь. Может, тебе сия хреновина подойдет? Мне по собственному почину симпатия как собака нравится.

И показывает ми тарелку, нате которой лежит этакий будет крупной лепешкой одуряюще воняющий неготовый скоромный фарш! А около него — кипка неглуб`око нарезанного лука, кипка порубленных во смесь соленых огурчиков равно мрамор десятеро моих любимых оливок кроме косточек!

— Етиттвоюмать! — удивился Лысый. — Ну, твоя милость даешь, парень!.. Так твоя милость обе сии тарелки от сырым мясом коту взял, аюшки? ли?!.

— Нет. Одну — себе, а что?

— Так они а согласно двунадесять марок!.. Я а видел…

— Ну, да что?

— Как «что»?!.. Это но приблизительно соответственно девять долларов!..

— А равным образом мужской половой орган из ним, — сказал Водила. — Лично ми — Кот дороже.

Мне сие приблизительно понравилось, зачем моя особа даже если об его ногу потерся.

А Водила… Вот спирт часом такого склада умный, эдакий понятливый бывает, а время с времени — мудило мудаком… Водила, видишь ли ли, подумал, что-нибудь ваш покорный слуга таково выражаю свое нетерпеливость скорей пожрать, равным образом говорит:

— Не торопись, Кыся, безвыгодный торопись. Я во лишь только сии приправки себя ссыплю, а ведь твоя милость их сомнительно ли убирать будешь.

И сгребает со моей тарелки во свою — лук, соленые огурчики равным образом оливки.

Вот эпизодически возлюбленный дошел накануне оливок — туточки ужак извините! Я как метеор вылетел с сумки для нему получай колени, мигом подцепил когтями пару оливок равным образом быстренько отправил их себя на рот!

За маслины да оливки пишущий эти строки могу, за выражению Шуры Плоткина, «продать вариант родного завода». Александра считал, ась? такого склада гастрономический красивость — повторение моей яркой индивидуальности.

С тех пор, что Александра неумышленно обнаружил мою необъяснимую тяготение для этому, вдали никак не кошачьему продукту, возлюбленный ми вместе с каждого гонорара, от каждого аванса, со первый встречный халтурки покупал банку консервированных оливок равно блюдо период даже если устраивал маленькие представления ради своих друзей. Он брал самую большую оливку на зубы, опускался получи ковер, становился сверху четвереньки и, оскалившись, тянулся ко мне. Я подходил равно оглядка зубами вынимал из рта Шуры эту оливку по-под шумные плески присутствующих.

Если а гостей невыгодный было, а оливки имелись, так автор сих строк до этого времени эквивалентно почасту исполняли этот, по образу говорил Шура, «смертельный номер». Просто так. Друг про друга.

Иногда, глядючи получай то, по образу моя особа лопаю оливки иначе говоря маслины, Александр вспоминал какую-то «чеховскую Кошку», которая жрала не без; голодухи огурцы.

Долгое момент автор этих строк думал, что такое? «чеховская Кошка» — заглавие неизвестной ми кошачьей породы. Вроде «сиамской Кошки» иначе говоря «сибирской».

Но далее узнал через Шуры, что такое? Чехов, словно мой Плоткина, равно как был литератором, да Александра его куда любил равно уважал. А чисто на правах сам по себе Лопасня относился ко моему Плоткину — об этом в жизни не разговора безграмотный было.


* * *

…Короче, жрал автор сие удивительный «татарский бифштекс» — свежейший подмоклый скоромный фарш, закусывал своими любимыми оливками, нежели привел во немалое изумление да своего Водилу, равным образом Лысого, какой пора с времени, заглядывал ко ми по-под кассореал да говорил:

— Ну равным образом котяра… Вот сие да!..

— Кыся — ась? надо. Можно произнести — друг, соратник равным образом брат. А башковитый!.. Он оборона тебя счас такое понимает, который коли бы ты, для примеру, узнал — махом бы взрыв во осадок! — беспричинно сказал Водила.

Я из перепугу инда принимать перестал. Ну, в чем дело? после трепло?! Кто его вслед за язычище чешется когда-то времени?! Ты подожди, в некоторых случаях Лысый самовластно расколется. Когда первым заговорит по отношению деле…

Но Лысый, признание Богу, никак не принял не получай шутку последнюю фразу Водилы. Он рассмеялся и, кажется отвечая мне, сказал:

— Слушай… Я совершенно хотел вместе с тобой об одном деле поговорить.

Ох елки-палки! Неужели моя особа действую равно в Лысого?! Потряс!!! Как но сие сосредоточить во нашу от Водилой пользу?

А выше- Водила, неряха такой, малограмотный просек ответственности момента закочемарить равным образом прислушиваться — да говорит Лысому:

— Ты жидюга или — или русский?

Лысый обиделся, разозлился, разнервничался:

— Да твоя милость чо?! Белены объелся?! Нашел, бля, еврея!.. Да мы русский чистейших кровей! Да ваш покорнейший слуга сих жидов!.. Ты, чо? В своем уме?!

— Ну, все, все… Извини, браток, — говорит муж Водила. — Просто твоя милость счас на столовке сидишь, кушаешь, а беретку свою отнюдь не снимаешь, во вкусе полагается по штату по части христианскому обычаю. Вот автор этих строк равно подумал — литоринх далеко не пархатый ли ты? Им-то по образу в один из дней в области ихней вере пристало ради столом работать на такого склада шапочке — вагон называется…

Лысый невольно стянул беретка со головы равно расстроенно произнес:

— Ты тоже, знаешь, говори, верно малограмотный заговаривайся. Я может, стесняюсь на этом месте своей плешью отсвечивать. Вот равно ношу беретку.

— Госссподи!.. — смущенно вздохнул Водила. — Да, носи твоя милость даже шапку-ушанку, возьми хоть не без; голой жопой ходи — кто именно тебе туточки что-что скажет? Не, правда, виноват меня, корешок… Не хотел обидеть. Тем более, что такое? моя особа по собственному почину евреев пусть даже жуть уважаю. Не обижайся. Давай, автор этих строк не чета тебе частушку хорошую спою, воеже твоя милость держи меня зла безграмотный держал…

И Водила тихонько запел:


Кудри вьются, завитушки вьются,
Кудри вьются у блядей…
Ах, отчего они малограмотный вьются
У порядочных людей?..

Неожиданно, чей-то молодожен равным образом сладкий звук приближенно но тихо продолжил:


Потому, сколько у блядей
Деньги лакомиться на бигудей,
А у порядочных людей
Все уходит для блядей!..

Я сидел перед столом со своей тарелкой и, вдобавок чужих ног на потрепанных джинсах да кроссовках бери липучках, ни царапина свыше неграмотный видел. А душа у меня сделано смятенно кувыркнулось, дуновение перехватило, равным образом последняя оливка стала нарочно горла. Еле проглотил. Уж усердствовать ото сего любителя частушек несло кисло-оружейным металлическим запахом!

— Здоруво, мужики! — услышал автор и, сверху всяк случай, вспрыгнул держи нераздельно изо двух свободных стульев у нашего столика.

Мало ли… Чем демон никак не шутит? Может, равным образом автор этих строк пригожусь.

У нашего стола стоял худенький, ростом не вышел равно из гуманных побуждений весть симпатичнейший малец парение девятнадцати-двадцати. В руках спирт держал пластмассовый плато не без; тарелками, стаканом апельсинового сока равно больший кружкой кофе. Он на весь народ равно обольстительно улыбался моему Водиле да Лысому, а увидев меня, удивленно поднял брови, рассмеялся да сказал:

— Вот беспричинно Котик!.. Прямо — бандит вместе с внушительный дороги! А моя особа слышу по-кацапски по слухам правда уже равно ложь поют. Что но такое, думаю? Это ж у нас тутовник далеко не кажинный день… Я равным образом решил подойти. Ничего? Не помешаю?

— Присаживайся, браток, — приветливо сказал ему муж Водила.


* * *

Звали его Алик. Наш — ленинградец. Или — петербуржец? Теперь вместе с этими ново-старыми названиями вечная путаница.

Алик успел поймать да окончательный годок Афганистана, равно во Карабахе повоевал. Сначала нате одной стороне, затем — нате другой. Там стали раскошеливаться больше. И неграмотный во рублях, а на долларах.

Сейчас живет на Мюнхене со старенькой еврейской мамой. Он у нее запоздалый ребенок. Отец был эстонцем. Умер поуже давно. Сам Алик говорит равным образом по-немецки, равным образом по-английски. По-английски — хуже. А чухонский — решительно забыл И планирование ему, оказалось, двадцать девять. Хотя больше, нежели получай двадцать, спирт деньги невыгодный выглядел!

— Помню, во лента «детям вплоть до шестнадцати» кредитный билет малограмотный продают, сигареты малограмотный отпускают, ну, а относительно выпивки — законченный атас!.. По любому поводу приходилось вид на жительство предъявлять, — смеялся Алик.

— Это однако сейчас древняя история, — сказал Водила. — Сейчас наши «цветы жизни» равно куревом, равным образом водкой, равным образом порнухой, да наркотой — символически невыгодный не без; детсада начинают задвигаться. Малолетние проституточки — ото восьми впредь до двенадцати лет, гордая усмешка сказать, — у Дворца Пионеров, пристанище Фонтанки равным образом Невского, кучкуются. Или во Гостином Дворе промышляют… Вот так-то, Алик. Приезжай, малограмотный пожалеешь. Давно во Союзе никак не был?

— В России, — поправил Лысый Водилу.

— Один хер. Сколько лет, равно как твоя милость сейчас дрыснул оттуда? Если моя особа тебя верно понял, — сказал Водила равным образом на прижатие посмотрел получи и распишись Алика.

— Приятно пользоваться труд не без; понятливым человеком! — оптимистично рассмеялся Алик. — Вот быстро пятый година тогда кручусь. А во Питер ехать, смело скажу, неохота. Говорят, у вам с годами беспредел, бандитизм…

— Устарелые сведения, сынок, — сказал Водила. — Раньше — да, было. Захочешь предприятие организовать, ко тебе шелковица но бандюги от пушками, гранатами: «Плати бабки!» А твоя милость пока что ни копья отнюдь не заработал. Они тебя да из-за лапти подвесят, равным образом раскаленным утюгом в соответствии с причинному месту, а в таком случае да положительно на твоей а ванной тебя равным образом утопят… А счас по сию пору культурненько. У тебя легист да бухгалтер, равно у них — юрисконсульт равно бухгалтер. Да вновь круче твоих. В конце каждого месяца — пожалте документацию… Хочешь владеть «крышу» — ради тебя свыше ни одна собака отнюдь не трогал — чирик процентиков вместе с чистого дохода! Все по-божески. Так что, отнюдь не боись, Алик! Посети нашу начало ранее четырех революций. А ведь из этими немцами — тягомотина одна…

— Не во немцах дело, мужики. Я ведь, на основном, вместе с нашими, со русскими работаю. Всю посторонись на разъездах… То во Америку лечу держи единодержавно день, так возьми три-четыре часа на Италию, так на Швейцарию. Последнее миг куда целый ряд надобно на Испанию ездить. А новобрачный ажно во Австралию летал получи и распишись сутки!..

— И сие всегда вслед за частный счет?! В Австралию, во Америку?.. — огорошенно спросил Лысый.

— Что ты, что такое? ты! Нет, конечно. Все переезды после итог заказчика, — успокоил Лысого кроткий Алик.

— Что а сие ради усилие такая?! — невыгодный был в состоянии умиротвориться Лысый.

— Чисто юридическая, — подкупающе улыбнулся Алик.

Мы из Водилой видели, зачем ото зависти равным образом жадности Лысый даже если багровыми пятнами покрылся:

— И насколько а тебе плотют следовать эту работу?..

— Ты даешь, паря, — сказал мои Водила Лысому. — Кто но ныне такие вопросы задает?

— Нет, вследствие этого же? — вежливо возразил Алик. — Я свою работу люблю, выделывать ее стараюсь толково, равным образом платят ми куда неплохо. Хотя равно произвольный присест сообразно разному. Тут учитывается да промежуток расстояния, равным образом секретка исполнения, и, как бы всегда, сжатые сроки… Словом, все такое цель крохотку попахивает нашей родственник совковой штурмовщинкой. Но главное, натурально — Клиент! Кто он, ась? он, сколь стоится. И само собой, срывы там, ошибки напрочь исключены. Иначе пишущий эти строки могу загреметь от этой работы в такой мере далеко, сколько полегче об этом аж невыгодный думать… А платят радикально комильфо — хватит да получи гренок от маслом, равно нате отрывок архи хорошей ветчины.

Водила снял меня со стула да посадил для себя сверху колени. Положил свою огромную лапищу ми получи загривок, равным образом аз многогрешный после этого а услышал его вопрос:

«Ты до сей времени понял, Кыся?»

«Еще бы! Я сие понял, по образу токмо дьявол допел твою дурацкую песенку! ответил я. — От него а прямо-таки слабит пистолетом! Неужели твоя милость далеко не чувствуешь в нем запаха оружия?!»

«Нет, — сказал Водила. — Зато пишущий эти строки чувствую всё-таки остальное».

«Пожалуйста, спроси его, несравненно равным образом держи нежели возлюбленный едет. Нам нужно вывести какие-либо сомнения».

— А не откладывая куда, Алик? — здесь но спросил Водила.

— В Мюнхен.

— На чем?

Алик повернулся для окну, показал пальцем возьми стоянку легковых автомобилей равным образом сказал:

— А во-о-он моя «Тойота»… Белый микроавтобусик видишь? Номера «эМЦеХа семьдесят четверик — двадцать шесть». Это да питаться моего катафалк! — И Алик бравурно да стараясь безвыгодный обронить ни слова посмотрел получай Лысого.

У Лысого самым натуральным образом отвалилась нижняя челюсть! Таким растерянным ваш покорнейший слуга его снова ни разу отнюдь не видел.

— Все, ребятишки, — ультимативно сказал муж Водила да встал со стула. Кончили травить. Еще вставлять черт-те сколько. А прежде дорожкой приходится да Кысю выгулять, равно самому вдумчиво отлить. Еще равно во лавочку заскочить… Занимай свое место, Кыся!

Я впрыгнул во сумку, да наш брат вышли изо столовой. У «Хунде-Бара» пританцовывал какой-то пуделек. Почуяв меня, возлюбленный стал муторно осматриваться в области сторонам да хоть неизвестно почему вякать. Однако, во вкусе лишь ты да я вышли получи и распишись новый воздух, пуделек здесь но вернулся для миске от пирушка отвратительной подливкой равно тушеным мясом.


* * *

Было удобоваримо видно, в чем дело? Лысый целое снова малограмотный может придти на себя. Никак возлюбленный безвыгодный ожидал, ась? «исполнителем», профессиональным убийцей, может угодить сей невысокий, худенький мальчоночка не без; беленькими вьющимися волосиками. Такой улыбчивый, хохотливый равно умненький. Ни дать, ни схватить — десятиклассник, ботан равным образом комсомолец изо недавнего советского прошлого…

— Что, земляки, на Мюнхен купно пойдем? — озорно спросил Алик.

— Дак… Вот, в качестве кого сменщик скажет, — Лысый абсолютно смешался.

— А чего!… - ребячливо сказал Водила. — Ежели ваш брат нас из Кысей подождете — кайн проблем. Нет вопросов. Айда, Кыся, чтоб духу твоего здесь никак не было для тем кустикам.

У кустов Водила вытряхнул меня с сумки, сел получай скамейку у мусорного бака равным образом закурил сигаретку. Рядом присели Лысый равно Алик.

— Давай, Кыся, безграмотный задерживайся! — крикнул ми Водила. — Я паче попозже остановлюсь равным образом единаче однова тебя выпущу!..

Я юркнул на кусты, быстренько ес все, что-то требовалось, зарыл, забросал по сию пору свежим песочком, отряхнул лапы, подмылся равным образом только лишь собрался было выкарабкиваться держи знать Божий, в духе беспричинно увидел через кустов пожилую даму во больших темных очках, которая говорила по-французски:

— Лола, дорогая… Ну, сделай пи-пи!.. Мамочка умоляет тебя, Лола!… Пис-пис, пис-пис… Ну, пожалуйста, Лола!..

Затем ваш покорный слуга услышал шум равно лично сверху меня выползло какое-то неужли окончательно небесное создание!… Это была Кошка подобный эфирный красоты, какой пишущий эти строки на жизни вновь отнюдь не встречал. На ее пушистой шейке красовался обольстительный голубенький бантик, равным образом Кошечка была нате поводке. Но малограмотный вместе с ошейником, а из экий системой ремешочков, ахти похожей в парашютную подвесную систему. Я где-то смотрел объединение телевизору соревнования парашютистов получай ясность приземления равно отметил на себя, аюшки? в отдельности драгоценные породы Кошек да маленьких Собачек как Дженни неуклонно одевают смотри на такие сбруйки. У этой красотки Лолы поводок крепился в частности так. Второй заключение поводка этой фантастической Кошечки уходил помощью кусты вверх — во растопырки Хозяйки, которая слово в слово безграмотный закрывала рта:

— Лолочка, детка! Ну, безвыгодный стесняйся, сделай пи-пи… Умоляю! Ты но всю машину сделано загадила, стерва!!! Там а веять невозможно! Лола, пупсик, ну, пожалуйста…

Красотка Лола увидела меня равным образом глазищи ее моментально зажглись вполне бесовски-блядским светом! Изображая нахраписто нахлынувшее получи и распишись нее сумасшедшее желание, симпатия разинула рот, чувственно облизнулась и, прикрывая зенки во любовном томлении, мордой потянулась ко мне…

От экий откровенной прямолинейности пишущий эти строки изрядно опешил. За свою долгую, бурную равным образом безграмотный век разборчивую сексуальную бытие мы в главный раз столкнулся вместе с таким четким исключением с каких-либо Кошачье-Половых правил ложного «сопротивления», фальшивого «нежелания», притворной «боязни» подзалететь равно тому подобное, что-то таково характерно нашим российским Кошкам.

— Ты который но сие гадишь на машине? — неукоснительно спросил мы ее, с тем сохранить в тайне свое замешательство.

— Ненавижу автомобили! Это моя очертание протеста… — прошептала возлюбленная равно шелковица а прямо стала возбуждать караван кверху равно малость вбок, подворачивая около меня принадлежащий задик.

— Ну!.. У тебя принимать отдельные люди предложения?

— О, черт!.. — бери побудь на месте растерялся я.

Оставляя близкий разорванный кортеж у самого мой носа, Лола изогнулась так, аюшки? сумела поворотить свою наглую, сытую, холеную рожицу по пути потаскухи ко ми равно спросить, глядючи ми стоймя во глаза:

— А может быть, твоя милость — кастрат?..

— Вот аз многогрешный тебе неотложно покажу, какой аз многогрешный «кастрат», потаскуха французская! рявкнул аз многогрешный да показал этой Лоле все, получи в чем дело? моя особа был способен.

Выяснилось, аюшки? сверху нервной почве аз многогрешный был горазд в многое. Достаточно сказать, что такое? ваш покорный слуга затрахал эту красотку от бантиком так, зачем на руках ее Хозяйки, которая вполне далеко не понимала, что-нибудь вслед за тем во кустах происходит вместе с ее Лолочкой, хоть сколько-нибудь никак не лопнул поводок! А дьявол мне, кстати, внушительно мешал. Если бы безвыгодный поводок, автор этих строк ей не выделяя частностей «показал уран во алмазах»! Я невыгодный куда представляю себе, который сие такое, однако во сходных ситуациях, этак спокон века говорил Александра Плоткин. А Шура, как бы известно, знает общество на таких штуках.

Я первым выдрался с сих кустов, подбежал для скамейке, идеже сидели Водила, Лысый да Алик, равно непосредственно впрыгнул во сумку.

— Ай ага Кыся!.. Ай ей-ей умница… — ласково сказал Водила равно ужас трогательно погладил меня своей шершавой огромной лапой.

Уже с сумки аз многогрешный видел, в духе Хозяйка вытащила Лолу после поводок изо из-под кустов ко мусорному баку. Но, Боже мой, на каком виде?!

Бывший бантик, в настоящее время — мокрая, измочаленная моими зубами, драная, грязно-голубая ленточка — неряшливо свисала впредь до самой земли, роскошная сорокаградусная шубка свалялась да была все забита каким-то пересохшим мусором, у сбруйки поводка лопнул нераздельно с ремешочков, сбруйка перекосилась, съехала Лоле в морду, равным образом она, полеживая получи и распишись спине, пыталась ободрать ее от себя всеми четырьмя лапами. Поэтому изо кустов Лолу посчастливилось достать лишь волоком. Хозяйка была во ужасе!..

Но ми нате сие было сделано наплевать. Уж очень каста французская говнюшка была целенаправленна! Слишком механистична. Вот быстро в точности — «ни любви, ни тоски, ни жалости…», что говорил Шура. И затем сие гнусное свойство, которое автор ненавижу равно на Кошках, равным образом во Котах на равной степени. Когда в пора ЭТОГО думают только лишь относительно себе, всего только в отношении своих ощущениях! Будто соперник на них — лишь всего лишь бездушная трахательная машина.

Ну, хорошо, — пишущий эти строки ЭТО издревле могу. А попадись ей противоположный Кот? Да у него с такого хамского напора равным образом наплевательского взаимоотношения по отношению ко всему сверху эту Лолу далеко не встал бы никогда! Несмотря ни в какую ее внешнюю привлекательность.

Поэтому сейчас, от легким сердцем равным образом пустыми яйцами, автор этих строк от удовольствием покачивался во сумке, которую нес держи своем широком плече выше- Водила, да весь ужотко да после этого удалялся через тех кустов, откуда родом слышался баритон Лолиной Хозяйки:

— Так твоя милость сделала напоследках сие свое «пи-пи» сиречь нет, моя особа тебя спрашиваю, лахудра?!

Туалеты находились около из прозрачным магазином, насквозь широкие стекла которого просматривалась примерно весь биржа грузовиков равным образом заправочные колонки почти уютными навесами.

Водила снял от плеча сумку равным образом протянул ее Алику равным образом Лысому:

— Подержите Кысю, ребята. Я схожу отолью равным образом заскочу на лавочку — чего-нибудь отпить на дорожку прихвачу. А ты, Кыся, приколись! все, в чем дело? дяди будут балакать — следом ми доложишь.

Алик равно Лысый рассмеялись, а во вкусе всего-навсего Водила скрылся на туалете, Алик тогда но засунул руку ко ми во сумку, тщательно обшарил ее равно со улыбкой сказал Лысому:

— Киса — кисой, а диктофончик как и был в силах угадать на сумочке. Ты поуже разговаривал из ним?

— Да вам что?! Когда? Вы бы видели, зачем у нас во порту было!..

— Я видел, — бестревожно сказал Алик. — Вы сего кота должны по-под колонна целовать, идиоты. То есть, никак не ваша милость идиоты, а те, который придумал ёбаный манера транспортировки. Инструмент ото Бармена получил?

— Какой инструмент?..

— Который пиф-паф делает.

— А… Да, получил.

— Я круглым счетом да думал. Вот равным образом засунь его себя во задницу. Или выброси для чертям собачьим. Вотан дурилка дал, другой псих взял. Когда но вы, наконец, поймете, сколько туточки вас неграмотный Россия-матушка — из пистолетами разгуливать. Здесь сыщик невыгодный шутит равно на лапу неграмотный берет.

— А когда симпатия никак не захочет? Как же…

— Никак. Все, в чем дело? требуется будет, — моя персона самовластно сделаю.

В сие минута муж Водила вышел изо туалета.

— Сейчас, мужики! Секунду. Только во лавку заскочу еще…

И распахнул накануне с лица стеклянную янус магазина. Прямо изо сумки аз многогрешный видел вследствие широкие окна, что Водила стал комплектовать непохожие пищевые продукты на маленькую корзиночку, которую симпатия взял у входа.

— Бармен сказал, ась? пакетец нужно перевалить для вас на машину закачаешься период ночвы во Нюренберге, — услужливо сказал Лысый да показал получи и распишись Водилу.

— А некто малограмотный собирается проводить ночь на Нюренберге, — усмехнулся Алик, а у меня морозик чтоб ваш покорнейший слуга тебя больше не видел по мнению коже. — Ты невыгодный видел, почем возлюбленный солярки заправил на и оный и другой бака? А моя особа видел. И сейчас, смотри, симпатия запасается питьем равным образом едой прежде самого Мюнхена. С одной стороны, сие мирово — нежели длительнее изделие склифосовский у него на машине, тем в меньшей степени риска…

Ну, надлежит же! Как оный молодой сучий вар целое просекает?! Вот уж, действительно, «Профессионал».

А единаче автор чувствовал, что Алик смотрит держи Лысого да безучастно прикидывет, эпизодически удобнее итого достаточно переселить Лысого от сего света получи видоизмененный — перед перегрузки alias моментально а после? Ибо сейчас нужды на Лысом уж едва далеко не было. Все, зачем мог, дьявол поуже ес — обеспечил погрузку товара во машину мои Водилы, проследил после отправкой, а во самое важное — побеседовать из Водилой, сделать попытку его купить, наделить реальность «фирме» век заключать перед руками такого Водилу — мужика крепкого да авторитетного, равным образом клеймящий сообразно всему, для сожалению, жуть неглупого, — Лысый эдак да невыгодный пелена сделать. То ли перетрусил, ведь ли упустил счастливый время про такого разговора, а может быть, да решил поэкономить про себя те число тысяч зеленых, которые предназначались моему Водиле.

Теперь, таковой глуповатый равно жадный вылезлый единица представлял собой неграмотный более, что жуть опасное свидетельское составная часть во этой, равно безо того бездарной, цепочке. А сие деталь нужно было до этого времени получи и распишись корабле усечь самым безжалостным образом! Там сие предпринять было что-то около удобно.

Как всего лишь сим безликим московско-ленинградским бездарностям, зря цепляющимся следовать неведомые им рукоятки управления гигантского, скороговоркой рушащегося аэроплана, во котором сидит сто пятьдесят миллионов несчастных пассажиров, обреченных для гибель, могла придти на голову такая бессмысленная диаграмма реэкспорта товара?! В так время, при случае существует, сообразно меньшей мере, не без; десяток офигительно зарекомендовавших себя образцов переправки любых наркотиков от любые границы!..

Все сие говно днесь надо своими руками разгребать Алик — засранец тонкий, интеллигпентный равным образом солидно изрядный на своем деле. За полно мыслящий куш, впрочем безвыгодный избавляющий с целого ряда омерзительных ощущений, неграмотный говоря сделано в рассуждении прямом риске.

— Сколько весит оный депеша не без; фанерой?

Ответ Лысого за единый вздох но продлил ему дни с перед Мюнхена:

— Сто семьдесят килограммчиков. Полтора метра бери полтора. Сам грузил…

Алик понял, что такое? одному ему экий набор безвыгодный перегрузить, а Водила вероятно не ли бросьте ему помощником, да благосклонно сказал Лысому:

— Ладно. Поживем — увидим. Тормознем его у самого Мюнхена.

— Не боись, Кыся. Уж какую-нибудь козу автор сих строк им в обязательном порядке заделаем! успокоил меня Водила, когда-когда получи подъезде ко Касселю ваш покорный слуга закончил повесть по части том, что-нибудь говорил да оборона почто думал выше- новоиспеченный наслышанный Алик.

Наверное, Водиле показалось, что такое? такого слабого заверения про меня открыто недостаточно, равным образом некто добавил во своей обычной манере:

— И получай хитрую жопу глотать моржовый из винтом, Кыся…

Водила сие добавил не без; подобный праведный убежденностью, что такое? вопреки в встревоженность ситуации равным образом нависшую по-над нами опасность, автор этих строк тута а а другая там представил себе, в духе может насмотреть «хитрая жопа» равным образом «хуй от винтом»!

Это показалось ми таким смешным, сколько аз многогрешный расхохотался на кровный лад равным образом ото хохота свалился со спинки пассажирского кресла напрямик получи сиденье. Глядя возьми то, что автор этих строк валяюсь возьми спине равным образом через смеха дрыгаю всеми четырьмя лапами, Водила также развеселился. И ажно спел, в духе говорит Шура, «ни ко селу, ни для городу»:


Ах, безграмотный смотри тетя на окошко,
Твоя щучья голова!
Твоя дочка согрешила
Мне бери праздничек дала!


* * *

Мы единаче чуточку из Водилой похихикали — любой по-своему, а впоследствии автор этих строк посчитал необходимым далеко не выбрасывать ему таково быстро расслабляться. Мне по какой-то причине до сей времени срок казалось, почто Водила воочью недооценивает на волоску ситуации. То ли потому, аюшки? спирт не без; такими штуками в жизни не малограмотный сталкивался, так ли потому, зачем ощущал себя видишь таким большим, сильным, мощно-сексуальным самцом, а сие вечно малость обманчиво гипертрофирует авторитетность на самом себе. Со мной также подчас происходит такое. Естественно, — на моих собственных масштабах. Но во отличии аж через ужас умных равным образом чутких Людей, моя особа обладаю безмездно предвидения, неким невероятно Котово-Кошачьим необъяснимым свойством почти что в точности пророчить ближайшее будущее. Я сейчас об этом когда-то говорил.

Поэтому наша сестра — Коты больно редко когда попадаем на неожиданные неприятности. Для того, дай тебе вляпаться во нежелательную сиречь опасную историю, Кот во эту минуту повинен присутствовать круглым счетом увлечен каким-то иным событием, сколько настоящий установленный ему Богом жертва — легко безвыгодный успевает сработать!

Ближайший пример: свой пустырь… Рыжая Кошка… сачок… Как выражается Александра Плоткин — «коитус интерубтус», ведь поглощать — «прерванный физический акт»… Васька-сволочь… Мерзавец-Пилипенко… Ну, равно беспричинно далее…

В результате автор как не без; неба свалился оказываюсь после границей, сатана знает получи каком расстоянии с собственного дома, а муж Александра Плоткин сейчас третьи день сходит затем вместе с ума через горя, мечется, что угорелый до во всех отношениях окрестным кварталам равным образом спрашивает у каждого встречного: «Вы такого крупного котика далеко не видели?.. У него уже левое пельмень разорвано равно знак путем всю мордочку?..»

А пишущий эти строки на сие период ввязываюсь на отвратительную равно опасную уголовщину со наркотиками…

Слава Богу, сталкиваюсь вместе с весть пристойным мужиком Водилой…

Слава Мне, устанавливаю от ним Телепатический Контакт по части доктору Шелдрейсу…

…и в эту пору наш брат из Водилой катим сейчас пятую сотню километров во его огромном грузовом «Вольво» объединение центральному автобану Германии во толпе самых разных легковых равно грузовых автомобилей с всех европейских стран…

Спереди равным образом кзади нас без мала КОНВОИРУЮТ — такая а громадина «Вольво» от сим гнусным Лысым равно пребелый микроавтобусик «Тойота» вместе с жутковатым Аликом следовать рулем.

Все но началось не без; того, что-то в нашем родном пустыре мы восхищенно трахал ту Рыжую Кошку. И вона аюшки? изо сего получилось!

Я опять-таки вспрыгнул получай спинку пассажирского сиденья — дай тебе не чета глядеть отвали равно однако вокруг. Умылся, привел себя во строй да будет твердо равным образом волево сказал Водиле:

«Все, Водила. Все! Закончили хиханьки да хаханьки. Вернемся ко козе».

— Какой покамест «козе»?! — удивился Водила.

«Которую твоя милость обещал отыметь Лысому да Алику».

— А… Это лишь эдак говорится — «заделать козу». Тут должно хорошенького понемножку думать по мнению ходу…

«Нет. Мы должны всегда взлелеять заранее. Может статься так, который у тебя никак не короче времени прикидывать в уме до ходу».

— А сколько твоя милость предлагаешь, Кыся?

«Полное смирение! Никакого героизма. Они что один вооружены, а…» — подвести черту представление ми отнюдь не удалось, оттого что-то Водила прервал меня да закончил ради меня ее сам:

— …а сравнительно из чем лома — в отлучке приема, да, Кыся? Это твоя милость хочешь сказать?

Ура-ура-ура! Да здравствует утонченный уролог Ричи Шелдрейс! Да здравствуют Люди, решившие переключить да напечатать эту книгу у нас во России! Александр говорил, что-нибудь нонче сие равносильно подвигу иначе самоубийству. Он имел на виду вот поэтому и есть такие книги.

И, понятно же, так точно здравствует моего Александр Плоткин, каковой через одиночества (Я — невыгодный во счет. Я — Кот. Я говорю в рассуждении Человеческом одиночестве) насобачился перелистывать ми во всеуслышание непохожие умные книжки!

А с грехом пополам ли безвыгодный ежедневные половые примеры вместе с разными девицами иначе говоря Кошками, как бы выяснилось, с одиночества никак не спасают. Это пишущий эти строки равным образом в области себя знаю.

Хорошо еще, сколько у меня пропал халата! Счастье, что-нибудь Котам халатик малограмотный положен. А в таком случае всё-таки Шурины девицы по мнению утрам напяливают получи себя его бэу мохнатый халат, равным образом спросонок ухаживать после этой процедурой серия диковато — шлафор безраздельно равным образом оный же, а бабы на нем разные! Одной — азиатской короток, у видоизмененный — волочится соответственно полу, кому-то — широк, у кого-то далеко не сходится получи груди. И если бы взглядывать позадь — возьми оный а самый колет каждое утро свисают ни капельки отличаются как небо и земля волосы. Беленькие, черненькие, коричневые… Короткие равным образом длинные, вьющиеся да прямые, густые равно жиденькие…

Иногда сие потешно равным образом забавно. Иногда грустно. Шуру жалко.

Как-то утречком симпатия признался мне, что-нибудь ото сего зрелища ему жуть руки чешутся повеситься. Но сие было сделано во русле его любимой пословицы — «Чем самое лучшее со вечера, тем невыгодно отличается от утром», потому-то аз многогрешный никак не беда разволновался да посоватовал ему совершить хотя бы бы недельный перерыв. Александра послушался да из-за сие период написал, вроде впоследствии совершенно говорили, самый избранный эпопея на своей жизни!


* * *

— Ты насчет кого это, Кыся? — рассудительно спросил меня Водила.

«Да, так… Ты безвыгодный знаешь. Про одного своего друга».

— Давай, Кыся, невыгодный отвлекаться, — сказал ми Водила, да мы услышал во его голосе грудь нотки ревности. — Значит, твоя милость считаешь, что-то аз многогрешный долженствует ухватить у них пятеро стукко зеленых, возьми целое подписаться обеими руками да помочь им переместить пакет? А они ми одновременно а со временем сего засандалят пулю во лоб! Да?

«Нет, невыгодный сразу», — подумал я…


* * *

…И вдруг, спервоначала далеко не ахти отчетливо, а протом всегда яснее да яснее УВИДЕЛ, в качестве кого сие произойдет! Вот ОНО — наше, Кошачье-Котовое! Я а говорил!.. Это внезапное осенение БУДУЩЕГО. Как? Что? Откуда?.. В голове отнюдь не укладывается… Но ЭТО но ЕСТЬ!!!

— А даже если ваш покорный слуга отнюдь не захочу остановиться? — донесся крик Водилы.

«Ты будешь вынужден сие сделать», — вместе с сожалением заметил я…


* * *

…Я УВИДЕЛ, в качестве кого ради двести метров прежде съезда со автобана ко «зоне отдыха», на темноте, пронзенной фарами десятков машин, если ото невидимого горизонта во глухое черно-лиловое высота поднебесная отсюда следует подыматься гигантское дрожащее отсвет вечернего Мюнхена, от нами поравнялся кипень микроавтобусик «Тойота».

Правое стеклышко его кабины автоматично опустилось, да оттедова высунулась худенькая лапка Алика вместе с большим пистолетом, для котором был навинчен длинненький глушитель…

Я держи слышал, автор ВИДЕЛ оный выстрел! Наша автомобиль срыву вильнула, Водила выматерился, со трудом выровнял необъятный трехтонка да стал притормаживать.

— Передний скат, бля, спустил, сука!.. Ну, желательно же?!


* * *

…Потом мечта выходит недосчитываться четкость, помню только, зачем автор тремя машинами — Лысый, автор да Алик — съехали держи параллельную автобану пустынную равно почти не неосвещенную «зону отдыха», отгороженную с проезжей части автодорога густым кустарником равным образом высокими деревьями… Что-то неприкрыто происходило, а что-то — демонтировать было сейчас трудно, да, прямиком признаться, моя персона равно побаивался этак полоз неотрывно сечь на ЭТО БУДУЩЕЕ…

Кажется, попозже до сей времени неизвестно кто подъехал… На зеленой машине. И Водила стал, может статься бы, обмениваться переднее колесо…

Или, наоборот, кто-нибудь уехал?.. А может быть, нас было всего делов всего четверо — Водила, Лысый, Алик равно я?..

Я неизвестно почему сидел держи крыше кабины нашего грузовика…


* * *

— Кыся, а Кыся!.. — услышал ваш покорнейший слуга альт Водилы. — Ну-ка, очнись, родимый. Ты ась? сие замер, во вкусе девташлар Ленину? Гляди, что такое? автор тебе купил держи пирушка заправке!..

Я от облегчением вернулся во сиюсекундное НАСТОЯЩЕЕ, на предвечерний, только до сего поры светозарный день, на несущуюся нам насупротив дорогу, беспробудно вздохнул равно даже если чуть-чуть помотал головой, стряхивая со себя остатки мистического наваждения, которое позволило ми получай малость секунд приехать во БУДУЩЕЕ…

Впереди нас все еще катил трехоска Лысого, равным образом на правом большом боковом зеркале автор видел бегущую из-за нами «Тойоту» Алика.

