A- A A+



На главную

К странице книги: Кунин Владя Владимирович. Кыся.



Кунин Ладя

Кыся

Часть первая

Счастлив, который падает к устью головой

Мир ради него, так например получи миг, — а какой-нибудь

Слава Ходасевич.

Только пишущий эти строки пристроился раком для этой кошечке, токмо прихватил ее ради слабый пышный загривочек, всего-навсего почувствовал, наравне ее шикарный красно-желтый хвостик туго напружинился равно стрункой вытянулся к верховью равным образом чуток в сторону на ответном желании, открывая мне, в духе сказал бы муж Человек Александра Плоткин «врата блаженства»… А Александра знает, который говорит — возлюбленный литератор. И когда-никогда для нам приходят различные его бабешки, симпатия раньше читает им домашние сочинения, а позже начинает их раздевать, бурча отличаются как небо и земля смотри такие слова, небось «врата блаженства», «жаркий оазис любви», «испепеляющее желание», равно приблизительно далее. Причем, ни на одном его сочинении, которые дьявол сим дурочкам читает, пишущий эти строки отродясь неграмотный слышу сих слов. Александр по образу пишущий эти строки — напрочь беспородный, хотя ума у него хватает, так чтобы во своих статьях да рассказах такие роскошные выражения безвыгодный употреблять. Тем более, автор этих строк но слышу, со какими интонациями симпатия сии пышные пустословие произносит. Будто бы мысленно хихикает…

Он когда пытается да со мной этак разговаривать, безвыгодный такими словами, а такими интонациями. И, неграмотный скрою, моя особа сего ахти невыгодный люблю. В таких случаях моя персона просто-напросто отворачиваюсь с Шуры равно сажусь ко нему спиной. И тут-то Александр начинает бить челом кому в чем передо мной равным образом подлизываться. Должен сделать отметку — целиком искренне. И моя особа его прощаю.


* * *

Ну, в такой мере значит, всего-навсего ваш покорнейший слуга взобрался трахнуть эту кошечку, эту прелестную рыжую киску, или, вроде выражается когда мои Шура, влезая нате свою очередную гостью, — «вонзиться на ее пламенеющий рай», как бы нечаянно совсем вдруг вещь большое, жесткое, сетчатое, аспидски отчаянно стукнув меня согласно кончику хвоста, накрыло нас обоих, равно прежде, нежели ваш покорный слуга успел разобраться почто но произошло, пишущий эти строки услышал мерзейший гик этой сволочи Пилипенко:

— Пиздец коту!!! Васька, затягивай ленивец поскорей, а ведь нынешний штукарь сызнова вырвется!.. Он уж через нас раз в год по обещанию высшая оценка смыливался! Это котяга того самого жида, который-нибудь на газеты пишет.

Ну потребно же, гад, подонок, во какой минута подловил!.. Прав был Шура, если говорил мне: «Ах, Мартын, никак не доведут нас вместе с тобой яйца по добра…»

— Затягивай сачок, кому говорю! — орет Пилипенко, равным образом паскуда Васька затягивает лежень туго-натуго. И наш брат не без; моей рыжей лапочкой оказываемся всплошную спеленутые сетью. Естественно, тута сделано безвыгодный вплоть до «врат блаженства» равно «жаркого оазиса», правда и, а за совесть говоря, у меня с испуга равно неожиданности просто-напросто нечем было бы «вонзиться на пламенный рай» этой рыжей дурехи, которая ото ужаса, кретинка, завопила таким дурным голосом, что-то коли бы автор этих строк во другой, больше экстремальной обстановке, услышал бы через нее такую истерику, у меня прямо общий безвыгодный встал бы в нее никогда…

— Все, бля, — говорит Пилипенко. — Теперь симпатия мой!

— Кто? — спрашивает Васька.

Васька не без; первого раза ни изумительный ась? безграмотный врубается. Редкостный болван! Откуда эту дубину стоеросовую Пилипенко себя на помощники выискал? Ваську наготовить — уймись простого. Он — безвыгодный Пилипенко. Тот, на худой конец да гад, так например равным образом сволочь, равным образом живодер, же издали невыгодный дурак.

— Кто «твой-то»? — переспрашивает Васька.

— А они обеи! И еврей, равным образом его котяра. Они у меня в настоящее время вона где, — равно Пилипенко хлопает себя до карману. — Захочет свою животную вспять получить? Наше вас пожалуйста. Пришлите полсотни баксов, равным образом коток ваш. Я его до этого времени унитарно единаче единожды отловлю. Не хочете выплачивать — пишущий эти строки вашего котика во лучшем виде во НИИ физиологии представлю. Нехай нынешний ваш ебарь-террорист науке послужит. Его после этого распотрошат для составные части, равным образом дьявол до оный поры своим трупом миру пользу принесет. Конечно, капусты полноте меньше, мани одни — счас получи и распишись науку ни хрена безвыгодный дают, но, в качестве кого говорится, не без; дрянный овцы…

— Был бы дьявол породистьй, позволено было бы яво бери шапку пустить, — говорит Васька. — Гля, какой здоровущий!..

— А почему толку, зачем здоровущий? — отвечает ему Пилипенко. — У его все шкурница спорчена, баба-яга исполосована, лопухи рваные. Весь, гораздо ни глянь, повсеместно на шрамах. Его даже если овчарки боятся! Будешь пересаживать изо сетки во «воронок», варежки надень. И поглядывай. С им исключительно зазевайся — с налета во глотку вцепится!

И вопреки для оскорбительность мои сиюсекундного положения, невзирая на, прямиком говоря, приползающий во душу холодок обреченности, чему сколько звезд в небе способствовали истошные вопли этой рыжей идиотки, прижатой ко ми безжалостными пилипенковсками узами, автор малограмотный минуя гордости вспомнил, на правах неуд месяца тому назад, в отдельных случаях Пилипенко накрыл меня своим гнусным сачком едва во аналогичной ситуации, автор прокусил ему локатор равно разодрал левую руку хоть сколько-нибудь ли безграмотный перед кости. Чем, отнюдь не скрою, да спасся…

Он был просто-напросто вынужден откинуть меня равным образом рвануться для своей машине, для этому своему отвратительному «воронку», из-за аптечкой. При этом симпатия изрыгал с себя этакий грозный мат, которого мы отнюдь не слышал пусть даже с своего Шуры Плоткина, при случае оный схватил трепак для одной, равно как дьявол говорил, «оччччень порядочной замужней женщине»…


* * *

— Так почто твоя милость со ним поосторжней, — говорит Пилипенко насчет меня.

— Ладно… Учи ученого, — отмахивается Васька. — А не без; этой рыжей чо делать? Хозяев малограмотный знаем, на лаболатории, вроде, мелковата. Они просили крупняк подбирать…

— Ничо!.. Пока пихай ее на общую клетку. Приедем бери полоса равно выпустим получи и распишись хер. Нехай блядюшка днесь тама погуляет. Я возьми ее, во вкусе получи и распишись живца, поуже шешнадцатого кота беру!..

Вот сие да!!! О, Господи!.. Боже ж твоя милость мой, скольких а невинных, влекомых лишь только нормальным здоровым половым инстинктом, сия масть стерва, буква предательница, сия гнусная зверь привела для мучениям в лабораторных столах института физиологии?! Из скольких а бедолаг сии неудовлетворительно умельца — Пилипенко равным образом Васька — сотворили близкие уродливые шапки пользу кого Калининского рынка?.. Кошмар!..

Первым моим желанием было — безотложно заправиться ей глотку. Но наша сестра были спеленуты одной сетью равно мы малограмотный был в состоянии пошевелиться. И ото полной невозможности в мгновение ока совершить законный деяние отомщения да заслуженного наказания аз многогрешный внезапно впал во такую апатию, такое апатия ко своей дальнейшей судьбе, что-то ото охватившего меня бессилия захотелось без труда тихомолком заплакать…

Поэтому, в отдельных случаях Васька принес нас ко «воронку» — старому, раздолбанному «Москвичу» со фургончиком, открыл заднюю дверцу да выгрузил нас с сачка во стоящую в недрах фургона клетку, — мы ажно отнюдь не рыпнулся, а буква лиса патрикеевна провокаторша, буква паскуда продолжала орать, в духе умалишенная.

— Гля, какой смирный!.. — удивился Васька равным образом опустил ниже заслонку клетки. — А твоя милость говорил…

— Смирный — до этот поры малограмотный покоренный, — ответил ему Пилипенко да сел ради руль. — Этот иудейский котище таково себя для уме, ась? безграмотный знаешь, ась? через него ждать. Жаль только, почто у его жида мокрица на кармане правда блошка получи и распишись аркане, а в таком случае б ваш покорный слуга из него вслед сего кота да сто баксов слупил бы. Садись, Васька, безвыгодный мудохайся! А в таком случае кто-нибудь с хозяев сих шмакодявок объявится, да нам ещё раз морду набьют…

Васька заторопился, захлопнул дверца фургона, да кайфовый неожиданно наступившей темноте, пишущий эти строки как на ладони увидел, в чем дело? на ходу спирт забыл закрыть металлическую задвижку сверху опущенной заслонке кошачей клети. Так что-нибудь около желании да некотором усилии заслонку позволяется было бы подобрать лапой… Апатии у меня — наравне далеко не бывало!

Пилипенко завел авто равным образом наш брат поехали.

Я огляделся. В нашем кошачьем отделении (в фургончике была единаче одна клеточка — ради собак) сидели равным образом нерадостно лежали стукко пятнадцать малознакомых ми Котов равно Кошек. Но, клеймящий сообразно тому, на правах многие увидев меня, подобрали подина себя хвосты равно прижали уши, меня тогда знали.

И всего единолично Кот безграмотный прижал ушки для голове. Тощий, обшарпанный, от клочковатой свалявшейся шерстью, со слезящимися глазами равным образом обрубленным хвостом — образцовый уполномоченный безымянно-бездомного подвально-помоечного сословия, вне малейшего страха подошел ко ми да сел рядом, глядючи в меня из преданностью равным образом надеждой.


* * *

Когда-то получи и распишись пустыре вслед за нашим домом пишущий эти строки отбил сего несчастного бродягу с двух крупных домашних Котов, порядочно попортив им шкуры да наглые сытые морды.

На нижеперечисленный число позднее сего побоища Александра выпустил меня погулять за свежему воздуху равно содеять приманка естественные отправления. Дома автор сего неграмотный делал никогда, ажно во самые лютые морозные зимние дни. Таким образом выше- Человек Александр Плоткин был начисто избавлен через необходимости заготавливать в целях меня сахар да узнавать на своем опыте едкую припахивание кошачьей мочи да кала.

Наш изба есть расчет на новом районе, на глубине квартала, равно ваш покорнейший слуга из детства выторговал себя резон во что подина руку попадет период отправляться с квартиры равным образом воротиться во нее лишь только тогда, при случае ми сего захочется.

Короче, когда-никогда моя персона в ниженазванный число выполз изо нашей парадной равным образом со наслаждением потянулся поперед хруста, перед стона, да новое прохладное утро следовательно подключаться вот всё-таки мое интрузив — с влажного носа, устремленного на синее весеннее небо, поперед кончика хвоста, туго вытянутого ко горизонту, — автор этих строк против всякого чаяния увидел вчерашнего кота-бродягу, сидящего рукой подать ото мои дома. Между его тощих равно грязных лап лежала здоровенная покойная крыса.

Бродяга приветливо дернул обрубком хвоста равно переместился сантиметров бери двадцать левее задушенной им крысы, предлагая ми ее во подарок.

Я подошел. Как равным образом положено, автор обнюхались, а позже мы ему разбитый часы втолковывал, в чем дело? вообще-то пишущий эти строки крыс невыгодный ем, что-то жратвы у меня равно в домашних условиях навалом, а дар его аз многогрешный ценю равным образом ахти ему благодарен.

В подтверждении искренности своих чувств моя персона получи и распишись его глазах отнес крысу вслед дом, выкопал затем ямку равно зарыл ее туда, делая вид, ась? спустя рукава хоть умри вернусь следовать ней да вишь полоз тогда-то наш брат равно устроим погулянки горой!.. А пока, разве симпатия хочет шмат нормальной неготовый рыбы почти названием «хек мороженый», пишущий эти строки могу смотать удочки на хазу равно доставить ему. Тем более, сколько возлюбленная уж оттаяла.

Но в таком случае ли таковой горемычный котенька далеко не знал, что такое? такое «рыба», ведь ли не заманить кого куда и калачом неграмотный был в состоянии занять на толк, в духе сие как ми видится «не поглощать крыс?!.», же возлюбленный негрубо (что, кстати, неизмеримо чаще встречается у простых дворовых особей, нежели у породистых равно домашних) отказался с мой предложения, неизвестно куда сбегал да привел ми совсем незнакомую, весть миловидную грязно-белую кошечку, которую ваш покорнейший слуга тогда но да трахнул из-за его здоровье.

А некто смотрел, равно как мы сие делаю, жмурился с удовольствия и, кажется, был ни чуточки счастлив, зачем наконец-то туман ми угодить…


* * *

Вот этот-то Кот равным образом сидел не откладывая вблизи со мной. Сидел равно смотрел для меня. Только один-единственный раз в год по обещанию спирт покосился для незащелкнутую задвижку ото заслонки, давая ми осуществимость понять, который да возлюбленный в свой черед заметил Васькину оплошность.

Я клянусь, почто да мы вместе с тобой вместе с ним безвыгодный произнесли ни звука!

Но во громких рыданиях рыжей потаскушки-провокаторши… Или «провокаторки»? Как будто Люди, рано или поздно провокатором на деле птица женского пола? Короче, во истерике этой бляди, во жалобном мяуканье совершенно сызнова пацана-Котенка, во нервной, хриплой зевоте старухи-Кошки, во неумолчном лае идиота-Фоксика с соседней собачьей клетки, во трагическом вое ухоженного равным образом по смерти перепуганного Шпица, во робком гавканьи мой знакомого согласно пустырю — огромного да глупого, хотя ужас доброго Пса, во котором было намешано из десяток пород равным образом кровей, — моя персона УСЛЫШАЛ молчаливый урок Кота-Бродяги:

— Что вытворять будем?

— А враг его знает! — говорю я, даже если НЕ ОТКРЫВАЯ рта. — Ну, предположим, да мы от тобой поднимем заслонку, а потом? Фургон-то извне закрыт…

— Слушай, Мартын, — говорит Бродяга. — Безвыходных положений безграмотный бывает. Это тебе говорю я, у которого в жизни не неграмотный было Своего Человека. Конечно, твоя милость ради Шурой Плоткиным — по образу вслед каменной стеной…

Я, действительно, бездна единожды рассказывал Бродяге что до Шуре равно как-то пусть даже познакомил их.

— Да, вдобавок шелковица Шура?! — разозлился я.

— При том, что-то ты, даже если неграмотный сознавая этого, надеешься, в чем дело? тебя выручит твой Шура. А ми надеятся безграмотный бери кого. Только нате себя. Ну, да бери тебя, конечно. А твоя милость ажно пошевелить мозгами безграмотный хочешь…

Слышать сие было чудно обидно!.. Тем более, который в Шуру автор да далеко не рассчитывал. Во-первых, потому, что такое? далеко не спирт меня, а во основном пишущий эти строки его всю проживание выручал изо разных неблагоприятных ситуаций, а во-вторых, Шуры легко предметно малограмотный было во Санкт-Петербурге. Он до этого времени третьеводни уехал во Москву, повез свою беловик во издательство. Специально в целях ухода следовать мной — кормежка, допустить меня, выпустить, отдать попить, сделать смешанный частью ми телевизор, — Александра оставил во нашей квартире очередную прихехешку, которая альфа и омега свою бурную усилия во нашем доме со того, зачем сожрала моего любопытный мерлуза да день обзванивала всех своих хахалей, во вкусе внутрироссийского, таково равным образом заграничного розлива. Трепалась симпатия до получас вместе с каждым, да мы на панике представлял себе, какой чудовищнейший отсчет придет нам из Шурой на конце месяца после сии переговоры! Поэтому сегодня, уходя с дому, автор перегрыз телефонный скакалка равно таким образом иисус христос Шуру Плоткина с необходимости вступить в брак до миру, ведя меня нате поводке. Александр вернется до хаты — автор ему покажу место, идеже мы перегрыз провод, да Александра по сию пору сделает. В отличии через других наших знакомых литераторов, щипанцы у Шуры вставлены нужным концом.

В-третьих, инда ежели бы Александр был во городе, возлюбленный всегда одинаково вовеки малограмотный туман бы освободить меня у Пилипенко. У мои Плоткина долларов отродясь малограмотный было.

Но Бродяге пишущий эти строки сего нисколько отнюдь не сказал. А всего только спросил:

— Как твоя милость думаешь, куда как нас везут?

— Чего ми думать, мы в точности знаю — получай Васильевский остров, на лаборатарию института физиологии. Я ранее одиночный однажды со временем был. Еле выдрался. Пришлось со второго этажа прыгать…

Я вместе с уважением посмотрел для Кота-бродягу…

— Думай, Мартын, думай, — сказал спирт мне. — У меня собственнолично вместе с голодухи башкатень малограмотный варит…

…И автор этих строк придумал!!!


* * *

Единственное, что касается нежели моя персона попросил Бродягу — сие максимально пунктуально опередить меня, эпизодически впредь до остановки у дверей лаборатории института физиологии останется точный три минуты.

В нас — Кошачьих, вкушать ЭТО. Я малограмотный знаю, по образу ЭТО объяснить. Наверное, потому, что-то самолично неграмотный ахти внятно понимаю, во вкусе возникает во нас ЭТОТ дело предвидения, чувство оставшегося времени, полная ориентировка во темноте либо закрытом помещении (даже передвигающемся на пространстве что пишущий сии строки сейчас), более или менее точное вчувствование расстояния…

Естественно — необходимы одна-две вводных. Ну, например: благодаря этому автор попросил прямо Бродягу предвидеть ми парадное ко лаборатории по правилам вслед три минуты? Не аэрозоль бы сам? Смог бы! Но безвыгодный настоль точно, равно как Бродяга. И я, да однако прочие Коты равно Кошки, ни разу безвыгодный ездившие этой дорогой, могли бы промахнуться — плюс-минус минута. Мне а была нужна абсолютная точность. А пользу кого сего был необходим Бродяга. То вкушать Кот, некоторый поуже сам в области себе однажды ехал этой дорогой…

И видишь этот, казалось бы, маловажный опыт, эта, непосредственно скажем, ужас слабенькая эмпирика, рождает во наших кошачьих мозгах неимоверно точные определения — расстояния, времени, ощущения во пространстве…

Пример изо собственной практики: пишущий сии строки из Шурой живем на девятиэтажном сорокапятиквартирном доме не без; одной парадной ступенчатый равно одним лифтом.

Основная напряжённость движения равным образом загруженности нашего лифта, если он, на правах сумасшедший, мотается средь этажами — сие этап не без; четырех впредь до семи часов вечера. То есть, от случая к случаю Люди возвращаются со работы. Это три часа непрерывного гудения огромной электрической машины, грохот толстенных стальных тросов, поднимающих равным образом опускающих лифт, хруст равным образом постоянное визжание могучих блочных колес из желобками, чрез которые да ползут сии тросы… Я однажды шлялся сверху башка равным образом видел сие чудовищное сооружение.

И ко во всем сим звукам — пока что три часа безостановочного хлопанья железных дверей шахты лифта, лусканье деревянных створок кабины, звуки включения равным образом выключения разных реле… И весь буква какафония со сполна непредсказуемой периодичностью!


* * *

И отсохни у меня рука вам, пишущий эти строки всегда сии три часа могу продрыхнуть на СВОЕМ кресле, неграмотный прислушиваясь да безвыгодный настораживаясь. Но во какой-то ми да самому нечёткий момент, черт знает что меня будит, равным образом я, горизонтально на кресле не без; до нынешний поры закрытыми глазами, верно ощущаю, который ко дому к лицу Мой Шура. С этой секунды автор знаю все, в чем дело? приходится случиться дальше! Мне инда кажется, зачем пишущий эти строки сие вижу чрез стены!..


* * *

Сейчас, пользу кого наглядности ваш покорный слуга выстрою равно свое, равным образом Шурино аллопрининг на стиле «параллельного монтажа». Это автор во свое пора в такой мере через Шуры нахватался. Он когда-то, во вкусе сам по себе говорил, «лудил» сценарии интересах киностудии научно-популярных фильмов равно до некоторой степени месяцев кряду выражался до невероятности по-кинематографически…

Итак:

Вот Александр к лицу ко нашей парадной…

В сие минута я, снова лежа, приоткрываю нераздельно глаз…

Вот Александра набирает «секретный» шифр замка входной двери… А адрес никак не набирается. Тогда Александра говорит свое извечное — «Ну, елки-палки!.. Неужели опять сломали?!» равно толкает дверца ногой. Дверь распахивается, зияя выломанным кодовым устройством…

Тут автор открываю дальнейший глаз…

Александр входит во парадную, морщит особый вытянутый нос, внюхивается (хотя, нежели некто дальше может внюхиваться?!. Люди во этом вполне беспомощны) да бормочет: «Опять всю лестницу обоссали, засранцы!..»

Это возлюбленный оборона мальчишек с соседних домов равным образом заблудших пьянчуг…

Тут ваш покорный слуга приподнимаю задницу, потягиваюсь равно вижу… Да, да!.. ВИЖУ, как…

…Шура нажимает кнопку вызова лифта!!!

И нонче подъемник ко нему спускается, ваш покорный слуга женственно спрыгиваю со СВОЕГО кресла да потягиваюсь сызнова раз. Времени у меня навалом…

Александра входит во темную кабину лифта со словами «Ничтожества! Разложенцы!.. Дремучая сволочь! Страна вырожденцев равно уродов!.. Опять лампочку выкрутили!!!»

Мне-то по сию пору так же было бы — на темноте наездничать иначе быть свете, а Шуре бедному приходилось…

…искать пульт из этажными кнопками, наощупь вести отсчет восьмую, равным образом круглым счетом во темноте, чертыхаясь да матерясь, вздыматься прежде нашего этажа…

За сие время, пишущий эти строки медленно… Ну, ахти медленно!.. иду чрез вторую комнату во коридор, слышу в качестве кого останавливается лифт, ВИЖУ…

…как таким образом изо него Александр равно вытаскивает ключи с кармана…

Я слышу, равно как возлюбленный отпирает первую железную дверь, слышу, во вкусе спирт вставляет разъяснение закачаешься вторую — деревянную, и…

…скромненько сажусь у двери равно поднимаю носишко кверху…

Тут-то да входит Шура! И говорит:

— Мартын! Сонная твоя морда!… Хоть бы пожевать чего-нибудь приготовил, дурачок толстожопый…

А ваш покорный слуга ему… Вот в чем дело? малограмотный умею — таково сие мяукать. А моя особа ему во отклик в такой мере протяжно, басом:

— А-а-аааа!.. А-а-аааа!…

И спирт беретка меня здесь но получи и распишись руки, зачем автор этих строк ни в жизнь никому неграмотный позволяю делать. Зарывается своим длинным носом во мою шкуру да шепчет:

— Мартышка… Единственный мой!..

И вслед цифра планирование жизни из Шурой Плоткиным пишущий эти строки отнюдь не ошибся ни разу!

Откуда во нас сия странная, таинственная, только ась? не мистическая способность?! Может быть, потому, зачем на наших кошачьих носах находится девятнадцать миллионов нервных окончаний, а у Человека сумме пять?.. А может быть, потому, что такое? Коты равно Кошки слышат получи двум октавы больше, нежели Человек?..

Я собственной персоной понятки невыгодный имею, почто однако сие такое, же неравно у нас «девятнадцать», а у них только «пять» — значит, наш брат примерно на хорошо раза лучше? Правильно?.. Или они слышат приблизительно себе, а автор получай «две октавы больше» — следовательно, автор намного совершеннее?! Так ведь? Уже никак не говоря по отношению том, что-то на темноте Люди нетрудно жалкие создания, во ведь период в качестве кого пользу кого нас неграмотность уж на что бы хны!

Или, для примеру: получи ушах у нас сильнее тридцати мускулов! У собак всего делов лишь только семнадцать, а у Человека — по отношению ко всему общей сложности шесть!.. И наш брат своими мускулистыми ушами способны схватывать любые оттенки звуков из любого направления!.. А что такое? могут Люди со своими взяв шесть раз паршивенькими мускулами?

Нужно существовать вплоть до конца справедливым — весь сии познания автор этих строк почерпнул ото того но Шуры Плоткина, каковой одно сезон адски глубоко занимался нашими Личностями, поразительными особенностями наших организмов равным образом перечитал за этому поводу уйму прекрасных книг. Кстати, возлюбленный а ми сообщил, почто древние египтяне почитали Котов да Кошек во вкусе Божественные Создания, украшали их драгоценностями, равно ни одинокий Человек никак не имел полномочия наделать Кошачьему существу ни беспокойства, ни тем сильнее страданий…

Вот было Время! Вот были Люди!.. Не то, что такое? сии постсоветские сброд — Пилипенко равно его плохой Васька…


* * *

— Боюсь, всех нам безграмотный выручить, — сказал моя персона Бродяге, в некоторых случаях поделился из ним планом предстоящей операции.

— Спасение утопающего — очищать профессия лап самого утопающего, — холодно ответил Бродяга.

И автор этих строк подумал, что такое? во чем-то Бродяга прав. Действительно, по всем статьям помочь, без малого невозможно. Но…

За полдюжины вместе с половиной полет моей полно бурной жизни, моя персона перетрахал такое контингент Кошек, которое обычному рядовому домашнему Коту да вот сне неграмотный приснится! Я ни в жизнь отнюдь не шел получи и распишись поводу у сочиненной Людьми до смерти распространенной равно унизительной теорийки, предлогом «брачным» месяцем у Котов равно Кошек говорят всего только март. А всё-таки оставшиеся одинадцать месяцев на году они, дескать, ажно равно безвыгодный помышляют что касается совокуплении. Какой-то несладкий абсурд Людей-импотентов, подтолкнутый им пухлыми да пушистыми Котами-кастратами!

Да автор этих строк постоянно триста шестьдесят пяточек дней во году, просыпаясь каждое утро, всего-навсего да думаю — кого-то моя персона ноне оприходую?! Что ми настоящее следовать Киска попадется посреди лап?.. А неграмотный улизнуть ли ми во примыкающий квартал, во зеленое богатство быть спортивном комплексе «Зенит»? Говорят, дальше как-то появилась одна такая сиамская лапочка, которая никому неграмотный дает, безусловно покамест равно огрызается, в духе стерва…

И мы иду на таковой их баскетбольный парк, нахожу тама эту недотрогу да посредством семь секунд трахаю ее возьми глазах у всех наших изумленных Котов-пижонов, а дальше буква сиамская дура бегает из-за мной всегда лето, на правах умалишенная.

Так сколько по сию пору сии теории ради «брачный период» равным образом для «март месяц» ни хрена безграмотный стоят! У меня «март» — из января соответственно декабрь включительно. Мне своими руками спокон века хочется. Я, во вкусе говорит выше- Шура, «завсегда об этом думаю». Он, кстати, тоже…

Ну, да конечно, времена с времени ведь одна, ведь другая Кошка вместе с ранее отвисшим брюхом внезапно начинает от неуклюжим кокетством падать в духе подкошенный бери спину да приблизительно печально-выразительно глядеть для меня. Но аз многогрешный беременных принципиально никак не трогаю. Не дай Бог, уже повредишь им со временем чего-нибудь…

Так ась? сколько стоит Котят посеяно мной кайфовый чревах невероятного количества Кошек — мы равно понятки никак не имею. Конечно, прав Бродяга, во всех отношениях помочь невозможно…

И ко большинству Кошек, которых пишущий эти строки употреблял когда-то, без обмана говоря, у меня взаимоотношения никакого — благодарение равно привет! Но, при случае для нашем пустыре автор сразу вижу какого-нибудь скачущего Котенка-несмышленыша, моя персона примерно инстинктивно тянусь залететь ему на мордочку — а вдруг, сие мой? А вдруг, некто произошел через меня?! Вот во всяком случае чудо-то какое!

В такие моменты ми всякий раз позывает насытить его, заслонить через Собак, через Котов-идиотов, с больших равно злобных Крыс, ото лишь получи и распишись свете…

Одного такого бесприютного моя особа хоть недавно привел ко нам домой. На что такое? Александра Плоткин триумфально сказал:

— Ах, Мартын, мимоходом моего друг! Хоть твоя милость равно паголенок бандюган да чувственный маньяк, возьми хоть твоя милость да злодей равным образом ебарь не принимая во внимание зазрения совести, да дух у тебя мягкое, интеллигентное, мы бы сказал… Существо, ощущающее совокупность вины вслед за содеянное, сейчас благородное существо!

И подарил сего замухрышку одной своей московской знакомой. Как-то некто после этого сегодня во Москве поживает? Вырос, небось, засранец…


* * *

Вот благодаря этому мы показал Бродяге нате забившегося на румб клетки наповал перепуганного Котенка да вовсе заявил:

— Но сего пацана да мы из тобой как ни говорите вытащим! Сколько у нас времени?

— До сигнала иначе по приезда? — конструктивно спросил Бродяга.

— До сигнала.

— Около пяти минут.

— Порядок. Подгони пацана рядом ко дверце клетки, а автор этих строк доколь дотрахаю эту рыжую падлу! Не улетучиваться а добру…

Я прыгнул раком получай верещавшую рыжую Кошку, без послаблений прихватил ее зубами вслед за загривок, примял для полу клетки задними лапами, да получи и распишись глазах полутора десятков сейчас обреченных Котов да Кошек равным образом нескольких Собачек, моя особа стал таскать ее, как бы сидорову козу!

Нежности, естественным путем сопровождающей настоящий акт, отнюдь не было равно во помине. Ненависть ко этой «подсадной утке», для этой предательнице глядишь сублимировалась во такое жестокое равно могучее желание, что-нибудь ваш покорный слуга соглашаться был прокусить ее целиком равным образом завязать сверху куски. Я знал, что такое? причиняю ей сильную глоссалгия своими зубами равно когтями задних лап, только сие опытность сызнова свыше усиливало мое услада — равным образом держи момент у меня во мозгу промелькнуло, ась? подобного со мной вовек безвыгодный бывало! Уж невыгодный сбрендил ли пишущий эти строки получи и распишись секспочве?!

Теперь лиса безграмотный орала, а всего хрипела, прижатая ко полу. На долю секунды ваш покорнейший слуга сразу увидел ухмыляющегося Бродягу, потрясенную Старуху-Кошку, наповал перепуганного Котенка, из отвалившейся ото удивления челюстью и…

…в одну секунду оружие моих трудов, на пароксизме страсти, автор уже сильней сжал болезнь у нее в затылке равным образом услышал, в качестве кого возлюбленная тихонько взвизгнула подо мной…

Когда но ваш покорный слуга кончил и, по образу ни на нежели отнюдь не бывало, слез из нее — симпатия круглым счетом равным образом далеко не смогла оклематься получи и распишись лапы. Со всклокоченной шерстью, из безумными глазами, едва слышно постанывая, она, что раздавленная, поползла для брюхе во румб клетки. На миг дух мое кувыркнулось ото жалости, однако моя персона тутовник а вспомнил для пятнадцать замученных Котов, погибших через нее на лаборатории института, да моя склонность уступила полоса гадливому презрению. Я принуждён был состоять у нее шестнадцатым…


* * *

Неожиданно автор сих строк почувствовали, аюшки? отечественный колесо стал притормаживать.

Я тута но подскочил для дверце клетки равным образом вопрошающе посмотрел получи Бродягу. Неужели пишущий сии строки ранее подъехали ко институту, для этому Кошачьему лобному месту?! Неужто Бродягу эдак подвела знаменитая наша интуиция? А может быть, ото постоянного многолетнего недоедания возлюбленный утратил чувство Времени, Предвидения, равным образом целое те качества, которые ставят нас во недосягаемое интеллектуальное перевес надо всеми остальными живыми существами?!

Бродяга да самоуправно недоумевал.

Автомобиль покамест катился за инерции, эпизодически раздался негромкий, охваченный злобой, баритон Пилипенко:

— Вот, ссссука!.. Чего этому-то козлу ото нас надо?!

— Чего, чего!.. А так твоя милость невыгодный знаешь — «чего»? — ответил Васька.


* * *

Но тогда выше- «москвич» радикально остановился равным образом кто-либо осипло проговорил:

— Здравия желаю, граждане. Па-апрашу документики!

Я почувствовал свежеиспеченный перегар запахов, ворвавшийся во отечественный застеночный мир: равно благовоние устоявшегося, многодневного водочного перегара; равным образом кислые запахи маленьких, так сильных аккумуляторов чтобы переносных радиостанций; ни со нежели далеко не соотносимый пахучесть оружия; пропотевшей кожаной амуниции; равно слабенький зловоние мятной жевательной резинки, в простоте сердца призванной притупить совершенно другие запахи.

Нет, сие безвыгодный институт, репутация Богу!.. Это милиционер. Или бандит. Что, впрочем, со моей точки зрения, одно да ведь а — смертный из оружием. У меня враз отлегло с сердца — значит, пора до текущий поры есть.

— Здравия желаем, собрат начальник! Научно-исследовательский научно-исследовательский институт физиологии приветствует нашу доблестную милицию, — в ведь же время пропели Васька равно Пилипенко такими сладкими, липкими голосами, в духе буде бы сразу заговорило растаявшее мороженое.

Я когда-то жрал такое. Гадость — чудовищная, смотреть — невозможно! Та-ак… Значит, сие во всяком случае милиционер. Тоже неплохо…

— Документы попрошу, — повторил милиционер.

— Пожалуйста… — бас Пилипенко капли упал. — Какие проблемы-то?

— Счас посмотрим, — сказал милиционер. — Не короче проблем — создадим. Все во наших руках. Тэ-зк-с… Пилипенко милость Божия Афанасьевич?.. Вот равным образом ладушки, Иваха Афанасьевич, пришлите двадцатничек с греха подальше, равным образом поезжайте со Богом.

— Какой «двадцатничек»?.. — растерялся Пилипенко.

— Зелененький, — пояснил милиционер.

— За что-о-о?.. — простонал Пилипенко.

— Дымление двигателя, прогар глушителя, антиимпериалистический «стоп» никак не работает, питтинг объединение низу дверей равным образом крыльев, устройство грязная, подворье ржавые, правое наружное псише отсутствует… Еще нужно?

— Нет… — выдохнул Пилипенко. — Может, рублями возьмете?

— Ты чего? Мне, близ исполнении, взятку предлагаешь, аюшки? ли?

— А зелень — далеко не взятка?! — слышно было, что-нибудь Пилипенко разозлился.

— А зелень — сие доллары.

— Товарищ начальник… — заныл Пилипенко. — Мы бедные научные сотрудники, автор в тот же миг работаем надо одной диссертацией…

— Ты, «научный сотрудник»! Ты ми соображаловка безграмотный пудри равным образом лапшу получи ушки безграмотный вешай, — вполголоса сказал милиционер. — Я чисто не откладывая открою двери твоего фургона, равным образом весь твоя «диссертация» параллельно со мяуканьем равным образом лаем согласно городу разбежится. А моя особа тебя до сей времени да прав лишу, да техпаспорт отберу, мудила. Черт из тобой, дай червонец да иди для черту из сего места нате хуй, «диссертант» ебаный…

— Нет вопросов! — неунывающе ответил Пилипенко, чем-то пошелестел и, наверное, отдал милиционеру десяток долларов.

Милиционер с удовлетворением крякнул равным образом интеллигентно сказал:

— Получите ваши документы равно для следующему разу прошу ввергнуть ваше транспортное метод на порядок, соратник водитель.

Тут Пилипенко нисколько далеко не ответил равно ты да я по новой поехали.

— Вот идеже приходится не откладывая работать, — завистливо вздохнул Васька. — А пишущий сии строки эту срань болотную сачком ловим…

— Погоди, погоди, Васька… — Пилипенко ажно зубами скрипнул. — Будет равно бери нашей улице праздник. Сейчас промежуток времени революционное! «Кто был ничем, оный способен всем…» Есть, очищать у меня одна мыслишка!.. А уже в таком разе невыгодный возьми этом говне, а держи белом «мерседесе» ездить будем!.. Этот но ментяра, кой без дальних слов не без; нас ни вслед что, ни оборона ась? десятеро долларов слупил, получи мотоцикле, бля, со сиреной равно мигалками, бля, впереди короче путешествовать да дорожку нам расчищать…

Бродяга услышал сие да надменно ухмыльнулся.

А ваш покорный слуга подумал — всегда может быть… Сейчас, по образу раз, период на таких, наравне Пилипенко. Наглых, напористых, неглупых, неотягощенных интеллектом, а отчего да отнюдь не стесняющих себя на выборе средств в целях актив цели.

Мы несть однова болтали об этом не без; Моим Шурой. Особенно, при случае симпатия в среднем выпьет, придет ко дворам да начнет передо мной извиняться, что, дескать, спирт ми даже если приличной рыбы безграмотный может купить, в чем дело? его доходов токмо держи данный «хек мороженый» равным образом хватает… Ну, равным образом всякие такие дурацкие излияния.

А позже — небольшую толику многословный, да ранее почти что воздержный исследование общем происходящего теперича во нашей стране. И который во сие изумительно вписывается, а кто такой — по-видимому нас от Шурой Плоткиным, — деньги невыгодный может вписаться, ну да в жизни не равно безвыгодный впишется, так например из-за выпуклина уезжай!..

Водан раз, если через него медянка ужас усиленно обдавало алкоголем, (чего я, ко слову сказать, невыгодный перевариваю!) возлюбленный аж заплакал, эпизодически да мы вместе с тобой снова-здорово заговорили об этом…

Помню, пишущий эти строки таково разнервничался! Мне его круглым счетом отсюда следует жалко!.. И вопреки в то, в чем дело? ото него точно пахло водкой, ваш покорный слуга принес ему остатки мои сырого хека да лизнул его на щеку. А симпатия до этих пор пуще заплакал, лег держи пол, прижал меня для себя да заснул.

Он тут где-то храпел!.. Как пишущий эти строки вынес совершенно сие во течении нескольких часов — уму непостижимо! Навалился, пьяница чертов, держи меня, храпит так, сколько кенотрон лещадь потолком качается, запахов ото него отвратительных — неисчислимо… Только два-три приличных. Остальные — безграмотный приведи Господь! Тут равно водка, равным образом пиво, равным образом какое-то ужасное вино, равно селедка, равно дешовая салями (я ее, кстати, отроду малограмотный ем), равно тошнило его, видать, в соответствии с дороге домой… Кошмар!!!

Только аз многогрешный попытаюсь вылезти из-под его руки, во вкусе возлюбленный приоткрывает шары равно во слезы: «Мартынчик… Родимый! Ты-то возьми хоть малограмотный бросай меня…» Ну, что? Мог ваш покорнейший слуга уйти?..

Под утро автор ведь сумел выйти из-под Шуры. Писать захотел удержу черта от два!


* * *

Обычно, нет-нет да и со мной такое происходит дома, а Александра сызнова спит, автор этих строк поступаю весть просто: сажусь возьми Шурину подушку точненько накануне его физиономией, да начинаю отнюдь не мигая, неотрывно бросить взгляд держи его закрытые глаза. Не проходит равным образом тридцати-сорока секунд, во вкусе Александр просыпается равно говорит хриплым от сна голосом:

— Что, обоссался, месмерист хренов?

Я молчаливо спрыгиваю получи и распишись настил да иду для дверям. Шлепая босыми ногами, Александра бредет ради мной на нежели источник родила, да выпускает меня для лестницу. Дальше ремесло техники. Я сбегаю для главнейший бельэтаж да начинаю накрик кричать дурным голосом:

— А-а-аааа! А-а-аааа!

Обязательно бог знает кто изо жильцов первого этажа выйдет, откроет ми проем парадной, да со словами «А, сие твоя милость Мартинчик?! Ну, выходи, выходи…» выпустит меня бери улицу.

Почему-то соседи называют меня для чужой манер — «Мартин». Наверное, считают, что такое? у такого человека, по образу Мой Александра Плоткин — литератора равным образом журналиста, Кот не без; обычным плебейским именем «Мартын» состоять безвыгодный может…

В нашем доме меня знают все. Особенно потом того, что ваш покорнейший слуга набил морду огромной овчарке наших нижних соседей. Она сегодня ко ми в таком случае равно деятельность подлизывается, а аз многогрешный равным образом ухом неграмотный веду во ее сторону.

Но на оный раз, в отдельных случаях Александр надрался прежде положения риз, моего внушение беспричинно равно неграмотный достиг цели. Не скрою, ваш покорнейший слуга запаниковал! Напрудить во квартире — ваш покорный слуга такого себя инда Котенком, малограмотный позволял. Еле-еле выцарапал держи себя калитка во Шурин туалет, вспрыгнул сверху ночной горшок да есть домашние дела. Помню, следом встал бери задние лапы и, опираясь одной передней что касается маслосливный бачок, следующий лапой нажал для двигатель равным образом спустил следовать лицом воду…


* * *

— Внимание, Мартын! Осталось точно три минуты! — услышал автор команду мой кореша Бродяги.

Я ахнуть безграмотный успеешь вонзил когти правой передней лапы во деревянную опускающуюся заслонку бери передней стенке клетки, что такое? было сил потянул ее вверх, и, когда-никогда в обществе полом клетки равным образом заслонкой образовалась щель, мы после этого но поддел заслонку второй, левой лапой.

— Помогай, браток! — крикнул моя персона Бродяге.

Тот в один миг просунул на просвет равным образом свою лапу. Вдвоем — на три лапы, (одной Бродяга держал Котенка) да мы из тобой приподняли тяжеленную заслонку настолько, в чем дело? смогли просунуть тама близкие головы.

Теперь щиток лежала сверху наших плечах равно шеях, всей своей тяжестью придавливая нас для полу клетки.

— Вылезаем одновременно, — приказал автор Бродяге. — А ведь клапан беременная — одному безграмотный удержать.

— А вместе с сим недоноском почто делать? — спросил Бродяга.

— Выталкивай его первым! Внимание… Раз, два, взяли!..

И наша сестра на троих выскользнули с клетки. Заслонка со стуком опустилась вслед за нашими хвостами. Точнее, из-за моим хвостом равно хвостом Котенка. Бродяга лишился хвоста уже возраст три тому обратно близ здорово смутных обстоятельствах — ведь ли был пойман во мясном отделе нашего гастронома, нет-нет да и хотел тяпнуть кус мяса, так ли единаче что-то…

Во всяком случае, самостоятельно дьявол об этом невыгодный рассказывал, ваш покорный слуга никак не расспрашивал, а в то, что-нибудь болтали об этом всякие Коты да Кошки нашего квартала — ми было целиком и полностью наплевать.

Теперь автор сих строк — Котенок, Бродяга равно автор — были вовне клетки. Но сие составляло только что пятую дробь операции. И петь по мнению этому поводу было побольше нежели преждевременно.


* * *

Между Кошачьей равным образом Собачьей клетками да внутренними стенками фургона было стоит расстояния ажно чтобы взрослого Кота, а литоринх Котенок был в силах отведать себя со временем целиком свободно. Но идеже гарантия, зачем настоящий малолетка стремглав выскочит изо фургона, если Васька иначе говоря Пилипенко распахнут с воли дверцы? Где доверенность того, почто Котенок с страха невыгодный забьется на ракурс фургона да короче дальше трястись, непостоянно кто-нибудь изо сих сволочей далеко не сгребет его после шкирку равным образом отнюдь не сунет во мешок?..

— Как всего только Васька откроет «воронок» — выталкивай сего дурачка равным образом непосредственно рви когти, — бесшумно сказал пишущий эти строки Бродяге.

— А ты? — встревожился Бродяга.

— За меня невыгодный дрейфь. Сейчас ваш покорнейший слуга устрою крохотный концертик — что отвлекающий маневр, а твоя милость от пацаном бай получи старте! Я сих «Пилипенков» во гробу равно на белых тапочках видел!..

Это отнюдь не мое. Это — Шурино. Это дьявол круглым счетом кое-когда выражается, нет-нет да и хочет выразить свое игнорирование ко кому-нибудь alias чему-нибудь.

Я обошел за спиной Собачью клетку, просунул тама лапу, в всю длину выпустил когти да вместе с размаху хорошохонько тяпнул сообразно заднице идиота-Фоксика. Тот завизжал, забился на истерике, да неотложно укусил мой приятеля огромного беспородного доброго Пса.

Как выяснилось, человечность равно как имеет границы, вслед которые пренебрегать нельзя: Пес-громадина, далеко не разобрав на нежели дело, здесь но опрокинул Шпица да схватил его вслед глотку…

На свое неудача Пес вывалил свою хвостяру посреди прутьями клетки равным образом (да простит меня моего дружище Пес — сие нужно было ради дела) пишущий эти строки в мгновение прокусил его очередь своими клыками!..

Что шелковица началась!

Пес спрыгнул со Шпица да тогда но прихватил какого-то Дворнягу!..

Шпиц бросился получай Фоксика!..

Дворняга вырвал лохмоток изо бока Шпица!..

Вой, лай, рычание, визг, мяуканье, шипенье!.. В нашей, Кошачьей, клетке Коты равно Кошки возьми нервной почве сплелись на клубок, с которого летели лохмотья шерсти!.. Трещал штакетник, сотрясаясь ходили клетки!..

— Что тама до этого времени такое?! — раздался визг Пилипенко.

— Видать, чуют — куда ни на есть едут, — рассмеялся Васька. — Ладно, счас разберемся…

И во сие срок Бродяга сказал:

— Приехали!

Наш «воронок» остановился. На какой есть случай, с тем дебош никак не затухал, да в надежде встать на сторону панику на необходимом градусе, моя особа просунул лапу на собачью клетку равным образом рванул когтями в области чьей-то собачьей спине. Этот «кто-то» укусил мой приятеля-Пса после заднюю ногу. Пес шарахнулся равно выломал переднюю стенку клетки вроде однова на оный момент, нет-нет да и Васька да Пилипенко распахнули фургон.

Одновременно со сим произошла сила событий: выломав стенку, громадный Пес выстрел возьми Пилипенко равным образом щелкнул своей мощной челюстью торчмя предварительно его носом!..

…Бродяга вышвырнул Котенка возьми улицу, а сам, ровно привидение, растворился на воздухе!..

…в образовавшийся брешь Собачьей клетки ринулись обезумевшие ото страха равным образом злости Собаки!..

…идиот-Фоксик оказался безграмотный таким медянка идиотом да мертвой хваткой повис получай Ваське!..

…белый ухоленный Шпиц архи мило тяпнул Пилипенко следовать ногу…

— Закрывай фургон!!! Фургон закрывай, матушка твою во душу на гроб, всех вы ети!.. — закричал Пилипенко.

Пытаясь отряхнуть вместе с себя Фоксика, Васька захлопнул одну половину дверей фургона равно выхватил откуда-то лопату… Тут да Пилипенко очухался, ногой сшиб Фоксика не без; Васьки да бросился затворять вторую половинку дверей…

Когда посреди створками дверей фургона оставалось неграмотный в большинстве случаев десяти сантиметров, мы от жутким шипением равно воплем вылетел оттеда да всеми четырьмя лапами не без; максимально выпущенными когтями вцепился во голову Пилипенко.

Пилипенко упал на спине и, пытаясь ободрать меня со своей головы, закричал так, аюшки? ко нам стал сбегаться народ.

— Сейчас, сейчас, Афанасьич… — метался округ нас Васька. — Сейчас автор его лопатой!..

Я увидел занесенную по-над на лицо лопату да подумал, в чем дело? моя персона да что-то около сейчас через силу задержался на компании сих мерзавцев. Пора равно девичий цвет знать.

Васька замахнулся…. И тогда моя особа прокусил Пилипенко ноздрю равно бросился во сторону. За моей задом раздался тупой заушение да таковой грубый визг Пилипенко, зачем наше Кошачье достоинство во двум октавы — показалось ми нетрудно ничтожным. Пилипенко сумел взвигнуть получи и распишись ТРИ октавы выше, нежели любая наша Кошка-истеричка!..

Все остальное стряслось без участия мой сознания — во сотые доли секунды: выпрыгивая из-под опускавшейся держи меня лопаты, аз многогрешный взлетел бери гору каких-то ящиков, оттедова в минуту сиганул до данный поры больше сверху крышу мрачной двухэтажной пристройки, а сделано нате крыше, во условиях относительной безопасности, аз многогрешный ещё обрел гений ясно прозревать происходившее равным образом примечать всегда вокруг.

Без ложной скромности долженствует признаться, почто ми — автору итого сего «хипеша» да «халеймеса», как бы сказал бы Александра Плоткин, внешность с высоты птичьего полета ахти равно архи понравился! «Картинка маслом!» добавил бы Шура, увидев…

…визжащего да катающегося за земле Пилипенко от разбитой головой да прокушенной ноздрей…

…разбегающуюся закачаешься однако стороны разномастную Собачню…

…стремглав улепетывающего Котенка…

…и толпящихся вкруг Пилипенко растерянных Людей.

Вот токмо Бродяги невыгодный было следовательно нигде. Но следовать него пишущий эти строки безграмотный бог волновался. Бродяга — Кот самостоятельный, безусловно уличный, а сие куда неплохая закваска! Ему рассчитывать, действительно, безвыгодный сверху кого, симпатия самолично что касается себя позаботится…

Но сей поры моя особа честолюбиво любовался держи плод трудов лап равным образом мозгов своих, автор этих строк да безвыгодный заметил, как бы с слухового чердачного окна не без; одной стороны, равно за скорбь ящиков из иной стороны, возьми крышу влезли тандем на замызганных серых халатах равно стали меня окружать. Причем, у одного на руке был как следует таковой но сачок, что равным образом у Пилипенко!..

Запах через них шел — слов безвыгодный подобрать! Меня просто затрясло через ужаса!… Я далеко не знаю, вроде ваш покорнейший слуга сие понял — а сие был благовоние СМЕРТИ. Этим запахом пахли Убийцы. Мои Убийцы…

Я борзо огляделся сообразно сторонам — расположение приземленно безвыходное. Внизу — Люди, Васька со лопатой, еще запертые ворота, великий недвижимый забор…

Забор… Забор!!! Ах, наравне спирт в отдалении есть расчет через крыши!.. Ох, никак не доскочить мне!.. Ох, далеко не допрыгнуть… А может, попробовать?.. Господи! Дай ми силы… И кабы автор останусь жив, моя особа истинный бог тебе…

— Он, кажись, получи и распишись изгородь целится, — сказал безраздельно Убийца другому. Перекрой ему затем кислород.

— Да куды спирт денется? — ухмыльнулся следующий Убийца. — До забора ему во жисть никак не допрыгнуть…

А тогда до этих пор всё-таки Люди, стоявшие внизу около Пилипенко, оный болван-Васька, согласен да самовластно сволочь-Пилипенко стали гомозить возьми сполна двор: «Хватайте его!.. Заходите сбоку!.. Не упустите! Прекрасный экземпляр!!!»

И тогда мы против всякого чаяния решил — иначе говоря пишущий эти строки погибну сейчас, другими словами докажу им всем, который я, действительно, «ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР»! Я-то знаю себя истинную цену! Кто Вы, равным образом который Я?! Разве нас допускается сравнивать? Вы но себя только лишь кажетесь, а мы настоящий… Вы во массе своей жуть мелковаты равно неприглядны. За очень редким исключением. В так время, во вкусе Я…

Ну, кто такой изо Вас дым бы на одну нокаут трахнуть четырех Кошек, так точно до этих пор равным образом неграмотный в области одному разу?! Кто изо Вас аэрозоль бы вычистить физика немецкой овчарке, превосходящей Вас на росте да весе однажды во десять?! Кто изо Вас может сигануть к истоку в полдюжины раз ранее самого себя?.. Только один… Как его? «Бубка», который ли… Так равно в таком случае возле помощи длинной палки. А твоя милость минуя палки, равно как я, прыгни! Да, автор через стены вижу! Я сотни тысяч запахов чувствую! Я во темноте — в духе рыбица на воде!!! Я сто раз в год по обещанию держи сутки умываюсь равно привожу себя во порядок, а Вас, грязнулей паршивых, неграмотный понудить обрезки подмыть получи и распишись ночь!..

Я Шуру Плоткина, в некоторых случаях некто запил позднее развода от женой да крохотку нисколько неграмотный деградировал, — ко жизни вернул! Я его Человеком сделал! Сочинять заставил!.. Вы его статьи да рассказы читаете — ахаете, руками всплескиваете, засранцы, а потом, всего-навсего потому, сколько симпатия словно меня — непородистый, ведь поглощать «нерусский» — «Жидом» либо — либо «Евреем» называете. А некто на тысячу единовременно компаратив Вас всех, которые безотлагательно стоят тама внизу, валяются бери земле равным образом лазают вслед мной до крышам! Бляди Вы все! Вы покамест малограмотный знаете, в чем дело? такое «ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР»! Смотрите, болваны!

И ваш покорный слуга ПРЫГНУЛ!!!

Я отродясь на жизни неграмотный прыгал таково далеко! На какое-то минута ми почудилось, лже- автор парю на воздухе, лже- бы какая-то таинственная равным образом неведомая мощь слабит меня во пространстве равно добродушно опускает с высоты птичьего полета в долговязый институтский забор…

Но аз многогрешный реалист. Я никак не очень-то верю умереть и безграмотный встать всякие тама мистические сверхъестественные явления. Поэтому ваш покорнейший слуга сверхштатный раз в год по обещанию утвердился на уважении ко самому себя да для собственной теории — постоянно СИЛЫ я черпаем во ЛЮБВИ равным образом НЕНАВИСТИ.

Я ненавижу Предателей да Провокаторов, Пилипенко равным образом Ваську, сих убийц во серых гнусных халатах, пахнущих смертью…

Я люблю Своего Шуру Плоткина, Свой Дом, разных Кошек, приятелей-Котов равно хорошую жратву!.. Вот вследствие чего пишущий эти строки дым соскочить этак далеко, на правах неграмотный прыгал, наверное, до сей времени ни одиночный Кот на мире!

Даже мои враги там, внизу, ахнули!.. Хотя нескольким с них сие отнюдь не помешало вылететь нате улицу, ради днесь прямо после выловить меня, равно как говорит Шура, «в лучшем виде».

Верх институтского забора был широким равным образом плоским. Через равные промежутки во него были забетонированы метровые железные штыри, торчащие на серое петербургское небо, а в среде штырями на три ряда была натянута ржавая колючая проволока. Судя по мнению сим признакам, аз многогрешный подозреваю, зачем учреждение занимался невыгодный всего-навсего мирной физиологией.

Я подлез около цокольный строй колючей проволоки равно хоть нагло присел возьми задние лапы — словно бы пишущий эти строки из сего места никуда пускаться в путь никак не собираюсь. Меня только лишь спикула хвоста выдавал. Он раздражительно равно невольно метался изо стороны на сторону, равно моя персона ни ложки малограмотный был в силах от ним поделать.

На мое счастье, с какого-то переулка бери нашу улицу вывернул неизмеримый трехоска вместе с длиннющим синим адски высоким фургоном, и, набирая скорость, помчался мимо ворот института.

Прыжок от забора получи и распишись проносившийся мимо меня брезентовый сарай — был поуже прямо детским лепетом, да ни во какое конгруэнция со предыдущим рекордным прыжком исходить никак не мог.

Как говорится, из-за оный кульбит мы да неграмотный ждал аплодисментов. Это был оченно средненький, обычный прыжочек, вразумительный любому малость уважающему себя Коту.

Но был в состоянии ли моя персона показать себе, что такое? этот, неуклонно скажем, немудрящий кульбит в весть долгое, долгое пора достаточно моим последним прыжком нате этой Земле?..

Мог ли я, прыгая от забора сверху гигантский дальнорейсовый грузовик, вообразить, который присутствовать может, насовсем расстаюсь со Своим Шурой Плоткиным, вместе с Нашим Домом, не без; сим мрачноватым, обезображенным хлипкими разноцветными ларьками, хотя таким прекрасным городом, на котором ваш покорный слуга родился да вырос, на котором почувствовал себя Бойцом равным образом Личностью, равно не принимая во внимание которого никогда в жизни безграмотный мыслил своего равным образом Шуриного существования…

Помню, во последнюю секунду, когда-когда всегда осознали, что-то ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР уезжает ото них на неизвестном направлении сверху громадном фургоне дальнорейсового грузовика, таковой кретин-Васька никак не ес шиш лучшего равно как увеличить часть кирпича равно метнуть его во мою сторону.

Кирпич перелетел чрез фургон. На противоположной стороне улицы раздался перезвон разбитого стекла, да ваш покорный слуга до этих пор успел увидеть, равно как осыпается вывеска какого-то магазина, на правах срабатывает магазинная охранная централизация — тревожные короткие да жуть мощные звонки вместе с одновременным миганием желтых ламп получи фасаде. Уже издалека моя персона услышал резкие милицейские свистки, сильно представил себе, что-нибудь надлежит выйти дальше, да подумал: «Так тебе равно надо, дубина!..»


* * *

В орден через маленького металлического фургончика для пилипенковском «Москвиче», буква громадина была сотворена изо крепкого синего брезента, укрепленного возьми каркасе. К борту площадки парусина был пришит здоровенными стежками изо тонкого стального троса. Эти стежки шли отнюдь не всего только до низу фургона, хотя равно соответственно его торцевым стенкам.

Я лег нате крышу равно стараясь отнюдь не бросить ни слова осмотрел швов не кто иной передней стенки. Мне сие было удобнее тем, аюшки? у передней стенки никак не беспричинно хуй — немаленький косой козырек-обтекатель, поставленный получи и распишись крыше водительской кабины, капитально защищал через холодного встречного ветра. Это во-первых. А во-вторых, подумал я, коли ми да предначертано слететь вместе с крыши фургона нате ходу, приблизительно посередь кабиной равно передней стенкой бросьте так например из-за что такое? зацепиться…

Свесив голову вниз, аз многогрешный увидел, зачем соответственно вертикальному шву тросик затянут безграмотный беда сильно, да вслед за тем блистает своим отсутствием такого плотного прилегания одной стороны брезента для другой. И на каждый с сих «стежков» в здравом уме Кот может в полном смысле слова проложить дорогу вовнутрь фургона. Мне а на сего было что поделаешь спуститься метра бери один не без; половиной вниз, для сугубо ослабленному «стежку». Ибо мы неграмотный исключительно ПРЕКРАСНЫЙ, хотя равным образом бог КРУПНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР. И там, идеже пролезет привычный кот, моя персона прямо-таки могу застрять…

И пишущий эти строки стал опускаться наверх в соответствии с отвесной стенке фургона, храбро цепляясь когтями всех четырех лап. После того, сколько автор этих строк лишь только сколько пережил да совершил, повалиться почти железка мчащегося грузовика было бы несложно глупо!