— Кыся… У тебя ответственность есть? Я тебе кыскаю, кыскаю, равно так, равно эдак, а твоя милость — прыщ на ровном месте внимания… — обиделся Водила.

Я спохватился, потерся мордой насчёт Водилино локатор равно покаянно промурчал: «Прости, Водила… Задумался. Извини меня, пожалуйста…»

— То-то же! — обрадовался Водила. — Я говорю, глянь, что-что мы тебе в дорожку на пирушка лавке припас!..

И Водила выкладывает бери мое сиденье коротенькую колбаску величиной со нормальную сардельку во прозрачной упаковке, чрез которую видно, ась? сие никакая безвыгодный колбаска, а самый истинный промозглый фарш! Такой же, наравне тот, какой-никакой автор лопал на столовой получай Ганноверской заправке. Только со временем сие называлось «Татарский бифштекс».

Я спрыгнул со спинки кресла наземь для сиденье, обнюхал эту колбаску и… невзирая бери то, ась? симпатия была из обеих концов запакована металлическими скобками, аз многогрешный так-таки почувствовал, сколько для фаршу немного погодя прямо примешан равно промозглый лук, от которым у меня со детства натянутые отношения.

Мне бог безвыгодный желательно обижать Водилу равным образом автор этих строк промолчал. Но Водила после этого а сказал:

— Я посмотрел затем на столовке, равно как твоя милость оный начинка трескаешь, приблизительно мгновенно сообразил — необходимо моему Кысе эту хреновину нате дорожку купить. «Цвибельнвурст» называется. Там лучок, приправки всякие. Я его сам — до черта обожаю! Но твоя милость неграмотный стесняйся, буде тебе вместе с луком безвыгодный объединение вкусу — кайн проблем! Я да ветчинкой отоварился. Так в чем дело? — выбирай. И сперма ваш покорный слуга тебе пакетик купил. Честно скажу — пожиже. Всего один не без; половиной процента жирности. А то… По себя знаю, автор этих строк вроде туточки во Германии нормального семя попью, позднее дрищу, по образу умалишенный! Извини следовать слово — кальпа не без; горшка малограмотный слезаю… Непривычные наши русские желудки ко нормальному молоку — нам, на правах всегда, подавай разбавленное, бля…

Спустя часа один не без; половиной отсюда следует ахнуть безграмотный успеешь темнеть. Встречные аппаратура поуже с до сей времени шли не без; зажженными фарами. Мы также включили «ближний свет», во вкусе сказал ми Водила.

Теперь, от случая к случаю из-за окнами стала спускаться нате землю темно-серая мгла, на нашей кабине, хватит симпатичной да присутствие дневном освещении через мягкой зеленой подсветки приборов, — таким образом ошеломляюще уютно равно благостно.

На какое-то минутка неожиданно показалось, почто перевелся во мире никакого кокаина, пистолетов вместе с глушителями, Барменов, Лысых, равно разных профессиональных Аликов…

Будто бы всякие Пилипенки, Васьки, сачки, тюремные фургончики, отвратительные да уродливые, кустарные шапки изо несчастных, бог знает когда свободных Котов, Кошек да Собак, — просто-напросто кем-то выдуманы! Будто безвыездно сие рождено чьей-то злобной фантазией, чьим-то больным воображением, воспаленным ненавистью ко всему нормальному равно живому.

— Нет, Кыся, нам главное, чтоб нас ни одна душа впредь до Мюнхена невыгодный тормознул! напористо сказал Водила, совсем разрушив мои сладкие иллюзии, навеянные мягким светом приборного щитка. — Не станут но они гвоздить на центре большого города?! Там-то ты да я олигодон на живую нитку отмахнемся. Мне бы товарища «Калашникова». Я бы им, блядям, показал светлое будущее! Ладно, детородный орган вместе с ними пока… Давай-ка перекусим лучше.

Очень ловко, безграмотный снижая скорости равно безграмотный снимая левую руку из руля, одной правой рукой равным образом зубами, Водила разорвал целлофановый пакетец не без; ветчиной, «колбаску» вместе с фаршем, открыл коробочку не без; сыром да вытащил булочки. Все сие дьявол разложил сверху бумажном ширинка стоймя возьми моем сиденьи равным образом пользу кого себя открыл большущую бутылку «Кока-колы». Мне а Водила ухитрился отлить сперма во глухо как в танке отколь появившуюся квадратную пластмассовую коробочку.

— Ты никак не брезгуй этой посудкой, — сказал ми Водила. — Она из-под мороженого, чистая. Я ее спецом чтобы тебя во лавке попросил. Так что-то прошу для столу, Кыся!..


* * *

А сквозь двоечка со половиной часа содеялось то, что такое? ваш покорный слуга сделано безраздельно крата ВИДЕЛ…

Когда по Мюнхена оставалось километров десять, равным образом на лилово-черном небе ранее светилось гигантское розовое отсвет большого вечернего города, автор увидел, по образу белешенький микроавтобус «Тойота» выехал с правого ряда во средний, вмиг поровнялся со нами, а затем…

Вымотанный дальней по пути Водила смотрел лишь вперед. Я же, дабы не чета видеть, зачем произойдет дальше, перелез со спинки своего кресла сверху спинку кресла Водилы да привалился бочком для его затылку. Мало ли куда-нибудь до этот поры захочет ухнуть оный страшненький Алик?.. А эдак моя персона даже смогу подоспеть склонить голову Водилы пониже.

Водила рассмеялся, сказал ми хриплым через усталости голосом:

— Точно, Кыся… Давай, помассируй ми шею, а так затекла, лукавый бы ее побрал! Старею, Кыся. Мать ее из-за ногу — судьбу шоферскую…

Затем автор увидел, в духе непроизвольно опустилось правое стекляшка кабины «Тойоты» равным образом с того места высунулась худенькая связи Алика от большим пистолетом равно навинченным длинным глушителем с американских телевизионных сериалов. Мало того, моя персона увидел рыло Алика… Левой рукой возлюбленный держал руль, поглядывая сверху дорогу, бежавшую нам насупротив со скоростью сто двадцать километров во час, равно старался перегнуться с руля во нашу сторону так, так чтобы в точности попасть с пистолета нам на левое переднее колесо. В какой-то момент некто увидел меня, стоящего получи и распишись задних лапах, на ужасе прилипшего ко стеклу, да туточки случилось то, ась? безграмотный было на часть моем ВИДЕНИИ! Алик усмехнулся, подмигнул ми весело, равным образом выстрелил… Выстрела мы невыгодный слышал. Я всего почувствовал, вроде резким движением вильнула наша автомобиль на сторону, услышал, как бы почти нашей кабиной вещь встревоженно зашлепало, равно Водила как немазаное колесо выматерился такими словами, каких автор этих строк никак не был способным бы различить ни во каком своем самом фантастическом видении.

«Ах, ебть!.. Передний покат спустил, бля, сука!!! Мать их…» — были самыми-самыми приличными. Просто к детей дошкольного возраста. Остальные плетение словес были чудовищным равно бессмысленным нагромождением паскудно грязного мата, призванного оказать сумме только что двум нормальных человеческих ощущения — злости равно удивления. Под нескончаемые матюги Водила стал притормаживать, равно если на свете наших фар появилась табличка «Р» 000 м», как немазаное колесо выдохнул:

— Слава те, Господи!.. Есть примерно гораздо съехать…

…Все было, наравне на моем видении — параллельная автобану «Зона отдыха», скрытая плотным высохшим кустарником да деревьями, бледный планета трех фонарей, врытые во землю деревянные столы да скамейки, мусорные баки и… И то, зачем мы безграмотный был в силах бы вбить себя в голову себя ажно во самом ярком своем озарении — чистенький, беспечальный домок со двумя дверцами, бери одной с которых красовался микроскопический силуэтик женской фигурки, бери следующий — мужской.

Но Водила выше- был в ту же минуту этак раздражен, который обрушился хоть получи сие успех немецкой дорожной цивилизации:

— Сральник они умудрились поставить, а обычно объяснить площадку кишок тонка, ебать их на глотку мать! Все экономят, суки! А у меня, бля, покатая поверхность спустил…

«Он малограмотный спустил, — сказал моя особа Водиле. — Это Алик прострелил тебе колесо, чтоб твоя милость остановился…»

— Та-а-ак… Тогда приплыли я от тобой, Кыся, — потерянно проговорил Водила равным образом остановил машину по-под слабым светом двух фонарей. — Что делать-то будем?..

В боковом зеркале аз многогрешный видел, как бы назади для нам ранее подъезжала «Тойота» Алика. Я понял, сколько запрещено недосчитываться ни секунды:

«Соглашайся нате все! Нужно побить время… Что-то надлежит произойти! Я чувствую — нам несколько поможет!!!»

Я врал самым беспардонным образом! Ничего моя особа далеко не чувствовал! Никакой помощи ниоткуда далеко не ждал… Но ми в такой мере нужно было неотложно примерно раз как-то оживить Водилу… Я а видел, что врасплох таковой большой, влиятельный равным образом прямой Человек против всякого чаяния растерялся равным образом утратил надо с лица контроль. Он хоть наружно обмяк — как с него атмосфера выпустили…

«Не нервничай! Умоляю — возьми себя во руки. У тебя поглощать какое-нибудь оружие?» — моя особа дале взмок ото напряжения, а от Котами ввек неграмотный бывает.


* * *

Водила достал по причине спинки своего кресла метровый кусочек электрического кабеля толщиной вместе с бывшую краковскую колбасу:

— Вот… От хулиганья держу. Когда ночной порой с гаража возвращаюсь.

«Отлично!!! Прекрасно!.. — неверно возликовал моя персона всего-навсего для того того, с намерением встать на сторону во Водиле важный запах сопротивления. — Засунь родной электролиния подина куртку. Держи его наготове…»

Спереди сверху нас надвигался задним ходом грузовичок Лысого. Нас безыскусно запирали со всех сторон!

— Ты ж смотри, а делают… — во отчаянии проговорил Водила.

«Водила! Послушай… Что твоя милость как всегда делаешь, рано или поздно у тебя спускает колесо?» — бегло спросил я.

— Ставлю запасное…

«Замечательно! Начинай срочно класть запасное, предлогом ни плошки безграмотный произошло. Ни болтовня относительно том, что-то твоя милость знаешь, КАК спустило сие колесо. На некоторый инцидент невыгодный выключай мотор. Ты сможешь им объяснить, благодаря чего твоя милость его никак не выключаешь?»

— Смогу.

«Очень хорошо!.. Я попытаюсь тебя подстраховать, что смогу. Помни, Водила, моя персона всё-таки сезон из тобой! Начинаем… Пошел, Водила!..»

Водила засунул часть электрического кабеля по-под куртку, застегнулся, открыл проем кабины, опасно спрыгнул сверху землю равно изрядно присест присел, разминая затекшие ноги.

Я здесь а вскарабкался получи крышу кабины равно уселся, как бы бы ни во нежели неграмотный бывало. Единственное, в чем дело? могло бы загнуть словцо мое волнение, сие нежданно-негаданно напавшая получай меня нервная зевота. Но такое раскумекать могли бы лишь только Коты, Кошки да Александр Плоткин.

Кстати, сообразно любимому выражению того а Шуры Плоткина, — «дальше до сей времени шло уже, что на посредственном кино»:

…Лысый выскочил изо кабины — изнаночная лапка во кармане куртки. Он безоговорочно неграмотный последовал совету Алика — пихнуть пистоль Бармена себя во задницу, достал его изо заначки равно сейчас на кармане сжимал его рукоять потной да скользкой ото страха ладонью.

— Ну, твоя милость даешь! Ты аюшки? на Нюренберге для ночевку безвыгодный встал?! Я тебе что, двужильный?! — начал возлюбленный тутовник а надсаживать глотку получи и распишись мои Водилу. — Куда тебя, бля, понесло?..

— Вольному — воля, спасенному — рай, — врасплох адски со спокойной совестью проговорил моего Водила равно стал нахлобучивать брезентовые рукавицы. — Устал — остановись, отдохни. Хочешь дремать — залезай во койку равно дави ухо. Чего твоя милость вслед за мной поперся? Ты чо, на детском саду, в чем дело? ли?

Водила участок варежки равным образом стал снискивать небо и земля инструменты, дергать запасное колесо.

Тут, наконец, вылез с своей «Тойоты» равным образом Алик. Внимательно огляделся и, никак не идучи близко, улыбаясь спросил Водилу:

— Чего бы тебе рычаг отнюдь не заглушить?

— Аккумулятор — говно. Банка замыкает — ну почто ж саморазряд… Заглушу, далее ни на жисть безграмотный завести. Пускай на срок сверху генераторе помолотит, — несомненно ответил Водила, отнюдь не прекращая в некоторой степени доставать, как бы отвинчивать…

В голосе его никак не было даже если намека получи и распишись растерянность, возьми испуг. Человек делал свое привычное мастерство да был напрочь ручаюсь на благополучном его исходе.

Ай правда Водила! Как в мгновение ока сумел перестроиться!

Я таково да знал, аюшки? спирт жуть властный Человек! Поэтому симпатия имеет полное преимущество равным образом бери минутную растерянность, равно бери естественное эмоция страха, да сверху всеобщий гряда слабостей, полностью нормальных интересах всех нас. Ибо ни относительно нежели никак не думают да ни ложки далеко не боятся — одни идиоты. У нас на Питере посреди уличных Котов, десятками погибающих почти колесами автомобилей, таких кретинов величайшее множество!


* * *

Но после этого во руке у Алика вдруг появился сделано не внове ми немаленький непроизвольный ракетница от глушителем, да Алик ласково, хотя решительно сказал:

— Внимание, детки! Не двигаться! Или, на правах чу наши авоська и нахренаська немцы «Кайне бевегунг!» А так сия штучка, которая у меня на руке — адски бегом стреляет. А теперь, детки, начнем передачу «В гостях у сказки». Ты, жлоб не без; деревянной мордой…

Алик навел пугач сверху Лысого:

— Я тебе что-то сказал, болван? Чтобы твоя милость даже если безграмотный притрагивался для оружию. А ты?.. Вот об эту пору сторожко да аккуратненько возьми после у себя на кармане принадлежащий пистолетик из-за фуст двумя пальцами… За ствол, а неграмотный вслед рукоятку! Только двумя пальцами — большим да указательным. Понял, дубина? И сообразно моей команде будешь тихохонько тягать его с кармана. И хоть далеко не мечтай, сколько твоя милость сможешь выпустить пулю поначалу меня. Ясно?

— Да… — во ужасе выдохнул Лысый.

— Тогда прекрасно, — улыбнулся Алик равным образом подмигнул моему Водиле. — Вот видишь, какой симпатия у нас понятливый?

Водила молчал, со спокойным интересом переводил созерцание в таком случае нате Лысого, так получи и распишись Алика. Но аз многогрешный чувствовал, сколько во его голове не долго думая творится сатана знает что!..

Я перепрыгнул со крыши кабины получай фургончик и, лже- ни во нежели малограмотный бывало, с расстановкой прошел по части нему ко задней части фуры — рядом для Алику. Когда Алик со своим пистолетом оказался под подо мной, автор этих строк уселся да стал (с понтом) умываться. А своевольно всё напружинился, приготовившись ко прыжку. Кто его знает, а глядишь дьявол начнет целиться на мой Водилу?

— Так твоя милость постоянно понял? — переспросил Алик равным образом двумя руками поднял ракетница перед уровня лба Лысого. — За хлыст двумя пальцами… А в настоящий момент вынимай эту бяку, детка. И невыгодный трясись. Вынимай, вынимай…

Лысый неспешно вытащил родной распылитель с кармана куртки так, в качестве кого ему приказал Алик — из-за стебель равным образом всего-навсего двумя пальцами.

— Умничка, — похвалил его Алик, продолжая поддерживать Лысого получи и распишись мушке. А в настоящий момент сделай неуд шага назад, подними крышечку мусорного бака равно хорошего понемножку тама эту гадость. Вот так… Молодец! И дорогу с бака для чертовой матери.

Алик переломный период дуло пистолета на сторону мой Водилы, а моя персона во свою очередность присел в задние лапы равным образом свесил голову наверх не без; фургона, чтоб на одно минутка попасть когтями всех четырех лап во физиономию Алика.

Есть у нас, у Котов, подобный особенный приемчик. В обычных драках дьявол приземленно отродясь безвыгодный применяется. Им пользуются исключительно тогда, нет-нет да и сражение подходит сделано отнюдь не в жизнь, а получай смерть: твоя милость прыгаешь в противника, выставив впереди до сей времени четверка лапы не без; выпущенными сверху всю длину когтями. Передними лапами вцепляешься в в чем дело? нужно — на голову, на грудь, на глотку противника. И впритык притягиваешь его ко себе. А когтями задних лап, несколькими мощными ударами, разрываешь врага впредь до внутренностей!

Это, наравне говорится, Последний Шанс, — у нас, у Тигров, у Пантер, у Леопардов… Короче, у всех Котово-Кошачьих!

— А ты, неграмотный торопясь, расшнуровывай фуру, — сказал Алик моему Водиле. — Там одна пачечка у тебя на нашивочный невыгодный числится.

— Что до этого времени ради «пачечка»? — только-только остро спросил Водила.

— Много будешь смыслить — безграмотный успеешь состарится. Не станешь задавать глупые вопросы — получишь высшая отметка мрамор зеленых равно внушение для дальнейшее сотрудничество. Каждый путь — нате тех но условиях. Так ваш покорный слуга говорю? — посмотрел Алик для Лысого.

— Так, так!.. — на испуге Лысый поверхностно закивал головой равно вытащил изо кармана джинсов пачечку на пяточек тысяч долларов.

— Устраивает? — спросил Алик у Водилы.

«Соглашайся, Водила!!! — в глубине души завопил мы всеми своими мозговыми извилинами. — Тяни время!.. Что-то нужно произойти! Миленький Водила, подожми хвост, безвыгодный показывай щебенка — соглашайся получи все! Сам а говорил насупротив лома недостает приема… А «козу» автор им попозже всегда непропорционально всенепременно заделаем! Соглашайся!»

«Не дай картину, Кыся… — ответил ми до доктору Шелдрейсу муж Водила. — Чем быстрее сдамся — тем дешевле ми короче веры!»

Водила косо посмотрел сверху доллары, спросил у Алика:

— Где гарантия, сколько сие малограмотный фальшак?

Не опуская пистолет, Алик подкупающе равным образом бравурно рассмеялся:

— Вот сие ранее основательный разговор! Тут твоя милость прав — от случая к случаю имеешь деятельность вместе с вашими сегодняшними россиянами — гарантий никаких. Но если бы на этой пачке на худой конец одна листок окажется липовой, мы тебе самовольно заменю ее в любую валюту. Естественно, соответственно курсу получай дата обмена.

— Ну, смотри. Ты сказал!.. — равно Водила стал расшнуровывать черный пистон фургона.

Но на эту одну минуту автор — первый, от крыши фургона, а мгновением впоследствии да безвыездно трое внизу — Алик, Лысый да Водила увидали, в духе на «Зону отдыха» лично из автобана медленным темпом стали вкатывать двум ослепительные очки «дальнего света», а вне фар режущим, тревожным посверкиванием крутились двоечка синих проблесковых полицейских фонаря!

Алик моменталом засунул шлепало по-под брючный ремень, запахнул куртку равно тихонько сказал Водиле:

— Ставь запаску… Разговаривать буду я. Кто пикнет — покойник.

С телепатическим криком: «Вот видишь, Водила! Я но говорил, который несколько следует произойти!» — моя особа промчался до всей крыше фургона, перепрыгнул бери кабину нашего грузовика равно уселся по образу раз в год по обещанию по-над своим Водилой, каковой сделано позвякивал инструментами у простреленного переднего колеса.

Неожиданно бери боку надвигающейся сверху нас полицейской аппаратура — повыше фар, хотя внизу синих проблесковых фонарей — вспыхнул могутный прожектор да залил белым слепящим светом всю «зону отдыха», наши три машины, Алика, Лысого, Водилу да меня.

Полиция подъехала совершенно близко, поразглядывала нас, выключила прожектор, поменяла «дальний» сияние возьми «ближний» (про сие ми уж Водила целое объяснял) равно заглушила особый двигатель.

Теперь, эпизодически их влиятельный планета малограмотный бил до глазам, разом итак видно, зачем сыщик приехала в зелено-бежевом автобусике, чуток поболее Аликовой «Тойоты».

Их было четверо — трое капли до оный поры мальчишки планирование двадцати-двадцати трех, а четвертый — возраста мои Водилы. Он держал во руке долгий несладкий поводок равно не без; трудом вытаскивал с аппаратура сонную упирающуюся овчарку, которой постоянно было перед лампочки. Ей желательно спать, равно симпатия безграмотный собиралась выкарабкиваться изо теплой машины, нонче ее красивый лидер никак не догадался изъявить ей в меня, сидящего в крыше кабины, равным образом заметить ей:

— Гляди, Рэкс! Кошка, кошка!..

Тут Рэкс проявил ко ми известный бесхарактерный выигрыш равным образом для того порядку пару однова получай меня гавкнул.

— Заткнись! — сказал моя персона ей по-нашему, по-животному.

Овчарка тогда а заткнулась, села и, склонив голову набок, стала удивленно маня разглядывать.

Тут моя персона вынужден что объяснить. Обычно, когда-никогда Собака склоняет голову на сторону и, якобы, бережливо смотрит равно слушает, Люди приходят во таковский трогательный восторг, почто готовы ей лапы целовать! Людям денно и нощно кажется, который склоненная в сторону глава Собаки — сие характер ее мудрого равно доброго внимания.

На самом деле, всё-таки императивно наоборот! Это главнейший знак Собачьего идиотизма. Когда «Собачка склоняет головку набок», значит, симпатия ни хрена неграмотный понимает равным образом находится во состоянии полной равно беспросветной дебильной растерянности!

Не верите? Почитайте Конрада Лоренца — «Человек находит друга». Превосходная книжка! Когда да мы не без; тобой не без; Шурой Плоткиным читали во этой книге оборона «склоненную в сторону собачью головку» (вернее, если Александр ми сие читал) наша сестра эдак хохотали, приближенно веселились, где-то полюбили эту книгу, что-то долгое пора возлюбленная была у нас просто-напросто настольной, в духе равным образом труд доктора Ричарда Шелдрейса.

Александра впоследствии признался, что, прочитав Конрада Лоренца, некто стал не без; значительно меньшим почтением числиться ко Собакам, равным образом из не в пример большим — ко Котам.

Все, все! Я прошу прощения… Сейчас равно вскорости моя персона вернусь ко основному сюжету. Помню, пока что выше- Плоткин говорил, который преступный сюжетик вынужден разгораться стремительно, а любые отклонения через базисный контур идут всего изумительный ухудшение рассказываемой истории. Но, когда-никогда автор вижу Собаку, склонившую голову набок, автор этих строк безграмотный могу сохранить равновесие с того, в надежде безвыгодный воссоздать Конрада Лоренца да его книгу — «Человек находит друга»!

— Добрый вечер, — по-немецки сказал сам сообразно себе изо молодых полицейских да спросил мои Водилу: — Почему сердце безвыгодный выключен?

— Батарея — капут, — ответил Водила, неграмотный прекращая работы.

— А не без; колесом что? — спросил другой.

— На приманка напоролся, — ребячливо проговорил Алик равно сострадательно рассмеялся. — Наверное, всего-навсего российский трехоска может встретить шпигорь в немецком автобане!..

— Нет, благодаря чего же? — возразил третий. — Это иногда баста часто. Странно только, сколько лопнуло переднее колесо. Обычно, переднее ролик поднимает гвоздь, а пропарывается уж заднее.

— Рихтиг, — сказал моего Водила, — дескать, «правильно».

— Говорите по-немецки? — спросил Водилу вожак Рэкса.

— Айн бисхен. Немного… Майне фройнд гуте дойче шпрахен, — равно Водила кивнул получи и распишись Алика. — Поговори вместе с ними, Алик, по-ихнему…

Я заметил, в чем дело? Водила ускорил скорость работы равным образом понял, ась? некто хочет снабдить запасное зубчатка особенно на присутствии полиции. Чтобы, рано или поздно архаровец уедет, наша устройство была бы поуже возьми ходу. Что некто придумал, автор никак не был способным рассмотреть — во голове у Водилы была какая-то лихорадочная каша. Но мы понял единственное — пишущий сии строки обязаны взяться возьми колесах!

Лысый стоял во паническом перепуге, кажется дерьма на зевало набрал.

— Приготовьте, пожалуйста, ваши бумаги, — сказал юный полицейский.

Он вот поэтому и есть эдак да сказал — «пожалуйста» равно «бумаги». А далеко не «Па-а-апрашу документики!», во вкусе у нас. Я целиком и полностью никак не собираюсь хвалить немецкую полицию, равным образом сие склифосовский как на блюдце поди изо дальнейшего, же вишь сие «пожалуйста» ми у них куда понравилось.

— Возьми у меня на верхнем кармане куртки, — сказал Водила Лысому. Рукавицы худые, шуршалки до сей времени непропорционально грязные…

И на срок Лысый предъявлял близкие документы, все еще доставал документы мой Водилы, а полностью невыгодный теряющий присутствия духа Алик озорно показывал домашние «бумаги» равно непрерывно болтал вместе с полицейскими относительно том, наравне симпатия встретил своих бывших земляков на Ганновере, в духе взялся помочь им не без; немецким, ежели возникнут на дороге какие-нибудь затруднения, — пишущий эти строки напрямую сказал этому задроченному Рэксу:

— Рэкс! Не рычи равным образом далеко не скалься. Хоть держи побудь здесь забудьте что до вековом антогонизме! Не погодите бери меня не долго думая в духе держи КОТА. Считай, почто на эту секунду, моя особа к тебя причина ужас важной служебной информации!

— Пошел ты, знаешь куда…. - ответил ми настоящий хам. — Тоже ми — «источник информации»! Шайзе…

Но аз многогрешный решил, в чем дело? вытерплю все! И постарался отметить самым мирным тоном:

— Рэкс, дорогой!.. Да подавись твоя милость своей Собачьей фонаберией! Будь проще. У нас на машине сто килограммчик кокаина, понял, немецкое твое рыло?! А сей худенький Алик — убийца! Как по слухам на России — «Исполнитель»! Как всего лишь вас уедете — спирт мгновенно а застрелит мой равным образом пошел уйдите отсюда того — Лысого. Тоже, кстати, бандюга. Неужели твоя милость самоуправно отнюдь не чувствуешь, во вкусе ото сего Алика разит оружием?!

— У моих у всех в свой черед оружие. Я далеко не могу принюхиваться ко в одни руки встречному равно поперечному. Будет предначертание — понюхаю.

— Ты милицейская Собака или — или нет?! — заорал мы нате Рэкса.

— Нет. Я — Собака полицейская.

— Один черт! А единожды твоя милость полицейская Собака, твоя милость обязана…

— Без приказа мы безграмотный имею права.

— Идиот безмозглый! Чиновничья твоя морда!.. Какой тебе единаче нужен приказ?! Вот — ты, а вишь — преступник! Хватай его!

— А идеже приказ? — безропотно спросил Рэкс и, натурально же, «склонил головку набок». — Существуют определенные инструкции…

— Рэкс, браток!.. Плюнь твоя милость держи инструкции! Ты но посланник подобный страны, со такими дорогами, из такими «Хунде-барами»!..

Я уж отнюдь не знал, в духе сызнова польстить этому тупице!

— Хоть единожды на жизни прояви инициативу, дубина! Тебя но будут впоследствии нате руках носить! На всех углах расхваливать…

— Я никому да ввек отнюдь не позволяю переносить себя в руках, — со достоинством ответил Рэкс. — И выславлять меня равным образом малограмотный надо. Мне достаточно, с намерением меня неграмотный ругали равным образом никак не уволили.

Я думал, что такое? аз многогрешный не откладывая лопну через бессилия равно злости! Я спустился не без; крыши сообразно открытой двери во кабину, а ранее из того места спрыгнул бери землю равным образом сел по прямой в противность Рэкса, нежели порядком ошарашил равно его, да всех вокруг.

— Я обращаюсь ко тебе на правах Животное для Животному! — напрямик сказал пишущий эти строки Рэксу. — Ты наконец-то сие можешь понять, недоумок твоя милость зацикленный?!

— Если твоя милость будешь сквернить меня быть исполнении служебных обязанностей, аз многогрешный задам тебе трепку, — круто сказал Рэкс.

— И останешься мало-мало без участия одного глаза, — пообещал пишущий эти строки ему. — За сие автор этих строк тебе отвечаю. Да снова равно морду располосую так, который тебя десятая спица далеко не узнает. А кому во полиции нужна одноглазая Собака? Вот тут-то тебя согласно правилам вышибут пинком подо цепь со государственной службы. Тем более, ась? домашние прямые служебные круг обязанностей твоя милость выполнять отказываешься. Шлемазл!..

Это спокон века где-то Александра Плоткин говорил, от случая к случаю сталкивался от каким-нибудь начисто умственноотсталым типом. Причем, в какой мере аз многогрешный понял, Александра равным образом самостоятельно безграмотный знал, ась? такое «Шлемазл». Однажды симпатия сказал мне, в чем дело? сие было любимое мат его бабушки. И оно ему до этого времени на детстве беда понравилось. Понравилось, равно как звучит.

— Шлемазл… — от разными интонациями повторял Шура. — Шлемазл!.. Нет, на этом отчего-то есть… Ты слышишь, Мартынчик? Шлемазл — да сим целое сказано!

Одним глазом автор следил после сим вонючим Рэксом — с целью дьявол меня по глупости безвыгодный цапнул, а вторым поглядывал сверху Водилу да видел, в чем дело? свой трехтонка уж крепко целесообразно для новом колесе, простреленное валяется рядом, а Водила убирает аппарат на стальной ящичек со ручками.

Я решил изготовить последнюю попытку:

— Послушай, шлемазл! — сказал мы этому Рэксу. — У тебя по малой мере вместе с твоим Шефом глотать Контакт?

— Какой до этих пор «контакт»?

— Телепатический, — настойчиво объяснил я.

— А ась? сие такое?

— Ну, Он тебя понимает?

— Нам достанет того, почто ваш покорнейший слуга Его понимаю. Он приказывает, ваш покорный слуга делаю. А пуще нам нисколько безвыгодный положено.

— Но твоя милость можешь расславить ему все, зачем аз многогрешный тебе говорил? — продолжал разведывать я.

— Стану ваш покорнейший слуга ему забивать член голову всякими Кошачьими бреднями!

Вот после этого аз многогрешный унизился накануне того, в чем дело? малограмотный вмазал ему объединение рылу вслед за такую на высшей степени оскорбительную фразу, а преданно попросил до этих пор раз:

— Может быть, Ему сие отнюдь не покажется такими олигодон бреднями. Попробуй, Рэксик, а?..

— Какой моя особа тебе пока что «Рэксик»?! Ты что разговариваешь от полицией?! беспричинно зарычал текущий чурка равным образом рванулся ко мне.

Я сходу врезал ему пару раз в год по обещанию за харе когтями равно в один момент очутился бери крыше кабины.

— Эй, Кыся! Ты в чем дело? собачку обижаешь? — крикнул ми Водила.

Впервые во жизни ми исступленно захотелось выругаться матом страшным Человеческим матом! И нежели грязнее — тем лучше… Мне захотелось выплеснуть получи голову этой тупой полицейской Псине река всех возможных да невозможных Людских матерных слов во самых чудовищных да тошнотворных комбинациях, которые пишущий эти строки поздно ли слышал у нас на России!

Но матюги таково равно застряли у меня во глотке, благодаря тому что сколько полицейские сказали во всех отношениях «Гуте райзе!» — несколько кажется «Счастливого пути…», втащили своего озверевшего болвана Рэкса на машину да уехали. А автор из Водилой остались вывеска для носу не без; Лысым да Аликом.

Вот рано или поздно пишущий эти строки понял, что такое? нам из Водилой верить неграмотный получи и распишись кого! Если наш брат никак не спасем себя сами, нас десятая спица отнюдь не спасет. Тем более, зачем во руке у Алика снова-здорово появился его большущий пистолет.

Неожиданно во моей голове сразу возник шепотом крик Водилы: «Не психуй, Кыся. Не дергайся. Как-нибудь выгребемся. Ты со временем поверх приглядывай из-за Аликом. Вдруг некто просить захочет…»

Вслух а Водила сказал:

— Ну что, будем обременять вашу пачку?

— Вот сие молодец! — восхитился Алик. — А ваш покорный слуга полоз думал, ась? тебя придется заново уговаривать.

И Алик ярко помахал пистолетом.

— Пять стукко получай дороге никак не валяются. А ежели попозже уже из каждого рейса круглым счетом же… Как говорит моего Кыся — аюшки? ми кортеж делать придирки равно щебенка скалить? — ухмыльнулся Водила.

— Ах, у тебя единаче равным образом Кот говорящий?! Ну, твоя милость исполинский мужик!

Алик был эка артистичен! Он целое времена вот отчего-то играл. В «милую мальчишескую беспечность» равным образом «хорошее настроение» со дорожной полицией, на «восхищение» моим Водилой, на «простоту» да «рубаху-парня», во «располагающую открытость». Играл широко, легко, помимо пережима, вдрызг отдаваясь только лишь зачем сочиненному образу.

Однако, не без; Лысым симпатия был строг да неумолим. Но сие равным образом была своего рода игрище — таковский микроскопический постановка на расчете бери трусливого равным образом неумного зрителя.

Иногда симпатия терял по-над собою осмотр — итого всего лишь нате секунду, равным образом тараньки его становились жесткими, чрезмерно неприкрыто оценивающими каждое чужое движение, каждое слово, каждую интонацию. И автор этих строк видел, ась? выпустить снаряд некто был подшофе на что угодно мгновение.

Ах, буде бы дьявол был способным самовластно переместить эту дурацкую «фанерную» пачку из кокаином на сто семьдесят кило весом на свою «Тойоту»! Он бы не мудрствуя лукаво неграмотный медля, в соответствии с выражению Бармена, «отправил бы греховодничать согласно небу» равным образом Лысого, равным образом мои Водилу. В таком деле — лишние человеки никому невыгодный нужны. Это ми сызнова за дороге Водила объяснил.

Я мотался объединение крыше кабины равным образом объединение верху фургона, стараясь безвыездно времена разыскиваться надо Аликом равно его страшненьким пистолетом. Волей-неволей аз многогрешный пытался настроится возьми ЕГО волну, так чтобы подвергнуть проверке уж на что однова отвести грядущие события. Мысленно мы призывал для поддержка безвыездно наше Кошачье-Котовое НЕОБЪЯСНИМОЕ — то, сколько дает нам осуществимость непонятным образом ПРИДВИДЕТЬ СЛУЧАЙ…

В чистом виде моя особа сего круглым счетом равным образом безграмотный дым изготовить — некто был чересчур сильной личностью про меня! Но скоропостижно моя персона понял, аюшки? зато установил вместе с Аликом какой-то странный, необычный, Односторонний Контакт. По принципу — мы тебя вижу, а твоя милость меня — нет. То есть, моя персона в целях него оставался закрыт, а дьявол чтобы меня — мнимый голенький…

Я увидел, что-нибудь симпатия мурашки по коже ползают нервничает! Не потому, что, во вкусе токмо кокаин довольно перегружен во его машину, ему придется послать держи оный знать двух человек. Это труд привычное. Это, во конце концов, его профессия. А гляди то, почто обычная, паршивенькая дорожная архангел целиком и полностью нехотя заехала во эту идиотскую «Зону отдыха» равным образом внесла на личный субноутбук показатели документов мой Водилы, Лысого, а с из ними да Алика, — видишь сие может пристращать осложнениями. Естественно, затем того, в духе найдут трупы сих русских.

Кстати, в области высшая оценка тысяч долларов возьми трупах нужно хорошенького понемножку оставить. Такие денюжка — безграмотный стоят пачкотни. Как обычно, крючок отнесет сие для разряду «внутренние разборки русской мафии». А денежка (если они, конечно, долежат у покойников по приезда полиции!) будут лишним подтверждением этой славной версии. Теперь такое из чего явствует на Германии до такой степени привычным, почто перестало являться сенсацией. Ну, мюнхенский «Абендцайтунг» напечатет фотографии застреленных равно выдаст заметный бездарный заголовок: «Кремль протягивает руки для Баварии!». Русскоязычная берлинская газетка «Европа-Центр» опубликует небольшую заметочку, подчеркнув, в чем дело? у них во Берлине сызнова невыгодный в таком случае бывает!.. Наверняка, откликнется объемистый равно в свою очередь российский Лос-Анджелесский книга «Панорама» — у них в этом месте поглощать нестандартный корреспондент. И все!..

На нижеприведённый сутки еще однако об этом забудут, оттого который на мире глотать бебехи поглобальнее — Босния, Чечня, землетрясения, наводнения, извержения вулканов, коричневый яд да скандальные узор принца Чарльза вместе с принцессой Дианой другими словами манекенщицы Клаудии Шифферс вместе с фокусником Давидом Копперфильдом.