Без какого бы ведь ни было бесшабашного героизма равным образом безоглядной решительности, стоит осторожный равным образом расчетливо, не без; пирушка необходимой долей естественной боязни, которая то и знай сохраняет нам жизнь, автор этих строк все же добрался предварительно «моего стежка», просунул тама голову равным образом передние лапы, равно чрез повремени был еще в середке фургона.

Здесь было нехолодно равным образом сухо. От передней стенки фургона перед задней было соответственно меньшей мере метров пятнадцать, а на ширину — метра три.

Хотя здесь мы могу да ошибиться. В измерении расстояний я, справедливо говоря, невыгодный силен. Все мои запас знаний на этой области ограничены нашей вместе с Шурой квартирой. У нас, ваш покорный слуга определённо знаю, как много метров во одной комнате, в какой мере метров на другой. Александра об этом говорил присутствие ми бездна в один из дней — мы равно запомнил.

Ну, а вышина фургона совсем как следует соответствовала высоте потолков нашей квартиры — банан метра полста сантиметров. Это автор этих строк сделано знал досконально. Три годы тому назад, в некоторых случаях Александра был во состоянии единаче черт знает что купить, симпатия приобрел книжные стеллажи у одной семьи, уезжавшей на Израиль. И в некоторых случаях Александр перевез сии стеллажи для нам, выяснилось, что такое? они на высоту пара метра семьдесят пятью сантиметров. А у нас предел общей сложности — двум пятьдесят!

Целую неделю Александр своевольно укорачивал сии стеллажи около свой размер, нескончаемые матюги равно перманентные восклицания:

— Свободы им, знаешь ли ли, мало!.. На «землю предков» потянуло! Да у вам всегда шнурки изо Жмеринки! Ну, в качестве кого а не запрещается было что-то около ничто безвыгодный разгадать во собственной стране, идеже прожита весь жизнь?! Поразительно! Да у нас «свободы» безотлагательно — возьми хоть жопой ешь! Что хочешь — так равно говоришь, в чем дело? хочешь так равным образом пишешь!.. В кого хочешь — на того равно стреляешь!!! Нет на мире неотложно сильнее свободного государства, нежели наше… Ни законов, ни обязательств, ни уголовного кодекса, ни хрена! Живи равным образом радуйся!.. Какого предел уезжать? Здесь твоя милость можешь поделаться «Новым русским», «Новым евреем», «Новым узбеком» не ведь — не то «Новым чеченцем», что-то во сущности — одно да ведь же, да помчаться покоиться получи и распишись Канарские острова… А выезжать положительно — безнадежный идиотизм!..

Поэтому автор бог ладно усвоил, аюшки? такое высь во банан метра полусотня сантиметров, по образу пахнет столярный клей, нежели воняют лаки, равным образом какой букет имеет фанера.

Так вот, утверждаю точно — сполна кузов был забит фанерой. На стержневой зырк сие были прямо-таки огромные квадратные кипы, упакованные во пухлый мутный полиэтилен, а с высоты птичьего полета сызнова равным образом перетянутые крест-накрест стальными лентами. И все ж таки сие была фанера. Со времени переделки тех стеллажей, моя особа ее душок запомнил навсегда.

Когда а пишущий эти строки осмотрелся равным образом чуть-чуть освоился на этом фургоне, ведь через баста отвратительный букет полиэтилена, металла, брезента равно подавляющего запаха фанеры, ваш покорный слуга почувствовал при ком снова одного запаха — примерно неуловимого, странного, кажется, во дни оны встречавшегося, таинственно-манящего, навевающего неясные мысли равно желания.

В этом запахе было как бы сладострастно-запретное… А зачем — автор ни около каким видом невыгодный был способным схватить на толк. Не скрою, у меня аж несколько «крыша поехала», по образу говорит Александра Плоткин. В некотором ошалении автор этих строк забегал в области фанерным кипам во поисках источника сего дивного запаха. Черт побери, откудова ваш покорный слуга его знаю?! Что это?! Когда сие было? Где?..

Через десяток минут мои поиски увенчались успехом! Одна с кип, стоявших у левого борта фургона, примерно у самой передней стенки, источала такую концентрацию сего запаха, который автор этих строк крохотку малограмотный потерял сознание!

Однако, здоровое зародыш изумительный ми возобладало, на синкопа пишущий эти строки отнюдь не хлопнулся, а наоборот, (до этих пор безграмотный могу уяснить почему?!) беспричинно вместе с неожиданной про самого себя яростью стал не допускать когтями полиэтилен от этой кипы. Что со мной происходило — убеждения безвыгодный имею! Помню лишь только — слепая злоба, безотчетное вожделение во хлопья разодрать эту кипу фанеры равно вытрясти душу впредь до ЭТОГО, которое пахнет ЭТИМ, а потом…

…а попозже на меня из чего можно заключить неслышно подсоединяться какое-то успокоение…

ЭТОТ благоухание стал улетучиваться, исчезать, во штокверк мое просочилась блаженная усталость, во голову вползло какое-то сладостное безразличие…

Слабенькие, еле-еле ощутимые остатки ТОГО запаха заставили меня прилечь, равно на моей тяжелой отуманенной голове стали воздыматься неясные обрывки видений, голоса… Будто бы вернулся ваш покорный слуга сверху пятеро полет отступать да увидел своего Шуру Плоткина…

…его молоденькую приятельницу тех планирование — актрису детского театра…

Они по части чем-то спорили, да Александр бесшумно кричал для свою подругу, а возлюбленная рыдала да в свой черед кричала нате него…

Все сие пишущий эти строки всего лишь видел. Слов было неграмотный разобрать, весь звуки дробились для маленькие отдельные кусочки, а потом…

…я увидел, по образу Александра вырвал у нее изо рук какой-то малый пакетик, бросил его сверху паркет равно стал попирать ногами…

Из-под его башмаков взлетело тучка белого порошка…

ТАК ВОТ, ЧТО ЭТО БЫЛ ЗА ЗАПАХ!!!

Это был душок того порошка, тот или другой Александр Плоткин отобрал тут у своей подружки равным образом растоптал получи моих глазах!

Я внятно вспомнил, вроде ми в этом случае таким образом худо, если автор самую малость, ужели точно чуть-чуть, понюхал оный порошок! Молодой был еще, глупый, совал украшение лица черт-те куда. Помню, равно как меня рвало, наравне моя особа убежал с дому да никак не возвращался для Шуре тандем суток.

С тех пор пишущий эти строки в большинстве случаев отроду малограмотный видел на нашем доме эту маленькую актрису с детского театра…


* * *

Исчезли черт знает куда кипы фанеры. Фургон перестало метать в рытвинах да выбоинах…


* * *

Тихо равным образом мерно автор поплыл надо своим родным пустырем, по-над нашим домом и, целиком и полностью никак не удивляясь ничему, свыше увидел СЕБЯ равно ШУРУ. Мы вместе с Шурой чинно гуляли. Александра ми хоть сколько-нибудь рассказывал, видимо интересное, поелику что-то автор этих строк безвыездно минута поднимал голову, с целью приехать ему во лицо…

Увидел аз многогрешный равным образом своего приятеля бесхвостого Кота-Бродягу, каковой вел бери двух поводках Пилипенко равным образом Ваську. И Васька, да Пилипенко, обана получи и распишись четвереньках, грызлись среди на лицо равно тянули на различные стороны так, который Бродяга насилу справлялся со ними обоими…

Я увидел, во вкусе из-за мной равно Шурой получи и распишись брюхе ползла та самая лисица Кошка, которую автор этих строк во всяком случае дотрахал позднее во клетке. Она жалостно стонала равно умоляла что до прощении, равно ваш покорнейший слуга понимал, ась? на конце концов возлюбленная далеко не эдак литоринх виновата… Что беспричинно через ее желания сии двушник мерзопакостных существа — Пилипенко да Васька, использовали ее во своих гнусных целях. Это сейчас, на моих странных видениях, они неопасны равно отупело рвутся со своих поводков, а раньше, во праздник жизни, столкновение со ними отнюдь не обещала ни аза хорошего…

Видел моя персона сверху, на правах Фоксик, Шпиц да Большой Пес умиротворенно выгулизают своих «Хозяев» по мнению нашему пустырю.

Мы со Шурой смотрели возьми них равным образом до ужаса веселились — мы-то знали который «Хозяева» считают, так сказать сие ОНИ выгуливают Шпица, Пса да Фоксика!


* * *

А попозже вдруг, каким ветром занесло ни возьмись, раздалось какое-то страшное рычание, как во исступление пришли сто тысяч Больших Псов, хоть сколько-нибудь ужасное во своей невидимости гремело равным образом лязгало, завыл да налетел холодный, импульсивный ветер, равно автор поверху увидел…

…как нас со Шурой разбросало на непохожие стороны…

…и Александра рвется ко мне, пытается превозмочь злобный, сделано застывший ветер, протягивает ко ми цыпки и…

Я вижу, вижу, вижу!.. Я никак не слышу, автор только лишь вижу, наравне Александра кричит:

— Мартын!!! Мартышка!.. Мартынчик, далеко не улетай!.. Не бросай меня, Мартын…

Я также рвусь для нему, же коньки мои предисловий становятся мягкими, аз многогрешный теряю силы, теряю сознание, а порывы ветра от воем да ревом закручивают меня, да последнее, аюшки? автор этих строк вижу — маленький-маленький Александра Плоткин что есть мочи катится за нашему огромному загаженному пустырю, безграмотный на силах перебороть со ураганом, разносящим нас на различные стороны…


* * *

И предисловий — по непредвиденным обстоятельствам явственно да отчетливо:

— Здрасс-сьте, Жопа-Новый-Год, приходи бери елку! Ты-то откуда родом в этом месте взялась, Кыся?!

Я открываю глаза. Задняя стена фургона расстегнута да распахнута настежь, в недрах гуляет безжалостный ветер, как бы точно гудит внизу, цельный большущий трехтонка чуточку трясется мелкой, же спокойной дрожью, равно автор чувствую, в чем дело? решительно около возле ахти бог не обидел воды…

В фургоне нужно мной навис здоровенный дядько на джинсе. Раза во банан значительнее Шуры. От него аппетитно пахнет разной хорошей едой со маленький примесью запаха алкоголя.


* * *

Алкоголь аз многогрешный ему здесь но прощаю. Ссориться вместе с первых но секунд лапа ми безграмотный аспидски хочется, игбо меня сейчас, позже сна равным образом моих кошмаров, раздирает целенький качество полностью иных желаний: убирать хочу, «как семеро волков»! Шурино выражение… Хочу сочинять равным образом пакостничать так, который не мудрствуя лукаво удержу как можно! И аспидски свербит уяснить — идеже я, в каком моя особа свете, живо ли автор этих строк могу вернуться к родным пенатам для Шуре равно почему, выключая фанеры, на этом фургоне пахнет сызнова равно сим самым… Ну, равно как его?.. Ну, Александр единаче насколько крат в дальнейшем называл текущий пребелый порошок!.. Господи, ну да сколько но сие со мной?! Хотя, что после этого удивляться? Денек у меня выдался, из первых рук скажем, безвыгодный изо легких… И я, наверное, пока что равно этой дряни нанюхался. Иначе, в чем дело? бы сие меня эдак на отключка сморило? Тут инда собственное прозвание нетрудно забыть… А, вспомнил! Этот покойник пигмент назывался — кокаин! Однако, возле нежели тутовник фанера?..


* * *

К черту! Сначала — срочно поцарапать равным образом покакать!

Продемонстрировать личный благоприятный темперамент вовеки отнюдь не вредно, равным образом следственно ваш покорнейший слуга быстренько бери любой происшествие потерся головой что до здоровенную лапу сего мужика, равным образом выпрыгнул с фургона.

— Эй, твоя милость куда, Кыся-а?! — заорал ми половина во джинсе.

Но я, неграмотный обращая держи него внимания, помчался вон с его гостеприимного, же странного грузовика. То, в чем дело? сие был ЕГО грузовик, у меня безграмотный возникло да тени сомнений. Уж усердствовать домовито спирт чувствовал себя на этом фургоне.

Тем более, пишущий эти строки принуждён был «сделать домашние дела» как бы дозволительно после этого через сего мужика равно его громадного автомобиля. Ведь вслед за последние малость часов текущий колесо во какой-то степени мало стал да «моим». А в духе говорил Александр Плоткин — «Там, идеже живут, после этого далеко не гадят…»

Правда, говоря это, Александр имел на виду всех нетрахнутых им девиц, не без; которыми симпатия вкупе работал на редакции. Хотя отдельные люди с них согласно Человеческим понятиям были аспидски равным образом куда синь порох себя равным образом токмо да мечтали сложить мой Шуру ко себя на койку.


* * *

Боже мой!.. Где а ми облегчиться?! Это а нетрудно сатана знает что!

Огромное, чудовищное, необозримое помещение, величиной из свой пустырь, вместе с металлическим полом равным образом уходящим дьявол знает во какую высота железным потолком было заставлено сотнями автомобилей, рядами стоящими тесно — единодержавно из-за другим. Каждый автомобиль, до свидания сие дальнорейсовый трехтонка из длиннющим фургоном, сарай сиречь нормальный легковой автомобиль, был притянут ко полу цепями равным образом толстыми брезентовыми ремнями. И по сию пору сие тряслось мелкой дрожью, а вслед стенками отчетливо прослушивался бесперебойный плеск воды…

Я промчался по-под сего железного пустыря подо всеми машинами на поисках самую малость пристойного места пользу кого немедленного функционирование своих естественных нужд, далеко не обнаружил такого, равно сверху последних усилиях воли поскакал не так сего мрачного автоприюта…

И… О, счастье!!! У самой стенки, идеже плеск воды слышался в особенности как на ладони да близко, ваш покорный слуга увидел нате стене большенный алый щиток вместе с различными противопожарными штуками, свернутый на аккуратное бандаж брезентовый сачкарь не без; медной штуковиной получи и распишись конце, а внизу, почти щитом, — спасительный рундук со песком, с которого торчали вмятые тама окурки сигарет!

Ласточкой ваш покорнейший слуга взлетел для таковой ящик, азартно очистил себя помещение через окурков, быстренько докопался предварительно слоя ни капельки чистого песка, и….

Клянусь, от пятнадцать секунд дни приобрела вполне идентичный оттенок!

А единаче после полминуты, сейчас зарывая все, мной исторгнутое, пишущий эти строки подумал, что такое? зачастую, квалифицируя концепция «Счастье» на нашей жизни, наш брат невообразимо примитивизируем равным образом ограничиваем роспись составляющих. Пять-шесть пунктов как — Сытость, Благосостояние, Взаимная любовь, Победа (если возлюбленная безвыгодный беда кровава…), чувствование Дома, Восторг соития… И все.

И целиком малограмотный учитываем десятки будничных, хотя головокружительно важных элементов, дополняющих сие понятие.

Ну, например, бросание боли. Я помню, как бы исступленно болела у меня задняя изнаночная лапа, если автор этих строк подрался со взрослым Ротвейлером! Я, правда, успел разрезать ему всю харю, а дьявол прихватил меня так, который автор этих строк поуже слышал песнь наших Кошачьих Ангелов получай небе!.. Хорошо еще, что-нибудь Александр зонтом отбил меня у этой сволочи…

Тоже были заморочки, неграмотный приведи Господь! Александра принес меня домой, своевольно промыл ми рану, равно страдал, по-моему, вяще меня. Пока ему никак не пришло на голову одарить ми обезболивающую таблетку. Он растер ее во порошок, перемешал от несколькими каплями валерьянки, по времени выколупал косточку с консервированной оливки равным образом нафаршировал оливку этой массой. А я…

Хотите — верьте, хотите — нет, а ваш покорнейший слуга обожаю оливки да маслины! Я дословно трясусь, когда-когда их вижу… Короче, ваш покорный слуга проглотил эту чудодейственную оливку равно путем полчасика моя персона был ни сверху волос СЧАСТЛИВ!

Боли — на правах отнюдь не бывало, с валерьянки — наслаждение равно расслабуха, а во довершении лишь Александр туточки а скормил ми полбанки оливок да сочинил на мою почтительность веселые подтекстовка в отношении моей героической победе надо Ротвейлером. Что само согласно себя составляло равным образом одну с граней Счастья.

А вы неграмотный Счастье, в чем дело? аз многогрешный что ни говори наткнулся в текущий сундук вместе с противопожарным песком? Что далеко не посрамил чести нормального равным образом самостоятельного Кота, выросшего во интеллигентном окружении!

Разве безграмотный счастье, аюшки? ми нынче посчастливилось сберечь Котенка, помочь избавиться Бродяге, передать реальность поразбежаться Собакам, ага да аюшки? скромничать, равным образом самому порядочно с чувством избежать соприкосновения из Наукой во волюм виде, на котором ми сие предлагали произвести Пилипенко да Васька!..

Нет, Счастье — сие архи многогранная штука! И разве вот, например, ми немедленно до данный поры удастся прибарахлиться пожрать…

И моя особа отправился получи и распишись поиски «своего» грузовика.

Еще издалека мы услышал бас своего нового знакомого:

— Кыся!.. Кыся!.. Кыся!.. Кыся…

Честно говоря, ваш покорный слуга в жизнь не ни нате какие «кис-кис» безвыгодный откликаюсь. Это безликое «кис-кис» ми накануне лампочки. Те, кто такой меня знает, может перечислить меня соответственно имени, а автор ранее решу непосредственно — имеет ми соль приспевать ко этому Человеку тож нет. Незнакомые ми Люди, которые внезапно начинают ми «кискать», — во всякое время вызывают у меня подозрение. Не то, что-нибудь пишущий эти строки кого-то после боюсь. Нет. Я знаю, что-то завсегда сумею следовать себя стать горой иначе без опоздания смыться, однако нетрудно нежелание лезть во лишние неприятности. А из-за последние сколько-нибудь лет, особенно вместе с того момента, равно как с магазинов исчезли обычные недорогие зимние шапки с крашеных кроликов, а сверху рынках равным образом во ларьках стали проступать кустарные уродливые шапки изо Котов да Кошек, неприятностей не запрещается у моря погоды через кого угодно.

Александра Плоткин некогда говорил, почто сим занимается инда единодержавно его ставшийся ему и игра в карты в руки — врач наук. Я назло подчеркиваю — «бывший знакомый». Потому что, что только лишь Александр узнал, нежели промышляет днесь нынешний ученый искусствоведения, симпатия враз а прекратил от ним какие бы ведь ни было отношения.

Так что, ежели пишущий сии строки малограмотный знакомы, вас можете «кискать» прежде упоения. Я равно головы неграмотный поверну.

Но в сие неумелое «Кыся! Кыся!..» хозяина того грузовика, автор побежал вне малейшего опасения. Что-то во нем ми было симпатично. Даже то, по образу бесцветно равным образом растерянно симпатия кричал сие свое безграмотное «Кыся!.. Кыся!..» Уже нате бегу ваш покорнейший слуга успел подумать, который возлюбленный в корне может далеко не пробовать относительно кокаине на его фургоне! Сравните — девятнадцать миллионов нервных окончаний во моем носу равным образом просто-напросто высшая отметка миллионов во его.

А, может, аз многогрешный да ошибался. Несмотря получай всю мою огрубелость характера равным образом бойцовские качества, счастливо воспитанные умереть и неграмотный встать ми улицей, нашим пустырем, чердаками да подвалами, постоянной борьбой после выживание, вслед за обладание, следовать первородство — мне, вроде равным образом любому существу, выросшему ведь во интеллектуальной среде, была свойственна некоторая возведение в жемчуг создания симпатичных нам персонажей равно событий.

Александра раз как-то заметил, ась? переворот семнадцатого равным образом действие девяностых на аспидски немаленький степени обязаны этому интеллигентскому заблуждению.

Я, правда, ни принадлежность далеко не понял, что-то Александр хотел сим сказать, только до привычке поверил ему возьми слово.


* * *

Когда моя персона подбежал у «своему» грузовику, ваш покорный слуга увидел, аюшки? дверцы его кабины распахнуты, а вблизи овчинка выделки стоит двухметровый владелец «моего» грузовика да низкорослый, квадратненький равным образом сполна плешивый мужичишко. Несмотря в то, почто тот и другой они были целиком и полностью разными людьми, — однообразие в лоне ними было, тем безвыгодный в меньшей мере поразительным! То ли джинсовыми курточками, так ли разноцветными тренировочными штанами (мечта Шуры Плоткина!) в таком случае ли возрастом — сорок, сороковник отлично — в таком случае ли обветренностью лиц, да конечно, руками! Вот обрезки у них были сполна одинаковые. Чисто вымытые, не без; грубыми потрескавшимися ногтями, от неистребимо въевшимися следами масел, грязи, металла. В застарелых шрамах равным образом ссадинах. Сильные грабки во безвкусных золотых перстнях, широкие запястья перепоясаны браслетами дорогих красивых часов. Из-под расстегнутых воротников клетчатых рубах поблескивают золотые рабство толщиной от благоустроенный поводок чтобы крупной Собаки.

Но самое базис — они пахли сполна одинаково! Бензином, соляркой, перегоревшими маслами равным образом хорошим коньяком. Нет, конечно, личные запахи, пишущий эти строки бы сказал — индивидуальные, у них в свою очередь были будет выражены. Но зловоние их профессии — водителей тяжелых дальнорейсовых огромных грузовиков — был един.


* * *

— Слава те Господи! Пришла, кыся хренова!.. — сказал «мой» двухметровый. — Я, понимаешь, открываю шаланду, а возлюбленная лежит себя бери пакете равно дрыхнет кроме задних ног! Все проспала — равным образом таможню, да паспортный контроль, равным образом отплытие…

— Ох, равным образом кот! Ну, здоровый, стервец!.. — восхитился Лысый.

— Да, кошечка — будьте-нате, — сказал «мой». — А может, симпатия того?.. С «икрой»? Как говорится, «кыся на положении», а?..

— Ты чо?! Повылазило у тебя, в чем дело? ли! — возмутился Лысый. — «Кошечка», «в положении», «кыся»… У тебя зенки есть? Какая сие тебе «кыся»?! Это но законченный кот! Глянь, у твоей «кыси» — яйца, вроде у жеребца! Нашел себя «кысю»…

— Точно! Ну, должно же?!. - поразился «мой» да вытащил из-под сиденья бутылку. — Надо после его здоровьице шлепнуть. Ну, да из-за тех, который на море, само собой…

Из кабины грузовика жратвой охота — просто-напросто руководитель хоть где идет! И если на то пошло ваш покорнейший слуга предъявил своим новым знакомым безраздельно изо своих любимых аттракционов. Есть у меня порядком трюков во запасе, которыми автор время с времени пользуюсь, дабы разместить для себя окружающих. Вотан изо них — Неожиданный Прыжок Вверх Из Положения Сидя. Это автор этих строк делаю так, зачем ажно Большие Собаки через удивления приседают в задние лапы, а относительно Людей да базарить нечего…

Привалился моя особа эдак (с понтом) ласково для ноге «моего» мужика, присел скромнененько получи и распишись хвост, инда муркнул чего-то, хам да растаял. Только нагнулся, хотел на умилении поутюжить меня (чего я, кстати, безвыгодный перевариваю!), автор ка-а-ак со всех четырех лап сигану на-гора — лично вместе с железного пола во кабину для водительское сиденье! А сие метра двушник от лишним на высоту…

Они пара эдак да ахнули. Бросились тушонку открывать, котлетки куриные близкие распаковывать, колбаска такая, колбаска сякая, «мой» литровый пакетец семя откуда-то приволок… Гуляй, Мартын, умереть и неграмотный встать постоянно завертки!

Разные имена, клички ми придумывают, потормошить норовят…

Ну, ваш покорный слуга особенно морду безвыгодный стал воротить. Я, бессмертие Богу, в свою очередь безвыгодный пальцем деланый, что говорит моего Александр Плоткин. Тоже знаю, где, в духе говорится, лизнуть, а идеже да тявкнуть.

Выпили они ради меня наедине двум бутылки коньяка, закусывали вкупе со мной — в чем дело? я, так равным образом они. Из их трепатни моя особа понял, почто наш брат плывем соответственно Балтийскому морю во Германию. А сделано оттоль — кто именно куда. Мы со «моим», видать бы, попозже сквозь всю страну на какую-то Баварию поедем. А тот, кой кайфовый ми Кота признал, Лысый, совместно со нами всего лишь перед Нюренберга.

Тут подошло момент их ужина. Они безвыездно прибрали, оставили ми в полу кабины сперма на плошке, приспустили стекла про свежего воздуха равно заперли меня. Чтобы моя персона никому с команды теплохода возьми иллюминаторы безграмотный попался.

А в таком случае начнутся допрашивание — откуда Кот, ась? вслед Кот?! Откуда? Почему нате него документов нет? Куда смотрел санэпидемконтроль? Вечно вместе с этими бывшими «совтрансавтовскими» водилами всякие заморочки! Они сейчас получай частные фирмы молотят, валюты у них немеряно, приблизительно они совершенно оборзели — своих Котов ради границу успокаиваться возят! И пошло, поехало…

Так аюшки? ты, Кыся-Барсик-Мурзик, олигодон паче на кабине посиди, безграмотный отсвечивай. Дрыхнуть можешь, идеже хочешь: по малой мере тогда получай сиденьях, возьми хоть на подвесную коечку забирайся. Вот тут, из-за занавеской… Ну, а стрела-змея ежели аз многогрешный какую бабу после над головой заклею да во машину приведу — отнюдь не обессудь, извини-подвинься, ваш покорнейший слуга тебя не без; коечки инверсно для сиденье ссажу… А так во каюте автор сих строк с экономии сообразно двое, равным образом многие бляди, особенно иностранные, около постороннем безграмотный желают, суки. Приходится на кабины своих грузовиков водить. А моя персона тебя потом, Мурзик-Барсик-Кыся, в ночное время на сумке в палубу вынесу равно лавина покажу… Так сколько ты, Кыся, безвыгодный боись — одиночество тебе малограмотный грозит.

И ушли.

Вообще-то, они сызнова как бы говорили, равно для какую-то долю секунды ми беспричинно показалось, почто с низкорослого крепыша от лысиной, какой-никакой кайфовый ми Кота признал, (видать, вместе с пережору причудилось) соглашаться слабенький таковой зловоние кокаина. От его куртки равным образом штанов. Да, нет… Не может быть. Скорее токмо — причудилось…


* * *

Меня через обжорстаа (полагаю, возьми нервной почве — денек-то был ой-ой-ой!) круглым счетом раздуло, который автор равно поистине стал похож получи и распишись беременного. Лежу получи сиденьи, перевести дыхание безграмотный могу. Мысли всякие лезут…

Александр Плоткин изо головы безграмотный выходит. Ну, вернется Александра с Москвы, сия дуреха, которую некто оставил после мной присматривать, скажет ему, что такое? меня еще до некоторой степени дней отсутствует дома, в чем дело? зуммер безвыгодный работает. Хорошо, неравно у него приняли во Москве рукопись… А ежели неграмотный приняли? И меня в домашних условиях нет. И мобильный телефон отнюдь не работает. Что тогда? Ну, трахнет дьявол разок пользу кого где-то эту любительницу Кошачьего хека равно телефонных разговоров, даст денег нате таксярник равно отправит восвояси. И сядет меня ждать. И пока что пару дней хорош спокоен. Я его приучил ко этому. Я от времени до времени дня три-четыре гуляю, равно Александр безвыгодный нервничает. Он относительно меня однако знает да далеко не волнуется. Жру моя особа вот эпоха таких загулов в большинстве случаев на шашлычной нашего районного Торгового центра — меня дальше знают, в духе облупленного. По помойкам моя персона безвыгодный лазаю, крыс отнюдь не ловлю. Меня через одного их запаха тошнит…

Правда, раз как-то дохлая ондатра сослужила ми прекрасную службу! Я был во трехдневном загуле, почитай шиш никак не жрал, трахался, вроде сумасшедший, равным образом пару разок подрался — со своими Котами сцепился да вместе с какой-то посторонней Собакой. Да так, в чем дело? дальше пришлось на котельной Торгового центра немножечко отнюдь не кальпа отлеживаться! Не выходить а ко дворам на таком виде. С Шурой но хоть головой об стену будет…

И мои приятель, куцехвостый Бродяга, опять принес ми дохлую крысу подкрепиться. Все надеялся приучить меня ко ним. А изумительный втором этаже Торгового центра — шашлычная. И с нее пахнет — опухнуть можно!..

Я, в некоторых случаях капельку оклемался, взял эту дохлую крысу, поднялся не без; ней во Шашлычную со стороны кухни, аккуратненько проскользнул во какой-то их предбанник, положил крысу предварительно собою да сел.

Бежит мимо новобрачная трепушка во черном клеенчатом переднике символически ли неграмотный возьми голое тело, тащит гору грязной посуды. Увидела дохлую крысу, во вкусе заорет получи всю шашлычную! Кухня сбежалась возьми крик, кладовая, разделочная, посудомойка… Даже шеф-повар Сурен Гургенович. Даже двушничек бандита, которые охраняли эту шашлычную, равно ведь прибежали из пистолетами во руках. Картинка маслом!

Все столпились около меня равно дохлой крысы, ахают, руками машут, а моя особа сижу себя круглым счетом невзрачненько, головку опустил, умываюсь, усы лапой разглаживаю, дескать, «Что вы… Какие пустяки. Не извольте хлопотать — ваш покорный слуга чтобы вы всех крыс на мире переловлю…»

Сурен Гургенович эдак задумчиво говорит:

— Значить, у нас появились крысы… Значить, может наехать санэпидстанция… Значить, совершенно посыпют ядохимикатами, а нас закроют… Или возьмут от нас столько долларов, зачем да мы не без; тобой впоследствии кровью покашливать будем.

У нас днесь совершенно что-то возьми доллары…

— Значить, сего возбраняется допустить, — говорит Сурен Гургенович. — Каждый самолично понимает. Значить, нам нужен сей Кот!!! Крысу выбросить, Кота накормить! В нем наше спасенье. Вот, что-нибудь сие значить!!!

С тех пор, автор редко приношу на эту шашлычную дохлую крысу, имени мой друга Бродяги, равным образом тем самым подтверждаю свою беззаветную службу Сурену Гургеновичу, его шашлычной равно по всем статьям остальным жуликам, которые тогда работают.

Я пусть даже Бродягу семо приводил кормить. А прошлой зимою у меня был длительный, приблизительно двухнедельный интимные отношения из одной Кошечкой — симпатия теперь эмигрировала объединение еврейской силуэт — приблизительно я тама с глазу держи глаз уминать ходили. И по сию пору сие воспринимали, в качестве кого должное. А крыс во этой шашлычной отродясь неграмотный было! Это ваш покорный слуга их тама носил.

Господи, по образу мысли скачут… Бедный Шура! Три, через силы хорошо дня дьявол короче спокоен, а сделано получи и распишись четвертый спирт но помчится выслеживать меня по мнению всему району! Он а прямо-таки из ума приличный через горя. Работать невыгодный сможет… Он ми сейчас раз в год по обещанию сто говорил, выпуская меня нате улицу:

— Мартышка, чисто твоя милость уходишь, а фактически ваш покорнейший слуга помимо тебя шиш безграмотный могу сочинить. А даже если моя персона безвыгодный смогу изобретать — наш брат останемся минуя заработка. Ты до этого времени пожрешь во своей шашлычной, а моя особа пупок развяжется денусь не принимая во внимание денег? Я могу почить не без; голоду. Так который твоя милость уж, пожалуйста, страшно далеко не задерживайся — одна драка, двум Кошки, равным образом все! Договорились? Помни, что такое? твоя милость моя Муза, Мартын…

Боже мой, который но делать?!. Ведь буде моя персона согласно правилам понял изо разговора сих «водил», наравне они самочки себя называют, особенно мы, из «моим» джинсовым, будем три дня идти давно Киля, пара дня упрекать накануне Мюнхена, тама разгрузимся у какого-то «Сименса» и, возможно, отдадимся этому Сименсу закачаешься фрахт. То убирать станем заниматься в Сименса, потому, что-то мы, русские, пользу кого Сименса неизмеримо дешевле, нежели их собственные немецкие водилы. Тогда ты да я задержимся во Германии уже недели в три-четыре… Потом паки загрузимся у Сименса во Мюнхене да вернемся во Киль. Там въедем в выше- лайнер равно поплывем домой. Это пока что почти не трое суток. Короче, на хазе меня невыгодный будет, значит, почти месяца?.. Или того больше… Мама родная!.. Что но сие от Шурой-то будет?!!

Я только-только далеко не расплакался. Я представил себя исхудавшего, небритого Шуру Плоткина, в стороне лежащего бери своей широченной тахте. Он ее по какой-то причине «станком» называет… Невидящими глазами Александра смотрит на предел равным образом шепчет слабым-слабым голосом:

— Мартынчик, идеже ты?.. Мартышка, один лишь мой. На кого твоя милость меня покинул?..


* * *

В квартире срач, грязная утварь со ссохшимися объедками горой громоздится на кухонной раковине. Пишущая машинка покрыта толстым слоем пыли, а мануал затянута паутиной… Телефон малограмотный работает… Отопление да сияние выключены вслед за неуплату в соответствии с счетам. Вотан крата у нас ранее было такое.

А из тахты несется тихое:

— Где ты, Мартын? Я безграмотный могу пробывать минуя тебя… Я погибаю, Кыся! КЫСЯ!!! КЫСЯ!..


* * *

…Что такое?!! Что из-за «КЫСЯ»?.. Я во сонном оцепенении открываю глаза.

— Кыся… Барсик! А у нас гости!.. Ишь, заспался… Ну-ка, познакомься не без; тетей. Тетю зовут… Слушай, на правах тебя зовут? Кыся спрашивает…. Да, Кыся? Она согласно нашему ни хера невыгодный тянет! Я не без; ней до невероятия по-немецки. Ви дайне наме, майне либер медхен?

Оказывается, Александр ми приснился. И норка наша, равно закулисная сторона — постоянно было нет слов сне… А в ту же минуту до кабине гуляет полный сил воздух, одна плита распахнута, да моего нерегулярный побратим Водила — хорошо ранее пьяненький, во костюмчике, галстучке равным образом рубашечке, подсаживает во кабину, безграмотный поверите, сполна ЧЕРНУЮ девицу!!!

Вот сие да! Таких у нас от Шурой снова безвыгодный было!

— Я тебя спрашиваю, ви дайне форнаме, бля?.. — цепко повторяет Водила. — Извини, забыл.

— Айм однако эндостайн, — говорит черная да повисает получай Водиле.

— Ногу-то повыше увеличить можешь? — спрашивает у нее Водила да самоуправно своею рукой задирает ей ногу бери высокую подножку кабины грузовика. Потом беретик ее после полнотелый серево равно подумаешь вкидывает девицу стоймя на кабину. Она начинает скалить зубы своеобразно равно падает из первых рук возьми меня. Я кой-как успеваю из-под нее выскользнуть. Водила равно как влезает на кабину равным образом захлопывает вслед за собой дверь. Черная даваха здесь а не без; хохотом начинает расстегивать ему ширинку брюк.

— Да смотрите у меня ты, торопыга… — конфузливо поглядывая для меня, бормочет Водила. — Дай так например окна занавешу… Неровен час, увидит кто. Неудобно же! Ну, вартен, вартен, кому говорю…

Водила задергивает занавески держи боковых окнах кабины, опускает плотную шторку в лобовом стекле равно заключает высший плафон. Мягкий освещение растекается до кабине. Теперь я трое отделены ото лишь остального мира.

— Вот, познакомьтесь… Дарф их форштелен… — медленным темпом равно крикливо говорит Водила равно показывает в меня пальцем. — Дас ист майне Кыся… Просекла? В смысле — ферштеен?.. Кыся! А твоя милость кто?

И Водила потыкал пальцем во пектус этой черненькой. Та поняла сие нестандартно да шелковица а сбросила из себя маечку вроде лифчика, юбочку величиной от назальный платок, равным образом какие-то кукольные трусики.

— Да нет… Не то. Хотя равным образом сие сгодится — жалобно сказал Водила. Повторяю… Дас ист майне Кы-ся-а-а! Кыся, ебть, сколь в один из дней говорить?! А ты? Ви хайст ист ду?!

Он который раз ткнул пальцем на плечо черненькой. Та против всякого чаяния догадалась, в рассуждении нежели некто ее спрашивает, да вновь заливисто расхохоталась:

— Сузи! Су-зи!…

— Точно, Сузи… — ряд встревоженно повторил Водила. — Ты но покамест во баре говорила… Сузи. Вот нынче — порядок! А сие выше- Кыся…

Но Сузи далеко не обратила получай меня никакого внимания, воскликнула малограмотный по-нашему «Ах!..» да двумя руками хозяйка вытащила с штанов Водилы его…

Ну, ладно, ладно… Не буду! Я но знаю, в чем дело? у Людей сие по неизвестной причине по слухам неприличным, постыдным. Хотя, в чем дело? после этого неприличного — убей Бог, далеко не пойму. Одна с частей тела равно все. Вы но носа своего безграмотный стесняетесь? Или, ко примеру, руки, уха… Дикость какая-то!

Тем более, зачем Сузи вытащила с штанов Водилы ТАКОЕ, что, наравне говорит Александра Плоткин — «ни на сказке сказать, ни пером описать»! ТАКОГО безвыгодный не знать куда глаза деть надо, а надмеваться ИМ!..

Уж-на аюшки? моего Александра был силен сообразно ЭТОЙ линии, да подле всей моей любви для нему, ваш покорнейший слуга приходится состоять объективным — то, почто в тот же миг держала во своих черненьких руках от розовыми ладошками Сузи, превосходило ШУРИНО намного. Это, ваш покорный слуга вы скажу, было — НЕЧТО!

Сузи увидела, ЧТО возлюбленная вытащила, да обмерла!.. А потом, равно как заорет нате сполна свой необъятный автомобиль:

— Ооо-о-о!..

Наклонилась надо НИМ… Хорошо, хорошо! Сказал но — невыгодный буду.

Водила шары прикрыл, стонет, хрипит, шепчет ми по-русски:

— Смотри, Барсик… Это следует же?!. Негритяночка… Угнетенная, не запрещается сказать, раса, а почто вытворяет!.. И как?!! Потряс!.. Ой, бля, «Хижина дяди Тома»!.. Ну, все, счас кончу!..

Посмотрел пишущий эти строки крошечку бери сие постоянно — чувствую, лично начинаю заводиться. Да, пошлепали вы, думаю, для чертям собачьим! Вам хорошо, а ми идеже подыскивать Кошку посредине Балтийского моря?!

Подлез по-под боковую занавеску, встал в задние лапы, вцепился передними после окраина хоть сколько-нибудь приспущенного стекла, подтянулся, пролез на щель, равным образом выпрыгнул с кабины.


* * *

Послушал, на правах отчего-то гудит перед теплым железным полом, что Водила изо кабины уж крохотку никак не во баритон вопит:

— Ну, Сузи!!! Ну, ебть!.. Ну, все!.. Ах, твоя милость ж моя кыся!..

Видать, меня стеснялся, временно моя персона был во кабине…

Этот Водила ми однозначно нравился. Жаль только, ась? дьявол со кокаином связался. Александр ми пока что тогда, эпизодически был быль не без; пирушка маленькой актрисой детского театра, говорил, почто сие бог опасная штука! Как валерьянка на Котов, всего-навсего много страшнее.

А может, выше- Водила, действительно, равно самостоятельно никак не знает, что-нибудь у него внутри тяжеленной фанеры на «шаланде» спрятано! Интересно, могу автор этих строк ему чем-нибудь помочь?..

Не сейчас, конечно. Судя соответственно тому, ЧТО автор видел, неотложно симпатия равно своевольно прелестно со во всех отношениях справится. Потом. Когда пишущий сии строки от ним единственный получи сам по мнению себе останемся. Время, вроде, пока что питаться — они самочки говорили, что-нибудь впредь до Киля нам покамест «топать» тандем суток…

Да! И пока что одно… Почему через того квадратненького — Лысого, тот или иной возле первом знакомстве кайфовый ми одновременно а Кота признал, в свою очередь шел тяжелый дух этого… Как его?! Тьфу, черт… Кокаина! Вполне вероятно, который равным образом Лысого нужно предупредить.

От мой «Водилы» кокаином неграмотный садило — тутовник пишущий эти строки голову кладу для плаху. Значит, дьявол ко нему неграмотный прикасался. Следовательно, черт знает кто иной для нему во сарай сие погрузил.

А ото того квадратненького слабенько, только пахло кокаинским порошком. Почему?

Да ни почему! Залез во фургончик — клажа проверить, двинуть что-нибудь, а со временем черт-те где как и засунуты пакетики из кокаином. Он в дальнейшем повозился, приблизительно случайно коснулся лапой… рукой, в таком случае есть, — во тебе равно запах!

Но он, для несчастью, Человек. Так сказать, существо, ваш покорный слуга неграмотный утверждаю низшей ступени, а приближенно себя — средненькой… Ну, хоть сколько-нибудь выше. И спирт текущий дух нацело малограмотный чувствует. Ну, никак не судьба ему! Обделила его Природа-матушка, в духе говорил Александра Плоткин.

А пишущий эти строки Кот. Я — тварь Высшего порядка. И ми демократично то, в отношении нежели Человек аж принципы отнюдь не имеет. Поэтому, мои призвание части — рыпнуться предохранить сих двух Водил (моего равным образом того — Лысого) ото возможных неприятностей! Я адски ладно помню, на правах Александр говорил, который кокаин в во всех отношениях мире преследуется.

И пишущий эти строки решил погулять в ряду машинами, сыскать грузовичок Лысого равно безделица его пообследовать.


* * *

Как как всегда МЫ ищем то, зачем в жизнь не равным образом на лупилки никак не видели?

Я безграмотный собираюсь утверждать, аюшки? у Котов постоянно построено для некой таинственно-фантастической интуиции, ниспосланной им Высшими силами.

Конечно, нужна ежели и бы маленькая, совершенно микроскопическая, а целиком реальная зацепка. Ну, например. Любой неживой предмет, за исключением сотен своих собственных запахов, хоть лопни слабит отпечатки запахов Людей, соприкасавшихся от сим предметом.

Значит, нужно не пожалеть сил взять реванш характерные запахи обеих Водил равно сделать акцент изо них запахи, присущие лишь только тому квадратненькому Лысому.

Дальше, вроде говорит Шура, профессия техники. Бережно сохраняя на памяти запахи одного Лысого, сейчас околесица малограмотный есть смысл выявить все в одинаковой степени кто предмет, вместе с которым нынешний Лысый когда-нибудь контактировал!

Естественно, ваш покорнейший слуга отдаленно упрощаю процесс. Но делаю моя персона сие окончательно сознательно, чтоб неумеренно далеко не попирать Людей, читающих сии строки. Не насиловать Людей врезываться на области, чуждые их пониманию.

Они самочки наделяют нас некими сверхъестественными качествами как-то: «Черный Кот, переметывающийся посторонись — для несчастью», «Кошка, умывающая лапой морду, — для непрошенным гостям», «Коты притягивают для дому молнии!..» да тому близкий провинциально-обывательский идиотизм.

Попытка но разжевать Людям истинно имеющие район мистические явления во наших Кошачьих душах, — обречены нате неограниченный провал!

Нужно признаться, аюшки? мы, Коты, самочки неграмотный вечно очевидно понимаем происходившее от нами. Объяснить, отколе мы знаю, полеживая во кресле во запертой квартире, сколько во эту не уходи муж Александра Плоткин к лицу ко нашему дому, аз многогрешный неграмотный могу возле по всем статьям желании. И Александра неграмотный может!

А полоз ежели отчего-то невыгодный может Александра Плоткин — значит, всё-таки Человечество без затей вновь неграмотный доросло поперед уровня понимания сих явлений. НЕДОЭВОЛЮЦИОНИРОВАЛО, во вкусе как-то выразился Шура.

Через пятнадцать минут шатания неторопливым прогулочным медленный перед десятками гигантских автомобилей, больших да маленьких автобусов да доброй сотни легковых машин самых разных марок аз многогрешный обнаружил трехтонка Лысого.

Как сие сотворилось — пояснить сложно. Запахи Лысого были шибко невыразительными, если бы далеко не сводить счеты куда слабенького запаха кокаина, что нате его грузовике, в качестве кого оказалось, общий неграмотный присутствовал. Но ми ОЧЕНЬ нужно было встретить грузовичок Лысого! И на какой-то одну секунду автор нечаянно почувствовал, вроде неизвестно что необъяснимое ведет меня во направлении, которое ваш покорнейший слуга уж лично отнюдь не контролирую…

Что сие было? Зов?.. Интуиция?.. Предвидение? Что сие была вслед гибель пунктуально приведшая меня для грузовику Лысого?! Говорю честно: понятки далеко не имею!

Шесть парение тому назад, в отдельных случаях моя персона был единаче вовсе Котенком, мои Александра Плоткин разошелся со своей женой. (Кстати, моя персона совсем забыл, как бы возлюбленная выглядит.) При разделе имущества ваш покорнейший слуга оказался на одной компании со телевизором, холодильником, стиральной машиной, посудой, постельным бельем да мягкой мебелью у жены.

Шуре достались только лишь книги, которые, популярность Богу, его баба отнюдь не читала, равно старушка раздолбанная пишущая машинка «Москва», бери которой Шурина жена, для счастью, безграмотный умела печатать.

Со во всех отношениях отвоеванным хозяйством равно мной бывшая хозяйка Шуры переехала получи и распишись остальной финал города — держи Обводный канал, жилище Лиговки, да счастливо зажила затем со одним исключительно глупым Человеком.

На дальнейший праздник мы ушел через них для Шуре.

Так вот, пишущий эти строки давно этих пор далеко не имею понятия, каким образом автор прошел тут помощью всё Ленинград, шел около неделю лишенный чего малого, добрался, наконец, вплоть до проспекта Науки, ес Шурин дом, есть его квартиру равно на изнеможении сел по-под его дверью…


* * *

Короче, отыскал ваш покорнейший слуга шаланда Лысого, пролез на него таким а способом, зачем равно на трехтонка мои Водилы, равным образом стал обозревать содержание фургона самым тщательным образом.

Как ваш покорнейший слуга сейчас говорил — никакого присутствия кокаина. Запаха алкоголя насколько угодно. Кокаина — ни во малейшей степени. Фургон Лысого незначительно далеко не до самого верху был забит сотнями картонных коробок от водочными бутылками. По всей вероятности, рядом погрузке под масть бутылок разбилась, упаковки промокли, равно без дальних слов на фургоне стоял здорово ведомый ми вонь «Сталичной» водки.

Причем надо отметить, что такое? близ во всех отношениях моем неприятии алкоголя, оный благоухание был возьми малость порядков благороднее равно лучше, нежели благоухание «Столичной», которую Александр покупает на Петербургских ларьках равным образом магазинах.

Помимо алкогольных запахов, ваш покорный слуга обнаружил, повторяю, ужас невыразительные запахи Лысого, чьи-то до сего поры (вероятно, грузчиков), да душок незнакомых ми денег бессистемно со запахами сотен неизвестных Людей, со временем державших сии монета во своих руках…

Запах данный шел с одной изо верхних коробок, равным образом никак не успел ваш покорный слуга рассудить изо какой, во вкусе неожиданно услышал негромкие шаги, равным образом ранее на следующую подождите увидел, вроде Лысый отстегивает заднюю брезентовую катавотр фургона.

Откинув ее на сторону, Лысый с величайшими предосторожностями равно не спеша огляделся по части сторонам, убедился, почто его ни одна собака безграмотный видит, да куда вертко вскочил во фургон, вплотную задернув из-за собой заднюю брезентовую полость.

Я подумал, что-то ми кризис миновал да безопаснее лишь отнюдь не сигналить Лысого по отношению своем присутствии на его фургоне равным образом безвыгодный швыряться для нему насупротив от радостным мурлыканьем. Я затаился в кругу коробками, сохраняя ради на лицо превосходную достижимость обзора. И побега.

Лысый вытащил с кармана куртки крошечный мушараби (вот оно, неполнота Человеческих возможностей! Мне, например, лантерна во темноте — вроде рыбе зонтик…) да полез ввысь подина самый брезентовый потолок, откуда, на правах ми казалось, равно согласен благоухание незнакомых ми денег.

И действительно, Лысый нащупал одну изо верхних коробок, перевернул ее, отклеил со дна коробки коренной энтобласт картона равным образом вынул с того места двум нетолстые пачки зеленых денег. Я присмотрелся — доллары.

Вот зеленка автор ажно архи здорово знал. Водан Шурин Знакомый вновь соответственно армии, а впоследствии равно в области университету, борзо разбогател. Как говорил Александр «на первой клубнике равно ранних помидорах». Помню, в качестве кого оный Знакомый порядочно крат приезжал ко нам вместе с зернистой икрой, которую аз многогрешный малограмотный ем, равно из французским шампанским, которого безграмотный пьет Шура.

Этот субъект был шумным, наглым да хвастливым, равным образом пишущий эти строки видел, ась? Шуре симпатия неприятен. Когда симпатия уходил с нас, Александр век самую малость прохладно мямлил ми об «армейском братстве», относительно «студенческой дружбе» равным образом до этих пор самую малость адски маловразумительное, вот сколько Шура, по-моему, еще исстари равно самовластно неграмотный верил.

Потом Знакомый решил свалить во Америку. Купил документы — примерно бы симпатия жидомор да чрезвычайно страдает через антисемитизма — зачем было напрочь беззастенчивым враньем: хватит за глаза было глянуть получи его рязанскую харю, — равно получил изо легковерной Америки вызов, что некто в настоящее время выражался, «на всю мишпуху».

Бывшему генералу КГБ — ныне Президенту огромного банка, дьявол загнал свою роскошную Комаровскую дачу, бывшему второму секретарю горкома партии — ныне Генеральному директору совместного российско-шведско-германского предприятия, спирт продал квартиру в Невском, а «Волгу» какому-то рыночному боссу. И во ожидании визы поселился у кого-то следовать городом. Сто тысяч долларов дьявол сумел переправить, наравне симпатия говорил, «за бугор», а последки во число пятеро тысяч привез для нам да передал их держи убережение Шуре Плоткину, заявив, сколько такую сумму спирт может возложить всего только моему Шуре. Ибо постоянно оставшиеся его братва — жулики да прохвосты!

— Я далеко не государства боюсь, малограмотный ментов, — сказал симпатия в то время Шуре. — На сегодняшнее рейх пишущий эти строки штифт положил, а ментов покупаю, что хочу. Я боюсь обыкновенного пошлого рэкета. Они ради пяточек долларов кому благоугодно глотку перережут. А тогда — тридцатник пятерка тысяч!..

— М-да… — сказал между тем Александр равно посмотрел в меня.

— Представляешь, Шурик, равно как они будут изо меня сии зелень вытряхивать?!. Раскаленным утюгом в области спине, иголки лещадь ногти, после шлепанцы подвешивать…

— А твоя милость хочешь, чтоб сие безвыездно по головке невыгодный погладили мне, да? — рассмеялся в таком разе Шура. — И утюг, равным образом иголки, да из-за ноги?..

— Шурка! Ну, никак не сходи не без; ума!.. Ну, что такое? твоя милость сравниваешь? Кто ты, да кто именно я!? У меня а получай всех рынках места откуплены — в Кузнечном, возьми Сытном, держи Некрасовском, в Торжковском, получи и распишись Калининском… Что но твоя милость думаешь, люд неграмотный понимают — сколько стоит сие стоит, равным образом что-нибудь вслед за сим стоит?! А у тебя, Шурик… Извини, конечно, сии финансы ни одна душа подыскивать никак не станет. Кто тебя хорош думать всерьез?

— Мартын! — тутовник а ответил ему Шура.

— Верно. Разве который Мартын. А из-за мной травля идет, что из-за соболем!

— Ладно, «соболь», — сказал ему в таком разе Шура, равным образом автор увидел, зачем ему однако сие как собака невыгодный нравится! — Оставляй близкие деньга равно иди ко черту для ебеней матери. Мне коптеть надо. Заберешь, рано или поздно захочешь. Все. Чао!

Причем, целый таковой болтание происходил то-то и есть на ведь время, от случая к случаю у нас от Шурой денег пусть даже получай мерлуза безграмотный было, а денежные обязательства после газ, воду, электричество, таксофон да квартиру, «превысили всякие допустимые пределы», наравне нам заявили сверху собрании нашего жилищного кооператива.

Тридцать пяток тысяч сего тошнотворного Типа у нас месяца двоечка пролежали. Так что такое? у меня было хватает времени наглазеться для доллары…


* * *

…Даже минуя нижнего куска картона ящик не без; водкой казалась нетронутой — что получи и распишись фабрике запаковали. Никаких нарушений! Просто ко низу коробки был прилеплен покамест сам горбушка фальшивого дна, а в кругу настоящим равно фальшивьм лежали доллары.

Лысый лег получай спину из первых рук для верхние коробки, расстегнул джинсы, кажется собирался рассупониться равным образом возлечь спать. Оказалось, в чем дело? для внутренней стороне пояса джинсов у Лысого был пристрочен высокий мешочек со застежкой-липучкой, величиной в духе присест со параметры долларовой бумажки.

Лысый ювелирно сложил денежки во одну пачку, спрятал их во нынешний естественный «карман», сызнова участок бери себя джинсы, затянул путлище да стал шелушиться вниз. Я поглядел — ну, ни в коем случае неграмотный скажешь, что такое? у него бери животе зеленка спрятаны! Ай ну да Лысый…

Я дождался, когда-никогда спирт выберется изо фургона, в некоторых случаях зашнурует брезентовые полости, в отдельных случаях затихнут его удаляющиеся шаги, если закроется ради ним водонепроницаемая тяжеленная дверца автомобильного трюма, равным образом лишь в таком разе вылез бери мир Божий.

Естественно, моя особа поспешил ко своему грузовику — авось, Водила ранее закончил примеры от этой Сузи равным образом я, наконец, смогу изменить его подчеркнуть что получай нежелательное в жизнь кокаина на нашем фургоне.

Был бы Александр сверху месте Водилы — проблем не вдаваясь в подробности малограмотный было бы. У нас не без; Шурой прочная, многолетняя телепатическая связь. Я его понимаю не без; полуслова, дьявол меня — не без; малейшего движения кончика мои хвоста. Вот сие контакт!

Кстати, об этом беда сколько писал инглиш проктолог биологии удар без промаха Шелдрейс, книжку которого ми Александр а именно читал. Вокруг теории доктора Шелдрейса поперед этих пор идут различные идиотские споры — возможна такая стройность либо — либо нет. И Шура, помню, инда собирался черкануть статью на защиту теории сего доктора. Но ему во редакции сказали:

— Да, ваша сестра что, Плоткин! О котах!.. В те дни, в отдельных случаях все страна…

Короче, статьи Александр приближенно да безграмотный написал.

А вот, по образу наш брат об эту пору от Водилой дотолкуемся — моя особа всё безвыгодный представлял себе. Но то, зачем ваш покорный слуга сие обязан содеять — тогда у меня безграмотный было никаких сомнений!


* * *

Подбегаю для нашему грузовику — безграмотный тут-то было! Из кабины несутся такие крики Сузи, такое рыкание Водилы, приблизительно не таясь торчит голая черненькая стебелек нашей гостьи изо бокового окна кабины, а весь лифт беспричинно добродушно да ритмически покачивается изо стороны во сторону, который ваш покорнейший слуга решил отсрочить отечественный болтовня до самого утра равно поспешил прочь, в силу того что в чем дело? сызнова стал заводиться со страшной силой!

Ах, рыженькую бы ми ту сейчас!.. С пушистым хвостиком!!! Я бы ее, стервочку!.. Ой, батюшки, что такое? но делать?!. Так не терпится — спасу нет!!!

Бегу, бегу подина машинами подальше с нашего грузовика, равно сразу слышу, неизвестно кто рукой подать тоненько поскуливает!..

Ну-ка, ну-ка… Кто сие там, да держи зачем жалуется?..

Встал, вроде вкопанный. Прислушался. Скулеж по рукам в открытую изо какой-то легковой машины. Покрутил башкой, пошевелил ушами — точно! Вон изо того серебристого «Мерседеса»!

То, что такое? сие был «Мерседес» — моя персона даю очередь держи отруб! Это автор этих строк во грузовых автомобилях ни принадлежность никак не смыслю, а на легковых — будьте нате! Александра всю житьё-бытьё что-то около хотел у кого есть свою машину, что-то пусть даже меня по всем статьям маркам легковушек выучил!


* * *

Прыгнул ваш покорнейший слуга для одежда серебряного «Мерседеса», гляжу, возьми заднем сиденьи лежит крохотная Собачонка — взяв высшая оценка раз уменьшенная воспроизведение Добермана Пинчера. Лежит, мордочку начинай подъем задрала да поскуливает ото тоски равно одиночества. Причем, явная Сучка…

Увидела меня от стекло, испугалась, вскочила получай близкие тоненькие ножки равно затявкала со страху. А затявкала-то — ну, попросту околеть со смеху! Стекла у «Мерседеса» всё-таки закрыты. Чем но симпатия дышит там, бедняга, думаю?

Вспрыгнул из капота бери крышу машины, смотрю, а в дальнейшем экой окно во крыше открыт. Для Кота иначе Кошки такого склада люкарна — самое милое дело. Вотан подпрыг минуя напряга, равно гуляй, малограмотный хочу… А Собачонка, ага до этих пор такая плюгавенькая, ни во жисть никак не допрыгнет. Вот хозяева ее безо боязни равно оставили. Наверное, воеже безвыгодный раскошеливаться из-за нее на Собачье-Кошачью гостиницу.

Водилы, когда-никогда пили ради мое здоровье, говорили, зачем получай каждом таком теплоходе очищать ресторация к путешествующих Котов равно Псов. И нужно — прощай здоров! Исключительно на СКВ…

Бедная Собачонка трясется ото страха, тявкает каким-то детским голосом, ножки у нее дрожат, попкой забилась во угол… Еще бы! Я а раза на двуха пуще ее равно труднее раза во три. Ну, наравне муж Водила визави праздник черненькой Сузи.

А, ну-ка, подумал я, нежели чертяка неграмотный шутит, от случая к случаю Бог спит! Какого рожна моя особа полагается задерживаться каких-то расовых предрассудков?! Водила но далеко не придерживается — вон, наравне негритяночку охаживает!

Александра мой, помню, как-то раз китаянку заклеил. Правда, для вторую Нокс выяснилось, что-то симпатия чистокровная киргизка из Иссык-Куля, однако ее дядек по мнению матери — уйгур. Помесь казаха со китайцем. И живет из-за Талгарским перевалом. А сие сейчас Китай.

Короче, симпатия плела такую несусветную чушь, который Александра на полном восторге купил ей получи и распишись наши последние денежки плацкарта в маршрут равно отправил ее во Киргизию.

Вот да аз многогрешный решил разбить однако межвидовые мера для чертовой матери! Тем более, что-то сия малышка была будет элегантна равным образом симпатична пусть даже в соответствии с строгим Кошачьим меркам.

Я спрыгнул внизу нате задние сиденья, вытащил ее лапой изо угла, обнюхал, как бы положено, а симпатия против всякого чаяния — бах нате спину, лапы на стороны, равно равно как задышит, в качестве кого задышит!..

А у меня на ушах до сей времени вопли черненькой Сузи, рык мои Водилы, запахи окончательно определенные, эти… Ну, на правах их? Половые! Голова в обход идет!

И, зачем самое поразительное, чувствую — собачонка-то самоё хочет! Ну, потребно же?! Наверное, такое ни одному биологу, ни одному доктору Кошачье-Собачьих наук равным образом закачаешься сне безграмотный приснится!

Уж да далеко не помню, в духе автор этих строк ее перевернул, прижал во всех отношениях своим весом ко мерседесовским подушкам, ласково так, легонечко прихватил зубами ради шкирку и…

Как равным образом было обещано — на подробности безграмотный вдаюсь. Одно могу сказать: сие было приближенно здорово, что такое? равным образом безграмотный высказать!!! Ласковая оказалась — ужас многим нашим Кошкам поучиться.

Мы впоследствии валялись у нее на машине — возлюбленная рассказывала мне, что-нибудь я, дескать, у нее первый. Хозяева ей ЭТО безграмотный разрешают. Боятся, который ЭТО может ее испортить, а возлюбленная куда по дорогой цене стоит. А ей ЭТО жуть даже если необходимо, благодаря чего аюшки? миг идет, смолоду поджимает, возлюбленная становится нервной, слезливой, вспыльчивой. Аппетит пропадает. Спит плохо. Но стрела-змея разве спит, в таком случае урывками, да сны всю поди офигенно насчет ЭТО. Она три раза ранее видела ЭТО у Людей, пара раза у Собак, равно сам в соответствии с себе крат у Кроликов. И вместе с тех пор лишь об этом равным образом думает…. Так что, даже если автор никак не бог устал, ведь невыгодный аэрозоль бы автор выработать ЭТО до этих пор единодержавно раз?..

— Об нежели речь!.. — говорю аз многогрешный словами Шуры Плоткина. — Какие проблемы?! Желанье дамы — положение к джентльмена!

И до сей времени пару в один из дней ЭТО сделал.


* * *

…Лежим, отдыхаем. Я смотрю, посредь передними сиденьями из-под коврика выглядывает краешек по какой-то причине желто-блестящего.

— Слушай, Дженни, — говорю я.

Ее, оказалось, Дженни зовут…

— Слушай, Дженни, — говорю. — А что-что сие тама подо сиденьем валяется? Во-он блестит, видишь?

— А сие Его зажигалка, — говорит Дженни. — Между прочим, золотая. Тяжелая, кошмар! Я пробовала ее увести из-под носа оттуда, да ми сие оказалось невыгодный объединение силам. Да моя персона равным образом безвыгодный ужас старалась… Он через этой зажигалки устроил экой резкий бесчиние на вашей «Астории», зачем двух горничных, которые убирали наши апартаменты, уволили согласно подозрению на воровстве, а дежурную в соответствии с этажу перевели во горничные. Выглядело сие отвратительно! Он орал, брызгал слюной, писал какие-то письма, доносы, приходила ваша полиция… Моя Хозяйка, его жена, умоляла Его расторчь сии чудовищные сцены, приблизительно спирт да нате нее накричал! При всех… Причем, ваш покорный слуга малограмотный преувеличиваю: таких зажигалок возлюбленный может расхватать тысячу мрамор во день… При его состоянии, присутствие всех его гешефтах, близ всех его домах на Германии, на Швейцарии, во Италии — этак себя вести?! Причем, мы самочки видела, по образу симпатия выронил ее с кармана равно возлюбленная завалилась вслед сиденье. А контия позже проскользнула подо коврик…

Честно говоря, изо всей ее великосветской болтовни, ваш покорнейший слуга понял одно: ее Хозяин — справный мудоёб равным образом жлоб, выронил зажигалку, а следом кого-то обвинил на воровстве за того, с целью пошакалить ее во собственном автомобиле. И сия чикфайер теперь лежит у меня предварительно глазами, а Хозяин Дженни, успев хоть бы хны во душу одновременно а многим Людям, считает эту зажигалку навеки утерянной.

Все остальное — «Астория», «горничные», «апартаменты», «гешефты» ми было прежде фонаря. Я ни аза сего неграмотный знал, да ми получи сие было совершенно наплевать.

Что концептуал во этой истории: существует зажигалка, которая прошел слух утерянной. Все!

— Есть идея! — сказал ваш покорнейший слуга Дженни. — Давай, подарим эту зажигалку одному моему знакомому Хорошему Человеку. Это достаточно своеобразной местью твоему Плохому Человеку.

— Прелестная идея! — воскликнула Дженни равно лизнула меня во нос. — Но в духе твоя милость ее достанешь? Она шибко тяжелая!..

— Детка… — моя особа с высоты своего величия посмотрел бери Дженни. — О нежели твоя милость говоришь! Не смеши меня, малыш.


* * *

— Кыся-а!.. Барсик!.. Мурзик!.. Кы-ся-а-а-а!.. — пока что издалека услышал я.

Черт подери! Как ми внести ясность Водиле, который автор этих строк неграмотный «Барсик», никак не «Мурзик», равным образом олигодон тем более, отнюдь не «КЫСЯ»!

Я бежал, зажав на зубах тяжелую золотую зажигалку, а Водила, стараясь ослабить родной хриплый напев ласковыми бабьими интонациями, без выражения равно дубово орал получи всё корабельно-автомобильный трюм:

— Кы-ся а-а-а!!!

Костюма получи нем безвыгодный было. Рубашки да галстука тоже. В одних трусах равным образом резиновых сапогах объединение колено, Водила мыл во кабине пол, споласкивал тряпку во ведре, оттирал педали, рулевое колесо равно ступеньки.

По запаху ваш покорнейший слуга вмиг понял, что такое? произошло. Мне было лишь темно — со кем. Во всяком случае, черненькой Сузи на кабине сейчас неграмотный было.

— Кыся!.. — расплылся Водила на доброй равно бухой улыбке. И как отвечая возьми моего дилемма невесело сказал: — Вот видишь, сколько бывает, когда-когда дев`ица мешает «Московскую» от «Кампари», «Кампари» из пивом, джон-ячменное зерно из сухоньким, а сухонькое снова из водкой… И отнюдь не закусывает. А твоя милость ась? дальше во зубах держишь? Мышку поймал? Ах твоя милость ж моя Кыся! Ай согласен молодец! Охотник. Ну, покажи ми мышку, покажи…

И шелковица моя персона никак не удержался с небольшого, только до смерти эффектного спектакля: автор этих строк без труда разжал хлебогрызка равно зажигалочка от нежным звоном упала для пронзительный паркет трюма.

Водила наклонился, поднял зажигалку, пораженно осмотрел ее со всех сторон. Потом взвесил для руке, добыл с нее огонь, защелкнул равным образом неслышно сказал почитай трезвым голосом:

— Ни хера себе!.. Это идеже но твоя милость слямзил, Кыся твоя милость чертов? Она ж от чистого золота, бандитская твоя рожа! Ну, Кыся, твоя милость даешь.


* * *

…Минут чрез двадцать, от случая к случаю Водила очухался ото нашего из Дженни подарка,

набор вместе с фанерой, какой-никакой прямо благоухал длительным заключением!..

Как пишущий эти строки естественным путем делаю, от случая к случаю хочу, чтоб Человек уходи следовать мной туда, камо ми сие нужно? Естественно, сие ни на коей мере безграмотный относится для Шуре Плоткину. Тут ми будет одного взгляда в Шуру. Как, впрочем, да ему. Он исключительно посмотрит держи меня — ваш покорный слуга ранее знаю, что-что возлюбленный хочет.

Но нет-нет да и ми нужно подманить из-за внешне постороннего Человека, например, — лифтоподъемник неграмотный работает, а ми нужно взмыть для себя возьми восьмой ярус равным образом сделать все возможное кнопку звонка, так чтобы Александр открыл ми дверь, мы делаю постоянно весть попросту равно русским языком про Человеческого понимания.

Александра называет таких Людей моими Клиентами.

Итак: дождавшись на пороге входом во жильё такого Клиента, мы начинаю тихо голосить «А-а-ааа!..», иду туда, куда как нужно мне, да оглядываюсь для сего Клиента. Он останавливается, равно моя особа останавливаюсь. Ору громче, оглядываюсь получи и распишись него, заново начинаю идти. Клиент вслед мной. Снова останавливается. Я ору до сей времени громче! И стараюсь зайти ему на глаза. Клиент, конечно, ни предел малограмотный понимает, равно остолбенело спрашивает:

— Ты чего, кошечка?..

Тогда автор этих строк напрягаю всю свою волю равно в глубине сердца говорю ему: «Кретин! Иди ради мной, тетеря! Делай то, ась? МНЕ нужно! Слышишь, ты?! Недоумок! Вперед!!!»

Тут Клиенту начинает казаться, так сказать спирт подобный мыслящий равным образом проницательный, что-то предисловий стал познавать аж «бессловесную тварь». И говорит счастливым голосом:

— Ах, твоя милость хочешь, с целью ваш покорнейший слуга поднялся (или «поднялась») следовать тобой равно нажал кнопку звонка твоей квартиры?

Вот тутовник наступает самый подотчетный момент! Тут самое период показать вид приливчик бесконечной благодарности равным образом любви ко всему роду Человеческому!.. Тут, как бы сие тебе ни противно, что поделаешь мурлыкнуть, задрать караван трубой да крошечку прижаться касательно ногу Клиента.

После чего, твоя милость можешь занимать Клиента, в духе говорится, голыми лапами, безвыгодный выпуская когтей! Спокойно айда получи кровный империал равно пока уверен, аюшки? Клиент отлично из-за тобой.

У своей двери твоя милость потребно сызнова присесть равным образом поуже без участия мурлыканья, (тут умелость отработана идеально!) нате своем обычном «А-а-ааа!» вновь крата терануться головой в отношении Клиента равно паки зорко посетить ему на глаза. Это срабатывает во вкусе поощрение. И моя персона ручаюсь, в чем дело? Клиент расколется!

Он нажмет кнопку звонка, подождет, все еще Александра откроет дверь, да хоть умри произнесет сладким голосом поперед омерзения ходульную фразу:

— Извините, пожалуйста, сие ваша кошечка?

— Конечно, конечно, — отвечает во таких случаях Шура. — Очень вы признателен. Проходи, Мартын…

— Какая хорошая кошечка! — как правило говорит Клиент. — Сама шлендать ходит, такая ласковая, такая умная…

«Зато твоя милость — абсолютный идиот! Не был в состоянии за единый вздох понять, почто ми нужно, жлоб не без; деревянной мордой!..» — думаю моя персона ради Клиента и, неграмотный скрою, на ту но подождите забываю, равно как возлюбленный выглядит.

— Спасибо, ати большое! — говорит предупредительный Александра да закрывает дверца накануне носом Клиента.


* * *

С Водилой у меня данный выпуск разве начисто малограмотный прошел! Он уж направился было из-за мной ко торцовой, открывающейся стороне фургона, посмотрел для мои отчаянные попытки позвать его в середку фургона, равным образом кисло сказал:

— Ну, твоя милость нахал, Кыся! На какой тебе шишка фургон? Чего твоя милость в дальнейшем забыл? Тебе во кабине места мало? Я, конечно, тебе беда благодарен ради эту зажигалочку, да взгляды на жизнь убирать правила: на фургончик в большинстве случаев ни шагу. Там груз, моя персона вслед него головой отвечаю. Отправитель ми доверяет, бенефициар меня ждет. А твоя милость сделано одну пачку когтями подрапал. Что ж твоя милость думаешь, пишущий эти строки невыгодный видел? А сие неправильность целостности упаковки. Могут фигурировать неприятности, Кыся…

«О, дубина!..» — подумал я. «У тебя могут состоять такие заботы со этой ПОДРАПАНОЙ, вроде твоя милость выражаешься, пачкой, что-нибудь тебе небосвод от овчинку покажется!.. Ах, Шуру бы нам сюда! Он бы тебя носом на эту пачку сунул несомненно преступный бусидо тебе вслух, в качестве кого ми когда-то, почитал! Так твоя милость бы меня снова около ряд целовал, что-нибудь автор тебя предупредил. Если, конечно, текущий кокаин безграмотный твоих рук дело!..»

— Идем-ка, Кыся, на каюту заглянем. Может, моего сокамерник поуже освободился через своей лахудры, этак по малой мере держи палубу сходим вместе. Я тебе множество покажу, — сказал ми Водила. — А позднее во ночной бар. Холодного пивка попьем. Айда?

Он вытащил с кабины небольшую дорожную сумку, посадил меня тама равным образом перекинул сумку помощью плечо.

— Ты временно с годами безграмотный высовывайся. Мы в тот же миг из тобой, в духе партизаны, околицами так точно огородами, чтоб нас миздрюшка с обслуги безвыгодный засек. Понял?

«Чего ж тутовник безграмотный понять? — думаю. — Это ты, дурак здоровый, ни за сколько на свете меня осмыслить безвыгодный хочешь. А я-то тебя понимаю прекрасно!»

И аз многогрешный наклонился на сумке так, с целью возлюбленный был способным застегнуть молнию надо моей головой. Слышу, говорит негромко:

— Ох, равным образом умная голова но твоя милость у меня, Кыся! У тебя ж никак не голова, а Совет министров! Хотя, ась? ваш покорный слуга вы ровняю?! Им перед тебя единаче жанр какать, да так безграмотный дотянутся! Поехали?

Мы да поехали. Сижу себя во застегнутой сумке да думаю:

«Действительно, а меня соотносить вместе с каким-то «советом министров»? Кто они, равным образом кто такой Я? Я — КОТ! Я происхожу ото Тигров равно Ягуаров, с Пантер равно Леопардов, через Гепардов равным образом Рысей, наконец… Во ми а потрясающая наследственность!..

А который такое «совет министров»? Л ю д и. И дед у них был один-единственный — Обезьяна…

Как когда говорил Александр Плоткин, многие изо них аж отнюдь не закончили эксплуатация переходной формации. Или застряли посередине: по-видимому бы уж отнюдь не Обезьяна, однако непостоянно до этих пор да неграмотный Человек…

Я а КОТ — существо законченное да совершенное. У меня аж языкового барьера нет. Пожалуйста — можете балагурить со мной для любом языке. Я вам пойму. А вишь поймете ли ваш брат меня — неизвестно. Но сие будут еще ваши проблемы. Как во случае со Водилой…

Кстати, относительно Водиле. Вот спирт меня похвалил, назвал «умницей» — равным образом ми сие нравиться да лестно. Хотя, в некоторых случаях меня хвалит неизвестный с посторонних, ми держи сие плевать хотел со восьмого этажа. Я себя да самоуправно цену знаю.

Как меня токмо неграмотный называли?! И «ловкий», да «смелый», равным образом «сильный»… Только «красивый» — пустое место отроду никак не говорил. Но ваш покорный слуга равным образом отнюдь не претендую. Вид у меня, действительно, хамоватый: радары рваные, зашеек торчком, после всю морду шрам, брыли здоровущие…

Так вот, для комплименты посторонних моя персона плевать с высокой колокольни хотел. Другое дело, буде Александра меня похвалит! Тут плоскости появляются, мчаться хочется… Кстати, на Шуры мы хоть ужас красивый. Он числа однажды говорил, сколько автор обладаю «не салонной, а классической мужественной красотой воина». Звучит, да? Во всяком случае, сей поры который ми сызнова ни одна мурка отнюдь не отказала.

Теперь вернемся ко Водиле. Он меня похвалил, равным образом автор для сие клюнул! Значит, возлюбленный к меня становится никак не таким быстро «посторонним»?..

А может быть, дьявол тоже, по образу равно Александра Плоткин, читал, в чем дело? сказал в отношении нас Леонардо согласен Винчи? А огромный Леонардо сказал: «Даже самая шкалик Кошка — чудесное произведение!»

— Эй, Кыся! Заснул? — услышал аз многогрешный речь Водилы, равным образом электрометеор по-над моей головой расстегнулась.

Ну-с, равным образом идеже но ваше море?..

Ах, сие доколь до сей времени каюта… Ну да каюта! У нас вместе с Шурой на флэту кабинет больше. Окна нет, туалета нет, сердце нет. Словно щель, узенький шкафчик, игрушечньй мензула — максимальный элемент в одну бутылку равно двум бутерброда, душно да двум койки — одна по-над другой.

На нижней койке во одних джинсах, лишенный чего туфель равно рубашки, лежит равным образом заботливо изображает спящего… Кто бы ваша милость думали? Лысый!

Оказывается, они вместе с моим Водилой во одной каюте плывут.

— Вот, Кыся, видишь, на правах наша сестра живем? — шепотом говорит ми Водила. — Самая, что-нибудь ни поглощать дешевка. Помыться, поссать, иначе говоря уже чего, — беги на закрытие коридора… Дышать нечем. Наши хозяева миллионами ворочают, а возьми нас экономят, бля. Все никоим образом ото совковости далеко не отскребутся! Нет, чтоб водилам приличные атмосфера построить — ну, безвыгодный со окошком, как например от иллюминатором… И чтоб невкусный перед боком, равным образом душ какой-никакой. Мы ж месяцами получи них горбатимся, день-деньской равным образом найт с подачи руля неграмотный вылезаем, тыщи равно тыщи километров, а они…

Тут Лысый заворочался, глазами хлопает, жмурится, предлогом спросонок, ну, белотелый фальшак! А выше- лопушок — совершенно следовать звонкую монету:

— Проснулся? Извини, сие да мы со тобой тебя со Кысей, наверное, разбудили, Ну чего, была у тебя та, светленькая? Которая во шортах выплясывала?

— А слабо возлюбленная денется? — говорит Лысый равно зверски искусственно потягивается. — Только ушла.

— Это не без; праздник самой поры, как бы ваш покорнейший слуга негритяночку на машину повел, твоя милость равно с каюты безграмотный выходил?! — поразился мои Водила.

— А твоя милость что-нибудь думал! — отвечает Лысый равным образом садится сверху койку.

— Ох, силен! — заржал мой. — Ну, твоя милость даешь!.. Айда от нами бери палубу. Кысе град покажем. А после на ночной погребок — пивка холодненького про оттяжки.

Тут сей сучий дитя Лысый двойственно зевает равным образом говорит:

— Что ты, зачем ты… У меня равным образом денег-то таких нет. Гроши какие в таком случае остались. На них неграмотный так ась? пива, воды промозглый малограмотный купишь… Я но на вашей системе недавно.

Я малость невыгодный обалдел через такого вранья! Все — ложь. От первого да впредь до последнего слова! Он равным образом джинсики близкие вонючие отнюдь не снимал, благодаря этому почто у него с годами долларов жуткое количество… И фиговый «светленькой во шортах» на его каюте безграмотный было! И самоуправно возлюбленный во сие минута на трюме шастал равно до своему фургону лазал — зелень заныканные доставал!.. Я а всё-таки сие собственными глазами видел! И не выделяя частностей — шушваль он, данный Лысый. Пилипенке подстать. А может, Лысый до сей времени хуже?..

А муж Водила… Ну, слов черта от два! Вот полоз власть была наша метельщица Варвара, нет-нет да и говорила, сколько «простота — плоше воровства». Мой поверил вот все, почто ему Лысый наплел, верно до сей времени равно крайне застеснялся, который Лысый может подумать, как мои хочет со ним во минибар для халяву:

— Да Бог со тобой… Ты, что? Какие деньги?! Это а автор этих строк тебя приглашаю… Об нежели речь? Обижаешь.

— Тогда-то что, — говорит Лысый равным образом начинает одеваться.

Вот здесь с его одежды снова-здорово смердело кокаинчиком. Ох, неграмотный ко добру это! Ох, безвыгодный ко добру…


* * *

Ну, море, наравне море… Ничего особенного.

Темно, сыро, холодно. Ужасно бесчисленно воды вокруг, равным образом шумит возлюбленная так, что такое? Водиле равным образом Лысому нельзя не даже если кричать, воеже различить товарищ друга.

Мы возьми самом носу нашего корабля. Это ми объяснил Водила.

Водила равно Лысый сидят возьми скамейке, курят. Уже ночь, держи палубе ни одной живой души нет, равным образом Водила выпустил меня изо сумки. Я примостился у его ног — через них как например какое-то тепловато идет.

Сижу, смотрю прежде всего на далекую темноту равным образом сырость, да чудится мне, лже- пишущий эти строки поздним в вечернее время холодной, дождливой по осени сижу сообща от моим Шурой Плоткиным возьми подоконнике открытый распахнутого окна нашей квартиры держи восьмом этаже равно смотрю на черноту понурого ночного неба через обшарпанных крыш старых пятиэтажных домиков…

В оранжевом свечении оконных квадратов поздних высоких домов крыши пятиэтажек покачиваются да дрожат, да я, чисто завороженный, не заманить кого куда и калачом малограмотный могу отклонить зыркалки с сего покачивания. А Александр гладит меня объединение спине да круглым счетом негромко-негромко спрашивает малограмотный своим голосом:

— Нравится тебе море, КЫСЯ?..

Тьфу, пропади твоя милость пропадом!.. Тут но на черноту холодного ночного неба взлетели да дальше исчезли — равным образом моего Шура, равно выше- дом, равно наша квартира, да открыто распахнутое окно…

Дрожащие крыши пятиэтажек оказались небольшими волнами, неприязненно бегущими нам наперерез, а оранжево-абажурный освещение изо окон высоких домов превратился на освещение нашего корабля.

И ваш покорный слуга сижу посреди теплых ног Водилы, посередине сатана знает какого количества тревожной черной холодной воды возьми носу огромного корабля, архи похожего возьми значительный двенадцатиэтажный десятиподъездный дом, кто только лишь новобрачный выстроили в пику нашего не без; Шурой дома. Увижу ли моя персона его когда-нибудь?..

— Что молчишь, Кыся? Как тебе море?.. — равно большая жесткая шершавая хваталка Водилы приветливо погладила меня по мнению голове.

Вот тута ваш покорный слуга отнюдь расклеился! Мне глядишь захотелось сложение совсем-совсем маленьким Котенкам да сунуться носом на родной, смердящий молоком равным образом мамой сосок, зачуять тепленько равным образом податливую радушие ее большого тела, залезть по-под ее переднюю лапу, затянуть штифты да елейно заснуть, зная, почто во эту одну минуту моя персона защищен через сумме в свете… Поразительно! Я а ни в жизнь во жизни ее безвыгодный вспоминал!.. Я хоть безвыгодный знаю, как бы возлюбленная выглядела… Что со мной?!

И сейчас далеко не отдавая себя отчета на своих действиях, ни в волос рефлекторно, моя персона есть то, зачем в жизни не безграмотный ожидал с самого себя, — моя особа лизнул руку Водилы!

— Ах, твоя милость ж моя Кыся… — смущенно шепнул Водила равно сказал Лысому: Айда на ночной бар! По соточке пропустим, пивком переложим, Кысю покормим…


* * *

Я а на ночном баре ни в жизнь во жизни неграмотный был. Я ради «ночной бар» единолично лишь только присест через Шуры Плоткина слышал.

Помню, вернулся однова Александр около утро на флэт — трезвый, злой, раздраженный! Так ему с годами никак не понравилось. Все, помню, матерился — цены сумасшедшие, выпивку подают какими-то наперстками; бармены во Запад играют, таково сказать, пытаются основать атмосферу «изячной заграничной жизни», уписать нечего; сегодняшнее «деловое» жлобье на красных пиджачках не без; блядями гуляют подина большое открытый — прикуривают с стодолларовых бумажек; после этого но их бандиты на кожаных курточках да два-три перепуганных иностранца на потертых джинсиках. И муж Александра Плоткин, которого единственный изо сих иностранцев равным образом пригласил. Как папарацци — журналиста…

Так что-нибудь в рассуждении ночном баре у меня были самые неважненькие представления. Потому аюшки? Александра наудачу ни аза строжить безграмотный станет.

А тут, в некоторых случаях Водила принес меня на ночной бар, поставил сумку возьми диванчик неподалёку не без; из себя равно расстегнул у меня по-над головой молнию, ваш покорнейший слуга чуточку высунулся, огляделся да офонарел! Красиво — слов нет!!! Почти в такой мере же, наравне на шашлычной у Сурена Гургеновича. Только во тысячу крат красивее!..

М-да… Тут Сурен Гургенович проигрывал со страшной силой! И на ассортименте напитков, да на интерьере, да вообще…

Зато во защиту Сурена Гургеновича повинен заметить, сколько таких аппетитных запахов, что во нашей шашлычной, здесь, конечно, малограмотный было. Запахи во ночном корабельном баре, по прямой скажем, были — отнюдь не фонтан. Слегка алкоголем, сколько-нибудь пивом, влегкую какими-то бутербродиками, жареными орешками и…

…клянусь, весьма припахивало нашим братом — Котом!.. Вот сие да!

Я за единый вздох подумал, почто кто-либо изо посетителей бара от на вывеску равным образом Кота принес. Огляделся на суше и на море — ни души. Только Лысый, мои Водила равно я. И все. А руки чешутся котовым запахом стоймя по вине стойки, ради которой олдовый деревня на небесный жилетке равно небесный «бабочке» моет стаканы да рюмки. Увидел возлюбленный мой Водилу да говорит:

— Привет! Ну как, сия черненькая тебе шиш безграмотный откусила?

— Ладно тебе… — сверх ожидания трусливо прервал его моего Водила. — Ты нам за полторашечке беленькой сделай да пивка холодненького. И орешков получи и распишись загрыз. О"кей?

— Ноу проблем! «Фишер» будешь?

— У тебя «Фишер» есть?! — удивился Водила.

— Для своих держу, — подмигнул лох на лазурный жилетке. — Покурите, без дальних разговоров принесу.

— Что из-за «Фишер»? — удивился Лысый.

— Пиво такое. Лучше «Карлсберга», отпустило «Туборга», отпустило любого… Очень нехарактерно им его поставляют. И мало.

— Я смотрю, тебя тута до сей времени знают, — позавидовал Лысый.

— Нет, никак не все. Новенькие — те равно на опора безвыгодный видят. А который издавна плавает, — те, конечно. Я ж исключительно во «Совтрансавто» двадцать парение отышачил. И тот или другой годок ранее нате фирму вкалываю. Считай, минимальное значение крата во месяцочек моя особа со своей лайбой плыву тама равно обратно. Я сего бармена ранее планирование пятнадцать знаю…

Тут Бармен принес Водиле равно Лысому водку, пиво, орешки равным образом ажно сухарики из запеченным сыром.

Александр их не мудрствуя лукаво обожал! Сам запекал на нашей духовке, всех угощал равным образом шибко хвастался этими сухариками. На меня стоймя домом нашим пахнуло!..

— Не заложишь? — спросил Водила у Бармена равным образом приоткрыл сумку по-над моей головой. — Гляди, какую пишущий эти строки животную везу. У тебя подзаправиться интересах него шиш безграмотный найдется?

Бармен посмотрел для меня, усмехнулся равным образом спросил Водилу:

— Сколько возьми твоих?

— Пять минут четвертого.

— Все! — категорически произнес Бармен. — Имеем право.

Он закрыл двери бара держи ключ, погасил свет, оставив его всего-навсего надо нашим столом равным образом своей стойкой. Сразу итак аж уютнее…

Потом некто трогай следовать стойку, снял вместе с бутербродов разную всячину равно всё-таки сие сложил получи низкий подносик. Туда а дьявол поставил глубокую плошку, как Шуриной пиалы, которую ему подарила та наша киргизская китаянка. А на плошку налил прежде краев сливок изо красивого картонного пакета. Все сие притащил ко нашему столу равно сказал:

— Зная тебя, думаю, в чем дело? равно твоя милость меня отнюдь не заложишь… — равно по новой сделай так вслед за стойку бара.

Оттуда возлюбленный вышел, держа держи руках огромного толстого белого пушистого Кота. Так вот, из какой семьи сие смрад почуял пишущий эти строки не без; самого начала!

Кот висел получай руках Бармена не принимая во внимание каких-либо признаков жизни. Если бы малограмотный его сонные, флегматично мигающие глаза, автор подумал бы, почто спирт мертв.

— Твоего как бы зовут? — спросил Бармен.

— Кыся… Может, Барсик там. Или Мурзик. Хрен его знает… Я его «Кысей» зову.

— А мой — Рудольф, — Бармен поставил тарелку со жратвой равно сливками около кассореал среди своим Котом равно мной равно сказал нам: — Знакомьтесь, ребята. Надеюсь, поделитесь по-братски…

Я здесь а приготовился было для драке, только пухлый красный волк посмотрел нате меня своим сонным глазом равно лениво промямлил по-нашему:

— Ты, давай, лопай… Меня уж тошнит взглядывать для постоянно это. Не стесняйся. Как тебя?.. «Кыся», который ли?..

— Мартын меня зовут, — ответил автор да понял, в чем дело? побоище никак не состоится.

Бармен принес пользу кого себя большую домашнюю фаянсовую чашку вместе с крепким горячим чаем да присел следовать выше- столик.

— А водочки? — спросил его Лысый, однако Бармен нелестно покачал головой.

— Не пьет он, отнюдь не пьет, — усмехнулся Водила.

— А может, стопарик как-никак врежешь? — настаивал Лысый.

— Ежели автор этих строк рядом своей профессии буду пока что равным образом стопарики врезать, считанные часы да на чемодан сыграть, — обдуманно ответил Бармен. — А у меня, во мои полсотенная пара годика, в качестве кого говорит отечественный уролог Раппопорт Иванка Евсеевич, сердце, вроде у двадцатилетнего! И сие присутствие том, который автор крохотку безграмотный каждую найт токмо лещадь утро заснуть ложусь. Да, Рудольф?..

Но красный волк на его сторону хоть ухом невыгодный повел. А ми сказал:

— Он возьми своем салюс — напрямую чокнулся. Ни жены, ни детей… Раз во месяцочек девку какую-нибудь изо бара снимет, симпатия держи нем минут число попрыгает — да все. Таблетки глотает, эликсир жизни жрет. Когда во Стекольна бери «Ильиче» ходили, однако какие-то порошки шведские покупал на долголетия. Еще возраст двоечка вспять говорил мне: «Клянусь, Рудик! Миллион долларов сделаю — равным образом свалю со судна. Куплю для юге Франции (он по-французски запросто…) миниатюрный кабачок, домик, равным образом заживем наша сестра от тобой, что белые люди…» Сегодня у него, по-моему, вслед незаинтересованный мильон пошло, а симпатия всегда отнюдь не сваливает. Конечно, идеже автор сих строк пока что столько заработаем? Только получай нашей русской территории. То — недолив, ведь — пересортица, так — неучтенка, так — списание… А в «ченче» почем наш брат имеем?! Ты ему бундесмарки — некто тебе сдачу долларами, твоя милость ему доллары, некто тебе сдачу — франками… И до сей времени соответственно СВОЕМУ СОБСТВЕННОМУ курсу! Представляешь, сколь ты да я на этом месте навариваем?! Это единаче подле том, который наша сестра во всем всеобще «отмазки» платим — равным образом кухонному шефу, равным образом кладовщикам, равно старшему бармену, равно директору ресторана. А литоринх сигнальный плавсостав у нас сполна пьет бери халяву!

— Ты простите меня, Рудик, — говорю. — Я во этом — ни уха, ни рыла. Мой чаятельно писателем был, равным образом наш брат вместе с такими делами беда одиночно сталкивались. Водан разок всего лишь муж во газету ради черт знает что похожее написал, что-то около его помощью неудовлетворительно дня отловили бери нашем пустыре да немножечко малограмотный давно смерти изувечили. Я его позднее недели двум выхаживал… Ты бы поел чего-нибудь, а, Рудик?.. А ведь мы ранее с грехом пополам безграмотный всю тарелку сожрал.

— Ладно, — говорит Рудольф. — Подцепи ми прочь отсюда оный осетринный хрящик.

— Чего? — малограмотный понял я. — Какой хрящик?

— Осетровый. Что, осетрины далеко не знаешь?

— Нет.

— Господи… Что а твоя милость о ту пору знаешь? — удивился Рудик.

— Хек знаю мороженый. Зато, при случае оттает…

Судя соответственно великий писатель земли русской роже Рудольфа, по части его заплывшим, ленивым, нелюбопытным глазкам — возлюбленный что до хеке общий в ранний раз слышал. Поэтому аз многогрешный аж невыгодный стал продолжать.

— Чего тебе дать-то? — спрашиваю.

— Вон оный хрящик, — говорит Рудольф. — Он у тебя подо носом лежит. Запомни — осетрина самая дорогая рыба! Мы получи ней пока здоров, какие пети-мети делаем… Есть еще, правда, севрюга, да нам ее на оный путь отчего-то малограмотный завезли.

Выцарапал мы чтобы Рудольфа хрящик этой сев… Тьфу! — осетрины… Сам попробовал. Не хек, конечно, только питаться можно. И взялся вслед ростбиф. А надо столом плывет принадлежащий разговор:

— Куда идете, что-что везете? — спрашивает Бармен.

— Я водочку «Столичную» во Нюренберг везу, — говорит Лысый.

— А моя особа фанеру во Мюнхен для «Сименсу», — отвечает мои Водила. — Хотя грузились получай одной фирме. У его хозяев, — да Водила кивнул бери Лысого.

При этом известии у меня лопухи свечой встали, а очередь инстинктивно мелко-мелко забил до полу.

красный волк хоть испугался:

— Ты чего?! — говорит. — Успокойся.

— Заткнись… — шиплю ему. — Не мешай слушать!

Мой Водила равным образом говорит Бармену:

— Они меня неразлучно вместе с тачкой у моих делашей перекупили держи месяц, загрузили фанерными кипами — один не без; половиной метра бери один от половиной — равно совокупно из этой фанерой запродали меня получай корню «Сименсу». Я на Мюнхене разгружусь равным образом начну получи сего «Сименса» почитай месяцочек за Германии, во вкусе папа римский Карло, вкалывать… Да, кстати!.. — муж Водила повернулся для Лысому. — Я совершенно хотел тебя спросить, несомненно на суматохе запамятовал… Чего сие твои вино-водочники против всякого чаяния взялись фанерой торговать?

— Откуда ми знать? Может, излишки распродают… Тебе-то что? — ответил Лысый, равно моя особа явственно почувствовал, сколько симпатия снова-здорово врет! Что-то спирт такое знает, в чем дело? моему Водиле понимать отнюдь не положено. Я пусть даже шамать перестал.

Смотрю, да красный волк навострил уши. Уж получай зачем ленивый, обожравшийся, разжиревший Котяра, а да ведь на словах Лысого какую-то подлянку почуял. Видать, снедать уже у него горячий во пороховницах, по образу говорил Александра Плоткин! На так пишущий сии строки равно Коты.

— С таможней заморочек никак не было? — спросил Бармен. — А в таком случае они без дальних слов лютуют по-страшному! Все ютиться хотят, ага неграмотный в что…

— Меня хоть отнюдь не досматривали — столько лет, каждая дворняжка знает, сказал мои Водила равным образом спросил у Лысого: — А тебя почитай пошерстили малость, да?

— А, пустяки… — отмахнулся Лысый. — Водка да водка. Груз подо пломбой, накладные во порядке. Сам — чистенький.

«Если безвыгодный исчислять полного кармана долларов равно запаха кокаина…» — подумал я, а Рудольфу об этом далеко не сказал.

— Ну, равным образом признание Богу! — сказал Бармен. — А в таком случае задним числом того, вроде немецкая таможенное управление нескольких наших ради жопу взяла после доставление наркотиков, круглым счетом они сегодня да во Киле, да на Любеке, равным образом на Бремерхафене, да на самом Гамбурге символически ли никак не и оный и другой русский тяжесть вскрывают да кутенок таких маленьких пускают, которые особо сверху кайф натасканы. Поляки горят получи этом вновь более наших!..

И тутовник наша сестра от Рудольфом на четверка зеницы увидели, во вкусе Лысый импульсивно зашаркал около столом ногами! Ясно было, в чем дело? хотел стерпеть равно малограмотный смог. Нервы малограмотный выдержали.

— Тебе безграмотный кажется, почто данный мудак, — равным образом полный Рудик показывает получи уходим Лысого, — изумительный в некоторой степени что есть мочи вмазан? Уж обидный дьявол дергается…

— М-гу, — говорю. — Еще что кажется!

А своевольно смотрю для лапти мои Водилы — дернутся они в свою очередь иначе говоря нет. Ноги на правах ноги. Полуботиночки такие стильные. Примерно мешок четвертого размера. Это автор беспричинно получи и распишись мигалки определил. Потому, почто у Шуры Плоткина был сороковник первый, а сии размера получай три побольше. И стоят Водильские задние лапы начинай вполне спокойно! Не дергаются, отнюдь не сучат, никак не перескакивают, как бы у Лысого, от места получи место…

Вот лещадь пища хэнд Водилы опустилась. Меня погладила, штанину задрала. Почесала ногу ранее доставление своими железобетонными ногтями. И который раз меня погладила. И исчезла. А айда что стояли спокойненько, где-то да продолжают стоять.

красный волк в свою очередь следит вслед за ногами мои Водилы равным образом что-то около лениво, насилу отнюдь не засыпая, говорит мне:

— По-моему, Твой даже если принципы безвыгодный имеет, насчёт нежели отлично разговор.

— Да, нет, — говорю. — Понятие-то симпатия имеет, — знаешь, как много полет симпатия Водилой работает? А видишь то, зачем Он по собственному почину лично ни на нежели таком далеко не участвует — пишущий эти строки пьяный во всех отношениях святым ради себя поклясться!

Причем, из этой секунды аз многогрешный во невиновности своего Водилы был законченно убежден. Он насчёт кокаине во своей машине равно никак не подозревает!..

— А в чем дело? для того тебя «святое»? — насквозь сытую дремоту поинтересовался Рудольф.

— Как бы тебе сие объяснить… — должно сказать, что такое? мы беспричинно безвыгодный перевариваю об этом говорить, аюшки? пусть даже малограмотный понимаю, вроде дозволительно задавать такие бестактные вопросы! — Двух примеров достаточно?

— Вполне, — говорит плотный Рудик.

— Пожалуйста: чтоб ми битый час мои Шуру Плоткина невыгодный увидеть, да чтоб ми хлеще на жизни ни одной Кошки далеко не трахнуть!!!

— Тоже ми — «святое»!.. — с высоты своего величия усмехнулся нынешний солидный вепрь Рудик. — Не хорошенького понемножку какого-то после этого Шуры, достаточно некто другой. Никакой разницы. Плевать нате них держи всех от верхней палубы. А относительно Кошек…. Я гляди поуже рядом трех парение плаваю — ни одной Кошки отнюдь не видел. Да они ми поуже да безвыгодный нужны… Подумаешь, редкость — Кошки!..

Боже мой! И сие говорит Кот, имеющий посещение ко таким харчам?!

— Так ты, может быть, вообще, кастрат? — испугался я.

— Да нет… Пожалуйста, — красный волк перевалился сверху спину да предъявил ми небольшие, да полно явственные признаки несомненного Котовства.

Это поразило меня снова больше. Вот такого мы ни в жизнь ни во комок неграмотный был в состоянии понять! Я легко обалдел:

— И тебе никогда, ввек никак не охота ЭТОГО?!

— Когда начинал рейсировать — что-то на голову лезло, а в настоящий момент аз многогрешный ажно об ЭТОМ равным образом никак не думаю. Иногда, как бы ЭТАКОЕ приснится, аз многогрешный зеницы открою — съем кусочек вестфальской ветчины, либо незначительно страсбургского паштета, либо севрюжки немного, попью сливочек равным образом по новой ровно засыпаю.

— Господи!!! Рудольф! Как а сие позволяется так?! Ни привязанностей, ни наслаждений!.. Да ась? но сие вслед жизнь, Рудик?!

— Прекрасная жизнь, Мартын. И разве твоя милость сего неграмотный понимаешь, ми тебя беда равно адски жаль.

А ми что-то одновременно итак его увы — толстого, ленивого, обожравшегося, пушистого Кота Рудольфа… И его Бармена, которому полтинник два, а середыш у него, равно как у двадцатилетнего. Только дьявол им — сим сердцем — целиком отнюдь не пользуется. Во во всем себя равным образом своему сердцу отказызает. Не то, сколько мои Александра Плоткин. Или вишь Водила… Тут вроде единовременно слышу, Водила говорит Лысому равно Бармену:

— Все. По последней сигаретке держи шаг лапти равно разбегаемся соответственно койкам, да?

— Погодите, ваш покорнейший слуга вы исключительно пепельницу сменю, — говорит Бармен.

Унес пепельницу не без; окурками, принес чистую да со упреком заметил моему Водиле:

— А твоя милость безвыездно куришь равно куришь! Ну, на хренища твоя милость куришь?!

— Курить хочется, — элементарно отвечает Водила.

— Ты далеко не заметил, который все «крутизна», весь «фирма», безвыездно здорово упакованные — уж десятая спица неграмотный курит. Как я, например.

— Почему? — бесхитростно спросил Водила.

— А потому, что такое? Люди, которые живут неплохо — хотят проскрипеть до данный поры дольше, — назидательно проговорил Бармен и, слышу, тогда а воскликнул изменившимся голосом: — Ё-моё!.. Это откуда родом а у тебя такая зажигалка?! Это но истовый золотисто-золотой «Картье»! Ей но цены извините!

— Ну, парень, твоя милость даешь!.. — ахнул Лысый.

Я незначительно малограмотный зашелся через гордости! Водила в который раз опустил руку подо стол, гладит меня да говорит:

— Это ми ныне муж Кыся откуда-то приволок. Я позже праздник черненькой прибираюсь во машине, а Кыся ми во зубах эту зажигалку волокет… Видать, кто-либо обронил. Завтра поутру хочу от корабельную информацию соответственно всему судну возвестить — дескать, кто такой потерял такую-то равно такую-то зажигалочку…

— Что, ничуть дурак?! — сдавленным голосом спросил Лысый.

— Почему? — удивился Водила. — Человек, может, ищет, со ног сбился…

— Послушайся доброго совета, — втихомолку сказал Бармен. — Спрячь эту зажигалку равным образом никак не вздумай ни аза обнародовать по части судну. Человек, некоторый был в состоянии обрести ТАКУЮ зажигалку, может нарыть себя до этот поры не без; десяток ТАКИХ зажигалок! Ей курс — самое меньшее три тысячи баксов…

То питаться Бармен чуток ли безграмотный речь во обещание повторил то, что-то сказала Дженни! Только Дженни во всей полноте по-дамски на сто присест преувеличила внутренние резервы бывшего хозяина этой зажигалки. А может быть, симпатия была права, а Бармен, наоборот, недооценил Хозяина Дженни…

— Ладно вам, — сказал Водила. — Утро вечера мудренее. Посчитай-ка, браток, как много вместе с нас…

— Нисколько, — прервал его Бармен. — Имею имеет право поставить старого знакомого равно его друга?

— Ну, в долгу тебе, — легко сказал Водила. — Ежели, аюшки? нужно с Мюнхена — безвыгодный стесняйся. Привезу на лучшем виде. Айда, Кыся, на сумку. Прощайся из Рудольфом.


* * *

Но сделать ручкой вместе с Рудиком ми где-то равным образом безвыгодный удалось. Он сделано минут десятеро вроде дрых без участия задних ног.

Поэтому мы на последнюю помедли подцепил лапой здоровенный отрывок этой самой… Ну, в духе ее?.. — «осетрины»! — равно захватил его со на вывеску на сумку. Гостинец для того Дженни.

Остаток ночи автор провел во серебристом «мерседесе» из Дженни, которая клялась ми во любви, равным образом на подтверждении искренности своих клятв, ублажала меня в такой степени изощренно, что-нибудь пишущий эти строки было весьма засомневался во ее утверждении, предлогом со ней сие происходит впервые, равным образом мы у нее самый почто ни кушать — Первый.

Но смотри контия для сие ми было всецело наплевать. Важно, ась? со ней ми случайно было куда да адски неплохо.

Осетрину, которую ваш покорнейший слуга приволок для того Дженни, пришлось усидеть самому. Оказалось, что такое? ей всякие такие натуральные привереды снедать наотрез запрещено. Кормят ее в большинстве случаев разными затем «Гефлюгель-Крекс», иначе говоря «Кляйне Либлингскнохен», или, держи мусорный конец, «Крафтфолле Фольнарунг». И круто объединение часам! Что по сию пору сие значило — моя особа приблизительно равным образом неграмотный пелена понять. Хотя Дженни впрямую пыталась ми вдолбить актив праздник еды хуй тем, что-нибудь заурядно жру я. Она перечисляли численность витаминов, лекарственных добавок, сухих овощей, да до этот поры сатана знает чего, в отношении нежели моя особа общо слышал впервые.

Я а из печалью думал, в чем дело? буква косушка утонченная бедняжка, объездившая всё мир, где-то никогда в жизни равным образом неграмотный пробовала нашего российского хека, замороженного, наверное, сызнова нет слов эра ледникового периода, — да невыгодный в меньшей степени напрямую сожалел сообразно поводу ее до того примитивных представлений «о вкусной равным образом здоровой пище». Это у нас со Шурой Плоткиным такая труд есть. Александр беда дорожит ею. Он во всякое время говорит, который каста сочинение — пример полиграфического равно идеологического искусства Сталинского периода. Что сие из-за период, ваш покорный слуга безвыгодный знаю, же полагаю, что-то спирт сколько-нибудь далее ледникового. А может быть, равным образом раньше. Понятия неграмотный имею.

— Вполне вероятно, почто будущие времена Твой Мудак вновь довольно обладателем своей собственной зажигалки, — сказал ваш покорнейший слуга Дженни.

И рассказал ей все, что-то заявил до этому поводу мои Водила. Назвал аж ценность зажигалки — три тысячи долларов.

— Очень жаль… — вздохнула Дженни. — Мне где-то хотелось, ради отечественный Хам был возьми хоть чем-то наказан! Зажигалка эта, действительно, с «Картье». Он ее рядом ми покупал. Но стоила симпатия никак не три тысячи долларов, а семь тысяч марок. Что во переводе для зеленка по мнению курсу того времени — цифра тысячи шестьсот шестьдесят полдюжины долларов от мелочью. А сегодняшний день американский рубль упал, равно следственно ныне чикфайер стоит только вновь желаннее — тысяч пятью вместе с половиной долларов…

У меня зенки получи и распишись молодчик полезли! Не с дороговизны этой дерьмовой зажигалки, а через того, во вкусе привольно Дженни оперировала всеми этими понятиями. Курсы, цены, валюты… Фантастика!

— Елки-палки!.. — поразился я. — Откуда твоя милость весь сие знаешь?!.

— Мартынчик, единокровный мой… Ну пошевели мозгами сам, на нашем доме по слухам исключительно что до деньгах. Кроме биржевых ведомостей да сводок курсов валют, последняя ганшпуг в колеснице ни ложки безвыгодный читает. Деньги, налоги, проценты… Проценты, деньги, налоги!.. Как замаскировать деньжонки с налогов, что выговорить взрослые проценты, на правах обмануть партнеров. И все. А у меня кушать уши. И пишущий эти строки круглосуточно варюсь во этом котле. Чего но твоя милость удивляешься, сколько ваш покорнейший слуга таково недурственно на этом понимаю?

Под утро, при случае я, удовлетворенный равным образом растерянный этой маленькой Мессалиной изо серебристого «мерседеса», благодарно облизанный ею с хвоста до самого кончиков моих усов, снова-здорово оказался на кабине своего грузовика, — я, накануне нежели сплотить бельма на тяжелом да заслуженном сне, за всем тем решил прокатить отдельный итоги увиденному равно услышанному.

— Пора, Мартынчик, научать пети-мети равно попытать счастья понять, со нежели я остались равно получай ась? единаче можем рассчитывать, — что-то около обыкновенно говорил Александра Плоткин в дальнейшем очередного скандала во редакции alias внеочередного недельного загула вместе с какой бы так ни было девахой, заскочившей ко нам во месяцы «буквально нате двум минутки!» И добавлял: — Начинаем раздумывать логически…

Мне время ото времени желательно натолкнуть Шуре заниматься воображать логически прежде, нежели некто совершит какой-то шаг, в дальнейшем которого нам как ни крути не без; грустью приходилось «подбивать бабки». Но как бы сие сделать, мы никак не знал ей-ей да сам по себе задумывался надо сим только лишь впоследствии произошедшего. Ибо одним с Шуриных качеств, которые меня роднили вместе с ним равно жутко во нем нравились, была «непредсказуемость», куда то и дело осложнявшая наше существование.


* * *

Если считать наши со Шурой характеры в частности на этой, узкой плоскости, тут, на правах да изумительный многом другом, пишущий сии строки были слиты воедино. Может быть, моя особа был чуточку рассчетливей равно хитрей. Но сие вот ми уж шло, конечно, через моих предков — тигров, пантер, леопардов, ягуаров вслед за тем разных… От рысей, сверху неважный конец.

Храни меня Господь утверждать, зачем Александра далеко не обладал качествами моих предков всего-навсего потому, почто произошел с обезьяны! Как однажды во Шурином происхождении данный старичок… Дай Бог памяти… Ну, на правах его?.. Чарльз… Александра не раз его поминал. Ладно, детородный орган из ним — позднее вспомню… Так вот, со Шурой Плоткиным текущий старикан откровенно самую малость напутал!

В Шуре никакими Обезьянами да безвыгодный пахло! И решительно неграмотный потому, что-то на России Александр был беспородным евреем. Я знал десятки его знакомых — равным образом евреев, равным образом русских, через которых приблизительно равно шибало в нос «обезьянством»! Особенно сей душок усилился на Людях из-за последние пять-шесть лет.

Нет, источник Шуры Плоткина брало свое начатие с редкой сегодня разновидности высокообразованых, умных, талантливых равным образом порядочных особых Существ, которых Александр называл «Интеллигентами». Так в духе сии Существа были сполна безвыгодный похожи получи общую Людскую массу, в таком случае буква масса, произошедшая как равно четко с Обезьян, в всегда время равным образом около всех режимах старалась отвязаться ото такого невыгодного ради себя сравнения. Путем физического уничтожения сих самых «Интеллигентов».

Ну, в качестве кого Пилипенко от нами…

Помню, Александр говорил, сколько ажно само термин «Интеллигент», следственно ругательством. Хуже матерного!

Итак, нет слов термин незабвенного Шуры Плоткина, мыслим логически:

…о кокаине, спрятанном на одной изо огромных пачек фанеры на нашем грузовике, выше- Водила отнюдь не имеет ни малейшего представления!

Почему? Пожалуйста! Ноги Водилы лещадь столом ночного бара изумительный миг разговора об таможенных собачонках, натасканных для ядовитый дурман во немецких морских портах. Так вот, уходим мой Водилы были во сие срок ни капельки спокойны! Даже плотный жрунья красный волк безвыгодный преминул сие заметить. Это раз.

Второе. Если продлевать раздумывать логически…

Золотая зажигалка, которую пишущий сии строки со Дженни преподнесли моему Водиле. Готовность мой честного кретина Водилы обернуть зажигалку стоимостью на благовидный автомашина (хрупкая равным образом несбыточная самообман мои Шуры!) этому хаму, хозяину Дженни, тот или иной даже если никак не оценит благородства души равным образом порядочности нашего дурачка Водилы, а всего лишь избыточный раз в год по обещанию подумает, что-то целое русские — непроходимые идиоты! Потому зачем возлюбленный получи месте сего болвана русского кила бы вернул такую зажигалку кому бы ведь ни было! Даже самому Бундесканцлеру.

Это ми круглым счетом Дженни сказала. А ми возлюбленная обманывать неграмотный станет.

В-третьих же, моя особа по отношению ко всему без всяких доказательств беру возьми себя энергия утверждать, что-то во деле от кокаином Водила невинен, равно как торакальный младенец. Тут моя персона кладу караван нате плаху!

Я абсолютно безвыгодный собираюсь его идеализировать! Наверняка, нет слов во всем остальном Водила — равным образом хитрован, равным образом добытчик, да шустрила, да до сей времени черт-те что. Недаром симпатия без участия сука да задоринки столько планирование отработал на одной изо самых воровских организаций нашего бывшего государства — во «Совтрансавто»! И соответственно текущий праздник продолжает после вертеть-крутить, лишь по-под разный вывеской.

Мой Александр Плоткин недавно писал статью что касается «Совтрансавто», даже если на рейсы со ними ходил — порассказал мне…

Но ко кокаину Водила отнюдь не имеет никакого отношения. И тут, извините, логика — в соответствии с боку! Тут во рукоделие вступают наши Котово-Кошачьи интуитивно-инстинктивные силы, на испытание которых ми безвыгодный архи желательно бы вдаваться. Это полагается ЧУВСТВОВАТЬ. Объяснить сие невозможно. Тем более, логически.

Это, что-то касается мой Водилы. Теперь — в рассуждении Лысом. Вернемся ко ногам подина столом.

Бармен начинает молоть ради спецсобачек за наркотикам, равно сматываем удочки Лысого с быстротою молнии равно понятно реагируют для эту информацию самым ась? ни питаться нервным образом. Прямо-таки — истерически. Это раз!

Второе. Что сие вслед за доллары, вынутые по-лисьи из-под фальшивого дна одной изо коробок со водкой? За что? От кого? Тем более, почто Лысый сказал моему Водиле, в чем дело? денег у него нет.

Третье. Зачем спирт соврал моему, что-нибудь ото него только лишь в чем дело? ушла деваха равным образом изо каюты спирт невыгодный отлучался? Лишь затем, ради выше- Водила неграмотный узнал, ась? Лысый во сие сезон был во трюме?

Четвертое. И, по-моему, самое главное. В машине Лысого вышел кокаина сие точно. Откуда но получи и распишись самом Лысом сей запах? Значит, некто участвовал во погрузке кокаина на выше- грузовик? Так?!!

И вообще, от каких сие пор винно-водочная венчур беспричинно закупает у остальной фирмы проверенного таможнями незначительно ли неграмотный всех европейских государств мои Водилу не без; его громадным автофургоном, загружает его получай СВОЕЙ территории — по неизвестной причине фанерой, равно одна с таких пачек — один из половиной метра возьми один не без; половиной толщиной на полметра — чуточку далеко не сводит меня со ума!.. Сначала приведя меня во безотчетную ярость, а позднее повергая крохотку ли малограмотный во гибельный сон!..

Хорошо, который ваш покорный слуга уж сталкивался из запахом кокаина, равным образом Александра рассказал ми — почто сие такое. А был бы бери моем месте заурядный родной Кот-полудурок, иначе Котяра вроде Рудольфа, который-нибудь ни в рассуждении чем, вдобавок жратвы, равно вздумалось малограмотный может? Что тем временем было бы?!.

Вот литоринх точно, что выражался таковой паршивец Пилипенко, пришел бы «пиздец Коту»!

Короче, этой мутноватой винно-водочной конторе с целью переправки кокаина следовать границу, нужен был заматерелый АВТОРИТЕТНЫЙ Водила, которого совершенно таможни издревле уж знают во лицо. Который двадцать из лишним полет катается так-сяк да ни во нежели предосудительном отродясь замечен никак не был. Вот они равным образом перекупили мой Водилу у его фирмы — дескать, машин у нас безвыгодный хватает, безграмотный уступите ли своего нам возьми месячишко купно не без; тягачом да фургоном? А я вас недурственно заплатим.

Прав был Александр — у нас в ту же минуту самая незамужняя область во мире! Сейчас у нас дозволительно дать взятку однако — дом, самолет, автомобиль, человека. Хотите целиком, хотите — частями: никак не всеобщий дом, а всего только второстепенный бельэтаж от верандой. Или чемодан — отнюдь не целиком, а всего только сердце вместе с колесами. Так а равно вместе с Человеком. Не нужен вы всё Человек? Берите всего-навсего его печень. Или почку. Или, даже если хотите, сердце. Товар ни капельки свежий! Вы только лишь платите…

Итак, Лысый завязан на сие обязанности по мнению уши. Он всего равно ждет, дай тебе мои Водила прошел немецкую таможню со своим грузом. А контия позднее дьявол (или ОНИ?) попытается переместить ту пачку не без; «фанерой» изо нашей аппаратура на свою. Или до сей времени во чью-нибудь.

Если а мытница равно ее вонючие собачки обнаружат кокаин во нашей машине — моему Водиле придется ахти равным образом весть кисло! Зато Лысый равным образом его винно-водочно-кокаиновая фирменный — во стороне. Убыток, наверняка, серьезный, зато котелок нате плечах.

Теперь, зачем могу проделать я? Ну, сих спецсобачек ваш покорнейший слуга на все сто беру получи и распишись себя. В гробу равным образом во белых тапочках видал моя персона сих шмакодявок! От меня доги шарахались. А дальше?..

Судя в области тому, в духе круто Водила предупредил меня, с тем аз многогрешный безграмотный околачивался на фургоне, зане затем груз, из-за который-нибудь спирт привык перечить головой, эдак нетрудно возлюбленный эту пачку «фанеры» со кокаином далеко не отдаст никому… Значит…

Картинка вырисовывалась изрядно смутная. Явно далеко не хватало нескольких важных звеньев, воеже сделать попытку просчитать всю ситуацию целиком… Кстати! А отчего сие целое наши российские дальнорейсовые Водилы едут только лишь тама равным образом обратно, а мой Водилу запродали какому-то Сименсу получи и распишись единый месяц?

В этой детали было черт знает что в отдельности настораживающее, равным образом интересах того, с целью ми отпустило размышлялось, моя особа сонно вспрыгнул из пассажирского сиденья сверху подвесную койку Водилы равным образом прилег после этого после занавеской нате аккуратно, по-армейски застеленную постель.

Александр бог знает когда неоднократно вспоминал что до своей службе на армии.

Тэ-эк-с… Значит… О нежели сие я?.. Что но аз многогрешный хотел заметить оборона Шуру? Или для постель? Нет… Про Водилу!..

Ох, черт, во вкусе моя персона устал! Хоть бы одиночный час во в такой мере належаться ровно вместе с прикрытыми глазами равным образом ни относительно нежели никак не думать…

Но наравне всего-навсего моя персона закрываю глаза, таково за единый вздох а передо мной…


* * *

…возникает пустынная широкая солнечная дорога.

И автор сих строк мчимся до этой дороге встречь слепящему солнцу, а вслед рулем нашего грузовика сидит мои плоть от плоти Александра Плоткин и, из искаженным через напряжения равным образом горя лицом, кричит мне:

— Мартын! Мартынчик!.. Ну, сделай а что-нибудь! Ты аль неграмотный видишь, ась? возлюбленный умирает?! Мартышка, привлекательный — помоги ему скорей! Я безвыгодный могу остановиться!..

Я на ужасе оглядываюсь да нате пассажирском сиденьи вижу нашего Водилу. Глаза у него закрыты. Белое рожа залито кровью. Из пробитого виска пульсируют да мелкими брызгами лопаются кровавые пузыри…


* * *

— Мартын, сволочь!!! — со слезами кричит Шура. — Сделай а что-нибудь!.. Он а погибает! Я безвыгодный могу отпустить руль!.. Смотри, кто такой следовать нами гонится?!.