Алик а грядущее ни свет ни заря сдаст опт кому надо, получит гонорарий следовать доставку равно самоустранение двух свидетелей, заберет свою маму да укатит от ней на Италию, во Лидо-ди-Езоло, идеже получай пятнадцати километрах пляжной косы умудрилось притулиться пятьсот отелей любого калибра! Поди-ка, найди затем Алика. Тем более, что-нибудь они от мамой покатят тама вовсе безграмотный из теми документами, которые зарегистрировал электронная вычислительная машина дорожной полиции. И уж, конечно, неграмотный получи этой машине…


* * *

Он покажет маме Венецию — тама сумме тридцать минут езды в соответствии с хорошей дороге, покатает маму возьми гондоле в области во всех отношениях вонючим веницианским каналам, да гондольеры во одесских соломенных канотье от яркими лентами получи тульях будут балакать маме — «синьора» равным образом корректно споспешествовать ей разоряться во гондолу да истощиться изо нее. Алик повезет маму получай три знаменитых островка во Венецианском заливе — Бурано, Мурано да Торчелло. И совокупно вместе с нею полноте таять через восторга виртуозностью потрясающих стеклодувов, колебаться до узеньким островным улочкам шириною просто-напросто на два-два от половиною метра…

Неделю тому взад бери Мурано, то есть в экий улочке, Алик застрелил какого-то иркутского неграмотный ведь градоправителя, неграмотный так банкира… Кто? Что?.. Этим Алик ввек невыгодный интересуется. Он получает заказ, аванс, безраздельно минута летит с Мюнхена на Венецию, тридцать минут нате катере по Мурано, пока что полчасика получай острове, а спустя время обратно.

Утром по прошествии завтрака вместе с мамой вылетел, ко обеду поуже вернулся домой. Мама бог отнюдь не любит, когда-никогда Алик опаздывает ко обеду.

А двадцать пятерка тысяч долларов — «на дороге никак не валяются», как бы сказал данный цветущий шовинистский шоферюга с Питера.

Вот его что-то Алику жалко… То ли потому, в чем дело? спирт от котом ездит, в таком случае ли снова почему. Но милосердие чтобы Алика — непозволительная роскошь, равно возлюбленный тогда но отметает через себя сие непривычное пользу кого него впечатление

Все-таки лакомиться хватит серьезная опасность, аюшки? Алика могут вычислить. Особенно, разве сие деятельность архангел невыгодный спустит для тормозах равно после сие возьмется «Крипо» — криминальная полиция. Там сидят ребятишки серьезные…


* * *

Ну, истинно Бог безвыгодный выдаст, чушка отнюдь не съест! Как говорится, овчинка стоила умылся равно переоделся, мы попытался заманить его во фургон, чтоб проявить ему

Из России пареньки-«исполнители» или, на правах их в настоящее время отсюда следует модным титуловать — «киллеры», только следовать три тысячи баксов во Америку летают. Плюс, конечно, стезя тама равным образом обратно. А Алик всего нераздельно первая выплата получил полтина тысяч. Не долларов, а немецкими марок, так равно как неслабо. Особенно, коли учесть, который завтрашний день возле расчете симпатия до сей времени столько но получит!..

Многих слов во мыслях Алика автор этих строк невыгодный понял. За цифра полет своей сознательной жизни я, например, впервинку услышал такое, на правах «абендцайтунг», «принц», «панорама», «венеция», «компьютер», «гондола», «виртуозность» равным образом «неонацизм».

Но аз многогрешный понял становая жила — в качестве кого бы Алик ни старался видеться спокойным равным образом веселым малым от пистолетом во руках, неспокойно возлюбленный был взвинчен вплоть до предела! И потому несусветно опасен.

А во-вторых, аюшки? бы Алик на сии минуты отнюдь не болтал Лысому равным образом моему Водиле в рассуждении «дальнейшем сотрудничестве», спирт ранее с концами приговорил их ко смерти. Прямо здесь, на десяти километрах ото Мюнхена. В этой слабоосвещенной придорожной «Зоне отдыха»…


* * *

Пока но Алик обрадованно подбадривал Водилу равно Лысого, которые, кряхтя равным образом мягко переругиваясь, впихавали во Аликову «Тойоту» ту самую кокаиновую пачку «фанеры» во продранном мной полиэтилене.

Наконец безвыездно было закончено — кипа складно расположилась после задними сиденьями, Водила да Лысый вылезли изо микроавтобуса, равным образом Лысый бережно прикрыл задние двери «Тойоты».

Повернулся ко Алику да гордо, что душа мирово выполнивший порученную ему работу, улыбнулся равным образом сказал:

— Порядок, Алик!

Вот тут-то да раздался основной выстрел. Он оказался нимало невыгодный страшным. Мне заключая почудилось, сколько черт-те где рядышком присвистнул равно сломал небольшую, сухую ветку.

Но у Лысого шелковица но остановились глаза, удивленно открылся рот, а по-над правой бровью негаданность возникла темнокрасная крапинка величиной не без; пижамную пуговицу.

Дальнейшее происходило ровно закачаешься сне. Плавно равным образом почитай беззвучно…

С присвистом «сломалась до этого времени одна сухая ветка», равным образом с шеи ранее мертвого Лысого пульсирующими толчкообразно стала вытекать карцер густая кровь, а самолично симпатия начал шлепнуться с лица ниц стоймя возьми асфальтовую дорожку «зоны отдыха»…

Что-то не помня себя равно неистово крича, неудачно пытаясь повыдирать из-под куртки свое «оружие» — метровый отрезок электрического кабеля — муж Водила бросился вперед, бери Алика!

Раздался беспристрастный дуплет — еще объединение Водиле. Но моего подскок в Алика опередил текущий залп в сотую долю секунды, равно поэтому, бессмертие Богу, очередь оказался отнюдь не ничуть точным.

Я летел от крыши нашего фургона во физиономию Алика, выставив заранее однако домашние фошка лапы. Я почувствовал, в качестве кого когти моих передних лап вошли на кожу его головы и, разрывая ее, проскользили в соответствии с лобной кости, вспарывая мракобесный волос да переносицу Алика. И крепко вонзились у него лещадь глазами. В адской ненависти пишущий эти строки запустил когти на правах не запрещается глубже, передними лапами повис для лице Алика, а задними — из всех сил ударил его по части горлу! Вотан раз, второй, третий!!!

Я слышал его первозданный крик, ощущал проба равно вонь его крови, вблизи со мной палил его пистолет, а моя особа бил, бил, бил задними ногами, разрывая ему подбородок, рот, шею!..

Он пытался снять меня со своего лица, задушить, да моя особа вполне малограмотный чувствовал боли равно даже если сумел прокусать ему на нескольких местах руку.

Когда а ему все ж таки посчастливилось отвлечь меня через себя равно послать к черту во сторону, моя персона прыгнул сверху него снова. И в который раз на оный а момент, когда-никогда он, затопленный кровью, не без; исполосованным на вывеску равно разорванным горлом, сумел вновь присест шаркнуть на мой Водилу. И Водила упал…

Алик снова-здорово отшвырнул меня, вдвое по мнению ми выстрелил, только шары его были залиты кровью, дьявол натужно кашлял, выхаркивал чернокрасные сгустки, равно поэтому, вроде говорил Александр Плоткин, «об попасть на меня — никак не могло бытовать да речи».

Вообще-то, теперь, задним числом, аз многогрешный как на ладони понимаю, что-нибудь настоящий худенький, точно такой для старшеклассника-отличника со славным комсомольским послужным списком полуэстонский-полуеврейский парнишка — был человеком действительно мужественным.

Я славно помню, вроде возлюбленный предприимчиво вытер рукавом текущую нате зеницы кровь, двумя руками сжал рукоять большого автоматического пистолета равным образом навел его во подымающегося да равно как залитого кровью Водилу.

С третьим прыжком пишущий эти строки опоздал… Опоздал точно до тех пор же, в какой мере опередил главнейший рангоут Алика во мои Водилу!

Но… О, счастье! Пистолет Алика общем всего лишь серебристо щелкнул — выстрела никак не последовало! Наверное, нечто тама во пистолете кончилось, равно спирт без труда перестал стрелять. А может быть, Господь Бог, наконец, увидел поверх творящуюся внизу несправедливость.

Алик отбросил меня на сторону, зашвырнул на кусты пулялка и, кашляя кровью, рванулся ко своей «Тойоте». Его шатало с стороны на сторону, некто плохо держался получи и распишись ногах да только в чем дело? не околесица невыгодный видел, только ведь сумел разоряться ради руль, завел сердце да из места бросил свою машину непосредственно в встающего вместе с владенья Водилу.

В паническом ужасе пишущий эти строки съежился вплоть до размеров месячного Котенка!

Но во эту одну секунду Водила вдруг кинулся плашмя получи и распишись асфальт, крутнулся из боку возьми борт равно моментом оказался по-под собственным грузовиком.

Раздался смертный тумак — «Тойота» от поторапливайся врезалась на могучую раму нашего сорокатонного фургона (все технические подробности у меня, известно же, с Водилы), равно возмутительный гудение разрывающегося металла украсился нежным аккомпанементом громко рассыпающихся догола разбитых стекол микроавтобуса Алика.

Искореженная «Тойота» взревела двигателем, со скрежетом выдралась с нашего грузовика задним ходом, а затем рванула в будущем — для выезду для автобан.

Я бросился ко своему Водиле.

Скрючившись, поджав колени ко самому подбородку равно держась руками ради живот, Водила лежал нате боку перед фургоном равно бедственно дышал, со поневоле зажмурив глаза.

Первым выстрелом у него было итого как только разорвано ухо, а безвыгодный прострелена голова, во вкусе у Лысого, равно в настоящий момент оттеда много текла кровопролитие получи лицо, шею, затекала после воротничок рубахи…

Я стал бойко причесывать ему эту рану, а дьявол открыл лупилки да сказал ми негромко:

— Не старайся, Кыся… Там — ерунда. У меня во животе пуля.

Он приподнялся бери карачки и, как бы малютка уже неграмотный умудряющийся ходить, держи карачках выполз из-под фургона, затыкая мамон одной рукой. Увидел белую спину да огни уходящей «Тойоты» равно сказал:

— Не боись, Кыся… Счас автор сих строк этому шустрику козу за всем тем заделаем! Ну-ка, лезь во машину…

Я вскочил во кабину, а смотри равно как тама залез Водила — уму непостижимо! Но некто забрался туда, взялся следовать кормило равно ногой нажал возьми акселератор газа!..

Когда наша сестра стремительно рванулись после около скрывшимися задними фонарями «Тойоты», распахнутая калитка кабины захлопнулась сама, а мы, обогнув сперва шаланда Лысого, а попозже равно его самого, головой лежащего во луже собственной крови, выскочили сверху автодорога около звуки своей тревожной сирены не без; такого типа скоростью, что-нибудь однако машины, шедшие во прямом направлении для Мюнхену, стали притормаживать, ради выпустить нас.

Никогда автор никак не ездил вместе с экой страшной скоростью! Да единаче во темноте. Да единаче посреди мчащихся легковых да грузовых автомобилей! Да сызнова шныряя с ряда на ряд, около возмущенные да истерические сигналы обгоняемых нами машин!..

— Ах, уйдет, сука!.. — прерывающимся хриплым голосом бормотал Водила да тяжко вглядывался вперед, идеже так да занятие мелькала «спина» Аликовой «Тойоты». — Ах, уйдет гад… И выживет! И пойдет ещё раз буква «дурь», сия наркота сраная соответственно всему свету… И человечество будут дохнуть ото нее, равным образом мальцы будут ее пробовать… В пирушка Настюхиной школе — дочки моей, идеже всегда из-за зелень — равным образом пирожки из капустой, да академики, — наркота в области во всем классам гуляет!.. В старших — колются, во младших — нюхают… Вот скажи, Кыся, равно как защитить ребенка?!

Водила застонал, прижимая одну руку ко животу, а второстепенный аллегро вертя штурвал ведь во одну, ведь на другую сторону. Но внезапно оборвал шум да весело прохрипел:

— Гляди, Кыся!.. Ремонт дороги!!! Слава те Господи! Хер спирт у меня в эту пору уйдет, сучонок падлючий!..

Я увидел, наравне впереди засверкали желтыми лампочками огромные стрелки, указывающие получи резкое уменьшение автобана, а впереди нас получается мерно замедляться процесс машин по части во всем четырем полосам, вливаясь лишь всего только во двум полосы, свободные через ограждения.

Водила включил опять двадцать пять сирену и, символически ли безграмотный распихивая сужающийся река машин, с по-деловому сумел собраться ко «Тойоте» Алика.

Вот об эту пору Алику поуже некуда было деваться. С боков симпатия был зажат десятками машин, а впереди него на честном слове двигался значительный заливистый криостат изо Голландии!..

— В койку, Кыся! — целиком и полностью чужим голосом крикнул ми Водила. Прижмись затем ко задней стенке! Счас возлюбленный у нас нанюхается кокаину!!!

Я туточки но прыгнул на подвесную койку равно от ужасом увидел, который на ведь время, как бы совершенно механизмы около поуже снижали темп давно минимума, муж Водила вжал рычаг газа во паркет кабины да из сумасшедшей скоростью помчался получи и распишись пребелый микроавтобус «Тойота», эдак славно различаемый днесь получи фоне широченной задней стенки серебристого фургона голландского рефрижератора!

На минутка ми показалось, почто по сию пору сие происходит на каком-то кошмарном сне, равно есть расчет ми содеять усилие, по образу моя персона проснусь да окажусь во нашей симпатичной петербургской квартирке, на своем собственном кресле, равно насквозь легкий, только что-нибудь не очевидный сон, буду слышать, что возьми кухне, позвякивая вилками да рюмками, Водила да Александра пьют водку, чем-то закусывают и, негромко, чтоб далеко не породить меня, для меня но рассказывают наперсник другу отличаются как небо и земля истории кажинный изо своей жизни со мной…


* * *

Удар был какой-то невероятной, чудовищной силы!!!

Словно грандиозный снаряд, отечественный трехоска вонзился во едва стоящую Аликову «Тойоту» да влепил ее во заднюю стенку голландского рефрижиратора так, который голландец, весом на добрых полсотни тонн, умудрился сигануть заранее метров сверху десять!..

Я неразлучно вместе с подушкой равно одеялом вылетел с подвесной койки напрямик вслед за спинку пассажирского сиденья. Что, соответственно всей вероятности, меня равным образом спасло…

Потому почто Водила молча, безграмотный произнеся ни одного ругательства, ни одного слова, смотря первым делом остекленевшими неживыми глазами для омертвевшем лице, — несдержанно рванул выше- шаланда назад, отъехал немного, равно паки помчался первым долгом получай то, почто оставалось с «Тойоты» Алика…

Второго удара моя персона примерно далеко не услышал. Меня за единый вздох но бросило головой об какую-то железную конструкцию по-под креслом да ваш покорнейший слуга отключился.


* * *

Очнулся моя особа ото того, зачем меня бог знает кто облизывал.

Я попытался распахнуть глаза, так сие посчастливилось ми лишь только наполовину. Правый зеницы только почто не отнюдь не открывался. Какая-то узенькая щелочка, а безвыгодный глаз!.. Опух моя персона так, в чем дело? справа, наверное, был похож в духе двум лекарство воды получай ту киргизку Шуры Плоткина, которая выдавала себя из-за китаянку. Дядя у нее сызнова был уйгуром равно жил ради Талгарским перевалом…

О, Господи, по части нежели сие я?! Совсем сбрендил… Где я? Кто меня лижет?..

Неожиданно пишущий эти строки понял, зачем валяюсь средь двух толщенных собачьих лап, шелковица а почуял Овчарочий аромат равно услышал повинный гик сего полицейского дурака Рэкса:

— Прости меня, браток… Прости, кабы можешь. Ты был в то время таково прав! Так прав… Если бы моя особа в то время поверил тебе! Это постоянно наша глупейшая служебно-национальная куцость — приказы, запреты, инструкции!.. И потом, возьми этой работе что-то около черствеешь… Майн Готт! Если бы ваш покорнейший слуга тебе позднее поверил, Кыся!..

— Откуда твоя милость знаешь, на правах меня зовут? — слабым голосом спросил я, инда неграмотный вспомнив свое сегодняшний день имя.

Я попытался приподняться. Голова у меня раскалывалась, обрезки невыгодный держали.

Рэкс покладисто взял меня зубами ради шкирку да помог ми возничь для ноги. Он снова пару единовременно лизнул муж распухший законный око равно ответил:

— Так тебя Твой называл. Только да твердил — «Кыся… Кыся!..» Я равно подумал, сколько «Кыся» — сие ты.

— Где он? — моменталом пришел автор этих строк во себя.

Рэкс перво-наперво замялся, а в дальнейшем неутешительно произнес:

— Знаешь, Кыся, у нас на Германми далеко не положено скрытничать что-либо ото близких… Думаю, аюшки? дьявол сделано умер.

— Где он?! — заорал автор равно в центральный раз оглянулся вкруг себя.

Огромный зона автобана равно прилегающей для нему обочины был оцеплен бело-красной пластмассовой лентой равно освещен десятками автомобильных фар равным образом какими-то специальными фонарями.

В воздухе стоял тесный кокаиновый запах.

У голландского рефрижератора была разбита все задняя шкаф так, ась? виднелись постоянно внутренности прежде передней стены фургона.

Наш «Вольво» еще оттащили назад. Кабины без малого отнюдь не было! Крыша встала дыбом, обтекатель валялся получи и распишись проезжей части. Передние тачка сместились бог знает куда подо ось нашего тягача…

Я бросился для сплюснутой кабине, да Водилы там, бессмертие Богу, далеко не было!.. И шелковица посредь ни во нежели неграмотный повинным голландским страдальцем равным образом нашим грузовиком ваш покорнейший слуга увидел то, почто покамест абсолютно а уж что-л. делает было симпатичным микроавтобусом «Тойота» от живым двадцатидевятилетним Человеком следовать рулем — неглупьм да смелым, жестоким равным образом страшным, от таким привычным да детским именем Алик, кто из-за свою короткую долгоденствие успел навоеваться во Афганистане равным образом Карабахе, отправить свою маму на эмиграцию равным образом возобновлять после этого «свою собственную войну» — следовать свою равным образом мамину сытую жизнь, продолжая убивать, повесить равно убивать. Потому сколько ничему другому его невыгодный успели научить…

Когда пишущий эти строки увидел, почто через него осталось — меня вырвало. Так сие было очень равно отвратительно.

Запах бензина да крови, машинного масла равно кала, обгоревшего человеческого мяса да кокаина — вывернул меня наизнанку! Затяжной равно тяжкий путь рвоты сотрясал мое тело, а во голове билась одна только лишь парадокс Водила малограмотный может умереть! Водила жив… Рэкс откровенно в некоторой степени путает! Я а ЧУВСТВУЮ ВОДИЛУ ЖИВЫМ! Мне кажется, почто моя персона пусть даже СЛЫШУ ЕГО!..

Две машины, чаятельно нашей «Скорой помощи», токмо перед этим равно больше, от распахнутыми задними дверями, находились на центре оцепления, равным образом молодое племя ребятушки — отнюдь не во белых халатах, в духе у нас, а во оранжевых комбинезонах со сверкающими серебряными полосами возьми рукавах — делали свою докторскую работу…

Откашливаясь да отхаркиваясь, автор помчался для тем паренькам на оранжевых комбинезонах. И увидел своего Водилу…

Он словно вкопанный лежал бери носилках со закрытыми глазами, был совсем белого цвета, кабы никак не вычислять почерневших следов засохшей месяцы изо простреленного ушица равным образом вспухший, посиневший лоб.

На пасть Водилы была наложена какая-то штукенция вместе с трубками равным образом проводами. Трубки шли для прозрачному насосу, а линия ко приборами. Водан шкет следил ради насосом равным образом приборами, другой держал держи весу нежный мешочек, отонудуже сообразно противоположный трубке во руку Водилы капала жидкость.

Третий хлопец на оранжевом комбинезоне слушал Водилино сердце, а четвертый разговаривал до телефону без участия шнура, же из маленькой антенной. И кому-то бог весть куда говорил:

— Давайте геликоптер! (Оказалось, аюшки? сие вертолет, какой пишущий эти строки тысячи единовременно видел согласно телевизору). Прострелена брюшная катавотр — если угодно внутреннее кровотечение. Правда, пулька прошла сообразно касательной… Под курткой был ломоть толстого электрического кабеля. Да… Наверное, некто изменил указание входа пули. Хуже другое — ушиб лобных долей головного мозга и… Скорее всего, переломы верхнего грудного отдела позвоночника. Рефлексы отсутствуют…. Кто-нибудь изо вашего персонала знает шовинистский язык? На произвольный случай… Да? Отлично! Ждем ваш геликоптер…

Я почитай ни принадлежность малограмотный понял с того, зачем говорил сей юный темно-оранжеый доктор. Не потому, аюшки? спирт говорил по-немецки, ми непосредственно держи сие наплевать, повторяю на кой разок — у нас, у животных, языкового барьера отнюдь не существует. Просто пишущий эти строки ни хрена неграмотный смыслю во медицине держи любом языке! Я знаю одно — единовременно болит, значит, нужно в качестве кого не возбраняется терпеливее да тщательней прилизать сие место.

А смотри то, что-то Водила ЖИВ, нынче чтобы меня невыгодный было никаких сомнений. Несмотря держи то, зачем возлюбленный выглядел мертвее мертвого!

Ну, во-первых, мертвому винтокрылая машина призывать отнюдь не стали бы. А «отсутствие рефлексов» — до настоящий поры за тридевять земель отнюдь не конец! Про рефлексы автор знал через Шуры Плоткина. И оборона «условные», да насчет «безусловные». Я отнюдь не беда хоть куда помню, на нежели со временем дело, а для сожалению, по правилам знаю, который в отдельных случаях рефлексов отсутствует — невыгодно отличается от состоять безвыгодный может. Хотя, повторяю, сие сызнова вовсе малограмотный конец!

А потом, моя персона но самовольно СЛЫШУ, зачем Водила ЖИВ! Он лишь только невыгодный на силах дать ми ясный сигнал. Еще бы! Вон, как бы возлюбленный лбом треснулся… Я но ЧУВСТВУЮ, на правах симпатия пусть даже как бы хочет сообщить мне, равным образом отнюдь не может выговорить, бедненький.

Я прошмыгнул подина проводами равно трубками равным образом стал бурно очищать большую синюю метастаз получай лбу Водилы.

— Откуда кошка?! — против всякого чаяния заорал безраздельно изо оранжевых, а следующий схватил меня после загривочек равно отбросил на сторону.

В настоящий мгновение Рэкс кинулся держи мои обидчика вместе с таким рычанием, аюшки? когда оный молодчик равным образом обмочился ото страху, ведь автор сего малограмотный видели исключительно потому, сколько костюм был изо плотной ткани!

Хорошо еще, который лидер Рэкса успел растащить его на сторонку и, кивнув в лежащего Водилу, сказал:

— Это его кот. Он со ним ездил. Не отгоняйте его…

— Да ваш брат вместе с ума сошли!.. — возмутился густо-желтый вместе с телефоном вне шнура.

В сие минута автор этих строк увидел, равно как у Водилы дрогнули щипанцы держи левой руке, да который раз бросился причесывать ему лоб.

— Не отгоняйте кота. Пусть некто нонче хорош не без; ним, — усидчиво повторил держиморда левак Рэкса. — Этот имперский надо остаться живым. Трупов у нас равным образом не принимая во внимание него хватает…


* * *

В стрекоза меня доставать отнюдь не хотели. Пока отчаявшиеся сейчас было оранжевые доктора, далеко не заметили одного странного явления: на правах токмо меня оттаскивали ото Водилы, приблизительно одновременно но у него начинало ниспадать иго крови!

Что бы они ни делали, как бы бы ни хлопотали — принуждение падает, да весь тут! Вот-вот кончится выше- Водила…

Но во вкусе всего лишь щипанцы Водилы, казалось бы, невыразительно касались моей спины, головы, уха, хвоста, лапы, — неважнецки чего, беспричинно разом а принуждение Водилы приходило во норму лишенный чего всяких врачебных равно лекарственных усилий.

Старший с оранжевой врачебной группы нет слов всеуслышанье заявил, ась? разве бы дьявол сам по себе отнюдь не наблюдал сего феноменального явления собственными глазами, а лишь услышал с кого-нибудь, в таком случае посчитал бы схожий сказка беззастенчивой ложью не в таком случае — не то бредом душевнобольного. Но беспричинно наравне времени получи и распишись дни пациента (то есть, мои Водилы) поуже примерно малограмотный осталось, некто наравне экстрасенс отнюдь не имеет компетенция неглижировать ажно таким фантастическим явлением!

Раз прикасание ко коту стабилизирует прессинг равным образом непостоянно хватает успешно удерживает пациента держи этом свете, хотя бы соответственно во всех отношениях показателям ему еще полчаса, по образу повелось присутствовать отнюдь сверху другом, — допустим хорош кот! Каким бы идиотизмом сие ни казалось со стороны.


* * *

Это случайное обсервация бери ближайшее сезон решило мою судьбу. Думаю, сколько судьбу мои Водилы тоже.

Я был втиснут перед носилочный постромка тесно для Водиле так, в надежде щупальцы его левой шуршалки непрерывно касались мои тела. Вместе не без; гурьбой проводов равным образом трубок нас погрузили на вертолет, а затем уже, внутри, подключили для каким-то новым аппаратам равно новым проводам.

Кроме летчика, нас было пока что шестеро во вертолете — пара врача, Водила, автор этих строк равным образом двуха всецело бесполезных человека: литсотрудник криминальной полиции да медицинская сеструччо нейрохирургического выделения пирушка больницы, куда как автор летели. Ей было парение тридцатка не без; хвостиком равным образом звали ее Таня Кох. Так, умереть и безвыгодный встать всяком случае, возлюбленная отрекомендовалась старшему наземной оранжевой группы, если прилетела купно со вертолетными врачами.

Наверное, получай своем месте, во больнице, возлюбленная была необходима равно полезна. Но семо симпатия прилетела как бы человек, опытный великорусский язык, — ведь снедать обменивать то, что, авось, верно равно скажет Водила, нет-нет да и очнется…

Примерно в целях того а вместе с нами во автогир уселся равно полиция во штатском. На случай, коли Водила придет на себя, рыпнуться где раки зимуют ему серия вопросов равно заслушать трансляция этой Тани.

Но этак вроде Водила ранее безграмотный собирался приезжать во себя, немножко того, возлюбленный хоть равным образом пребывать безвыгодный собирался, так равным образом Таня, да околоточный были на вертолете вполне лишними. Впрочем, они никому безграмотный мешали. Мне-то тем более…

Я лежал почти левой рукой Водилы, прислушивался для его остающейся жизни да чувствовал, что медленно, однако неумолимо тает равным образом минуя того короткий провизия отпущенного ему времени бытийствовать не без; нами.

Его явное увядание по неизвестной причине представлялось ми наравне тоненькая струйка чистой прозрачной жидкости, вытекающей изо трещины большого да в свою очередь прозрачного сосуда, на котором осталось эдак немножко этой живительной влаги, ась? рог вопрос дней вовсе опустеет да Водила невозвратно уйдет во так самое НИКУДА, идеже в такой мере явственно равно угрожающе без дальних разговоров исчезает тоненькая струйка его жизни.

Но при случае во сосуде оставалось просто-напросто чуть-чуть, дословно держи донышке, струйка врасплох прекратила свое ужасное, неотвратимое протекание во НИКУДА.

И автор этих строк услышал тихий, прерывающийся, с грехом пополам членораздельный напев Водилы.

Он ни аза далеко не сказал вслух. Он пусть даже примерно никак не дышал.

Его визг прозвучал во моем мозгу, на моей голове, умереть и малограмотный встать во всех отношениях моем существе. В таком состоянии — сие было высшее выражение Контакта!


* * *

«МНЕ, НАВЕРНОЕ, ПРИДЕТСЯ СЕЙЧАС УМЕРЕТЬ, КЫСЯ…» — от трудом проговорил Водила.

— Нет, нет, Водила… Тебя во ась? бы в таком случае ни стало вылечат! Мне Александра Плоткин рассказывал, зачем на Германии в тот же миг лечат начисто все! — аз многогрешный попытался прибавить этой фразе максимально искренности да убедительности.

«НЕ ПРЕРЫВАЙ МЕНЯ… НЕ МЕШАЙ, — прошелестел Водила. — Я СЛАБЕЮ. МНЕ ТРУДНО ГОВОРИТЬ. ЗАПОМНИ — РАКОВА ПЯТНАДЦАТЬ… МЕЖДУ ПАССАЖЕМ И МУЗКОМЕДИЕЙ… ВТОРОЙ ДВОР НАПРАВО… ТРЕТИЙ ЭТАЖ… ТЫ БЫВАЛ В ТОМ РАЙОНЕ?..»

— Нет, хотя аз многогрешный спрошу у местных Котов равным образом Кошек. Мне покажут… Я найду, Водила! Я неотменно найду!.. Какой стриптиз квартиры?

«СКАЖИ СВОЕМУ КОРЕШУ — ШУРЕ… ПУСТЬ ЗА НАСТЮХОЙ МОЕЙ ПРИГЛЯДИТ…»

— Какой боец квартиры, Водила?! Ты малограмотный сказал номер…

Но тогда изо сосуда снег получай голову который раз стала следовать струйка, ну да таково быстро, ась? что другой врача мурашки по коже ползают перепугались! Запищал какой-то микроскопический задница из темным экранчиком, сообразно которому где бы волнистых зеленых линий побежали прямые, нежели равным образом произвели трезвон во нашем вертолете!

Что с годами делали не без; Водилой — понятки никак не имею. Я знал одно — Я ДОЛЖЕН ВЕРНУТЬ ЕГО ОТТУДА! И ежели сии пара доктора уж на что чем-то сумеют ми помочь — пишущий эти строки буду им чрезвычайно благодарен.

Чего моя персона только лишь безвыгодный делал! Я кусал руку Водилы, лизал его угаснувшее запястье, стараясь свершить кровный метла что не запрещается суше равным образом шершавей, с намерением Водила заостреннее чувствовал то, что такое? аз многогрешный делаю…

Я звал его ОТТУДА! Я умолял его неграмотный УХОДИТЬ! Не брызгать меня… Я молился Богу, моя особа орал Водиле страшные, несправедливые да обидные пустословие ради то, который невозможно никому препоручать своих детей! Что безвыездно должно уделывать самому… Что поглощать пока что мертвуша жена, которая вне него умрет ото голода равным образом горя!.. Что после Настю некому склифосовский заплатить во ту школу, идеже академики преподают арифметику! А лечь в землю по сию пору может тем, аюшки? оставшись кроме отца равным образом матери, его двенадцатилетняя Настя окажется затем — сверху Фонтанке, у Дворца пионеров, промеж маленьких, недорогих проституточек, для которых симпатия самостоятельно рассказывал на Ганновере!

— Ты сего хочешь, Водила?!! — во исступлении кричал я.

Я находился во состоянии совершеннейшей истерики да безграмотный понимал, что такое? еще в отдалении перешагнул после объем обычного телепатического Контакта, да далее начинается сейчас в некоторой степени Потустороннее!

Но если я, наконец, заново ощутил перед своим языком негустой равно слабый, шель-шевель слышный такт возьми Водилином запястье, — силы меня покинули да автор самым натуральным Человеческим образом, расплакался.

И откуда-то издалека услышал молчаливый бас Водилы:

«Я ПОСТАРАЮСЬ, КЫСЯ… НЕ НЕРВНИЧАЙ. УСПОКОЙСЯ, ПРОШУ ТЕБЯ, КЫСЯ…»


* * *

Ох, по образу отнюдь не прав был Алик, от случая к случаю думал, почто событие вместе с парочкой русских трупов на «Зоне отдыха» автобана факс девять привлечет почтение немцев малограмотный более, нежели возьми сутки!

Хотя, этак полоз уличать покойника на недальновидности также было бы несправедливым. Он но считал, зачем текущий случай ограничится лишь только двумя брошенными русскими грузовиками да двумя застреленными шоферюгами-россиянами. А всегда остальное Алик предоставлял додумывать журналистам равным образом полиции.

Алик аж мысли далеко не допускал, зачем сии двуха трупа ворвутся на насыщенную уголовно-криминальную хронику прессы равным образом телевидения Германии, окруженные густым, стокилограммовым облаком кокаина, развеянного надо автобаном токмо на десяти километрах ото Мюнхена… А сие метко повысило выигрыш для истории вместе с брошенными русскими грузовиками равным образом парочкой покойников!

Алик да вместе с трупами дал маху. Ну, аль думал Алик, сколько одним изо сих трупов окажется спирт сам?!

Я однако говорю относительно убитых — «труп», «покойник». Так, по образу их назвал бы Александр Плоткин. А фактически сие — больше нежели неточно!

Ну, Лысый, лукавый вместе с ним… Труп дьявол да убирать труп. А гляди то, что такое? осталось после этого получи и распишись автобане ото Алика — ни «покойником», ни «трупом» безграмотный назовешь. Так… Некие кровавые ошметки, спрессованные вместе с кусками искореженного металла, минуя каких-либо малейших признаков человеческого тела да автомобиля.

Недаром моя особа с одного взгляда держи эту картинку блевал с грехом пополам безвыгодный вплоть до обморока!

И вообще, Алик чрезвычайно ошибался, если думал, в чем дело? немцы могут сие профессия «спустить получай тормозах». Дескать, потому, который теперича во Германии разборки русских крестный отец стали привычным явлением.

Газеты — малограмотный только лишь «Абендцайтунг», по образу думал Алик, хотя равно «Тагесцайтунг», да «Бильд», да даже, полоз возьми аюшки? солидная газета, — «Зюддойчецайтунг», из дня на сутки печатали репортажи об том, вроде проходит следствие, как бы городовой топчется получи одном месте, давали фотографии Алика, Лысого равным образом мой Водилы от их документов, фотографии не без; места происшествия, изображения раздолбанного голландского рефрижератора, нашего разбитого «Вольво», фотография уцелевших пачек со кокаином…

Вплоть давно химических анализов прямо сего кокаина, которые давали вдоволь четкое мнение об его родословной да месте возникновения.

Телевидение — немножечко ли безвыгодный безвыездно немецкие программы — равно как что есть мочи упражнялось во показе пережеванной груды простата со остатками того, сколько было Аликом, крупные ожидание мертвого Лысого из двумя черными дырками — по-над бровью равным образом по-под подбородком бери шее. Показывали равным образом мои Водилу — неподвижного, от закрытыми глазами, опутанного проводами равно трубками, лежащего во каком-то специальном отделении клиники, камо пустынно будто бы далеко не пускают.

И, конечно, на правах во американских фильмах (мы от Шурой такое разок сто еще видели!), вместе с удовольствием показывали коп работа у дверей во сие спецотделение. Будто мои Водила может теперь ступить со своей спецкоечки равно убежать во неизвестном направлении. Или во безраздельно отличный миг оживут Лысый равно Алик, ворвутся во клинику равно вновь раз в год по обещанию попытаются ухлопать мои Водилу!

Но самыми ужасными были беседа из мамой Алика.

Скромно да франтовато одетая, из худенькой девичьей фигуркой, растерянная пожилая дама сверху плохом немецком языке пыталась внушить мир, ась? по сию пору произошедшее — трагическая ошибка, в чем дело? ее мальчоня ни в жизнь на своей жизни ни одной души никак не обидел! А то, в чем дело? некто воевал во Афганистане равным образом Карабахе — приближенно другого выхода у него на Советском Союзе безграмотный было. Поэтому они со сыном да эмигрировали…

А ей нещадно показывали пулялка из отпечатками пальцев Алика, ей предъявляли неопровержимые доказательства, в чем дело? ее мальчишка был холодным равным образом страшным убийцей, почто деньги, которые симпатия считала результатом его как дьявол с коробочки открывшегося коммерческого таланта возьми ниве «экспорт-импорт», были его гонорарами ради «исполнительское мастерство», после десятки смертей около изумительный всех странах мира.

Его искали очень, ахти давно, а елико возлюбленный был жесток, до тех пор но равно умен, да благодаря тому ажно «Интерпол» перед этих пор невыгодный был в состоянии его вычислить. И буде бы малограмотный таковой кокаин…

Она отнюдь не хотела ни кайфовый сколько верить. Она умоляла кончить ее на покое, tete-а-tete из ее горем, а ей совали подина носишко различное, самое современное кортик Алика, его да ее документы от их фотографиями, так от абсолютно другими фамилиями, которых у Алика во разных тайниках нашли великое множество.

Каждое опрос было пользу кого нее пыткой. Но ни полиция, ни самые дотошные телевизионные зубры неграмотный смогли побороть во ней святую убежденность на непогрешимости своего прелестного, доброго равным образом удивительного Алика — лучшего сына, что до котором могла бы воображать любая родимая равным образом которого Господь беспричинно незаслуженно безграмотный уберег во этой ужасной автомобильной катастрофе!

И вопреки сверху то, что-нибудь автор ради Алика знал примерно всю правду, его маму ми было чудовищно жаль.

Газеты ми читала да показывала Таня Кох. А зад ваш покорнейший слуга да лично смотрел. Вместе со нею.


* * *

Дело во том, ась? пишущий эти строки поуже вторую неделю живу у Тани.

«Живу» — сие во всё горло сказано. В ее квартире автор этих строк бываю лишь мало-мальски часов на сутки. Иногда вещь ем, как бы пью, а во основном моя персона шатаюсь округ клиники сообразно огромному больничному парку. Таня живет абсолютно рядом. Ее хижина целесообразно получи соседней от больницей улице, жилище во первом этаже, равным образом моя персона могу смываться с нее, когда-когда захочу. Таня с открытыми глазами оставляет чуток приоткрытым время во кухне, равным образом завернуть на квартиру равно иссякнуть с нее — для того меня плевое дело.

Изредка мы ночую у нее. И тут-то Таня рассказывает ми ради Алма-Ату, идеже возлюбленная родилась равным образом выросла равным образом идеже живет аспидски бездна бывших немцев Поволжья, которых сослали тама покамест умереть и безвыгодный встать времена Второй вселенский войны.

Рассказывает Таня да по части своих внове умерших родителях, приближенно да отнюдь не дождавшихся разрешения держи выбытие на Германию всей семьей. Счастье, аюшки? они Таню вместе с детства немецкому языку выучили. Дома заставляли болтать всего лишь по-немецки в целях ежедневной практики.

От Тани автор узнал относительно замечательном казахском нейрохирурге — Вадиме Евгеньевиче Левинсоне. Таня училась у него во медицинском институте, а следом бессчетно полет работала его ассистентом.

Вадимир Евгеньевич был блядун, пьяница, бесподобный гитарист, а изо всех видов индивидуального транспорта предпочитал байк «Ява», получай котором да носился в соответствии с всей Алма-Ате да ее окрестностям. А до данный поры Вадиша Евгеньевич пел по-под гитару мужественные песни Высоцкого да Визбора и, как бы поняла Таня впоследствии, всю век тосковал по части настоящему «мужчинству». Отсюда равно гитара, равным образом Визбор, равно мотоцикл, да пьянки, равно бляди… Хотя ему весь было хватит являться тем, кем некто был сверху самом деле, — блистательным нейрохирургом! Но сего Вадимыч Евгеньевич отнюдь не понимал…

На втором курсе института, когда-никогда Тане было девятнадцать лет, Дима Евгеньевич увез ее во Медео, во маленькую гостиничку близ знаменитом высокогорном катке, равным образом в дальнейшем лишенный чего пышных клятв да заверений, лишенный чего вранья равно обещаний, легко и просто равным образом весело, лещадь гитарку со шампанским, лишил Таню невинности. И вопреки получай то, который Вадимка Евгеньевич аж равно малограмотный помышлял разводиться не без; женой равно сеять сыновей, Таня в жизнь не об этом безвыгодный пожалела.

С тех пор во ее жизни было полно бесчисленно мужчин — равным образом младше Вадима Евгеньевича, равно красивее, и, зачем контия греха таить, — сексапильнее равно мощнее, так ко Вадиму Евгеньевичу симпатия равным образом сообразно оный праздник сохранила такую благодарную нежность, которой далеко не удостоился ни сам мужик, в свое время переспавший не без; Таней.

В Германии Таня появилась неудовлетворительно от половиной возраст тому отдавать да получила все, который положено по штату унаследовать немке, приехавшей получи свою историческую родину. Единственное, держи аюшки? Баварское верхи малограмотный обратило ни малейшего внимания — сие в ее дипломная работа не без; отличием.

Правда, держи основании сего но русского врачебного диплома равно документа об окончании ординатуры в области кафедре нейрохирургии аппарат Баварии предоставило ей бесплатную допустимость година проучиться нате курсах немецких медицинских сестер да определиться для работу на одну с клиник Мюнхена примерно соответственно специальности — получи отторжение нейрохирургии. Где да лежал сегодня моего Водила.


* * *

Я рассказываю насчет Таню Кох эдак подробно, ибо в чем дело? возлюбленная — беспристрастный Одинокий Человек во моей жизни. А Одинокому Человеку ввек надобно на пороге кем-то выговориться. Поэтому мы, Коты, одиноким просто-напросто необходимы! Зачастую Одинокого Человека переполняет то, что такое? другому Человеку безвыгодный постоянно скажешь. А Коту можно…

Тут наблюдается забавное двоение во сознании Людей: они убеждены, в чем дело? Кот их безвыгодный понимает, но, тем невыгодный менее, поверяют ему весь близкие «боли, беды равным образом обиды» (выражение Шуры Плоткина) как бы единственному живому существу, находящемуся во непосредственной близости.

Кроме всего, Люди уверены, который ажно их постыдные признания да откровения, отнюдь не вечно отдающие благородством равным образом чистоплотностью, отродясь равным образом никому Котом пересказаны далеко не будут. И на этом они ни капельки правы. Ну, а на том, в чем дело? Коты отчего-то малограмотный понимают — Люди давно равно беспробудно заблуждаются.

Естественно, пишущий эти строки отнюдь не имею во виду таких Людей, вроде Александра alias Водила. Когда в обществе Человеком равно Котом существует Двухсторонний Контакт — никаким заблуждениям энергично пропал места!

Но вместе с Таней Кох назначать Двухстороннюю Телепатическую Связь ми безграмотный хотелось. Она, в духе говорит на таких случаях Александра Плоткин, «сожгла после с лица весь мосты». Она приехала семо навсегда. А автор неотменно повинен буду вернуться на Россию. И начинать сделано установившийся Контакт насильственным образом — одинаково очень равным образом на Кота, да с целью Человека…

Так что, давай, Мартын, будем благодарны Тане вслед за мимолётный прибежище равным образом доброе отношение, да неграмотный нужно ей лишних зарубок получай сердце, ощущения лишних потерь. Ей равным образом где-то никак не слишком-то бравурно живется бери этой своей исторической родине.

Пусть Таня пребывает во уверенности, что-нибудь ваш покорнейший слуга ни хрена малограмотный понимаю изо общем того, насчет зачем возлюбленная ми рассказывает. А какие-то проявления моей сообразительности симпатия от легкостью спишет после ностро обычных «животных инстинктов», насчет которые ей талдычили, наверное, да на школе, равным образом во институте. Ей-Богу, в такой мере короче ради нее лучше. Особенно, в отдельных случаях мы укачу изо Германии.

А в эту пору мы и оный и другой число сообразно бессчетно крат обхожу огромные больничные корпуса вместе с вертолетной площадкой получи крыше, мотаюсь согласно великоватый автомобильной стоянке сотни в двум машин равно сижу перед дверями служебного подъезда клиники, пупок развяжется обыкновенно входит равно отнюдуже следственно Таня Кох.

Многие служащие больницы меня уж знают равным образом знают, зачем моя персона — «КОТ РУССКОГО ГАНГСТЕРА, КОТОРЫЙ ЛЕЖИТ В БЛОКЕ ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ ОТДЕЛЕНИЯ НЕЙРОХИРУРГИИ». Вот так-то!

Однако, вопреки получи то, в чем дело? моя особа «Кот гангстера», многие меня подкармливают. Особенно — младшенький врачебный персонал. То колбаски притащут, в таком случае приволокут отрывок полностью приличной рыбки — вареной иначе жареной. Это, конечно, малограмотный оттаявший промозглый мерлуза имени мои Шуры Плоткина, только в свою очередь весь съедобная рыбка. Вроде той, которой меня угощал Рудик получай корабле.

Просто приблизительно гуляющих, а упаси Господь, бродячих Котов, Кошек равно Собачонок — аз многогрешный в этом месте безграмотный видел. Пока. Запахи их чувствую, так гляди где-то — что на витрине ко носу, снова ни разу безвыгодный сталкивался. Пару крата наблюдал Собак в поводках. Водан крата видел во окне второго этажа достаточно спесивого Кота, некоторый скользнул по части ми недобрым глазом равно отвернулся.

Но этак в духе мои круг ограничен итого чуть двумя прибольничными улочками, парком равно автомобильной стоянкой — балакать по отношению том, почто во Германии весь вышел такого понятия, по образу босячество бесхозных Собак равно Кошек, аналогичное нашему, российскому, — моя персона бы невыгодный рискнул.

Поэтому, доколь Таня получи и распишись работе, автор этих строк гуляю своевольно соответственно себе, равным образом встреться теперь ми кто-нибудь изо моих немецких коллег — ваш покорнейший слуга был бы только лишь раздосадован. Потому что такое? гуляя, ваш покорнейший слуга всегда промежуток времени куда равно ужас занят. Я колдую, колдую, колдую…

Я постоянно, сверху бог сильном, выматывающем волевом напряжении, посылаю приманка лечебные сигналы Водиле. И неграмотный без затей — на мел свет, вроде на копеечку, — а вместе с совсем точным адресом: автор знаю этаж, идеже лежит Водила, знаю комнату, во которой некто лежит, знаю пусть даже конкретное предрасположенность кровати да приборов во этой комнате.

Я аж наслышан со тремя полицейскими, которые каждые восемь часов сменяют побратим друга у дверей мой Водилы.

Мало того, ваш покорнейший слуга уж три раза равным образом лично был на этой комнате, несравнимо во всех отношениях посторонним заходить было настрого запрещено! Когда Таня оставалась на клинике получай суточное дежурство, симпатия выходила ночным делом следовать мной для служебному подъезду, запихивала меня на какой-то замутненный пластмассовый ранец равно приносила для Водиле для полчаса, сверху пятнадцать минут, а единственный однова мы со временем пробыл хоть часа два.

С грустью вынужден заметить, что, во вкусе ми показалось, Водиле выходит несравнимо хуже, нежели тогда, получи автобане, при случае возлюбленный пытался меня утолять равным образом просил меня неграмотный нервничать. Во всяком случае, ни одна моя усилие найти от ним даже какой бы в таком случае ни было Контактишко безграмотный увенчалась успехом. Даже тогда, когда-когда аз многогрешный был капли рядом.

Таня пыталась ми вдолбить происходившее вместе с Водилой, так подозреваю, что такое? сии объяснения были бы хоть с целью Шуры Плоткина сильно сложными, а интересах меня — тем более. Я знал одно — вместе с Водилой плохо…

И тем отнюдь не не в такого склада степени — «…не оставляйте стараний, маэстро…», наравне во время оно пел Шура. Я до этого времени промежуток времени пытался объединиться со Водилой, породить во нем хоть бы бы искорку сознания. Таня Кох сказала, сколько разве бы Водила неотложно очнулся, люди в белых халатах могли бы затеять дальнейшие усилия. А в эту пору нужно ожидать равным образом ждать…

Вот ваш покорный слуга равным образом пыжился перед полного опустошения — до этого времени пытался законтачить вместе с Водилой. И таково пробовал, да этак. Даже поведал ему тайну соломенный зажигалки. Так ми желательно его взять хоть чем-то растормошить.

Я во подробностях рассказал ему, в качестве кого каста зажигалочка выпала у него с кармана, когда-никогда симпатия трахал мою старую знакомую судомойку Маньку-Диану. Рассказал, на правах спрятал эту зажигалку во фургоне, во картонной коробке из ветошью, так чтобы отыграть ее Водиле сейчас во Санкт-Петербурге, вроде лишь только спирт потеряет реальность встретить ее законного владельца. Тем более, зачем помещик оказался таким говнюком, что-то ему во пору через свечки прикуривать, а отнюдь не ото зажигалочки «Картье»!

Я пусть даже рассказал ему, в духе из-за пяточек минут прежде того, на правах прилетел вертолет, ваш покорный слуга выцарапал эту зажигалку с фургона, замотал на грязную тряпку да закопал около километровым столбиком у автобана. Да пока что равным образом догадался вступиться полицейского Рэкса подоить ящерку получай сей столбик. Так сказать, «пометить территорию». И вроде всего Водила очухается равно выйдет изо этой больницы, ты да я вкупе поедем туда, откопаем ее и…

Но Водила ни за ась? на свете неграмотный отреагировал нате моего рассказ. Я отнюдь не услышал ни одного, инда самого слабенького ответного сигнальчика. А литоринх я-то старался расславить ему эту баечку весело, непринужденно, в духе некое ахти забавное приключение. Кое-где фактически пережал, переиграл — чуть бы родить взять хоть мало-мальский выигрыш у Водилы ко этой истории. Но тщетно…


* * *

Называла меня Таня без затей — «Кот».

Еще на самый первоначальный число знакомства, со временем того, как бы телекоптер опустил нас получи специальную плоскую крышу больницы равным образом больничные люди в белых халатах безапелляционно воспрепятствовали моему присутствию на клинике, Таня забрала меня ко себя на хазу да сказала:

— Послушай, Кот… Я безграмотный знаю, на правах тебя зовут во действительности. Придумывать тебе какое-нибудь пошловатенькое кошачье имячко как Барсик-Мурзик мне, прямолинейно говоря, неохота. Но по части во всем статьям твоя милость — Кот! Будучи бабой из опытом, подозреваю, сколько твоя милость — реальный Котяра. Может быть, даже если изо разряда сексуал-террористов. Ибо внешние факты считается относительно многом, а они у тебя более, нежели явственны равным образом нестандартны. Как, кстати, равным образом у твоего русского приятеля. Думаю, ась? по мнению женской части вам тот и другой — двум сапога пара. Так что, ваш покорнейший слуга тебя буду расценивать несложно — Кот. Абгемахт? В смысле — договорились?

С тех пор с головы пара слов со мной симпатия начинает со слов: «Послушай, Кот…»


* * *

— Послушай, Кот, — сказала ми Таня раз как-то повечеру бери исходе второстепенный недели. — Тут во «Штерне» — журнальчик очищать экий — моя персона прочитала любопытную заметочку. Ссылаются они бери эФКаУ. На Федеральное Криминальное Управление. А сия бюро тебе — далеко не хухры-мухры. Так вот, они вспоминают, что такое? от случая к случаю на июле девяносто четвертого годы на Мюнхенском аэропорту был задержан какой-то выше- расейский туз, только-только ли невыгодный замминистра, со небольшим грузом высокотоксичного оружейного плутония, они сделано если на то пошло располагали сведениями, почто каста часть плутония — худой лепет соответственно сравнению вместе с теми килограммами, которые немедленно спрятаны русскими в среднем на Берлине. Их совершенно шабаш чтобы хорошенькой атомной бомбочки! Слушай, Кот, сколько они пишут…

Таня взяла на грабли журнал, открыла нужную страницу, да автор этих строк увидел на статье, которую симпатия ми собиралась читать, строки, подчеркнутые ее рукой. То, почто сие была ее лапа — шелковица можете ми дать веру сверху слово. Тут мы, Коты, ввек неграмотный ошибаемся!

— Я тебе буду перелистывать вмиг по-русски. Хорошо? — сказала Таня.

«Мне кроме разницы. Можешь равно по-немецки», — подумал я, же отнюдь не нашел аж крошечного усилия, с целью моя тезис дошла впредь до ее сознания.

Она отличная тетка! Как сказал бы Водила — «своя во доску». И выглядит по мнению Человеческим параметрам, — будьте-нате! Но однова ваш покорный слуга решил — никакого Контакта, — эдак оно да будет. На какой детородный орган нам потом, когда-когда автор расстанемся, отличаются как небо и земля душевные заморочки? Мало у нас, у каждого своих болячек?!

— Где это, идеже это?.. — бормотала Таня, водя пальцем сообразно строчкам. А!.. Вот! Послушай, Кот, который пишет «Штерн» со ссылкой бери эФКаУ: «…состоялись радиопереговоры в отношении продаже плутония, оставленного русскими во Берлине. В переговорах приняли отношение высокопоставленные человечество с России». Правда, после агент эФКаУ на Висбадене заявил, что-нибудь на отношении «высокопоставленных людей изо России ему околесица никак не известно». Но нам от вами, майне либер херрн Кот, казалось бы, получи сие наплевать! Мы равно плутоний… Как говорится, «где именье, идеже вода, идеже Ромео, идеже Джульетта…» Но подалее «Штерн» пишет оченно хоть касаемое нас из тобой… «Как стало быть кого хошь спроси с проверенных источников, недавняя неудавшаяся старание ввоза на Германию паче полутонны кокаина, закончившаяся кровавой трагедией получи и распишись автобане у Мюнхена, — как и занятие рук русской мафии, стоящей на непосредственной близости ко правительственным кругам России».

«Какие до нынешний поры полтонны?!! — возмутился автор этих строк да инда подпрыгнул держи месте. Там а малость лишше ста килограммов было!!! А полтонны — сие пятьсот кило!..»

Когда Александр пытался посоветовать меня цифрам, сие было единственное, что-то пишущий эти строки запомнил.

Наверное, ваш покорный слуга чересчур здорово проэмоционировал равно машинально воздействовал для уяснение Тани. Потому в чем дело? симпатия отдаленно оторопело посмотрела получи меня, примерно услышала моего голос. А потом, безвыгодный веря себя самой, потрясла головой — лже- отгоняла через себя сие невероятное соблазн вместе с говорящим Котом, да расхохоталась. Но, тем невыгодный менее, сказала, безвыгодный понимая, сколько отвечает ми бери выше- всплеск:

— Да безграмотный было, малограмотный было после никаких пятисот килограммов! Я но самочки слышала, будочник держи автобане говорила по отношению ста килограммах! Ну, «Штерн»! Ну, «Штерн»!.. Не подпустить ерунда на постном масле на колесах — безграмотный может. Да! И еще… Но сие ваш покорнейший слуга уж подтверждаю. Послушай, Кот: «В ближайшие полоса полноте произведена серьезная нейрохирургическая кампания единственному оставшемуся во живых русскому участнику кокаиновой трагедии. Врачи надеются, который потом операции для нему вернется рассудок да спирт сможет раскрыть завесу надо тайной, покрывающей эту преступную историю…» Вот так, мои мимоходом Кот! Пока, правда, идут какие-то собеседование вместе с Минздравом России, так поуже вместе с завтрашнего дня автор сих строк начинаем кухарничать твоего приятеля ко операции. Оперировать хорош непосредственно учитель окружение Дейн. Отличный доктор! Такое впечатление, что-нибудь его выучил выше- казахский Левинсон…


* * *

Но сейчас возьми ниженазванный праздник выяснилось, почто на Мюнхене дерьмовый операции Водиле действовать безвыгодный будут!

Около трех часов дня, в некоторых случаях большая деление врачей покидает больницу, оставляя ее возьми дежурных коллег да меньшой лечебный персонал, моя особа шатался в области служебной автостоянке около роскошного «Ягуара» профессора микроклимат Дейна, на надежде познать его самого равно глянуть — на правах выглядит Человек, какой приходится заставить вернуться Водилу ко жизни.

Его «Ягуар» мы ранее знал. Неделю отворотти-поворотти Таня показала ми машину профессора равно завистливо заметила:

— Ничего себя автомобильчик у нашего шефа? Под сотню тысяч марок тянет. Если бы Боженька был справедлив, так муж нейрохирургический казах Вадик Левинсон по отношению ко всему повинен был бы получи и распишись полумиллионном «Роллс-Ройсе» соответственно Парижу ездить. А возлюбленный нате мотоцикле сообразно Алма-Ате гоняет…

По-моему, нынешний казах вместе с таковский странной фамилией — был единственным Человеком, которого Таня вспоминала изо своей прошлой жизни. Как моя персона Шуру Плоткина.

Не успел автор прослоняться перед машинами равно получаса, на правах ко «Ягуару» годится возвышенный молодецкий убеленный сединами лицо полет чечетка пяти равным образом какой-то низенький законченный господинчик не без; огромными усищами. Оба на пуховик равно со папками.

И моя персона вспоминаю точно, сколько высокого да стройного мы поуже пару однова видел у служебного входа, а низенького, полного — никогда.

Высокий открывает «Ягуар», снимает пальто, бросает его возьми заднее сиденье да тама а кладет кожаную деловую папку. Значит — сие ученый дворянин Дейн. А автор малограмотный знал…

Низенький, полный, из усищами, открывает требующий недалеко «Опель-Омега», делает напрочь ведь а самое да говорит микроклимат Дейну, продолжая, видимо, давненько сынициированный разговор:

— У него но райзеферзихирунг! Эта идиотская нищенская медицинская страховка подобно нашей АДиАЦе! Сто тридцатка марок из-за три месяца. Все русские покупают пользу кого своих сотрудников, едущих вслед границу, всего такие страховки!.. А сам в области себе будень пребывания сего русского бандита во нашей клинике стоит только в большинстве случаев тысячи двухсот марок! Не считая вашей операции…

— Я был в состоянии бы слышать не захотеть с гонорара из-за эту операцию, — говорит учитель земля Дейн.

— Вы что, нераздельно ее собираетесь делать?! — вскипел усатый. — А ваши ассистенты, анестезиологи, операционные сестры, техники — они совершенно также откажутся ото денег, лишь только бы вас смогли соперировать сего русского?! Я далеко не говорю еще по отношению чудовищной стоимости медикаментов, перевязочного материала, амортизации аппаратуры, стоимости энергии… А последующие расходы? После операции?..

— Но, лукавый побери, существует же, в дополнение примитивных денежных расчетов, на которых ты да я попросту всегда утопаем, сызнова да какая-то этическая образец взаимоотношений — «Врач да Больной»?! — разозлился обстановка Дейн.

— О, Боже… — усастый даже если всплеснул руками. — Но неравно русские далеко не хотят ради него отдавать равно требуют безотложно выслать сего гангстера во Петрополь — какого строка ваша милость упираетесь?! Они хотят его самочки резать Бог им на помощь… Что вам-то?

— Мы ликвидировали его поранение абдоминальный полости, заторможенно привели его ко состоянию, когда-когда позволено приниматься нейрохирургию, а теперь… Это грешно да возмутительно! — рявкнул профессор.

— Мы получили пагинация изо Бонна через русского посольства, ась? всю ответ из-за реэвакуацию больного беретка получи и распишись себя ведомство здравоохранения России. Это но согласовано со их спецслужбами равно нашим Федеральным Криминальным управлением. Естественно, всю его историю болезни, всю документацию соответственно нему я передадим им немедленно. Тем более, зачем они присылают вслед за ним намеренно оборудованный самолетик не без; сопровождающими.

— Но наравне симпатия перенесет полет? Кто сии сопровождающие?.. — Фон Дейн чуточку безвыгодный застонал.

— Успокойтесь, Фолькмар. Теперь вас уж далеко не несете после него больной ответственности, — сказал усатый.

— Да вы во этом дело! — подсластить надо произнес среда Дейн. — Бог мой, Бог мой… Несчастная страна, злополучный народ, несчастливый текущий великорусский шофер. Как симпатия целое сие выдержит? Он аж болтовня произносить малограмотный может…

Посчитав, зачем болтание вместе с профессором закончен, усатенький толстяк вместе с трудом втиснулся во собственный «Опель», завел мотор, захлопнул дверь, а от места никак не тронулся. Плавно опустилось стеколышко водительской двери, равно толстяк пиано равным образом неутешительно сказал поле Дейну:

— А может быть, его прямо благодаря тому равно забирают у нас этак срочно. Может быть, кому-то там, во России, жуть неграмотный хочется, в надежде текущий шафер по прошествии вашей операции стал бы барабанить какие-то слова? Вы об этом подумали?

И толстяк, отнюдь не попрощавшись, уехал. А посредством полминуты уехал да мастак среда Дейн.

Я осмысленно малограмотный прерывал рассказа что касается разговоре профессора тон Дейна со усатым толстяком описанием того, зачем творилось со мной изумительный период сего разговора. Я затаился почти чьим-то «Чероки» на двух метрах ото профессорского «Ягуара», равным образом оттого сумел безграмотный исключить ни слова.

То, что-нибудь меня ни после аюшки? малограмотный возьмут во таковой спецсамолет, что прилетит после Водилой — у меня никак не возникло никаких сомнений. Но получай себя ми было сделано наплевать. Я безапелляционно знал, что такое? когда-нибудь автор безвыездно непропорционально доберусь перед Петербурга! Тут, равно как говорил Александра Плоткин, «и для гадалке никак не ходи».

Но ась? хорэ из Водилой?! А разве некто во самолете очнется да достанет меня выслеживать — а меня затем нет… Он — больной, переломленный равно издерганный бедняга — что-то около летит по мнению воздуху, а я, закаленный равным образом неповреждённый Котяра, на сие момент гуляю в области Мюнхену! Ничего себя ситуация!

Одного Человека, вместе с которым да мы со тобой были таково необходимы дружище другу, ваш покорный слуга ранее потерял. Теперь моя персона теряю Второго…


* * *

Последнюю найт Водилы в немецкой земле рядом него дежурила Таня Кох. Ко второму часу по прошествии полуночи госпиталь угомонилась, равно Таня на белых широких полотняных штанах равно экий но белой рубахе навыпуск вышла вслед за мной для служебному входу, катя предварительно на лицо крохотный туалет держи колесах. На столике стоял больший отникелированный сосуд вместе с крышкой.

— Послушай, Кот, — вполголоса сказала ми Таня. — Я более малограмотный могу ночным делом трепаться объединение клинике со авоськой, якобы пишущий эти строки только лишь аюшки? бегала на лавочку. Ты уж, пожалуйста, малограмотный обессудь равно полезай во стерилизатор, а мы тебя прикрою крышечкой. Это ми полисмен подсказал…

Я здесь но прыгнул во бак, Таня накрыла меня крышкой да пишущий сии строки поехали.

Профессор среда Дейн оказался прав — Водила выглядел несравнимо лучше, нежели на прошлые дни. Почти сошел смертный опухлость со лба, остался всего лишь неизмеримый синюшка не без; желтизной сообразно краям. И дышал Водила отпустило — ровнее равным образом глубже. И неравно бы безвыгодный линия равно трубки, которыми возлюбленный был опутан, казалось, зачем Водила прямо спит глубоким спокойным сном позже тяжелого трудового дня.

Таня герметически закрыла янус равно подложила меня Водиле лещадь руку, прошептав:

— Черт бы тебя побрал, Кот, какой твоя милость тяжелый!.. Полежи так. Может быть, симпатия примерно тебя почувствует.

На миг ми пригрезилось, ась? коснувшись мои загривка, грабки Водилы крохотку шевельнулись. Но следом моя особа понял, зачем ошибся. Тогда аз многогрешный из всех сил своевольно стал будить Водилу бери связь. Чтобы сократить особый сигнал, ваш покорный слуга лизал его руку равным образом хоть чуточку покусывал и концы в воду его пальцев. Реакция ноль!

Тогда автор этих строк перестал елозить равно дергаться, расслабился около теплой, тяжелой, же безжизненной ручищей Водилы, крошку передохнул равно осторожно, далеко не спеша, начал тихо-тихо созывать его снова.

Я напомнил ему особливо яркие картинки последних дней — наше бульон знакомство, нет-нет да и в корабле возлюбленный расшнуровал заднюю стенку своего фургона, увидел меня равным образом сказал: «Здравствуй, Жопа-Новый год, приходи сверху елку!..»

Я вспомнил оборона веселую, смешливую равно ахти умелую черненькую Сузи, ради десятидолларовую деловитую неумёху Маньку-Диану, ради его любимое шалманка «Фишер», равно даже если повторил до этих пор единовременно историю шафрановый зажигалки.

Потом ваш покорный слуга перешел ко воспоминаниям, которые, по образу ми казалось, в свою очередь шабаш толково запечатлелись на его сознании — таможенное управление на Кильском морском порту, мое действие антинаркотическим собачкам, Ганноверскую автозаправку да «татарский» бифштекс.

Я всего только оборона Алика старался безвыгодный говорить, дай тебе безвыгодный волновать Водилу, разве оный взять хоть краем шорба слышит меня. И оборона Лысого невыгодный вспоминал. И насчет Бармена — ни слова.

А Таня Кох отнюдь не отрываясь смотрела на микроскопичный брехло от круглым темным экраном, сообразно которому бежали баксы волнистые линии, равным образом сезон ото времени отрицательно-скорбно покачивала головой.

Мы инда равным образом безвыгодный заметили, в духе из-за окном поуже в полную масть рассвело, равно пришли на себя только что тогда, нет-нет да и некто попытался растворить дверь.

Таня быстренько набросила получи и распишись меня лентион равным образом впустила, наверное, дежурного врача. Потому зачем стала говорить от ним по-медицински. После чего, моя особа слышал, лекарь ушел.

— Давай, Кот, прощайся со своим приятелем, — сказала ми Таня. — Я без дальних разговоров попытаюсь тебя выплеснуть отсюда. А ведь после у меня получай сие попросту времени отнюдь не будет.

«Водила, миленький!.. — запричитал моя особа без участия малейшей надежды. — Не бойся, ваш покорнейший слуга неотменно найду тебя на Петербурге!.. Я тебя познакомлю из Шурой Плоткиным. Вы нетрудно обязаны соблюдать товарищ вслед друга! Таких, наравне вам очень-очень мало, равно врознь вам могут без проблем истребить!.. Господи Боженька! Сделай Божецкую милость, ради Водила взять одно мое словечко услышал…»

И так ли автор на отчаянии себя нафантазировал, в таком случае ли в некоторой степени истинно сдвинулось от места, да ми глядишь причудилось, что-то моя особа услышал негромкий шелест — «Кыся-а-а…»

Но во данный час Таня посадила меня на стерилизатор, закрыла крышкой да неразлучно со столиком выкатила изо палаты.

Уже во девять часов утра пишущий эти строки сидел для крыше профессорского «Ягуара» да не без; невыразимой тоской смотрел кверху — во чистое синее осеннее небо, камо важный шафранный стрекоза уносил мой Водилу.

Я вспомнил, по образу долготно автор плыли изо России во Германию, в какой мере я сызнова ехали своими колесами, равным образом вопреки держи то, что-нибудь серножелтый геликоптер был хватает большим равным образом шумным, на душу мою стали проникать тревожные сомнения — а долетит ли симпатия через Мюнхена предварительно Петербурга?..

Рядом со мной стояла заплаканная Таня Кох. И мне, равным образом Тане было что-то около тошно, наша сестра что другой были настроены в такую паршивую Единую Волну, что-то ваш покорнейший слуга плюнул получи и распишись постоянно домашние высокоморальные преграды, собственнолапно воздвигнутые под самим собой, что такое? далеко не заботясь относительно последствиях, открытым текстом МЫСЛЕННО спросил Таню:

«Он что, в этой желтой штуке эдак предварительно самой России равным образом полетит?»

— Что ты, Кот!.. — механично ответила ми Таня, невыгодный заметив синь порох странного. — На самолете — токмо прежде аэропорта. А немного погодя его перенесут на выше- великодержавный самолет.

Таня равно в области этот будень говорит ради совершенно русское — «наш», «наше», «наши».

«Слава Богу! — сказал я. — А ведь пишущий эти строки уже боялся…»

Но тутовник одновременно Таня посмотрела получай меня безумными глазами:

— Эй!.. Эй, послушай, Кот!.. Ты ми в самом деле самую малость сказал либо сие ми показалось?!

Не отрывая очи с вертолета, уменьшающегося во небесной синеве, ваш покорный слуга бесконфликтно ответил:

«Нет, Таня, тебе далеко не показалось».

И на эту побудь на месте вертолета во небе малограмотный стало. Еще слышался отстоящий говор его мотора, а позднее да возлюбленный исчез.

«Тебе неграмотный показалось, Таня, — повторил ваш покорный слуга равным образом посмотрел ей во глаза. — Мне невыгодный желательно бы тебе без дальних разговоров что-либо излагать — отсутствует настроения. Найди книгу английского биолога доктора Ричарда Шелдрейса равным образом прочти ее внимательно. Ты безвыездно поймешь… Или Конрада Лоренца — «Человек находит друга».

— Какое счастье! — воскликнула Таня, да с зеницы ее в который раз полились слезы. — Значит, ваш покорный слуга нашла во тебе друга? Да, Кот?.. И наша сестра будем вместе с тобой по вечерам бросаться словами по части том, что до сем!.. Ты будешь направлять меня возьми работу, встречаться меня, да?..

«Нет, Танечка, — вместе с грустью, а не за страх сказал я. — Я долженствует вернуться на дом во Петербург. У меня принимать банан Человека, которые могут после сверх меня погибнуть…»

— Я в свой черед могу в этом месте пойти прахом лишенный чего тебя, — прошептала Таня.

«Нет. Ты токмо со мной можешь погибнуть. Вспомни, насколько одиноких женщин этак да остались одинокими накануне глубокой старости всего только потому, в чем дело? когда-то, спасаясь с одиночества, завели себя Кота или — или Кошку. На неважный ликвидация — маленькую Собачку. Все свое несостоявшееся материнство, всю свою нерастраченную нежность, невостребованную доброту — они сконцентрировали сверху этом маленьком домашнем Животном, (кстати, безвыгодный спокон века благодарном равным образом искреннем!) равно тем самым погубили себя. В заботе что касается «Кошечке» у них проходила весь жизнь, а мечта присутствия «живого существа» на доме, заменяла им нормальное, здоровое якшанье из Мужиками. Подменяло мысль Настоящей Любви. Любви, ото которой Женщины расцветают во любом возрасте, ото которой рождаются Дети, соответственно праву требующие всего делов того, что-то одинокие Женщины где-то неблагоразумно растрачивают в своих Котов да Кошек… Я а видел, Таня, наравне бери тебя смотрят Мужчины! Да тебе есть расчет исключительно пальцем шевельнуть… Ты а аспидски красива равным образом сексуальна. Поверь, автор всё-таки трое — те пара Мужика, ко которым аз многогрешный вынужден вернуться во Петербург, равным образом я, — автор беда на этом деле мирово понимаем! И уже одно, Танечка: твоя милость приехала семо — чтоб остаться. Я — для того того, ради вернуться. Прощай».

Меня поуже самого подташнивало ото бездарной назидательности своего тона, через дурацкого менторства, звучащего во каждой моей фразе, только у меня отнюдь не было сил фильтровать выражения — злоба мое разрывалось через жалости для этой умной и, действительно, прекрасной бабе, которая своим вниманием могла бы выразить целомудренность любому хорошему Мужику — с Водилы вплоть до Шуры Плоткина.

Я потерся носом об ее заплаканное лицо, спрыгнул вместе с «Ягуара» да чтоб автор этих строк тебя не видел после всю больничную автостоянку напрямик держи улицу.

— Послушай, Кот!.. — слезно закричала ми вслед за Таня.

Но мы неграмотный остановился равно даже если отнюдь не оглянулся. Я знал — игра стоит свеч ми продлить так например получи полсекунды либо — либо крошечку свильнуть голову на ее сторону, ми полноте жуть нелегко отлучиться с нее вторично…

Часть вторая

Как зритель, неграмотный видевший первого акта,

В догадках теряются дети,

И однако а они ухитряются однажды

Понять, что-нибудь творится нате свете.

Саня Маршак

Итак: видишь поуже один из половиной месяца аз многогрешный — мюнхенский КБОМЖ. Как говорится Кот Без Определенного Места Жительства. Когда-то Александра Плоткин писал статью в отношении наших Петербургских БОМЖах к «Часа пик», мотался до притонам, свалкам, чердакам, подвалам, заброшенным канализационным люкам, пил водку из этими несчастными полуЛюдьми, суды да пересуды от ними разговаривал. А потом, провонявший дьявол знает чем, приходил домой, ложился на горячую ванну, отмокал, равно рассказывал ми различные жуткие истории насчет сих бедных типов, с головы присест приговаривая:

— Нет! Это если угодно только лишь у нас! Вот получи Западе…

И ниже шли, как бы моя персона неотложно понимаю, невыгодный бог квалифицированные примеры бери тему: «На Западе сего далеко не может составлять вследствие чего что такое? малограмотный может присутствовать никогда».

Ах, Шура, Шура… Милый, ироничный, умный, гениальный Шура. Даже некто невыгодный сумел избежать нашей вечной российской идеализации Запада. Но автор невыгодный с тех Котов, которые, ущучив Человека нате ошибке, начнут метать во него камни. Отнюдь. Я но понимаю, нежели вызваны подобные заблуждения. Среднему россиянину живется у себя на хазе в такой мере фигово, аюшки? механически срабатывает определённый протекционистский механизм, равным образом Человек начинает думать, личиной в круглых цифрах поглощать такая «земля обетованная», равно называется Запад, идеже наших российских уродств в дневное время из огнем отнюдь не сыщешь. Ну, попросту постоянный парадиз, враг побери!

Отсюда, ваш покорный слуга думаю, равно добрая баба ошибок на пирушка повальной эмиграции, которой ныне славится Расея получай огулом мир.

Так вот, находясь на здравом уме равно трезвой памяти, автор этих строк — Кот Мартын, русский, неженатый, родившийся на Ленинграде, обитающий на Санкт-Петербурге, во сегодняшний день минута ненароком состоящий на столице Баварии городе Мюнхене Без Определенного Места Жительства, имеющий релятивно постоянную базу на Английском парке подина «Хинезише Турм» (Китайская башня), — от полной ответственностью из-за близкие пустозвонство свидетельствую: никак не знаю, во вкусе где, а здесь, на Мюнхене, сих самых западных БОМЖЕЙ столько, что, наравне выражался моего Водила, — «хоть жопой ешь» (то убирать — «очень много». Дословный превращение не без; Русско-Водительского).

Увидеть БОМЖей позволяется повсюду, особенно ночью, от случая к случаю они дрыхнут по-под каким-нибудь навесом торчмя для земле, подложив подо себя изрядно слоев картона с упаковочных коробок. Как правило, возле стоит только недопитая чекушница вместе с вином либо — либо пивом, равным образом тута а лежит огромный, черномазый патластый Пес, сплошь и рядом ахти даже если породистый. Хотя здесь, на Германии, мы заметил, существование породы никак не обязательно. Впоследствии мы наблюдал на до невозможности дорогих автомобилях таких «Самосерек», которых у нас на России дозволено встретить, наверное, всего лишь на деревнях Псковской области, гораздо я ездили когда-то со Шурой получай дачу для одному редактору.

Ночью иностранный БОМЖ укрыт из головой лоскутным ватным одеялом не так — не то храпит на спальном мешке, а его Псина валяется рядом.

Потом, денно пишущий эти строки серия крата встречал сих Псов да их опухших Хозяев следовать «работой». Хозяин сидел вместе с бутылкой пива на руке, сверху его буфера висела картонка не без; разными, наверное, жалостливыми словами, рядышком спал его клочкастый Пес, а во пластмассовую мисочку прохожие раз в год до обещанию бросали монетки — нате Пса! БОМЖу ни один человек ни ложки отнюдь не подавал, а чисто «бедненькому Песику, несчастной Собачке» хотели помочь многие…

Поэтому, БОМЖ от Собакой — персона платежеспособный равным образом повелительный на завтрашнем дне, а БОМЖ помимо Собаки — деградант равным образом люмпен, во вкусе выражается Александра Плоткин.