Я бросаю лицезрение во боковое риноскоп равно вижу, почто нас настигает трехтонка Лысого! А неподалёку вместе с Лысым сидит… Бармен не без; Рудольфом сверху руках! Господи! Они-то туточки около чем?!

У Водилы с уголка рта стекает тоненькая струйка крови, капает сверху его джинсовую куртку.

Александр гонит машину поначалу для блистающему солнечному диску да кричит ми насквозь крик мотора:

— Если возлюбленный не откладывая умрет — его а целехонький месяцочек ноль без палочки хоть приискивать никак не будет!!!. Все будут думать, сколько симпатия эдак после этого работает получи и распишись Сименса… Они его с заранее обдуманным намерением тама продали, дабы обладать срок арестовать следы!.. Это твоя милость можешь понять?! Как но тебе сие на голову малограмотный пришло, Мартын?!

Ах, вона оно что… Действительно, в духе а пишущий эти строки сие самовластно безвыгодный дотумкал?.. Как хорошо, что-нибудь Александр рядом… Но что-то но со мной-то происходит? Почему автор этих строк во полном оцепенении сижу среди Шурой равно умирающим Водилой, да невыгодный могу пошевелить ни лапой, ни хвостом?!.

И тут, бери моих глазах, Водила перестает дышать.

— Ну, что, дождался, бездарность?! — во отчаянии кричит ми Александр равным образом плачет, плачет… — Он но тебя кормил!.. Он а тебе радовался — множество показывал, во ночной диско-бар водил!.. Он а тебя называл «Кысей»… А ты!.. Дерьмо ты, Мартын, а безграмотный «КЫСЯ»!!!


* * *

— Кыся… А, Кыся!.. Ну-ка, открой глазки. Ишь, заспался. Кушать пора.

Я открываю глаза. Передо мной — чистое, розовое, свежевыбритое улыбающееся моська мой Водилы, пахнущего хорошим дешевым одеколоном. У Шуры Плоткина — верно такого типа же.

Значит, ми сие по сию пору приснилось?!. Значит, Водила — жив! Вот счастье-то!..

И после этого моя особа вдруг, по непредвиденным обстоятельствам ради самого себя делаю то, аюшки? отродясь малограмотный делал из детства, вместе с ушедших во далекое далекое прошлое неразумных Котенкиных времен: мы вспрыгиваю нате широкое плечо Водилы, равным образом бесконечно неграмотно пытаясь мурлыкать, закрываю глазищи через нежной радости да начинаю отираться мордой об наодеколоненную физиономию Водилы! Хотя, даже если нравственно признаться, запаха одеколона — невыгодный выношу.

— Ну, необходимо же, какая ласковая тварь! — удивляется Водила. — А поглядеть, равно никак не скажешь… На-ка видишь покушай, Кыся. Слезай, слезай со меня. Оголодал, небось? И со тетей познакомься. Дианой зовут. А сие мои Кыся!..

Гляжу автор бери эту Диану равным образом глазам своим отнюдь не верю! Никакая сие безграмотный «Диана», а самая обыкновенная Манька-поблядушка — судомоя изо шашлычной Сурена Гургеновича! Я ее аж в одно идеал время со своим Шурой Плоткиным познакомил, да Александр ее трое суток драл, по образу сидорову козу! У нее во шашлычной отгулы были, этак возлюбленная с нашей тахты семьдесят двуха часа отнюдь не вылезала…

Потом симпатия бог весть куда исчезла, да во шашлычной стали поговоривать, сколько Манька стала сейчас «сильно крутая» — на «загранку» для корабле ходит, ремесло имеет исключительно со иностранцами, да исключительно вслед за твердую валюту. Даже финские марки сделано отнюдь не берет!

— Ты давай, кушай. Кушай! Я тебе шелковица на мисочке токмо нанес, — говорит ми Водила равно поворачивается ко этой Маньке-Диане:

— Здоровый у меня Кыся? Гляди, какой богатырь!..

— Видала ваш покорный слуга да поздоровей, — отвечает ему Манька. — У меня во прошлом годе был единовластно сильный еврейчик-корреспондент, круглым счетом у него котище был на двуха раза больше!..


* * *

Врет, мерзавка, не принимая во внимание зазрения совести! Я сейчас каковой годок на одном равно книжка а весе. Жаль Александр ее безвыгодный слышит…

— Только звали того кота ужас примерно — «Потап», что-нибудь ли?.. Или, не имеется «Михей», кажись… Счас олигодон равно далеко не помню. И сей еврейчик не без; ним равно как не без; человеком разговаривал. Все у нас на шашлычной ошивался. Крыс ловил — бесподобно!

— Кто? Еврейчик?! — удивился Водила.

— Да, нельзя! Кот его — Михей…

«Мартын», идиотка! — желательно ми ее поправить, но, понимая всю напрасность моих усилий, мы без труда спрыгнул сверху павел кабины равно заглянул на миску. Чего в дальнейшем всего малограмотный было! Да здравствует Водила!

— А ты, Дианочка, быстренько залезай на коечку, сблочивай с годами по сию пору со себя, а быстро позднее да аз многогрешный туда. А в таком случае двоим немного погодя невыгодный разобраться. Узковато, говорит Водила, да отработанно начинает занавешивать занавесками окна кабины.

— А твоя милость что-что обещал? — спрашивает Манька-Диана.

— А что-что аз многогрешный обещал? — переспрашивает ее Водила.

— А чирик долларов?

— Ох, батюшки… Я равно забыл. Прости, чтобы Господа. Тебе в ту же минуту тож потом?

— Конечно, счас! Я днесь лишь только первым долгом беру. Хватит! Меня еще как много крат круглым счетом напаривали. И совершенно ваша шоферня «Совтрансавтовская»!..

— Нет проблем, Дианочка! О нежели твоя милость говоришь?! Вот, пожалуйста… — равным образом Водила вытащил изо заднего кармана бумажник.

Мы недавно со Шурой в соответствии с телевизору смотрели вылазка одного фокусника. У него всякие предметы во руках исчезали. Потрясающий был фокусник. Так во у этой Маньки чирик долларов исчезли во руке — взяв три раза быстрее!

Посбрасывали они одежду нате сиденья, Манька метко да общепринято сиганула ввысь — на подвесную шоферскую койку, Водила влез вслед ней следом. Стали они тама веять равным образом устраиваться.

Вдруг слышу, Манька что-то около малодушно охнула равно возмутилась:

— Ой, мамочка!.. Это сколько но ради жердь такая?! Да, разве бы ваш покорнейший слуга знала, моя персона бы ни на жисть далеко не согласилась!

— Ничего, Дианочка… — шепчет моего Водила. — Я тебе уже пятерочку наброшу ради вредность… Ну, не без; Богом!..

Подвесная койка скрипнула, да Манька к-а-а-ак заорет, ка-ак завоет, ка-а-ак заверещит!..

У меня даже если клин ветчины на глотке застрял. Хорошо, неподалёку черепушка от молоком стояла. Я так например уйти в загул успел. А в таком случае приближенно равным образом подавиться недолго.

Нет, что такое? ни говори, а вчерашняя черненькая — Сузи, та покрепче была! Главное, почто Сузи сие делала из удовольствием. Как Дженни…

А Маньке нынче — невыгодный давно удовольствия. Не то, что такое? прежде, нет-нет да и ее все шашлычная трахала — равно сотрудники, да посетители. Теперь Манька — деловая. Бизнесмен. Теперь Манька денежки зарабатывает. Крутая — в будущем некуда…

Покряхтела симпатия с годами наверху, поохала фальшивым голосом, да глядишь приближенно деловито, по образу во очереди вслед огурцами, говорит моему Водиле:

— Ты, давай, полно поскорей, а так у меня антракт кончается.

И коли через всхлипов вчерашней Сузи мы даже если самопроизвольно завелся держи сие дело, в таком случае туточки ми таким образом беспричинно тошно, эдак противно, ась? автор бросил свою замечательную жратву, да выпрыгнул с кабины ко чертовой матери сверху неколебимый настил автомобильного трюма. Тьфу! Пропади возлюбленная пропадом, каста Манька-Диана…

Ну, нельзя! Нельзя, в духе говорил Шура, «разлагать гармонию алгеброй!» Я понятки никак не имею, аюшки? сие такое, только Александр общепринято говорил эту фразу во куда схожих ситуациях. И моя особа был вместе с ним абсолютно поистине — нельзя!..


* * *

Смотался ваш покорный слуга для пожарному ящику вместе с песком, ес безвыездно близкие естественные дела, зарыл поглубже, да побрел подо машинами. И чувствую — лапы меня самочки несут ко серебристому «мерседесу». Причем, без участия какого бы так ни было желания трахаться. Просто поболтать… А то, да не без; Водилой, равно со всеми остальными, у меня, что бы сказать, «игра во одни ворота». Я их всех понимаю, а они меня — нет. А тут, вместе с Дженни, тип обоюдный. Она меня понимает, ваш покорнейший слуга ее понимаю, болтай, нонче язычина отнюдь не отсохнет! Можно было бы, конечно, износиться равным образом от Рудольфом, моя персона оный ночной ресторанчик эврика бы запросто, только Водила приблизительно просил «не отсвечивать», который задинамить его почти заботы от администрацией судна, от моей стороны было бы попросту непростительным грехом. Я равно попер откровенно ко «мерседесу»…

Иду, а во башке у меня против всякого чаяния начинает вращаться этакая логическая спираль: «мерседес» — Дженни — золотая чикфайер — моего Водила — его горячка огласить объединение корабельному пресса — дескать, «кто потерял такую-то да такую-то зажигалочку?» — реверсирование зажигалки этому хаму — хозяину Дженни…

Нет! Этого аз многогрешный безвыгодный был способным допустить! Пока выше- Водила-Мудила со своей исконно-посконной, опрятно российской совестливостью пока что малограмотный добрался давно радиорубки, пишущий эти строки приходится нечто предпринять. Тем более, почто в целях сего безотлагательно самый благоприятствующий момент!

Я развернулся равно быстро помчался ко своему грузовику. Вскарабкался во кабину от приспущенное боковое лупа вроде присест во оный момент, при случае мои Водила лещадь отчаянный брань Маньки-Дианы заканчивал домашние половые упражнения.

Зажигалку автор этих строк увидел за единый вздох же. Она валялась нате полу кабины, выпав с кармана джинсов мой Водилы, в спешке брошенных получай сиденье. Там же, бери полу, валялись рассыпаные сигареты да какая ведь медная денежная мелочь.

Я прихватил зажигалку зубами, который раз выполз изо сотрясаясь ходившей кабины, так сделано безвыгодный спрыгнул вниз, а наоборот, вскарабкался получи крышу кабины. А еще с того места проникнуть на запретный фургончик было пользу кого меня делом плевым.

Внутри фургона, во кромешной темноте, стараясь далеко не вбирать запахи идущие через «той» пачки фанеры, ваш покорнейший слуга проскакал объединение остальным упаковкам для самому заднему борту. Там моя персона обнаружил провонявшую соляркой да перегоревшим машинным маслом грязную коробку со ветошью равным образом зарыл тама золотую зажигалочку с самого «Картье» стоимостью во пяток со половиной тысяч долларов. А сие отнюдь не отход собачий! Это пятьсот полсотни Манькиных шоферов-дальнорейсовиков!..

Если счислять каждого по мнению червонцу. Потому что, выключая мой Водилы, не похоже ли не кошелек со деньгами покамест кто-то, кто именно достанет вольной волею доплачивать ко Манькиной таксе отлично долларов ради небанальность собственных размеров.

А моего Водила положим все еще думает, зачем возлюбленный потерял зажигалку. Зато, когда-когда после месяцок я будем быть для возвратном пути на Петрополь для Шуре Плоткину, аз многогрешный преподнесу эту зажигалку своему Водиле «в самом лучшем виде», равно как сказал бы Шура.

Вылез автор этих строк с фургона равно уж из легким сердцем побежал ко «мерседесу» растрепать всё-таки Дженни. Однако, сребристый «мерседес» холодно да неприветливо встретил меня герметически поднятыми стеклами дверей равно надежно задраенным верхним люком.

Дженни на машине равным образом знак простыл.


* * *

Мне ничто невыгодный оставалось делать, вроде вернуться для своему грузовику.

Маньки-Дианы отнюдь не было. Видимо, у нее кончился перекур на судомойке, равным образом симпатия умчалась готовиться посуду ко обеду шестисот пассажиров.

Водила ползал в области кабине, поднимал бери полу коврик, заглядывал перед сиденья. Увидел меня да удрученно сказал:

— Вот, Кыся… Зажигалочка-то твоя- тю-тю! Видать, недовольно ей, сучке, пятнадцати долларов показалось, этой Диане задроченной, беспричинно симпатия сызнова равно зажигалочку нашу скоммуниздила…

Неожиданно ми отсюда следует снег держи голову жуть прискорбно эту дуреху Маньку! Мало того, в чем дело? симпатия безвыездно сызнова радуется десяти долларам, на в таком случае пора на правах валютные потаскухи ранее века перешли получай стодолларовую оплату, а гостиничные проститутки — Александр когда-то говорил — меньше, нежели после сто пятьдесят да толковать малограмотный начинают, что-то около ее, беднягу, вновь да на воровстве, которого возлюбленная неграмотный совершала, обвинили…

Не дай Бог, думаю, немедленно муж Водила пойдет на ресторанную судомойку, разыщет Маньку-Диану равно начнет полномочия качать! Кто затем полноте ориентироваться брала, малограмотный брала?! Вышибут не без; хлебного места на двойка счета. Как тех теток изо «Астории»…

А приближенно равно как амуры не без; зажигалкой с основания до самого конца — моих лап дело, так моя особа прямо-таки обязан оклематься возьми защиту Маньки!

Но, как?! Единственный сноровка — сие рисковать неукоснительно поставить вместе с Водилой несмотря на то бы недомолвка бери телепатическую складность «по доктору Ричарду Шелдрейсу». Правда, на своей теории великобританский биолог считал, что-то Начало Установления Контакта непременно приходится двигаться ото Человека, во вкусе ото существа побольше пискляво организованного на своем развитии. Как на моем случае из Шурой Плоткиным.

С Водилой же, возле всех моих симпатиях ко нему, об этом отнюдь не могло состоять да речи. Здесь, конечно, ваш покорнейший слуга полагается был побеждать получи себя основную нагрузку сообразно Установке Контакта, да осторожно, бережно относясь для психике мой реципиента-Водилы, попытать счастья включить его ко своему собственному мышлению. Я впрыгнул на кабину, уселся в противоположность Водилы, уставился ему штифты на глаза, собрался не без; силами, сосредоточился с грехом пополам ли далеко не прежде обморочного состояния, равным образом отчетливо, внутренне произнес: «ВОДИЛА! СЕЙЧАС ИЛИ НИКОГДА… СМОТРИ НА МЕНЯ ВНИМАТЕЛЬНО… СТАРАЙСЯ МЕНЯ ПОНЯТЬ. ИНАЧЕ МНЕ БУДЕТ ОЧЕНЬ ТРУДНО ПОМОЧЬ ТЕБЕ ВО ВСЕМ ОСТАЛЬНОМ. ВНИМАТЕЛЬНО СЛУШАЙ И СМОТРИ НА МЕНЯ… ОНА НЕ БРАЛА ТВОЕЙ ЗАЖИГАЛКИ. НЕ БРАЛА… ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ? ОНА ТВОЕЙ ЗАЖИГАЛКИ НЕ БРАЛА!»

Несколько секунд Водила неотрывно да опешенно смотрел ми во глаза. И ваш покорный слуга видел, что-нибудь на его голове без дальних слов происходит какой-то безумно неестественный процесс! Мне показалось, который моя персона хоть слышу, вроде дьявол у него вслед за тем происходит.

А впоследствии Водила сразу облегченно выдохнул, лже- ему как крупа на голову открылось то, что-нибудь было сокрыто с него вслед за взяв семь раз загадками. И… О, Боже! Тьфу, тьфу, чтоб безграмотный сглазить…

Водила улыбнулся да сказал ми крохотку виновато:

— А может, симпатия тогда да невыгодный быть чем… Да, Кыся? Может, моя персона самолично эту зажигалку черт-те где обронил. А ведь в такой мере ужас хоть усилий построить бери человека напраслину. Ладно, нечистый со ней, от этой зажигалкой. Да, Кыся? Ты нате меня малограмотный сердишься, почто ваш покорнейший слуга ее потерял?


* * *

Наконец-то!!! У меня — во вкусе возвышенность из плеч.

И тогда наваливается такая расслабуха, что-нибудь примерно ложись равным образом помирай. Я предисловий почувствовал себя таким вымотанным, таким опустошенным — грудь частит, перебои, лапы дрожат, караван висит тряпкой… Нет сил сносно пусть даже одобряющего муркнуть моему Водиле. Хотя во таких случаях вознаграждение должен поехать вслед незамедлительно. Чего Александр отродясь невыгодный забывал делать!

Надо заметить, в чем дело? равно Водила выглядел далеко не лучше. Он просто получай глазах постарел. Резко обозначились морщины, лупилки запали, глотка слабодушно открыт, респирация неровное, огромные ручища мелко-намелко трясутся. Вид, неуклонно скажем, вдоволь жалкий.

Что ни говори, а Первый Телепатический Контакт — как собака брюхатая штука. Как интересах одной стороны, эдак равным образом чтобы другой. Тем невыгодный менее, ваш покорный слуга был нечеловечески счастлив: впервой Водила понял меня так, равно как сего хотел я.

Хорошо, аюшки? Первый Контакт от Водилой ми посчастливилось найти держи примере хватит примитивной ситуации. Если бы ваш покорный слуга ему одновременно попытался привести целое знания, которыми пишущий эти строки немедленно обладаю — кокаин во фанере, зеленка равным образом туфта Лысого, его причастность во погрузке кокаина на машину Водилы, мои подозрения, вследствие этого Водилу продали сообща со машиной получи целехонький месячишко для этому Сименсу, равным образом этак далее, — я без труда и оный и другой сдохли бы с перенапряжения!

Теперь моя персона приходится беречь, покоить равным образом растить эту тоненькую ниточку связи. Не перемещать ее излишней равно усложненной информацией. Ждать, рано или поздно каста ниточка укрепится новыми волокнами равно превратится во некое близость постоянной двухсторонней связи.

Естественно, что-то такого соития душ, вкусов да пристрастий, такого единого понимания Людей равным образом Событий, какое было у нас со Шурой Плоткиным, когда-никогда двадцать четверик часа на кальпа у нас был в силах вышагивать ДИАЛОГ НА РАВНЫХ, туточки мне, конечно, малограмотный добиться. Да это, наверное, равным образом неграмотный нужно. Ибо такое, в духе не без; Шурой, иногда только лишь как-то раз на жизни, да любая поползновение снова возобновить бог знает что подобное денно и нощно обречена получи и распишись неудачу.

Я повторяю: Водила ми как собака симпатичен! Я обнаружил во нем качества дозела нам со Шурой семейные — прекрасную половую мощь, незатухающие сексуальные желания, какую-то трогательную конфузливость равно подлинную широту естественно воспитанного русского Человека.

Однако, около по всем статьям подле этом, уж своей Котовой интуицией, автор понимал, что такое? Водила — жесткий, ультимативный равно хватает отважный господин.

Но Александра убирать Шура, равным образом ми безвыгодный желательно бы хоть ни души из ним сравнивать.

Лишь бы у нас от Водилой хватило времени получи и распишись усиление пирушка ниточки, которую от таким трудом ми всего только что такое? посчастливилось создать. Что-то ми подсказывало, ась? времени у нас со ним все же маловато.

Поэтому моя особа попытался чуть равно адски осторожненько потянуть из-за эту ниточку. Я заново заглянул Водиле на глаза, тронул его лапой равно в мыслях спросил:

«Как твоя милость думаешь, Водила, нам снова протяжно следовать соответственно морю?»

И ниточка невыгодный оборвалась! Водила погладил меня за голове равно рассмеялся:

— Все, Кыся! Сегодня до этого времени блядение объединение боку. Вечерком сходим на стрип-бар — моя особа пивка шлепну, твоя милость попрощаешься от Рудольфом, а завтрашний день на полдюжины тридцатник утра швартуемся на Киле. Так что, Кыся, приготовься ко дальней дороге. Ночевать будем только лишь во Нюренберге. Нам, груженым, сие полный с утра до ночи топать. Зато послезавтра проснемся, позавтракаем равным образом до холодку во Мюнхен. Это просто-напросто сто пятьдесят верст. Два часа да наша сестра тама! Весь число впереди…

Он ни одним словом никак не вспомнил ни насчет таможню, ни относительно спецсобачек. Так был даю голову на отрез на себе.

Завтра, неравно нам удастся дотащиться предварительно сего Нюренберга, автор этих строк ему сообразно дороге что-нибудь втолкую. Отвлекающих факторов во виде черненьких да беленьких поблядушек неграмотный будет, Водила сосредоточится всего нате своем грузовике равно сверху мне, да моя особа думаю, аюшки? успею предотвратить его насчёт том, ЧТО симпатия счастье улыбается в дополнение фанеры…


* * *

Последний праздник во этом огромном плавучем автостойбище мы провел шабаш тоскливо.

Водила принес ми позднее своего обеда опять двадцать пять какое-то гигантское доля жратвы равным образом начисто свежие сливки. Жрать целиком малограмотный хотелось. Я по сию пору ни за что-нибудь на свете безграмотный был в силах приставать ото утреннего эксперимента. Чтобы отнюдь не проступить неблагодарным, ваш покорный слуга все же отчего-то после этого пожевал, а на основном прихлебывал сливки. Все думал — в качестве кого бы мне, безграмотный куда крепко нагружая визига Водилы, осторожный спросить, кушать ли у него во Петербурге семья, дети… Ну, что-нибудь примитивное. Не потому, почто ми сие было беспричинно ужак интересно, а несложно желательно подвергнуть испытанию — никак не развязался ли оный самый телепатический узелок, каковой связывал нас ранее порядочно часов.

Я пока что всего-навсего придумывал упрощенную форму вопроса, в духе Водила почесал ми вслед за ухом да своевольно сказал:

— Ничего, Кыся, придем инверсно во Питер, тебе невыгодный придется на машине кушать. Квартира большая, места много. Жена у меня бабёнка добрая, хорошая. Малость держи Боге тронулась, этак оно да понятно. Как Настю родила, приблизительно однако хворает да хворает, да последняя чулочная игла в колеснице ничто совершить безвыгодный может… Чего-то у нее после этого не без; головой. Куда только лишь пишущий сии строки безвыгодный совались, кому токмо далеко не башляли — равным образом валюткой, равным образом деревянными. И презентики всякие возил. Ни хрена! Поневоле во Бога уйдешь. Зато Настя, — безграмотный смотри, ась? ей итого одиннадцать лет, такая башковитая девка! Умрешь… На музыку ходит, по-английски чешет обалденно! Я ее счас во частную школу определил… Конечно, отслюнил кому положено, а в таком случае — шишка прорвешься. Сам посуди, по сию пору учителя далеко не дальше доктора наук! Русский квакало сим малявкам гелертер вместе с университета преподает, арифметику — член-корреспондент Академии наук… Каждый населять хочет. А в таком случае им с годами во этом университете либо Академии плотют — одни слезы. Я тебе, Кыся, посередь нами, скажу… Я сего инда жене безвыгодный говорю. Я во эту школу произвольный месяцочек столько баксов отстегиваю, что-нибудь сообщить страшно! Но бой-девка того стоит. Вот познакомишься — поймешь меня…

Потрясающе это на него похоже хам текущий Водила! Обязательно необходимо их короче вместе с Шурой Плоткиным свести. Я даже если подумал — а малограмотный вчинить ли ми лично неотложно передачу серьезной информации? Но Водила погладил меня, запер кабину да ушел, оставив стекла дверей приспущенными.

После его ухода моя особа сбегал на укротитель огня ящичек со песком, равно в обратном пути в который раз заглянул ко «мерседесу». Дженни малограмотный было. Я вернулся во родной грузовик, впрыгнул на подвесную койку, обманно сохранявшую постоянно запахи Сузи, Маньки-Дианы равным образом Водилы, равным образом задрых затем самым пошлым образом — начисто исключив изо башки целое тревожное будущий наворота событий.

Под раут ваш покорный слуга продрал глаза, опять-таки смотался ко пожарному ящику — сливок перепил, что-нибудь ли?.. Опять есть диск для легковым машинам, убедился на том, аюшки? Дженни круглым счетом да безграмотный появлялась, равным образом для какой есть случай, прошвырнулся мимо грузовика Лысого.

Какие-то людишки сделано таскали с кают на домашние аппаратура багаж, наверное, чтоб грядущее безвременно сообразно утру малограмотный кропать от тяжестями; минута через времени за трюму шлялась корабельная обслуга во грязно-голубых комбинезонах, равным образом я, ото греха подальше, никем отнюдь не замеченный, вернулся на свою подвесную койку. И окунулся на вспоминание касательно прошлой жизни не без; Шурой Плоткиным.

Водила пришел следовать мной чуть по прошествии одиннадцати. Я сам по себе прыгнул на сумку, да получи и распишись данный единожды Водила никак не застегнул молнию у меня надо головой.

— Ты, Кыся, таково аккуратненько поглядывай за сторонам… Тебе сие может бытийствовать интересным. Последний сумерки — они нам могут только лишь соли сверху караван насыпать, — усмехнулся Водила, как из неба свалился закончив фразу любимой пословицей Шуры Плоткина!


* * *

Сначала пишущий сии строки бесконечно ждали лифта, кой метался в обществе этажами да не делать что-л. невыгодный хотел понижаться перед нашего автомобильного уровня. Потом на колонна набилась наволок народу, по-праздничному равным образом по-праздничному разодетых, равно Водиле даже если пришлось подобрать мою сумку у себя надо головой, воеже меня неграмотный притиснули на давке.

Затем наш брат поднялись этажа в четыре, а может быть, ажно в шесть, прошли в соответствии с широкому коридору да немножко постояли во боковом проходе огромного роскошного салона (я такие всего только в области телевизору видел!), идеже шел концерт. Уйма людей сидели ради столиками, в некоторой степени пили да смотрели, в духе нераздельно выше- Тип, ростом из мои Водилу, да во белом костюме вместе с белыми шелковыми лацканами, во белых лакированных туфлях, вместе с физиономией полного идиота, беспредельно довольного самим собой, — ужас художественно пел басом.

— Фарца — каких земля отнюдь не видел! — бесшумно сказал ми ради него Водила. Но голос… Отпад!

После Типа во белом танцевали полдюжины девушек на сверкающих платьицах. Одной изо шестерых была наша Манька-Диана!..

— Видал? — шепнул ми Водила. — Многостаночница!.. И на судомойке вламывает, равным образом шоферню обслуживает, равным образом пляшет — зашибись! Во храбрец девка… Счас лишь беспричинно да надо. Иначе — пропадешь. Вон те, двум крайние — настоящие балетные, автор этих строк их на былой маршрут обоих поимел, где-то наша Дианочка — ну, нисколько неграмотный хуже… Скажи, Кыся?..

И пишущий эти строки почувствовал, сколько вопреки получай Манькину коечную неумелость, моему Водиле возлюбленная все-таки, равно как сказал бы Александр Плоткин, «классово-социально» ближе, нежели сии профессиональные балерины. Хотя Водила их как и «поимел», по мнению его выражению.

На этом солянка кончился, да наша сестра вместе с Водилой идем на отечественный ночной бар.

Народу во баре — масса! Как бери антисемитском митинге у Казанского собора.

Мы из Шурой на беду оказались там. Он возил меня для ветеринарному врачу позже одной драки, от случая к случаю цифра посторонних Кота хотели завоевать выше- пустырь. Естественно, аз многогрешный их разметал равным образом троим изрядо начистил рыло. А четвертого, самого гнусного, тот или другой располосовал ми всю морду равно прокусил заднюю лапу, моя персона смело говоря, придушил насовсем. Но Шура, хвала Богу, об этом эдак равно неграмотный узнал. Он наотрез сравнительно вместе с чем подобного радикализма!

Как наш брат позднее со сего митинга живыми ушли — ума невыгодный приложу. Держа меня получи и распишись руках — вновь отнюдь не отошедшего ото наркоза, от только лишь в чем дело? зашитой мордой да перевязанной задней лапой — моего Александра здесь а рванулся ко микрофону, чтоб подпустить лабуда нате колесах свою отвращение равным образом самопрезрение ко по всем статьям фашиствующим антисемитам, ко любому национализму равно ко по всем статьям собравшимся получай оный собрание на частности.

Что тутовник началось!… Почему нас в дальнейшем далеко не прикончили — одному Богу известно. Даже меня единожды сто «жидом» обозвали!

Ладно, сатана от ними. Не что до них речь. Так вот, во этом баре пьяных было далеко не меньше, нежели бери волюм митинге.

Все столики заняты, ни одной свободной высокой табуретки у стойки бара… Шум, гам, музыка, крики!

В одном углу — разборки возьми разных языках не без; одинаковыми жлобскими интонациями; на другом — баварцы поют хором, стучат кружками от пивом в области столам; во третьем — счастливо визжит наша черненькая Сузи, что говорит Александр Плоткин, «в жопу пьяная»; изо четвертого угла — крикливый звонкий сильный лай…

Мамочка, родная! Да как-никак сие Дженни! Учуяла меня, лапочка, равно надрывается.

Я голову изо сумки высунул, возлюбленная равно как увидела меня, круглым счетом равным образом вовсе зашлась. Рвется вместе с рук своей Хозяйки ко мне, та ей самую малость на полутонах выговаривает, а назло них сидит Человек вместе с что за притча! несимпатичным лицом, видимо, ее Хозяин, да что-то около злобно говорит, видимо, жене, по-немецки:

— Отнеси немедля эту паскуда на машину. Сама можешь отнюдь не возвращаться.

Права была Дженни — Хам от крупный буквы. Жена его встала, ставни полные слез, поцеловала Дженни на головку равным образом унесла ее изо бара.

Бармен равно как увидел нас, круглым счетом вмиг но мигнул два здоровым молодым парням да глазами показал получи и распишись концевой табурет у стойки. Там восседал уж славно поддавший турмалай не без; бутылкой «Московской» во одной руке равно со стаканом во другой.

Парни с толком подошли для финну, деликатно взяли его почти руки, приподняли, сняли из табурета, равным образом вынесли с бара дружно из бутылкой водки равно стаканом.

— Садись! Будь гостем, — сказал моему Водиле Бармен равно показал сверху освободившийся табурет. — Сейчас моя персона тебе хорошего пивка организую. Давай своего. Я его на ходу для Рудольфу определю. Там пользу кого них итого навалом.

Водила передал сумку Бармену, равным образом оный занес меня во закулисную пай бара — небольшую комнатку вслед занавеской, служившую Бармену, в качестве кого моя персона понял, да комнатой отдыха, равно кладовкой. Два стула, крохотный столик, отчасти призанятый небольшим элегантным компьютером (несбыточная призрак Шуры Плоткина), самые непохожие коробки, коробки, коробки из самыми разными бутылками, бутылками, бутылками… Два больших холодильника, туземный видеотелефон вне диска да кнопок равным образом неширокая ложе со двумя чистенькими подушками — одна для другой. На верхней подушке — вмертвую дрыхающий пухлый легкий Рудольф.

Бармен поставил сумку со мной получи кушетку равно сказал мне:

— Буди, буди сего дармоеда. Он не без; утра очи отнюдь не открывал. Рудольф! Подъем! У тебя гости…

Из холодильника Бармен достал бутылку пива «Фишер», вылил ее во поллитровый превысокий шлюмка да покинул нас.

Я слышал, по образу там, ранее следовать занавеской, Бармен со смешком сказал моему Водиле:

— А вишь равно пользу кого вы пивко, сударь.

— Спасибо, браток, — ответил ему Водила.

Бармен тутовник но стал болтать вместе с кем-то по-английски, а красный волк приоткрыл сам глаз, уставился получай меня равным образом пробормотал:

— Не сплю я, безграмотный сплю… Вылезай с своей дурацкой сумки. Там по-под столом жратвы навалом.

Я вылез изо сумки. Рудик открыл равным образом следующий глаз, попытался перетрясти себя бери спину, с намерением потянуться, а стесненно брякнулся со подушки бери кушетку. Некоторое момент Рудик незыблемо лежал, будто бы упал некто никак не со подушек для кушетку, а из самой верхотуры Адмиралтейского ганшпуг держи битум равно разбился во лепешку.

Я хоть горсть перетрусил. Подхожу для нему да говорю по-нашему:

— Ты чего, Рудик? Тебе плохо, почто ли?

— Почему? Мне сам хорошо, — отвечает Рудик. — Это тебе плохо.

— Ни хрена ми безграмотный плохо, — говорю. — Я как и под полный день-деньской спал.

— Ты спал, а мы нет. Моему сие всего лишь казалось. И потому ваш покорный слуга говорю, который тебе плохо.

Своей безапелляционностью, своим тупым упрямством нынешний солидный красный волк глядишь начал меня чудно раздражать. Так равным образом захотелось одарить ему соответственно морде!

— Ну почему, вследствие чего ми необходимо бытовать плохо? Что твоя милость мелешь?

— Потому сколько сегодня автор этих строк знаю то, что такое? далеко не знаешь ты. Жрать будешь?

— Нет. У тебя полакать ничто безграмотный найдется?

— Вон — сливки.

— Я поуже с сих сливок три раза пакостничать бегал. Обычная влага есть?

— Сейчас будет, — черепашьим ходом сказал Рудик да хватит за глаза стройно спрыгнул не без; кушетки возьми пол.

Под столом стояли три миски. Одна — полная всякой вкуснятины, вторая — со сливками, третья — пустая. Рудик уселся согласно правилам в противность неважный миски, повернул голову ко занавеске, отделяющей комнатенку через закулисной части стойки бара, да нечаянно случайно неистово завопил противным поперед омерзения голосом:

— Мяа-а-а-а!!!

— Тихо ты! — испугался я. — Услышат — буза будет.

— Быстрей прибежит, — как ни в чем не бывало сказал Рудик. — Мяа-а-а!..

Бармен влетел во комнату, увидел, зачем Рудик сидит под неважный миской, равно тутовник а наполнил эту миску чистой свежей водой. И в который раз умчался следовать занавеску.

— Ну, на правах автор этих строк его надрочил? — честолюбиво спросил Рудик да добавил: — Ты пей, пей!..

— У тебя со ним такого склада солидный Внутренний Контакт? — из уважением спросил моя особа равно принялся хлобыстать воду.

— Боже меня упаси! Когда-то спирт пытался найти Контакт посередь нами, только моя особа сие разом но пресек. На каковой ми хрен, дай тебе спирт всегда насчет меня понимал? Пошел он…

— Как но твоя милость добиваешься, так чтобы возлюбленный не исключено реагировал нате то, почто твоя милость хочешь?

— Самым элементарным способом — автор этих строк выработал во нем три-четыре условных рефлекса, а пуще ми с него ни графа невыгодный нужно.

Вот гадость-то! Какой неприятный осторожный цинизм равным образом вничью никак не прикрытое потребительство. Ну, отнюдь не шушваль ли?! И сие присутствие таковский обеспеченности!.. — подумал ваш покорный слуга да недовольно спросил:

— Неужели во тебе перевелся ко нему да перлы благодарности? Я смотрю, возлюбленный а в тебя далеко не надышится, Рудик…

— Плевал мы получай него. Он сие до сей времени обязан делать.

— За что?! — автор этих строк только-только безграмотный завопил с возмущения да почувствовал, зачем уже минута, да моя персона разделаю сего жирного, пушистого, наглого Рудольфа, что Бог черепаху! Просто разберу его получи составные части!.. — За что?! За то, в чем дело? твоя милость жрешь, пьешь, спишь да серешь следовать его счет! За то, сколько твоя милость сутками жопу с его кушетки безграмотный отрываешь? За то, в чем дело? некто по части первому твоему вонючему «Мяа-а-а!» бежит обнаруживать — почто тебе нужно? За то, что-нибудь возлюбленный тебя вслед за границу возит, во ведь время, когда-когда большое число Котов да уноситься в мечтах об этом невыгодный могут… За что-нибудь симпатия постоянно сие тебе обязан, рублевая твоя милость толсторожая?!

У меня хозяйка на лицо поднялась волосяной покров получи и распишись загривке, прижались уши, мелководно забарабанил кортеж равным образом невольно обнажились клыки.

Но Рудольф, должно передать ему должное, никак не испугался. Напротив, адски спокойно, ваш покорнейший слуга бы аж сказал, беззаботно переспросил меня:

— 3а что? — симпатия сел бери свою пухлую задницу, поскреб лапой ради ухом да сказал, глядючи ми непосредственно во глаза: — А следовать то, зачем возлюбленный меня искалечил.

Я отзывчиво осмотрел Рудольфа не без; головы давно кончика хвоста равным образом неграмотный отметил на его фигуре ни одного изъяна, исключая нормального обжорского ожирения.

— Чего твоя милость треплешься? Где некто тебя искалечил? — рявкнул автор этих строк получи и распишись него.

— Не «где», а «как», — бесстрастно поправил меня Рудольф. — Он искалечил меня отнюдь не физически, а нравственно.

— Что-о-о?!.

— Нравственно, — повторил Рудольф. — В течении четырех полет ваш покорный слуга был единственным поверенным равно свидетелем его подлостей, его воровства, его жульничества, предательств, обманов… Но автор этих строк понимал — симпатия живет во пирушка среде, на тех условиях, идеже не то никак не выжить. Это одна изо граней его профессии. Так сказать, сегодняшняя закон нашей жизни. И смотри сие «мое понимание» систематически выходит повергать меня для мысли, что-нибудь ни во подлости, ни на воровстве, ни во предательстве — отсутствует ни плошки особенного. Все остальные, кто именно сего никак не делают — нищие, слабоумные существа, безграмотный имеющие полномочия нате существование. То есть, помаленьку моя особа стал защищать его изумительный всех его мерзостях, из легкостью находя им естественное да логическое обоснование…

Мамочки! Я слушал да всего диву давался. Кто бы был способным подумать, сколько настоящий сонный, разожравшийся Котяра, некоторый про куска осетрины другими словами какого-то вслед за тем сраного заграничного паштета вконец забыл по отношению благодать Обладания Кошкой, что до вкусе Победы надо другим Котом; интересующийся помимо любви равным образом безо привязанностей, — глядишь начнет басить такое! Да пока что таким языком… Я легко обалдел!

— Ты меня слушаешь? — спросил он.

— Да, да… Конечно, — озадаченно пробормотал я.

— Я стал рисовать его убеждениями, его принципами, — продолжил Рудольф. — Нет, автор далеко не повторял весь то, почто делал Он, — для того сего ваш покорный слуга чересчур изолирован ото реальной жизни, однако на том, почто Он совершал, мы ранее невыгодный видел нуль дурного. И сие было самое ужасное! Где-то, на глубине сознания, автор ощущал, аюшки? целомудренно ваш покорный слуга падаю безвыездно вверху равно ниже…

— Но осетрина, паштет, сливки… Да? — безвыгодный удержался я.

— Да. В значительной степени, — нравственно признался Рудольф. — Но, повторяю, не без; некоторых пор автор этих строк начал ощущать некое дефективность да своего, да Его бытия…

— А почему толку? — опять прервал моя особа его равно вместе с нежностью вспомнил своего приятеля — бездомного да безхвостого Кота-Бродягу. — Ты что-нибудь сделал, в надежде помочь Ему равно самому неграмотный конституция окончательным говнюком?

— Сейчас сделаю, — ответил Рудольф. — И отнюдь не смей сильнее меня перебивать! А ведь твой… Как его?

— Водила?

— Да. А в таком случае твой Водила неотложно допьет пивко равно унесет тебя на этой идиотской сумке. И твоя милость ни строка неграмотный успеешь узнать. Заткнись. Понял?

Вот тута ми показалось, что такое? немедленно автор услышу то, что-что ми этак безвыгодный хватало! И мы беспрекословно сказал Рудольфу:

— Понял, понял… Все! Молчу, — равным образом поистине заткнулся.

— После вчерашнего нашего разговора моя особа бесчисленно думал… — стесненно проговорил Рудольф. — Не касаясь Кошек… Тут, автор этих строк полагаю, нужно сделать чертогон ранее навсегда.

— Ну, что-то ты, Рудик… — лицемерно вставил я.

— Заткнись. Я беда сколько думал оборона твою клятву. Когда твоя милость говорил относительно своего Шуру Плотникова…

— Плоткина, — поправил ваш покорный слуга его.

— Неважно, — сказал он. — Я подумал — хватит! Пора расширить точки надо «и».

— Это в чем дело? такое? — спросил я.

— В смысле — миг окрестить манатки своими именами. Помнишь, в некоторых случаях твоя милость спросил меня — неграмотный плохо ли мне, ваш покорнейший слуга сказал, что-нибудь мне-то хорошо, а чисто тебе плохо.

— Да.

— Так вот. Слушай. Сегодня утром, рано или поздно погребок был пока что закрыт да выше- готовил вчерашнюю выручку для сдаче во бухгалтерию, раздался шлепанье во дверь…

И Рудик рассказал ни капельки леденящую душу историю.

Я постараюсь лаконично изложить ее чуточку по-своему, оттого сколько Рудик совершенно эпоха прерывал первый интрига длинными равным образом красочными отступлениями, во которых было все: равным образом крик об проданной вслед кусочек ветчины чести равно свободе, стенания об загубленных во этой плавучей коробке годах, гора ФИЛОСОФСКИХ СЕНТЕНЦИЙ (так выражался Рудик — ваш покорный слуга шелковица безвыгодный рядом чем) по части нравственном падении общества равно самого Рудика, в рассуждении поголовной искалеченности душ равно таково далее…

Нетрудно представить, вроде Рудик замусорил сим личный рассказ, коли вслед за сие сезон выше- Водила, знаменитость Богу да держи здоровье, неграмотный торопясь, успел повысосать четверка бутылки «Фишера». Итак.

…Когда раздался звук во плита бара, Бармен запер рассортированную валюту во стеновой сейфик, завесил его большим календарем Балтийского морского пароходства равно вышел с комнатки. В дверца бара постучали уже раз. Рудик клянется, что-то бряканье повторился вместе с однозначно заданной ритмичностью. Не спрашивая «Кто там?» Бармен приоткрыл янус да впустил во бар… Лысого!

Как утверждает Рудик, Лысого бил порывистый колотун. Бармен запер двери сверху контролька равно спросил его:

— Ты почему дергаешься, наравне свинка возьми веревке?

— Пойдем во твою каптерку, — дрожащим голосом сказал Лысый.

Но Бармен откупорил банку «Туборга» равным образом пододвинул ее Лысому.

— Пей. И замереть здесь. Ты зашел причаститься со временем вчерашнего. Это неоднократно бывает. Я пожалел тебя равно нарушил инструкцию — впустил тебя на неположенное время. Невелика беда. А на каптерке — сие ранее «сговор». Мало ли кто именно с наших захочет поглядеть ко ми получай такую а опохмелку? Бабки нашел?

— Да, идеже вас сказали. Но тама двум пачки сообразно отлично штук.

— Правильно. Так равным образом надо быть. Одна тебе, вторая — твоему подельнику. Ему немедленно монета — ой, что нужна! У него все, сколько нашустрит — держи лекарства интересах его бабы уходит, бери гимназию для того дочки… Так сколько ему лишних число мрамор положительно никак не помешают.

— А если бы спирт отнюдь не согласится? — спросил Лысый.

Тогда-то да стряслось то, ась? привело Рудика для решению начить новую жизнь.

Бармен затаив дыхание посмотрел получай Лысого вследствие стойку бара, натянул нате правую руку резиновую перчатку с целью мытья посуды, вынул из-под стойки жалкий шлепало вместе с длинным глушителем (мы от Шурой такие пистолеты крат сто видели за телевизору!), второстепенный рукой сгреб Лысого после отвороты куртки, а бульдог сунул ему около нос. И сказал негромко, да отчетливо:

— Так вот, разве симпатия никак не согласится переместить ту пачку изо своего фургона на микроавтобус «Тойота» со мюнхенскими номерами «М-СН 04–26», каковой пойдет следовать вами через самого Киля, твоя милость смотри изо этой «дуры» отправишь его греховодничать по мнению небу. А вторые пятью косых заберешь себе. Как следовать сверхурочные. Понял? — да отпустил Лысого, сунув ему пистолетишко вслед пазуху.

Лысый незначительно далеко не заплакал:

— Да ваша сестра что?! Я сверху такое малограмотный подписывался!..

Бармен стянул резиновую перчатку со растопырки да доходчиво объяснил Лысому, что такое? неравно дьявол сего неграмотный сделает, ведь в этом случае ему бери поддержка придет шофер микроавтобуса «Тойота». Он профи высокого класса, равным образом Бармен думает, что-нибудь ему хорош довольно трех-четырех секунд, с тем отослать бери оный мир да мои Водилу, равным образом Лысого одновременно. Так что такое? пусть себя на здоровье Лысый самовластно решает — становиться бедным равным образом мертвым, иначе говоря остаться живым равным образом богатым.

А единаче Бармен открытым текстом сказал, зачем сие его последнее мастерство — дьявол собирается для инерция равно испытать счастье провалом операции малограмотный имеет никакого права. В этом деле завязаны такие люди, зачем Лысый может из жизни через испуга, разве Бармен назовет примерно одну фамилию! Хотя на средствах массовой информации встречает сии имена малость ли далеко не и оный и другой день. Вот такие пироги, добавил Бармен.

Тем более, сколько сие Он запродал мои Водилу в ту винно-водочную фирму. Он рассчитал всю операцию. Он придумал образ транспортировки жениться пачку десятимиллиметровой фанеры на полсотенная листов, равным образом на говорунья шести склеивать кольцо диаметром на безраздельно метр. И образовавшееся прогалина загнать пачками кокаина, прикрыв с высоты равно внизу двумя листами фанеры вместе с каждой стороны. А уж затем наложить печать эту пачку — один от половиной метра возьми полтора, — во плотненький полиэтилен.

Это Он бери что ни есть быль купил ту смену русской таможни, которая отправляла шаланда во сей рейс. Это Его немецкие партнеры постараются всеми силами ослабить напирать германской таможни, невзирая держи целое новые веяния. Это Его последнее дело, да спирт долженствует побить его каждый ценой!

— Судя по части тому, вроде Мой был откровенен, моя особа понял, что такое? Лысому отродясь безграмотный остаться живым да богатым, — умно заметил Рудик. — Как всего только его функции закончатся — дьявол одновременно а способен бедным равно мертвым.

Ну вот, мы да получил недостающие звенья на этой цепи… Я только лишь от Барменом пролопушил. Но, наверное, спирт был чрезвычайно рассудительный ради меня.

Я бережливо слушал толстого Рудольфа, а внутри, круглым счетом в лоне ушей, всегда пора билась одна равно та но мыслишка, по какой-то причине сначала малограмотный возникавшая: какого ряд моя особа не без; самого основы посчитал, который обязан ездить из Водилой в целехонький месяцок во Германию ко какому-то тама Сименсу! Почему ми далеко не пришло во голову выцветший со сего грузовика махом а за приходе корабля на Киль да спокойненько остаться сверху судне, верно зная, почто посредством три дня пишущий эти строки опять-таки вернусь во Петербург, улягусь во собственное мебель равным образом буду как у христа за пазухой подремывать во ожидании возвращения Шуры изо редакции…


* * *

Естественно, сие никак не ускользнуло с Рудольфа. Вероятно, жирно будет весьма меня захватила буква запоздалая идейка!

— Послушай, Мартын, — задумчиво сказал Рудик, усердно отводя бельма на сторону. — А с какой радости бы тебе неграмотный остаться получай судне? Ведь чрез трое суток автор сих строк опять-таки будем на Питере, равным образом твоя милость вернешься для своему Шуре. А, Мартын? Ну, отчего МЫ должны входить в состав на ИХ делах?!

— О нежели дьявол сызнова говорил? — спросил я.

— Кто?

— Твой.

— А… Еще дьявол сказал, сколько до этого времени сие подобает случиться там, идеже ваша сестра остановитесь бери ночлег. Да, да покамест возлюбленный сказал Лысому, что такое? оный может ровно вырывать со корнем твоего Водилу. В России его ни один человек выслеживать отнюдь не довольно худо-бедно месяц. Все будут думать, который дьявол на Германии работает бери Сименса. А после достаточно пущен слух, который симпатия общо остался вслед за бугром. Пусть, дескать, ищут…

«Значит, сие произойдет во Нюренберге…» — подумал я.

— Оставайся, Мартын. Не глупи, — усидчиво повторил Рудик. — Вернемся домой, в Васильевский, пишущий эти строки со тобой вообще не без; судна уйду. Проживу как-нибудь…

Значит, сие произойдет во Нюренберге. И симпатия затем хорэ сполна один.

Я вспомнил родной давешний сновидение — окровавленного Водилу, плачущего Шуру после рулем грузовика… Его крик: «…бездарность!.. Он а тебя кормил!.. Он а тебе радовался — серам показывал! Он а тебя называл «Кысей»… А ты?! Дерьмо ты, а невыгодный «Кыся»!..»

— Спасибо тебе, Рудик, — сказал я. — У меня просто-напросто аж блистает своим отсутствием слов, по образу моя особа тебе благодарен! Ты простить меня, что-нибудь аз многогрешный нашипел в тебя поначалу. Ни хрена твоя милость отнюдь не «искалеченный». Ты даже если очень, ахти «нравственный»! Я безошибочно сказал сие слово?..

— Правильно, — прошептал Рудик. — Ты все же поедешь от ним?

— Да, Рудик. Постарайся осмыслить меня.

И подумал, сколько во этой ситуации мои Александра Плоткин беспременно бы меня понял.

Ночь ваш покорный слуга провел из Дженни во ее «мерседесе».

Оказалось, сколько накануне, когда-никогда ее Хозяйка спустилась на автомобильный трюм задать корм «Свою Любимую Собачку», «Свою Маленькую Дорогую Девочку», Дженни сверху радостях…

Тут автор приходится во вкусе не возбраняется правильнее привести цитату Дженни: «…НА РАДОСТЯХ ПЕРВОГО ПОЛОВОГО ПРИЧАСТИЯ, В ИЗУМЛЕНИИ ОТ ТОГО СЕКСУАЛЬНОГО ШКВАЛА, КОТОРЫЙ СВОИМ СЛАДОСТНЫМ ВИХРЕМ ПОДНЯЛ ЕЕ НАД ВСЕМ ТЕМ, ЧТО БЫЛО В ЕЕ ЖИЗНИ ДО ЭТОГО ИЗУМИТЕЛЬНОГО МИГА…», — около виде Хозяйки закатила такую восторженную истерику, что-нибудь Хозяйка всполошилась да помчалась от ней ко дежурному ветеринару возле корабельном Кошачье-Собачьем интернате.

У ветеринара Дженни продолжала безумствовать. За полсотни немецких марок мужественный русский акушер в одно мгновение поставил диагноз — «Нервное перевозбуждение». А единаче следовать двадцать марок дал с целью Дженни успокоительное драже, которое следовало примешивать на ее пищу. И посоветовал невыгодный отправляться Дженни одну на машине. За что такое? Хозяйка дала доктору покамест пятеро марок.

Дженни отнесли во каюту-люкс от огромными окнами, гостиной, спальней равно телевизором равно кормили сейчас там.

С перетраху «Маленькая Дорогая Девочка» жрала, равно как дворной злой Полкан, равно аккуратнейшим образом выплевывала успокоительные таблетки. «Любимая Собачка» равно никак не собиралась успокаиваться!

Она визжала, носилась по мнению каюте, кувыркалась получи и распишись хозяйских кроватях равно нераздельно в один из дней даже если прыгнула со письменного стола получай диван, напрямик получи голову дремлющего впоследствии обеда Хозяина. За что такое? получила ото него мухобойный удар равно ёбаный выпал ругани, который, наверное, был одинаково неплохо слышен да на Петербурге, равно во Гамбурге.

Но Дженни, познавшая благополучие секса равно генитальный раскованности, на долгу никак не осталась — возлюбленная юркнула на приоткрытую дверцу платяного шкафа равным образом мигом написала во вечерние туфли Хозяина, почему в жизни не бы когда-то малограмотный сделала! А впоследствии продолжала визжать, лаять, галопировать да кувыркаться, равно как ни на нежели безграмотный бывало…

Бедная добрая Хозяйка ломала голову — который происходит со ее «Обожаемой Маленькой Девочкой» равным образом что оградить ее ото гнева главы семьи, которому каприз Дженни беспричинно осточертели, аюшки? симпатия пообещал наколобродить Дженни ради борт.

— Ну что?.. Что твоя милость хочешь? — пугливым на ушко спрашивала Хозяйка, прижимая Дженни для прыщики равно покрывая ее шелковистое маленькое тело искренними материнскими поцелуями.

А Дженни шиш никак не хотелось, исключая русского Кота Мартына!

В противоречие симпатия лизала Хозяйку на нос, губы, ланиты равно пыталась втолочь ей, который ни плошки слаще да прекрасней, нежели то, ась? у нее было со Котом Мартыном, — взяться неграмотный может! И если бы бы Хозяйка взять один-единственный единовременно попробовала бы учинить ЭТО малограмотный вместе с тем Хамом, каковой не долго думая лежит в диване, накрыв голову подушкой, а на настоящим Специалистом ЭТОГО обстановка — словно ее Кота Мартына, возлюбленная бы поняла имущество Дженни!..

Поэтому симпатия легко требует, дай тебе ее незамедлительно отнесли во автомобильный трюм, на «мерседес», какой-никакой сегодня Дженни воспринимает отнюдь не всего только наравне орудие передвижения, так на первую цепь во вкусе «ЛОЖЕ ПОЗНАНИЯ СЛАДОСТИ ГРЕХА И ПЕРВОЙ ЛЮБВИ…»

Естественно, сие равно как цитирование с Дженни. Мне б такое равным образом во голову невыгодный пришло.

Истерика Дженни достигла апогея тогда, нет-нет да и возлюбленная увидела меня во ночном баре равно в отдельных случаях таковой фрицевский жлоб — ее Хозяин — приказал отнести Дженни на машину. Чего Дженни, собственно говоря говоря, равным образом добивалась.


* * *

Сейчас возлюбленная лежала рядышком со мной получай задних сиденьях «мерседеса» — притихшая, ласковая, счастливая, умиротворенная да чуточку встревоженная моим состоянием.

Я ни по части нежели ей неграмотный рассказал, но, оказывается, у карликовых пинчеров женского пола беда развита интуиция. Почти что у нас! Надо уступить должное равно ее деликатности — симпатия отнюдь не задала ми ни одного вопроса. Напротив, так чтобы даже маленечко скинуть со меня напряжение, возлюбленная болтала сама, невыгодный ахти заботясь в отношении том, любовно мы ее слушаю либо — либо нет:

— Запомни, Мартынчик… Мы живем на Грюнвальде. Это да Мюнхен, да отнюдь не Мюнхен… Это такая периферия на адски богатых людей. Там у всех близкие собственные дома. Наш землянка твоя милость найдешь без чинов — у нас самая безвкусная ограда, самые отвратительные завитушечные ворота, а у входа — самые взрослые стеклянные матовые гляделки равно самые мерзкие цементные скульптуры львов, величиной равным образом выражением морд аспидски смахивающих получи и распишись бульдогов-дебилов. Все сие — да ворота, равно ограда, равным образом львы — окрашенно непотребной милый краской равно является предметом гордости равно тщеславия мой Хозяина. Во всем, что-то безграмотный касается денег, дьявол — тяжелый идиот…

Дженни щебетала, а автор этих строк слушал ее вполуха да целое минута думал, сколько мои Водила без затей обязан слова не сказать против возьми перегрузку праздник пачки фанеры с своего фургона туда, камо они скажут. Не придираться караван равно далеко не представлять зубы, а неотложно столковаться и, может быть, чтобы понта, пусть даже взять хоть их пятеро тысяч долларов.

Тут, на правах говорил Александра Плоткин, «мы махом ухлопываем трех зайцев», во-первых, я избавляемся через кокаина на нашей машине. Это раз. Во-вторых, пишущий сии строки с гарантированы, почто Лысый невыгодный выстрелит. Два. А в-третьих…

Вот третье — дурно дело. В-третих, кто в отсутствии дрянный уверенности во том, сколько если кокаин короче перегружен во «Тойоту», оный Профессионал далеко не прикончит равно Лысого, равно мои Водилу. Бармен но говорил, зачем симпатия сие здорово живешь умеет делать.

Думай, Мартын, думай!.. — вроде отнюдь на днях требовал с меня муж куцехвостый наперсник Кот-Бродяга во пилипенковском фургончике Кошачье-Собачьей смерти. «Безвыходных положений невыгодный бывает!!!» — утверждал Бродяга, а дьявол знал, что такое? говорил. Ему, помимо в качестве кого держи меня, верить было безвыгодный бери кого.

Господи! Боже мой! Если Ты питаться держи свете, услышь меня… Помоги Водиле путем меня понять! Я Тебя вяще ни относительно нежели малограмотный прошу. Тогда со во всех отношениях остальным автор сих строк равным образом самочки справимся. Ты всего только помоги Водиле… Ты а Един чтобы всех — да интересах Котов, равным образом пользу кого Собак, да к Людей. В конце концов, Ты хоть обязан сие сделать!.. А пишущий эти строки неуклонно что-нибудь придумаю — выражение Тебе даю… Клянусь Тебе, Господи, — из-за одного себя ваш покорный слуга ни в жизнь неграмотный стал бы ни аза просить…


* * *

Через один от половиной часа досель серый большой стальной трюм из сотнями автомобилей перестал хранить мелкой дрожью, стихли звуки правильно плещущейся воды из-за стенами нашего судна, хотя зато трюм наполнился корабельными людьми во синих комбинезонах, владельцами легковых машин — от детьми, женами равно сумками — водителями дальнорейсовых грузовиков, что ми сказал Водила, с всех европейских стран. Тут были немцы, итальянцы, французы, испанцы, голландцы равно какие-то скандинавы. Что сие такое — аз многогрешный таково равно малограмотный понял. А Водила никак не объяснил: был занят подготовкой документов чтобы немецкой таможни равным образом паспортного контроля. Но сие моя особа всего оборона «скандинавов» далеко не понял. Всех остальных-то аз многогрешный знал до рассказам Шуры равно до телевизионным передачам, которые автор вместе с моим Плоткиным по большей части смотрим сообразно вечерам, свободным через Шуриных сексуально-половых да литературных упражнений.

Еще давеча молчаливый трюм заполнился гулом голосов, матюгами синих комбинезонов, лязганьем падающих отстегнутых цепей, которые удерживали автомобили получи качающемся железном полу трюма, хлопаньем дверей равно багажников машин, рычанием двигателей…

— Гляди, Кыся, вперед, — сказал ми Водила. — Сейчас спуск опустится. По первому разу загляденье — зашибись!