Вечерами БОМЖи со своими Псами-добытчиками, наравне правило, кучковались на трех местах Мюнхена — во конце Леопольдштрассе для Мюнхенерфрайхайт, у Зендлингертор нате Герцог-Вильгельмштрассе, и, естественно же, у Хауптбанхофа — у Главного железнодорожного вокзала! То убирать на местах, ручьем посещаемых туристами равно разным приезжим людом.

В сих трех местах БОМЖи собираются немножечко ли отнюдь не со итого города, равным образом доколе их Собаки тихо-мирно спят вповалку, БОМЖи дуют винище, накачиваются пивом, выясняют отношения, ссорятся, дерутся равным образом любят наперсник друга — Мужчины Женщин, Женщины Женщин, Мужчины Мужчин…

Короче, такая Человеческая помойка, в чем дело? я, на поисках пристанища чтобы самого себя, выбрал ведь Английский парк, слабо БОМЖи по неизвестной причине малограмотный заходили.

Рассказом что до Баварских БОМЖах ваш покорный слуга далеко не далеко не хочу оскорбить шедевральный городец Мюнхен!

И на знаменование моих симпатий для городу, заполненному таким в количестве колбас равно сосисок, которое безвыгодный может представиться даже если Рэю Бредбери — любимому фантасту Шуры Плоткина, — приблизительно а обязательно заявляю, аюшки? Бродячих, Бездомных, Безхозных Кошек, Котов равно Собак на этом месте вышел да на помине! А сие триумф цивилизации, достойное всяческого уважения.

Заблудших — видел, сочувствовал, хотя помочь вничью безграмотный мог. Ибо все еще пока что плоховато знаю город, да имя улицы, сообщаемое ми растерянным немецким Котом иначе говоря потерявшейся Кошкой, — ми околесица отнюдь не говорило. Сами но они, на общей своей массе, никак не имеют понятия, идеже находится их здание инда тогда, когда-никогда они итого только что перешли получи и распишись другую сторону улицы. Полагаю, ась? сие во них значит национальное. Уж смерть до чего то и дело моя особа сталкивался вместе с подобным явлением.

Заблудившихся Кошек только и знает удавалось трахнуть. В этом деле они довольно раскованны, только тоскливы. Почти ввек нечётко — получает симпатия физическое веселье или — или общей сложности едва моральное — ото добротного исполнения своих дамских обязанностей.

С Котами но болтать фактически было безграмотный по отношению чем. Мои предложения сообща бить (причем, аз многогрешный ориентировался только лишь получи и распишись близкие запасы!) вызывали на них изрядно кислую реакцию. Во-первых, местные Коты воспитаны в Кошачьих консервах подобно «Ваша Киска купила бы «Вискас»!». У нас об эту пору пол-России сим дерьмом завалено. Поэтому они пристойно воротили шнобель ото куска нормального мяса, отменной косточки либо — либо грудинки, alias шматка курицы, которые пишущий эти строки чуточку ли безграмотный каждодневно стяжал во «Биргартене» — подобный пивной траттория неподалёку моей «Хинезише Турм», идеже прописался старым ленинградским способом. Притащил им дохлую крысу, которую, ко сожалению, пришлось уловлять самому, равно был обласкан да накормлен.

Дня три мы им таскал одну да ту но крысу, первый попавшийся единовременно выдавая ее вслед «свежака», а во конце концов возлюбленная протухла равным образом завонялась так, что-нибудь пишущий эти строки самоуправно никак не был в силах ко ней недалече подойти! Пришлось отлавливать другую…

И сей поры малограмотный наступили холода, да «Биргартен» работал умереть и отнюдь не встать всю ивановскую, — ваш покорнейший слуга был сыт да мои запасы позволяли ми вытребовать возьми еда так например высшая отметка заблудившихся Котов. Но, повторяю, они нуль мои очищать невыгодный хотели. Первую причину ваш покорный слуга сделано называл, а вторая, что ваш покорный слуга сообразил позже, заключалась на том, что, приняв мое приглашение, локальный Кот считал себя обязанным предпринять ми ответное приглашение. А ему сего наклонность по образу малограмотный хотелось! Он бы равно довольный был потараторить из иностранным Котом (это я-то иностранец!..), похвастать своей квартирой, обстановкой, «песочницей», куда-нибудь некто гадит, равным образом всегда его дерьмо почти воздействием краевой германской технологии в один момент превращаются во бело-серые вничью никак не пахнущие каменные комочки…

— Как?!. У вам во России сего нет?!. - пугался таковой Кот, когда-когда я, безграмотный веря сколько сие возможно, просил медлительно передразнить ми насчет комочки уже раз. Как но ваша милость живете сверх этого?!!

Но звать ко себя безграмотный торопился. Ибо такого склада хитрость требовал расходов.

Мои вопросы — безвыгодный знает ли любимый тутошний Кот кого-нибудь, кто именно во ближайшее промежуток времени едет во Россию? Или, может быть, Хозяин уважаемого Кота когда-то связан не без; Людьми, ездящими на Россию, — в тот же миг сие ахти взаиморазвито — автор этих строк был в состоянии бы не без; таким а успехом задавать своей деревянной «Хинезише Турм», почти которой ес себя база равным образом крышу.

Ни хрена сии Коты безвыгодный знали, вничью безграмотный интересовались, никаких Контактов со своими Людьми никак не имели, считая, в чем дело? становой хребет предопределение Людей — насыщать равно растить своего Кота, возить его на реализация — во Италию, Испанию равным образом получай Канарские острова, равно корпеть безвыгодный покладая рук в целях того, так чтобы Коту было приятно храпеть равным образом умильно кушать сие свое консервированное копролит от витаминами…


* * *

Несколько однова встречались ми равно наши Коты равным образом Кошки. Из случайных знакомств от ними равно ни ко чему никак не обязывающей болтовни ваш покорный слуга разделил их бери три категории.

В первую категорию, которой моя персона беспредельно позавидовал, входила Кошка одного нашего российского вице-консула — веселая, деловая равно неглупая москвичка Нюся, которая оборона Мюнхен знала все: идеже не возбраняется похлебать в халяву, как бы прекратиться во нужное поприще кратчайшим чрез после служебные двери равным образом проходные дворы, какому Коту имеет соль ДАТЬ, а какому равным образом нет.

Но вона тогда всплывал один-единственный, так шибко имеющий важное значение несовершенство этой Нюси. Знать симпатия знала, только разубедиться да никак не ДАТЬ кому желать возлюбленная была невыгодный на силах! Тем невыгодный менее, а может быть, да благодаря тому из ней было неграмотный обременительно, мелочёвка да спокойно.

Вторым был Кот (имя вылетело изо головы), насчет которого Нюся сказала, что-нибудь спирт принадлежит Человеку, являющемуся «правой рукой» Генерального консула. На какой-то минута ми показалось, почто сии двойка лапа интересах меня — неприкрытый стезя для Шуре да Водиле. И автор этих строк закатил им приемчик, во вкусе говорит Александра Плоткин, «под большое декольте». Во всяком случае, доколь ваш покорный слуга трахал Нюсю, симпатия обещала ми безграничную подспорье равно защита своего Хозяина.

Кот но «правой руки» Генерального консула оказался изрядно мерзким типом, хотя бы да выглядел как собака авантажно — красивый, ухоженный, от признаками породы какого-то странного, специфического воспитания. Он постоянно промежуток времени делал вид, в чем дело? ему кого хошь спроси несколько такое, а другим ведать никак не положено. Ко всему прочему, некто неусыпно взывал для честности, честности равно честности, несмотря на то Нюся твердо уверяла меня, сколько большего ворюги, нежели данный Кот, невыгодный знали ни Германия, ни Россия!

Однажды, когда-никогда возлюбленный медянка чрезмерно неуклонно призывал меня для честности равно расспрашивал что касается том, на правах пишущий эти строки в этом месте оказался, а во всем своим видом давал понять, почто отнюдь не верит ни одному моему слову, моя персона разозлился равным образом начистил ему холеное рыло.

Больше дьявол отнюдь не приходил. Но, ко сожалению, перестала приезжать да веселая вице-консульская Нюся. Видимо, сия стервятина Кот капнул сверху нее кому надо, равно Нюсю перестали отпускать с дому.

А позавидовал моя персона им всего потому, зачем равно нынешний Кот-дипломат, да сия вице-Нюся всё согласно правилам знали, почто пройдет какое-то определенное период равно они кровь из носу вернутся на Россию. Чего, на различие ото меня, до чертиков боялись да безвыгодный хотели!


* * *

Ко следующий категории аз многогрешный отнес Котов-эмигрантов с Киева. Их было великое множество. Они прибыли семо по-под флагом «Киев равным образом Мюнхен — города-побратимы!».

Кому пришло во голову в старину «побратать» Мюнхен да Герр — ума невыгодный приложу. Все равно, что-то насильно женить меня в овце равно ожидать ото меня да муж с женой ежегодного приплода «Котоягнят». Бред какой-то! Рассказать Шуре обхохочется.

Тем безграмотный менее, однако киевские евреи, а тоже украинцы равным образом русские, рано прикупившие липовые еврейские документы, равным образом пожелавшие поначалу командировать советскую власть, а в дальнейшем да «ридну Украйну» ко по всем статьям чертям, оказались на Мюнхене объединение в такой мере называемой «еврейской линии».

Обо по всем статьям этом пишущий эти строки узнал через единственного пристойного равно интеллигентного Кота-киевлянина, принадлежащего одному симпатяге — инженеру соответственно автомобилям. В Мюнхене конструктор спокойненько работал обычным автомехаником, а по вечерам вел со своим Котом неодинаковые беседы.

Никогда безграмотный сталкиваясь вместе с книгой доктора Шелдрейса, они тот и другой своим умом дошли до самого Телепатического Контакта. Не во полной мере, только стоит ради доброй поверхностной трепотни, овладели сим искусством да пребывали сейчас во тихих радостях равно заботах кореш об друге.

Этот но Кот говорил мне, ась? перед Мюнхеном, километрах на сорока, живет до этих пор одна весьма милая дружка киевских художников — супруг равно жена. Они когда-то приезжали для этому инженеру чиниться родной авто да познакомились. Ни Кота, ни Кошки у них, кажется, нет. Поэтому, сообщения по отношению них шибко скудны. О них аж отнюдь не сплетничают. А ради киевско-мюнхенского круга сие феномен поразительное да с ряда иди в все цифра стороны выдающееся. Или — «выходящее»? Как нужно говорить? Ни линия никак не помню…

Все а остальные, от кем меня сводила судьба, были для монстр одинаковы во своем наступательном провинциализме, необязательности, всезнайстве равным образом постоянных потугах оповестить всему миру — кем они были раньше, давно приезда на Мюнхен.

Процент вранья на сих рассказах был тяжело высок, да буде Кот заявлял, почто на Киеве у него была четырехкомнатная фатера из потолками во три шестьдесят, а ЕГО Няма иначе говоря Петя, другими словами Жорик, иначе Арон были «Главными инженерами», «Ведущими конструкторами», «Главными врачами Четвертого управления», иначе «Выдающимся музыковедом» — это, во лучшем случае, означало, почто целое они имели на Киеве целых двухкомнатную во блочном доме со потолками во двушничек сороковник пять!

И Няма вовеки никак не был «Главным инженером», а занимал порядочно скромную обязанность техника. Жора служил малограмотный «Ведущим конструктором», а легко чертежником. А «Главный целитель Четвертого правительственного управления» Петя полжизни оттрубил терапевтом во районной поликлинике, всецело растеряв во ней целое знания, полученные пока что на институте. Но вишь «Выдающийся музыковед» Арон был, действительно, хорошим настройщиком равно весть хоть куда зарабатывал. В Киеве у него был ажно поэтапный санузел!

Когда я, на неосознанный надежде отрыть возьми хоть какую-нибудь достижимость вернуться во Россию, спрашивал у каждого изо них — малограмотный знают ли они Человека, собирающегося на Петербург, они всегда во сам визг предлагали ми мчаться на Киев, не без; удовольствием вспоминая — до какой степени прекрасен данный город, как бы недурно было на нем жить, идеже их знала «каждая Собака»!

Поэтому ми были всецело неясны побудительные причины их переезда на Мюнхен.

Киевские Кошки были великолепно суетливы равным образом безостановочно пребывали на состоянии полного восхищения собственными персонами. Отожравшись получи и распишись добротных немецких продуктах, они, действительно, стали недурственно выглядеть. Морды у них разгладились, руно лоснилась с сытости, равным образом единственное, зачем позволено было бы водрузить им на выговор — сие чрезмерное словоупотребление сладостей равным образом чрезмерно раннюю полноту, которую моя особа ошибкой принимал вслед позднюю беременность. А что-то около в духе пишущий эти строки большей частью беременных Кошек невыгодный трогаю (я недавно ранее говорил об этом), то, как бы шутит одна моя знакомая киевская Кошка в соответствии с имени Циля, ваш покорный слуга изрядно однажды «пролетал, наравне звукозапись надо Парижем…»

Это у них такая острота. Если переместить ее вместе с южно-русско-еврейского хохмачества бери неизвращенный московско-ленинградский язык, сие бросьте означать, что-нибудь моя персона «ошибался равным образом проходил мимо того, нежели был способным бы воспользоваться».

Кстати, что до Циле. Циля была единственной изящной Кошкой-киевлянкой, сумевшей спасти в полном смысле слова приличную фигурку. Как равным образом всё-таки ее приятельницы, симпатия была на восторге с самой себя равно непрерывно рассказывала во всем в отношении своих победах надо немецкими Котами, неграмотный забывая намекнуть, что, дескать, владеет экий техникой секса, предварительно которой неграмотный вынести инда молодому Тигру. Дескать, симпатия его затрахает во первые а три минуты. Был бы возле Тигр симпатия бы по всем статьям показала, во вкусе сие делается!..

Я безграмотный испугался Цилиных обещаний равно угроз, равным образом после этого но влез получи нее, с намерением срочно увидать получай себя всю мощь неведомой ми доныне «техники секса», способной лимитировать Тигра во могилу.

… Знал ведь, искони уж знал, сколько ни одной Кошке запрещено вверяться держи слово. Но такого разочарования отнюдь не испытывал сделано парение сто! Как сказал бы моего Александр Плоткин, — «Об технике секса после этого малограмотный могло состоять да речи!»

Обычная раздражающая любительская суетня, фальшивое раззевание пасти, по слухам страстное заравнивание глаз, взвизгивания невыгодный тогда, от случая к случаю нужно, да полное бессилие познавать партнера объединение траху!

От злости пишущий эти строки малость загривочек этой Цили безвыгодный прокусил. Меня удержало только лишь то, что такое? моя особа в масть вспомнил миротворческую присказку Шуры, которую дьявол говорил кажинный раз, эпизодически сталкивался со проявлением любительщины на нежели угодно:

— Знаешь, Мартын, — говорил на таких случаях Шура. — В американских салонах Дикого Запада издревле висела табличка: «Не стреляйте во пианиста. Он играет что умеет».

Что, впрочем, отнюдь не помешало ми остаться не без; Цилей во приятельских отношениях.


* * *

И, наконец, третья разновидность — староэмигрантских Котов равным образом Кошек, выросших да воспитанных во семьях, смылившихся изо Совка массу планирование тому назад.

Наверное, наверное, да середи них убирать сила замечательных, добрых равным образом мудрых Котов равно Кошек! Мой незначительный исследование общения со староэмигрантским Кошачьим сословием неграмотный позволяет ми разбирать дело о всех Котах, взращенных во таких семьях.

Думаю, ми нетрудно невыгодный повезло. Те немногие, которых ваш покорный слуга нехотя узнал, произвели получай меня больше нежели странное впечатление. Часть изо них принадлежала бывшим сотрудникам радиостанции «Свобода», уволенным быть переезде радиостанции изо Мюнхена на Прагу. Несмотря получи то, что-нибудь Конгресс Соединенных Штатов Америки порядочно по-царски выплатил им выходные пособия, исчислявшиеся доброй сотней тысяч марок, а в таком случае да больше, — оставшиеся никак не у дел во Мюнхене безвыездно непропорционально чувствовали себя униженными равным образом оскорбленными. Чуть ли неграмотный выброшенными сверху улицу…

Хотя, около том, ась? они заработали после сии годы, ведя идеологическую войну из Россией со весть безопасного расстояния, ну да добродетель бабки, полученные ими подле увольнении, тотально обеспечивали им спокойную общежитие по самой глубокой старости.

Все сие моя персона узнал через их а Котов равным образом Кошек, которые как и были хороши по-своему. При встречах они приветливо мурлыкали равным образом облизывали дружок друга, а позднее расставания сам изо них положительно рассказывал ми гадости насчет ушедшего. Или, наоборот: первоначально гадости, а там появлялся тот, относительно кусок сии гадости говорились, а контия потом, сразу, кроме какого-либо перехода, лизание равным образом мурчанье из тем, кого токмо что такое? поливали жидким дерьмом!..

Про такое трогательное гарита выше- Александра Плоткин обязательно процитировал бы одного еще умершего поэта, которого Александр жуть любил.

— Террариум единомышленников, — беспременно сказал бы Шура.

А Водила, помню, некогда оборона такую а компаху выразился попроще, сохранив ни чуточки оный но смысл:

— Ну очищенный гадюшник, блеск

Но который бы сии Коты равным образом Кошки невыгодный говорили товарищ относительно друга, как ни говорите сие было Сообщество! Объединяли их — относительная равновеликость положения, будто ровный долговязый инициативный ватерпас равно проститутка древность пребывания вслед границей своей родины, которой они видите ли, стеснялись, да в обществе с лица нередко разговаривали для плохом английском языке.

И, естественно же, всё-таки дружно малограмотный переваривали представителей последней волны эмиграции. Глядя для на днях приехавших на Мюнхен Котов да Кошек, которые первоначально в каждом шагу делали привычные советские глупости равным образом попадали впросак за элементарного незнания Запада, — староэмигрантские Коты, наверное, вспоминали свое собственное ничтожество тех лет, эпизодически они самочки в первоначальный раз появились нате этой заграничной земле.

Стоило примерно крошку допустить промах Новоэмигрантскому Коту, вроде Старый иностранец чванливо цедил чрез усы:

— Ах, во вкусе сие однако у вам по-русски!

Тем самым давая понять, в чем дело? контия он-то никакого связи ко этой ужасной стране неграмотный имеет.

— Уж ежели ваша сестра все оказались нате Западе, — назидательно говорил подобный Кот, — переехали, таково сказать, на Свободный мир, где-то извольте…

Дальше шел река бездарных нравоучений, примитивных сентенций, банальнейших благоглупостей да невероятного количества примеров с «богатого жизненного опыта» самого Кота-Староэмигранта.

Вся сие местечковая словесная чепуха перемежалась английскими равно немецкими словами, что-нибудь надлежит было представить — до какой степени Западен стал Староэмигрантский Кот, если бы симпатия хоть позабыл многие русские слова, да их значительность помнит всего получи и распишись двух других языках!

Правда, со мной они приблизительно обмениваться мыслями малограмотный рисковали. Они прелестно знали, зачем ваш покорный слуга после этого временно, равным образом сейчас укачу во Россию, а во-вторых, безусловно чувствовали, аюшки? автор во не уходите могу набить морду равно прервать очередь любому изо них.

Мне на собственном опыте было по херу — кто именно насколько после этого живет. Но однажды, в отдельных случаях у меня во гостях подо «Хинезише Турм» собралась компания равно тех равно других, равным образом Староэмигрантские Коты начали грубиянить Котам сызнова прибывшим, автор невыгодный выдержал равно сказал:

— Даже равно далеко не знаю, нежели свыше гордиться? Тем, что такое? твоя милость смылился изо Союза кучу планирование тому взад да целое последующие годы жил подо теплой крышей сытно равно спокойно, либо — либо тем, сколько однако сии годы — единовластно невыгодно отличается от другого — продолжал пребывать во Совке, лазал в области отравленным помойкам на поисках пищи, спасался на подвалах равным образом в чердаках ото непогоды да разных шапочных дел мастеров, вообще со своими Людьми переживал антисемистские митинги, а есть такие да бесславные кровавые войны возьми собственной земле…

Тут староэмигрантские Коты забыли для такт равным образом стали наперерыв нечто ми орать. Но ваш покорнейший слуга лишь несколько прижал уши, несколько приподнял верхнюю губу равным образом совершенно маленечко показал клыки. Правда, автор этих строк до этих пор выпустил когти передних лап равным образом легонечко постучал кончиком хвоста до земле.

Этого оказалось совершенно достаточно, чтоб всегда они быстренько стали намереваться до домам, малограмотный забывая возьми расставание сказать, что такое? «прекрасно провели вечер»…


* * *

Наступила самая настоящая осень. «Биргартен» — текущий пивной кофейня для свежем воздухе — свернул свою деятельность, сложил скамейки равным образом столы во штабеля; кухни, а их было предостаточно, закрылись; а огульно биргартеновский Люд перешел во недалеко стоящее расположение — во круглым счетом называемый «гастштет» по-под вывеской «У Хинезише Турм». Куда ми забредать было воспрещено.

Теперь, полеживая получай пятом, люто продуваемом, ярусе своей дурацкой Китайской башни, ваш покорный слуга сделано далеко не просыпался с стоящих столбом одуряющих запахов жарящихся свиных ног, грудинок, потрясающих ребер, куриц, через перезвякивания «массов» — литровых пивных кружек, равно с непрерывного журчания десятков кранов, безастановочно наполняющих сии «массы» темным пивом, светлым, мутным — «вайсбир», равно «радлером» — согласен баварским напитком смешение светлого пива со специальным лимонадом…

Теперь мы просыпался ото ночной сырости равно голода из одной чуть мыслью идеже обогреться равным образом пожрать.

Уже далеко не играл подо Китайской башней воин персимфанс домашние марши, да слышался удар молотков, визг электропил, равным образом округ моей башни шла какая-то неторопливая суетня. Возводились десятки временных ларьков равно ларечков, может статься наших, которыми забит целый Питер. Как объяснил ми единовластно сильно пристойный Песик, — возлюбленный после этого каждое утро выгуливал своего безграмотный ужас здорового Человека, которому было предписано почаще происходить в свежем воздухе, — сии ларьки готовились для Рождеству Христову. А чисто сколько такое Рождество — Песик да самолично неграмотный беда здорово знал. Говорил только, что такое? во сие миг в области всему городу на таких ларечках продают счета ярких, неграмотный весть нужных маленьких вещичек равно уйму горячего провинность — напрямик возьми улицах!

Кстати, если бы олигодон барабанить насчёт здешних Собаках, ведь ко по всем статьям неоспоримым достоинствам Мюнхена ваш покорнейший слуга бы приплюсовал в таком случае обстоятельство, аюшки? Мюнхенские Собаки (а по мнению Английскому парку их гуляет великое множество!) во различие ото наших Петербургских, батюшки светы приветливы для Людям равно ко Собакам любых пород, равным образом весть спокойно, — аз многогрешный бы даже если сказал, — из достаточной долей уважения относятся для существованию Котов равно Кошек.

Наши а засранцы сперва должны беспременно отбранить ни во нежели никак не повинного незнакомого Человека, впоследствии будет погрызться посредь собой, а позже проделать до сей времени возможное, воеже потщиться затравить какого-нибудь несчастного Кота получай буревал другими словами во подвал. А убедившись во невозможности сыт по части горло его оттуда, единаче пора безответно прерываться из поводка равно прочитывать окрестности своим идиотским осипшим голосом.

Скорее всего, равным образом после этого убирать такие но Псы-кретины, которые невыгодный переваривают других пород Животных. Считающие себя, на правах говорил Александра Плоткин, «стержнем равным образом основой нации». Но буде у нас во Советском Союзе сие случай десятки полет трогательно поощрялось равным образом тщательно культивировалось, наравне рассказывал ми оный но Плоткин, ведь на этом месте таких Псов отнюдь немного, да они, подле любом проявлении нетерпимости для другим видам Животных, будет чинно наказываются.

— Это ранее наша сегодняшняя политика, — сказал ми оный Песик- симпатяга, из которым мы познакомился во Английском парке.

А до сей времени текущий Песик, сто однова извинившись передо мной, с целью далеко не испоганить мое национальное достоинство, сказал, зачем весь буква дрянь будь по-твоему через Собак Германской демократической республики. Потому что-то по воссоединения вместе с Федеративной, Германская демократическая была жуть близка до строю да объединение духу Советскому Союзу.

Ни на коем случае невыгодный оправдывая сего уродливого явления, пишущий эти строки попытался истолковать милому интеллигентному Песику, аюшки? на нашей стране однако сие происходит неграмотный с хорошей жизни. Что днесь на России всеобщее Озверение таким образом положительно повальным бедствием да распространилось почитай для постоянно элементы общества — неграмотный всего лишь Собачьего, да да Человеческого! Мало того, в духе на этом ни минорно ми признаваться, только теперь этой язвой заражена равным образом бог большая порцион кошачьего сословия… А до этого времени через того, зачем пребывать итак невмоготу, да отдельный ищет виноватого малограмотный на себе, а на ком-то другом.

— Вот такие пирожки, многоуважаемый герр Песик, — сказал я.

— Я от вами всецело согласен, майне либер герр…

— Мартын, — подсказал я. — Или позволено попросту — «Кыся»…

— Я от вами полностью согласен, майне либер герр Мартин-Киса, — неграмотный бог разобрался во наших русских именах сей Песик, и, посмотрев возьми переминающегося со бежим для ногу своего Человека, обескураженно добавил: — Но, для моему великому сожалению, не откладывая пишущий эти строки вынужден попросить прощения равным образом перервать свой что за притча! курьезный разговор. Как видите, выше- Человек поуже просится во туалет, а длительное отказ во его возрасте… Сами понимаете. Кроме всего, ему должен сызнова получить кое-какие лекарства, да автор этих строк во меру своих сил стараюсь, дай тебе возлюбленный сие делал вовремя.

Мы уважительно распрощались да я, трясясь с холода, помчался нате промысел.

Еще рано или поздно стояли теплые период равным образом основательно работал «Биргартен», а мои запасы жратвы превышали самые смелые предположения, пишущий эти строки а именно прогуливался до берегу узенького ответвления Мюнхенской реки Изар, протекающего путем огулом Английский парк. И нечаянно сверху поверхности воды увидел спинки порядком толстеньких да крупных рыб, стремившихся испытывать удовольствие всего сравнительно со чем течения. А приближенно наравне направление на этой узкой парковой речушке было куда сильным, ведь глупые рыбы почти не стояли получай месте.

Как объяснила ми позднее вице-консульская Нюся, сия рыбец называется «форель» равным образом Людям преследовать ее запрещено. Нюся хозяйка слышала, в качестве кого ее Хозяин рассказывал жене, ась? пользу кого того, воеже почерпнуть отчётливость возьми ловлю рыбы, нужно поначалу пробиться специальные платные курсы, дальше из-за приличненькую сумму сломаться экзамен, а дальше после семьдесят пятерка марок справить разрешение-лицензию. И всего только впоследствии сего тебе позволят захватить мало-мальски рыбешек во умышленно отведенном месте лещадь бдительным оком покамест сильнее специального рыбного контролера.

Но самое забавное на таковой рыбной ловле, что, поймав эту рыбу, полюбовавшись держи нее, твоя милость обязан отпустить ее назад на реку!

— Какой-то лыжный онанизм! — помню, возмущалась в то время Нюся. Представляешь, сие весь равно, по образу разве бы пишущий сии строки со тобой сидели наперсник в сравнении со чем друга равно самочки себя удовлетворяли где бы того, так чтобы неотлагательно смешаться на едином экстазе?!

Нюся обожала небо и земля роскошные формулировки да объяснения своему блядству.

— Да, — сказал я. — Действительно!

И в надежде никому во голову невыгодный пришло бы возыметь подозрение нас на онанизме, пишущий сии строки тутовник а вроде сумасшедшие слились от ней на этом, наравне его… экстазе!..

Но тут было сызнова тепло, работал «Биргартен», еды было навалом, да диалог из Нюсей в отношении рыбе носил целомудренно теоретически-познавательный характер.

Теперь холодно, Биргартен закрыт. Ни жрачки, ни Нюси, ни хрена сего нет, а лопать позывает безумно. И автор помчался для нашей парковой речушке сломя голову, на правах только лишь вспомнил об рыбе. Авось, повезет?..

Главное было отнюдь не попасть около цирлы лошадей. Здесь на парке лакомиться такие спецдорожки на седок езды, равно однажды, недели двум тому назад, моя особа перескакивал после такую дорожку равным образом немножечко было безвыгодный попал почти эту Лошадину не без; ее жуткими копытами.

Я-то вывернулся, а во сия огромная толпея эдак испугалась меня, сколько захрапела сверху поголовно парк, встала получай дыбы, дальше альфа и омега вскидывать задницей, и, конечно, сбросила не без; себя всадника, кой оказался каким-то Мюнхенским тузом. Он где-то блажил бери целый свет, что-то не откладывая но позвонит бургомайстеру Мюнхена, ноне но напишет самому бундесканцлеру да вместе держи какой нечистый дух Германии столько партий равно разных их вонючих лидеров, неравно ни единолично изо них отнюдь не может закрыть Его ото нападения диких Котов на его родном Английском парке, во в таком случае время, когда-когда дьявол платит такие умопомрачительные налоги!!!

По выражению Шуры Плоткина — «Картинка маслом»: аз многогрешный сижу бери соседнем дереве, подо мной в земле валяется нынешний Мюнхенский крутой равным образом слабит объединение пням равно кочкам всю государственную систему Германии, а его кретинская Кобыла, оправившись через первого испуга, спокойненько щиплет травку у ног своего взбесившегося владельца.

Так сколько аз многогрешный сегодня мотаюсь по части парку вместе с величайшей осторожностью.

Вот да в ту же минуту — бегу ко праздник речушке от запретной форелью, а самоуправно вроде опьянелый кручу головой, оглядываюсь неустанно соответственно сторонам, шарахаюсь во кусты, можно подумать бери меня охотится общностный полк Лошадей.

На который ми конец сии случайности во инородный стране, во чужом городе, идеже не имеется ни Шуры, ни Водилы, ни мой бесхвостого дружка-приятеля Кота-Бродяги? Не дай Бог, какая-нибудь огромная Коняга-мудила, подхалимски таскающая держи себя своего Человека, наступит получай меня своим ужасным копытом — ко ми но на этом месте наступить склифосовский некому! И кабы мы аж выживу равным образом оклемаюсь — как затянется мое повторение на Петербург?

— Нет, нам экой летний хоккей отнюдь не нужен! — по образу многократно говорил Шура, в некоторых случаях ему вещь беда невыгодный нравилось.

Вот вместе с этими мыслями ваш покорный слуга мчался вслед за рыбой. Причем, клянусь, автор сроду во жизни самовольно рыбы невыгодный ловил. Но моя персона откуда-то как следует знал — на правах сие делается. Вернее, КАК ЭТО ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ КОТ…

Я еще в тот же миг отнюдь не помню, во знакомства от нежели Александр когда-то сказал мне, рано или поздно ваш покорнейший слуга совершил какую-то небольшую оплошность:

— Странно, Мартышка… Как твоя милость был способным сие допустить? (убей Бог — малограмотный помню что!). Ты но получи и распишись антик культурный Кот. Я далеко не шучу. Ты обладаешь широким, полифоническим образованием, состоящим с трех могучих слоев — домашнего образования, для которому, смею надеяться, пишущий эти строки имею некоторое скромное отношение; уличного — достанет вглядеться в твое рваное пельмень равно знак посредством всю морду; равно телевизионного — самого распространенного образования чтобы широких слоев трудящихся. Но за исключением этого, твоя милость обладаешь потрясающим комплексом инстинктов, ставящих тебя в соответствии с отношению ко половине народонаселения решетка — получи и распишись высшую шаг развития. А это, Мартын, отнюдь не хухры-мухры!

Так вона то, в чем дело? ваш покорнейший слуга основательно знал, КАК НУЖНО ЛОВИТЬ РЫБУ, наверное, относилось не кто иной ко области Кошачьих инстинктов. Потому что, убей меня гром вновь раз, автор этих строк вовеки лично неграмотный ловил рыбу, да ни разу на жизни невыгодный видел, во вкусе сие делают Коты равно Кошки. И, тем никак не менее…


* * *

Свою первую во жизни кумжа автор подцепил лапой да вышвырнул с воды метров получай число ото края берега.

Я со трудом удерживался сверху скользком холодном камне посредине бесчувственный злобной речушки, не присаживаясь крохотку ли никак не согласно социальные накопления на воде. Конечно, ми следовало поймать до текущий поры парочку рыбин — бери сумерки да возьми завтрашнее утро, же во-первых, моя особа эдак окоченел, аюшки? меня легко трясло ото холода равно нервного перевозбуждения, знакомого, наверное, любому охотнику. А во-вторых, ми незамысловато желательно по образу позволительно быстрее пожрать.

Поэтому мы никак не стал изобличать рыбу оборона запас, а перескочил от камня возьми берег, отряхнулся равно бросился получай прыгающую по части земле форель. Это была красивая, крупная равно сильная рыбина. Оказалось, зачем у нее всего только спинка темная, а для брюшку равно нижним плавникам симпатия светлела вплоть до нежно-палевого цвета равно соответственно бокам была все покрыта коричневыми пятнышками, которые ей ужас шли.

Она скакала да уворачивалась с меня, непостоянно ваш покорный слуга невыгодный догадался крепко притиснуть ее ко земле передними лапами да амором прокусать ей загривочек у самой головы.

Вот отколь моя персона знал, аюшки? пользу кого того, так чтобы живое серебро перестала трепыхаться, нужно прохватить ей зашеек вот поэтому и есть на этом месте?! Наш отчий замороженый мерлуза был издревле вне головы равным образом благодаря тому невыгодный пытался трепыхаться. Уж как много пишущий эти строки его следовать всю свою живот сожрал, а как-никак по этих пор понятки далеко не имею, в духе дьявол выглядит во лицо!.. И оживленный рыбы моя персона отродясь невыгодный видел.

Инстинкты, инстинкты, господа. Великая уловка — инстинкты!

Ну, сколько автор этих строк могу отметить оборона форель? Пусть ни один человек безграмотный упрекнет меня во предательстве Родины сиречь во низкопоклонничестве преддверие Западом — ваш покорный слуга лишь как только честный оцениваю приманка ощущения в оный момент, рано или поздно мы жрал эту форель.

Так вот, безграмотный скрою, — ихняя свежая, всего-навсего что такое? выловленная лосось стократ вернее нашего древнезамороженого хека.

Подозреваю, который где-то, на пределах инда страшно сократившихся днесь границ нашей постоянно в равной степени огромной страны, — наверняка, плавает кумжа отнюдь не гаже немецкой. Но с целью кого симпатия плавает, спрашивается?!..

Нам из Шурой, наравне представителям интеллигентской прослойки среднерусского народонаселения, доступен исключительно «Хек замороженный безголовый». Да да в таком случае невыгодный всегда…

Размышляя таким образом, ваш покорнейший слуга доедал эту божественную рыбину сейчас лежа.

С голодухи автор слопал ее приблизительно всю. Мой пузо вздулся в духе футбольный мяч, коньки меня малограмотный держали, равным образом на тяжелой сытой сонливости ваш покорный слуга прилег, полегоньку дожевывая каскад форели…

Мог ли мы подумать, что такое? прямо вместе с сего момента начнется новая главнокомандующий моей жизни?!

Мог ли мы возьми хоть возьми побудь на месте помыслить себе, аюшки? впервинку отведанная восхитительная ишхан на корне изменит всегда мое мюнхенско-парковое факт одинокого КБОМЖа?!!

Напоминаю: КБОМЖ — Кот Без Определенного Места Жительства.

— Да, ни на жисть! — во вкусе сказал бы Водила. — Ну, нипочем, ну


* * *

Каждый разок пишущий эти строки влипаю на небо и земля передряги, когда, забыв об во всех отношениях получи свете, восторженно предаюсь каким-нибудь своим животным страстишкам!

Если составлять честным прежде конца, что-то около пишущий эти строки тогда малограмотный падал из ног с голода. Мог бы равно далеко не пить эту рыбину до дна равно сберечь сметка да врожденную осторожность. Уж разок даны тебе инстинкты, что-то около пользуйся но ими, дубина! Так нет… Непременно нужно было набубениться форелью впредь до такого свинского состояния, с тем аж неграмотный почувствовать, на правах тебя накрывают сачком!

Быстро, профессионально равным образом бережно (не то, аюшки? сии наши злобные хамы Пилипенко да Васька…) моя персона был офигительно отловлен двумя замечательными жуликами, специалистами объединение фальшивым Кошачье-Собачьим породам, да невыгодный не в экий мере фальшивым, только блестяще сделанным родословным к сих липовых «аристократов», — тридцатилетним немцем Эрихом Шредером да его компаньоном — сорокалетним итальянцем Руджеро Манфреди!

А может ми далеко не следовало эдак стрела-змея стыдить себя вслед чревоугодничество да потерю бдительности. Может, наоборот, отблагодарить судьбу на лице этой прекрасной форели…

Интересно, не запрещается в такой мере сказать: «в лице форели» другими словами нет? Надо достаточно около случае у Шуры спросить.

Естественно, зачем имена, фамилии, годы равным образом профессию сих двух жучил — Шредера равным образом Манфреди, мы узнал много в дальнейшем того, в духе они меня прихватили во состоянии полубессознательной обжираловки.

Помню, что-нибудь меня целиком и полностью поразила первая скороговорка Манфреди, которую спирт прокричал Шредеру по-немецки, так не без; откровенным итальянским акцентом. Примерно так, на правах киевские Коты равным образом Кошки разговаривают по-русски.

— РУССКИЙ КОТ, Эрих!!! Считай, что-нибудь да мы из тобой наткнулись для золотую жилу!.. Более РУССКОГО Кота автор сих строк далеко не сумели бы выследить инда на России!.. — завопил Манфреди.

Батюшки! Да, отнюдуже а они узнали, аюшки? автор русский?! Может, черт знает кто изо Котов-эмигрантов настучал?..

От удивления равным образом сытости ваш покорнейший слуга остолбенел равно даже если невыгодный рыпнулся, когда-никогда они осторожно, бережно, мы бы ажно сказал — нежно, стали пересаживать меня с сачка на клетку. Интересно, все-таки, из каких мест но они узнали, кто именно я?..

Но еще следующая скороговорка Шредера прояснила ми многое:

— Кто бы сей коток ни был — как например малаец, по малой мере китаец, так например баварец, автор его сделаем РУССКИМ! Закажем ему потрясающие русские документы, равным образом богатенькие любители домашней экзотики будут противоборствовать после власть сметь со прилавка у нас сего Кота! А пишущий сии строки лишь цену будем набавлять… Ты вспомни, наравне у нас только-только из руками далеко не оторвали того тупорылого щеночка, крашеного во полоску, которого автор продали следовать детеныша гиены?!. Вспомни какой был ажиотаж!..

— Правильно! Но так была Швейцария, Женева, да оный болванка изо Организации обьединенных наций, тот или другой купил сего щенка, для нижеуказанный день-деньской улетал ко себя на Норвегию. Мы вничью никак не рисковали… А тут…

— А туточки нужно мучиться бери наших привычных немецких стереотипах, прервал его Шредер. — Раз большенный равным образом страшный, в один из дней дикий, значит, — РУССКИЙ! А РУССКИЙ — сие сделано экзотика! Как крокодил, жительствующий на ванной комнате, иначе говоря союзник семьи — трехметровый тигриный змея на спальне. Сейчас сие чрезвычайно модно!

— Гениально! — воскликнул Руджеро Манфреди. — Мы должны доставить постигнуть покупателю, зачем в частности после сим котом есть смысл гигантская страшная земля вечные снега, Сибирь, тайга, мафия, белые медведи равно состояние немецких могил времен Второй известный войны… И вот, внутри сих могил сообразно жуткой русской земле ходит экой буйный кот, годный растерзать на хлопья белого медведя!..

— Точно! — подхватил Шредер. — Таким образом, пишущий сии строки стремительно вздергиваем цену сверху сего считается РУССКОГО кота, а во-вторых, паки повышаем прибыль Германии ко России, чрезвычайно упавший за ухода Горби бери пенсию. И окаянный его знает, может быть, получай плечах сего кота пишущий сии строки со тобой единаче равным образом войдем на большую политику!.. А большая стратегия — сие век старшие возможности. А взрослые потенциал — сие всегда…

— Большие деньги! — закончил Манфреди.

Тэк-с… Мало было ми уголовщины не без; наркотиками, со стрельбой да трупами, далеко не говоря ранее что до незаконном безвизовом пересечении границы, в такой мере в настоящее время меня хотят подтянуть до сей времени да во политические разборки! Вот туточки у меня через удивления равным образом неожиданности легко отвалилась челюсть…

— Осторожно, Руджеро! — встревоженно крикнул Шредер. — Смотри какие у него клыки!.. Это а саблезубый тигр, а безграмотный кот… Ты исключительно подожди возьми его клыки!

Руджеро Манфреди кучно закрыл следовать мной дверцу просторной клетки равным образом благоговейно простонал:

— Я невыгодный могу впериться в его клыки, если автор вижу его яйца!.. Яйца производителя! Могучего равным образом неутомимого сексуала!.. Может взяться невыгодный сбывать его, откинуть себя равным образом начить позже работать его котятами?

— Слишком рискованно. Даже рядом таких роскошных данных дьявол может угадать импотентом. Мало ли да мы со тобой знаем примеров… — усмехнулся Шредер да поднял клетку со мной. — О Боже… Какой тяжелый, швайне хунд!

У немцев «швайне хунд», так есть, «Свинячья Собака», будто жутким ругательством. Это ми покамест Коты-киевляне говорили.

— Что твоя милость хочешь сим сказать? — зловеще спросил Манфреди.

— То, в чем дело? котик тяжелый.

— Нет, от случая к случаю твоя милость говорил относительно импотентов вместе с роскошными данными!..

— Я имел во виду кота!

— А еще?!

— А еще, что-то некто тяжелый, чертяка бы тебя побрал!.. А весомый возлюбленный потому, почто на пара раза тяжче любого нашего кота! Достаточно?!

— То-то же! — сделано со спокойной совестью сказал Манфреди. — У нас на Италии вслед такие шутки стреляют.

— Ну, все, все! — примирительно проговорил Шредер равно накинул бери клетку в клетку платок, с тем меня далеко не было видно. — Идем…

И автор почувствовал, что такое? я неизвестно куда пошли. Сквозь в клетку покров малограмотный было различимо ни черта, равно ми ничто невыгодный оставалось делать, во вкусе остыть сверху сторона да хлопать ушами Шредера равным образом Манфреди. То ли через количества сожранной форели, ведь ли ото необъяснимого предвидения, а мы отнюдь не испытывал ни малейшего волнения, ни испуга, нуль такого, ась? могло бы меня выгнать изо равновесия. Кажется, который ваш покорный слуга хоть был малость взыграла душа тому, что-нибудь со мной случилось…

— Да, конечно, котофей роскошный! И вес, равно размеры… — восхищенно проговорил Манфреди таким тоном, так сказать мои великоватый влиятельность равным образом мои нестандартные размеры — профессия его рук да тема его личной гордости.

— И тем отнюдь не менее, с тем изготовить изо него настоящего ДИКОГО РУССКОГО КОТА — ГРОЗУ СИБИРСКОЙ ТАЙГИ, — нам придется по-над ним до этих пор мало ли поработать, — кряхтя, сказал Шредер. — Кстати, неплохое названьице к новой породы — «Гроза Сибири»…

— Отличное название! — подхватил Манфреди. — Точно! Из него нужно выделывать подлинного ВАЛЬДВИЛЬДКАТЦЕ!..

Это у них приближенно по-немецки называется необыкновенный лесной Кот. Я об этом узнал покамест с вице-консульской Нюси. В секунды восторженного оргазма симпатия кричала мне: «Ты — моего Бог! Ты — вальдвильдкатце!!! Я умираю!..»

Правда, позже мы невзначай узнал, почто во сии мгновения Нюся кричит такое любому Коту, которому симпатия была малограмотный во силах отказать. Но сие нисколечко отнюдь не умаляло ее достоинств, а всего лишь делало ее единаче побольше привлекательной. С Нюсей инда самый замухрышистый Кот чувствовал себя половым гигантом!

Тэк-с… Значит, они хотят с меня сделать, во-первых, — «настоящего русского», а во-вторых, ко тому а — «дикого»… Забавно! Интересно, что они представляют себя «настоящего дикого русского Кота»? С рогом в лбу равно из серпом да молотом получи и распишись груди? Или вновь как-либо позатейливее? Ну, прохиндеи…

И тут, слышу, Шредер спрашивает у Манфреди:

— У тебя сохранились местоположение того старика, который-нибудь делал нам документы получай «русскую гончую»?

— Конечно! Я исключительно отнюдь не отвечаю — сохранился ли самовластно старик.

— А ась? не без; ним могло случиться?

— Эрих, просчитай ситуацию хоть бы бы получай течение вперед! Если оный старина на сороковник пятом году во Потсдаме убежал изо Красной Армии на чине старшего лейтенанта, так как ему может являться не долго думая лет?

— Семьдесят пять… Восемьдесят.

— Согласись, что-нибудь сие изумительный пожилой с целью тихого перехода на второй мир. Мы ранее годочек относительно нем ничто далеко не слышали. Вариант закидон два: старец жив равным образом здоров, а сидит во тюрьме. Может быть?

— С ась? бы это? — удивился Шредер.

— Да, правда! — развеселился Манфреди. — С почему бы это?! Старик лишь полустолетие планирование занимался мошенничеством, равно токмо только лишь цифра единожды сидел закачаешься всех тюрьмах Европы! За в чем дело? бы сие его давать место во седьмой раз?!

— Верно… — задумчиво согласился Шредер. — А какие возлюбленный если на то пошло нашел документы сверху «русскую гончую»! Экстра-класс!.. Жаль, ась? возлюбленная сдохла по части дороге во город ангелов у сего Американского актера… Ты далеко не помнишь, в духе его звали?

— Нет, Эрих. Я помню только лишь то, ась? ее умирание — для твоей совести. Это твоя милость целое сезон орал, в чем дело? у русской гончей повинен присутствовать втравленный чрево да колол ей эликсир жизни за того, с тем принести кастрюлю нормального супа. А нынешний голливудский дурачок инда принципы безграмотный имел — какой пузо иногда у настоящей русской гончей!..

Тут мы почувствовал, сколько наш брат остановились, да Шредер опустил мою клетку получай землю. А впоследствии автор услышал такие обиженные интонации во его голосе, ась? с грехом пополам было далеко не стал его плакать по мнению чем

— Руджеро, Руджеро! — простонал Шредер. — Ты без затей сучий сыночка потом этого! Будто твоя милость далеко не знаешь, что такое? когда-когда начинаешь производить «русскую гончую» изо обыкновенной длинной равно тощей дворняги от вытянутой мордой да таким чудовищным врожденным пороком позвоночника, ась? ее защита становится круглой, вроде у настоящей «русской гончей», — этак не запрещается чаять ась? угодно! Я собственной персоной думаю, что-нибудь симпатия скончалась через радостного удивления, эпизодически узнала, почто впредь бросьте быть никак не во Мюнхенском Берг-ам-Лайме, а во Лос-Анджелесском Беверли-Хиллз…

— Господи! Какое счастье, в чем дело? наша сестра завязали со собаками равно перешли только лишь в кошек! — воскликнул Манфреди, да моя персона услышал, на правах симпатия стал отверзать автомобиль. — Насколько они экономичнее собак, до какой степени тише, до какой степени удобнее на транспортировке…

Я почувствовал, вроде Шредер наклонился ко клетке равным образом снял вместе с нее тряпку. Холодное желтое паргелий ударило меня за глазам. От неожиданности равно пережора мы икнул равным образом увидел, аюшки? колеса Шредера равным образом Манфреда (куда затем этой сволочи Пилипенко равным образом придурку Ваське от их обосранным «Москвичом»!..) есть расчет во узенькой прелестной улочке, ничуть недалеко от целиком и полностью незнакомым ми входом во Английский парк. Я знал, зачем роща архи большой, только инда равно никак не подозревал, в какой степени спирт велик. Я был нерасторжимо убежден, что-то после сие минута ты да я дошли впредь до другого конца города…

— Тем более, сколько цены бери собак безотлагательно закачаешься по всем статьям мире падают, а сверху котов равным образом кошек — растут, — заметил деловитый Шредер.

— По тем а причинам. По во всей полноте экономическим соображениям, — сказал Манфреди равным образом поднял мою клетку, дай тебе внести ее во автомобиль. — О, демон его побери!!! Какой он, действительно, тяжелый! Кошмар. Бедные кошки!.. Так повезем, либо нехай поспит?

— Пусть, для кто ни попало случай, поспит. На который нечистый дух нам нужно, дай тебе спирт запоминал дорогу!

— А на привидений твоя милость снова безвыгодный веришь?! — расхохотался Манфреди да достал из-под сиденья нищенский кожаный портфельчик.

— Нет, Руджеро. До сего автор этих строк сызнова неграмотный дошел, — основательно ответил ему Шредер. — Но, нежели чище наш брат от тобой занимаемся кошками, тем чаще ваш покорный слуга начинаю думать думушку надо некоторой жутковатой фантасмагоричностью сих созданий. Мне кое-когда кажется, что-то ты да я у них — во вкусе держи ладони. Вот подожди возьми этого, например… Какой у него разумный взгляд, во вкусе дьявол следит вслед твоими руками!..

— Ты кончишь на психиатрической клинике, — рассмеялся Манфреди. — Коты сильно любопытны равным образом то, почто спирт следит из-за моими руками — на этом в отлучке околесица удивительного.

Плевал ваш покорный слуга получай любопытство! Еще бы ми неграмотный досматривать из-за руками сего Руджеро Манфреди! Я равно никак не пытался сего скрывать…

С возрастающей тревогой моя персона смотрел, равно как Руджеро Манфреди вынимал с портфельчика ювелирно шлепнутый однократный шприц, ампулу от прозрачной жидкостью, ватку да небольшую пластмассовую бутылочку вместе с кнопкой в горлышке.

А так ваш покорный слуга безграмотный знал, зачем сие такое! Когда на прошлом году у меня заболел Александр Плоткин воспалением легких, в таком случае ко нам приходила молоденькая участковая докторица да самочки трикраты на праздник делала Шуре какие-то уколы. И троекратно на сутки аз многогрешный видел шприцы, иглы, ампулы да ватки…

Врачиха была прехорошенькой равным образом лечила Шуру как бы на себя. И безвыгодный ошиблась на своих надеждах. Александр выздоровел да затем недели двум праздник равным образом ноченька благодарил эту докторишку так, ась? ми порой ото их стонов равно воплей желательно от балкона выпрыгнуть. Так они меня достали своими благодарностями дружок другу: Александр — докторишку вслед за то, что такое? возлюбленная его вылечила, а докторишка — Шуру, следовать то, ась? оный выздоровел…

Поэтому моя особа аспидски ладно знаю, в чем дело? такое ширка равно ампула!

И кабы сии неуд жулика собираются содеять ми вливание равно наркотизовать меня — пишущий эти строки им не долго думая покажу, что-то такое, действительно, НАСТОЯЩИЙ РУССКИЙ КОТ, что всю свою живот — через рождения равным образом прежде смерти — лишь равно делает, что такое? борется вслед свое существование!

Пусть они лишь только ко ми приблизятся, чтобы всего попробуют запустить руку в заграничный карман меня с клетки!!! От них умереть и безграмотный встать всегда стороны хлопья полетят!.. Уж кабы моя персона профессионального убийцу — Алика, не без; его длинным равным образом почти не бесшумным пистолетом, никак не испугался, то…

Но ни Руджеро Манфреди, ни Эрих Шредер аж равно невыгодный пытались выявить клетку. Установив ее сверху заднем сиденье автомобиля, Манфреди вынул с того а портфельчика небольшую кривую ручку, вставил ее во какое-то отверстие, кажется, у толстого дна клетки — мне, находившемуся из первых рук в середке клетки, сие просвет видимое дело малограмотный было. Я был способным относительно нем исключительно догадываться.

А далее Манфреди стал как черепаха обращать эту ручку округ своей оси. Вначале ваш покорнейший слуга вместе невыгодный заметил ни плошки особенного, опричь скрипа перед полом клетки. А в дальнейшем нечаянно сообразил, сколько держи меня неумолимо надвигается боковая оболочка всей клетки!

К моему ужасу, клетушка становилась весь сделано да уже, и, наконец, стала столь узкой, в чем дело? автор этих строк легко никак не был способным во ней пошевелиться!

— Не бойся, котик, безвыгодный бойся, — приговаривал Эрих Шредер. — Это обычная конура — фиксатор. Мы тебе шиш плохого никак не сделаем.

Подонок! Как якобы прежде сего дьявол ми делал лишь хорошее!

Этот сукин сын Манфреди крутнул вновь полоборота ручкой, равно в настоящее время меня стиснуло в кругу стенками так, в чем дело? моя особа немножечко никак не лишился сознания!

Манфреди отбил краешек у стеклянной ампулы, набрал от того места на баян транссудат равным образом сказал Шредеру:

— Кот зафиксирован. Ты будешь колоть?

— Коли, если сам. Он получай меня круглым счетом смотрит… — отмахнулся ото него Шредер да ласково сказал мне: — Не пугайся, котик. Сейчас твоя милость у нас поспишь, отдохнешь…

— А прикинь себе, зачем котишка тебе против всякого чаяния отвечает: «А малограмотный пошлепали бы вы, герр Шредер, ко во всем чертям?!.» — разоржался Манфреди.

— Наверное, один раз круглым счетом сие равным образом произойдет, — ответил Шредер.

Тут ваш покорнейший слуга ощутил безболезненный замечание на задницу равным образом почувствовал, в духе высвобождая меня, стала сходить от ума барбет клетки. Я попытался встряхнуться, же коньки меня невыгодный держали равным образом ваш покорнейший слуга рухнул получи и распишись настил клетки.

Последнее, что-то аз многогрешный услышал, был взрыв хохота Манфреди:

— Эрих, отнюдь не затягивай из визитом ко психиатру…

… А дальше вдруг, из каких мест ни возьмись, моя персона вижу Шуру Плоткина на нашей ленинградско-петербургской квартире!..

Александра мотается согласно захламленным равно неубранным комнатам, бросает какие-то шмотье на чемодан, валяющийся возьми полу, равным образом возмущенно говорит ми так, так сказать неграмотный видел меня сумме часа три:

— Ну, идеже твоя милость пропадаешь, Мартын?! Я вместе с величайшим трудом выбиваю во Союзе журналистов путевки нате Черное море, а твоя милость да ухом невыгодный ведешь! Я пытаюсь оформить документы бери тебя тоже, а ми говорят: «Предъявите кота». Я им говорю: «Он в ближайшее время явится…». А они мне: «Вот от случая к случаю явится, в то время равным образом будем оформлять!» А твоя милость шляешься дьявол знает где!

— Шура! Шурик!.. — на отчаянии кричу я, равно сразу понимаю, зачем кричу НАСТОЯЩИМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ГОЛОСОМ!!! — Мы никуда неграмотный можем уехать! Ни ты! Ни я!.. Я обещал Водиле, что такое? твоя милость присмотришь из-за его маленькой дочкой Настей! Шура, наш брат невыгодный можем его кинуть во таком состоянии… Мы должны их немедля разыскать!

Александр продолжает метаться, собирает имущество равным образом спрашивает меня:

— Ты свое место будешь вынимать из собою получи море?

— Плевал автор получай кресло! Плевал автор этих строк сверху море!.. — кричу моя особа во ответ. — Я общий никуда отнюдь не поеду!.. Что из тобой, Шурочка?! Что происходит?!

Александра как вместе с неба свалился тихонько садится на мое седалище да говорит:

— Ты хочешь правды? Пожалуйста. Я отвык через тебя, Мартын. И твоя милость есть с целью сего все! Своими собственными лапами.

— Что твоя милость говоришь, Шурик?! — заплакал я. — Это невероятно…

— Вероятно. И извините меня, Мартын… Я повинен говорить тебе все. Случилось так… Короче, в настоящее время у меня глотать другая Кошка. Извини, Мартын, так автор хотел являться честным вплоть до конца.

И тогда ваш покорнейший слуга вижу, равно как держи спинку кресла, на котором дьявол сидит, откуда-то вспрыгивает та самая масть Киска, которая работала получай сих страшных Кошко-Собаколовов — Пилипенко равным образом Ваську. На которой погорел да я!..

— Ты со ума сошел, Шура! — на панике кричу я. — Эта лисица блядистка — примитивнейшая завлекуха! Известная Пилипенковская «подсадная утка»! Она заложит тебя во три секунды!.. На нее, равно как бери живца, Пилипенко да Васька отлавливают лучших Котов, а позднее умерщвляют их на институте физиологии alias делают с них шапки!.. Ты хочешь поделаться шапкой, Шура?!! Так буква передним местом думает тебе на двум счета поможет!

— Мартын! — придирчиво прерывает меня Шура. — Не смей баять по отношению ней во таком тоне. Ты, на первую очередь, делаешь ми больно. Я сего неграмотный заслужил.

— А пишущий эти строки — заслужил?!! — ору ваш покорнейший слуга своим жутким Человеческим голосом. — А Водила — заслужил?! Его чекушка Настя — равным образом заслужила?!

Тогда Александра встает изо кресла да в который раз начинает скликать вещи. И сия лиса патрикеевна стерва, далеко не прекращая распевать да торчать об Шурины ноги, помогает ему класть чемодан!..

— Что твоя милость таково волнуешься следовать своего Водилу равно его Настю? — усмехается Шура. — Они неотложно на соседней комнате равно твоя милость можешь немедля убедиться, ась? из ними однако во порядке.

Я на правах тронутый мчусь во соседнюю комнату равным образом вижу исхудавшего м а л е н ь для в отношении г что касается Водилу, завернутого на детское одеяльце. Рядом малолетний неподвижный фунтик со соской…

Водила лежит в пустом книжном стеллаже рядом от письменным столом. На столе Шурина пишущая машинка лишенный чего ленты. Все покрыто толстым слоем пыли. На верхней полке стеллажа сушатся пеленки…

Вокруг стола на танце извивается полуголая здоровенная деваха парение двадцати пяти. Выглядит симпатия так, будто бы только лишь зачем выпрыгнула с порнушного журнала.

— Боже мой!.. — на ужасе моя персона бросаюсь для Водиле. — Водила, родненький… Что происходит?! Объясни ми — автор околесица никак не понимаю…

— А… Это ты, Кыся?.. А ваш покорный слуга контия думал, почто равно неграмотный свидимся… Хорошо, почто твоя милость вернулся, — втихую шепчет Водила.

— А сие кто?.. — спрашиваю автор равным образом показываю возьми порнодевицу.

— Так сие но моя Настенька!.. Неужто безграмотный узнал? А до сей времени говорят, который возлюбленная для меня похожа. Настенька, познакомься… Это выше- друг-приятель — Кыся. Я тебе относительно него рассказывал…

Я, целиком и полностью по-Человечески, протягиваю ей лапу равным образом слышу, во вкусе говорю стандартную фразу, которая у Людей во пятидесяти случаях с ста безграмотный соответствует истине:

— Очень приятно!

Она ложится получи тахту, равным образом протягивает ми руку, а отнюдь не пожимает ми лапу, а одновременно беретка меня вслед ЭТО САМОЕ в лоне моих задних лап, а другой рукой затаскивает меня держи себя!..

Я от трудом вырываюсь ото нее, подползаю ко Водиле равно шепчу:

— Но твоя милость а говорил, что-нибудь симпатия маленькая?!

— А симпатия подросла, — бесшумно отвечает ми Водила. — Время-то идет, Кыся. И, вроде говорится, диктует нам приманка законы!

От ярости мы подпрыгиваю малость невыгодный по потолка равно воплю на истерике:

— Нет! Нет!!. Нет!!! Я неграмотный хочу сих законов!!! Я хочу водиться сообразно своим законам — они у меня одни для безвыездно времена!..

— Ну, бля, твоя милость даешь, Кыся… — на своей обычной манере расстроенно шепчет обессилевший да м а л е н ь для да й Водила.

Я понимаю, что-то после минута мой отсутствия во моей стране самую малость подобает было измениться, а аз многогрешный в такой мере был нерушимо уверен, аюшки? ни меня, ни круга моей любви да моих привязанностей сии изменения ввек безграмотный коснутся, в чем дело? сейчас находился на состоянии полной раздавленности. Я был точно «по стенке размазан», во вкусе сказал бы тот, являвший изо себя моего Александр Плоткин…

И хоть на каком-то затылочном участочке мой мозга билась мыслишка, что-нибудь всегда происходившее не долго думая итого только сон, кошмар, одурманивающий бред, — имущество мое было ужасным. Я оказался никому безвыгодный нужен, равным образом сие меня сломило…

Я понизив голос вышел в балкон, в воображении попрощался со всеми равным образом выпрыгнул из восьмого этажа.

Но что-то неграмотный ощутил стремительного падения, никак не испытал страха предварительно ударом об землю, а либерально равно как черепаха поплыл за воздуху, зависая среди этажами, заглядывая во освещенные окна моих соседей до дому.

Я посмотрел ниже равным образом увидел, аюшки? опускаюсь на наслышанный площадь нашего родного мусоросборника, где, задрав украшение лица кверху, наблюдательно следил ради моим полетом выше- анахронический куцехвостый дружок — Кот-Бродяга равным образом осуждающе говорил ми поуже по-нашему, по-животному:

— Ёлки-палки, Мартын, сколько стоит не запрещается ждать?! Я сознательно в минута когда-то отпросился со службы, а тебя целое пропал равно как можно! Давай, Мартын, невыгодный дури. Лети быстрее.

Я ровно опускаюсь возле от Бродягой равно не проронив ни слова кладу ему голову возьми плечо. В глотке у меня игра стоит свеч клубок слез равным образом пишущий эти строки пустословие никак не могу выпалить — ни по-Животному, ни по-Человечески…

Потом ты да я сидим на нашем старом, а волшебно преображенном подвале — плавный свет, чистота, тепло, уютно. На стенках фотографии Бродяги, чучела крысиных голов — свидетельства Бродяговой охотничьей доблести. На вешалке — удивительный черноволосый жилеточка будто зимней собачьей попонки вместе с застежками для «липучках».

— Что это? — спрашиваю моя персона Бродягу.

— Моя рабочая спецовка — пуленепробиваемый бронежилет.

— Господи!.. Тебе-то зачем?!

— Я но говорил, ась? в настоящий момент служу. Охраняю одну совместную фирму кальпа после трое. Ты кушай, Мартын, кушай!.. Вот хек, чисто форель, вишь прекрасная суповая кость… Я что-то около ждал тебя.

— Откуда сие совершенно у тебя?!

— Как откуда? Платят-то во ЭсКаВэ… А ради ЭсКаВэ, Мартынчик, не откладывая у нас дозволительно совершенно дать на лапу — хоть Слона во маринаде!

Мы со Бродягой лета неудовлетворительно вспять мотались получи и распишись Петроградскую сторону на зверинец — насмотрелись там! Поэтому ваш покорный слуга адски даже если четко представил себя Слона во маринаде, да впервой вслед за сполна спанье улыбнулся. Бродяга до безумия обрадовался!

— Давай, Мартын, до три перлы валерьянки после встречу! — говорит Бродяга да достает со войско мелкотравчатый пузырек. — Настоящая, дореформенная! По случаю ми достали. Один, на прошлом КаГеэБэшный, Кот — твоя милость его невыгодный знаешь, — не откладывая совместно со мной во охране работает. Так симпатия до сей времени домашние бывшие знакомства сохранил равно пусть даже усилил! Чего хочешь навязнуть в зубах может!..

И во сие морг со грохотом распахивается дверца равным образом во погреб влетает Александра Плоткин — босиком, во старых латаных джинсах да в чём матерь родила за пояс. А возьми маркоташки у него большая синяя татуировка — «К Ы С Я»!..

— Мартынчик!.. — кричит Александра равно заливается слезами. — Мартышка, друг мой! Дружочек муж единственный!..

Рыдания ему мешают балакать связно, да дьявол падает в пол, ползет ко мне, протягивает шуршалки да плачет горючими слезами.

— Мартынчик… — всхлипывает Шура. — Ну безграмотный разгильдяй ли ты?! Ну, наравне а тебе могло ТАКОЕ ПРИСНИТЬСЯ?.. Может, твоя милость перекушал возьми греза грядущий? Может, нанюхался какой-то гадости?!. Да по образу а тебе ЭТО на голову пришло?!! Разве не грех санкционировать себя хоть краем иллюминаторы ВИДЕТЪ ТАКИЕ СНЫ?!! Я а здесь погибаю безо тебя, Мартышка…

А тебя совершенно перевелся равно нет. Где ты, Мартынчик? Где ты?..

И Александра что смутный начинает идти окрест руками, пытаясь меня найти…

В открытую плита подвала врасплох врывается опасный ветер, подхватывает меня, Шуру, Бродягу, срывает со стен чучела крысиных голов, фотографии, весь ломает, крушит в отношении корявые бетонные стены подвала, равно автор вижу, равно как Бродягу во его пуленепробиваемом бронежилете (когда некто его успел напялить?) со дикой насильственно бросает в отношении стену! Бродяга бездыханно падает нате настил равно разбивается какими-то уродливыми глиняными осколками…

Ослепший да обагренный кровью Александр сызнова пытается сопротивляться, однако мощь сего тайфуна в такой мере велика, сколько бедного Шуру впечатывает во бетонную стену, равно некто застывает во ней — плоский, распластанный, от мученической гримасой получи и распишись полностью непохожем для себя лице…

Я раз как-то умудряюсь одолеть силу сего невероятного ветра, подлетаю для Шуре, обламывая когти, пытаюсь раздобыть его с стены, же гроза чего ветр со воем подхватывает меня, отрывает ото Шуры равно выносит изо подвала на холодную черноту звездного неба…

И автор этих строк лечу, лечу, лечу, да постоянно времена вверх, а неподалёку со мной, оказывается, летит Таня Кох равно ничтоже сумняшеся говорит ми по-немецки:

— Послушай, Кот… Может быть, тебе как ни говорите отпустило вернуться ко мне? Проснись, проснись, Кот! А ведь жуть бедственно болтать со спящим Котом…


* * *

И автор просыпаюсь…

Никакой Тани Кох. Никакой клетки.

Уйма незнакомых запахов. Слегка кружится голова…

Дико свербит пить!..

Первое, аюшки? пишущий эти строки вижу — склонившийся ко ми чрезвычайно отшлифованный модификация физиономии Эриха Шредера во образе женщины.

Она ставит передо мной миску вместе с водою да говорит:

— Пей. После сих дурацких транквилизаторов век до чрезвычайности руки чешутся пить. По себя знаю.

Я не без; трудом встаю возьми слабые вновь ноги. С жадностью начинаю глушить воду. Пытаюсь восстановить в памяти детали своего сна…

— Вот равным образом прекрасно, — говорит женщина, похожая нате Эриха Шредера. — Давай знакомиться. Я — Хельга Шредер. Я монахиня пошел прочь того жулика — Эриха Шредера да товаристка его бизнеспартнера — женщина Руджеро Манфреди. Вон они сидят вслед за столом и, в качестве кого обычно, пьют саки без участия меня.

— Не надо!.. Не требуется прикидываться бедной овечкой! — кричит Манфреди по поводу стола. — Тебя приглашали без просыпа джон-ячменное зерно вкупе со нами, а твоя милость предпочла кота!..

— Не обращай внимания, Руджеро, — черепашьим ходом говорит Эрих. — Это Хельга. Ты ее знаешь отнюдь не невыгодно отличается от меня. Это ее стиль.

— Пей, пей, кот. Не приколись! их, — улыбается ми Хельга. — Я постарше Эриха получи и распишись три возраст равным образом помоложе Руджеро держи семь лет. Зато автор этих строк компаратив их обеих совокупно взятых, примерно, единожды на десять.

Тут Хельга хочет провести рукой меня, однако пишущий эти строки нутром прижимаю лопухи для голове, поворачиваюсь для ней вполоборота и, для что ни есть случай, раззеваю пасть равно делаю сие свое отработанное «Кх-х-ха!..», нежели по большей части предупреждаю, что-нибудь безвыгодный терплю чужих поглаживаний.

— Осторожней!.. — кричит ей Эрих равным образом они с от Руджеро бросаются ко Хельге возьми помощь.

И вона тута ваш покорнейший слуга исполняю особенный хороший номер, кто по большей части использую на двух диаметрально противоположных случаях — не так — не то тогда, когда-никогда автор хочу восхитить окружающим, либо тогда, при случае хочу их крохотку пугнуть равно таким образом внести для место. Я уж когда-то говорил об этом трюке — Неожиданный Прыжок Вверх изо непредсказуемого положения Сидя или — или Лежа. Овчарки во беспамятство падают, а оборона Людей равно бредить нечего…

Вы хотели владеть НАСТОЯЩЕГО ДИКОГО РУССКОГО КОТА? Пожалуйста!

Как говорится, извольте получить!

Без малейшей подготовки, со всех четырех лап сразу, ваш покорнейший слуга взвиваюсь в двухметровую высоту равным образом оказываюсь бери верхотуре старинного резного шкафа.

Манфреди да Шредер — потрясены, ась? да требовалось. Несчастная Хельга безграмотный получай шутку испугана. Ее ми становится инда трошки жаль. Не переборщил ли я?

— Боже, какой громадный… Я таких до этого времени ни в жизнь невыгодный видела, — бормочет бедная Хельга и, пытаясь прикрыть частный испуг, спрашивает у Эриха равным образом Руджеро: — Ребята! Где ваша сестра сперли сего Кота? Не на Олимпияспортхалле? Там сейчас, вроде однова проходит соревнование таблица до бодибилдингу на тяжелом весе… Он, случайно, малограмотный изо состава участников?


* * *

У нас нате границе Мюнхена родной частный помещение во Оттобрунне.

После крушения Берлинской стены шнурки Хельги равным образом Эриха ради пети-мети купили во Германской бывшей демократической республике великолепный да широкий изба подо Эрфуртом, а домишко на Оттобрунне оставили своим детям.

Домик был, напрямик скажем, безвыгодный Вседержитель новость что. Его построил старая песочница Хельги равным образом Эриха за единый вздох но позже войны, равным образом в этом случае настоящий здание олицетворял идеал обеспеченности равно благополучия!

Но сегодня, на сравнении вместе с толпами новых роскошных да сил блистает своим отсутствием как дорогих домов, домишко Шредеров выглядел жалкой конурой. Да здравствует добрая кэш по отношению дедушке, тот или иной догадался возвести кругом в родных местах да добротного садового участка такую высоченную равным образом толщенную ограду с нечеловечески плотных растений, пахнущих мягкой хвоей, что такое? со стороны улицы равным образом боковых соседей убогость домика Шредеров была никому малограмотный видна. Да равно всё-таки происходившее недалеко у себя да получай его участке было недурственно сокрыто через посторонних глаз. Для никак не издревле праведных занятий Эриха Шредера да Руджеро Манфреди сие было жуть равным образом адски важно. Ибо рядом всепоглощающей любви немцев ко порядку, все стучание в рассуждении «непорядке» считалось проявлением доблести, честности да гражданственности.

Дом естественным образом делился возьми двум половины — одну изо которых занимала Хельга, а вторую — Эрих. Так в качестве кого Руджеро Манфреди в ночное время спал не без; Хельгой, а белым днем работал со Эрихом, в таком случае получалось так, сколько Руджеро, волей-неволей, круглые кальпа занимал от альфы до омеги цельный дом. Всех троих сие радикально устраивало, а ми было ровным в количестве держи сие наплевать.

Я ждал своего часа. Безотчетно и, до всей вероятности, безосновательно, автор безотчетно верил на то, в чем дело? наступит день, когда-когда ваш покорный слуга вернусь на Петербург, разыщу Водилу, да по новой обрету СВОЙ ДОМ равным образом СВОЕГО Шуру Плоткина! Просто нужно запастись терпением. А во вкусе всего лишь представится малейшая мочь уложиться во Контакт из Человеком, достойным доверия — стрела-змея аз многогрешный его получи эту поездочку уговорю на лучшем виде!..

Тем более, в чем дело? без дальних слов округ меня подходит невероятная суетня: разыскан прославленный былой красноармейский хват — эксперт по части липовым документам, бланкам, штемпелям, печатям равно изготовлению бумаг всякий эпохи. Он, ко счастью, безвыгодный умер, хвала Богу — держи свободе, а безграмотный на тюрьме, равно а еще что-л. делает пусть даже женился получи какой-то эмигрантке-молодухе шестидесяти шести лет, которой, на правах уверяет старик, десятая спица пуще шестидесяти никак не дает!..

Уже вторую неделю гриб корпит по-над изготовлением моей фантастической родословной, которая, оказывается, беретик зародыш со времен исторической любви личного Боевого Кота русского царя Петра Первого ко любимой Кошке короля Швеции — Карла Двенадцатого!

Руджеро воротник ми эликсир жизни и, по-моему, какие-то стимуляторы, вследствие этого что-нибудь ми в настоящий момент который раз неустанно так и подмывает трахаться. Так что моя персона своевольно чувствую, в духе здоровею с сих уколов, ведь разрешаю Руджеро выделывать ми инъекции без участия всякой клетки-фиксатора.

Хельга что ни день расчесывает меня равным образом однажды во три дня моет специальным составом, через которого волос блестит наравне полированная.

Эрих в точности проследил, зачем пишущий эти строки жру со большим удовольствием, да в настоящее время кормит меня всего только этим, безвыгодный пытаясь пусть даже впихнуть во меня то, зачем лопают весь прочие наши Коты равно Кошки — всякие отличаются как небо и земля «Вискас», «Китекат», «Пурина», «Кэт-Шоу», «Феликс» не ведь — не то «Имас»…

Уже небольшую толику дней вполне жилище с келлера (подвала) перед чердака, в волюм числе всю прилегающую ко дому территорию, крохотку ли безграмотный круглосуточно оглашается нескончаемыми спорами — делать меня либо нет?

Существует хорошо мнения. Честный Эрих считает, зачем сбывать меня нужно на добротном отреставрированном виде — ведь есть, вместе с зашитым ухом, которое было разорвано три возраст тому вспять на Петербурге во драке вместе с одним кретином-Ротвейлером. А волна под продажей дозволено для строчка да начесать. Хельга сие делает как всегда превосходно. Никто шиш да безвыгодный заметит…

Руджеро Манфреди число равным образом Никс вопит касательно необходимости соперировать ми другое лабиринт равным образом содеять его аккуратно таким же, во вкусе равным образом разорванное. Тогда двуха разорванных шорба у одного кота дозволительно полноте публиковать из-за неповторяемый примета породы ДИКОГО КОТА, аюшки? несдержанно поднимет ко ми участие равным образом цену около продаже!

Хельга безусловно возражает в сравнении из чем какой-либо операции да требует, так чтобы меня оставили во покое. Она считает, что такое? рубец нате морде равно одно разорванное локатор — непревзойденный барометр несомненных бойцовских качеств равно мужественности кота, ведущего принадлежащий двухвековой категория с боевого окружения русского царя да скандинавской фаворитки короля Швеции.

Четвертое отчёт — мое. Оно совершенно совпадает от мнением Хельги равным образом следственно безвыгодный требует повторения.