Мы сидели во кабине нашего грузовика. Водила — получай своем месте, вслед за рулем, автор этих строк — нате своем, пассажирском. Я посмотрел вперед, гораздо указывал ми Водила, равно сразу увидел, равно как до нами, среди высоченным потолком да огромной стеной трюма, как зазимье на голову появилась узкая голубая царапина чистого неба. Полоска стала медленно, однако упорно расширяться, постоянно вяще равным образом более заливая мрачноватый стальной трюм утренним солнечным светом.

Передняя стена опускалась безвыездно вниз равным образом ниже, равным образом полчище свежего прохладного воздуха хлынул во провонявший железом трюм, принеся десятки новых прекрасных запахов незнакомого моря да неведомой земли.

Одновременно заработали двигатели всех машин. Когда но огромная оболочка трюма опустилась вовсе да стала широким мостом среди причалом равно судном, изо нашей высокой кабины нам из Водилой стало быть недурственно видно, равно как первыми с трюма стали уезжать легковые автомобили. Один, другой, третий…

Неожиданно на этом потоке аз многогрешный увидел не внове ми сребристый «мерседес», увидел Дженни, стоявшую нате своих тоненьких ножках вслед за спинкой заднего сидения. Передними лапками симпатия опиралась по части стекло. Я видел, наравне симпатия драматически разевает ротик, скребет в области стеклу передними лапками равным образом однако смотрит равным образом смотрит назад, во глубину трюма, во поисках нашей большущий машины, во неистовом равно отчаянном желании держи панихида увидеть друг друга со мной несмотря на то бы глазами.


* * *

Мне пусть даже причудилось, почто чрез обрушенье сотен автомобильных моторов пишущий эти строки слышу, что симпатия тявкает равно плачет своим детским голоском!.. Я да малограмотный заметил, который равным образом встал для задние лапы, в свой черед уперся передними во ветровое стекло, а затем стал подавать знак ей одной лапой, в надежде возлюбленная увидела — идеже я. Но «мерседес» бегло выехал изо трюма равным образом растворился на потоке разноцветных автомобилей от номерами всех стран Европы.

— Ты чего, Кыся?! — удивился Водила. — Увидел кого-нибудь?

Отвечать получи и распишись таковой альтернатива ми ничуть отнюдь не хотелось, несомненно равным образом задан некто был без затей так, изо праздного любопытства. Тем более, зачем на следующие секунды Водила был сейчас что есть силы занят своим прямым делом. Поток легковых машин амором иссякал, равно ко выезду в медленном темпе стали углубляться старшие грузовики из фургонами равным образом автобусы. Тронулись вместе с места равным образом мы.

— Ты, Кыся, далеко не светился бы здесь. Шел бы во коечку равно лежал бы там, посоветовал ми Водила. — Нас, скорей всего, обследовать никак не будут, но… Чем демон безграмотный шутит. Санитарный проверка пристанет, как бы банный басма ко жопе, — что-то из-за кот, в каком основании ввозите во страну кота?.. Немцы такие формалисты! Умрешь…

Он еще протянул было руку, в надежде имплантировать меня наверх, после занавеску, однако моя персона опередил его, равным образом вспрыгнул тама сам.

Водила ажно поперхнулся:

— Ну, ты, Кыся, даешь!.. Вот расскажи кому — однако ни во жисть далеко не поверят…


* * *

Через таможню двигались нетерпимо сообразно определенным линиям: легковые аппаратура сообразно одной полосе, грузовые — согласно другой. Легковые даже если малограмотный останавливали. Выдергивали с общего потока одну с двадцати, отгоняли ее на сторонку да начинали шерстить.

Как выразился Водила — «брали получи стук». То есть, в соответствии с поступившему заране доносу. Или — информации, коли угодно.

Зато грузовые — особенно русские, чешские, польские, болгарские — те, которые приплыли на Германию с России, досматривали аспидски строго. Загоняли для длиннющую яму рядышком из основным попутно да подвергали самому тщательному обыску равным образом снизу, равно сверху, равным образом изнутри.

— Дурь ищут, — флегматически сказал Водила равным образом показал ми бери немецких таможенников со маленькими Собачками бери руках.

Такие плюгавенькие, лохматые собачонки, смертельно на одно лицо сверху одного Шуриного знакомого японского журналиста. Этих щенок запускали на фургон, стойком бери доставляемый груз, да они со временем носились, во вкусе сумасшедшие, обнюхивая любой пакет, каждую коробку, весь круг уголок…

Но Водиле глядишь показалось, зачем моя особа могу далеко не понять, почто такое «дурь», равным образом симпатия наивно пояснил мне:

— «Дурь» — значит, «наркота». По-научному, наркотик. Люди его нюхают, жрут, ширяются… В смысле, вливание себя делают. И чумеют!.. Хотя ото такого склада жизни, вроде сегодня, равным образом сверх «дури» верхушка едет. Я отнюдь не ради себя. Я насчет стариков затем разных, которые, кто, конечно, дожил, медали близкие по мнению праздникам нацепят равным образом орут «Уря-а! За Родину! За Сталина!» А на ближайший день из голоду подыхают, вследствие чего вроде ему Родина пенсию уж полгода забывает выплатить…

Я смотрел Водиле на потылица равным образом думал — странно… Вот возьми хоть мои Шуру Плоткина да Водилу. Ну, нацело а неравные породы! Причем, единодержавно с них чистоплотный полуеврей… Это Шура. У него стрефил была украинкой. А второй, Водила, — сполна русский. И мои Александра Плоткин знает столько, сколько Водиле равным образом умереть и невыгодный встать сне невыгодный приснится. Хотя, нужно сказать, что-нибудь Водила, что оборона таких людей говорит Шура, — в свою очередь отнюдь не пальцем деланный! Про живот Водила, наверное, пусть даже более Шуры понимает. Только не без; второй стороны…

М-да… К чему а сие я? Совсем изо головы выскочило… А-аа! Вспомнил!

Так вот, казалось бы, их только лишь одно объединяет — обана спокон века равным образом кайфовый всех ситуациях хотят бабу. Но сие далеко не норматив похожести. Я в свой черед неумолчно хочу трахаться, а мы а статей безграмотный пишу равным образом грузовиком малограмотный управляю! И потом, моя особа — Кот, а они — нет. Хотя весь пишущий сии строки трое ужас весьма склонны ко ЭТОМУ самому делу. Ну, на смысле… Сами понимаете! Так вот, повторяю: Александр равно Водила ни во нежели безграмотный похожи наперсник получи и распишись друга. А мыслят (я имею поскольку настоящий день, стариков-ветеранов, равным образом вообще) ну-кась законченно одинаково! Я сие через Шуры десятки однажды слышал, исключительно до текущий поры от большей злобой, нежели у Водилы.

Он пусть даже во «Час пик» писал об этом. А после ты да я нашли во нашем почтовом ящике письмо. Александр даже если ми его прочитал. Такое коротенькое-коротенькое. Всего порядком слов: «Жидовская морда! Убирайся во своей ебаный Израиль, а в таком случае яйца вырежем равно получай фонаре повесим». И аллограф — «Доброжелатели».


* * *

Я равно далеко не заметил, наравне железка Лысого оказался накануне самым нашим носом. То ли сие была случайность, в таком случае ли немцы нас эдак рассортировали грузовики двигались за четырем полосам, да жена осматривала разом четверка машины.

Я видел, на правах Лысый направил нестандартный шаланда нате длинную яму, во которой ранее сидели двоечка немца на зеленых комбинезонах из длинными фонарями на руках. Грузовик остановился надо ними. Лысый суматошливо выскочил с кабины, расшнуровал заднюю стенку фургона равно сызнова метнулся ко кабине. Влез равным образом туточки но выскочил вспять еще из документами на руках.

— Чего дергается, что суетится? — досадливо пробормотал Водила равно сказал мне: — Ты, Кыся, давай, лежи тут. Я сейчас… Только документы бери грузы предъявлю равно вид покажу. Лежи, плюй во потолок.

Водила исчерпывающе сложил однако приманка бумаги во красивую кожаную папку (Шура постоянно мечтал сметь из прилавка себя такую, безусловно денег малограмотный было), опустил противосолнечный козырек, куда-нибудь было вмонтировано небольшое зеркало, причесался да открыл дверцу кабины. Уже спрыгивая в землю, крикнул одному пожилому немцу на форме таможенника:

— Гутен морген, герр Вебер!

— Гутен морген, майне либер фройнд, — ответил ему тот. — Ви гейтс?

— Аллес гут! — ответил Водила.

Они пожали корешок другу руки, да бундес спросил Водилу по-русски:

— Героина, амфетамина, метадона, перветина, кокаина — счета привез?

Я видел, равно как Лысый втянул голову во плечи. Мне инда показалось, что такое? ваш покорный слуга почувствовал, в качестве кого у Лысого получи пару секунд остановилось сердце.

— Не, безвыгодный много, — ухмыльнулся Водила. — Тонн двадцать, нихт меер.

— Зер гут, — под ответственно сказал немец. — Теперь аз многогрешный по всем статьям буду говорить, что-нибудь у меня глотать археологический ведомый — имперский миллиардер!

Водила ушел на выкладывание таможни, а Вебер дал значок две молодым таможенникам не без; лохматыми собачками на руках. Молодые запустили собачек на фура Лысого, равно сии маленькие засранки предприимчиво равно молча, что-то меня, смело говоря, ужас удивило, стали шнырять до всему фургону, принюхиваясь чуток ли далеко не ко каждой коробке со водкой.

Мой Водила уж вышел с помещения, пряча бери поворачивайся документы равно вид на жительство на свою красивую кожаную папку.

Собачонки помотались в соответствии с фургону равно эдак но не проронив звука прибежали обратно. Но при случае Вебер показал Лысому, что-то оный может зашнуровывать заднюю миарола фургона, собачки внезапно мурашки по коже ползают окрысились возьми Лысого! Они попросту зашлись через злости равно облаяли Лысого со ног по головы!..

— Вот дурочки, — усмехнулся Водила,

— Нервы, возраст… — сказал солидный Вебер. — Бедные маленькие хунды получи и распишись этой работе самочки стали наркоманами. Ошибка…

«Ой, нет, братцы! Никакой ошибки. И невыгодный дурочки они, да сызмала здесь далеко не подле чем. Служат они будьте-нате! На совесть… Но стрела-змея даже если моя особа почувствовал, ась? с него попахивает кокаином, ведь сим япошкам самопроизвольно Бог велел отчестить Лысого!»


* * *

Вебер подписал Лысому какую-то бумажку, шлепнул во нее штемпель да махнул рукой — поезжай, мол. Еле переставляя шлепанцы с страха, Лысый полез на кабину.

Следующая цепочка держи свидетельство была наша. Я понял, что-то настала минута биться да мне. Будут они нас надзирать иначе говоря безграмотный будут, на правах держи сие рассчитывал Бармен и, собственно, с подачи аюшки? равным образом затеял всю эту подлянку от моим Водилой, — нате бы ведь ни был случай, ваш покорный слуга принуждён зачислить СВОИ меры!

Воспользовавшись тем, что такое? Водила снова разговаривал не без; Вебером, я, никем отнюдь не замеченный, бегло вылез для крышу кабины да еще абсолютно отработанным как следует проник вовнутрь фургона.

В шнобель ми вмиг ударил выносливый аромат кокаина. Голова закружилась, казаться отсюда следует трудно, равно вмиг потянуло на сон… Видно, во приливе той, самой первой, психопатической да сам безграмотный сознавая яростной реакции держи данный пахучесть я, наверное, здравия желаем разодрал тесный полиэтилен, во некоторый была запаяна буква пакет «фанеры»! От подобный концентрации запаха этой дряни те собачки, смахивающие получай Шуриного японца, должны не мудрствуя лукаво сойти из ума!

Только бы ми отнюдь не прийти в отруб ото этой гадости, во вкусе тогда.

Я проскакал соответственно верхним пачкам ближе для задней части фуры — в качестве кого называет Водила сей фургон, — идеже даже невыгодный заметно кокаиновый аромат был слабее. Там чуть-чуть просвечивала неплотно зашнурованная просвет в ряду двумя прорезинеными брезентовыми полостями задней части фуры. Задняя разрез была дешевле передней, от которую мы семо влезал, так все-таки, невзирая бери то, зачем никакого обзора внешнего таблица симпатия никак не давала, так как полости накладывались одна получай другую, — замечаться вследствие эту щелка было можно. Тем более, сколько я сегодня стояли для морю спиной, а бриз дул со стороны моря, да сие давало ми мочь нюхать приблизительно бодрый воздух. Я прильнул носом для щели равно стал поджидать дальнейшего аллюр событий…

Я слышал, что съехал от досмотровой ямы трехтонка Лысого…

Слышал, во вкусе моего Водила влез во нашу кабину. Как захлопнул дверцу. Как завел двигатель…

А следом ваш покорнейший слуга услышал, что возлюбленный как сатана изо коробочки выключил ветряк да завопил получай поголовно моряцкий Кильский порт:

— Кыся! Кыся!!! Кыс-кыс-кыс!.. Кыся-а-а-а!..

Я слышал, что дьявол выскочил изо кабины, на правах стал сновать окрест своего грузовика. Я хоть представил себе, в качестве кого возлюбленный — здоровенный мужик, символически ли безграмотный двухметрового роста — в карачках ползает почти машиной, заглядывая почти колеса!..

Слышно было, в духе некто рванулся назад, туда, идеже выстроились отдельные люди грузовики, ждущие своей таможенной проверки. На бегу некто продолжал зычно равно безропотно «кыскать», пока, наверное, его отнюдь не перехватил испугавшийся в летах Вебер равным образом ажитато спросил его для двух языках:

— Вас ист лос?! Вас ист пассирт?! Что такое? Что случилось?!

И ваш покорнейший слуга внятно услышал, наравне Водила отчаянно, неизвестно почему тонким голосом, прокричал:

— Да коток у меня сбежал!.. Такой кот!!! Елочки точеные, крик овцы Он, наверное, ваших собак испугался… Что а делать?.. Мужики, ваша сестра кота безвыгодный видели?! Майне каце нихт гезеен?.. У него до этих пор локатор рваное… Кыся! Кыся-а!.. Как но моя персона кроме него?! Кыся а-а-а!!!

Сердце у меня разрывалось с жалости! В голосе Водилы было столько неподдельного страдания, что-нибудь моя персона с грехом пополам было безграмотный откликнулся.

Но моя особа сдержал себя. Я сдержал себя «ВО ИМЯ ВЫСШЕГО СМЫСЛА!», в духе сказал бы Александра Плоткин.

Мои тщетные попытки назначить неукоснительно вместе с Водилой Наш Контакт — безвыгодный увенчались да малейшим успехом. То ли жирно будет велико на нем было отвлекающее чувствование потери, в таком случае ли мешал коренастый прорезиненный парусина фуры… А может быть, ради отвратительного одуряющего запаха кокаина в глубине — моя особа посылал не хватает четкие сигналы? Хотя мы напрягался, вроде лишь только мог, хоть сколько-нибудь ли далеко не предварительно обморока:

«Успокойся, Водила! Немедленно возьми себя на руки!!! Я здесь, малограмотный паникуй!.. Успокойся без дальних разговоров а да садись после руль! Я близко да никуда с тебя никак не денусь! Так надо. Ты слышишь? Так надо, дьявол бы тебя побрал?!» — внушал автор ему.

А с тыла еще сигналили бери неравные голоса десятки грузовиков. Они вытянулись из-за нами во длиннющую вереницу да были зверски раздражены такого склада длительной задержкой. Какой-то олигофрен пусть даже включил тревожную аварийную сирену!

Я слышал, что возьми эту сирену изо помещения таможни выскочили порядочно полицейских от Овчаркой. То, ась? сие были полицейские, мы махом понял согласно запаху оружия. А Овчарка у меня лже- до глазами предстала — приближенно симпатия пахла Овчаркой!

Но Вебер стал всех усмирять равно объяснять, что-нибудь безраздельно великорусский водильщик потерял свою любимую кошечку, и, кажется, инда помог моему вовсе расклеившемуся Водиле повыситься во кабину, оттедова положенный горем Водила снова пару крата хрипло равным образом легко выкрикнул:

— Кыся, а Кыся!.. Ты где?..

— Не должно всех задерживать, — приятно проговорил Вебер. — Поедешь обратно, пишущий эти строки приготовлю тебе ужас хорошего дойтче каца. Маленького. Киндеркаца. Бэби. О"кей? Лос! Лос…

Водила опять завел двигатель равным образом въехал нате досмотровую яму. Остановился по-над ней, выключил двигатель, равным образом аз многогрешный услышал, вроде Вебер сказал парням на яме:

— Отдыхайте. Мы эту машину знаем, — а Водиле добавил сейчас по-русски: Покажи фургон. У нас немедленно последний архи суровый приказ. А твоя милость наделал столько шума, ась? ажно будочник прибежала. Видишь?

— Кайн проблем… — трудно прошептал Водила, равным образом ваш покорнейший слуга услышал, наравне спирт принялся расшнуровывать заднюю стенку фуры.


* * *

А об эту пору автор этих строк попытаюсь удлинить история об этом аттракционе словами мой Водилы. Так, в качестве кого симпатия ми сие потом, соответственно дороге, крат десяток рассказывал:

— …тут Вебер говорит: «Открывай фургон». Да, Бога ради, говорю, пожалуйста… Нет проблем! И начинаю расшнуровывать эту мудянку для фуре. А на башке одна представление — идеже муж Кыся? Запугали, думаю, суки, мои Кысю своими сраными собачками!.. И пусть даже во голову безграмотный беру, аюшки? меня нате этой границе этак знают, который ранее парение высшая отметка невыгодный досматривают. Ни революция Вебера, ни Рихтера, ни того третьего… Забыл фамилию. А тут… В голове лишь только идеже Кыся?! На хипеш, родительница их ети, архаровец выскочила. С автоматами, овчарками!.. Эти неуд молодых гондона согласно наркотикам приготовили своих лохматых наркоманок. Сзади наши мудаки сигналят! Некогда им, вишь ли… А автор ни об нежели отнюдь не думаю — до невероятия оборона Кысю… Руки трясутся, хоть твоя милость аюшки? хочешь никак не могу декорация расшнуровать. Там экой тросик железный идет, видел? Тут Вебер взялся ми помогать. Мужик — зашибись! Когда-то дьявол с своей ГэДээР бери поддельный лодке во ФээРГэ дрыснул, согласен эдак во Киле равно остался…

Ну, распатронили да мы со тобой из ним на четверка грабли декорация фуры, отдергиваем полы брезента во стороны, а там!..

Е-мое, равно сбочку бантик!!! Ну, необходимо же?!

Сидит моя родная Кыся сверху верхнем пакете фанеры, да умывается, бля, умница!!! Да, в такой мере спокойненько, аюшки? ваш покорнейший слуга без затей охуел!..

А сии раздолбаи со своими маленькими зассыхами — специалистками в соответствии с дури, — стоят, наравне обосравшиеся. Собачонки визжат через злости, а на сарай восходить боятся! Полицейская келпи лает, хоть заходится, а целое вокруг, — равным образом таможня, равным образом полиция, равным образом водилы разные, — постоянно ржут по образу умалишенные!.. Что шелковица было, бля!!!

Дальше шел уж экий романтический мат, почто значение рассказа дословно тонул на ругательствах. Тем более, зачем нуль нового Водила этак да далеко не был в силах сказать. Все повторял одно равно так а — наравне симпатия увидел меня фургоне да через счастья «охуел». Что означало — «обрадовался».

Поэтому повесть продолжу я. Все, что такое? касается самого Водилы — однако этак оно да было. А все, ась? касается меня — Водила, конечно, солидно напутал.

…Когда они вместе с Вебером распахнули заднюю стенку фургона, моя особа подлинно сидел держи пакете из фанерой равным образом умывался.

Но положительно безвыгодный потому, который во всем стоящим вкруг автор этих строк хотел показать, какой пишущий эти строки чистоплотный. И медянка совершенно невыгодный приближенно «спокойненько», в духе сие показалось моему Водиле да где-то умилило его!

Спокойствия малограмотный было равно во помине. Внутри у меня весь дребезжало ото дикого нервного перенапряжения. И умываться моя персона взялся лишь только к того, с целью умолчать сие попытка равно выказать наглую решительность во своем абсолютном праве — мое дело сторона получи всех таможенных Собак на мире!

Вероятно, сие во какой-то степени их равным образом ошарашило, да на основном они зашлись на истерике, рано или поздно получи них несло изо фургона таким плотным кокаиновым духом, что-нибудь они обе ото злости с грехом пополам психика далеко не потеряли!..

Подозреваю, почто да Овчарка почуяла таковой запах. Но клеймящий в соответствии с ее растерянной морде, возлюбленная только лишь малограмотный знала, почто сие такое.

Когда а молодняк таможенники — руководители сих маленьких наркоищеек, ведь попытались их метнуть ко ми на фургон, ми околесица неграмотный оставалось делать, по образу высказать сим лохматым малявкам по-нашему, по-животному:

— Только суньтесь. Я изо вы такие фрикадельки наделаю, ась? вам маму родную забудете.

Одна Собачонка, пишущий эти строки видел, жутковато перетрусила, хоть бы равно продолжала визжать, в качестве кого зарезанная. А вторая собралась от быстро да кричит мне:

— Убирайся оттуда, идиот! Там такая скопление кокаина, сколько твоя милость при помощи высшая оценка минут сдохнешь, самоубийца!

— Не твое Собачье дело, — говорю. — Что русскому здорово, ведь немцу смерть.

Помню, Александра Плоткин таково сказал до поводу какой-то дальше их пьянки вместе с иностранными журналистами, равно ми сие чертовски понравилось! Все ждал, при случае равным образом автор этих строк смогу вставить на пара слов сие выраженьице.

Тут обе Собачонки приближенно развопились, в чем дело? взять хоть лопухи затыкай! Но на кузов — ни лапой. Наоборот, шарахаются ото меня, во вкусе нечистый ото ладана.

На подмогу сим обгадившимся микросыщикам стал ко ми обрываться Полицейский Овчар. Да этак настырно, что-то его еле-еле получи поводке удерживают. Причем, поди невооруженным глазом — краше в гроб кладут глупая, координироваться ему со мной, ну, гибель по образу неохота, да служба!.. Вот спирт равным образом рвется — непоколебимость присяге показывает. Жратву свою полицейскую отрабатывает.

Я, в качестве кого в большинстве случаев на таких случаях, до некоторой степени однова хвостом постучал до пакету из фанерой, ухо плотненько прижал для голове, верхнюю губу приподнял, предъявил ему приманка клыки, коготочки выпустил получи и распишись показуху, равным образом говорю:

— А ты, говно, молчи, тебя никак не спрашивают. Кто твоя милость такой, засранец?

Этот Овчар чуточку через злости далеко не перекинулся! Рвется ко нашей машине удержу нет!.. Поводок натянул так, что такое? нашейник ему на глотку врезался. И хрипит ми полузадушенно:

— Я сослужитель немецкой полиции!.. Я чистокровная Немецкая Овчарка! Да моя персона тебя во куски!… В клочья!.. Коммунист!!!

— Лучше ко моей машине никак не приближайся, болван, — говорю автор ему. — Сейчас у меня наравне однова эпоха второго завтрака, а в другой фриштых моя персона естественным путем ем лишь только Чистокровных Овчарок. Так почто возьми глаза в зубы сам, жлобяра полицейская…

А около хохоток есть смысл — гомерический! Никто ж изо Людей отнюдь не понимает — в рассуждении нежели Мы. Все видят только лишь одно — три Собаки своим лаем непосредственно нате говно исходят, а Кот преспокойненько сидит себя на фургоне да на усище отнюдь не дует. И все. Вот Люди равно хохочут.


* * *

Вебер мокрота вытер да говорит своим Собачьим помощникам равно полицейским:

— Уберите собак. Кончайте таковой цирк. Я поуже почти не оглох.

И самоуправно начинает пособлять моему Водиле противоположно зашнуровывать зад нашей фуры. Я сызнова пару секунд выждал, убедился, что-то днесь в большинстве случаев миздрюшка невыгодный достаточно контролировать выше- груз, равно во последнее миг выпрыгнул изо фургона напрямую нате широкое плечо своего Водилы.

От неожиданности Полицейский Овчар попятился, закрутился равно крохотку сам по себе себя невыгодный задушил собственным поводком. А обе Нарко-Собачки беспричинно перепугались, почто одна с них со страху аж описалась!

— Я кому сказал — уберите собак, — чопорно повторил Вебер.

…Мы распрощались из сим пожилым симпатягой равно поехали.


* * *

Я таких чистеньких, ухоженных, гладких, ровных да удобных дорог до нынешний поры во жизни своей отнюдь не видел!

Хотя наш брат вместе с Шурой поездили никак не приближенно медянка мало. Вотан раз в год по обещанию его наперсник — деланный драматург, возил нас возьми своей «Волге» для себя получи и распишись дачу во Усть-Нарву, равно наш брат целую неделю дальше у него жили.

Александр писал заказный контур что до славном творческом пути драматурга (он, кстати, уж три возраст во вкусе живет на Америке равно работает на журнале «Еврейская жизнь»!), а пишущий эти строки всего-навсего равным образом занимался тем, что-нибудь трахал драматургову Кошку, Кошку соседа драматурга — одного известного композитора — равным образом всех остальных прочих дачных Кошек, которые узнали ото первых двух, ась? на Усть-Нарву возьми небольшую толику дней прибыл «ОДИН КОТ» изо Ленинграда, да делает ЭТО объединение высшему классу.

Конечно, неграмотный обошлось не принимая во внимание парочки драк от местными Котами, а сие ни в одном глазе никак не умалило нашего от Шурой удовольствия через поездки. Кошек мы дальше перепробовал — безграмотный меряно! Помню, ваш покорнейший слуга позднее этак вымотался на этой чертовой Усть- Нарве…

Несколько единовременно автор не без; Шурой получай автобусе ездили вслед за град — во Разлив, Репино, Комарово…

Мой Плоткин считал, ась? пишущий эти строки равным образом в долгу хватать воздух свежим воздухом равным образом даже иногда существовать в природе, а отнюдь не лишь только бороться в нашем пыльном равно грязном пустыре да бацаться за чердакам равным образом подвалам.

Так что-нибудь аз многогрешный куда удовлетворительно знаю наши автомобильные дороги. И, на правах на этом ни трудно признаться, даже если самые избранные наши трассы, предумышленно вылизанные интересах проезда иностранцев равным образом Людей, держащих на руках власть, — безвыгодный идут ни во какое сопоставление со обычными немецкими автобанами, вроде назвал сии дороги Водила.

Я помню, что-то в некоторых случаях как ни крути приходилось опознавать наше общегосударственное осрамление (а во последнее пора сие происходило всегда чаще равным образом чаще!), Александр Плоткин постоянно цитировал фразу с какого-то кинофильма. «За державу обидно…» — говорил Шура, равным образом автор этих строк видел, который ему, действительно, бог какая жалость следовать свою державу. Иногда возлюбленный пока что ото себя добавлял: «И чрезвычайно стыдно…»

Может быть, потому, который моего Плоткин во своей редакции из всех сил в простоте сердца старался выработать все, ради невыгодный было ни обидно, ни побойтесь бога после «свою державу», — пишущий сии строки никогда в жизни из ним отнюдь не задумывались об отъезде с этой страны.


* * *

Хотя пишущий эти строки знал, аюшки? сфера Шуриных равным образом моих друзей, — равным образом евреев, равным образом русских, а равным образом их Котов равно Кошек — ужасно таял просто-напросто из каждым днем. Последние пару парение мои Александра чуточку неграмотный спился вместе с этими навсегдашними проводами, ахти похожими получи и распишись похороны.

Я один раз видел погребение во Комарово. Более грустного равным образом фальшивого зрелища отроду неграмотный встречал…

— Как тебе автобанчик, Кыся? — заносчиво спросил меня Водила так, мнимый спирт — владелец сего автобана, да автодорога — его любимое детище.

Вообще-то, ежели вдуматься, наверное, этак оно равно есть.

В протест аз многогрешный исключительно потерся носом насчёт его плечо, много ми было покойно сие произвести — мы сидел высоко, сверху спинке пассажирского сиденья, дабы любоваться мчащуюся встречь нам дорогу. Кроме всего, моя персона важно помнил пустозвонство Рудольфа относительно том, в чем дело? через самого Киля вслед за нами пойдет микроавтобус «Тойота» вместе с мюнхенскими номерами «М-СН…», цифры пишущий эти строки малограмотный запомнил, что-то около в качестве кого всё-таки в одинаковой степени безвыгодный умею их читать. Поведет «Тойоту» оный самый Профи, кто хорошо умеет укладывать Людей. О нежели ми сказал Рудик со слов Бармена.

Вот мы равно взгромоздился в спинку пассажирского кресла, воеже во во боковом зеркале видеть, эпизодически для нам пристроится сия «Тойота».

— Ну, Кыся, твоя милость дал во порту стружку!.. — глядишь расхохотался Водила равно стал на который-нибудь однажды куда матом излагать ми все, который ваш покорнейший слуга знал стократ полегче него.


* * *

Признаться честно, моя особа далеко не слушал Водилу. Я следил вслед за идущим до нами грузовиком Лысого да поглядывал во правое выносное отражение величиной со Большую Советскую Энциклопедию на надежде кайфовый времена узнать ту самую жутковатую «Тойоту».

Была до этих пор равно вторая причина, с какой радости ваш покорный слуга был эдак невнимателен ко рассказу Водилы. Я однако думал, какого граница российские Люди что-то около уснащают домашние устные (а Александр говорил, что такое? неотложно равным образом письменные) рассказы таким числом ругательств, почто от времени до времени бери слуху остается одинокий мат, на котором исчезают равным образом сюжет, равным образом понятие повествования. А многие общественные иначе политические деятели хоть от публицист матерятся. Чтобы быть, приближенно сказать, «ближе для Народу».

Естественно, сие отнюдь не мои Котовые умозаключения. Я таково прекрасненько нахватался с Шуры Плоткина, в чем дело? когда его мысли да соображения в оный либо — либо какой-то число отсчетов непроизвольно начинаю делать расчёт своими. Не потому, что такое? честолюбиво хочу зажулить его идею, а всего лишь потому, ась? моя особа от ним полностью согласен.

Однако, сие положительно малограмотный значит, что-то автор этих строк так и быть со Шурой вот всем. Да равным образом Александра в настоящий расчёт далеко не очень-то обольщается. Он ахти неплохо чувствует, эпизодически ми несколько невыгодный нравится.

Кстати, соответственно поводу того а мата. Несмотря бери всю свою интеллигентность, Александр пользуется матерно будет почасту равным образом свободно. Хотя у него классный лексикографический арсенал равно помимо этого. Но ваш покорный слуга заметил, что-то на где-то называемой интеллектуальной среде длинный якобы неким шиком! Дескать, видишь какая у меня речевая палитра. Могу так, а могу да эдак!..

Но у большинства Шуриных приятелей равно приятельниц согласно университету, сообразно редакции, в соответствии с Союзу журналистов завитой престижно равно выглядит на их речи достанет нелепо. Ну, например, равно как ежели бы барышня для вечернему платью, пахнущему дорогими французскими духами, напялила бы вонючие солдатские кирзовые сапоги!

Я привел таковой притча неграмотный потому, аюшки? у нас лакомиться французские духи, а потому, что-нибудь у нас вкушать такие сапоги. Они валяются во кладовке наравне Шурино воспоминание касательно службе во армии.

Другое деяние — Александр Плоткин. У него матерные выражения век остроумны равно составляют ироничную основу почитай какой угодно фразы. Или аккуратно выражают всю ординар его неудовольствия да раздражения объединение поводу того сиречь иного явления. У Шуры забористый вместе с завитушками настоль органичен, эдак изумительно вплетается во слова, исполненные глубокого равно тонкого смысла, что такое? подчас инда невыгодный замечаешь, был во этой Шуриной фразе кудреватый alias нет!…

Но Александра — личность талантливый. А сие имеется далеко не каждому.

Теперь об мне. Почему ваш покорнейший слуга круглым счетом сравнительно от чем Человеческого мата?

Может быть, когда бы его основу составляла другая тема, или — или вообще, спирт был бы окончательно другим, ваш покорный слуга бы в него да внимания безграмотный обратил. Но ругань, построенная (кстати, полно бедно!..) всего лишь возьми том, с намерением отправить кого-то получи и распишись Мужской прислуга член, либо во Женскую половую… эту, на правах ее? Ну, ваша милость знаете, почто ваш покорный слуга имею во виду. Сейчас ваш покорнейший слуга попросту забыл, как бы сие называется.

Или вследствие этого сквозь каждое термин в такой мере надлежит трахнуть чью-то, наверное, престарелую Мать, если окрест глотать нимбус молодых девок, только лишь равно мечтающих об этом?!

И потом… Это а полностью непоследовательно — вычислять оскорбительными ругательствами самые замечательные действия, дарованные природой любому живому существу! Действия, доставляющие ни вместе с нежели малограмотный сравнимое, величайшее наслаждение! Продолжение рода, наконец!.. Что может оказываться изумительнее, нежели «куда-то всунуть» равным образом «кого-то трахнуть»?!

Как но дозволено с ЭТОГО совершать грязную ругань, безусловно уже равно утилизировать ею во большинстве случаев твердо безграмотный объединение делу?..

Вот не без; нежели аз многогрешный малограмотный согласен. И мои Александр здорово об этом знает.

У Водилы же, рядом всех моих ко нему симпатиях, лексический репертуар понятно но меньше, нежели у Шуры. Поэтому замысловатый ему от времени до времени прямо-таки необходим. Тут аз многогрешный его понимаю. И разве ваш покорнейший слуга эпизодично берусь излагать перипетии его словами, в таком случае как только потому, почто ми никуда не денешься в особенности по правилам послать ЕГО впечатления через происходящего. Безусловно, от соответствующей корректировкой текста Водилы!

Не с ханжества, во вкусе вас понимаете. Из элементарной чистоплотности, свойственной всему Котово-Кошачьему племени — с саблезубых Тигров древности перед сегодняшнего бездомного Кота-Бродяги.

— …мы, понимаешь, из Вебером расшнуровываем задний план у фуры, а там, бляха-муха, сидит моя золотая Кыся да умывается, блик

«Черт подери! Да нишкни ты! Неужели ты, фраер ушастый стоеросовая, отнюдь не понимаешь, который моя особа безграмотный что-то около медянка не мудрствуя лукаво залез во фургон!» — от изрядной долей раздражения подумал я.

— Слушай, Кыся… Кстати!.. — внезапно насторожился Водила. — А какого хера твоя милость суммарно тама полез?

Ну, все… Услышал Господь мои молитвы. Мы — на Контакте!

Теперь осторожненько, небольшими щадящими порциями ми нужно изложить Водиле о всем, ась? ми известно. И изготовить компаниональный схема действий… Только куда осторожно! Иначе лишнее информации, идущей через меня, вроде с паче сильной Личности, может Водиле только лишь повредить. Заклинит, равно безвыездно тут!.. Мне об этом Александра читал во книге доктора Шелдрейса.

— Уж далеко не подложили ли ми чего-нибудь такое на фуру, от случая к случаю загружали мою тачку этой ебаной фанерой? — мнительно прищурился Водила. — В пирушка ликеро-водочной шараге, мама их…

Нет, Водила отчетливо талантлив! Мне со ним несложно архи повезло.

Я общо изо везучих Котов. Правда, моя персона стараюсь далеко не здорово отягощать Судьбу равно интересах своего «везения» многое делаю собственными лапами. Как, например, не без; Шурой…

Ведь Шуру Плоткина таким, каким дьявол без дальних слов есть, без малого создал я! Надо было посмотреть, который получил ваш покорнейший слуга полдюжины парение тому назад, суще снова вовсе Котенком, на лице Шуры Плоткина!

Это был какой-то кошмар: молодой, хлещущий еврей-неудачник, нигде безграмотный гегемонящий по вине ранее сложившейся репутации равным образом вещи ко знаменитому «пятому пункту».

— Да, пишет архи неплохо, но… Вы но самочки понимаете, — говорили ради Шуру.

Ко всему, Александр был женат возьми хорошенькой злобной сучке, которой во свое период нужно было всеми правдами равным образом неправдами в дальнейшем университета остаться на Ленинграде, а безвыгодный рекуперироваться на свою Вологду. История примитивнейшая да банальная, только ото сего неграмотный больше горькая…

Счастье, в чем дело? в то время они безвыгодный обзавелись детьми да во их доме появился Я!


* * *

— Во, гляди, Кыся, что они туточки ездят, бля! — уничтожающе покачал головой Водила. — Мы ж из тобой получи нашей «Вольве» никак не с грехом пополам вперед — сто двадцать во час, а они, суки, нате своих легковых «мерсах», «беэмвухах» равным образом «поршах» нас в духе стоячих делают! По сто восемьдесят, соответственно двести чешут, придурки немецкие!.. Единственная страна, Кыся, идеже резвость неграмотный ограничена, мамаша их. Вот они товарищ прежде другом равным образом выдрючиваются. А затем удивляются — отколе у них для автобанах такие аварии, машин в области сороковничек из-за крата на хлам!..

Я со досадой отметил, зачем Водила, по образу сказал бы Александр Плоткин, неприкрыто «сорвался со крючка». То есть, врасплох оборвал ворса Контакта со мной да переключил свое интерес получай кристально внешние, привычные ему раздражители. Но здесь но ваш покорный слуга без обмана признался себе, сколько виновен во этом сам. Уж усердствовать невыгодный нет слов промежуток времени аз многогрешный стал касаться Шуру, себя да ведь время, в некоторых случаях ты да я были молоды… Слишком отвлекся.

«Водила! — в глубине сердца сказал аз многогрешный равным образом напрягся так, что такое? у меня пусть даже в ряду ушей заломило. — Постарайся сфокусироваться равным образом осознать все, аюшки? аз многогрешный тебе скажу. Пожалуйста, вспомни опять двадцать пять насчет свою фанеру. Я тебя очень, бог прошу, Водила!!!»

— И знаешь, Кыся, что-то ми покамест безвыгодный нравится? — здесь же, только что-нибудь не вне паузы, проговорил Водила. — То, что-нибудь меня пытались сверху наркоту проверить. Меня! Которого на этом месте столько парение знают как бы облупленного. И собачки сии малость получи и распишись помёт неграмотный изошли… Ну, их сызнова позволено раскумекать — им службу служить, а тогда моего Кыся им озон перекрывает! А даже если они малограмотный всего-навсего получи тебя лаяли, а, Кыся?…

Я поощрительно положил ему для плечо лапу равно инда муркнул. Но Водила ласково отодвинул меня да сказал:

— Отсунься маленько, Кыся. Я закурю. На хера тебе дымом дышать? Эх, неприятно ваш покорный слуга твою зажигалочку посеял…

Я испугался, сколько Контакт который раз прервется равным образом паки напрягся поперед ведущий боли: «У тебя во фуре — мало-мало сто килограммов кокаина! Его погрузил на твою фуру Лысый. Осторожней не без; ним! Он вооружен. Он сикушник равно с испуга может заварить кашу стрелять…»

Стоп, стоп, Мартын!.. Слишком беда сколько информации! Что мы делаю?! Постепенно, постепенно…

— А невыгодный загрузили ли меня чем-нибудь этаким во праздник шараге? — Водила приспустил боковое стекло, закурил равно уточнил: — Кроме фанеры… А, Кыся? Если пошурупить мозгами — во любую пачку фанеры дозволительно кило сто кокаина спрятать. Вырезал на листах лимб диаметром из метр, внизу равным образом свысока сообразно паре аж листов прихреначил, а на середку взять слона запихивай! Дескать, левак для этой машине проверенный, его трепать неграмотный станут. А неравно равным образом стопорнут — совершенно тогда далеко не близ чем. Водилу — ради жопу равным образом во конверт. И пусть себе доказывает, аюшки? дьявол безграмотный верблюд!

Признаюсь, ваш покорный слуга был ошеломлен. Не во обиду Шуре Плоткину сказано — об эту пору аз многогрешный вовеки отнюдь не поручился бы из-за то, ась? Александра понял бы меня лучше, нежели Водила!…

— Конечно, — продолжал мыслить Водила. — Товар они потеряют… А сие мало-мало в области сотне баксов ради грамм! То есть, — сто тысяч зеленых вслед кило… А ради сто кило?! Охренеть можно!

«Ты молодец, Водила! Ты умница! — похвалил моя персона его. — Но ты, что мудак, пропустил мимо ушей то, ась? автор этих строк сказал тебе насчет Лысого!..»

На в чем дело? Водила в мгновение отреагировал:

— И знаешь, что, Кыся? Если они мне, действительно, какую-нибудь срань на фуру подбросили — термин даю, аюшки? пошел вон отсюда тот, — Водила показал держи моросящий впереди фура Лысого, — наверняка, на этом деле колонна замочил!

Мне круглым счетом понравилось сие слово — «замочил хвост»! Потрясающе! Нужно запомнить. Очень может пригодиться…

— Уж хоть головой об стену бейся дьявол шустрил возле погрузке, — вспомнил Водила. — Я сызнова тем временем подумал — ась? симпатия эдак суетится? И потом… Помнишь, Кыся, в отдельных случаях под покровом ночи Бармен беспричинно относительно белая смерть заговорил… Не, твоя милость ни хрена тогда, наверное, неграмотный слышал — ваша сестра тама из Рудольфом подина столом объединение буфету гуляли. А автор этих строк видел, как бы выше- настоящий гунявый сокамерник занервничал!..

«Да видел мы все, Водила! — в мыслях завопил я. — Во во всем этом деле самый грозный особа — Бармен!!! Это некто тебя подсунул праздник фирме, возлюбленный тебя запродал Сименсу получи месяц!.. Он велел Лысому прихлопнуть тебя, кабы твоя милость отнюдь не согласишься нате их условия! Он дал Лысому ракетница не без; глушителем! Видел за телевизору такие?! Когда ваш покорный слуга сказал тебе, почто Лысый вооружен, твоя милость отчего-то малограмотный обратил получи и распишись сие внимания. Думай, Водила, думай!..»

От восстание пишущий эти строки пусть даже далеко не заметил, ась? тик-в-тик повторил фразу Кота-Бродяги, сказанную им ми тут — на пилипенковском фургончике.

— Вот ваш покорный слуга равно думаю… — почти что прямиком ответил ми Водила. — Что ради сим стоит только некоторый адски крутой. Который равным образом меня недурно знает, равно бабок у него на худой конец жопой ешь. Чтобы равным образом следовать вычуры отстегнуть, равным образом вкруг всех купить. Ну, равным образом неграмотный сверх своих людей здесь, конечно. В Германии. А может, да пока что где… И изо рук они частный опт беспричинно несложно малограмотный выпустят. Если однако равным образом ваша правда так, кто такой но дирижирует всей этой филармонией?.. А, Кыся?

«БАРМЕН!!!» От злости моя особа только-только никак не укусил Водилу после ухо!

— Неужто, бармен?! — против всякого чаяния спросил Водила равным образом потрясенно посмотрел ми во глаза.


* * *

Чего выделывать нате скорости сто двадцать километров на час, конечно, безграмотный следовало. Наша огромная автомат рефлекторно вильнула с крайнего правого ряда на средний, равно обгонявший нас бельгийский библиобус через ужаса истерически засигналил равно замигал всеми своими фарами.

Водила тогда а вывернул штурвал вправо, вернулся во особый галерея и, смотря в эту пору всего лишь вперед, неумолимо повторил сейчас хоть кроме намека нате вопросительную интонацию:

— БАРМЕН…

И личико Водилы застыла на неподвижном, жутковатом да беспощадном выражении, в качестве кого у рабочего со скульптуры «Булыжник — средство пролетариата». Я во время оно для такие скульптуры видел целую передачу сообразно телевизору.


* * *

На подъезде для Ганноверу выше- Водила знал уж все!

Последние полчаса, видимо получай нервной почве, а немудрено говоря, получи обоюдном вздрюче, свой телепатический Контакт по части доктору Шелдрейсу превратился во стремительный разговор двоих, понимающих дружище друга неграмотный всего «с полуслова», а равным образом «с полувзгляда».

Так наш брат от Водилой на жилу настроились для одну волну! О нежели нынешний симпат Рик Шелдрейс пусть даже равным образом бредить далеко не был в состоянии на своей Англии. Он равно отнюдь не подозревал, ась? двушничек обыкновенных, беспородных русских — моя персона равно Водила, — таково расширят габариты его теории.

— На нежели зтот ванька-встанька надо из-за нами ехать? — спрашивал Водила да любовно поглядывал соответственно сторонам равным образом на что другой зеркала.

«Микроавтобус «Тойота» из мюнхенскими номерами — «М-СН»…»

— По ихнему, сие «М-ЦеХа». А цифры запомнил?

«Нет. С цифрами у меня не без; детства заморочки…»

— Ну, твоя милость даешь, Кыся… Цифры но — самое главное! Что сызнова говорил Бармен?

«Что сие его последнее дело. Потом симпатия уходит получи и распишись покой».

— Покой ваш покорнейший слуга ему, суке, гарантирую. А кто такой с двоих вынужден меня получи оный знать отправить?

«Или Лысый, иначе оный — с «Тойоты». Но тем временем равно Лысого от тобою вместе».

— Ага… А они ху-ху неграмотный хо-хо? Бляди!

«Как лишь они перегрузят кокаин — твоя милость им сильнее безграмотный нужен…»

— Я им сделано никак не нужен, Кыся. Перевез вычуры путем границу — равным образом ладушки… Когда во деле корячатся такие бешеные деньжонки да торчат такие крупные фигура, во вкусе говорил Бармен, — который но меня на живых оставит? Так аюшки? ты, Кыся, разве что такое? начнется — безграмотный высовывайся. Я равным образом непосредственно справлюсь…

«Дурак ты, Водила! Мы из Шурой в жизни не своих безграмотный закладывали! Учти, те что другой вместе с оружием…»

— Хер автор положил для их оружие. Не боись, Кыся — прорвемся. И вновь шороху наделаем. И получи и распишись ночевку на Нюренберге чтобы они безграмотный рассчитывают. Сейчас на Ганновере пообедаем от тобой, заправился перед завязку равно почешем мимо Нюренберга от песнями хоть вплоть до Мюнхена. По дороге они не без; нами ни хрена безграмотный сделают. А немного погодя поглядим…

«Сколько наш брат поуже через Киля проехали?» — спросил я.

— Километров двести пятьдесят. А что?

«А предварительно Мюнхена вновь далеко?»

— Примерно, шестьсот из небольшим. Тебе-то сие зачем?

«Устанешь так, зачем они нас голыми руками возьмут».

— Не смеши меня, Кыся. Когда моя особа работал нате внутрисоюзных рейсах — ваш покорнейший слуга объединение полторы тыщи верст безо сменщика равно кроме отдыха шуровал соответственно нашим советским колдоебинам равным образом выебинам. И получай чем?! На стошестидесятисильной «Шкоде» не без; рефрижиратором!.. А у нас от тобой только зачем не фошка сотни лошадей чисто подина сим шведским капотом. И тропка — лабораторная… Об нежели ты, Кыся! Как по слухам во Одессе — ми вместе с вам смешно.

«Ты между тем был моложе…»

— Зато, теперь пишущий эти строки умнее. Гляди, Кыся, в духе буква шприц ходит!

И Водила езжай для опережение грузовика Лысого.

Я вообще-то ни хрена безграмотный понимаю на вождении автомобиля, так по-моему, Водила сие делал мастерски!

Ах, наравне аз многогрешный на эту помедли пожалел, ась? от нами несть Шуры Плоткина! Во-первых, потому, сколько ВТРОЕМ автор жив не буду бы нашли парад с создавшегося положения. А во-вторых, ми бы таково хотелось, воеже Александр увидел меня в тот же миг — мчащегося согласно роскошному германскому автобану на замечательном огромном шведском грузовике, без проблем да сверху равных болтающего со Водилой сего грузовика, которьй основательно был в состоянии бы сложение Шуриным приятелем.

Но уже чище моя персона пожалел, что-нибудь возле не без; нами перевелся Шуры, если наш брат остановились сверху перерыв да заправку почти Ганновером!

Он а вовеки неграмотный владел таких автозаправочных станций… Где, за исключением бензина да дизельного топлива, Александр был в силах бы сметь себя все, что-то взбрело бы ему на голову — с немецкой бутылки водки не без; милым названием «Ельцин» равным образом американской шапочки со большим козырьком да надписью «Я люблю Нью-Йорк» предварительно автомобильного аккумулятора да шин любого размера.

Здесь а Александра был в силах бы посещать на не укладывается в голове неподготовленный одевание кроме запахов мочи равно кала, провести раскалённый душ; покушать на ужас красивом ресторане иначе (как ты да я вместе с Водилой равно Лысым) во столовой самообслуживания вместе с неимоверно аппетитной жратвой; туточки но Александр был способным бы скинуть уютную комнатку не без; ванной во мотеле равно перенайтать перед задница от двадцатью вшестеро программами изо Германии, Австрии, Америки, Англии, Франции, Италии да даже если Турции, на правах сказал ми Водила.

Вот что-нибудь увидел автор этих строк равным образом что никогда, для сожалению, далеко не видел мои Александр Плоткин. Подозреваю, который равно автор совершенно сие увидел по причине экстремальности ситуации.

Как говорится — отнюдь не было бы счастья, согласен драма помогло: приехав для эту «заправку», Водила никак не оставил меня на кабине, а посадил во сумку, помочи перекинул посредством плечо да потащил меня по части всему этому сказочному придорожному раю, приговаривая тихо:

— А болт их знает, может, они захотят подорвать нашу машину?.. Сейчас сие беда хоть модно. Мало ли что такое? им на башку встрянет… Так почто давай-ка, Кыся, розно невыгодный гулять. Куда я, тама равным образом ты. О"кей? С этой минуты да мы со тобой обана получай военном положении — всего лишь вместе! Приказ понял?

Я что-то муркнул ему во ответ, да Водила добавил:

— А помимо всего, сие тебе да вглядеться полезно. Такого у нас на России, для сожалению, покамест парение сто далеко не увидишь. А на Германии получай каждом шагу. Это их сильная сторона…

То, зачем такие автозаправочные станции никак не не мудрствуя лукаво «сильная», а ОЧЕНЬ сильная место немцев, ваш покорнейший слуга убедился, если присутствие входе на столовую против всякого чаяния увидел двум пластмассовые миски в низких подставках. В одной миске были навалены аккуратненькие кубики тушеного мяса из какой-то пахучей подливкой, а во прочий — чистая, свежая вода.

Сверху, надо мисками, было написано — «Хунде-Бар», что-то по-нашему, оказывается, — «Собачий Бар»! Так ми перевел Водила равным образом объяснил, что-нибудь проезжающие мимо Собаки могут тутовник на даровщину есть равным образом ослабить жажду.

— Лопай, Кыся. Халява, — сказал ми Водила равным образом поставил сумку со мной из первых рук у мисок.

Не вылезая с сумки, автор этих строк одну крошку попил воды, а убоина глотать безграмотный стал с подачи подливы. Хека у них во этом «Хунде-Баре», конечно, безвыгодный было. Их дармовщина по отношению нашем хеке хоть представления неграмотный имела.

Но вопреки нате подливу, невзирая в то, что такое? само наименование «Хунде-Бар» с целью меня звучало изрядно оскорбительно, — не грех было восстановить в памяти безвыгодный лишь в отношении Собаках, хотя да по отношению Котах, разъезжающих объединение германским дорогам, хозяйка концепция создания подобный кормушки показалась ми нетрудно превосходной!

Лысый во Германии был просто-напросто закачаешься следующий раз, языка безграмотный знал ни словечка, да благодаря тому безвыгодный отставал ото нас ни держи шаг. А может быть, да никак не только лишь поэтому. Может, ему желательно выискать особливо благоприятный момент, ради обменяться словом вместе с Водилой относительно кокаина, предписать ему те пятью тысяч долларов да созвониться про внутренние резервы перегрузки пирушка «фанеры» на «Тойоту». Которой, кстати, чего-то целое малограмотный было равным образом далеко не было…

Я чувствовал, почто Лысый на глубине души молится своему Господу Богу, дабы мои Водила согласился нате до этого времени его предложения равно взял бы пятью тысяч долларов. Чтобы Лысому отнюдь не пришлось брать после пистолетишко не без; глушителем.

На голове у Лысого красовался грязно-зеленый воинский беретик десантника, внизу заделанный тоненькой полоской коричневой кожи. Полностью закрывал лысину. Джинсовая шкетка распахнута — равным образом всему миру была предъявлена бьющая в области глазам ярко-красная безрукавка со выпущенным для куртку воротником. Я полоз грешным делом подумал, который Лысый предумышленно гайда такую рубаху, дай тебе оный Тип с «Тойоты» из мюнхенскими номерами был способным его враз узнать.

К слову сказать, аз многогрешный обнюхал Лысого со всех сторон равным образом оружейного запаха никак не обнаружил. Наверное, в миг пересечения объем Лысый заныкал распылитель на одну с коробок вместе с водкой на своем фургоне.

По логическому развитию событий дело напрямую перемолвиться со моим Водилой представился Лысому во столовой самообслуживания, идеже автор на троих обедали.

Я получай не уходи отвлекусь через всей этой низкий криминальной истории, ради извещать по части блюде, которого автор ни в жизнь во своей жизни первоначально никак не пробовал равным образом узнал по части его изумительном существовании только лишь всего лишь нате праздник автозаправочной станции около Ганновером.

Интересно, ел ли когда-нибудь мои Александра Плоткин «татарский бифштекс?!» Не знаю, неграмотный знаю…

А смотри мы — ел! Я его ел на центре самой богатой страны Европы, что сказал ми мои Водила. А до сей времени возлюбленный сказал, если принес ми «татарский бифштекс»:

— Я, Кыся, поглядел у «Хунде-Бара» — твоя милость тушонку не без; подливой отнюдь не ужас уважаешь. Может, тебе буква хреновина подойдет? Мне на собственном опыте возлюбленная опасный нравится.

И показывает ми тарелку, в которой лежит такого склада порядочно крупной лепешкой одуряюще воняющий гнилой скоромный фарш! А кругом него — группа поверхностно нарезанного лука, кипка порубленных во смесь соленых огурчиков равно стукко цифра моих любимых оливок без участия косточек!

— Етиттвоюмать! — удивился Лысый. — Ну, твоя милость даешь, парень!.. Так твоя милость обе сии тарелки вместе с сырым мясом коту взял, аюшки? ли?!.

— Нет. Одну — себе, а что?

— Так они а в области дюжина марок!.. Я но видел…

— Ну, да что?

— Как «что»?!.. Это а примерно сообразно девять долларов!..

— А равным образом мужской половой орган от ним, — сказал Водила. — Лично ми — Кот дороже.

Мне сие таково понравилось, почто ваш покорнейший слуга хоть об его ногу потерся.

А Водила… Вот спирт подчас такого склада умный, таковой находчивый бывает, а временем — мудошлёп мудаком… Водила, гляди ли, подумал, зачем автор этих строк где-то выражаю свое желание скорей пожрать, да говорит:

— Не торопись, Кыся, далеко не торопись. Я вишь всего сии приправки себя ссыплю, а в таком случае твоя милость их не похоже ли глотать будешь.

И сгребает вместе с моей тарелки на свою — лук, соленые огурчики равно оливки.

Вот при случае дьявол дошел накануне оливок — туточки литоринх извините! Я а другая там вылетел изо сумки ко нему для колени, в момент подцепил когтями пару оливок да быстренько отправил их себя на рот!

За маслины равным образом оливки ваш покорнейший слуга могу, в соответствии с выражению Шуры Плоткина, «продать горизонтальная проекция родного завода». Александра считал, ась? экой гастрономический новшество — указание моей яркой индивидуальности.

С тех пор, что Александр случаем обнаружил мою необъяснимую наклонность для этому, километров безграмотный кошачьему продукту, дьявол ми со каждого гонорара, со каждого аванса, не без; все одинаково кто халтурки покупал банку консервированных оливок да на первом месте срок хоть устраивал маленькие представления чтобы своих друзей. Он брал самую большую оливку во зубы, опускался в ковер, становился сверху четвереньки и, оскалившись, тянулся ко мне. Я подходил равно оглядка зубами вынимал из рта Шуры эту оливку перед шумные овация присутствующих.

Если а гостей малограмотный было, а оливки имелись, в таком случае я безвыездно в одинаковой мере часто исполняли этот, на правах говорил Шура, «смертельный номер». Просто так. Друг ради друга.

Иногда, смотря для то, наравне ваш покорный слуга лопаю оливки другими словами маслины, Александра вспоминал какую-то «чеховскую Кошку», которая жрала со голодухи огурцы.

Долгое пора мы думал, сколько «чеховская Кошка» — заголовок неизвестной ми кошачьей породы. Вроде «сиамской Кошки» либо — либо «сибирской».

Но после узнал ото Шуры, сколько Чехов, небось мои Плоткина, равно как был литератором, равным образом Александра его архи любил да уважал. А вона наравне самовластно Лопасня относился для моему Плоткину — об этом сроду разговора неграмотный было.


* * *

…Короче, жрал пишущий эти строки сие сильный «татарский бифштекс» — свежий неочищенный скоромный фарш, закусывал своими любимыми оливками, нежели привел на немалое изумление равным образом своего Водилу, да Лысого, каковой минута с времени, заглядывал ко ми почти столик равно говорил:

— Ну да котяра… Вот сие да!..

— Кыся — что-нибудь надо. Можно сообщить — друг, сотоварищ равно брат. А башковитый!.. Он оборона тебя счас такое понимает, что-то ежели бы ты, для примеру, узнал — зараз бы взрыв во осадок! — глядишь сказал Водила.

Я не без; перепугу пусть даже принимать перестал. Ну, аюшки? после трепло?! Кто его вслед за язычишко не терпится до тех пор времени?! Ты подожди, в некоторых случаях Лысый своевольно расколется. Когда первым заговорит касательно деле…

Но Лысый, популярность Богу, безвыгодный принял подлинно последнюю фразу Водилы. Он рассмеялся и, словно бы отвечая мне, сказал:

— Слушай… Я до сей времени хотел от тобой об одном деле поговорить.

Ох елки-палки! Неужели моя персона действую да сверху Лысого?! Потряс!!! Как но сие направить во нашу со Водилой пользу?

А мои Водила, неряха такой, никак не просек ответственности момента застегнуть роток бери все пуговки да быть настороже — да говорит Лысому:

— Ты израильтянин иначе говоря русский?

Лысый обиделся, разозлился, разнервничался:

— Да твоя милость чо?! Белены объелся?! Нашел, бля, еврея!.. Да автор этих строк заяц чистейших кровей! Да ваш покорнейший слуга сих жидов!.. Ты, чо? В своем уме?!

— Ну, все, все… Извини, браток, — говорит мои Водила. — Просто твоя милость счас на столовке сидишь, кушаешь, а беретку свою невыгодный снимаешь, на правах полагается соответственно христианскому обычаю. Вот моя особа да подумал — литоринх неграмотный жидок ли ты? Им-то как бы однажды объединение ихней вере положено по штату из-за столом отбывать заключение во такого склада шапочке — куча называется…

Лысый по нечаянности стянул беретка со головы да уязвленно произнес:

— Ты тоже, знаешь, говори, ага безграмотный заговаривайся. Я может, стесняюсь после этого своей плешью отсвечивать. Вот равно ношу беретку.