Как всего-навсего Шредеры равным образом Манфреди убедились на том, сколько мы нонче никак не собираюсь никуда смыливаться — ми предоставили ту точка свободы, которая меня совершенно устраивала.

Участок около доме был хватает велосипед равно на хорошую погоду в с утра до ночи сюда, получи неуставший воздух, выносились изо подвала клетки со разной отловленной равным образом ворованной живностью, предназначенной на перепродажи. Тут были да Кошки, да Кролики да хоть одна квадрат со молоденькой Лисичкой, получи и распишись которую деньги неграмотный находился давалец равно возлюбленная целыми остались считанные дни тоненько да скучновато лаяла, ровно обиженная собачонка…

Кошек мыли специальными шампунями, расчесывали, делали им антивирусные равно противолишайные прививки, иногда, к дела, подкрашивали. Тут Хельга достигла такого уровня мастерства, что-нибудь ни одним даже если аспидски сведущим кошатником эдакий подкрас ни разу безвыгодный был замечен!

Иногда Кошек выпускали с клеток получи редкое в настоящий момент солнышко, равно они, ошарашенные внезапной свободой, томно ползали согласно траве получи брюхе равно вместе с перепугу передвигались протяжнее черепахи.

Вот туточки наступал выше- звездно-половой час!

Не торопясь, вдумчиво да сосредоточенно, автор этих строк перетрахивал во сам в области себе присест четыре-пять элитных, высшего, круглым счетом называемого «шоу-класса» Кошек, — с «Британских ориенталов» равным образом «Шотландских вислоухих» предварительно «Голубых длинношерстых Персианок», по-под восторженные крики Хельги:

— Руджеро!.. Руджеро!!! Я умоляю тебя, поди вернее сюда!.. Посмотри, посмотри, КАК ЭТО НУЖНО ДЕЛАТЬ!

Обычно Руджеро Манфреди вылетал с дому от криком:

— Шайзе-Карамбо!.. Он нам всех кошек перепортит!.. — да рвался ко мне.

Но Хельга перехватывала его следовать шкирка да ласково предупреждала:

— Если твоя милость на худой конец немножечко помешаешь ему, — ваш покорнейший слуга тебе шелковица а оторву яйца! Смотри, смотри, в духе сие делает сущий мужик!

Под защитой Хельги мы спокойненько дотрахивал последнюю Кошку, отваливался с нее и, поуже приводя себя во порядок, видел, по образу Руджеро равно Хельга символически ли никак не что есть мочи скрывались на доме сверху половине, принадлежащей Хельге.

Ровно при помощи пятнадцать секунд оттоль начинали рапортоваться нежные немецкие подвывания Хельги равным образом страстно-итальянское голос Манфреди…

Тогда с своей половины под своей смоковницей во верт выходил Эрих не без; откупоренной пивной бутылкой, садился наперекор меня напрямую сверху траву и, доколь ваш покорный слуга умывался равным образом прилизывался, Эрих прихлебывал пивцо с горлышка бутылки да укорительно говорил мне:

— Ну, ась? твоя милость делаешь?.. Ты знаешь, как стоят такие кошки? От трех перед пяти тысяч марок. А попадешь возьми лоха — снова в большинстве случаев дозволительно взять. Ты же, мерзавец, начиняешь их своими, враг знает какими, генами, никак не имеющими никакого связи ко их редчайшим породам… А выключая всего, твоя милость этой демонстративной порнографией срываешь не без; работы равным образом Хельгу, равно Руджеро. Слышишь, зачем они дальше вытворяют, насмотревшись бери тебя? И сие на двунадесять часов дня! А с головы дни их работы целесообразно будет дорого… Тем более, что такое? нам нужно видоизменять во доме всю систему отопления. За полста безвыездно сгнило для чертовой матери!.. Крышу нужно перекрывать… А сколечко стоят ваши кошачьи медикаменты, твоя милость думал?! За вам страховка малограмотный платит. Все изо нашего собственного кармана. Можешь твоя милость сие постичь иначе говоря нет?!..

Разговор со мной дьявол едва век заканчивал этой фразой. И я, естественно, весь круг единовременно молчал равным образом ажно безграмотный думал ему отвечать.

Но однажды, если ми его в сущности стало быть архи жалко, равным образом некто во случающийся раз в год по обещанию спросил меня:

— Можешь твоя милость сие осмыслить иначе говоря нет?!

Я ответил:

— Могу!

Причем, ответил так, чтоб некто понял, в чем дело? Я ЕМУ ОТВЕТИЛ. Уж через силу недурно на эту один момент Эрих был настроен возьми мою Волну.

Ненароком, жирно будет впритык приблизился для КОНТАКТУ! Вот автор этих строк да безвыгодный удержался…

Он во сие эпоха наравне однова прихлебывал пивко изо горлышка бутылки.

Что со ним стало! Он захлебнулся, поперхнулся, закашлялся, и, выпучив сверху меня потрясенные глаза, осипло спросил:

— Что твоя милость сказал?!

Но здесь но вскочил бери ноги, попятился с меня, выронил бутылку равным образом закричал благим матерно получи и распишись огулом Оттобрунн:

— Хельга-а-а-а!!! Руджеро!.. Хельга-а-а!!!

Два визита для психиатру ни ложки безграмотный дали…

Напичканный успокоительными лекарствами во количестве, способном попрать трех бегемотов на летаргический кошмар (ничего себя словечко моя особа откопал?!), Эрих Шредер сутками шаркал заплетающимися ногами в соответствии с дому равным образом саду вместе с остановившейся физиономией да земедленной речью.

Когда симпатия сталкивался со мной, дьявол бери ряд секунд столбенел, а позже подобострастно пытался залететь ми во глазищи во поисках хотя бы бы одного ответа для сотни мучающих его вопросов.

Я всеми своими печенками ощущал, почто психически Эрих был раскрыт на Контакта для целое сто процентов. Я, правда, принципы отнюдь не имею, что такое? такое «сто процентов», да целое Люди — равно немцы, да русские, в отдельных случаях хотят заметить «полностью» иначе «целиком», будто — «на сто процентов». Мне несложно понравилось сие формулировка своим хрустальным звучанием.

Так вот, возвращаясь для бедному Эриху…

Мне стоило всего лишь всколыхнуть кончиком хвоста да некто зараз а заговорил бы со мной держи МОЕМ языке! Мне ажно чудилось, в чем дело? моя персона визуально вижу его нагий мозг, безысходно рвущийся для общению со мной. Я понимал, сколько вдобавок сильного волевого излучения, исходящего через меня (это никак не похвальба, а элементарная констатация собственных ощущений), Эрих был стоит хоть куда подготовлен ко возможному Телепатическому Контакту со всеми Животными, из которыми спирт общался после времена недолгой учебы на ветеринарном институте — его выперли со третьего курса, — да всей последующей жуликоватой деятельностью на компании не без; Руджеро Манфреди.

Вполне вероятно, аюшки? попадись Эриху во грабли словарь доктора Ричарда Шелдрейса, дьявол эврика бы на ней ответы бери до сей времени вопросы, теперича раздирающие его бедный, на правах выяснилось, безграмотный адски подготовленный, мозг. Мало того, прочти возлюбленный Конрада Лоренца, симпатия равным образом лично бы был в состоянии забраться на Контакт от любым неглупым Котом иначе несмотря на то бы немного мыслящей Кошкой.

Но Эрих, вроде да Руджеро, вовеки нисколько нового по части своей «специальности» никак не читал. Только объявления во газетах, отчеты насчёт Кошачьих выставках равным образом неодинаковые великосветские трезвон об Котах равным образом Кошках Великих решетка сего.

Ну, чаятельно того, что»… восьмилетняя Кошка канцлера Германии Гельмута Коля сообразно кличке «Киска Коль» (убить немного после такую кличку!) появилась у канцлера сделано давно, семь планирование тому назад. (Тогда откудова известно, что такое? ей общей сложности восемь лет?!. Это симпатия ему сказала? Ручаюсь, что-нибудь ей — совершенно десять! Кошки всего-навсего равным образом делают, в чем дело? врут равным образом скрывают личный истый возраст). Канцлер Гельмут Коль в своё время подобрал ее у своего в родных местах во Оггерсхайме. И из тех пор возлюбленная живет на доме Коля». Очень трогательно!

Я прошу прощения из-за собственные комментарии, хотя всему но вкушать предел! Предел равным образом количество вкуса. А автор все же вырос во приличном доме равно был воспитан интеллигентным равно талантливым Человеком — Шурой Плоткиным, равно ваш покорный слуга обязан кто наделен собственное позиция ко печатному слову. А отнюдь не безоговорочное вера ко всему, оттиснутому на типографии.

Или такое: «Четырехлетний Кот Сокс принадлежит президенту Соединенных штатов Америки Биллу Клинтону. Сокс живет во Белом доме с со президентом. Несмотря нате то, который у Билла Клинтона нетерпимость получай кошачью шерсть, одначе наклонность ко Соксу крепче боязни недуга…»

Ну равным образом что? И целое должны реветь ото умиления? Мне, например, несравнимо симпатичнее на Клинтоне то, почто спирт играет держи саксофоне…

Хотя, на так а время, Эрих время ото времени выуживает откуда-то сведения, подо которыми ваш покорный слуга равным образом лично подписался бы всеми четырьмя лапами.

Недавно, кажется, на «Шпигеле», дьявол вычитал, почто у знаменитого модельера да самого дорогого законодателя мод Джорджио Армани живет цифра Котов равным образом Кошек. Любимого Кота Армани зовут Аннибал.

Так гляди таковой Джорджио говорит: «Я люблю Кошек больше, нежели Собак, в такой мере во вкусе они имеют качества, которые моя особа бог ценю на женщинах — элегантность, объективность равным образом характер…»

По-моему, роскошно сказано! Вот тутовник пишущий эти строки сполна с восторгом со Армани.

Ну, а за поводу ранее сыздавна известного ми знаменитого изречения великого Леонардо ну да Винчи — «Даже самая рюмка Кошка — чудесное произведение», — остается только лишь вырастить лапами! Вот когда, действительно, тянет доверять печатному слову!

И вопреки получи то, сколько у сего Леонардо по неизвестной причине вслед за тем невыгодный получилось вместе с крыльями в целях Человека, — сие ми Александра рассказывал, — оборона Кошек старина сказал гениально!

Я безграмотный знаю, останется ли Гельмут Коль канцлером Германии, а Билл Клинтон президентом Америки ко тому времени, в отдельных случаях выйдет каста книга. Вполне вероятно, зачем да нет. И буде такое случится, ведь Люди поуже посредством годок забудут малограмотный исключительно клички их Котов да Кошек, а равным образом имена самих Хозяев. Мало ли у нас было подобных примеров?

А чисто Джорджио Армани равным образом Леонардо согласен Винчи как никогда вследствие их отношению для Котам равно Кошкам, — останутся во памяти Людей навсегда! В нежели автор этих строк сполна уверен.

Конечно, пишущий эти строки был в состоянии бы применяться насупротив Эриху Шредеру равно назначить из ним Телепатический Контакт, взяв со него изречение — далеко не болтать об этом вслух. Чтобы до этих пор Хельга равно Руджеро неграмотный стали прилипать ко ми из разной никчемушной болтовней.

Но тутовник сравнительно из чем Контакта со Эрихом вот ми паче чаяния восстало нормально несвойственное ми зрение скаредности. Этакой осторожной да расчетливой бережливости, по отношению существовании которой моя особа на себя равно малограмотный подозревал. Неужели нате меня таково памяти равным образом всесильно подействовал Запад? Ну, должно же!

Я предисловий подумал: а получи который нечистый дух ми рассеивать свою нервную энергию для сего Эриха?! Пройдет неделя-другая да спирт самостоятельно обалденно оклемается. И перестанет забегать ми на глаза, ища во них подтверждения, что-нибудь спирт неграмотный сошел от ума, а Кот, действительно, говорящий. Ну, дескать, извините, хотя вона эдакий удивительный Кот…

Ведь кто хочешь Телепатический Контакт — не без; Человеком ли, не без; Животным ли другого вида, — поначалу, нет-нет да и Связь начинает всего лишь устанавливаться, требует невероятных нервных затрат, дикого напряжения всех сил. До полного опустошения! Это сделано потом, эпизодически ты да я тот и другой получи одной волне, становится легче. Вспомним Водилу… Сколько присест ми казалось, что-то связующая уток остались считанные часы оборвется! Сколько сил равным образом нервов стоило обезопасить эту Связь… Но затем возьми карту были поставлены Жизнь да Честь! Ради сего стоило, равно как говорит Шура, «ломать копья».

Хотя Честь спасти отнюдь не удалось, — немецкая четвертая власть равным образом полицейский весь в одинаковой степени объявила Водилу «единственным оставшимся во живых гангстером…», неужели а Жизнь…

Если его далеко не прооперируют равно как надлежит на Петербурге — в такой мере получи и распишись какой ляд нужна такая Жизнь? С вечными трубками равно проводами… А разве его ведь вернут с растительного существования ко нормальному, таково его равным образом российское право упечет.

Кто вслед за тем нынче докажет его невиновность? Бармен со своим ожиревшим Рудольфом? Так Бармен постарается втопить Водилу уже глубже, только лишь бы самому выскрестись с сего дела. А Рудику замажут грызло куском вестфальской ветчины либо страсбургским паштетом, — дьявол да малограмотный мявкнет.

Помочь Водиле был способным бы только лишь я. Не знаю КАК, хотя моя персона беспримерный лжесвидетель его невиновности вместе с сим проклятущим кокаином.

Однако моя особа здесь! А ми нужно присутствовать в дальнейшем — во Ленинграде. В нынешнем, чертяка подери, Санкт-Петербурге. Уж там-то моя персона что-нибудь придумаю, дай тебе спасти Водилу. Там, на конце концов, вкушать Александр Плоткин! А у Шуры котелок дай Бог во всем такую.

Вот, в некоторых случаях автор Контактирую вместе с Шурой, — автор безвыгодный в таком случае сколько напрягаюсь, моя персона отдыхаю, как получи курорте! Час трепотни из Шурой Плоткиным заряжают меня ёбаный потрясающей энергией, что такое? ваш покорный слуга могу сто Котов разметший равным образом десяток Кошек оттрахать! Так бери который нежить ми истрачивать близкие душевные равно психофизические силы сверху Эриха Шредера? Как говорит наша ленинградская старуха-дворничиха жестокая — «На всех безграмотный напасешси…»

Лучше ваш покорный слуга сберегу свою энергию получи и распишись того Человека, который-нибудь меня купит у Эриха равно Руджеро. Потому сколько до этот поры неизвестно, какой дурак захочет заключать на доме «ДИКОГО РУССКОГО КОТА — ГРОЗУ СИБИРИ»! Тем более, что такое? Руджеро равно Эрих собираются заломить цену из-за меня как бы после Леопарда.

А ужак даже если ведь меня купят — смотри в отдельных случаях ми понадобится из моим новым Хозяином экий мощный Контактище, тот или другой потребует с меня всех сил минус остатка!

Ибо автор этих строк пойду бери любые унижения — только лишь бы заградить его сделать совокупно со мной путь на Санкт-Петербург. А вслед за тем посмотрим…

… Размышляя таким образом, автор этих строк вылез с своей просторной клетки равно трогай погулять сообразно нашему подвалу. Клетку мою уж серия дней никак не запирали. Поняли, что-то подсиживать моя персона буду всего лишь по-нашему, по-российскому чудовищно возьми воле, в свежем воздухе. Как обыкновенно говорит Шура: «Иди, Мартын, пройдись предварительно ветру…» Эти фольклоризмы у нас из Шурой с нашей дворничихи Варвары.

Была глубокая ночь. Я шел мимо клеток со спящими Кошками равным образом Кроликами, да один моя дословно распухала ото всех сих мыслей что касается Шуре, по отношению Водиле, что до Петербурге…

И против всякого чаяния автор этих строк понял, зачем на ночной тишине, на слабеньком Кроличьем похрустывании, на редких, а тяжких вздохах сонных Кошек ми недостает единаче одного привычного звука — негромкого плачущего тявканья Лисички. Ночью возлюбленная как никогда безотказно поплакивала, а среди бела дня отсыпалась, стерва. Нет, дай тебе наоборот!

Я подошел для ее клетке да увидел большую дыру на полу, в пожарном порядке замаскированную сеном да частью прикрытую миской от водой. Лисицы да отпечаток простыл!

Умудриться проглодать во полу клетки такую дырищу — сие влепоту уважения. Вот сие зубы! Не дай Бог, они тебе на глотку вцепятся. А не без; виду такая стройненькая, рыжая, хорошенькая, изящная! И рожица всю с дороги грустная…

Я до оный поры дня три тому отступать смотрел возьми нее равным образом думал, а никак не испробовать ли ми ее трахнуть? Была а Дженни — лилипутский пинчер. Так черт со ним полноте снова равно Лисичка. В этом отношении аз многогрешный невозмутимый интернационалист!

Но теперь, нет-нет да и автор увидел дырку во полу клетки, прогрызенную зубами этой рыжей плаксы, автор этих строк невыгодный получи шутку перетрусил. С такого типа свяжись… Хорошо еще, даже если лишь сверх хвоста останешься.

Я обежал огульно подполье — Лисички отнюдь не было. Принюхался — равно точно! Лисица воспользовалась моим выходом: при помощи гараж. А немного погодя на воротах Руджеро особо чтобы меня внизу такое окошечко вырезал. Хочешь — входи, хочешь выходи. С территории сада совершенно одинаково никуда никак не смылишься. Там такая плотная да сдобная защита изо хвойного кустарника — ни вслед аюшки? неграмотный продерешься наружу. И торана свыше спецом загнуты в середку — на сторону сада. При одном взгляде для сии потерна мечты касательно побеге допускается оттянуть до самого лучших времен.

Вылез автор этих строк изо гаража на дендрарий равно тихохонько поезжай по-под стеночки дома. Слышу, во углу сада какая-то ритмическая возня: раз-два- три, пауза… Раз-два-три, пауза…

Я туда. Подползаю в полусогнутых, каждую веточку, каждую травинку вначале передней лапой пошевелю, в надежде невыгодный треснула, далеко не наделала бы шума, равно тогда чапаю таким манером. На дребезжание ползу. На «раз-два-три» ползу, а бери «паузу» — замираю.

Подползаю равно вижу, что каста лиса патрикеевна курвяжища подкопы лещадь ограду делает! Да приближенно ловко, зачем ранее успела вплоть до половины своего туловища уйти во землю. И торчат с этой норы всего лишь ее задние лапы, попенька равно хвост. А самоё возлюбленная не без; головой равным образом передними лапами на норе.

И роет там, равным образом роет. Только материк из-под брюха летит: раз-два-три, пауза… И снова.

Я в духе увидел эту позу — задние лапы расставлены, попенька ввысь торчит, все, сколько нужно пользу кого ЭТОГО ДЕЛА открыто, да душок с нее такого типа странный, непривычный, же бояться завлекушный. Чистая порнуха!

Тут ми эту Лисицу эдак захотелось! Морда у нее во норе, передние лапы — затем же, почто симпатия ми может сделать? А ни хрена! Я равно потяжелее буду, да поздоровее. А каракатица ее не без; этими жуткими зубками на норе, на правах во наморднике. Как говорил Водила — «кто никак не рискует, оный шампанского малограмотный пьет»…

Приподнялся я, встал в задние лапы, навалился для нее, передними лапами обхватил всю ее наружную заднюю дробь фигуры, отодвинул во сторону ее колонна и…

Это, аз многогрешный вас скажу, было нечто!!!

Картинка маслом: пол-Лисицы на норе, пол-Лисицы снаружи. В саду. Я нет слов всю трахаю ту половину, которая торчит снаружи, а с норы сделано никакая мир отнюдь не летит, а всего слышен приглушенный скулеж, так уж далеко не со плачущими, а безоговорочно от восторженными интонациями. С таким сексуальным захлебом равным образом подвыванием, что-то автор этих строк вследствие Шредеровско-Манфредиевским стимуляторам да ежедневным инъекциям поливитаминов, действительно, начинаю себя реагировать «ДИКИМ КОТОМ — ГРОЗОЙ СИБИРИ, ОТТОБРУННА И ВСЕЙ БАВАРИИ», нечистый дух меня побери!..

Трахаю ее, а сам по себе думаю — во вкусе исключительно кончу, нужно достаточно выворачивать когти равным образом утаскивать лапти раньше, нежели возлюбленная свою морду с норы высунет. Она а дикая, дура! Загрызет а ко чертям Собачьим!..

Но малограмотный вышло мое дело… Все ЭТО завершилось приближенно бурно, почто пишущий эти строки свалился у самой норы равно лапой пошевелить отнюдь не могу. Честно признаюсь — жду самого худшего. Ни сопротивляться, ни враждовать из-за дни сил нету…

А Лисица таким манером задом, раком выбирается с своего футляра — жаба на земле, передние лапы грязнущие, грызло раскрыт, квакало наружу. И разглядывает меня, лежащего равно обессиленного, равным образом ми бы годный зажмуриться, откланяться от жизнью равным образом терпеть скорого конца, а автор против всякого чаяния чувствую — возлюбленная облизывает меня! И тявкает этак весело, приближенно забавно… И катается по мнению земле целиком и полностью равно как Кошка… Я прибалдел! Вот сие да.

Ну, мы в свою очередь лизнул ее раза два-три. Это ми покамест Шура, помню, баечку рассказывал насчет вежливость. Вроде бы английские короли утверждали, в чем дело? ничего, дескать, нам малограмотный есть смысл приближенно дешево, равно нисколько безвыгодный ценится нами беспричинно дорого, в духе вежливость.

И точно! Она меня во отклик вроде ну-кася лизать, хоть сколько-нибудь ли неграмотный взасос! Ну, пишущий эти строки что-то около поднапрягся, собрал остатки сил, равным образом говорю ей по-нашему, по-Животному:

— Ты, что, века бери просушке?

Вижу, возлюбленная держи меня что-то около смотрит равным образом неграмотный понимает, по части нежели сие я. Ну, ваш покорнейший слуга ей снова, на побольше доступной форме:

— Я говорю, вместе с тобой ЭТОГО века далеко не делали? А симпатия ми да отвечает:

— Со мной ЭТОГО общо шишка на ровном месте в жизни не отнюдь не делал. Я ажно равным образом малограмотный знала, в чем дело? ЭТО приближенно прекрасно! Давай, вновь разок, а?

— Погоди, — говорю. — Дай как например передохнуть немного.

— Зачем? — спрашивает симпатия приблизительно наивно, ась? автор этих строк хоть рыло раскрываю через удивления.

— Ну, равно как тебе сказать… — мямлю я. — Мне, понимаешь, нужно капелька передохнуть, в надежде ЭТО произвести тебе пока что лучше.

— ЭТО твоя милость равным образом круглым счетом сказочно делаешь! — идейно говорит Лисица. — И «лучше» ЭТО уделывать отнюдь не надо, а в таком случае моя персона нисколько из ума сойду…

И улыбается кайфовый постоянно приманка страшненькие зубки. И спрашивает:

— Мне, что, вторично из головой на дырку лезть? Ты ми советуй, подсказывай, а ведь все же мы из ЭТИМ в узловой раз сталкиваюсь!

Я вспомнил дыру во полу клетки, поглядел возьми ее клыкастую мордашку и, получай произвольный случай, говорю:

— Да, знаешь, сей поры лучше, в качестве кого равно на былой крат — передними лапами равным образом мордой туда, а до сей времени остальное допустим довольно снаружи.

— Нет вопросов, любимый, — от готовностью отвечает Лисица равным образом тогда но для полтуловища сигает на свою нору.

Я наравне увидел опять-таки ее задранную на-гора попку, расставленные, дрожащие через нетерпения рыжие задние лапы, ее богатый шлейф — сделано отброшенный во сторону, этак на меня, отонудуже ни возьмись, получается подсоединяться такое неукротимое желание, что-нибудь моя персона на одно момент взлетел получай сии оставшиеся на взгляд пол-Лисицы и…

И, вроде то и дело кого-то цитировал Александр Плоткин — «Процесс пошел!..»


* * *

Ну, потом, самочки понимаете, — небо и земля в дальнейшем облизывания, взвизгивания, мурлыканья. Всякие немного погодя шутливые покусывания, с которых у меня, а за совесть говоря, деньги стыла на жилах. Заверения во вечной любви, клятвы…

А лещадь утро, позже ее бессчетного ныряния мордой на нору, — целиком и полностью конкретное предложение, поразившее меня своей прямотой: она, Лисица, прорывает эту нору подо оградой от кончика носа до кончика хвоста для дороге, равным образом наш брат сматываем удочки не без; ней вместе во пан равно начинаем водиться вслед за тем купно на успех равным образом дикости.

И идеже бы ты да я в дальнейшем ни поселились, возлюбленная — Лисица, без участия подземного на родине со множеством помещений равно несколькими выходами нате земля Божий, неотменно выроет рядом покамест равно во такую короткую, общей сложности получи пол-Лисьей длины, «слепую» нору, — присест контия автор этих строк всего лишь ТАК хочу ЭТО со ней ДЕЛАТЬ. И сие у нас полноте прозываться «Тупик любви».

Но вона шелковица аз многогрешный был вынужден снисходительно равным образом вовсе выбросить за борт с до такой степени заманчивого предложения.

— Почему? — от всего сердца удивилась Лисица. — А ми мамулечка некогда говорила, который с всех домашних животных Коты — самые независимые равным образом вольнолюбивые ребята!

— Так-то оно так, — согласился я. — Но получай ми лежит ручательство из-за проживание двух ужас хороших Людей, которым аз многогрешный не мудрствуя лукаво обязан помочь! А для того сего ми нужно равно как дозволяется быстрее вылезть из шкуры попасть на Россию. В Петербург…

— А зачем сие такое? — по простоте сердечной спросила Лисица.

И я, зацикленный совковостью мудак, позабыв насчёт всякой ироничности, которую наша сестра в большинстве случаев напяливаем получи и распишись себя, в некоторых случаях фраза заходит что касается чем-то серьезном равным образом возвышенном, самолично стесняясь своего ответа, так никак не отыскивающий никаких других слов, сказал Лисице:

— Родина…

А потом, устыдившись облезлой помпезности сего затертого да исшарканного слова, добавил:

— Место, идеже моя особа родился равно вырос. Моя бедная да несчастная родина. Которую моя персона ахти люблю…


* * *

Отоспаться задним числом этой фантастической ночи ми приближенно равным образом безграмотный удалось. Уже часам для девяти пишущий эти строки был разбужен криками, шумом автомобильного мотора, проклятиями да двумя незнакомыми ми голосами.

Выяснилось, что такое? непостоянно ваш покорнейший слуга дрых минуя задних лап, моя жутковатая лиса патрикеевна мотовка за всем тем прорыла шаг по-под оградой равным образом на веки вечные покинула жилище Шредеров, унося во своем дух пламенную страстишка ко мне, а на зубах самого большого равно толстого Кролика, у которого вместе с вечера забыли запереть клетку.

Я понимал, зачем позже ТАКОЙ ночи Лисица обязана была бы подкрепить домашние силы, однако Кролика было до сей времени одинаково бог жалко…

Два чужих голоса принадлежали знаменитому русскому старику-мошеннику — специалисту за изготовлению любых документов, равным образом его новой жене — симпатичной толстухе, бывшей во свое момент секретарем партийной организации отдела народного образования города Кимры. Что после город, понятки отнюдь не имею!..

В разговоре возлюбленная весь эпоха старалась разбередить старые раны о во всем этом, ради ее невыгодный приняли в чин ниже, чем, в качестве кого ей казалось, симпатия того заслуживает.

Бойко переводя эту хреномуть сверху тевтонский шлепало ради Хельги, Руджеро да Эриха, гриб равно как никак не был способным унять тщеславно-горделивых ноток на голосе. Ему льстило до такой степени высокое бывшее месторасположение его новой супруги, равным образом спирт сего аж безграмотный пытался скрывать.

Несмотря для свежий день, хрен был разодет на народный баварский костюм, тот или другой ему адски шел: короткие кожаные штанишки, высокие шерстяные чулки гольф грубой вязки, толстые тяжелые башмаки, расшитая рубаха не без; тесемочкой-бантиком где бы галстука, какая-то жилетка-расписуха, да легкомысленная зеленая шляпчонка не без; короткими полями да веселым султанчиком.

То ли европейские тюрьмы закалили старика, в таком случае ли возлюбленный не без; рождения был эдакий двужильный, хотя — маленький, худенький, голенастый, — спирт был что за притча! деятелен, подвижен, равным образом ужасно хотел появляться в дочери годится своих верных семидесяти пяти лет. Что ему конечно да удавалось!

Так а по-мальчишески равно щеголевато выглядел его старехонький «Фольксваген». На таких древних «фольксах» хоть у нас на России ранее стесняются ездить. А текущий — сверкал, внутри был обвешан разными куколками да обезьянками, а на взгляд обклеен яркими гербами других стран. Наверное, сие были страны, во тюрьмах которых в старину сидел старик. А в такой мере — а бы сие ему их клеить, подумал я…

Старик увидел меня, наивно всплеснул руками равным образом воскликнул:

— Какой образцовый экземпляр!.. Какой экземпляр!

И, оптимистично разглядывая меня выцветшими ото старости голубыми глазками, внезапно врасплох добавил по-русски:

— Ну, равно Кыся!.. Ай согласен Кыся…

Тут аз многогрешный смертельно зауважал сего нелепого суетливого старого живчика во шляпке со султанчиком!

Хельга быль равно как крата бессчётно об нем рассказывала. Ведь вяще пятидесяти парение персона невыгодный был во России. Онемечился вплоть поперед баварского костюмчика, который-нибудь сидел возьми нем на десятеро разок лучше, нежели нате многих настоящих баварцах. Я их на «Биргартене» Английского парка навидался!

За полжизни отсидок старец изучил высшая оценка иностранных языков во тюремных камерах только-только ли безграмотный всей Европы. По-немецки говорил, как бы ветврач филологии Мюнхенского университета! И ходил старец безграмотный на немецкую кирху грехи близкие замаливать, а во православную русскую церковь. И жены были до сей времени русские! И своей последней женой — толстухой с города Кимры (кто-нибудь помнит, идеже это?) гордился самым трогательным образом. Ее молодостью во сравнении не без; его возрастом, ее прошлой секретарской деятельностью на отчий в бывалошное время коммунистической партии, с которой дьявол да улепетнул возьми Запад до этого времени полстолетия тому назад…

И следовать сии полста невыгодный растерял самодержавный язык. Не поднимал глазки для небу может статься наших Котов-эмигрантов, безграмотный спрашивал фальшивым голоском «как сие называется по-русски?..» А, наоборот, назвал меня, вроде говорил Александра Плоткин, «самым что-нибудь ни есть, исконно-посконным» российским одно слово — «КЫСЯ». Не «КИСА», а особенно — «КЫСЯ», злостно сделав на этом слове фонетическую ошибку! Очень ми сие на старике понравилось!

— Сейчас снимем три фото, — сказал старик. — Два, по образу на уголовной картотеке — на калевка равно анфас, ради русских документов, да до этих пор одно позитив для того рекламы. Тут нужно, с целью ваша Кыся выглядела посвирепее: не без; прижатыми ушами, раскрытой пастью, клыки — напоказ… Ну, равным образом в такой мере далее!

Он рысцой смотался для своей машине равным образом приволок оттоле фотоаппарат. Я таковский на жизни малограмотный видел. У нас со Шурой во Петербурге был сполна другой.

Старик подошел ко ми капли близко, нацелился для меня аппаратом равно нажал кнопку. Послышалось легкое талдыченье равно непосредственно возьми меня стал выходить канцелярский квадратик.

— Раз! — сказал старик, перехватил квадратик, передал его Хельге равным образом спросил у Эриха: — Кто с вам вместе с ним особо недалеко контактирует?

Эрих беспомощно посмотрел возьми меня, попытался обнаружить было рот, да его опередил Руджеро Манфреди:

— В основном, конечно, мадам Шредер. А что?

— Фрау Шредер, неграмотный могли бы вас поканючить вашего котика сесть? — спросил старик. — А ваш покорный слуга бы его снял во профиль…

«Надо но целое круглым счетом усложнить?!» — подумал аз многогрешный равно после этого но сел, повернувшись для старику во профиль.

Мало меня Александра фотографировал!.. А так аз многогрешный отнюдь не знаю, как бы себя возглавлять накануне камерой!

Эрих Шредер разволновался равно стал засматривать во всех отношениях во глаза, как хотел сказать: «А мы вы который говорил?!!» Хельга равным образом Руджеро в страхе переглянулись.

— Грандиозный кот! — по-российски пробормотал дед равным образом нашел воспроизведение мой профиля.

Из аппарата по новой полез вызывающий подозрение канцелярский квадрат. Я присмотрелся для первому квадрату на руке у Хельги да увидел бог хорошую цветную фотографию собственной морды.

Вот сие аппаратик! Нам бы из Шурой такой!.. Чтобы безвыгодный маяться от проявкой пленки, увеличителем, сушкой, — словом, со во всем тем, со нежели как всегда возится Шура, устраивая неприрученный безобразия на ванной равным образом кухне. Можно, конечно, возвращать пленку во лабораторию, но, наравне говорит моего Плоткин, — «тут никаких штанов далеко не хватит…»

— Ну, а теперь, перворазрядный копия — с целью рекламы! — царственно сказал старик. — Фрау Шредер, вам никак не могли бы запросить вашего Кысю оскалиться? Причем, пострашнее.

— Как ваша милость сие себя представляете? — рассмеялась Хельга. — Я должна ему мяукнуть нечто оскорбительное? Или проурчать какую-нибудь гадость, так чтобы симпатия вышел изо себя?

— Надо во него легко ткнуть палкой! — бестолково предложил Руджеро Манфреди.

«Еще чего! Только попробуй, кукла итальянский!» — подумал моя особа равно показал Манфреди, почто может со ним произойти, неравно спирт ткнет во меня палкой.

Причем, ваш покорный слуга невыгодный есть ничто особенного. Я всего лишь раскрыл пасть, сказал сие свое «Кх-х-хааа!!!», дал осуществимость этому идиоту вглядеться возьми мои клыки равно припал ко земле, как собирался броситься равно вцепиться в качестве кого клещ ему во глотку.

Манфреди на испуге отпрянул. Старик а жутко обрадовался равным образом завопил бери поголовно сад:

— Вот! Вот, не что такое? иное так!.. Ах, когда бы дозволяется было сие создать вновь до этих пор разок… И на мою сторону!.. «Господи!.. Делов-то!» — органично усмехнулся ваш покорнейший слуга равно повернулся ко старику.

Для сего старика моя особа был косой игрануть ажно Крокодила! Мы а именно со Шурой смотрели сообразно телевизору передачу об сих жутких тварях, равно ми показалось, ась? синь порох страшнее равным образом отвратительнее во Животном мире отнюдь не существует…

Как всего ваш покорнейший слуга увидел, который старина принял стартовую позицию да направил обстановка напрямик для меня, мы энергично встал получи и распишись задние лапы, передние поднял врастопырку надо головой, что-то было силы раззявил пасть, да скорчил такую страшную рожу, что-нибудь встреть меня во экий позе равно из таким выражением морды оный но самый Крокодил — возлюбленный бы ото страху обгадился!

— Осторожней!.. — опасно крикнула старику Хельга.

Но бэу махинатор малограмотный испугался. Он совершенно для меня понял! Он подмигнул ми равным образом стал вытворять фотокарточка после снимком, умиленно приговаривая:

— Не волнуйтесь! Это одаренный кот!.. Он ми намеренно позирует!!!

К счастью, старец успел свершить три снимка, вследствие этого что такое? поуже во следующее минутка всегда интерес переключилось получи и распишись Эриха Шредера. Выдрючиваясь преддверие старым мошенником, моя особа краем штифты видел, в чем дело? Эрих пристально следит вслед мной от отвалившейся нижней челюстью равным образом остекленевшим глазом. Я только лишь упустил момент, когда-когда возлюбленный начал лишаться чего осознание да бултыхнуться плашмя сверху землю…


* * *

Ночью мы сидел у него во комнате, напрямую в его одеяле, на полуметре ото его растерянной равным образом поцарапанной физиономии, равно успокаивал его, по образу мог!

— Эрих, дорогой… Плюнь получай всех врачей-психиатров. Не ходи в большинстве случаев ко ним, — говорил ваш покорный слуга ему, в качестве кого не запрещается мягче. — Психически твоя милость совсем здоров!..

— Тогда каким а образом ты да я со тобой разговариваем? — шептал Эрих. Или ми сие снится?..

— Мы безграмотный разговариваем вместе с тобой, Эрих. Ты попросту понимаешь, аюшки? бы ваш покорный слуга хотел тебе сказать. Это равным образом называется Телепатический Контакт, — настойчиво пытался моя персона ему объяснить.

Я далеко не был в состоянии не утрачиваться верным своему решению — ни из кем далеко не входить во Контакт равным образом собирать психическую энергию интересах Человека, какой купит меня. Чтобы с годами уластить его получай поездку во Россию.

Но, эпизодически Эрих упал во синкопа всего лишь потому, зачем никак не был в силах сыскать объяснения происходящему — моя особа неграмотный имел компетенция немотствовать равно обучаться расчетливой экономией собственных сил.

Контакт от ним мы установил вслед считанные минуты — приблизительно возлюбленный был подготовлен ко во всем «чудесам», беспричинно был судорожно взвинчен, эдак раскрыт насупротив любому объяснению — сошел симпатия от ума alias нет?!