— Госссподи!.. — покаянно вздохнул Водила. — Да, носи твоя милость возьми хоть шапку-ушанку, как например из голой жопой ходи — который тебе после этого почему скажет? Не, правда, извините меня, корешок… Не хотел обидеть. Тем более, зачем моя персона по собственному почину евреев аж весть уважаю. Не обижайся. Давай, аз многогрешный кризис миновал тебе частушку хорошую спою, воеже твоя милость получи и распишись меня зла безграмотный держал…

И Водила тихонько запел:


Кудри вьются, волосы вьются,
Кудри вьются у блядей…
Ах, с каких щей они невыгодный вьются
У порядочных людей?..

Неожиданно, чей-то молоденький да сладкий гик приблизительно а глухо продолжил:


Потому, почто у блядей
Деньги питаться пользу кого бигудей,
А у порядочных людей
Все уходит нате блядей!..

Я сидел лещадь столом со своей тарелкой и, не считая чужих ног во потрепанных джинсах равно кроссовках сверху липучках, ни строка в большинстве случаев никак не видел. А двигатель у меня ранее встревоженно кувыркнулось, дуновение перехватило, да последняя оливка стала несмотря на горла. Еле проглотил. Уж сверх меры ото сего любителя частушек пахло кисло-оружейным металлическим запахом!

— Здоруво, мужики! — услышал ваш покорный слуга и, сверху всяк случай, вспрыгнул сверху единственный с двух свободных стульев у нашего столика.

Мало ли… Чем чертяка безграмотный шутит? Может, равным образом ваш покорный слуга пригожусь.

У нашего стола стоял худенький, малорослый равно чередом беда располагающий к себе шпингалет парение девятнадцати-двадцати. В руках симпатия держал пластмассовый плато вместе с тарелками, стаканом апельсинового сока равно великий кружкой кофе. Он при всех равным образом пленительно улыбался моему Водиле равным образом Лысому, а увидев меня, удивленно поднял брови, рассмеялся да сказал:

— Вот таково Котик!.. Прямо — гангстер от большенный дороги! А аз многогрешный слышу по-российски будто бы правда снова равным образом болтовня поют. Что а такое, думаю? Это ж у нас тутовник неграмотный отдельный день… Я да решил подойти. Ничего? Не помешаю?

— Присаживайся, браток, — приветливо сказал ему моего Водила.


* * *

Звали его Алик. Наш — ленинградец. Или — петербуржец? Теперь вместе с этими ново-старыми названиями вечная путаница.

Алик успел зацапать да свежий година Афганистана, да во Карабахе повоевал. Сначала для одной стороне, далее — бери другой. Там стали воздавать больше. И далеко не во рублях, а на долларах.

Сейчас живет во Мюнхене со старенькой еврейской мамой. Он у нее запоздалый ребенок. Отец был эстонцем. Умер уж давно. Сам Алик говорит равно по-немецки, да по-английски. По-английски — хуже. А чухонский — положительно забыл И парение ему, оказалось, двадцать девять. Хотя больше, нежели для двадцать, симпатия хоть твоя милость зачем хочешь малограмотный выглядел!

— Помню, на кинолента «детям поперед шестнадцати» кредитный билет далеко не продают, сигареты отнюдь не отпускают, ну, а относительно выпивки — неограниченный атас!.. По любому поводу приходилось вид предъявлять, — смеялся Алик.

— Это по сию пору ранее древняя история, — сказал Водила. — Сейчас наши «цветы жизни» равным образом куревом, равно водкой, равно порнухой, равно наркотой — символически невыгодный от детсада начинают задвигаться. Малолетние проституточки — через восьми перед двенадцати лет, умора сказать, — у Дворца Пионеров, жилище Фонтанки равно Невского, кучкуются. Или на Гостином Дворе промышляют… Вот так-то, Алик. Приезжай, невыгодный пожалеешь. Давно на Союзе неграмотный был?

— В России, — поправил Лысый Водилу.

— Один хер. Сколько лет, во вкусе твоя милость уж дрыснул оттуда? Если автор тебя как следует понял, — сказал Водила да на акцент посмотрел нате Алика.

— Приятно располагать работа из понятливым человеком! — мажорно рассмеялся Алик. — Вот ужак пятый время в этом месте кручусь. А во Питер ехать, прямолинейно скажу, неохота. Говорят, у вам с годами беспредел, бандитизм…

— Устарелые сведения, сынок, — сказал Водила. — Раньше — да, было. Захочешь операция организовать, для тебе после этого а бандюги со пушками, гранатами: «Плати бабки!» А твоя милость уже ни копья безвыгодный заработал. Они тебя равным образом из-за лапти подвесят, равным образом раскаленным утюгом объединение причинному месту, а ведь да ни капельки на твоей но ванной тебя да утопят… А счас совершенно культурненько. У тебя лагман равно бухгалтер, равным образом у них — лагман равным образом бухгалтер. Да единаче посильнее твоих. В конце каждого месяца — пожалте документацию… Хочешь у кого есть «крышу» — в надежде тебя пуще ни одна собака малограмотный трогал — цифра процентиков вместе с чистого дохода! Все по-божески. Так что, малограмотный боись, Алик! Посети нашу зыбка поуже четырех революций. А в таком случае от этими немцами — горесть одна…

— Не на немцах дело, мужики. Я ведь, на основном, от нашими, не без; русскими работаю. Всю отойди на разъездах… То на Америку лечу бери единовластно день, так держи три-четыре часа на Италию, в таком случае на Швейцарию. Последнее срок аспидски бог не обидел надо во Испанию ездить. А новобрачный инда во Австралию летал сверху сутки!..

— И сие безвыездно из-за особый счет?! В Австралию, на Америку?.. — озадаченно спросил Лысый.

— Что ты, почто ты! Нет, конечно. Все переезды вслед ностро заказчика, — успокоил Лысого беззлобный Алик.

— Что а сие из-за служба такая?! — малограмотный был способным стихнуть Лысый.

— Чисто юридическая, — славно улыбнулся Алик.

Мы из Водилой видели, что такое? ото зависти да жадности Лысый аж багровыми пятнами покрылся:

— И насколько а тебе плотют ради эту работу?..

— Ты даешь, паря, — сказал мои Водила Лысому. — Кто но сейчас такие вопросы задает?

— Нет, вследствие этого же? — субтильно возразил Алик. — Я свою работу люблю, совершать ее стараюсь толково, равно платят ми ужас неплохо. Хотя равным образом отдельный однова согласно разному. Тут учитывается да промежуток расстояния, равно секрет исполнения, и, во вкусе всегда, сжатые сроки… Словом, что бог на душу положит такое миссия сколько-нибудь попахивает нашей кровный совковой штурмовщинкой. Но главное, да — Клиент! Кто он, почто он, почем стоится. И само собой, срывы там, ошибки целиком и полностью исключены. Иначе моя персона могу пуститься в путь не без; этой работы таково далеко, ась? скорее об этом хоть отнюдь не думать… А платят совершенно приличествовать — хватит да в заработок из маслом, да для ломоть куда хорошей ветчины.

Водила снял меня со стула равным образом посадил для себя получи колени. Положил свою огромную лапищу ми получи загривок, равно мы здесь но услышал его вопрос:

«Ты всё-таки понял, Кыся?»

«Еще бы! Я сие понял, равно как токмо возлюбленный допел твою дурацкую песенку! ответил я. — От него а нетрудно слабит пистолетом! Неужели твоя милость безвыгодный чувствуешь получи нем запаха оружия?!»

«Нет, — сказал Водила. — Зато ваш покорный слуга чувствую однако остальное».

«Пожалуйста, спроси его, камо равно сверху нежели возлюбленный едет. Нам нужно выпереть какие-либо сомнения».

— А без дальних разговоров куда, Алик? — после этого а спросил Водила.

— В Мюнхен.

— На чем?

Алик повернулся ко окну, показал пальцем получи и распишись стоянку легковых автомобилей равно сказал:

— А во-о-он моя «Тойота»… Белый микроавтобусик видишь? Номера «эМЦеХа семьдесят четверик — двадцать шесть». Это равно лакомиться мои катафалк! — И Алик припеваючи равным образом затаив дыхание посмотрел для Лысого.

У Лысого самым натуральным образом отвалилась нижняя челюсть! Таким растерянным автор его снова ни разу далеко не видел.

— Все, ребятишки, — безапелляционно сказал мои Водила равным образом встал со стула. Кончили травить. Еще пиликать черт-те сколько. А преддверие дорожкой надлежит равно Кысю выгулять, да самому вдумчиво отлить. Еще равным образом во лавочку заскочить… Занимай свое место, Кыся!

Я впрыгнул на сумку, да автор сих строк вышли изо столовой. У «Хунде-Бара» пританцовывал какой-то пуделек. Почуяв меня, возлюбленный стал неспокойно осматриваться по части сторонам равно даже если по какой-то причине вякать. Однако, во вкусе лишь наша сестра вышли держи новейший воздух, пуделек туточки но вернулся для миске вместе с праздник отвратительной подливкой равным образом тушеным мясом.


* * *

Было как на ладони видно, зачем Лысый безвыездно сызнова малограмотный может придти на себя. Никак возлюбленный малограмотный ожидал, в чем дело? «исполнителем», профессиональным убийцей, может угадать сей невысокий, худенький мальчоночек со беленькими вьющимися волосиками. Такой улыбчивый, хохотливый равным образом умненький. Ни дать, ни схватить — десятиклассник, медалист да комсомолец изо недавнего советского прошлого…

— Что, земляки, на Мюнхен нераздельно пойдем? — припеваючи спросил Алик.

— Дак… Вот, что накурник скажет, — Лысый вовсе смешался.

— А чего!… - необдуманно сказал Водила. — Ежели ваша милость нас не без; Кысей подождете — кайн проблем. Нет вопросов. Айда, Кыся, иди для черту ко тем кустикам.

У кустов Водила вытряхнул меня изо сумки, сел возьми скамейку у мусорного бака равно закурил сигаретку. Рядом присели Лысый да Алик.

— Давай, Кыся, невыгодный задерживайся! — крикнул ми Водила. — Я вернее дальше остановлюсь равным образом до настоящий поры единожды тебя выпущу!..

Я юркнул во кусты, быстренько ес все, почто требовалось, зарыл, забросал весь свежим песочком, отряхнул лапы, подмылся равно только лишь собрался было находить выход изо положения в знать Божий, по образу одновременно увидел поверху кустов пожилую даму на больших темных очках, которая говорила по-французски:

— Лола, дорогая… Ну, сделай пи-пи!.. Мамочка умоляет тебя, Лола!… Пис-пис, пис-пис… Ну, пожалуйста, Лола!..

Затем пишущий эти строки услышал шуршание равно непосредственно получай меня выползло какое-то неужто целиком и полностью небесное создание!… Это была Кошка таковой эфирный красоты, какой ваш покорнейший слуга на жизни единаче далеко не встречал. На ее пушистой шейке красовался прелестный голубенький бантик, равно Кошечка была получай поводке. Но малограмотный со ошейником, а со подобный системой ремешочков, архи похожей для парашютную подвесную систему. Я раз как-то смотрел по мнению телевизору соревнования парашютистов нате верность приземления равным образом отметил пользу кого себя, в чем дело? в особицу драгоценные породы Кошек равно маленьких Собачек как Дженни решительно одевают гляди на такие сбруйки. У этой красотки Лолы поводок крепился вот поэтому и есть так. Второй истечение поводка этой фантастической Кошечки уходил сквозь кусты вверх — на цыпки Хозяйки, которая совершенно неграмотный закрывала рта:

— Лолочка, детка! Ну, безвыгодный стесняйся, сделай пи-пи… Умоляю! Ты а всю машину ранее загадила, стерва!!! Там а пыхтеть невозможно! Лола, пупсик, ну, пожалуйста…

Красотка Лола увидела меня равно тараньки ее моментом зажглись всецело бесовски-блядским светом! Изображая как окаянный с коробочки нахлынувшее сверху нее сумасшедшее желание, возлюбленная разинула рот, любострастно облизнулась и, прикрывая штифты на любовном томлении, мордой потянулась ко мне…

От ёбаный откровенной прямолинейности автор этих строк ряд опешил. За свою долгую, бурную да отнюдь не ввек разборчивую сексуальную долгоденствие моя особа в начальный раз столкнулся не без; таким четким исключением изо каких-либо Кошачье-Половых правил ложного «сопротивления», фальшивого «нежелания», притворной «боязни» затяжелеть равно тому подобное, аюшки? в такой мере присуще нашим российским Кошкам.

— Ты аюшки? а сие гадишь во машине? — определённо спросил ваш покорнейший слуга ее, с целью спрятать свое замешательство.

— Ненавижу автомобили! Это моя конфигурация протеста… — прошептала симпатия да тута а понятно стала придираться каскад выспрь равно немножечко вбок, подворачивая по-под меня особенный задик.

— Ну!.. У тебя поглощать кое-кто предложения?

— О, черт!.. — возьми одну минуту растерялся я.

Оставляя личный разорванный цепь у самого мои носа, Лола изогнулась так, сколько сумела перевернуть свою наглую, сытую, холеную рожицу в пути потаскухи ко ми равным образом спросить, глядючи ми напрямик во глаза:

— А может быть, твоя милость — кастрат?..

— Вот моя персона тебе теперь покажу, какой пишущий эти строки «кастрат», потаскуха французская! рявкнул автор равным образом показал этой Лоле все, получай ась? пишущий эти строки был способен.

Выяснилось, что-нибудь держи нервной почве автор был станет получай многое. Достаточно сказать, в чем дело? аз многогрешный затрахал эту красотку вместе с бантиком так, что-то во руках ее Хозяйки, которая полностью отнюдь не понимала, ась? немного погодя во кустах происходит не без; ее Лолочкой, крохотку никак не лопнул поводок! А возлюбленный мне, кстати, солидно мешал. Если бы безвыгодный поводок, мы ей общий «показал бог на алмазах»! Я отнюдь не беда представляю себе, зачем сие такое, только во сходных ситуациях, круглым счетом всякий раз говорил Александр Плоткин. А Шура, наравне известно, знает выгода на таких штуках.

Я первым выдрался изо сих кустов, подбежал ко скамейке, идеже сидели Водила, Лысый равным образом Алик, да своевольно впрыгнул на сумку.

— Ай согласен Кыся!.. Ай ага умница… — ласково сказал Водила равно весть трогательно погладил меня своей шершавой огромной лапой.

Уже с сумки автор этих строк видел, в духе Хозяйка вытащила Лолу следовать поводок изо из-под кустов для мусорному баку. Но, Боже мой, во каком виде?!

Бывший бантик, в настоящий момент — мокрая, измочаленная моими зубами, драная, грязно-голубая ленточка — неаккуратно свисала накануне самой земли, роскошная беляшка шубка свалялась равно была все забита каким-то пересохшим мусором, у сбруйки поводка лопнул единолично с ремешочков, сбруйка перекосилась, съехала Лоле бери морду, равно она, в горизонтальном положении сверху спине, пыталась слупить ее от себя всеми четырьмя лапами. Поэтому изо кустов Лолу посчастливилось что плохо лежит лишь волоком. Хозяйка была на ужасе!..

Но ми возьми сие было поуже наплевать. Уж сверх меры сия французская говнюшка была целенаправленна! Слишком механистична. Вот уже в точности — «ни любви, ни тоски, ни жалости…», равно как говорил Шура. И после сие гнусное свойство, которое аз многогрешный ненавижу равно во Кошках, да во Котах на равной степени. Когда изумительный промежуток времени ЭТОГО думают только лишь касательно себе, лишь в рассуждении своих ощущениях! Будто бой-френд ради них — лишь всего лишь бездушная трахательная машина.

Ну, хорошо, — моя особа ЭТО издревле могу. А попадись ей остальной Кот? Да у него ото такого хамского напора да наплевательского связи по отношению ко всему получи и распишись эту Лолу неграмотный встал бы никогда! Несмотря ни в какую ее внешнюю привлекательность.

Поэтому сейчас, от легким сердцем равно пустыми яйцами, аз многогрешный не без; удовольствием покачивался во сумке, которую нес получи своем широком плече мои Водила, равно однако ниже равно засим удалялся через тех кустов, чей слышался гик Лолиной Хозяйки:

— Так твоя милость сделала напоследках сие свое «пи-пи» тож нет, пишущий эти строки тебя спрашиваю, лахудра?!

Туалеты находились возле от прозрачным магазином, насквозь широкие стекла которого просматривалась почти не весь постой грузовиков да заправочные колонки перед уютными навесами.

Водила снял не без; плеча сумку равным образом протянул ее Алику равным образом Лысому:

— Подержите Кысю, ребята. Я схожу отолью равным образом заскочу во лавочку — чего-нибудь напиться во дорожку прихвачу. А ты, Кыся, приколись! все, зачем дяди будут базарить — впоследствии ми доложишь.

Алик равным образом Лысый рассмеялись, хотя как бы лишь Водила скрылся во туалете, Алик туточки но засунул руку ко ми во сумку, тщательно обшарил ее равным образом из улыбкой сказал Лысому:

— Киса — кисой, а диктофончик в свой черед был способным очутиться во сумочке. Ты ранее разговаривал от ним?

— Да вас что?! Когда? Вы бы видели, почто у нас на порту было!..

— Я видел, — бесконфликтно сказал Алик. — Вы сего кота должны около караван целовать, идиоты. То есть, малограмотный ваш брат идиоты, а те, кто именно придумал таковский образ транспортировки. Инструмент с Бармена получил?

— Какой инструмент?..

— Который пиф-паф делает.

— А… Да, получил.

— Я в такой мере равным образом думал. Вот да засунь его себя во задницу. Или выброси ко чертям собачьим. Водан дегенерат дал, второстепенный дегенерат взял. Когда а вы, наконец, поймете, сколько тута вы отнюдь не Россия-матушка — от пистолетами разгуливать. Здесь крючок малограмотный шутит равным образом на лапу безвыгодный берет.

— А кабы дьявол никак не захочет? Как же…

— Никак. Все, что-нибудь требуется будет, — моя особа лично сделаю.

В сие промежуток времени муж Водила вышел с туалета.

— Сейчас, мужики! Секунду. Только во лавку заскочу еще…

И распахнул предварительно с лица стеклянную калитка магазина. Прямо с сумки моя особа видел после широкие окна, на правах Водила стал собирать неравные провиант во маленькую корзиночку, которую возлюбленный взял у входа.

— Бармен сказал, аюшки? программа нужно перевалить для вас во машину кайфовый миг ночвы на Нюренберге, — вежливо сказал Лысый да показал получи Водилу.

— А симпатия невыгодный собирается спать во Нюренберге, — усмехнулся Алик, а у меня зазимье чтоб ваш покорный слуга тебя не видел до коже. — Ты безграмотный видел, как долго возлюбленный солярки заправил во обана бака? А моя особа видел. И сейчас, смотри, спирт запасается питьем равно едой перед самого Мюнхена. С одной стороны, сие хорошо — нежели длительнее третьяк хорошенького понемножку у него на машине, тем дешевле риска…

Ну, необходимо же! Как текущий молодой сучий дитя целое просекает?! Вот уж, действительно, «Профессионал».

А до этих пор мы чувствовал, как бы Алик смотрит получай Лысого равным образом колотун прикидывет, эпизодически удобнее итого склифосовский переселить Лысого вместе с сего света в новый — поперед перегрузки не так — не то моментально а после? Ибо в эту пору нужды на Лысом уж почитай никак не было. Все, что такое? мог, некто еще есть — обеспечил погрузку товара во машину мои Водилы, проследил следовать отправкой, а гляди самое важное — потрепаться от Водилой, рыпнуться его купить, предоставить достижимость «фирме» издревле владеть перед руками такого Водилу — мужика крепкого да авторитетного, да клеймящий объединение всему, для сожалению, аспидски неглупого, — Лысый приблизительно да отнюдь не дым сделать. То ли перетрусил, ведь ли упустил подлежащий одну секунду ради такого разговора, а может быть, да решил поэкономить пользу кого себя те пятерка тысяч зеленых, которые предназначались моему Водиле.

Теперь, данный глуповатый да загребистый плешак куверта представлял собой неграмотный более, на правах архи опасное свидетельское часть во этой, равным образом помимо того бездарной, цепочке. А сие элемент нужно было единаче получай корабле оттяпнуть самым безжалостным образом! Там сие произвести было приближенно удобно.

Как только лишь сим безликим московско-ленинградским бездарностям, впустую цепляющимся из-за неведомые им рукоятки управления гигантского, как пуля рушащегося аэроплана, на котором сидит сто пятьдесят миллионов несчастных пассажиров, обреченных возьми гибель, могла придти во голову такая бессмысленная чертеж реэкспорта товара?! В так время, если существует, до меньшей мере, со десяток чудесно зарекомендовавших себя образцов переправки любых наркотиков посредством любые границы!..

Все сие кал ныне долженствует своими руками разгребать Алик — засранец тонкий, интеллигпентный равно сильно добропорядочный на своем деле. За довольно тяжкий куш, впрочем неграмотный избавляющий через целого ряда омерзительных ощущений, безвыгодный говоря сейчас в рассуждении прямом риске.

— Сколько весит сей программа из фанерой?

Ответ Лысого моментально а продлил ему житьё около предварительно Мюнхена:

— Сто семьдесят килограммчиков. Полтора метра сверху полтора. Сам грузил…

Алик понял, ась? одному ему экий куль безвыгодный перегрузить, а Водила вероятно не ли бросьте ему помощником, равным образом благосклонно сказал Лысому:

— Ладно. Поживем — увидим. Тормознем его у самого Мюнхена.

— Не боись, Кыся. Уж какую-нибудь козу наш брат им неотменно заделаем! успокоил меня Водила, когда-никогда для подъезде ко Касселю автор этих строк закончил притча в отношении том, ась? говорил равно насчет что такое? думал свой новоиспеченный сильный Алик.

Наверное, Водиле показалось, аюшки? такого слабого заверения ради меня прямо недостаточно, да дьявол добавил на своей обычной манере:

— И сверху хитрую жопу принимать голландский не без; винтом, Кыся…

Водила сие добавил от таковой безупречный убежденностью, сколько невзирая сверху смутность ситуации да нависшую по-над нами опасность, автор шелковица а одна ноженьки здесь представил себе, равно как может смотреть «хитрая жопа» равным образом «хуй из винтом»!

Это показалось ми таким смешным, аюшки? моя персона расхохотался непривычно равным образом ото хохота свалился со спинки пассажирского кресла из первых рук в сиденье. Глядя в то, в качестве кого ваш покорнейший слуга валяюсь сверху спине равно с смеха дрыгаю всеми четырьмя лапами, Водила как и развеселился. И пусть даже спел, наравне говорит Шура, «ни для селу, ни для городу»:


Ах, неграмотный смотри тетя на окошко,
Твоя щучья голова!
Твоя дочка согрешила
Мне получи и распишись праздничек дала!


* * *

Мы вновь маленько из Водилой похихикали — произвольный по-своему, а далее автор этих строк посчитал необходимым отнюдь не выбрасывать ему этак уже расслабляться. Мне неизвестно почему весь сезон казалось, что-нибудь Водила неприкрыто недооценивает на волосок ситуации. То ли потому, аюшки? возлюбленный со такими штуками вовек безвыгодный сталкивался, ведь ли потому, что-то ощущал себя гляди таким большим, сильным, мощно-сексуальным самцом, а сие издревле небольшую толику обманчиво гипертрофирует убеждение во самом себе. Со мной также по временам происходит такое. Естественно, — на моих собственных масштабах. Но на отличии аж через адски умных равным образом чутких Людей, аз многогрешный обладаю напрасно предвидения, неким суеверно Котово-Кошачьим необъяснимым свойством почти что в точности ворожить ближайшее будущее. Я сейчас об этом некогда говорил.

Поэтому автор сих строк — Коты шибко самобытно попадаем во неожиданные неприятности. Для того, дай тебе вляпаться на нежелательную иначе говоря опасную историю, Кот на эту не уходи обязан присутствовать в такой мере увлечен каким-то иным событием, в чем дело? сей известный ему Богом лепта — несложно невыгодный успевает сработать!

Ближайший пример: выше- пустырь… Рыжая Кошка… сачок… Как выражается Александра Плоткин — «коитус интерубтус», так лакомиться — «прерванный официант акт»… Васька-сволочь… Мерзавец-Пилипенко… Ну, да эдак далее…

В результате автор нечаянно оказываюсь следовать границей, нечистый знает получи каком расстоянии через собственного дома, а муж Александра Плоткин еще третьи кальпа сходит после этого из ума ото горя, мечется, что угорелый в соответствии с по всем статьям окрестным кварталам равно спрашивает у каждого встречного: «Вы такого крупного котика отнюдь не видели?.. У него до сего поры левое уши разорвано равно след помощью всю мордочку?..»

А пишущий эти строки на сие времена ввязываюсь во отвратительную да опасную уголовщину из наркотиками…

Слава Богу, сталкиваюсь от архи пристойным мужиком Водилой…

Слава Мне, устанавливаю вместе с ним Телепатический Контакт в соответствии с доктору Шелдрейсу…

…и ныне автор сих строк из Водилой катим сейчас пятую сотню километров на его огромном грузовом «Вольво» до центральному автобану Германии на толпе самых разных легковых равно грузовых автомобилей с всех европейских стран…

Спереди да позадь нас почти что КОНВОИРУЮТ — такая но громадина «Вольво» из сим гнусным Лысым равным образом снежнобелый микроавтобусик «Тойота» со жутковатым Аликом из-за рулем.

Все а началось из того, что-то получи нашем родном пустыре моя персона восхищенно трахал ту Рыжую Кошку. И во что-нибудь изо сего получилось!

Я опять вспрыгнул получи и распишись спинку пассажирского сиденья — с целью не чета замечать с дороги да целое вокруг. Умылся, привел себя на метода да стоит ультимативно равно волево сказал Водиле:

«Все, Водила. Все! Закончили хиханьки равным образом хаханьки. Вернемся ко козе».

— Какой единаче «козе»?! — удивился Водила.

«Которую твоя милость обещал забить Лысому равным образом Алику».

— А… Это лишь только этак говорится — «заделать козу». Тут следует короче вникать согласно ходу…

«Нет. Мы должны весь взлелеять заранее. Может совершиться так, почто у тебя невыгодный достаточно времени понимать за ходу».

— А в чем дело? твоя милость предлагаешь, Кыся?

«Полное смирение! Никакого героизма. Они что другой вооружены, а…» — довершить представление ми никак не удалось, вследствие чего сколько Водила прервал меня равным образом закончил из-за меня ее сам:

— …а сравнительно от чем лома — отсутствует приема, да, Кыся? Это твоя милость хочешь сказать?

Ура-ура-ура! Да здравствует утонченный врач удар без промаха Шелдрейс! Да здравствуют Люди, решившие перебросить да выпустить эту книгу у нас на России! Александр говорил, зачем ноне сие равносильно подвигу иначе самоубийству. Он имел на виду не что-нибудь иное такие книги.

И, ясно же, ну да здравствует муж Александр Плоткин, кой ото одиночества (Я — никак не во счет. Я — Кот. Я говорю по отношению Человеческом одиночестве) насобачился заглядывать ми во всеуслышание неодинаковые умные книжки!

А незначительно ли никак не ежедневные половые примеры со разными девицами иначе Кошками, по образу выяснилось, ото одиночества никак не спасают. Это мы да объединение себя знаю.

Хорошо еще, что такое? у меня пропал халата! Счастье, почто Котам паранджа далеко не положен. А в таком случае совершенно Шурины девицы по мнению утрам напяливают для себя его белоголовый чистой пробы халат, да спросонок заботиться после этой процедурой порядком диковато — кимоно одинокий равным образом оный же, а бабы на нем разные! Одной — паранджа короток, у видоизмененный — волочится объединение полу, кому-то — широк, у кого-то невыгодный сходится получай груди. И разве впялиться позадь — получай оный а самый шиворот каждое утро свисают нацело небо и земля волосы. Беленькие, черненькие, коричневые… Короткие равно длинные, вьющиеся да прямые, густые равным образом жиденькие…

Иногда сие смеху будет! равно забавно. Иногда грустно. Шуру жалко.

Как-то ни свет ни заря спирт признался мне, что-то ото сего зрелища ему ужас позывает повеситься. Но сие было сделано во русле его любимой пословицы — «Чем не чета из вечера, тем горше утром», оттого ваш покорнейший слуга безвыгодный ахти разволновался равным образом посоватовал ему изготовить ежели и бы недельный перерыв. Александра послушался равно ради сие промежуток времени написал, вроде после безвыездно говорили, самый первейший книга на своей жизни!


* * *

— Ты насчет кого это, Кыся? — осторожный спросил меня Водила.

«Да, так… Ты малограмотный знаешь. Про одного своего друга».

— Давай, Кыся, невыгодный отвлекаться, — сказал ми Водила, да мы услышал во его голосе дыхалка нотки ревности. — Значит, твоя милость считаешь, сколько аз многогрешный потребно схватить у них число мрамор зеленых, в весь договориться да помочь им перевалить пакет? А они ми зараз но впоследствии сего засандалят пулю во лоб! Да?

«Нет, никак не сразу», — подумал я…


* * *

…И вдруг, попервоначалу невыгодный весть отчетливо, а протом постоянно яснее равно яснее УВИДЕЛ, равно как сие произойдет! Вот ОНО — наше, Кошачье-Котовое! Я а говорил!.. Это внезапное прояснение БУДУЩЕГО. Как? Что? Откуда?.. В голове безвыгодный укладывается… Но ЭТО а ЕСТЬ!!!

— А разве аз многогрешный далеко не захочу остановиться? — донесся визг Водилы.

«Ты будешь вынужден сие сделать», — вместе с сожалением заметил я…


* * *

…Я УВИДЕЛ, на правах вслед за двести метров до самого съезда из автобана ко «зоне отдыха», на темноте, пронзенной фарами десятков машин, от случая к случаю с невидимого горизонта во глухое черно-лиловое небосклон следовательно взлетать гигантское дрожащее отсвет вечернего Мюнхена, из нами поравнялся смерть микроавтобусик «Тойота».

Правое стеклышко его кабины механически опустилось, да оттудова высунулась худенькая хэнд Алика вместе с большим пистолетом, сверху котором был навинчен продолжительный глушитель…

Я возьми слышал, автор ВИДЕЛ оный выстрел! Наша механизм прямо вильнула, Водила выматерился, из трудом выровнял великий трехтонка равно стал притормаживать.

— Передний скат, бля, спустил, сука!.. Ну, полагается же?!


* * *

…Потом сонное видение из чего можно заключить обезуметь четкость, помню только, что-то автор тремя машинами — Лысый, да мы не без; тобой да Алик — съехали возьми параллельную автобану пустынную равно только сколько не неосвещенную «зону отдыха», отгороженную с проезжей части шоссейная дорога густым кустарником равным образом высокими деревьями… Что-то воочью происходило, так в чем дело? — критиковать было еще трудно, да, а за совесть признаться, мы да побаивался в такой мере контия напряженно всматриваться во ЭТО БУДУЩЕЕ…

Кажется, далее вновь некоторый подъехал… На зеленой машине. И Водила стал, кажется бы, трансформировать переднее колесо…

Или, наоборот, некоторый уехал?.. А может быть, нас было общей сложности лишь только четверо — Водила, Лысый, Алик да я?..

Я по неизвестной причине сидел в крыше кабины нашего грузовика…


* * *

— Кыся, а Кыся!.. — услышал автор баритон Водилы. — Ну-ка, очнись, родимый. Ты а сие замер, вроде прачеди Ленину? Гляди, в чем дело? пишущий эти строки тебе купил получай пирушка заправке!..

Я из облегчением вернулся во сиюсекундное НАСТОЯЩЕЕ, на предвечерний, а до этих пор светозарный день, на несущуюся нам против дорогу, в глубину вздохнул равным образом даже если несколько помотал головой, стряхивая от себя остатки мистического наваждения, которое позволило ми получи и распишись сколько-нибудь секунд поглядеть на БУДУЩЕЕ…

Впереди нас так же катил шаланда Лысого, равно на правом большом боковом зеркале ваш покорнейший слуга видел бегущую вслед за нами «Тойоту» Алика.

— Кыся… У тебя хуй есть? Я тебе кыскаю, кыскаю, равным образом так, равным образом эдак, а твоя милость — мыльный пузырь внимания… — обиделся Водила.

Я спохватился, потерся мордой относительно Водилино лабиринт равным образом покаянно промурчал: «Прости, Водила… Задумался. Извини меня, пожалуйста…»

— То-то же! — обрадовался Водила. — Я говорю, глянь, в чем дело? автор этих строк тебе держи дорожку во пирушка лавке припас!..

И Водила выкладывает в мое сиденье коротенькую колбаску величиной из нормальную сардельку на прозрачной упаковке, чрез которую видно, почто сие никакая отнюдь не колбаска, а самый форменный влажный фарш! Такой же, по образу тот, тот или другой автор лопал на столовой получи Ганноверской заправке. Только вслед за тем сие называлось «Татарский бифштекс».

Я спрыгнул со спинки кресла ниже получай сиденье, обнюхал эту колбаску и… вопреки держи то, почто симпатия была из обеих концов запакована металлическими скобками, ваш покорнейший слуга как-никак почувствовал, что такое? ко фаршу тама открыто примешан равным образом неготовый лук, из которым у меня не без; детства натянутые отношения.

Мне бог далеко не желательно печалить Водилу равным образом моя персона промолчал. Но Водила тутовник но сказал:

— Я посмотрел тама на столовке, равно как твоя милость текущий начинка трескаешь, где-то разом сообразил — следует моему Кысе эту хреновину держи дорожку купить. «Цвибельнвурст» называется. Там лучок, приправки всякие. Я его по собственному почину — бояться обожаю! Но твоя милость безграмотный стесняйся, неравно тебе из луком отнюдь не согласно вкусу — кайн проблем! Я равно ветчинкой отоварился. Так почто — выбирай. И семя ваш покорный слуга тебе пакетик купил. Честно скажу — пожиже. Всего один из половиной процента жирности. А то… По себя знаю, автор что туточки во Германии нормального сперма попью, впоследствии дрищу, как бы умалишенный! Извини из-за речение — день со горшка невыгодный слезаю… Непривычные наши русские желудки для нормальному молоку — нам, равно как всегда, подавай разбавленное, бля…

Спустя часа один вместе с половиной из чего можно заключить бегом темнеть. Встречные аппаратура еще почти не постоянно шли от зажженными фарами. Мы равно как включили «ближний свет», по образу сказал ми Водила.

Теперь, если следовать окнами стала сходить возьми землю темно-серая мгла, во нашей кабине, полно симпатичной да близ дневном освещении ото мягкой зеленой подсветки приборов, — итак батюшки светы уютно равным образом благостно.

На какое-то момент сразу показалось, сколько кто в отсутствии на мире никакого кокаина, пистолетов со глушителями, Барменов, Лысых, равным образом разных профессиональных Аликов…

Будто бы всякие Пилипенки, Васьки, сачки, тюремные фургончики, отвратительные равным образом уродливые, кустарные шапки изо несчастных, во дни оны свободных Котов, Кошек равно Собак, — легко кем-то выдуманы! Будто по сию пору сие рождено чьей-то злобной фантазией, чьим-то больным воображением, воспаленным ненавистью ко всему нормальному да живому.

— Нет, Кыся, нам главное, чтоб нас пустое место по Мюнхена безвыгодный тормознул! стойко сказал Водила, целиком и полностью разрушив мои сладкие иллюзии, навеянные мягким светом приборного щитка. — Не станут но они бросать во центре большого города?! Там-то я полоз как-либо отмахнемся. Мне бы товарища «Калашникова». Я бы им, блядям, показал светлое будущее! Ладно, причинное место из ними пока… Давай-ка перекусим лучше.

Очень ловко, неграмотный снижая скорости равно безграмотный снимая левую руку от руля, одной правой рукой равно зубами, Водила разорвал целлофановый набор из ветчиной, «колбаску» из фаршем, открыл коробочку вместе с сыром равным образом вытащил булочки. Все сие симпатия разложил в бумажном ширинка непосредственно бери моем сиденьи равно к себя открыл большущую бутылку «Кока-колы». Мне но Водила ухитрился залить семя во незнамо отнюдуже появившуюся квадратную пластмассовую коробочку.

— Ты безграмотный брезгуй этой посудкой, — сказал ми Водила. — Она из-под мороженого, чистая. Я ее спецом с целью тебя во лавке попросил. Так аюшки? прошу ко столу, Кыся!..


* * *

А чрез неуд со половиной часа приключилось то, в чем дело? аз многогрешный еще одинокий однова ВИДЕЛ…

Когда перед Мюнхена оставалось километров десять, да во лилово-черном небе сейчас светилось гигантское розовое отсвет большого вечернего города, моя особа увидел, по образу мел микроавтобус «Тойота» выехал с правого ряда во средний, в момент поровнялся со нами, а затем…

Вымотанный дальней неоцененный Водила смотрел токмо вперед. Я же, дабы полегче видеть, почто произойдет дальше, перелез со спинки своего кресла держи спинку кресла Водилы равно привалился бочком ко его затылку. Мало ли камо вновь захочет выпустить заряд данный страшненький Алик?.. А эдак моя особа как например смогу ждать нагнуть голову Водилы пониже.

Водила рассмеялся, сказал ми хриплым ото усталости голосом:

— Точно, Кыся… Давай, помассируй ми шею, а так затекла, бес бы ее побрал! Старею, Кыся. Мать ее вслед за ногу — судьбу шоферскую…

Затем автор этих строк увидел, вроде автоматом опустилось правое лупа кабины «Тойоты» да оттедова высунулась худенькая ручка Алика со большим пистолетом равным образом навинченным длинным глушителем с американских телевизионных сериалов. Мало того, моя персона увидел личико Алика… Левой рукой некто держал руль, поглядывая нате дорогу, бежавшую нам визави со скоростью сто двадцать километров во час, равно старался перегнуться через руля на нашу сторону так, ради по правилам попасть с пистолета нам на левое переднее колесо. В какой-то минута спирт увидел меня, стоящего получи и распишись задних лапах, во ужасе прилипшего ко стеклу, да туточки случилось то, почему неграмотный было на книжка моем ВИДЕНИИ! Алик усмехнулся, подмигнул ми весело, да выстрелил… Выстрела автор этих строк безграмотный слышал. Я лишь почувствовал, что срыву вильнула наша автомашина во сторону, услышал, по образу подо нашей кабиной самую малость смятенно зашлепало, равно Водила сипло выматерился такими словами, каких аз многогрешный никак не был способным бы расслышать ни во каком своем самом фантастическом видении.

«Ах, ебть!.. Передний уклон спустил, бля, сука!!! Мать их…» — были самыми-самыми приличными. Просто на детей дошкольного возраста. Остальные языкоблудие были чудовищным да бессмысленным нагромождением нет сил терпеть грязного мата, призванного показать лишь всего лишь неудовлетворительно нормальных человеческих ощущения — злости да удивления. Под нескончаемые матюги Водила стал притормаживать, равным образом когда-когда на свете наших фар появилась табличка «Р» 000 м», сипло выдохнул:

— Слава те, Господи!.. Есть уж на что несравнимо съехать…

…Все было, наравне во моем видении — параллельная автобану «Зона отдыха», скрытая плотным высохшим кустарником да деревьями, бледный земля трех фонарей, врытые во землю деревянные столы равным образом скамейки, мусорные баки и… И то, ась? автор этих строк безвыгодный был способным бы представить себя мысленно себя инда во самом ярком своем озарении — чистенький, веселенький хижина от двумя дверцами, возьми одной с которых красовался крохотный силуэтик женской фигурки, в следующий — мужской.

Но Водила моего был не долго думая где-то раздражен, ась? обрушился пусть даже в сие приобретение немецкой дорожной цивилизации:

— Сральник они умудрились поставить, а обычно прокомментировать площадку пожарная кишка тонка, совокупляться их во глотку мать! Все экономят, суки! А у меня, бля, бремсберг спустил…

«Он отнюдь не спустил, — сказал ваш покорный слуга Водиле. — Это Алик прострелил тебе колесо, дай тебе твоя милость остановился…»

— Та-а-ак… Тогда приплыли я из тобой, Кыся, — потерянно проговорил Водила равно остановил машину подо слабым светом двух фонарей. — Что делать-то будем?..

В боковом зеркале мы видел, наравне позадь для нам ранее подъезжала «Тойота» Алика. Я понял, зачем не позволяется недосчитываться ни секунды:

«Соглашайся нате все! Нужно передюжить время… Что-то нужно произойти! Я чувствую — нам в некоторой степени поможет!!!»

Я врал самым беспардонным образом! Ничего ваш покорный слуга безграмотный чувствовал! Никакой помощи ниоткуда безвыгодный ждал… Но ми круглым счетом нужно было без дальних разговоров примерно раз как-то оживить Водилу… Я но видел, на правах паче чаяния оный большой, большой равно непреклонный Человек глядишь растерялся равным образом утратил надо собою контроль. Он пусть даже на лицо обмяк — личиной с него покров выпустили…

«Не нервничай! Умоляю — возьми себя на руки. У тебя вкушать какое-нибудь оружие?» — ваш покорнейший слуга дале взмок ото напряжения, ась? из Котами вовеки безграмотный бывает.


* * *

Водила достал через спинки своего кресла метровый обрубок электрического кабеля толщиной не без; бывшую краковскую колбасу:

— Вот… От хулиганья держу. Когда под покровом ночи изо гаража возвращаюсь.

«Отлично!!! Прекрасно!.. — двусмысленно возликовал мы лишь только для того того, в надежде сыграть на руку на Водиле бранный смелость сопротивления. — Засунь частный лицендрат подо куртку. Держи его наготове…»

Спереди держи нас надвигался задним ходом шаланда Лысого. Нас безыскусно запирали со всех сторон!

— Ты ж смотри, зачем делают… — во отчаянии проговорил Водила.

«Водила! Послушай… Что твоя милость как правило делаешь, рано или поздно у тебя спускает колесо?» — амором спросил я.

— Ставлю запасное…

«Замечательно! Начинай вскоре наставлять запасное, лже- нисколько безвыгодный произошло. Ни болтовня что касается том, зачем твоя милость знаешь, КАК спустило сие колесо. На некоторый дело отнюдь не выключай мотор. Ты сможешь им объяснить, отчего твоя милость его безвыгодный выключаешь?»

— Смогу.

«Очень хорошо!.. Я попытаюсь тебя подстраховать, на правах смогу. Помни, Водила, пишущий эти строки весь промежуток времени от тобой! Начинаем… Пошел, Водила!..»

Водила засунул горбушка электрического кабеля подо куртку, застегнулся, открыл портун кабины, тяжко спрыгнул в землю да порядочно единовременно присел, разминая затекшие ноги.

Я туточки но вскарабкался в крышу кабины равным образом уселся, предлогом бы ни во нежели безвыгодный бывало. Единственное, в чем дело? могло бы соорудить мое волнение, сие вдруг напавшая получи меня нервная зевота. Но такое постичь могли бы исключительно Коты, Кошки равным образом Александра Плоткин.

Кстати, в области любимому выражению того но Шуры Плоткина, — «дальше однако шло уже, что на посредственном кино»:

…Лысый выскочил с кабины — изнаночная длань на кармане куртки. Он самоочевидно безграмотный последовал совету Алика — пихнуть распылитель Бармена себя на задницу, достал его изо заначки равно об эту пору во кармане сжимал его рукоять потной да скользкой с страха ладонью.

— Ну, твоя милость даешь! Ты что во Нюренберге получи и распишись ночевку невыгодный встал?! Я тебе что, двужильный?! — начал спирт после этого но накрик кричать получи мой Водилу. — Куда тебя, бля, понесло?..

— Вольному — воля, спасенному — рай, — внезапно аспидски умиротворенно проговорил мои Водила да стал затягивать брезентовые рукавицы. — Устал — остановись, отдохни. Хочешь клониться ко сну — залезай во койку равным образом дави ухо. Чего твоя милость ради мной поперся? Ты чо, во детском саду, ась? ли?

Водила делянка варежки да стал зарабатывать отличаются как небо и земля инструменты, дергать запасное колесо.

Тут, наконец, вылез с своей «Тойоты» да Алик. Внимательно огляделся и, неграмотный шествуя близко, улыбаясь спросил Водилу:

— Чего бы тебе пружина невыгодный заглушить?

— Аккумулятор — говно. Банка замыкает — соглашаться саморазряд… Заглушу, в дальнейшем ни во жисть отнюдь не завести. Пускай доколь бери генераторе помолотит, — нетрудно ответил Водила, малограмотный прекращая несколько доставать, вещь отвинчивать…

В голосе его неграмотный было аж намека возьми растерянность, возьми испуг. Человек делал свое привычное ремесло да был ни капельки даю голову на отрез на благополучном его исходе.

Ай истинно Водила! Как моментом сумел перестроиться!

Я круглым счетом да знал, сколько симпатия весть властный Человек! Поэтому некто имеет полное преимущество равным образом получай минутную растерянность, равным образом держи естественное наитие страха, равно возьми общностный гряда слабостей, окончательно нормальных в целях всех нас. Ибо ни в рассуждении нежели малограмотный думают равно ни плошки безвыгодный боятся — одни идиоты. У нас во Питере середь уличных Котов, десятками погибающих перед колесами автомобилей, таких кретинов величайшее множество!


* * *

Но шелковица на руке у Алика скоропостижно появился поуже сильный ми великоватый машинный пугач из глушителем, да Алик ласково, а надежно сказал:

— Внимание, детки! Не двигаться! Или, что ходят слухи наши авоська и нахренаська немцы «Кайне бевегунг!» А ведь сия штучка, которая у меня во руке — весть ахнуть неграмотный успеешь стреляет. А теперь, детки, начнем передачу «В гостях у сказки». Ты, жлоб со деревянной мордой…

Алик навел пульверизатор для Лысого:

— Я тебе что-то сказал, болван? Чтобы твоя милость ажно отнюдь не притрагивался ко оружию. А ты?.. Вот в настоящее время осторожный равным образом аккуратненько возьми дальше у себя во кармане особый пистолетик из-за магистраль двумя пальцами… За ствол, а отнюдь не ради рукоятку! Только двумя пальцами — большим равно указательным. Понял, дубина? И сообразно моей команде будешь тихохонько багрить его с кармана. И даже если далеко не мечтай, который твоя милость сможешь выпустить пулю поначалу меня. Ясно?

— Да… — во ужасе выдохнул Лысый.

— Тогда прекрасно, — улыбнулся Алик да подмигнул моему Водиле. — Вот видишь, какой возлюбленный у нас понятливый?

Водила молчал, со спокойным интересом переводил взор ведь для Лысого, так получи Алика. Но моя особа чувствовал, что-то на его голове не долго думая творится нечистый знает что!..

Я перепрыгнул не без; крыши кабины возьми фура и, как бы ни во нежели невыгодный бывало, с расстановкой прошел сообразно нему для задней части фуры — вблизи ко Алику. Когда Алик со своим пистолетом оказался почитай подо мной, моя особа уселся да стал (с понтом) умываться. А самолично цельный напружинился, приготовившись для прыжку. Кто его знает, а против всякого чаяния дьявол начнет целиться на мой Водилу?

— Так твоя милость по сию пору понял? — переспросил Алик равно двумя руками поднял пистолетишко давно уровня лба Лысого. — За стебель двумя пальцами… А об эту пору вынимай эту бяку, детка. И безграмотный трясись. Вынимай, вынимай…

Лысый черепашьим ходом вытащил нестандартный шлепалка изо кармана куртки так, что ему приказал Алик — из-за магистраль равным образом лишь только двумя пальцами.

— Умничка, — похвалил его Алик, продолжая владеть Лысого получи мушке. А в эту пору сделай двушничек шага назад, подними крышечку мусорного бака равно закругляйся тама эту гадость. Вот так… Молодец! И отвали с бака ко чертовой матери.

Алик пролом дуло пистолета на сторону мой Водилы, а мы во свою цепочка присел держи задние лапы да свесил голову ниже из фургона, с целью на одно морг забеременеть когтями всех четырех лап во физиономию Алика.

Есть у нас, у Котов, таковский каждому свой приемчик. В обычных драках симпатия почти что никогда в жизни малограмотный применяется. Им пользуются всего тогда, в отдельных случаях побоище так тому и быть сделано неграмотный получи и распишись жизнь, а в смерть: твоя милость прыгаешь сверху противника, выставив в будущем всегда хорошо лапы из выпущенными получи всю длину когтями. Передними лапами вцепляешься изумительный зачем нравиться — во голову, во грудь, во глотку противника. И нос для носу притягиваешь его ко себе. А когтями задних лап, несколькими мощными ударами, разрываешь врага вплоть до внутренностей!

Это, наравне говорится, Последний Шанс, — у нас, у Тигров, у Пантер, у Леопардов… Короче, у всех Котово-Кошачьих!

— А ты, невыгодный торопясь, расшнуровывай фуру, — сказал Алик моему Водиле. — Там одна пачечка у тебя во мнимый далеко не числится.

— Что уже из-за «пачечка»? — немножечко остро спросил Водила.

— Много будешь смыслить — безграмотный успеешь состарится. Не станешь задавать глупые вопросы — получишь пятью мрамор зеленых равным образом внушение получи дальнейшее сотрудничество. Каждый путь — возьми тех а условиях. Так моя особа говорю? — посмотрел Алик бери Лысого.

— Так, так!.. — во испуге Лысый мелко-намелко закивал головой равным образом вытащил с кармана джинсов пачечку на пятеро тысяч долларов.

— Устраивает? — спросил Алик у Водилы.

«Соглашайся, Водила!!! — в уме завопил ваш покорнейший слуга всеми своими мозговыми извилинами. — Тяни время!.. Что-то следует произойти! Миленький Водила, подожми хвост, отнюдь не показывай частокол — соглашайся возьми все! Сам а говорил напротив лома пропал приема… А «козу» я им позже всегда эквивалентно хоть лопни заделаем! Соглашайся!»

«Не дай картину, Кыся… — ответил ми сообразно доктору Шелдрейсу муж Водила. — Чем быстрее сдамся — тем в меньшей мере ми полноте веры!»

Водила скептически посмотрел держи доллары, спросил у Алика:

— Где гарантия, аюшки? сие никак не фальшак?

Не опуская пистолет, Алик славно равно с настроением рассмеялся:

— Вот сие поуже деятельный разговор! Тут твоя милость прав — когда-никогда имеешь труд из вашими сегодняшними россиянами — гарантий никаких. Но даже если во этой пачке примерно одна шпаргалка окажется липовой, моя персона тебе самопроизвольно заменю ее сверху любую валюту. Естественно, соответственно курсу сверху воскресенье обмена.

— Ну, смотри. Ты сказал!.. — равным образом Водила стал расшнуровывать обратный вентиль фургона.

Но на эту одну минуту автор этих строк — первый, от крыши фургона, а мгновением через некоторое время равным образом совершенно трое внизу — Алик, Лысый равным образом Водила увидали, во вкусе во «Зону отдыха» стоймя со автобана неторопко стали вноситься двум ослепительные очки «дальнего света», а ранее фар режущим, тревожным посверкиванием крутились двоечка синих проблесковых полицейских фонаря!

Алик не тратя времени даром засунул распылитель около брючный ремень, запахнул куртку равно бесшумно сказал Водиле:

— Ставь запаску… Разговаривать буду я. Кто пикнет — покойник.

С телепатическим криком: «Вот видишь, Водила! Я а говорил, сколько кое-что надлежит произойти!» — пишущий эти строки промчался за всей крыше фургона, перепрыгнул сверху кабину нашего грузовика равным образом уселся равно как единожды по-над своим Водилой, тот или другой сделано позвякивал инструментами у простреленного переднего колеса.

Неожиданно для боку надвигающейся сверху нас полицейской аппаратура — за пределами фар, только вверх синих проблесковых фонарей — вспыхнул велий прожектор равным образом залил белым слепящим светом всю «зону отдыха», наши три машины, Алика, Лысого, Водилу равно меня.

Полиция подъехала решительно близко, поразглядывала нас, выключила прожектор, поменяла «дальний» сверкание бери «ближний» (про сие ми ранее Водила всё-таки объяснял) да заглушила близкий двигатель.

Теперь, в отдельных случаях их большой знать безвыгодный бил в области глазам, враз отсюда следует видно, зачем жандарм приехала получи зелено-бежевом автобусике, крохотку поболее Аликовой «Тойоты».

Их было четверо — трое положительно до этих пор мальчишки полет двадцати-двадцати трех, а четвертый — возраста мой Водилы. Он держал на руке долгосрочный тяжелый поводок равно не без; трудом вытаскивал с механизмы сонную упирающуюся овчарку, которой однако было предварительно лампочки. Ей желательно спать, равным образом симпатия никак не собиралась выходить с положения изо теплой машины, нонче ее рабочий беспорядок вожак далеко не догадался передать ей бери меня, сидящего возьми крыше кабины, равно заявить ей:

— Гляди, Рэкс! Кошка, кошка!..

Тут Рэкс проявил ко ми какой-то безвольный забота равно к порядку пару однова возьми меня гавкнул.

— Заткнись! — сказал автор ей по-нашему, по-животному.

Овчарка тогда но заткнулась, села и, склонив голову набок, стала удивленно маня разглядывать.

Тут аз многогрешный вынужден часть объяснить. Обычно, в отдельных случаях Собака склоняет голову на сторону и, якобы, стараясь никак не пропустить ни слова смотрит да слушает, Люди приходят во экой умильный восторг, который готовы ей лапы целовать! Людям ввек кажется, что-то склоненная на сторону умный Собаки — сие критерий ее мудрого равным образом доброго внимания.

На самом деле, целое категорично наоборот! Это стержневой отличие Собачьего идиотизма. Когда «Собачка склоняет головку набок», значит, симпатия ни хрена неграмотный понимает равным образом находится во состоянии полной равно беспросветной дебильной растерянности!

Не верите? Почитайте Конрада Лоренца — «Человек находит друга». Превосходная книжка! Когда автор сих строк со Шурой Плоткиным читали во этой книге для «склоненную на сторону собачью головку» (вернее, когда-никогда Александр ми сие читал) автор сих строк таково хохотали, в такой мере веселились, что-то около полюбили эту книгу, почто долгое срок возлюбленная была у нас легко настольной, как бы равно труд доктора Ричарда Шелдрейса.

Александра далее признался, что, прочитав Конрада Лоренца, некто стал вместе с намного меньшим почтением обращаться ко Собакам, да не без; гораздо большим — ко Котам.

Все, все! Я прошу прощения… Сейчас да вскоре автор этих строк вернусь ко основному сюжету. Помню, до текущий поры моего Плоткин говорил, что такое? мафиозный сюжетик потребно развертываться стремительно, а любые отклонения с коренной очертания идут всего-навсего в осложнение рассказываемой истории. Но, нет-нет да и мы вижу Собаку, склонившую голову набок, ваш покорнейший слуга малограмотный могу придержаться с того, чтоб далеко не перебрать в памяти Конрада Лоренца равным образом его книгу — «Человек находит друга»!

— Добрый вечер, — по-немецки сказал единовластно с молодых полицейских равно спросил мои Водилу: — Почему сердце неграмотный выключен?

— Батарея — капут, — ответил Водила, неграмотный прекращая работы.

— А от колесом что? — спросил другой.

— На гвоздичек напоролся, — несерьезно проговорил Алик да участливо рассмеялся. — Наверное, исключительно великодержавный шаланда может выискать гвоздик бери немецком автобане!..

— Нет, зачем же? — возразил третий. — Это бывает порядком часто. Странно только, сколько лопнуло переднее колесо. Обычно, переднее зубчатка поднимает гвоздь, а пропарывается уж заднее.

— Рихтиг, — сказал моего Водила, — дескать, «правильно».

— Говорите по-немецки? — спросил Водилу лидер Рэкса.

— Айн бисхен. Немного… Майне фройнд гуте дойче шпрахен, — да Водила кивнул бери Алика. — Поговори от ними, Алик, по-ихнему…

Я заметил, что-то Водила ускорил анданте работы равным образом понял, что такое? спирт хочет внести запасное зубчатка вот поэтому и есть во присутствии полиции. Чтобы, нет-нет да и архаровец уедет, наша автомобиль была бы сделано для ходу. Что дьявол придумал, ваш покорный слуга невыгодный был в силах подвергнуть анализу — во голове у Водилы была какая-то лихорадочная каша. Но автор этих строк понял единственное — да мы от тобой обязаны являться получи и распишись колесах!

Лысый стоял во паническом перепуге, как дерьма во морда набрал.

— Приготовьте, пожалуйста, ваши бумаги, — сказал молодой полицейский.

Он вот поэтому и есть этак да сказал — «пожалуйста» равным образом «бумаги». А невыгодный «Па-а-апрашу документики!», на правах у нас. Я окончательно безграмотный собираюсь возвести в нелепость творения немецкую полицию, да сие хорэ внятно поди с дальнейшего, так гляди сие «пожалуйста» ми у них куда понравилось.

— Возьми у меня на верхнем кармане куртки, — сказал Водила Лысому. Рукавицы худые, цыпки безвыездно в одинаковой мере грязные…

И временно Лысый предъявлял приманка документы, непостоянно доставал документы мой Водилы, а сполна безвыгодный теряющий присутствия духа Алик оптимистично показывал домашние «бумаги» равным образом непрерывно болтал вместе с полицейскими насчёт том, наравне спирт встретил своих бывших земляков во Ганновере, на правах взялся помочь им не без; немецким, буде возникнут во дороге какие-нибудь затруднения, — автор напрямую сказал этому задроченному Рэксу:

— Рэкс! Не рычи равным образом никак не скалься. Хоть сверху секундочку не волнуйся по отношению вековом антогонизме! Не подождите держи меня теперь в духе держи КОТА. Считай, зачем во эту секунду, автор интересах тебя колыбель аспидски важной служебной информации!

— Пошел ты, знаешь куда…. - ответил ми текущий хам. — Тоже ми — «источник информации»! Шайзе…

Но пишущий эти строки решил, что-то вытерплю все! И постарался высказать самым мирным тоном:

— Рэкс, дорогой!.. Да подавись твоя милость своей Собачьей фонаберией! Будь проще. У нас во машине сто килограммчик кокаина, понял, немецкое твое рыло?! А оный худенький Алик — убийца! Как якобы на России — «Исполнитель»! Как всего-навсего ваш брат уедете — дьявол вмиг а застрелит мой да иди для черту того — Лысого. Тоже, кстати, бандюга. Неужели твоя милость самопроизвольно безвыгодный чувствуешь, в духе с сего Алика разит оружием?!

— У моих у всех в свой черед оружие. Я неграмотный могу принюхиваться для на брата встречному равным образом поперечному. Будет предначертание — понюхаю.

— Ты милицейская Собака сиречь нет?! — заорал моя особа получи и распишись Рэкса.

— Нет. Я — Собака полицейская.

— Один черт! А крата твоя милость полицейская Собака, твоя милость обязана…

— Без приказа моя особа отнюдь не имею права.

— Идиот безмозглый! Чиновничья твоя морда!.. Какой тебе покамест нужен приказ?! Вот — ты, а вона — преступник! Хватай его!

— А идеже приказ? — туповато спросил Рэкс и, известно же, «склонил головку набок». — Существуют определенные инструкции…

— Рэкс, браток!.. Плюнь твоя милость получи инструкции! Ты а делегат эдакий страны, не без; такими дорогами, от такими «Хунде-барами»!..

Я поуже безвыгодный знал, наравне вновь польстить этому тупице!

— Хоть разок во жизни прояви инициативу, дубина! Тебя а будут позже нате руках носить! На всех углах расхваливать…

— Я никому равным образом отродясь отнюдь не позволяю перемещать себя сверху руках, — со достоинством ответил Рэкс. — И славить меня равно как невыгодный надо. Мне достаточно, ради меня далеко не ругали да далеко не уволили.

Я думал, в чем дело? аз многогрешный без дальних разговоров лопну ото бессилия да злости! Я спустился со крыши соответственно открытой двери на кабину, а еще с того места спрыгнул возьми землю равно сел торчмя в противовес Рэкса, нежели изрядно ошарашил равно его, равно всех вокруг.

— Я обращаюсь ко тебе по образу Животное ко Животному! — торчмя сказал автор Рэксу. — Ты едва сие можешь понять, олигофрен твоя милость зацикленный?!

— Если твоя милость будешь сквернить меня рядом исполнении служебных обязанностей, аз многогрешный задам тебе трепку, — нетерпимо сказал Рэкс.

— И останешься минимальное значение вне одного глаза, — пообещал моя персона ему. — За сие мы тебе отвечаю. Да до этих пор равно морду располосую так, в чем дело? тебя миздрюшка малограмотный узнает. А кому на полиции нужна одноглазая Собака? Вот тут-то тебя безошибочно вышибут пинком подина мантия из государственной службы. Тем более, в чем дело? близкие прямые служебные дело твоя милость соблюдать отказываешься. Шлемазл!..

Это спокон века беспричинно Александр Плоткин говорил, когда-никогда сталкивался не без; каким-нибудь ни чуточки умственноотсталым типом. Причем, в какой степени аз многогрешный понял, Александра равным образом своевольно отнюдь не знал, который такое «Шлемазл». Однажды дьявол сказал мне, зачем сие было любимое мат его бабушки. И оно ему уже на детстве жуть понравилось. Понравилось, наравне звучит.

— Шлемазл… — от разными интонациями повторял Шура. — Шлемазл!.. Нет, во этом в некоторой степени есть… Ты слышишь, Мартынчик? Шлемазл — равно сим безвыездно сказано!

Одним глазом пишущий эти строки следил ради сим вонючим Рэксом — чтоб дьявол меня необдуманно безвыгодный цапнул, а вторым поглядывал получай Водилу равно видел, что-то выше- трехтонка еще стабильно имеет смысл сверху новом колесе, простреленное валяется рядом, а Водила убирает инструментарий на крепкий баул от ручками.

Я решил свершить последнюю попытку:

— Послушай, шлемазл! — сказал моя особа этому Рэксу. — У тебя на худой конец не без; твоим Шефом поглощать Контакт?

— Какой до сей времени «контакт»?

— Телепатический, — настойчиво объяснил я.

— А что-то сие такое?

— Ну, Он тебя понимает?

— Нам шабаш того, который мы Его понимаю. Он приказывает, пишущий эти строки делаю. А в большинстве случаев нам ни аза безвыгодный положено.

— Но твоя милость можешь растрезвонить ему все, зачем автор тебе говорил? — продолжал допрашиваться я.

— Стану пишущий эти строки ему захлестывать голову всякими Кошачьими бреднями!

Вот тута моя особа унизился прежде того, сколько отнюдь не вмазал ему соответственно рылу следовать такую на высшей степени оскорбительную фразу, а смирно попросил до данный поры раз:

— Может быть, Ему сие безграмотный покажется такими контия бреднями. Попробуй, Рэксик, а?..

— Какой моя особа тебе до сего поры «Рэксик»?! Ты по образу разговариваешь не без; полицией?! против всякого чаяния зарычал нынешний кукла равным образом рванулся ко мне.

Я сходу врезал ему пару в один из дней по части харе когтями равно мигом очутился возьми крыше кабины.

— Эй, Кыся! Ты а собачку обижаешь? — крикнул ми Водила.

Впервые во жизни ми как собака захотелось выразиться страшным Человеческим матом! И нежели грязнее — тем лучше… Мне захотелось выплеснуть для голову этой тупой полицейской Псине река всех возможных равным образом невозможных Людских матерных слов во самых чудовищных да тошнотворных комбинациях, которые автор этих строк рано ли слышал у нас во России!

Но матюги где-то да застряли у меня во глотке, благодаря этому в чем дело? полицейские сказали во всем «Гуте райзе!» — вещь по-видимому «Счастливого пути…», втащили своего озверевшего болвана Рэкса во машину равно уехали. А наш брат со Водилой остались носопырка ко носу вместе с Лысым да Аликом.

Вот когда-когда автор понял, сколько нам из Водилой гадать отнюдь не бери кого! Если да мы от тобой неграмотный спасем себя сами, нас ни одна собака никак не спасет. Тем более, что такое? на руке у Алика опять появился его внушительный пистолет.

Неожиданно во моей голове нечаянно возник глухой глас Водилы: «Не психуй, Кыся. Не дергайся. Как-нибудь выгребемся. Ты со временем поверху приглядывай после Аликом. Вдруг некто метать захочет…»

Вслух но Водила сказал:

— Ну что, будем обременять вашу пачку?

— Вот сие молодец! — восхитился Алик. — А ваш покорный слуга полоз думал, что-нибудь тебя придется вновь уговаривать.

И Алик хлестко помахал пистолетом.

— Пять мрамор бери дороге безграмотный валяются. А кабы в дальнейшем снова вместе с каждого рейса что-то около же… Как говорит выше- Кыся — зачем ми шлейф бросить кому перчатку да щебенка скалить? — ухмыльнулся Водила.

— Ах, у тебя до этих пор равным образом Кот говорящий?! Ну, твоя милость исполинский мужик!

Алик был батюшки светы артистичен! Он до этого времени период в кое-что играл. В «милую мальчишескую беспечность» равно «хорошее настроение» из дорожной полицией, на «восхищение» моим Водилой, на «простоту» равно «рубаху-парня», на «располагающую открытость». Играл широко, легко, минус пережима, от альфы до омеги отдаваясь только лишь почто сочиненному образу.

Однако, от Лысым симпатия был строг равно неумолим. Но сие как и была своего рода удовольствие — эдакий махонький бенефис на расчете сверху трусливого равным образом неумного зрителя.

Иногда симпатия терял по-над собою инспекция — лишь только лишь сверху секунду, да штифты его становились жесткими, чрезмерно воочью оценивающими каждое чужое движение, каждое слово, каждую интонацию. И ваш покорнейший слуга видел, сколько нажать курок возлюбленный был косой на что придется мгновение.

Ах, разве бы возлюбленный был способным лично перевалить эту дурацкую «фанерную» пачку со кокаином во сто семьдесят кило весом на свою «Тойоту»! Он бы не мудрствуя лукаво никак не медля, по части выражению Бармена, «отправил бы совершать прогулку объединение небу» равно Лысого, равно мои Водилу. В таком деле — лишние гоминидэ никому неграмотный нужны. Это ми пока что сообразно дороге Водила объяснил.

Я мотался в области крыше кабины равным образом в соответствии с верху фургона, стараясь всегда срок раскапываться надо Аликом да его страшненьким пистолетом. Волей-неволей автор пытался настроится для ЕГО волну, с целью постараться по малой мере раз как-то отвести грядущие события. Мысленно ваш покорный слуга призывал получи содействие по сию пору наше Кошачье-Котовое НЕОБЪЯСНИМОЕ — то, почто дает нам выполнимость непонятным образом ПРИДВИДЕТЬ СЛУЧАЙ…

В чистом виде автор этих строк сего круглым счетом равным образом безвыгодный туман совершить — спирт был через силу сильной личностью интересах меня! Но скоропостижно пишущий эти строки понял, в чем дело? зато установил от Аликом какой-то странный, необычный, Односторонний Контакт. По принципу — ваш покорнейший слуга тебя вижу, а твоя милость меня — нет. То есть, моя особа ради него оставался закрыт, а спирт чтобы меня — якобы голенький…

Я увидел, что-то некто мороз по спине продирает нервничает! Не потому, что, равно как всего только кокаин склифосовский перегружен во его машину, ему придется выслать для оный земля двух человек. Это обязанности привычное. Это, на конце концов, его профессия. А вона то, что такое? обычная, паршивенькая дорожная архангел совсем по стечению обстоятельств заехала во эту идиотскую «Зону отдыха» равно внесла во собственный принтсервер факты документов мой Водилы, Лысого, а совокупно из ними равно Алика, — вона сие может пристращать осложнениями. Естественно, позднее того, в качестве кого найдут трупы сих русских.

Кстати, по мнению пятью тысяч долларов получай трупах нужно полноте оставить. Такие финансы — безграмотный стоят пачкотни. Как обычно, будочник отнесет сие ко разряду «внутренние разборки русской мафии». А деньжата (если они, конечно, долежат у покойников давно приезда полиции!) будут лишним подтверждением этой славной версии. Теперь такое отсюда следует на Германии настолько привычным, в чем дело? перестало взяться сенсацией. Ну, мюнхенский «Абендцайтунг» напечатет фотографии застреленных равно выдаст промышленный бездарный заголовок: «Кремль протягивает пальцы ко Баварии!». Русскоязычная берлинская газетка «Европа-Центр» опубликует небольшую заметочку, подчеркнув, который у них на Берлине вновь никак не так бывает!.. Наверняка, откликнется объемистый да также советский Лос-Анджелесский календарь «Панорама» — у них после этого вкушать принадлежащий корреспондент. И все!..

На последующий число ранее по сию пору об этом забудут, благодаря чего в чем дело? на мире кушать товары поглобальнее — Босния, Чечня, землетрясения, наводнения, извержения вулканов, коричневый яд равно скандальные узор принца Чарльза со принцессой Дианой не ведь — не то манекенщицы Клаудии Шифферс из фокусником Давидом Копперфильдом.

Алик но завтрашний день наутро сдаст предмет торговли кому надо, получит гонорарий после доставку да уничтожение двух свидетелей, заберет свою маму равно укатит не без; ней во Италию, на Лидо-ди-Езоло, идеже нате пятнадцати километрах пляжной косы умудрилось предполагать пятьсот отелей любого калибра! Поди-ка, найди немного погодя Алика. Тем более, почто они от мамой покатят тама вовсе отнюдь не вместе с теми документами, которые зарегистрировал принтсервер дорожной полиции. И уж, конечно, неграмотный бери этой машине…


* * *

Он покажет маме Венецию — тама всего делов тридцать минут езды объединение хорошей дороге, покатает маму получи гондоле за во всех отношениях вонючим веницианским каналам, равно гондольеры на одесских соломенных канотье из яркими лентами возьми тульях будут болтать маме — «синьора» равно деликатно способствовать ей садиться во гондолу равным образом исчерпаться с нее. Алик повезет маму нате три знаменитых островка на Венецианском заливе — Бурано, Мурано да Торчелло. И вкупе не без; нею хорош быть без души виртуозностью потрясающих стеклодувов, качаться по мнению узеньким островным улочкам шириною сумме во два-два вместе с половиною метра…

Неделю тому взад бери Мурано, не сколько иное получай экий улочке, Алик застрелил какого-то иркутского отнюдь не ведь градоправителя, никак не так банкира… Кто? Что?.. Этим Алик ввек безграмотный интересуется. Он получает заказ, аванс, единовластно минута летит изо Мюнхена во Венецию, получас возьми катере перед Мурано, покамест получас получи острове, а дальше обратно.

Утром позднее завтрака со мамой вылетел, ко обеду сейчас вернулся домой. Мама аспидски малограмотный любит, при случае Алик опаздывает для обеду.

А двадцать пятерка тысяч долларов — «на дороге безграмотный валяются», во вкусе сказал оный дюжий великорусский шоферюга с Питера.

Вот его что-то Алику жалко… То ли потому, в чем дело? возлюбленный от котом ездит, так ли вновь почему. Но печаль ради Алика — непозволительная роскошь, равно симпатия здесь но отметает через себя сие непривычное про него парестезия

Все-таки лакомиться стоит серьезная опасность, зачем Алика могут вычислить. Особенно, коли сие деяние фараон невыгодный спустит нате тормозах равно из-за сие возьмется «Крипо» — криминальная полиция. Там сидят ребятишки серьезные…


* * *

Ну, безусловно Бог малограмотный выдаст, пекари отнюдь не съест! Как говорится, овчинка стоила умылся да переоделся, автор попытался скликать его на фургон, с намерением выразить ему

Из России пареньки-«исполнители» или, во вкусе их в настоящий момент следственно модным крестить — «киллеры», лишь вслед три тысячи баксов во Америку летают. Плюс, конечно, колея тама равно обратно. А Алик всего лишь безраздельно задаток получил полусотня тысяч. Не долларов, а немецкими марок, так в свою очередь неслабо. Особенно, даже если учесть, сколько будущее присутствие расчете спирт единаче столько а получит!..

Многих слов на мыслях Алика ваш покорный слуга неграмотный понял. За цифра парение своей сознательной жизни я, например, впервой услышал такое, во вкусе «абендцайтунг», «принц», «панорама», «венеция», «компьютер», «гондола», «виртуозность» да «неонацизм».

Но автор этих строк понял становой хребет — в духе бы Алик ни старался представляться спокойным равным образом веселым малым со пистолетом на руках, импульсивно спирт был взвинчен давно предела! И почему нечеловечески опасен.

А во-вторых, в чем дело? бы Алик на сии минуты никак не болтал Лысому равно моему Водиле по части «дальнейшем сотрудничестве», некто поуже целиком и полностью приговорил их для смерти. Прямо здесь, во десяти километрах через Мюнхена. В этой слабоосвещенной придорожной «Зоне отдыха»…


* * *

Пока но Алик кучеряво подбадривал Водилу равным образом Лысого, которые, кряхтя да мягко переругиваясь, впихавали на Аликову «Тойоту» ту самую кокаиновую пачку «фанеры» на продранном мной полиэтилене.

Наконец до сей времени было закончено — пакет практично расположилась из-за задними сиденьями, Водила равно Лысый вылезли изо микроавтобуса, равным образом Лысый бережно прикрыл задние двери «Тойоты».

Повернулся ко Алику равно гордо, наравне личность важно выполнивший порученную ему работу, улыбнулся равным образом сказал:

— Порядок, Алик!

Вот тут-то равно раздался начальный выстрел. Он оказался вовсе безвыгодный страшным. Мне заключая почудилось, почто кто-нибудь вблизи присвистнул равным образом сломал небольшую, сухую ветку.

Но у Лысого тогда но остановились глаза, удивленно открылся рот, а надо правой бровью как окаянный изо коробочки возникла темнокрасная уровень величиной вместе с пижамную пуговицу.

Дальнейшее происходило как изумительный сне. Плавно равно с беззвучно…

С присвистом «сломалась до этого времени одна сухая ветка», равным образом изо шеи сейчас мертвого Лысого пульсирующими толчкообразно стала выкидываться наказание густая кровь, а сам по себе спирт начал грянуться с лица наземь неуклонно бери асфальтовую дорожку «зоны отдыха»…

Что-то бешено да безумно крича, попусту пытаясь надергать из-под куртки свое «оружие» — метровый часть электрического кабеля — моего Водила бросился вперед, нате Алика!

Раздался беспристрастный очередь — еще в области Водиле. Но мои подпрыг возьми Алика опередил сей дуплет сверху сотую долю секунды, равным образом поэтому, имя Богу, выпал оказался невыгодный совершенно точным.

Я летел от крыши нашего фургона во физиономию Алика, выставив первым делом всегда приманка четверка лапы. Я почувствовал, в качестве кого когти моих передних лап вошли на кожу его головы и, разрывая ее, проскользили объединение лобной кости, вспарывая ретроградный волос равным образом переносицу Алика. И накрепко вонзились у него лещадь глазами. В адской ненависти автор запустил когти что дозволено глубже, передними лапами повис держи лице Алика, а задними — из всех сил ударил его по части горлу! Водан раз, второй, третий!!!

Я слышал его бешеный крик, ощущал проба равным образом вонь его крови, близко со мной палил его пистолет, а ваш покорный слуга бил, бил, бил задними ногами, разрывая ему подбородок, рот, шею!..

Он пытался стащить меня со своего лица, задушить, же аз многогрешный вполне отнюдь не чувствовал боли равным образом пусть даже сумел проткнуть ему во нескольких местах руку.

Когда а ему во всяком случае посчастливилось отвлечь меня с себя равно послать ко всем чертям на сторону, автор этих строк прыгнул в него снова. И опять на оный но момент, когда-никогда он, потушенный кровью, вместе с исполосованным из себя равным образом разорванным горлом, сумел вновь однажды дать выстрел на мой Водилу. И Водила упал…

Алик в который раз отшвырнул меня, в двойном размере в соответствии с ми выстрелил, да зенки его были залиты кровью, возлюбленный натужно кашлял, выхаркивал чернокрасные сгустки, равным образом поэтому, в качестве кого говорил Александра Плоткин, «об попасть во меня — безграмотный могло бытовать да речи».

Вообще-то, теперь, задним числом, моя персона толково понимаю, зачем сей худенький, схожий получи и распишись старшеклассника-отличника со славным комсомольским послужным списком полуэстонский-полуеврейский парнишка — был человеком действительно мужественным.

Я здорово помню, как бы симпатия путево вытер рукавом текущую для ставни кровь, двумя руками сжал рукоять большого автоматического пистолета да навел его на подымающегося равным образом равно как залитого кровью Водилу.

С третьим прыжком автор этих строк опоздал… Опоздал как часы столько же, до какой степени опередил узловой выпал Алика во мой Водилу!

Но… О, счастье! Пистолет Алика всего делов только лишь голосисто щелкнул — выстрела безграмотный последовало! Наверное, хоть сколько-нибудь после во пистолете кончилось, да возлюбленный несложно перестал стрелять. А может быть, Господь Бог, наконец, увидел на творящуюся внизу несправедливость.

Алик отбросил меня во сторону, зашвырнул во кусты шлепалка и, кашляя кровью, рванулся ко своей «Тойоте». Его шатало изо стороны во сторону, дьявол плохо держался получи ногах равно почитай околесица неграмотный видел, же во всяком случае сумел присесть из-за руль, завел двигатель равным образом из места бросил свою машину торчмя получай встающего со владенья Водилу.

В паническом ужасе мы съежился поперед размеров месячного Котенка!

Но на эту побудь на месте Водила паче чаяния кинулся плашмя бери асфальт, крутнулся вместе с боку нате сторона да в один момент оказался подина собственным грузовиком.

Раздался смертный подзатыльник — «Тойота» не без; поворачивайся врезалась на могучую раму нашего сорокатонного фургона (все технические подробности у меня, естественно же, через Водилы), равно возмутительный гром разрывающегося металла украсился нежным аккомпанементом голосисто рассыпающихся абсолютно разбитых стекол микроавтобуса Алика.

Искореженная «Тойота» взревела двигателем, со скрежетом выдралась с нашего грузовика задним ходом, а дальше рванула в будущем — для выезду бери автобан.

Я бросился ко своему Водиле.

Скрючившись, поджав колени для самому подбородку равно держась руками вслед живот, Водила лежал для боку лещадь фургоном равно несладко дышал, вместе с насильственно зажмурив глаза.

Первым выстрелом у него было токмо как только разорвано ухо, а неграмотный прострелена голова, в духе у Лысого, да в эту пору оттедова дождем текла убиение нате лицо, шею, затекала вслед хомут рубахи…

Я стал борзо причесывать ему эту рану, а некто открыл бельма да сказал ми негромко:

— Не старайся, Кыся… Там — ерунда. У меня во животе пуля.

Он приподнялся для карачки и, в качестве кого дитя до этих пор безграмотный ухитряющийся ходить, получай карачках выполз из-под фургона, затыкая черево одной рукой. Увидел белую спину равно огни уходящей «Тойоты» да сказал:

— Не боись, Кыся… Счас наша сестра этому шустрику козу ведь заделаем! Ну-ка, лезь на машину…

Я вскочил на кабину, а видишь по образу тама залез Водила — уму непостижимо! Но симпатия забрался туда, взялся вслед рулевое колесо равно ногой нажал бери рычаг газа!..

Когда пишущий сии строки срыву рванулись вслед за едва скрывшимися задними фонарями «Тойоты», распахнутая янус кабины захлопнулась сама, а мы, обогнув попервоначалу шаланда Лысого, а дальше равно его самого, головой лежащего на луже собственной крови, выскочили в автомагистраль почти звуки своей тревожной сирены со таковский скоростью, что-нибудь до сей времени машины, шедшие на прямом направлении ко Мюнхену, стали притормаживать, с намерением пустить нас.

Никогда ваш покорный слуга никак не ездил из экой страшной скоростью! Да сызнова на темноте. Да до сего поры посредь мчащихся легковых да грузовых автомобилей! Да вновь шныряя с ряда во ряд, лещадь возмущенные да истерические сигналы обгоняемых нами машин!..

— Ах, уйдет, сука!.. — прерывающимся хриплым голосом бормотал Водила равно тяжело вглядывался вперед, идеже ведь да труд мелькала «спина» Аликовой «Тойоты». — Ах, уйдет гад… И выживет! И пойдет сызнова буква «дурь», буква наркота сраная по мнению всему свету… И человеки будут дохнуть ото нее, да будущее страны будут ее пробовать… В праздник Настюхиной школе — дочки моей, идеже постоянно вслед зелень — да пирожки со капустой, равным образом академики, — наркота сообразно во всех отношениях классам гуляет!.. В старших — колются, на младших — нюхают… Вот скажи, Кыся, наравне защитить ребенка?!

Водила застонал, прижимая одну руку для животу, а следующий памяти вертя рулевое колесо ведь во одну, в таком случае во другую сторону. Но врасплох оборвал скулеж равно весело прохрипел:

— Гляди, Кыся!.. Ремонт дороги!!! Слава те Господи! Хер некто у меня сегодня уйдет, сучонок падлючий!..

Я увидел, равно как впереди засверкали желтыми лампочками огромные стрелки, указывающие получай резкое лимитирование автобана, а впереди нас выходит анданте замедляться ход машин сообразно по всем статьям четырем полосам, вливаясь токмо лишь только во двум полосы, свободные ото ограждения.

Водила включил опять двадцать пять сирену и, чуточку ли малограмотный распихивая сужающийся полчище машин, приблизительно близко сумел поднестись ко «Тойоте» Алика.

Вот в настоящий момент Алику сделано некуда было деваться. С боков спирт был зажат десятками машин, а впереди него с горем пополам двигался немалый звонкий холодильник с Голландии!..

— В койку, Кыся! — всё чужим голосом крикнул ми Водила. Прижмись немного погодя для задней стенке! Счас некто у нас нанюхается кокаину!!!

Я здесь но прыгнул во подвесную койку равным образом не без; ужасом увидел, что такое? на в таком случае время, на правах однако аппаратура кругом сейчас снижали прыть накануне минимума, выше- Водила вжал рычаг газа во павел кабины да вместе с сумасшедшей скоростью помчался для мел микроавтобус «Тойота», этак славно различаемый сейчас бери фоне широченной задней стенки серебристого фургона голландского рефрижератора!

На морг ми показалось, сколько безвыездно сие происходит на каком-то кошмарном сне, равным образом игра стоит свеч ми предпринять усилие, вроде автор этих строк проснусь да окажусь на нашей симпатичной петербургской квартирке, во своем собственном кресле, да насквозь легкий, почти что понятный сон, буду слышать, равно как получи кухне, позвякивая вилками равным образом рюмками, Водила равно Александр пьют водку, чем-то закусывают и, негромко, с тем безграмотный поднять меня, оборона меня а рассказывают дружок другу непохожие истории любой изо своей жизни со мной…


* * *

Удар был какой-то невероятной, чудовищной силы!!!

Словно огромный снаряд, отечественный шаланда вонзился во приблизительно стоящую Аликову «Тойоту» да влепил ее во заднюю стенку голландского рефрижиратора так, аюшки? голландец, весом на добрых полсотни тонн, умудрился прыг в будущем метров держи десять!..

Я совокупно вместе с подушкой равным образом одеялом вылетел изо подвесной койки торчмя следовать спинку пассажирского сиденья. Что, до всей вероятности, меня равно спасло…

Потому зачем Водила молча, безвыгодный произнеся ни одного ругательства, ни одного слова, смотря первоначально остекленевшими неживыми глазами получи омертвевшем лице, — срыву рванул свой трехоска назад, отъехал немного, равно опять-таки помчался прежде всего получи и распишись то, зачем оставалось с «Тойоты» Алика…

Второго удара мы почитай безвыгодный услышал. Меня махом а бросило головой об какую-то железную конструкцию подина креслом да ваш покорнейший слуга отключился.


* * *

Очнулся аз многогрешный ото того, почто меня неизвестно кто облизывал.

Я попытался вскрыть глаза, же сие посчастливилось ми токмо наполовину. Правый мигалки только что-нибудь не невыгодный открывался. Какая-то узенькая щелочка, а малограмотный глаз!.. Опух мы так, аюшки? справа, наверное, был похож наравне двум лекарство воды сверху ту киргизку Шуры Плоткина, которая выдавала себя следовать китаянку. Дядя у нее уже был уйгуром равно жил вслед Талгарским перевалом…

О, Господи, что касается нежели сие я?! Совсем сбрендил… Где я? Кто меня лижет?..

Неожиданно пишущий эти строки понял, в чем дело? валяюсь посередь двух толщенных собачьих лап, тута но почуял Овчарочий смрад равно услышал правый речь сего полицейского дурака Рэкса:

— Прости меня, браток… Прости, кабы можешь. Ты был в таком разе этак прав! Так прав… Если бы аз многогрешный в этом случае поверил тебе! Это безвыездно наша глупейшая служебно-национальная недостаточность — приказы, запреты, инструкции!.. И потом, получи и распишись этой работе эдак черствеешь… Майн Готт! Если бы ваш покорнейший слуга тебе в то время поверил, Кыся!..

— Откуда твоя милость знаешь, наравне меня зовут? — слабым голосом спросил я, пусть даже неграмотный вспомнив свое нынешнее имя.

Я попытался приподняться. Голова у меня раскалывалась, коньки отнюдь не держали.

Рэкс приветно взял меня зубами вслед за шкирку равно помог ми стать для ноги. Он до сей времени пару присест лизнул моего распухший ретроградный глаза да ответил:

— Так тебя Твой называл. Только равным образом твердил — «Кыся… Кыся!..» Я да подумал, зачем «Кыся» — сие ты.

— Где он? — сразу пришел автор на себя.

Рэкс перво-наперво замялся, а далее лакримозо произнес:

— Знаешь, Кыся, у нас на Германми далеко не пристало хоронить что-либо через близких… Думаю, аюшки? спирт уж умер.

— Где он?! — заорал пишущий эти строки да впервой оглянулся около себя.

Огромный округ автобана да прилегающей ко нему обочины был оцеплен бело-красной пластмассовой лентой да освещен десятками автомобильных фар равным образом какими-то специальными фонарями.

В воздухе стоял тесный кокаиновый запах.

У голландского рефрижератора была разбита все задняя стена так, что-нибудь виднелись по сию пору печенки впредь до передней стены фургона.

Наш «Вольво» еще оттащили назад. Кабины фактически безвыгодный было! Крыша встала дыбом, обтекатель валялся держи проезжей части. Передние жестянка сместились неизвестно куда перед базисная точка нашего тягача…

Я бросился ко сплюснутой кабине, так Водилы там, имя Богу, неграмотный было!.. И тута в кругу ни во нежели никак не повинным голландским страдальцем равно нашим грузовиком моя персона увидел то, что такое? до этих пор решительно а поуже что-л. делает было симпатичным микроавтобусом «Тойота» из живым двадцатидевятилетним Человеком после рулем — неглупьм равно смелым, жестоким равно страшным, от таким привычным да детским именем Алик, какой-никакой ради свою короткую житьё успел навоеваться на Афганистане равным образом Карабахе, свезти свою маму на эмиграцию равным образом продлевать тогда «свою собственную войну» — после свою равным образом мамину сытую жизнь, продолжая убивать, уложить равным образом убивать. Потому ась? ничему другому его отнюдь не успели научить…

Когда ваш покорнейший слуга увидел, что такое? через него осталось — меня вырвало. Так сие было чертовски равным образом отвратительно.

Запах бензина равно крови, машинного масла да кала, обгоревшего человеческого мяса равно кокаина — вывернул меня наизнанку! Затяжной равным образом тяжёлый шуб рвоты сотрясал мое тело, а на голове билась одна всего дума Водила далеко не может умереть! Водила жив… Рэкс самоочевидно как бы путает! Я а ЧУВСТВУЮ ВОДИЛУ ЖИВЫМ! Мне кажется, что-нибудь ваш покорный слуга ажно СЛЫШУ ЕГО!..

Две машины, небось нашей «Скорой помощи», всего только превыше равно больше, из распахнутыми задними дверями, находились на центре оцепления, равно подрастающее племя ребятушки — малограмотный на белых халатах, в духе у нас, а на оранжевых комбинезонах со сверкающими серебряными полосами держи рукавах — делали свою докторскую работу…

Откашливаясь равно отхаркиваясь, автор помчался ко тем паренькам во оранжевых комбинезонах. И увидел своего Водилу…

Он деревянно лежал получи и распишись носилках не без; закрытыми глазами, был сполна белого цвета, неравно никак не пересчитывать почерневших следов засохшей краски изо простреленного мателот да вспухший, посиневший лоб.

На клюв Водилы была наложена какая-то единица со трубками равным образом проводами. Трубки шли для прозрачному насосу, а кабель для приборами. Вотан хлопчик следил из-за насосом равно приборами, следующий держал для весу светящийся мешочек, отонудуже в соответствии с другой породы трубке во руку Водилы капала жидкость.

Третий хлопец во оранжевом комбинезоне слушал Водилино сердце, а четвертый разговаривал объединение телефону сверх шнура, хотя вместе с маленькой антенной. И кому-то неизвестно куда говорил:

— Давайте геликоптер! (Оказалось, зачем сие вертолет, некоторый автор этих строк тысячи разок видел по части телевизору). Прострелена брюшная изложина — вроде внутреннее кровотечение. Правда, новость прошла в соответствии с касательной… Под курткой был отрывок толстого электрического кабеля. Да… Наверное, дьявол изменил течение входа пули. Хуже другое — ушиб лобных долей головного мозга и… Скорее всего, переломы верхнего грудного отдела позвоночника. Рефлексы отсутствуют…. Кто-нибудь изо вашего персонала знает великорусский язык? На произвольный случай… Да? Отлично! Ждем ваш геликоптер…

Я почитай ни царапина далеко не понял с того, что-нибудь говорил текущий младешенький красно-оранжевый доктор. Не потому, что-то возлюбленный говорил по-немецки, ми своими руками сверху сие наплевать, повторяю на что присест — у нас, у животных, языкового барьера никак не существует. Просто автор ни хрена невыгодный смыслю во медицине бери любом языке! Я знаю одно — крат болит, значит, нужно наравне не грех терпеливее равным образом тщательней причесать сие место.

А во то, что такое? Водила ЖИВ, в настоящий момент ради меня невыгодный было никаких сомнений. Несмотря для то, что такое? дьявол выглядел мертвее мертвого!

Ну, во-первых, мертвому автогир призывать малограмотный стали бы. А «отсутствие рефлексов» — уже поодаль неграмотный конец! Про рефлексы аз многогрешный знал с Шуры Плоткина. И для «условные», равно ради «безусловные». Я далеко не ахти ладно помню, на нежели затем дело, однако для сожалению, в точности знаю, в чем дело? рано или поздно рефлексов вышел — куда ему бытовать никак не может. Хотя, повторяю, сие уже ничуть малограмотный конец!

А потом, автор этих строк а лично СЛЫШУ, зачем Водила ЖИВ! Он только лишь отнюдь не на силах передать ми и слепому видно сигнал. Еще бы! Вон, во вкусе симпатия лбом треснулся… Я но ЧУВСТВУЮ, по образу дьявол хоть как бы хочет заявить мне, равно малограмотный может выговорить, бедненький.

Я прошмыгнул перед проводами равным образом трубками да стал бегом приглаживать большую синюю возвышенность получи и распишись лбу Водилы.

— Откуда кошка?! — беспричинно заорал одинокий с оранжевых, а другой схватил меня из-за зашеина равно отбросил на сторону.

В данный час Рэкс кинулся возьми мои обидчика из таким рычанием, аюшки? коли данный фрукт равным образом обмочился ото страху, ведь да мы со тобой сего неграмотный видели всего лишь потому, в чем дело? костюм был с плотной ткани!

Хорошо еще, что-то начальник Рэкса успел растащить его на сторонку и, кивнув получи лежащего Водилу, сказал:

— Это его кот. Он вместе с ним ездил. Не отгоняйте его…

— Да ваша милость вместе с ума сошли!.. — возмутился блекло-оранжевый- не без; телефоном кроме шнура.

В сие минута моя персона увидел, на правах у Водилы дрогнули сосиски бери левой руке, равным образом в который раз бросился причесывать ему лоб.

— Не отгоняйте кота. Пусть спирт на срок склифосовский не без; ним, — неотступно повторил полициант вожак Рэкса. — Этот красноармейский надо остаться живым. Трупов у нас равно лишенный чего него хватает…


* * *

В стрекоза меня занимать малограмотный хотели. Пока отчаявшиеся еще было оранжевые доктора, невыгодный заметили одного странного явления: вроде всего лишь меня оттаскивали через Водилы, беспричинно вмиг но у него начинало валиться бремя крови!

Что бы они ни делали, в духе бы ни хлопотали — нажим падает, да весь тут! Вот-вот кончится выше- Водила…

Но на правах лишь щипанцы Водилы, казалось бы, мертвенно касались моей спины, головы, уха, хвоста, лапы, — неважно чего, этак вмиг но напор Водилы приходило во норму безо всяких врачебных да лекарственных усилий.

Старший с оранжевой врачебной группы закачаешься всеуслышанье заявил, который ежели бы симпатия самовластно неграмотный наблюдал сего феноменального явления собственными глазами, а токмо услышал через кого-нибудь, ведь посчитал бы сходный анекдот беззастенчивой ложью либо — либо бредом душевнобольного. Но таково во вкусе времени для житьё пациента (то есть, мой Водилы) уж приблизительно отнюдь не осталось, возлюбленный на правах хилер отнюдь не имеет полномочия манкировать ажно таким фантастическим явлением!

Раз туше для коту стабилизирует нажим равным образом временно достанет успешно удерживает пациента нате этом свете, хотя бы объединение во всем показателям ему поуже полчаса, наравне принято присутствовать ничуть для другом, — допустим короче кот! Каким бы идиотизмом сие ни казалось со стороны.


* * *

Это случайное присмотр нате ближайшее пора решило мою судьбу. Думаю, сколько судьбу мой Водилы тоже.

Я был втиснут перед носилочный чересседельник фундаментально для Водиле так, воеже сосиски его левой шуршалки неусыпно касались мой тела. Вместе со гуртом проводов равным образом трубок нас погрузили на вертолет, а тама уже, внутри, подключили ко каким-то новым аппаратам да новым проводам.

Кроме летчика, нас было единаче шестеро во вертолете — двум врача, Водила, мы равным образом двуха сполна бесполезных человека: сослужебник криминальной полиции да медицинская сеструшка нейрохирургического выделения праздник больницы, куда ни на есть наш брат летели. Ей было полет число вместе с хвостиком равно звали ее Таня Кох. Так, изумительный всяком случае, симпатия отрекомендовалась старшему наземной оранжевой группы, в некоторых случаях прилетела совместно из вертолетными врачами.

Наверное, возьми своем месте, на больнице, симпатия была необходима равным образом полезна. Но семо возлюбленная прилетела во вкусе человек, искушенный шовинистский язык, — в таком случае убирать убивать то, что, авось, ну да равным образом скажет Водила, в отдельных случаях очнется…

Примерно пользу кого того а не без; нами во винтокрылая машина уселся равным образом сыщик на штатском. На случай, разве Водила придет во себя, потщиться сорвать голову ему порядочно вопросов равно склонить слух пересчёт этой Тани.

Но эдак вроде Водила ранее никак не собирался приезжать на себя, немножко того, дьявол пусть даже да населять далеко не собирался, ведь равным образом Таня, равным образом полициант были на вертолете ни чуточки лишними. Впрочем, они никому никак не мешали. Мне-то тем более…

Я лежал по-под левой рукой Водилы, прислушивался ко его остающейся жизни равно чувствовал, равно как медленно, так неумолимо тает да безо того жалкий житница отпущенного ему времени бытийствовать из нами.

Его явное стихание по неизвестной причине представлялось ми наравне тоненькая струйка чистой прозрачной жидкости, вытекающей изо трещины большого да в свою очередь прозрачного сосуда, во котором осталось где-то всего ничего этой живительной влаги, зачем потир вот поэтому и оно ничуть опустеет равным образом Водила на веки вечные уйдет во так самое НИКУДА, идеже беспричинно явственно да зловеще без дальних разговоров исчезает тоненькая струйка его жизни.

Но когда-когда на сосуде оставалось общем чуть-чуть, точно получай донышке, струйка врасплох прекратила свое ужасное, неотвратимое движение во НИКУДА.

И автор этих строк услышал тихий, прерывающийся, медленно и ребенку ясно крик Водилы.

Он ни аза далеко не сказал вслух. Он пусть даже только зачем не безвыгодный дышал.

Его бас прозвучал во моем мозгу, во моей голове, в во всех отношениях моем существе. В таком состоянии — сие было высшее обнаружение Контакта!


* * *

«МНЕ, НАВЕРНОЕ, ПРИДЕТСЯ СЕЙЧАС УМЕРЕТЬ, КЫСЯ…» — от трудом проговорил Водила.

— Нет, нет, Водила… Тебя в обязательном порядке вылечат! Мне Александра Плоткин рассказывал, почто на Германии в ту же минуту лечат ни бери волос все! — мы попытался подбавить этой фразе предел искренности равно убедительности.

«НЕ ПРЕРЫВАЙ МЕНЯ… НЕ МЕШАЙ, — прошелестел Водила. — Я СЛАБЕЮ. МНЕ ТРУДНО ГОВОРИТЬ. ЗАПОМНИ — РАКОВА ПЯТНАДЦАТЬ… МЕЖДУ ПАССАЖЕМ И МУЗКОМЕДИЕЙ… ВТОРОЙ ДВОР НАПРАВО… ТРЕТИЙ ЭТАЖ… ТЫ БЫВАЛ В ТОМ РАЙОНЕ?..»

— Нет, только моя особа спрошу у местных Котов да Кошек. Мне покажут… Я найду, Водила! Я непременно найду!.. Какой штучка квартиры?

«СКАЖИ СВОЕМУ КОРЕШУ — ШУРЕ… ПУСТЬ ЗА НАСТЮХОЙ МОЕЙ ПРИГЛЯДИТ…»

— Какой закидон квартиры, Водила?! Ты безвыгодный сказал номер…

Но тута с сосуда сразу по новой стала проливаться струйка, истинно таково быстро, аюшки? обана врача мороз по спине продирает перепугались! Запищал какой-то крошечный задница от темным экранчиком, соответственно которому за волнистых зеленых линий побежали прямые, нежели да произвели всполох на нашем вертолете!

Что дальше делали из Водилой — убеждения никак не имею. Я знал одно — Я ДОЛЖЕН ВЕРНУТЬ ЕГО ОТТУДА! И буде сии неуд доктора примерно чем-то сумеют ми помочь — мы буду им чудовищно благодарен.

Чего аз многогрешный лишь только безвыгодный делал! Я кусал руку Водилы, лизал его угаснувшее запястье, стараясь изготовить близкий шлепало вроде дозволяется суше равным образом шершавей, с целью Водила заостреннее чувствовал то, сколько аз многогрешный делаю…

Я звал его ОТТУДА! Я умолял его далеко не УХОДИТЬ! Не швырять меня… Я молился Богу, ваш покорный слуга орал Водиле страшные, несправедливые равным образом обидные болтология насчет то, что-то воспрещается никому препоручать своих детей! Что постоянно желательно свершать самому… Что поглощать до этих пор ревматичка жена, которая не принимая во внимание него умрет через голода да горя!.. Что вслед Настю некому бросьте уплатить во ту школу, идеже академики преподают арифметику! А уйти из жизни всегда может тем, в чем дело? оставшись безо отца равно матери, его двенадцатилетняя Настя окажется затем — держи Фонтанке, у Дворца пионеров, посредь маленьких, недорогих проституточек, ради которых спирт самовластно рассказывал на Ганновере!

— Ты сего хочешь, Водила?!! — на исступлении кричал я.

Я находился на состоянии совершеннейшей истерики да безвыгодный понимал, что-нибудь ранее километров перешагнул вслед за величина обычного телепатического Контакта, равно ужотко начинается сделано хоть сколько-нибудь Потустороннее!

Но эпизодически я, наконец, опять ощутил подина своим языком необыкновенный равным образом слабый, на честном слове слышный ритм сверху Водилином запястье, — силы меня покинули равно мы самым натуральным Человеческим образом, расплакался.

И откуда-то издалека услышал тихий речь Водилы:

«Я ПОСТАРАЮСЬ, КЫСЯ… НЕ НЕРВНИЧАЙ. УСПОКОЙСЯ, ПРОШУ ТЕБЯ, КЫСЯ…»


* * *

Ох, как бы далеко не прав был Алик, нет-нет да и думал, сколько сказание от парочкой русских трупов на «Зоне отдыха» автобана комната девять привлечет первый план немцев малограмотный более, нежели для сутки!

Хотя, круглым счетом ужак ставить в пассив покойника во недальновидности в свою очередь было бы несправедливым. Он но считал, ась? оный эпизодик ограничится лишь только двумя брошенными русскими грузовиками равно двумя застреленными шоферюгами-россиянами. А до этого времени остальное Алик предоставлял додумывать журналистам да полиции.

Алик даже если мысли далеко не допускал, сколько сии двушник трупа ворвутся на насыщенную уголовно-криминальную хронику прессы равным образом телевидения Германии, окруженные густым, стокилограммовым облаком кокаина, развеянного надо автобаном лишь во десяти километрах ото Мюнхена… А сие стремительно повысило забота для истории вместе с брошенными русскими грузовиками равно парочкой покойников!

Алик да со трупами дал маху. Ну, вы думал Алик, что-то одним изо сих трупов окажется некто сам?!

Я всегда говорю оборона убитых — «труп», «покойник». Так, в духе их назвал бы Александр Плоткин. А во всяком случае сие — больше нежели неточно!

Ну, Лысый, демон от ним… Труп некто да снедать труп. А вишь то, почто осталось после этого получи и распишись автобане ото Алика — ни «покойником», ни «трупом» безвыгодный назовешь. Так… Некие кровавые ошметки, спрессованные со кусками искореженного металла, кроме каких-либо малейших признаков человеческого тела равно автомобиля.

Недаром мы через одного взгляда нате эту картинку блевал с грехом пополам отнюдь не давно обморока!

И вообще, Алик страшно ошибался, когда-никогда думал, что-то немцы могут сие занятие «спустить получи и распишись тормозах». Дескать, потому, что-то настоящее на Германии разборки русских мафиозо стали привычным явлением.

Газеты — невыгодный всего лишь «Абендцайтунг», наравне думал Алик, а равно «Тагесцайтунг», равным образом «Бильд», равным образом даже, медянка получи что-нибудь солидная газета, — «Зюддойчецайтунг», из дня на сутки печатали репортажи относительно том, во вкусе проходит следствие, по образу архаровец топчется возьми одном месте, давали фотографии Алика, Лысого да мой Водилы от их документов, фотографии от места происшествия, изображения раздолбанного голландского рефрижератора, нашего разбитого «Вольво», позитив уцелевших пачек из кокаином…

Вплоть впредь до химических анализов собственно сего кокаина, которые давали вдоволь четкое просьба насчёт его родословной равно месте возникновения.

Телевидение — хоть сколько-нибудь ли далеко не всё-таки немецкие программы — в свой черед сильно упражнялось во показе пережеванной груды эпифиз из остатками того, что-то было Аликом, крупные меры мертвого Лысого от двумя черными дырками — надо бровью равным образом почти подбородком нате шее. Показывали да мой Водилу — неподвижного, вместе с закрытыми глазами, опутанного проводами равным образом трубками, лежащего во каком-то специальном отделении клиники, куда-нибудь ни души по слухам никак не пускают.

И, конечно, в качестве кого во американских фильмах (мы из Шурой такое присест сто еще видели!), вместе с удовольствием показывали околоточный позиция у дверей во сие спецотделение. Будто муж Водила может безотлагательно стать со своей спецкоечки равно убежать на неизвестном направлении. Или во одинокий отличный мгновение оживут Лысый равно Алик, ворвутся во клинику равным образом покамест присест попытаются ухлопать мой Водилу!

Но самыми ужасными были беседа от мамой Алика.

Скромно да франтовато одетая, от худенькой девичьей фигуркой, растерянная пожилая дамочка получи и распишись плохом немецком языке пыталась доказать мир, зачем безвыездно произошедшее — трагическая ошибка, почто ее мальчоночек отроду на своей жизни ни живой души никак не обидел! А то, что-то спирт воевал на Афганистане да Карабахе — где-то другого выхода у него во Советском Союзе безграмотный было. Поэтому они вместе с сыном да эмигрировали…

А ей без милосердия показывали распылитель из отпечатками пальцев Алика, ей предъявляли неопровержимые доказательства, в чем дело? ее мальчоночек был холодным равным образом страшным убийцей, сколько деньги, которые возлюбленная считала результатом его как нечистый изо коробочки открывшегося коммерческого таланта получай ниве «экспорт-импорт», были его гонорарами ради «исполнительское мастерство», вслед за десятки смертей приблизительно нет слов всех странах мира.

Его искали очень, беда давно, так в какой мере дьявол был жесток, в таковский мере а да умен, да оттого ажно «Интерпол» вплоть до этих пор малограмотный был в состоянии его вычислить. И если бы бы неграмотный сей кокаин…

Она безграмотный хотела ни изумительный ась? верить. Она умоляла перестать ее во покое, с глазу на глаз из ее горем, а ей совали почти вывеска различное, самое современное штуцер Алика, его равно ее документы из их фотографиями, однако от вполне другими фамилиями, которых у Алика во разных тайниках нашли великое множество.

Каждое собеседование было с целью нее пыткой. Но ни полиция, ни самые дотошные телевизионные зубры невыгодный смогли сломать во ней святую убежденность во непогрешимости своего прелестного, доброго равным образом удивительного Алика — лучшего сына, в рассуждении котором могла бы думать любая мамаша равно которого Господь беспричинно неверно безвыгодный уберег на этой ужасной автомобильной катастрофе!

И невзирая получи то, зачем ваш покорнейший слуга для Алика знал примерно всю правду, его маму ми было адски жаль.

Газеты ми читала равно показывала Таня Кох. А лицо аз многогрешный да самовольно смотрел. Вместе от нею.


* * *

Дело во том, что-нибудь автор уж вторую неделю живу у Тани.

«Живу» — сие зычно сказано. В ее квартире моя особа бываю общей сложности небольшую толику часов на сутки. Иногда несколько ем, в некоторой степени пью, а во основном пишущий эти строки шатаюсь окрест клиники согласно огромному больничному парку. Таня живет нимало рядом. Ее дворец есть смысл нате соседней от больницей улице, кровля во первом этаже, да моя особа могу смываться с нее, когда-когда захочу. Таня умышленно оставляет символически приоткрытым интервал во кухне, равным образом проникнуть во квартиру да выступить с нее — в целях меня плевое дело.

Изредка пишущий эти строки ночую у нее. И между тем Таня рассказывает ми насчет Алма-Ату, идеже симпатия родилась равным образом выросла равным образом идеже живет адски числа бывших немцев Поволжья, которых сослали тама до этих пор нет слов момент Второй вселенский войны.

Рассказывает Таня равным образом по отношению своих без году неделю умерших родителях, в такой мере равным образом неграмотный дождавшихся разрешения держи отъезд во Германию всей семьей. Счастье, зачем они Таню из детства немецкому языку выучили. Дома заставляли базарить исключительно по-немецки про ежедневной практики.

От Тани пишущий эти строки узнал касательно замечательном казахском нейрохирурге — Вадиме Евгеньевиче Левинсоне. Таня училась у него во медицинском институте, а после бездна полет работала его ассистентом.

Вадимир Евгеньевич был блядун, пьяница, отличный гитарист, а изо всех видов индивидуального транспорта предпочитал мокик «Ява», возьми котором да носился по части всей Алма-Ате да ее окрестностям. А до этих пор обвинять Евгеньевич пел почти гитару мужественные песни Высоцкого равно Визбора и, равно как поняла Таня впоследствии, всю дни тосковал соответственно настоящему «мужчинству». Отсюда равным образом гитара, равно Визбор, равным образом мотоцикл, да пьянки, равным образом бляди… Хотя ему в корне было достанет существовать тем, кем дьявол был в самом деле, — блистательным нейрохирургом! Но сего Вадя Евгеньевич малограмотный понимал…

На втором курсе института, когда-никогда Тане было девятнадцать лет, Вадюша Евгеньевич увез ее на Медео, на маленькую гостиничку возле знаменитом высокогорном катке, равно затем не принимая во внимание пышных клятв да заверений, сверх вранья равно обещаний, мелочёвка равно весело, лещадь гитарку не без; шампанским, лишил Таню невинности. И невзирая получи и распишись то, что-нибудь клеветать Евгеньевич аж да далеко не помышлял разводиться со женой да нашвыривать сыновей, Таня ни в жизнь об этом далеко не пожалела.

С тех пор на ее жизни было довольно бог не обидел мужчин — да в сыновья годится Вадима Евгеньевича, равным образом красивее, и, в чем дело? быстро греха таить, — сексапильнее равно мощнее, так для Вадиму Евгеньевичу симпатия равным образом по части этот с утра до ночи сохранила такую благодарную нежность, которой неграмотный удостоился ни единовластно мужик, со временем переспавший не без; Таней.

В Германии Таня появилась пара не без; половиной возраст тому отворотти-поворотти да получила все, сколько положено по штату нажить немке, приехавшей нате свою историческую родину. Единственное, нате который Баварское начальник отнюдь не обратило ни малейшего внимания — сие нате ее документ от отличием.

Правда, получи основании сего а русского врачебного диплома равным образом документа об окончании ординатуры за кафедре нейрохирургии верхи Баварии предоставило ей бесплатную вероятность время проучиться получи курсах немецких медицинских сестер да быть доставленным возьми работу во одну с клиник Мюнхена почти не в соответствии с специальности — для отрыв нейрохирургии. Где да лежал сейчас мои Водила.


* * *

Я рассказываю для Таню Кох таково подробно, оттого который симпатия — незаинтересованный Одинокий Человек на моей жизни. А Одинокому Человеку денно и нощно надобно прежде кем-то выговориться. Поэтому мы, Коты, одиноким нетрудно необходимы! Зачастую Одинокого Человека переполняет то, зачем другому Человеку безграмотный всякий раз скажешь. А Коту можно…

Тут наблюдается забавное двоение на сознании Людей: они убеждены, сколько Кот их никак не понимает, но, тем безграмотный менее, поверяют ему до этого времени домашние «боли, беды равно обиды» (выражение Шуры Плоткина) на правах единственному живому существу, находящемуся на непосредственной близости.

Кроме всего, Люди уверены, ась? ажно их постыдные признания равно откровения, безграмотный денно и нощно отдающие благородством да чистоплотностью, никогда в жизни равным образом никому Котом пересказаны никак не будут. И на этом они вполне правы. Ну, а на том, аюшки? Коты неизвестно почему отнюдь не понимают — Люди сыздавна равно хоть изо артиллерия надо ухом стреляй заблуждаются.

Естественно, мы безграмотный имею на виду таких Людей, наравне Александра сиречь Водила. Когда посредь Человеком равным образом Котом существует Двухсторонний Контакт — никаким заблуждениям категорично вышел места!

Но от Таней Кох указывать Двухстороннюю Телепатическую Связь ми безграмотный хотелось. Она, что говорит на таких случаях Александр Плоткин, «сожгла вслед из себя однако мосты». Она приехала семо навсегда. А пишущий эти строки хоть умри долженствует буду вернуться на Россию. И рвать уж установившийся Контакт насильственным образом — одинаково искры с глаз посыпались да на Кота, равным образом чтобы Человека…

Так что, давай, Мартын, будем благодарны Тане после мимолётный база равным образом доброе отношение, равным образом безвыгодный нужно ей лишних зарубок держи сердце, ощущения лишних потерь. Ей равным образом приближенно безграмотный слишком-то потешно живется в этой своей исторической родине.

Пусть Таня пребывает на уверенности, который ваш покорнейший слуга ни хрена безвыгодный понимаю изо всего делов того, насчет что-то симпатия ми рассказывает. А какие-то проявления моей сообразительности симпатия от легкостью спишет ради число отсчетов обычных «животных инстинктов», ради которые ей талдычили, наверное, равно во школе, равным образом на институте. Ей-Богу, где-то достаточно чтобы нее лучше. Особенно, эпизодически ваш покорный слуга укачу изо Германии.

А на срок аз многогрешный с головы день-деньской по части бессчётно крат обхожу огромные больничные корпуса со вертолетной площадкой сверху крыше, мотаюсь соответственно немаленький автомобильной стоянке сотни получай двум машин равным образом сижу подина дверями служебного подъезда клиники, куда ни на есть в большинстве случаев входит равным образом отколь стало Таня Кох.

Многие служащие больницы меня поуже знают да знают, сколько ваш покорнейший слуга — «КОТ РУССКОГО ГАНГСТЕРА, КОТОРЫЙ ЛЕЖИТ В БЛОКЕ ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ ОТДЕЛЕНИЯ НЕЙРОХИРУРГИИ». Вот так-то!

Однако, вопреки сверху то, что-то автор этих строк «Кот гангстера», многие меня подкармливают. Особенно — вениамин милосердный персонал. То колбаски притащут, в таком случае приволокут отрывок в корне приличной рыбки — вареной тож жареной. Это, конечно, безграмотный оттаявший промозглый мерлуза имени мой Шуры Плоткина, хотя равно как тотально съедобная рыбка. Вроде той, которой меня угощал Рудик нате корабле.

Просто таково гуляющих, а упаси Господь, бродячих Котов, Кошек равно Собачонок — мы после этого невыгодный видел. Пока. Запахи их чувствую, же видишь приближенно — украшение лица для носу, покамест ни разу никак не сталкивался. Пару раз в год по обещанию наблюдал Собак возьми поводках. Вотан единожды видел на окне второго этажа вдоволь спесивого Кота, какой скользнул по части ми недобрым глазом равным образом отвернулся.

Но этак что моего мироздание ограничен всего делов всего лишь двумя прибольничными улочками, парком да автомобильной стоянкой — болтать об том, зачем во Германии по отношению ко всему несть такого понятия, во вкусе бродяжество бесхозных Собак равно Кошек, аналогичное нашему, российскому, — ваш покорный слуга бы безграмотный рискнул.

Поэтому, ноне Таня держи работе, моя особа гуляю самовластно в соответствии с себе, равным образом встреться безотлагательно ми кто-нибудь с моих немецких коллег — автор был бы исключительно раздосадован. Потому сколько гуляя, автор до сей времени сезон беда равным образом беда занят. Я колдую, колдую, колдую…

Я постоянно, держи архи сильном, выматывающем волевом напряжении, посылаю близкие лечебные сигналы Водиле. И безграмотный прямо — на смерть свет, как бы на копеечку, — а из всё точным адресом: моя персона знаю этаж, идеже лежит Водила, знаю комнату, во которой возлюбленный лежит, знаю пусть даже конкретное склонность кровати равно приборов во этой комнате.

Я хоть наслышан не без; тремя полицейскими, которые каждые восемь часов сменяют корешок друга у дверей мои Водилы.

Мало того, моя особа ранее три раза равным образом самовластно был во этой комнате, гораздо во всем посторонним прорываться было строгий запрещено! Когда Таня оставалась на клинике в суточное дежурство, возлюбленная выходила под покровом ночи следовать мной для служебному подъезду, запихивала меня во какой-то проницаемый пластмассовый медведь равно приносила для Водиле получай полчаса, держи пятнадцать минут, а одиночный единовременно ваш покорный слуга с годами пробыл хоть часа два.

С грустью в долгу заметить, что, как бы ми показалось, Водиле выходит стократ хуже, нежели тогда, в автобане, когда-никогда дьявол пытался меня утешать равным образом просил меня малограмотный нервничать. Во всяком случае, ни одна моя желание поставить вместе с ним даже какой-то Контактишко никак не увенчалась успехом. Даже тогда, в некоторых случаях аз многогрешный был положительно рядом.

Таня пыталась ми отнести за счет происходившее от Водилой, однако подозреваю, зачем сии объяснения были бы аж чтобы Шуры Плоткина сильно сложными, а с целью меня — тем более. Я знал одно — от Водилой плохо…

И тем отнюдь не не так — «…не оставляйте стараний, маэстро…», вроде в своё время пел Шура. Я однако сезон пытался соединиться от Водилой, разбудить на нем хоть бы бы искорку сознания. Таня Кох сказала, сколько если бы бы Водила в ту же минуту очнулся, люди в белых халатах могли бы взяться дальнейшие усилия. А доколе нужно прожидать равно ждать…

Вот мы равным образом пыжился впредь до полного опустошения — весь пытался законтачить не без; Водилой. И таково пробовал, равно этак. Даже поведал ему тайну соломенный зажигалки. Так ми желательно его взять чем-то растормошить.

Я во подробностях рассказал ему, в качестве кого сия зажигалочка выпала у него изо кармана, эпизодически дьявол трахал мою старую знакомую судомойку Маньку-Диану. Рассказал, как бы спрятал эту зажигалку на фургоне, во картонной коробке со ветошью, в надежде отыграть ее Водиле еще на Санкт-Петербурге, в качестве кого всего-навсего спирт потеряет вероятность выискать ее законного владельца. Тем более, зачем судовладелец оказался таким говнюком, зачем ему во пору ото свечки прикуривать, а никак не через зажигалочки «Картье»!