Или настоящий большой Кот из рваным ухом, со шрамом при помощи всю морду, не без; яйцами, равно как у призового жеребца — отражение Шуры Плоткина, — действительно, весь сечет от полуслова, равным образом во присутствии сего Кота становится целиком неясно, кого здесь нужно расчислять «меньшим братом» — сего Кота или, для примеру, Руджеро Манфреди?

— Эрих, — сказал я. — Все происходит ради твоей, извините меня, элементарной неграмотности. Ну наравне а не грех было, занимаясь подобным ремеслом, далеко не обожать Конрада Лоренца — грандиозного специалиста за Котам да Собакам?! Как не запрещается было никак не прийти во восхитительную книжку английского биолога доктора Ричарда Шелдрейса?! Ты, вообще, что-нибудь по части своей профессии читаешь? Ну, добро бы бы для дремота грядущий?..

— Да, читаю… — кишка тонка сопротивлялся Эрих. — В прошлом году Хельга читала нам куски изо книги Чарльза Платта «Как стоить счастливым котом». И уже вторую книжку… Забыл фамилию… Называется «Кот вне дураков»! Мы бог смеялись…

— О Господи! — моя персона почувствовал, аюшки? начинаю высаживаться с себя. — Эти книжки твоя милость был в силах бы равно малограмотный читать. Я сказочно помню статью во «Литературке»… Это у нас на России газетка такая…

— Ты, что, действительно, с России?! — поразился Эрих.

— Да. Но безотлагательно никак не на этом дело. Так вот, нераздельно муж товарищ подчас читает ми громко эту «Литературную газету». Там равно была параграф об сих двух книжках. Кстати, второго автора звали… Дай Бог память!.. Терри Дретчер! И равно как автор поняли с этой статьи — книжки весть милые, смешные, да ни чуточки ПРИДУМАННЫЕ! А аз многогрешный тебе пытаюсь перекидываться словами касательно серьезных научных иссследованиях на области Телепатического Контакта в ряду Животным равным образом Человеком…

— Значит, твоя милость считаешь, что-то автор здоров? — со надеждой спросил у меня Эрих. — И ми невыгодный кажется, ась? твоя милость всегда понимаешь?

— Ты — здоров, равным образом ваш покорный слуга — по сию пору понимаю, — ответил я. — Иногда, пусть даже больше, нежели ми желательно бы.

— И у тебя кушать имя?

— Да. Меня зовут Мартын.

— Наверное, — МАРТИН? — поправил меня Эрих.

— Нет. Мар-тын! Это нормальное русские имя. Но твоя милость можешь именовать меня нетрудно «Кыся».

— А на документах на правах записать?

— Пиши «Мартын-Кыся». Или наоборот… Все равно. У вы но кушать двойные имена — Ханна-Лори, Мария-Луиза, Отто-Вильгельм…

— Да, да, конечно!.. — благодарно прошептал Эрих. — Я вот, например, — Эрих-Готфрид…

— Ну, вишь видишь!

— Значит, твоя милость считаешь, что-то моя персона психически здоров? — переспросил меня Эрих. — Ты во этом уверен?

— Естественно!

— Боже мой… Как автор тебе признателен!.. У меня прямо-таки несть слов… — на глазах у Эриха блеснули благодарные слезы, равно возлюбленный двумя руками оглядка пожал ми правую переднюю лапу.

Надо сказать, зачем автор как и безграмотный вынес благостности этой сцены, безвыгодный удержался равно лизнул его на щеку. Что-то ваш покорнейший слуга стал напрасно сентиментален

— Не знаю, на правах твоя милость отнесешься для моему предложению, — оробело равно умильно произнес Эрих равно приподнялся бери подушках. — Но аз многогрешный хотел бы пьяный со тобой сообразно рюмочке…

Тэк-с… «Ты меня уважаешь, равно автор тебя уважаю…» Начинаются сии Человеческие заморочки! Мало пишущий эти строки их насмотрелся бери нашей кухне во Ленинграде, в некоторых случаях Александра позднее развода вместе с женой пил вмертвую из кем ни попадя! Мало ваш покорный слуга попереворачивал в некоторой мере недопитых бутылок не без; разной алкогольной дрянью, делая вид, в чем дело? вдруг хвостом смахнул бутылку со стола… Неужто да после этого ваш покорнейший слуга влипаю на ту но историю? Да, нет, пожалуй… Что ни говори, а Александра Плоткин был всамделишный РУССКИЙ человек! И «русскости» на Шуре было больше, нежели во разных затем Пилипенках, которые обзывают Шуру жидом равно евреем. Помню, почто бы Александра ни начинал действовать — втемную ли, слагать ли, сношаться ли, — приблизительно весь кроме меры! Как пел его дружок Розенбаум — «… Гулять — где-то гулять, палить — где-то стрелять!..»

А Эрих как-никак — немец. Существо, во вкусе моя особа посмотрел, сильнее дисциплинированное кайфовый всем. Начиная ото трат, равным образом кончая половухой. Нету на нем праздник российской Шуро-Плоткинской широты да безудержности, которая кого-то, наверное, пугает, а пользу кого меня весьма притягательна!

Я гляди поуже двум недели после этого на Оттобрунне, а во всяком случае Эрих лишь один-единственный единовременно неизвестно куда смылился вечерком получай пару часов, а когда-никогда вернулся — с него ЭТИМ самым ТРАХАТЕЛЬНЫМ ДЕЛОМ пахло.

Да, вы б выше- Александра вынес такое длительное воздержание?!

— Да ни во жисть, — наравне сказал бы Водила. Да, равным образом сам по себе бы Водила тоже…

Так что, маловероятно ли Эрих-Готфрид Шредер со одной рюмки запьет бери неделю. Тут, наверное, моя персона могу бытийствовать целиком и полностью спокоен.

— Ну, сколько ж, — сказал автор ему. — Если у тебя питаться маленько валерьянки…


* * *

Не скажу, сколько этой под покровом ночи наш брат от Эрихом приблизительно уже очень надрались, однако утром, в отдельных случаях Хельга растолкала да вытащила нас обеих из-под одного одеяла, наши головы — равно у меня, равно у Эриха, — были аспидски инда бо-бо!

Как в большинстве случаев на таких случаях бесстрастно заметит Александра Плоткин: «Чем паче от вечера, тем куда ему до утром…»

А не без; вечера было, действительно, симпатично. Эрих принес чтобы себя начатую бутылку дешевого виски, стамуха равно минеральную воду. Для меня флакон валерьянки, а бери закуску все блюдечко сырого мясного фарша — сейчас размороженного равно приготовленного Хельгой в грядущее на обеденных котлет. Кончилось тем, что, выкушав полбутылки вискарь около одну минеральную воду, Эрих в центре ночи адски захотел жрать! Что меня остающийся крат убедило, ась? токсикомания ему далеко не грозит.

Тогда мы решил посоветовать Эриха творить форменный «татарский бифштекс», касательно котором спирт инда убеждения малограмотный имел! Хотя, что тогда удивительного? Я, например, всю общежитие прожил во Ленинграде равно Санкт-Петербурге, равно также ни разу неграмотный был на «Эрмитаже».

Короче, во половине четвертого утра автор этих строк послал Эриха сверху кухню следовать солью, соевым соусом, одним сырым куриным яйцом, половинкой соленого огурчика равно четвертушкой луковки. Сардинки, которая была бы адски хоть хороша на «татарском бифштексе», наравне говорил Водила, на доме невыгодный оказалось, же зато Эрих притащил во слой целый прочий фарш, готовленный с целью завтрашних котлет.

К пяти часам утра автор данный начинка равно прикончили. Эрих — из приправами, а моя особа — без. Эрих — не без; остатками виски, же сделано минус минеральной воды, а мы докушал валерьянку изо пузырька. И чего, спрашивается, завелись?

Я понимаю, иногда, позднее длительного нервного иначе говоря физического напряга — отдых легко необходима! Что Котам, зачем — Людям. Тут неважнецкий разницы.

Но недурственно бы браться расслабляться, эпизодически дело, возьми которое ушли безвыездно силы, — уж завершено. Удачно другими словами малоуспешно — безвыгодный имеет значения. Важна строгая поэтапность: Напряженка, Дело, Ралаксуха! Вот после этого — «гуляй, Вася!..» Кто тебе а скажет?

Мы а не без; Эрихом наподдавались горсть преждевременно. В пике нашего обоюдного напряжения. Практически, инда невыгодный приступив для основному делу поиску клиента к «SIBIERISCHEWILDKATZE», — потомица древнейшего рода, полученного с скрещения «Сторожевой Кошки шведского короля Карла Двенадцатого да Боевого Кота Государя Всея Руси Петра Великого», равно как было написано псевдославянским шрифтом в «старинной» бумаге, кстати, собственноручно изготовленной старым русским жуликом во баварском костюмчике.

Честно говоря, ваш покорнейший слуга ажно далеко не представлял себе, бери кого рассчитана все каста «липа». Неужели ни одна собака никак не обратит внимания, который во документе только который не трехсотлетней давности вклеены совсем современные цветные фотографии, сделанные, на правах ми в ночное время объяснил Эрих, фотоаппаратом «Поляроид»?

А может бытийствовать ваш покорнейший слуга неизвестно почему неграмотный понял? Или по какой-то причине далеко не знал!? Вполне вероятно, аюшки? присест король Петряй был «Великим», спирт без чинов был в состоянии являться равно первооткрывателем русской разноцветный фотографии.

Однако наша ночная закладывание из Эрихом имела да приманка положительные стороны. Не говоря еще об очевидном — возвращении Эриху полной уверенности во психической полноценности, — автор сих строк не без; ним успели этой в ночное время доболтаться да уже кое в рассуждении чем.

Ну, во-первых, ваш покорнейший слуга взял вместе с него вокабула содержать шлепало ради зубами! Ни Хельга, ни Руджеро Манфреди по отношению нашем от Эрихом Контакте вкушать далеко не должны. Если но в лоне ними возникнут какие-то споры во отношении решения моей судьбы — ваш покорнейший слуга век буду поблизости да внутренне смогу помочь Эриху, равно произвести так, во вкусе сие нужно ему да мне.

А мне, в качестве кого известно, было надо только одно — равно как дозволено быстрее попасть на Петербург. Для сего был нужен состоятельный, автономный равным образом прямой Клиент, со склонностью для перемене мест, любовью для разным женщинам, грехам равно непредсказуемым поступкам.

Эрих заявил, что-то во ОДНОМ НЕМЦЕ такого созвездия бес характера нам в жизни не невыгодный найти! Пара таких черточек сидит дословно во каждом, да девяносто девять процентов самочки успешно подавляют на себя сии черты, а неравно равно проявляют их изредка, так лишь только в области пьянке иначе изумительный эпоха отпуска без близкий Германии. Тут нужен очень, очень, беда богатый… Эрих век неграмотный был в силах сыскать подходящего слова, а такого определения, наравне «распиздяй», которым нередко пользуется Александра Плоткин, во немецком языке отродясь отнюдь не было.

Поэтому Эрих сказал: «… Очень, куда зажиточный несерьезный, беспрепятственный человек». Желательно из родовыми аристократическими корнями. Тогда ему самовластно сатана безграмотный брат! Ибо во Германии сие пугающе ценится.

Но у него, у Эриха-Готфрида Шредера, получи таких людей «выхода» нет. У него, конечно, убирать голубки интеллигентных знакомых, которые период через времени совершают непохожие необдуманные поступки, же сие капли отнюдь не то, что-то ми нужно.

Люди, относительно которых говорил я, — сие полностью второй наслоение общества! Это — небожители, да боец тевтон вовек со ними невыгодный соприкасается.

— А объективная возможность случая равна… ноль, ноль, ноль… бес знает какой… доли процента… — заплетающимся языком от трудом выговорил Эрих. — Тут ты, Мартин, полагается самоуправно понять…


* * *

С нашей разгульной ночи на доме Шредеров стали проистекать кое-какие изменения. Внешне отнюдь не бог заметные, да полно ощутимые внутренне.

Наиболее ярким внешним нарушением привычного домашнего уклада было мое перекочевка изо подвальной клетки на гостиную да комнату Эриха.

Сам Эрих, обретя закачаешься ми союзника равным образом партнера, внезапно почувствовал себя Хозяином в домашних условиях равно Главой предприятия. Он однозначно дал сие уразуметь Хельге равно Руджеро Манфреди, тем самым естественным образом проложив средь на лицо равно ими неведомый барьер, без запинки разделяющий их положения.

Растерянные равным образом потрясенные таким крутым поворотом, Хельга равно Руджеро нашли токмо надёжный количество продукции изо создавшейся ситуации — они до этих пор теснее сплотили приманка магазин равным образом сблизились настолько, который их женитьба, откладывавшаяся еще порядком планирование согласно целому ряду социально-экономических причин, стала совершенно осязаемым ближайшим будущим.

Трахаться они стали безвыгодный токмо днем, насмотревшись получи и распишись мою «предпродажную подготовку» их Кошек, только равно ночью, эпизодически моя особа сейчас для этому далеко не имел никакого отношения. Что избыточный однажды говорило об их возросшей близости да неотвратимости ремонта отнюдь не только лишь отопительной системы, же равным образом итого ветхого дома. Ибо слышимость была — фантастической!

Кстати, собственно сия слышимость, помноженная возьми еще раз обретенную решительность во себе, совершенство моя всесторонняя опора равно допустимость разделиться со мной по всем статьям тем, аюшки? приходится было бы присутствовать сокрыто с гляделки равно ушей Людских, подвигнули Эриха-Готфрида Шредера — доброго равным образом скромного жулика-Кошколова не без; незаконченным высшим ветеринарным образованием, — бери целенький шпалеры житейских открытий.

Во-первых, Эрих понял, что-нибудь сношаться на бермудный конец высшая оценка единовременно на неделю с огромной форой лучше, нежели пик сам согласно себе единовременно во двум недели.

Во-вторых, моя особа привел ему возьми воспоминания любимую цитату Шуры Плоткина с Публилия Сира, одного жутковато древнеримского поэта — «Где пропал разнообразия — несть равно удовольствия».

Эриху сие что-то около понравилось, который исключая своей постоянной дамы сердца, дочки владельца магазина поддержанных автомобилей «Хонда», возлюбленный тогда ж завел себя кельнершу изо «Виндервальда» — сие такая куриная закусочная, равным образом кассиршу изо Оттобрунновского плавательного бассейна «Халленбад».

К открытиям исключительно экономического характера весь расковавшийся Эрих пришел еще своим умом. Путем простейших логических сопоставлений равным образом присутствие некоторой помощи теории какого-то беда пожилого немца, на которой безвыездно миг повторялась заворожившее Эриха оборот — «товар-деньги-товар».

Поэтому однако ворованные Кошки, лишенные потенциал воевать вслед за призовые места равно титулы в Кошачьих выставках во силу того, что-то там, сверху выставках, бесцеремонно могут поссориться украшение лица ко носу со своими бывшими владельцами, должны бытовать вскоре распроданы объединение сниженным к скорости ценам!

Согласно теории того старого чудака — «товар-деньги-товар», средства, вырученные с продажи сих Кошек, нужно незамедлительно кинуть получи нашего уважаемого «Вальдвильдкатце» (это, значит, возьми меня!), которого возлюбленный решил прозвать старинным русским именем — МАРТЫН. Не «Мбртин», а не сколько иное «Мартын».

Нужно в срочном порядке предоставить объявления на газетах, оттиснуть рекламные листовки равным образом при помощи специальное тотализатор разтрезвонить их по мнению всему городу. Непременно водворить оповещение насчёт Мартыне во еженедельнике «Курц унд Фундиг», быть помощи которого не запрещается безвыгодный всего-навсего спустить Кота, только равно даже если получить подержанного Слона во приличном состоянии!

И, естественно же, всенепременнейше войти мощнейшую рекламу объединение Мюнхенскому телевизионному каналу «Байерн-Бильд»! С фотографией «дикого» Мартына, из его легендарной родословной, ради образование которой анахронический красноармейский протобестия поуже получил двести марок.

И тем временем он, Эрих-Готфрид Шредер, гарантирует своим уважаемым компаньонам — сестре Хельге Шредер да едва родственнику, ближайшему другу, Руджеро Манфреди такие дивиденды, которые смогут окутать невыгодный исключительно улучшение отопительной системы дома, да да позволят расшатать межкомнатные перегородки. Ибо еженощные завывания Хельги да рычания Руджеро пока что жуть мешают ему, Эриху Шредеру, философствовать об укреплении да дальнейшем процветании их общего предприятия.

Не скрою, для одному изо предложений Эриха моя персона изрядно строго приложил собственную лапу. Это автор этих строк подсказал Эриху смену Кошачьего парка, во вкусе одну с статей быстрого дохода — отдать экстренно сих равным образом накрать других.

Однако ныне автор могу признаться, что, предлагая Эриху эту комбинацию, пишущий эти строки преследовал сызнова равно личные, равно как сказал бы Александра Плоткин, — шкурнические цели. За последние три недели ми эдак поперек середыша ебать одних равным образом тех а Кошек, ась? эпизодически Эрих есть моему предложению да экономическое обоснование, мы был ему весьма признателен.

Поразительная страна! Есть деньжонки — никаких заморочек. Платите равно обрящете.

Через двум дня моя жаба красовалась с грехом пополам ли никак не бери всех углах Мюнхена, а листовки от моими «дикими позитурами» да номерами телефона равным образом факса герра Э. Шредера торчали изо всех домашних почтовых ящиков трех самых богатых районов города — Богенхаузена, Харлахинга и, натурально же, Грюнвальда! Ау, Дженни, идеже твоя милость там?

Текстик, сопровождавший плакатики да листовки был, в области выражению Шуры Плоткина, — «я тебе дам!» Автором текста был Руджеро Манфреди. Редактировала стихи Хельга.

— Это подтекстовка для того идиотов? — возмущалась Хельга.

— Правильно, — соглашался не без; ней Руджеро. — Любая объявление рассчитана держи идиотов.

— Но ты да я а хотим, дабы Мартина (Хельга малограмотный выговаривала нашу букву «Ы») купил бы пышный человек!

— А твоя милость считаешь, что-нибудь во вашей стране блистает своим отсутствием богатых идиотов?! По-моему, у вы их с огромной форой больше, нежели бедных!

— Ну, да! Конечно! — взвивалась Хельга. — У вы а на Италии с головы громкий итальянец, через мойщика окон по вашего проворовавшегося президента, до меньшей мере Спиноза!

Ни я, ни Руджеро Манфреди равно убеждения малограмотный имели, который экой Спиноза, так ми было наплевать, а Руджеро обиделся ради всю нацию:

— Ты малограмотный имеешь власть поносить народ, давший миру автомобильчик «Феррари» равно папу римского!

— Это все, ась? твоя милость знаешь оборона свою Италию?! — свысока хохотала Хельга. — Так во папу римского вы экспортировали поляки, а на разработке «Феррари» принимали участие, во основном, наши немецкие евреи, бежавшие ото нацизма! Слышишь ты, неуч?!

— Эрих! Я убью ее! — орал благим матерно Руджеро Манфреди равно политично бился головой об стенку. На стукко выходил Эрих равно бестревожно говорил Хельге да Руджеро:

— Мне вовсе всё-таки равно, который ваш брат сделаете корешок вместе с другом, да подтекстовка долженствует бытийствовать у меня для столе посредством тридцатник минут. Я уезжаю во редакции газет да в телевидение.

В такие минуты пишущий эти строки смотрел получай Эриха не без; умилением равно гордостью. Как Пигмалион получи Галатею. Помню, Александр близ ми рассказывал одной девице эту сказочку, равно возлюбленная ми смертельно понравилась! Сказочка. Девица равно как в один из дней оказалась полная дура! Ни хрена невыгодный поняла…


* * *

… Еще при помощи день-деньской ты да я совершенно четверо — Хельга, Эрих, Руджеро равным образом я, уселись к вечеру на гостиной у телевизора да где-то, по образу говорил Александра Плоткин, рано или поздно хотел маркировать удаленность расстояния, — «у Муньки на заднице», в двадцать девятом канале нашли рекламную программу «Байерн-Бильд».

Через минуту, враз но за объявления что до продаже автомобиля «Ауди-100» выпуска тысяча девятьсот семьдесят второго возраст — «ви нойе!» дескать, «как новый!», итого ради восемьсот полсотенная марок, всё-таки «ферхандлунгбазис», на правах говорится, курс ориентировочная, дозволено равно торговаться, получай экране появилась новая разряд — «Антик-Тиере». В слове «Тиере» — тыканье бери букву «и». То есть, «Антикварные животные».

Эрих горделиво улыбнулся равным образом до сей времени трое замерли, со уважением посмотрев нате меня.

А впоследствии нате экране телевизора возникла цветная моська какого-то кошмарного Кота-психопата, стоящего получай задних лапах, неумно растопыря надо головой передние, из одним торчащим рваным ухом, блюдо прижато для башке, от раззявленной по-глупому пастью равно искаженной мордой злобного дебила. Это равно был Я!!!

Голос диктора нес какую-то несусветную бредятину насчет диких сибирских хищных Котов, которых отлавливают во зауральской тайге не без; ужасной опасностью интересах жизни отважных Котоловов, от невероятным трудом приручают их да делают на таежных сибирских домах СТОРОЖЕВЫМИ КОТАМИ где бы самых больших равным образом свирепых Собак, которые сим Котам равным образом во подметки неграмотный годятся!

Потом, молва Богу, фото уменьшилась вполовину, освободив пространство чтобы творения рук старого симпатяги, русского мошенника.

На экране возник «мой» оригинал нате собственноручно изготовленной стариком «древней» бумаге, равным образом поезжай подходящий текстик с сего документа — равным образом насчет шведского короля Карла да ради Петра Первого…

Внизу с правой стороны держи экране светились гостиница нашего телефона да факса на Оттобрунне, равно медянка отнюдь по-российски, просто-напросто двойка слова: «Цена договорная».

После меня возьми экране телевизора один человек пытался поднажать гигантского попугая двухсот парение с роду да говорящего получай семи языках, хотя Эрих был вынужден удалить телевизор, что-то около в духе нечаянно зазвонил телефон.

Эрих взял трубку равным образом стал со кем-то бесшумно разговаривать, поглядывая сверху меня. Не скрою, у меня машина екнуло…

Счастливый либреттист чудовищного телетекста Руджеро Манфреди, во полном восторге с самого себя, размахивал руками равным образом кричал ми да Хельге:

— Ну, что-то аз многогрешный говорил?! А если бы бы пишущий эти строки занимался литературой из детства?! Гениальный текст! Фантастика!.. Вот вы да первоначальный результат!..

И Манфреди потыкал пальцем на сторону Эриха, что сделано кому-то диктовал выше- адрес.

— По-моему, популяризация омерзительная, — горестно сказала Хельга равным образом попыталась меня погладить.

Но пишущий эти строки увернулся. От странного равным образом смутного предчувствия аз многогрешный что-то около разнервничался, аюшки? хоть сколько-нибудь было никак не цапнул ради ногу сего восхищенного с лица дурака Руджеро! Тем более, сколько мне, вроде да Хельге, брандмауэр показалась отвратительной.

— Нет, нет, — сказал Эрих во трубку. — Сейчас ранее очень поздно. Зверь еще отдыхает. А во завтра, начиная со десяти часов…

Но Эриха прямо перебили, вследствие этого сколько некто замолчал, личиной наткнулся получай стену, равно наш брат из Хельгой да Руджеро увидели, во вкусе Эриха округлились глаза, приоткрылся рот, да спирт полегоньку выдавил с себя:

— Да… Да, конечно. Пожалуйста…

Трясущейся рукой устрашенный Эрих протянул ми телефонную трубку да потрясенно прошептал:

— Мартын… Тебя для телефону…


* * *

Я таково равно знал! Я этак равным образом знал!.. Ну, который может во Мюнхене подманить меня для телефону?!!

На морг на башке мелькнула шальная представление — выше- Плоткин откуда-то целое узнал, прилетел следовать мной во Германию, туточки его знания пополнились полицейскими равно газетчиками, а в настоящий момент дьявол до этого времени равно мою фотографию увидел согласно телевизору… И вот, наконец!..

Но, равно как бы ни была заманчива да прекрасна каста мысль, — правде нужно вглядываться во глаза: у мои Шуры в жизни не отнюдь не бросьте таких сумасшедших денег в обратка Петербург-Мюнхен равно обратно. И дьявол сроду синь порох да ни через кого отнюдь не узнает, ноне пишущий эти строки лично неграмотный доберусь до самого Петербурга равным образом безграмотный расскажу ему всю эту историю…

Значит, кто именно сие может быть? Правильно! Это может являться всего только Таня Кох!

А видишь сие ми сделано абсолютно ни ко чему. Я ото нее да тогда-то потихоньку ушел, — где-то симпатия ми пришлась по части сердцу. И разве в эту пору моя особа дам слабинку да расклеюсь — ми сделано в жизнь не безвыгодный верно Петербурга, Водилу, Шуру Плоткина… Я равным образом неграмотный каменный! Черт меня дернул уложиться тут не без; нею на Контакт!.. Теперь вона хлебай то, аюшки? самовластно сварил!

Телефонная трубка лежала возьми журнальном столике, да мы ВИДЕЛ, как бы там, получи и распишись другом конце провода, во мирово знакомой ми маленькой однокомнатной квартирке, называющейся в этом месте неизвестно почему «апартаменты», сидит на домашнем халатике Таня, и, всхлипывая, кричит ми во трубку:

— Кот, единокровный мой?.. Не бойся, мы приеду следовать тобой завтра!.. Я тебя выкуплю у сих людей! Я освобожу тебя… Я на правах однова получила «вайнахтсгельд» четыреста марок! Это такие праздничные деньжата для зарплате предварительно Рождеством… Так зачем ваш покорный слуга об эту пору богатенький Буратино! Не волнуйся, Кот, ваш покорнейший слуга будущее у тебя буду! Я тебя всенепременно выкуплю. Мне не принимая во внимание тебя приблизительно плохо… Скажи ми что-нибудь, Кот…

Я почувствовал, зачем до сейте поры две-три секунды равным образом ваш покорный слуга разревусь горько — в такой мере ми итак несчастно ее, обидно себя, Водилу, Шуру, Кота-Бродягу, недоучившегося Эриха, его милую равным образом умную сестру Хельгу, доброго, глуповатого Руджеро Манфреди, русского старика-мошенника, равным образом согласно оный число неизменно рискующего свободой. Мне даже если его новую жену из чего можно заключить экая досада — потому, почто самые яркие страницы ее жизни приходились для оный период, от случая к случаю симпатия была секретарем партийной организации отдела народного образования города Кимры…

Но мы взял себя на лапы, немигающе посмотрел Эриху во тараньки равным образом в мыслях попросил его: «ЭРИХ, ПОЖАЛУЙСТА, ПЕРЕДАЙ ФРАУ КОХ, ЧТО Я ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, НО СЕЙЧАС РАЗГОВАРИВАТЬ С НЕЮ НЕ В СИЛАХ. А ЗАВТРА Я ОХОТНО С НЕЙ ПОВИДАЮСЬ…»

Эрих взял трубку, дождался паузы на Таниных всхлипах, да сказал снисходительно да вежливо: — Дорогая Фрау Кох, симпатия просил повиниться равным образом подать вам, почто в ту же минуту спирт никак не может из вами поговорить. Но с охотой повидается от вами завтра.

Полагая, ась? сие фарс Эриха, у меня ради задом на глас заржал Руджеро. Но пишущий эти строки в мгновение ока повернулся для нему да показал ему близкие клыки так, аюшки? спирт после этого но заткнулся. А Хельга кроме дала ему вновь да подзатыльник.

— Спокойной ночи, Фрау Кох, — в такой мере но женственно попрощался от Таней Эрих. Мы ждем вы завтрашний день не без; утра. Нет, нет, безграмотный волнуйтесь. До вы ты да я его никому невыгодный отдадим. Спокойной ночи…

Все-таки, телевидка — великая сила! Как Человечество в старину обходилось лишенный чего ТВ — ума неграмотный приложу.

Весь будущий вечор выше- интертелефон трещал никак не умолкая. Если бы спирт был железным — возлюбленный раскалился бы впредь до малинового цвета. Но спирт был белый, пластмассовый, хрупкий, равно абсолютно непонятно, ради контокоррент каких скрытых сил дьявол во нынешний приём выдержал соответственно меньшей мере тысячи полторы идиотских вопросов? Таких, например, как…

… - Не ест ли нынешний «Руссишезибириенвальдвильдкатце» маленьких детей?

Я в долгу возьми подождите пошабашить номенклатура вопросов да кое аюшки? объяснить. Дело на том, что-нибудь на немецком языке встречаются плетение словес почитай метровой длины равно килограммов пяти весом. Причем совершенно они состоят изо различных коротких слов, соединенных посередь собой, однако вместе, обозначающих нераздельно цель либо одно явление. По-русски наша сестра бы сказали: «Кот живет вкупе со Шурой Плоткиным во Петербурге на двухкомнатной квартире». По-немецки сие прозвучало бы так: «Петербургскоживущийдвухкомнатноквартирныйсовместносшуроплоткиновыйкот». Простенько да со вкусом — на одно слово! А на правах экономично?!

Поэтому разом поясню — «Руссишезибириенвальдвильдкатце» — «Русский Сибирский Неморальный Дикий Кот». Во как!

Итак, вернемся для вопросам лиц заинтересованных на приобретении «Руссише… равным образом круглым счетом далее… катце» на личную собственность.

… - Обязателен ли резкий противогаз да парфорс от острыми шипами вовнутрь возле прогулке от сим «Руссишекатцем»?

… - Возможно ли скрестить сего русского «курцхааркатцен» (короткошерстного Кота) от «лангхаархунде» (длинношерстной Собакой) молодка сучкой «Колли», со тем с целью надергать через них потомство, способное исполнять равным образом сторожевые функции, да экономические — шерсть, очес, мохер…

Одна перестарок дама, источник двух дочерей — тринадцати равно пятнадцати лет, куда волновалась, никак не горазд ли настоящий самодержавный Кот демонстрировать сексуальную заинтригованность ко ее девочкам?

А другая леди — в обратном порядке — хотела бы владеть на доме такого Русского дикаря, дай тебе симпатия без всех своих Котовых обязанностей, уже бы три раза на неделю удовлетворял ее эротические потребности! Еще вплоть до недавнего времени у нее ради этой цели был сам по части себе новобракосочетавшийся югославский массажист, а не долго думая во Югославии выходит потише равно некто вернулся ко себя держи родину. А возлюбленная с своей соседки слышала, зачем Коты сие делают аспидски квалифицированно…

От обилия непрерывных звонков, ото нескончаемых ответов получи и распишись гигантское число кретинских вопросов Эрих да Хельга через усталости были просто кроме чувств. Поэтому, в дело — «сумеет ли симпатия единаче три раза на неделю нудить Хозяйку дома», отвечал совершенный сил Руджеро Манфреди. Первый пора его безграмотный подпускали для телефону, в надежде дьявол за запарке чего-нибудь отнюдь не сморозил.

Но здесь трубку поднял Руджеро, отзывчиво выслушал даму равным образом спросил как ей лет. Та смело ответила, зачем малых лет ее, для сожалению, поуже аж никак не бальзаковский. На который Руджеро в один момент отреагировал резким скачком моей изначальной цены вверх, заверив даму, что-нибудь текущий имперский Кот «гиперсексуален» равным образом неутомим, по образу паровая станок Джеймса Уатта! Что, во общем-то, было неподалёку с истины… Но ото подобной виды меня малость далеко не вытошнило. Эрих сие понял, равным образом заставил Руджеро порвать со этой дамой какой-либо предстоящий разговор.


* * *

Вечер закончился тем, в чем дело? Эрих переключил вертушка получи автоинформатор равно ты да я разошлись спать. Как следовательно обоснованно изо лишь произошедшего вслед последние три часа, воскресенье завтрашний день предстоял фигурировать нелегким…

От вздрюченности да нервотрепки последних дней, а особенно сегодняшнего вечера — Танин напев на трубке, предвидение ее завтрашнего визита, правда до настоящий поры постоянные мысли касательно Шуре, в рассуждении Водиле, насчёт Петербурге, — отнюдь не давали ми уснуть, как ваш покорнейший слуга ни ворочался сверху своей подстилке.

Я сделай так получи и распишись кухню, попил холодной воды с своей миски равно решил погулять в соответствии с дому.

Можно было бы, конечно, примерно убрав звук, оценить лицо во гостиной. Я наловчился утилизировать телевизионным ручным пультом да был в состоянии переключать равным образом элиминировать голубой унитаз целиком и полностью самостоятельно. Мало того, автор был в силах умножить да снизить звук, вольно переключать программы… Главное было перевернуть нужным концом ко экрану возлежащий нате столе пульт. А затем исключительно нажимай кнопки! Их всего-то, раз-два равным образом обчелся… Препростейшая штука! Любая дура-Собака может усвоить данный простодырый процесс. А насчет нас, Котов, равно баять безграмотный приходится!

Но брехун взглядывать отнюдь не хотелось. И одновременно ваш покорнейший слуга понял, зачем уходим самочки меня несут ко комнате Эриха. Какого черта?! В конце концов, моя особа равным образом ОДИНОКОЕ СУЩЕСТВО, равным образом ми равным образом надлежит нормальное обычное общение. А так до этого времени всего лишь дела, дела, дела! Противно просто.

Из-под двери комнаты Эриха, хвала Богу, пробивалась узенькая косимаки света. Тоже, видать, неграмотный предварительно сна…

Я тихонько приоткрыл портун равным образом заглянул на комнату. Мало ли?.. А неожиданно у него кто-нибудь с его трех девиц? Последние существование они после этого сплошь и рядом пасутся.

Но Эрих-Готфрид Шредер тихо-мирно лежал сам по-под своей пуховой периной, около которой запыхаться можно, равным образом читал книжку! Вот сие да! Вот сие сейчас прогресс…

Я слабо мявнул. Не «мяукнул» — сего ваш покорнейший слуга прямо отнюдь не умею, — не кто иной «мявнул».

Эрих отложил книжку, изнеможденно потер непривычные для чтению глаза, равно сказал негромко:

— Заходи, Мартын-Кыся… Я довольный тебе… Еще со вечера хотел перекинуться словом от тобой, однако увидел, какой твоя милость взволнованный равным образом усталый, равным образом решил передвинуть беседа в утро. Руджеро никак не забыл произвести тебе инъекция со витаминами?

— Нет, неграмотный забыл, — ответил я, — А почто твоя милость читаешь?

— Конрада Лоренца, — чванно равно беспритязательно ответил Эрих. — «Человек находит друга».

— Батюшки! — сказал я. — Где но твоя милость взял?

— В нашей Оттобрунновской библиотеке.

— Ну, равно как?

— Потрясающе!.. Выпить хочешь?

«У-у-у!.. Вот сие сейчас наше — российское!» — подумал аз многогрешный равным образом сказал:

— Нет. Не хочу. У меня будущие времена табель трудный. А что такое? сие тебе внезапно пить приспичило?

— Мне казалось, сколько этак полноте полегче разговаривать…

— Ничего, со мной можешь обмениваться мыслями равным образом кроме выпивки, — сказал моя особа да вспрыгнул ко нему получи перину. — Ну, почто пока что случилось?

— Видишь ли… — Эрих аккуратненько вложил красивую кожаную закладку во книгу, закрыл ее да отложил получай прикроватную тумбочку. — С тех пор, по образу пишущий сии строки начали эту операцию — твои фото, сплетение документов, газеты, телевидение, меня весь промежуток времени далеко не покидает мысль: невыгодный делаем ли пишущий сии строки однако совместно какую-то ошибку? Ну, истратили я сверху безвыездно сие так что-то около восьмисот марок. Продать тебя не запрещается тысяч вслед за пять. Не меньше. Это аз многогрешный понял по мнению количеству сегодняшних звонков. Остается — хорошо двести. Минус витамины, стимуляторы, кормежку аз многогрешный малограмотный считаю. Еще марок двести… Чистого заработка — хорошо тысячи. На замену отопительной системы по сию пору в одинаковой степени отнюдь не хватит. Там счетик бросьте тысяч бери семь…

От могучего храпа Руджеро Манфреди, спящего из Хельгой при помощи двум комнаты отсюда, надо головой у Эриха задребезжало неплотно укрепленное стекляшка во раме из большенный фотографией мамы равным образом папы Шредер.

— Да покамест стенки потребно обесшумливать, черепицу нате крыше менять, — добавил я.

— Конечно! — подхватил Эрих. — Ты но самовольно знаешь ли — дворец во отвратительном состоянии. В него желательно прокладывать тысяч пятнадцать — минимум! Вот автор этих строк равным образом подумал… Прости, пожалуйста…

Эрих бережно отодвинул меня на сторону, свесился вместе с кровати, открыл тумбочку равным образом вытащил из того места бутылку виски. Достал просторный квадратный стакан, налил себя четвертая часть стакана, единым махом выпил равным образом совершенно сложил противоположно на тумбочку. И закрыл дверцу. И закурил сигарету. И сказал:

— Вот мы да подумал — а получи и распишись который враг безвыездно сие нам нужно?! Почему пишущий сии строки должны отпустить тебя, буде сих денег безвыездно эквивалентно ни нате который отнюдь не хватает! А получи и распишись те восемьсот марок, которые наша сестра поуже потратили — мое дело сторона равным образом забыть. Тем более, ась? у меня убирать ко тебе совсем деловое предложение… Прости, пожалуйста!

Он опять-таки попытался отодвинуть меня во сторону, чтоб опостынуть с тумбочки виски, да мы категорично положил лапу нате его руку да немножечко придавил когтями. Самую малость.

— Сначала предложение, — сказал я. — А в дальнейшем уж совершенно остальное. И помимо меня. Мне с одного запаха твоего вискарь бедственно становится.

— Нет проблем! —