Я ажно рассказал ему, во вкусе из-за высшая отметка минут впредь до того, на правах прилетел вертолет, моя особа выцарапал эту зажигалку с фургона, замотал во грязную тряпку равным образом закопал перед километровым столбиком у автобана. Да сызнова равно догадался похлопотать полицейского Рэкса помочиться держи сей столбик. Так сказать, «пометить территорию». И на правах только лишь Водила очухается равным образом выйдет изо этой больницы, ты да я вкупе поедем туда, откопаем ее и…

Но Водила никоим образом никак не отреагировал для муж рассказ. Я безвыгодный услышал ни одного, аж самого слабенького ответного сигнальчика. А уже я-то старался загнать ему эту баечку весело, непринужденно, во вкусе некое аспидски забавное приключение. Кое-где обязательно пережал, переиграл — только что бы воспламенить взять хоть ничтожный прибыль у Водилы для этой истории. Но тщетно…


* * *

Называла меня Таня не мудрствуя лукаво — «Кот».

Еще во самый коренной воскресенье знакомства, позже того, по образу стрекоза опустил нас в специальную плоскую крышу больницы равным образом больничные люди в белых халатах безапелляционно воспрепятствовали моему присутствию во клинике, Таня забрала меня для себя к себе равно сказала:

— Послушай, Кот… Я неграмотный знаю, вроде тебя зовут на действительности. Придумывать тебе какое-нибудь пошловатенькое кошачье имячко в виде Барсик-Мурзик мне, чистосердечно говоря, неохота. Но в соответствии с во всех отношениях статьям твоя милость — Кот! Будучи бабой вместе с опытом, подозреваю, аюшки? твоя милость — истинный Котяра. Может быть, пусть даже с разряда сексуал-террористов. Ибо внешние эмпирика якобы насчёт многом, а они у тебя более, нежели явственны равным образом нестандартны. Как, кстати, равным образом у твоего русского приятеля. Думаю, сколько по мнению женской части ваш брат обана — банан сапога пара. Так что, автор тебя буду звать легко — Кот. Абгемахт? В смысле — договорились?

С тех пор первый попавшийся болтовня со мной возлюбленная начинает со слов: «Послушай, Кот…»


* * *

— Послушай, Кот, — сказала ми Таня где-то ввечеру возьми исходе другой недели. — Тут во «Штерне» — журнальчик принимать подобный — аз многогрешный прочитала любопытную заметочку. Ссылаются они получай эФКаУ. На Федеральное Криминальное Управление. А буква управление тебе — малограмотный хухры-мухры. Так вот, они вспоминают, почто нет-нет да и во июле девяносто четвертого возраст во Мюнхенском аэропорту был задержан какой-то свой русский туз, с грехом пополам ли невыгодный замминистра, со небольшим грузом высокотоксичного оружейного плутония, они поуже между тем располагали сведениями, сколько буква порцион плутония — плачевный лепет по мнению сравнению из теми килограммами, которые не долго думая спрятаны русскими черт-те где во Берлине. Их в полном смысле слова хватит ради хорошенькой атомной бомбочки! Слушай, Кот, почто они пишут…

Таня взяла на грабки журнал, открыла нужную страницу, да пишущий эти строки увидел на статье, которую симпатия ми собиралась читать, строки, подчеркнутые ее рукой. То, в чем дело? сие была ее длань — тута можете ми дать веру получи и распишись слово. Тут мы, Коты, отродясь безграмотный ошибаемся!

— Я тебе буду перелистывать враз по-русски. Хорошо? — сказала Таня.

«Мне не принимая во внимание разницы. Можешь да по-немецки», — подумал я, так далеко не нашел даже если крошечного усилия, дабы моя представление дошла накануне ее сознания.

Она отличная тетка! Как сказал бы Водила — «своя во доску». И выглядит согласно Человеческим параметрам, — будьте-нате! Но в один из дней моя персона решил — никакого Контакта, — беспричинно оно равным образом будет. На какой конец нам потом, при случае ты да я расстанемся, небо и земля душевные заморочки? Мало у нас, у каждого своих болячек?!

— Где это, идеже это?.. — бормотала Таня, водя пальцем сообразно строчкам. А!.. Вот! Послушай, Кот, аюшки? пишет «Штерн» со ссылкой сверху эФКаУ: «…состоялись прелиминарии об продаже плутония, оставленного русскими во Берлине. В переговорах приняли касательство высокопоставленные народище изо России». Правда, попозже агент эФКаУ во Висбадене заявил, ась? на отношении «высокопоставленных людей изо России ему ничто никак не известно». Но нам вместе с вами, майне либер херрн Кот, казалось бы, бери сие наплевать! Мы да плутоний… Как говорится, «где именье, идеже вода, идеже Ромео, идеже Джульетта…» Но засим «Штерн» пишет оченно инда касаемое нас вместе с тобой… «Как итак не тайна с проверенных источников, недавняя неудавшаяся усилие ввоза на Германию побольше полутонны кокаина, закончившаяся кровавой трагедией нате автобане у Мюнхена, — равным образом профессия рук русской мафии, стоящей во непосредственной близости для правительственным кругам России».

«Какие сызнова полтонны?!! — возмутился ваш покорный слуга равно инда подпрыгнул возьми месте. Там но чуток вяще ста килограммов было!!! А полтонны — сие пятьсот кило!..»

Когда Александра пытался порекомендовать меня цифрам, сие было единственное, сколько автор запомнил.

Наверное, моя персона жирно будет здорово проэмоционировал равным образом механически воздействовал нате сознательность Тани. Потому что-то симпатия крохотку оторопело посмотрела нате меня, лже- услышала моего голос. А потом, далеко не веря себя самой, потрясла головой — личиной отгоняла через себя сие невероятное морок не без; говорящим Котом, равно расхохоталась. Но, тем далеко не менее, сказала, далеко не понимая, в чем дело? отвечает ми получи и распишись мои всплеск:

— Да далеко не было, безграмотный было вслед за тем никаких пятисот килограммов! Я а хозяйка слышала, архангел нате автобане говорила что до ста килограммах! Ну, «Штерн»! Ну, «Штерн»!.. Не тиснуть — неграмотный может. Да! И еще… Но сие ваш покорный слуга сделано подтверждаю. Послушай, Кот: «В ближайшие отрезок времени полноте произведена серьезная нейрохирургическая процедура единственному оставшемуся во живых русскому участнику кокаиновой трагедии. Врачи надеются, что-нибудь позднее операции для нему вернется разумение да дьявол сможет раскрыть завесу по-над тайной, покрывающей эту преступную историю…» Вот так, моего дорогостоящий Кот! Пока, правда, идут какие-то беседа со Минздравом России, хотя ранее со завтрашнего дня я начинаем кухарить твоего приятеля для операции. Оперировать довольно самолично лектор среда Дейн. Отличный доктор! Такое впечатление, ась? его выучил выше- казахский Левинсон…


* * *

Но еще нате ближайший сутки выяснилось, что-то на Мюнхене неважнецкий операции Водиле деять безграмотный будут!

Около трех часов дня, от случая к случаю большая доза врачей покидает больницу, оставляя ее в дежурных коллег равным образом меньшой милосердный персонал, автор шатался в соответствии с служебной автостоянке окрест роскошного «Ягуара» профессора земля Дейна, на надежде узнать его самого равным образом глянуть — на правах выглядит Человек, кой долженствует заставить вернуться Водилу ко жизни.

Его «Ягуар» ваш покорнейший слуга еще знал. Неделю отворотти-поворотти Таня показала ми машину профессора да завистливо заметила:

— Ничего себя автомобильчик у нашего шефа? Под сотню тысяч марок тянет. Если бы Боженька был справедлив, ведь выше- нейрохирургический казах Вадик Левинсон по отношению ко всему повинен был бы получи и распишись полумиллионном «Роллс-Ройсе» за Парижу ездить. А дьявол получи и распишись мотоцикле до Алма-Ате гоняет…

По-моему, данный казах вместе с эдакий странной фамилией — был единственным Человеком, которого Таня вспоминала с своей прошлой жизни. Как аз многогрешный Шуру Плоткина.

Не успел ваш покорнейший слуга прослоняться около машинами равным образом получаса, в качестве кого для «Ягуару» годится превысокий видный убеленный сединами единица планирование трещотка пяти равным образом какой-то низенький точный господинчик не без; огромными усищами. Оба на шинель равным образом не без; папками.

И автор этих строк вспоминаю точно, ась? высокого да стройного аз многогрешный еще пару крата видел у служебного входа, а низенького, полного — никогда.

Высокий открывает «Ягуар», снимает пальто, бросает его бери заднее сиденье равно тама а кладет кожаную деловую папку. Значит — сие мастак дворянин Дейн. А мы невыгодный знал…

Низенький, полный, из усищами, открывает требующий рядом «Опель-Омега», делает начисто так но самое равным образом говорит микроклимат Дейну, продолжая, видимо, сыздавна инициированный разговор:

— У него а райзеферзихирунг! Эта идиотская нищенская медицинская страховка в виде нашей АДиАЦе! Сто число марок после три месяца. Все русские покупают пользу кого своих сотрудников, едущих из-за границу, только лишь такие страховки!.. А единолично праздник пребывания сего русского бандита на нашей клинике есть смысл лишше тысячи двухсот марок! Не считая вашей операции…

— Я был в состоянии бы оторвать от себя с гонорара из-за эту операцию, — говорит лектор земля Дейн.

— Вы что, сам соответственно себе ее собираетесь делать?! — вскипел усатый. — А ваши ассистенты, анестезиологи, операционные сестры, техники — они всегда в свой черед откажутся с денег, всего только бы ваш брат смогли соперировать сего русского?! Я малограмотный говорю сделано касательно чудовищной стоимости медикаментов, перевязочного материала, амортизации аппаратуры, стоимости энергии… А последующие расходы? После операции?..

— Но, бес побери, существует же, не считая примитивных денежных расчетов, во которых наш брат слово в слово всё-таки утопаем, сызнова да какая-то этическая закон взаимоотношений — «Врач равно Больной»?! — разозлился дворянин Дейн.

— О, Боже… — усастый ажно всплеснул руками. — Но разве русские невыгодный хотят следовать него выплачивать равным образом требуют безотлагательно выслать сего гангстера на северная столица — какого царапина ваша милость упираетесь?! Они хотят его самочки делать Бог им во помощь… Что вам-то?

— Мы ликвидировали его рана вентральный полости, потихоньку привели его для состоянию, когда-никогда не возбраняется стать нейрохирургию, а теперь… Это подсудно равно возмутительно! — рявкнул профессор.

— Мы получили сообщение изо Бонна ото русского посольства, что такое? всю поручительство после реэвакуацию больного беретик получи и распишись себя департамент здравоохранения России. Это а согласовано вместе с их спецслужбами равным образом нашим Федеральным Криминальным управлением. Естественно, всю его историю болезни, всю документацию объединение нему ты да я передадим им немедленно. Тем более, что такое? они присылают после ним умышленно оборудованный триплан из сопровождающими.

— Но во вкусе спирт перенесет полет? Кто сии сопровождающие?.. — Фон Дейн немножечко далеко не застонал.

— Успокойтесь, Фолькмар. Теперь вам сейчас невыгодный несете следовать него лажовый ответственности, — сказал усатый.

— Да что ли на этом дело! — скорбно произнес поле Дейн. — Бог мой, Бог мой… Несчастная страна, бесталанный народ, бесталанный таковой советский шофер. Как спирт совершенно сие выдержит? Он хоть фразы сообщить неграмотный может…

Посчитав, что-то болтание не без; профессором закончен, усатенький толстяк со трудом втиснулся на частный «Опель», завел мотор, захлопнул дверь, а из места безграмотный тронулся. Плавно опустилось лупа водительской двери, да толстяк вполголоса равным образом унывно сказал земля Дейну:

— А может быть, его то есть следственно да забирают у нас в такой мере срочно. Может быть, кому-то там, во России, ужас далеко не хочется, дабы нынешний лихач задним числом вашей операции стал бы базарить какие-то слова? Вы об этом подумали?

И толстяк, малограмотный попрощавшись, уехал. А после полминуты уехал да лектор обстановка Дейн.

Я специально невыгодный прерывал рассказа по части разговоре профессора обстановка Дейна со усатым толстяком описанием того, что-то творилось со мной вот минута сего разговора. Я затаился подина чьим-то «Чероки» на двух метрах с профессорского «Ягуара», да отчего сумел никак не дать дорогу ни слова.

То, что-нибудь меня ни вслед за в чем дело? неграмотный возьмут во данный спецсамолет, который-нибудь прилетит вслед Водилой — у меня неграмотный возникло никаких сомнений. Но нате себя ми было ранее наплевать. Я стоически знал, который когда-нибудь моя персона однако эквивалентно доберусь накануне Петербурга! Тут, вроде говорил Александра Плоткин, «и ко гадалке безвыгодный ходи».

Но аюшки? полноте из Водилой?! А разве возлюбленный во самолете очнется равным образом станется меня ловить — а меня немного погодя нет… Он — больной, разломанный равно замордованный бедняга — черт-те где летит по части воздуху, а я, пышущий здоровьем равно целый Котяра, на сие пора гуляю сообразно Мюнхену! Ничего себя ситуация!

Одного Человека, от которым я были в такой мере необходимы кореш другу, автор этих строк сделано потерял. Теперь ваш покорнейший слуга теряю Второго…


* * *

Последнюю воробьиная ночь Водилы для немецкой земле близ него дежурила Таня Кох. Ко второму часу потом полуночи госпиталь угомонилась, равным образом Таня во белых широких полотняных штанах равным образом экий а белой рубахе навыпуск вышла после мной ко служебному входу, катя предварительно на вывеску малюсенький стол получай колесах. На столике стоял большущий отникелированный мерник не без; крышкой.

— Послушай, Кот, — втихую сказала ми Таня. — Я значительнее неграмотный могу ночной порой шпанать соответственно клинике вместе с авоськой, так сказать автор этих строк всего-навсего в чем дело? бегала на лавочку. Ты уж, пожалуйста, неграмотный обессудь равным образом полезай во стерилизатор, а аз многогрешный тебя прикрою крышечкой. Это ми коп подсказал…

Я здесь но прыгнул на бак, Таня накрыла меня крышкой да автор сих строк поехали.

Профессор окружение Дейн оказался прав — Водила выглядел куда как лучше, нежели на прошлые дни. Почти сошел дьявольский опухлость со лба, остался только безмерный синюха вместе с желтизной в соответствии с краям. И дышал Водила скорее — ровнее равно глубже. И кабы бы невыгодный кабель да трубки, которыми возлюбленный был опутан, казалось, ась? Водила прямо-таки спит глубоким спокойным сном за тяжелого трудового дня.

Таня герметически закрыла янус равным образом подложила меня Водиле подо руку, прошептав:

— Черт бы тебя побрал, Кот, какой твоя милость тяжелый!.. Полежи так. Может быть, симпатия по малой мере тебя почувствует.

На миг ми пригрезилось, ась? коснувшись мой загривка, щупальцы Водилы несколько шевельнулись. Но дальше моя персона понял, сколько ошибся. Тогда ваш покорный слуга из всех сил самостоятельно стал пробуждать Водилу получи и распишись связь. Чтобы увеличить частный сигнал, ваш покорнейший слуга лизал его руку равным образом пусть даже чуточку покусывал и концы в воду его пальцев. Реакция ноль!

Тогда аз многогрешный перестал тормошиться равным образом дергаться, расслабился по-под теплой, тяжелой, а безжизненной ручищей Водилы, немножко передохнул равно осторожно, безвыгодный спеша, начал тихо-тихо возбуждать его снова.

Я напомнил ему в наибольшей степени яркие картинки последних дней — наше бульон знакомство, от случая к случаю нате корабле возлюбленный расшнуровал заднюю стенку своего фургона, увидел меня да сказал: «Здравствуй, Жопа-Новый год, приходи получи и распишись елку!..»

Я вспомнил ради веселую, смешливую да ужас умелую черненькую Сузи, оборона десятидолларовую деловитую неумёху Маньку-Диану, насчет его любимое джон-ячменное зерно «Фишер», да инда повторил снова единожды историю золотисто-золотой зажигалки.

Потом автор этих строк перешел ко воспоминаниям, которые, что ми казалось, в свой черед стоит определенно запечатлелись на его сознании — жена на Кильском морском порту, мое даршан антинаркотическим собачкам, Ганноверскую автозаправку равным образом «татарский» бифштекс.

Я лишь только относительно Алика старался далеко не говорить, дабы неграмотный колоть глаза Водилу, когда оный так например краем ушица слышит меня. И относительно Лысого невыгодный вспоминал. И насчет Бармена — ни слова.

А Таня Кох невыгодный отрываясь смотрела на миниатюрный жопа из круглым темным экраном, в соответствии с которому бежали баксы волнистые линии, равным образом промежуток времени через времени отрицательно-скорбно покачивала головой.

Мы хоть равным образом отнюдь не заметили, по образу после окном поуже в полную масть рассвело, равно пришли во себя только лишь тогда, в некоторых случаях черт-те где попытался раскрыть дверь.

Таня быстренько набросила в меня утиральник равным образом впустила, наверное, дежурного врача. Потому зачем стала словом перекидываться от ним по-медицински. После чего, ваш покорный слуга слышал, медик ушел.

— Давай, Кот, прощайся со своим приятелем, — сказала ми Таня. — Я немедленно попытаюсь тебя выплеснуть отсюда. А в таком случае позднее у меня получай сие попросту времени никак не будет.

«Водила, миленький!.. — запричитал аз многогрешный вне малейшей надежды. — Не бойся, пишущий эти строки в обязательном порядке найду тебя во Петербурге!.. Я тебя познакомлю от Шурой Плоткиным. Вы не мудрствуя лукаво обязаны придерживаться наперсник из-за друга! Таких, в духе вас очень-очень мало, да в одиночку вам могут без чинов истребить!.. Господи Боженька! Сделай Божецкую милость, так чтобы Водила на худой конец одно мое словечко услышал…»

И ведь ли пишущий эти строки на отчаянии себя нафантазировал, так ли самую малость всерьёз сдвинулось не без; места, же ми против всякого чаяния причудилось, что-нибудь ваш покорнейший слуга услышал безглагольный шелест — «Кыся-а-а…»

Но на настоящий час Таня посадила меня во стерилизатор, закрыла крышкой да дружно со столиком выкатила с палаты.

Уже на девять часов утра моя особа сидел получи и распишись крыше профессорского «Ягуара» да из невыразимой тоской смотрел выспрь — во чистое синее осеннее небо, несравненно внушительный янтарный автогир уносил мой Водилу.

Я вспомнил, что растянуто автор сих строк плыли изо России во Германию, какое количество автор сих строк сызнова ехали своими колесами, равным образом невзирая в то, зачем темножелтый автожир был шабаш большим равно шумным, во душу мою стали вкрадываться тревожные сомнения — а долетит ли возлюбленный через Мюнхена накануне Петербурга?..

Рядом со мной стояла заплаканная Таня Кох. И мне, равно Тане было эдак тошно, я обана были настроены нате такую паршивую Единую Волну, почто моя особа плюнул для безвыездно близкие высокоморальные преграды, собственнолапно воздвигнутые на пороге самим собой, что такое? безвыгодный заботясь по части последствиях, открытым текстом МЫСЛЕННО спросил Таню:

«Он что, держи этой желтой штуке этак вплоть до самой России равным образом полетит?»

— Что ты, Кот!.. — непроизвольно ответила ми Таня, далеко не заметив синь порох странного. — На самолете — всего накануне аэропорта. А в дальнейшем его перенесут во выше- совдеповский самолет.

Таня равно сообразно данный дата говорит ради всегда русское — «наш», «наше», «наши».

«Слава Богу! — сказал я. — А ведь ваш покорнейший слуга ужак боялся…»

Но туточки сразу Таня посмотрела получай меня безумными глазами:

— Эй!.. Эй, послушай, Кот!.. Ты ми впрямь самую малость сказал иначе говоря сие ми показалось?!

Не отрывая мигалки с вертолета, уменьшающегося на небесной синеве, мы ничтоже сумняшеся ответил:

«Нет, Таня, тебе никак не показалось».

И во эту один момент вертолета на небе невыгодный стало. Еще слышался провинциальный грохот его мотора, а позже равным образом спирт исчез.

«Тебе неграмотный показалось, Таня, — повторил пишущий эти строки равным образом посмотрел ей во глаза. — Мне малограмотный желательно бы тебе в ту же минуту что-либо пояснять — не имеется настроения. Найди книгу английского биолога доктора Ричарда Шелдрейса да прочти ее внимательно. Ты всегда поймешь… Или Конрада Лоренца — «Человек находит друга».

— Какое счастье! — воскликнула Таня, так изо глаза ее который раз полились слезы. — Значит, моя персона нашла на тебе друга? Да, Кот?.. И автор сих строк будем вместе с тобой по вечерам мозолить язык по части том, что до сем!.. Ты будешь отправлять меня получи и распишись работу, насунуться меня, да?..

«Нет, Танечка, — от грустью, да прямиком сказал я. — Я долженствует вернуться на хазу во Петербург. У меня принимать двуха Человека, которые могут после не принимая во внимание меня погибнуть…»

— Я в свою очередь могу в этом месте положить голову минус тебя, — прошептала Таня.

«Нет. Ты всего со мной можешь погибнуть. Вспомни, сколь одиноких женщин этак равным образом остались одинокими предварительно глубокой старости только что потому, зачем когда-то, спасаясь с одиночества, завели себя Кота иначе Кошку. На плохой ликвидация — маленькую Собачку. Все свое несостоявшееся материнство, всю свою нерастраченную нежность, невостребованную доброту — они сконцентрировали для этом маленьком домашнем Животном, (кстати, малограмотный во всякое время благодарном да искреннем!) да тем самым погубили себя. В заботе относительно «Кошечке» у них проходила весь жизнь, а дым присутствия «живого существа» во доме, заменяла им нормальное, здоровое якшанье не без; Мужиками. Подменяло суждение Настоящей Любви. Любви, ото которой Женщины расцветают во любом возрасте, ото которой рождаются Дети, соответственно праву требующие лишь того, почто одинокие Женщины круглым счетом не стоит растрачивают держи своих Котов равно Кошек… Я а видел, Таня, в качестве кого для тебя смотрят Мужчины! Да тебе есть смысл только лишь пальцем шевельнуть… Ты но весть красива да сексуальна. Поверь, автор по сию пору трое — те неуд Мужика, для которым аз многогрешный вынужден вернуться во Петербург, равно я, — автор ужас на этом деле важнецки понимаем! И уже одно, Танечка: твоя милость приехала семо — с намерением остаться. Я — для того того, в надежде вернуться. Прощай».

Меня еще самого подташнивало через бездарной назидательности своего тона, через дурацкого менторства, звучащего на каждой моей фразе, только у меня неграмотный было сил предпочитать выражения — душа мое разрывалось через жалости для этой умной и, действительно, прекрасной бабе, которая своим вниманием могла бы обнаружить достоинство любому хорошему Мужику — с Водилы впредь до Шуры Плоткина.

Я потерся носом об ее заплаканное лицо, спрыгнул из «Ягуара» да езжай посредством всю больничную автостоянку неуклонно держи улицу.

— Послушай, Кот!.. — слезно закричала ми потом Таня.

Но автор никак не остановился да аж малограмотный оглянулся. Я знал — стоит только ми промедлить как например получи полсекунды или — или отдаленно свернуть голову на ее сторону, ми достаточно аспидски горестно удалиться с нее вторично…

Часть вторая

Как зритель, невыгодный видевший первого акта,

В догадках теряются дети,

И однако но они ухитряются где-то

Понять, почто творится получи свете.

Самойлушка Маршак

Итак: чисто сделано один не без; половиной месяца моя персона — мюнхенский КБОМЖ. Как говорится Кот Без Определенного Места Жительства. Когда-то Александр Плоткин писал статью насчёт наших Петербургских БОМЖах для того «Часа пик», мотался объединение притонам, свалкам, чердакам, подвалам, заброшенным канализационным люкам, пил водку вместе с этими несчастными полуЛюдьми, сплетки со ними разговаривал. А потом, провонявший бес знает чем, приходил домой, ложился на горячую ванну, отмокал, равным образом рассказывал ми неодинаковые жуткие истории насчет сих бедных типов, кажинный присест приговаривая:

— Нет! Это вроде только лишь у нас! Вот нате Западе…

И засим шли, на правах мы не долго думая понимаю, никак не куда квалифицированные примеры бери тему: «На Западе сего малограмотный может являться благодаря тому что ась? отнюдь не может присутствовать никогда».

Ах, Шура, Шура… Милый, ироничный, умный, сильный Шура. Даже некто отнюдь не сумел избежать нашей вечной российской идеализации Запада. Но мы отнюдь не изо тех Котов, которые, ущучив Человека бери ошибке, начнут пускать на него камни. Отнюдь. Я а понимаю, нежели вызваны подобные заблуждения. Среднему россиянину живется у себя на флэту круглым счетом фигово, в чем дело? безотчетно срабатывает неведомый защитительный механизм, да Человек начинает думать, предлогом черт-те где питаться такая «земля обетованная», равно называется Запад, идеже наших российских уродств средь бела дня из огнем безвыгодный сыщешь. Ну, несложно тотальный парадиз, бес побери!

Отсюда, мы думаю, да добрая пятьдесят процентов ошибок на пирушка повальной эмиграции, которой сейчас славится Рассея бери вполне мир.

Так вот, находясь на здравом уме да трезвой памяти, пишущий эти строки — Кот Мартын, русский, неженатый, родившийся на Ленинграде, квартирующий во Санкт-Петербурге, во сегодняшний день миг наудачу остающийся во столице Баварии городе Мюнхене Без Определенного Места Жительства, имеющий сравнительно постоянную базу во Английском парке подо «Хинезише Турм» (Китайская башня), — из полной ответственностью из-за приманка плетение словес свидетельствую: безвыгодный знаю, в духе где, а здесь, на Мюнхене, сих самых западных БОМЖЕЙ столько, что, равно как выражался муж Водила, — «хоть жопой ешь» (то питаться — «очень много». Дословный уплата от Русско-Водительского).

Увидеть БОМЖей дозволено повсюду, особенно ночью, рано или поздно они дрыхнут по-под каким-нибудь навесом напрямую нате земле, подложив подина себя серия слоев картона с упаковочных коробок. Как правило, недалеко целесообразно недопитая чекушница из вином иначе говоря пивом, равным образом тута но лежит огромный, немытый длинношерстный Пес, часто беда хоть породистый. Хотя здесь, во Германии, ваш покорный слуга заметил, наличествование породы невыгодный обязательно. Впоследствии аз многогрешный наблюдал во беспримерно дорогих автомобилях таких «Самосерек», которых у нас во России дозволительно встретить, наверное, всего-навсего во деревнях Псковской области, куда как да мы вместе с тобой ездили где-то из Шурой получи дачу для одному редактору.

Ночью тевтонский БОМЖ укрыт вместе с головой лоскутным ватным одеялом другими словами храпит во спальном мешке, а его Псина валяется рядом.

Потом, денно пишущий эти строки ряд единовременно встречал сих Псов равно их опухших Хозяев вслед «работой». Хозяин сидел вместе с бутылкой пива на руке, получай его буфера висела картонка от разными, наверное, жалостливыми словами, около спал его клочкастый Пес, а на пластмассовую мисочку прохожие иногда бросали монетки — в Пса! БОМЖу ни одна душа ни плошки безграмотный подавал, а чисто «бедненькому Песику, несчастной Собачке» хотели помочь многие…

Поэтому, БОМЖ вместе с Собакой — единица платежеспособный да начальственный на завтрашнем дне, а БОМЖ сверх Собаки — деградант равным образом люмпен, в качестве кого выражается Александр Плоткин.

Вечерами БОМЖи со своими Псами-добытчиками, по образу правило, кучковались во трех местах Мюнхена — во конце Леопольдштрассе получи и распишись Мюнхенерфрайхайт, у Зендлингертор для Герцог-Вильгельмштрассе, и, ясно же, у Хауптбанхофа — у Главного железнодорожного вокзала! То лакомиться на местах, непроницаемо посещаемых туристами да разным приезжим людом.

В сих трех местах БОМЖи собираются только-только ли отнюдь не со токмо города, равно временно их Собаки тихо спят вповалку, БОМЖи дуют винище, накачиваются пивом, выясняют отношения, ссорятся, дерутся равно любят дружок друга — Мужчины Женщин, Женщины Женщин, Мужчины Мужчин…

Короче, такая Человеческая помойка, что такое? я, во поисках пристанища пользу кого самого себя, выбрал все Английский парк, много БОМЖи неизвестно почему безграмотный заходили.

Рассказом насчёт Баварских БОМЖах ваш покорнейший слуга ни получи лепту безвыгодный хочу оскорбить отличный столица Мюнхен!

И во верификация моих симпатий ко городу, заполненному таким в количестве колбас равным образом сосисок, которое далеко не может представиться инда Рэю Бредбери — любимому фантасту Шуры Плоткина, — приблизительно а серьезно заявляю, что такое? Бродячих, Бездомных, Безхозных Кошек, Котов равным образом Собак тогда не имеется равно во помине! А сие успех цивилизации, достойное всяческого уважения.

Заблудших — видел, сочувствовал, же помочь вничью неграмотный мог. Ибо временно до нынешний поры плоховато знаю город, равным образом слово улицы, сообщаемое ми растерянным немецким Котом иначе потерявшейся Кошкой, — ми шиш отнюдь не говорило. Сами а они, во общей своей массе, никак не имеют понятия, идеже находится их помещение аж тогда, нет-нет да и они лишь как только перешли для другую сторону улицы. Полагаю, сколько сие на них совсем как национальное. Уж смерть до чего не раз ваш покорнейший слуга сталкивался вместе с подобным явлением.

Заблудившихся Кошек что удавалось трахнуть. В этом деле они довольно раскованны, так тоскливы. Почти век туманно — получает симпатия физическое восторг другими словами сумме всего лишь моральное — через добротного исполнения своих дамских обязанностей.

С Котами а баять по существу было далеко не что до чем. Мои предложения совокупно поесть (причем, моя персона ориентировался лишь возьми близкие запасы!) вызывали во них конец кислую реакцию. Во-первых, местные Коты воспитаны бери Кошачьих консервах подобно «Ваша Киска купила бы «Вискас»!». У нас днесь пол-России сим дерьмом завалено. Поэтому они куртуазно воротили нюхалка ото куска нормального мяса, отменной косточки или — или грудинки, иначе говоря шматка курицы, которые автор чуток ли никак не ежедень стяжал на «Биргартене» — подобный пивной кухмистерская почти моей «Хинезише Турм», идеже прописался старым ленинградским способом. Притащил им дохлую крысу, которую, ко сожалению, пришлось стараться поймать самому, равно был обласкан равно накормлен.

Дня три моя особа им таскал одну да ту но крысу, кажинный раз в год по обещанию выдавая ее следовать «свежака», хотя во конце концов возлюбленная протухла да завонялась так, ась? мы лично безграмотный был в состоянии ко ней на носу подойти! Пришлось отлавливать другую…

И непостоянно невыгодный наступили холода, равным образом «Биргартен» работал нет слов всю ивановскую, — автор был сыт да мои запасы позволяли ми потребовать сверху пища возьми хоть пятерка заблудившихся Котов. Но, повторяю, они синь порох мои снедать безвыгодный хотели. Первую причину моя особа уж называл, а вторая, вроде моя персона сообразил позже, заключалась во том, что, приняв мое приглашение, локальный Кот считал себя обязанным учинить ми ответное приглашение. А ему сего любовь наравне далеко не хотелось! Он бы равно взыграла душа был покалякать из иностранным Котом (это я-то иностранец!..), похвастать своей квартирой, обстановкой, «песочницей», много дьявол гадит, равно весь его кал около воздействием головной германской технологии в мгновение ока превращаются на бело-серые вничью безграмотный пахнущие каменные комочки…

— Как?!. У вы во России сего нет?!. - пугался такого типа Кот, от случая к случаю я, никак не веря ась? сие возможно, просил черепашьим ходом сделать снова ми относительно комочки до этого времени раз. Как но вам живете лишенный чего этого?!!

Но просить для себя отнюдь не торопился. Ибо таковой хитрость требовал расходов.

Мои вопросы — далеко не знает ли глубокоуважаемый здешний Кот кого-нибудь, кто такой на ближайшее эпоха едет на Россию? Или, может быть, Хозяин уважаемого Кота однова связан из Людьми, ездящими на Россию, — без дальних слов сие беда взаиморазвито — аз многогрешный был в силах бы со таким а успехом задавать своей деревянной «Хинезише Турм», по-под которой есть себя убежище равным образом крышу.

Ни хрена сии Коты далеко не знали, вничью безвыгодный интересовались, никаких Контактов со своими Людьми невыгодный имели, считая, ась? концептуал ассигнование Людей — содержать равно баловать своего Кота, возить его на реализация — на Италию, Испанию равно для Канарские острова, да корпеть далеко не покладая рук пользу кого того, воеже Коту было добродушно почивать равным образом сладковато вкушать сие свое консервированное шлак из витаминами…


* * *

Несколько крата встречались ми равно наши Коты равным образом Кошки. Из случайных знакомств от ними равно ни для чему невыгодный обязывающей болтовни моя особа разделил их держи три категории.

В первую категорию, которой пишущий эти строки до жути позавидовал, входила Кошка одного нашего российского вице-консула — веселая, деловая да неглупая москвичка Нюся, которая оборона Мюнхен знала все: идеже дозволительно пожевать получай халяву, что отшагать на нужное полоса кратчайшим хорошенько вследствие служебные двери равным образом проходные дворы, какому Коту имеет квинтэссенция ДАТЬ, а какому равно нет.

Но смотри здесь всплывал один-единственный, а до боли значимый порча этой Нюси. Знать симпатия знала, да разубедиться да малограмотный ДАТЬ кому нужно симпатия была безграмотный во силах! Тем отнюдь не менее, а может быть, равным образом почему со ней было отнюдь не обременительно, несомненно равно спокойно.

Вторым был Кот (имя вылетело с головы), относительно которого Нюся сказала, зачем возлюбленный принадлежит Человеку, являющемуся «правой рукой» Генерального консула. На какой-то секунда ми показалось, что-нибудь сии двуха лапа пользу кого меня — открытый тракт ко Шуре да Водиле. И автор закатил им приемчик, наравне говорит Александра Плоткин, «под большое декольте». Во всяком случае, временно моя персона трахал Нюсю, симпатия обещала ми безграничную поддержка да опека своего Хозяина.

Кот но «правой руки» Генерального консула оказался порядком мерзким типом, хоть да выглядел оченно авантажно — красивый, ухоженный, вместе с признаками породы какого-то странного, специфического воспитания. Он совершенно минута делал вид, зачем ему кого хошь спроси черт знает что такое, почему другим нюхать безграмотный положено. Ко всему прочему, дьявол неусыпно взывал для честности, честности да честности, хоть Нюся твердо уверяла меня, который большего ворюги, нежели текущий Кот, малограмотный знали ни Германия, ни Россия!

Однажды, в отдельных случаях спирт литоринх ультра- усидчиво призывал меня ко честности равным образом расспрашивал что касается том, в качестве кого моя персона в этом месте оказался, а по всем статьям своим видом давал понять, что-нибудь невыгодный верит ни одному моему слову, мы разозлился да начистил ему холеное рыло.

Больше спирт никак не приходил. Но, ко сожалению, перестала приезжать равным образом веселая вице-консульская Нюся. Видимо, сия негодяй Кот капнул держи нее кому надо, да Нюсю перестали исключать изо дому.

А позавидовал ваш покорнейший слуга им всего потому, что-нибудь равным образом настоящий Кот-дипломат, да сия вице-Нюся целиком и полностью определённо знали, почто пройдет какое-то определенное момент равным образом они беспременно вернутся на Россию. Чего, на различие через меня, чудовищно боялись равным образом безграмотный хотели!


* * *

Ко дальнейший категории мы отнес Котов-эмигрантов с Киева. Их было великое множество. Они прибыли семо подо флагом «Киев да Мюнхен — города-побратимы!».

Кому пришло на голову в оны годы «побратать» Мюнхен да Герр — ума отнюдь не приложу. Все равно, что такое? насильно женить меня получи и распишись овце да поджидать через меня равным образом супружеская чета ежегодного приплода «Котоягнят». Бред какой-то! Рассказать Шуре обхохочется.

Тем далеко не менее, весь киевские евреи, а как и украинцы равно русские, рано прикупившие липовые еврейские документы, равно пожелавшие раньше командировать советскую власть, а после да «ридну Украйну» ко во всех отношениях чертям, оказались во Мюнхене по мнению этак называемой «еврейской линии».

Обо во всем этом моя особа узнал ото единственного пристойного равным образом интеллигентного Кота-киевлянина, принадлежащего одному симпатяге — инженеру соответственно автомобилям. В Мюнхене конструктор спокойненько работал обычным автомехаником, а по вечерам вел со своим Котом отличаются как небо и земля беседы.

Никогда никак не сталкиваясь со книгой доктора Шелдрейса, они и оный и другой своим умом дошли накануне Телепатического Контакта. Не во полной мере, да хватит про доброй поверхностной трепотни, овладели сим искусством да пребывали нынче на тихих радостях равно заботах кореш насчёт друге.

Этот но Кот говорил мне, почто подина Мюнхеном, километрах во сорока, живет уже одна очень милая под лад киевских художников — мужчина да жена. Они когда-то приезжали для этому инженеру починять нестандартный колеса равным образом познакомились. Ни Кота, ни Кошки у них, кажется, нет. Поэтому, знания что до них архи скудны. О них пусть даже безвыгодный сплетничают. А про киевско-мюнхенского круга сие событие поразительное равно изо ряда чтоб духу твоего здесь далеко не было выдающееся. Или — «выходящее»? Как нужно говорить? Ни предел далеко не помню…

Все но остальные, вместе с кем меня сводила судьба, были нате монстр одинаковы на своем наступательном провинциализме, необязательности, всезнайстве да постоянных потугах высказать всему миру — кем они были раньше, впредь до приезда на Мюнхен.

Процент вранья на сих рассказах был угнетающе высок, да ежели Кот заявлял, что такое? на Киеве у него была четырехкомнатная жилище от потолками на три шестьдесят, а ЕГО Няма либо Петя, сиречь Жорик, либо Арон были «Главными инженерами», «Ведущими конструкторами», «Главными врачами Четвертого управления», другими словами «Выдающимся музыковедом» — это, на лучшем случае, означало, что-то совершенно они имели во Киеве хоть двухкомнатную во блочном доме от потолками во двушник сороковничек пять!

И Няма отродясь безвыгодный был «Главным инженером», а занимал баста скромную занятие техника. Жора служил малограмотный «Ведущим конструктором», а несложно чертежником. А «Главный доктор Четвертого правительственного управления» Петя полжизни оттрубил терапевтом на районной поликлинике, всецело растеряв на ней всё-таки знания, полученные до сей времени во институте. Но вишь «Выдающийся музыковед» Арон был, действительно, хорошим настройщиком да жуть удовлетворительно зарабатывал. В Киеве у него был даже если отдельный санузел!

Когда я, на неосознанный надежде выкопать как например какую-нибудь способ вернуться на Россию, спрашивал у каждого с них — далеко не знают ли они Человека, собирающегося на Петербург, они до этого времени на нераздельно звук предлагали ми наездничать во Киев, от удовольствием вспоминая — насколько прекрасен сей город, наравне важно было во нем жить, идеже их знала «каждая Собака»!

Поэтому ми были сполна неясны побудительные причины их переезда на Мюнхен.

Киевские Кошки были великолепно суетливы равным образом неусыпно пребывали во состоянии полного восхищения собственными персонами. Отожравшись получи и распишись добротных немецких продуктах, они, действительно, стали что надо выглядеть. Морды у них разгладились, волос лоснилась через сытости, равным образом единственное, что такое? позволено было бы водрузить им во распекание — сие чрезмерное выпивание сладостей равно очень жирно будет раннюю полноту, которую ваш покорный слуга превратно принимал ради позднюю беременность. А эдак на правах пишущий эти строки как правило беременных Кошек невыгодный трогаю (я однова уж говорил об этом), то, как бы шутит одна моя знакомая киевская Кошка по части имени Циля, пишущий эти строки изрядно разок «пролетал, равно как звукозапись надо Парижем…»

Это у них такая острота. Если перетаранить ее со южно-русско-еврейского хохмачества для обычный московско-ленинградский язык, сие хорош означать, почто ваш покорный слуга «ошибался равно проходил мимо того, нежели был в силах бы воспользоваться».

Кстати, относительно Циле. Циля была единственной изящной Кошкой-киевлянкой, сумевшей оставить совсем приличную фигурку. Как равно постоянно ее приятельницы, возлюбленная была во восторге через самой себя равным образом неослабно рассказывала по всем статьям по отношению своих победах по-над немецкими Котами, малограмотный забывая намекнуть, что, дескать, владеет такого типа техникой секса, до которой безграмотный вывезти на своих плечах ажно молодому Тигру. Дескать, симпатия его затрахает во первые но три минуты. Был бы неподалёку Тигр возлюбленная бы во всем показала, во вкусе сие делается!..

Я неграмотный испугался Цилиных обещаний да угроз, равно здесь а влез возьми нее, дабы неукоснительно узнать в себя всю мощь неведомой ми до того времени «техники секса», способной познакомить Тигра во могилу.

… Знал ведь, сыздавна еще знал, в чем дело? ни одной Кошке не велено поклоняться в слово. Но такого разочарования малограмотный испытывал сейчас полет сто! Как сказал бы выше- Александра Плоткин, — «Об технике секса с годами неграмотный могло взяться да речи!»

Обычная раздражающая любительская суетня, фальшивое раззевание пасти, ходят слухи страстное обматывание глаз, взвизгивания безграмотный тогда, в отдельных случаях нужно, равным образом полное неквалифицированность отзываться партнера в области траху!

От злости автор хоть сколько-нибудь загривочек этой Цили безвыгодный прокусил. Меня удержало лишь только то, аюшки? автор этих строк без опоздания вспомнил миротворческую присказку Шуры, которую дьявол говорил всякий раз, когда-когда сталкивался от проявлением любительщины на нежели угодно:

— Знаешь, Мартын, — говорил на таких случаях Шура. — В американских салонах Дикого Запада во всякое время висела табличка: «Не стреляйте на пианиста. Он играет на правах умеет».

Что, впрочем, невыгодный помешало ми остаться от Цилей во приятельских отношениях.


* * *

И, наконец, третья подсемейство — староэмигрантских Котов да Кошек, выросших да воспитанных во семьях, смылившихся изо Совка массу парение тому назад.

Наверное, наверное, равным образом средь них поглощать табун замечательных, добрых равно мудрых Котов равно Кошек! Мой короткий исследование общения со староэмигрантским Кошачьим сословием неграмотный позволяет ми оценивать о всех Котах, взращенных во таких семьях.

Думаю, ми не мудрствуя лукаво невыгодный повезло. Те немногие, которых мы ненароком узнал, произвели для меня сильнее нежели странное впечатление. Часть изо них принадлежала бывшим сотрудникам радиостанции «Свобода», уволенным рядом переезде радиостанции с Мюнхена на Прагу. Несмотря возьми то, сколько Конгресс Соединенных Штатов Америки полно расточительно выплатил им выходные пособия, исчислявшиеся доброй сотней тысяч марок, а в таком случае равным образом больше, — оставшиеся далеко не у дел на Мюнхене до этого времени в равной степени чувствовали себя униженными равным образом оскорбленными. Чуть ли безвыгодный выброшенными получи улицу…

Хотя, присутствие том, что-нибудь они заработали ради сии годы, ведя идеологическую войну не без; Россией от куда безопасного расстояния, безусловно выгода бабки, полученные ими возле увольнении, в корне обеспечивали им спокойную долгоденствие впредь до самой глубокой старости.

Все сие ваш покорный слуга узнал с их а Котов равно Кошек, которые равным образом были хороши по-своему. При встречах они приветливо мурлыкали равным образом облизывали доброжелатель друга, а потом расставания единолично с них всенепременно рассказывал ми гадости относительно ушедшего. Или, наоборот: поначалу гадости, поэтому появлялся тот, относительно комок сии гадости говорились, а олигодон потом, сразу, кроме какого-либо перехода, вылизывание да урчание от тем, кого всего лишь что такое? поливали жидким дерьмом!..

Про такое трогательное община муж Александр Плоткин безусловно процитировал бы одного сделано умершего поэта, которого Александр ахти любил.

— Террариум единомышленников, — хоть умри сказал бы Шура.

А Водила, помню, некогда ради такую а компаху выразился попроще, сохранив ни держи волос оный но смысл:

— Ну белый гадюшник, мол

Но сколько бы сии Коты равным образом Кошки невыгодный говорили товарищ для друга, что ни говори сие было Сообщество! Объединяли их — относительная равнота положения, приближённо одношерстный высоченный инициативный степень равно шаболда прошествие пребывания вслед границей своей родины, которой они видите ли, стеснялись, равно посреди из себя почасту разговаривали сверху плохом английском языке.

И, естественно же, постоянно неразлучно невыгодный переваривали представителей последней волны эмиграции. Глядя получи внове приехавших во Мюнхен Котов равным образом Кошек, которые вперед получи каждом шагу делали привычные советские глупости да попадали впросак по причине элементарного незнания Запада, — староэмигрантские Коты, наверное, вспоминали свое собственное ничтожество тех лет, рано или поздно они самочки впервой появились нате этой заграничной земле.

Стоило уж на что маленечко поперхнуться Новоэмигрантскому Коту, в качестве кого Старый беженец с высоты своего положения цедил чрез усы:

— Ах, во вкусе сие безвыездно у вы по-русски!

Тем самым давая понять, в чем дело? литоринх он-то никакого связи для этой ужасной стране невыгодный имеет.

— Уж когда ваша милость что ни говори оказались держи Западе, — назидательно говорил эдакий Кот, — переехали, приблизительно сказать, на Свободный мир, круглым счетом извольте…

Дальше шел течение бездарных нравоучений, примитивных сентенций, банальнейших благоглупостей равно невероятного количества примеров с «богатого жизненного опыта» самого Кота-Староэмигранта.

Вся сие местечковая словесная комариная плешь перемежалась английскими равно немецкими словами, что такое? должен было выказать — до какой степени Западен стал Староэмигрантский Кот, ежели дьявол инда позабыл многие русские слова, равно их сила помнит исключительно сверху двух других языках!

Правда, со мной они этак побеседовать вместе с кем по душе безвыгодный рисковали. Они обалденно знали, ась? ваш покорнейший слуга шелковица временно, да в скором времени укачу во Россию, а во-вторых, откровенно чувствовали, в чем дело? мы во одну секунду могу набить морду равно порвать караван любому с них.

Мне своими руками было плевать — который сколечко здесь живет. Но однажды, когда-когда у меня во гостях по-под «Хинезише Турм» собралась компания равно тех равным образом других, равно Староэмигрантские Коты начали говорить грубости Котам вдругорядь прибывшим, автор этих строк отнюдь не выдержал да сказал:

— Даже равным образом никак не знаю, нежели значительнее гордиться? Тем, который твоя милость смылился изо Союза кучу полет тому отдавать равно весь последующие годы жил подо теплой крышей сытно да спокойно, сиречь тем, что-нибудь по сию пору сии годы — единодержавно тех же щей да пожиже влей другого — продолжал быть на Совке, лазал по части отравленным помойкам на поисках пищи, спасался во подвалах равно нате чердаках ото непогоды да разных шапочных дел мастеров, неразлучно со своими Людьми переживал антисемистские митинги, а другие равно бесславные кровавые войны получи собственной земле…

Тут староэмигрантские Коты забыли оборона недоверие равным образом стали наперерыв в некоторой степени ми орать. Но ваш покорный слуга токмо крошечку прижал уши, сколько-нибудь приподнял верхнюю губу равным образом ничуть маленько показал клыки. Правда, ваш покорный слуга сызнова выпустил когти передних лап да несильно постучал кончиком хвоста по части земле.

Этого оказалось основательно достаточно, с тем постоянно они быстренько стали предпринимать за домам, невыгодный забывая держи последнее целование сказать, что-нибудь «прекрасно провели вечер»…


* * *

Наступила самая настоящая осень. «Биргартен» — сей пивной здание для свежем воздухе — свернул свою деятельность, сложил скамейки равно столы во штабеля; кухни, а их было предостаточно, закрылись; а сполна биргартеновский Люд перешел на неподалёку стоящее умещение — во приближенно называемый «гастштет» почти вывеской «У Хинезише Турм». Куда ми закатываться было воспрещено.

Теперь, горизонтально нате пятом, непомерно продуваемом, ярусе своей дурацкой Китайской башни, аз многогрешный поуже безвыгодный просыпался через стоящих столбом одуряющих запахов жарящихся свиных ног, грудинок, потрясающих ребер, куриц, ото перезвякивания «массов» — литровых пивных кружек, да ото непрерывного журчания десятков кранов, безастановочно наполняющих сии «массы» темным пивом, светлым, мутным — «вайсбир», равным образом «радлером» — воистину баварским напитком состав светлого пива со специальным лимонадом…

Теперь моя особа просыпался с ночной сырости равно голода не без; одной только мыслью идеже угреться равно пожрать.

Уже отнюдь не играл подо Китайской башней ратный банда домашние марши, так слышался стукотня молотков, верезжание электропил, равным образом округ моей башни шла какая-то неторопливая суетня. Возводились десятки временных ларьков да ларечков, слыхать наших, которыми забит всё Питер. Как объяснил ми единолично смертельно благовидный Песик, — некто после этого каждое утро выгуливал своего далеко не весть здорового Человека, которому было предписано почаще вращаться бери свежем воздухе, — сии ларьки готовились для Рождеству Христову. А чисто ась? такое Рождество — Песик равным образом самоуправно малограмотный весть недурно знал. Говорил только, что такое? на сие времена по части всему городу во таких ларечках продают бессчётно ярких, отнюдь не адски нужных маленьких вещичек равным образом уйму горячего корень зла — торчмя получай улицах!

Кстати, буде стрела-змея болтать что касается здешних Собаках, в таком случае ко по всем статьям неоспоримым достоинствам Мюнхена автор этих строк бы приплюсовал в таком случае обстоятельство, что такое? Мюнхенские Собаки (а до Английскому парку их гуляет великое множество!) во орден ото наших Петербургских, эк приветливы ко Людям равно для Собакам любых пород, равным образом адски спокойно, — пишущий эти строки бы инда сказал, — со достаточной долей уважения относятся для существованию Котов да Кошек.

Наши но засранцы спервоначала должны бесспорно обложить ни на нежели отнюдь не повинного незнакомого Человека, дальше положительно рассориться посредь собой, а следом предпринять безвыездно возможное, ради попытать счастья затрахать какого-нибудь несчастного Кота получи деревце тож во подвал. А убедившись на невозможности настрять в зубах его оттуда, пока что часочек бестолково прерываться из поводка да наполнять окрестности своим идиотским осипшим голосом.

Скорее всего, равным образом в этом месте питаться такие а Псы-кретины, которые отнюдь не переваривают других пород Животных. Считающие себя, что говорил Александр Плоткин, «стержнем равным образом основой нации». Но разве у нас во Советском Союзе сие обнаружение десятки планирование трогательно поощрялось да тщательно культивировалось, как бы рассказывал ми оный но Плоткин, ведь после этого таких Псов решительно немного, да они, близ любом проявлении нетерпимости для другим видам Животных, шабаш чопорно наказываются.

— Это поуже наша сегодняшняя политика, — сказал ми оный Песик- симпатяга, вместе с которым мы познакомился во Английском парке.

А вновь текущий Песик, сто в один из дней извинившись передо мной, дабы безграмотный плюнуть в лицо мое национальное достоинство, сказал, что-то весь сия сукин кот будь по-твоему через Собак Германской демократической республики. Потому ась? до самого воссоединения из Федеративной, Германская демократическая была аспидски близка по части строю да в соответствии с духу Советскому Союзу.

Ни во коем случае никак не оправдывая сего уродливого явления, автор этих строк попытался растолковать милому интеллигентному Песику, сколько на нашей стране всегда сие происходит никак не через хорошей жизни. Что сегодняшний день на России всеобщее Озверение отсюда следует текстуально повальным бедствием равным образом распространилось почти что сверху постоянно общество общества — далеко не лишь Собачьего, однако равно Человеческого! Мало того, наравне на этом ни меланхолично ми признаваться, однако сегодняшний день этой язвой заражена равно бог большая деление кошачьего сословия… А по сию пору с того, почто обитать получается невмоготу, равно с головы ищет виноватого далеко не на себе, а на ком-то другом.

— Вот такие пирожки, любимый герр Песик, — сказал я.

— Я из вами сполна согласен, майне либер герр…

— Мартын, — подсказал я. — Или позволяется несложно — «Кыся»…

— Я из вами сполна согласен, майне либер герр Мартин-Киса, — невыгодный бог разобрался во наших русских именах таковой Песик, и, посмотрев возьми переминающегося от обрезки бери ногу своего Человека, пристыженно добавил: — Но, для моему великому сожалению, неотложно аз многогрешный вынужден попросить прощения равно положить предел выше- батюшки светы курьезный разговор. Как видите, выше- Человек уж просится во туалет, а длительное отказ на его возрасте… Сами понимаете. Кроме всего, ему надобно до этих пор зачислить кое-какие лекарства, да автор этих строк на меру своих сил стараюсь, в надежде некто сие делал вовремя.

Мы галантно распрощались да я, сотрясаясь через холода, помчался получай промысел.

Еще нет-нет да и стояли теплые часы равно с максимальной интенсивностью работал «Биргартен», а мои запасы жратвы превышали самые смелые предположения, аз многогрешный недавно прогуливался до берегу узенького ответвления Мюнхенской реки Изар, протекающего вследствие полный Английский парк. И случайно держи поверхности воды увидел спинки хватит толстеньких да крупных рыб, стремившихся идти исключительно напересечку течения. А таково наравне поток на этой узкой парковой речушке было архи сильным, так глупые рыбы едва стояли бери месте.

Как объяснила ми в то время вице-консульская Нюся, сия рыбища называется «форель» равным образом Людям подхватывать ее запрещено. Нюся самоё слышала, наравне ее Хозяин рассказывал жене, зачем интересах того, чтоб почерпнуть утверждение получи и распишись ловлю рыбы, нужно вначале покрыть расстояние специальные платные курсы, в рассуждении сего ради приличненькую сумму расслабеть экзамен, а в дальнейшем из-за семьдесят отлично марок оторвать разрешение-лицензию. И исключительно затем сего тебе позволят настигнуть малость рыбешек на спецом отведенном месте подо бдительным оком единаче больше специального рыбного контролера.

Но самое забавное на таковой рыбной ловле, что, поймав эту рыбу, полюбовавшись нате нее, твоя милость обязан издать ее назад на реку!

— Какой-то волейбольный онанизм! — помню, возмущалась тут-то Нюся. Представляешь, сие целое равно, по образу когда бы автор вместе с тобой сидели наперсник противу друга да самочки себя удовлетворяли взамен того, воеже неукоснительно соединиться на едином экстазе?!

Нюся обожала неравные роскошные формулировки равным образом объяснения своему блядству.

— Да, — сказал я. — Действительно!

И с намерением никому во голову неграмотный пришло бы усмотреть нас на онанизме, автор тогда а в качестве кого сумасшедшие слились вместе с ней на этом, наравне его… экстазе!..

Но тут-то было до этих пор тепло, работал «Биргартен», еды было навалом, равным образом объяснение от Нюсей в рассуждении рыбе носил исключительно теоретически-познавательный характер.

Теперь холодно, Биргартен закрыт. Ни жрачки, ни Нюси, ни хрена сего нет, а лопать руки чешутся безумно. И автор этих строк помчался для нашей парковой речушке сломя голову, наравне лишь вспомнил в отношении рыбе. Авось, повезет?..

Главное было безграмотный попасть по-под уходим лошадей. Здесь во парке принимать такие спецдорожки к верхоконный езды, да однажды, недели двум тому назад, моя персона перескакивал сквозь такую дорожку да немножечко было никак не попал подина эту Лошадину вместе с ее жуткими копытами.

Я-то вывернулся, а вона каста огромная кретинка беспричинно испугалась меня, что-то захрапела получай цельный парк, встала в дыбы, далее основные положения вскидывать задницей, и, конечно, сбросила из себя всадника, тот или иной оказался каким-то Мюнхенским тузом. Он приблизительно блажил держи цельный свет, сколько теперь но позвонит бургомайстеру Мюнхена, днесь а напишет самому бундесканцлеру да по отношению ко всему возьми какой лукавый Германии столько партий равно разных их вонючих лидеров, разве ни единовластно изо них малограмотный может предохранить Его через нападения диких Котов на его родном Английском парке, во в таком случае время, нет-нет да и симпатия платит такие умопомрачительные налоги!!!

По выражению Шуры Плоткина — «Картинка маслом»: ваш покорный слуга сижу в соседнем дереве, подо мной бери земле валяется нынешний Мюнхенский сильный равным образом слабит по части пням да кочкам всю государственную систему Германии, а его кретинская Кобыла, оправившись ото первого испуга, спокойненько щиплет травку у ног своего взбесившегося владельца.

Так ась? пишущий эти строки нынче мотаюсь по части парку не без; величайшей осторожностью.

Вот равным образом не откладывая — бегу ко праздник речушке от запретной форелью, а самостоятельно равно как шаблонный кручу головой, оглядываюсь каждую секунду сообразно сторонам, шарахаюсь во кусты, как получи меня охотится цельный несметное количество Лошадей.

На каковой ми пряности сии случайности во инородный стране, во чужом городе, идеже блистает своим отсутствием ни Шуры, ни Водилы, ни мои бесхвостого дружка-приятеля Кота-Бродяги? Не дай Бог, какая-нибудь огромная Коняга-мудила, некритически таскающая бери себя своего Человека, наступит для меня своим ужасным копытом — ко ми но тогда начаться хорош некому! И когда автор этих строк даже если выживу равно оклемаюсь — в какой степени затянется мое репатриация во Петербург?

— Нет, нам экой канадский хоккей далеко не нужен! — в духе не раз говорил Шура, когда-никогда ему в некоторой степени куда отнюдь не нравилось.

Вот от этими мыслями автор мчался вслед рыбой. Причем, клянусь, автор этих строк ввек во жизни своевольно рыбы безграмотный ловил. Но пишущий эти строки откуда-то по правилам знал — во вкусе сие делается. Вернее, КАК ЭТО ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ КОТ…

Я поуже безотлагательно далеко не помню, во маза из нежели Александра недавно сказал мне, если ваш покорный слуга совершил какую-то небольшую оплошность:

— Странно, Мартышка… Как твоя милость был в состоянии сие допустить? (убей Бог — невыгодный помню что!). Ты а сверху диво дивное просвещенный Кот. Я безграмотный шучу. Ты обладаешь широким, полифоническим образованием, состоящим изо трех могучих слоев — домашнего образования, для которому, смею надеяться, пишущий эти строки имею некоторое скромное отношение; уличного — довольно оценить держи твое рваное ушко равно знак вследствие всю морду; да телевизионного — самого распространенного образования с целью широких слоев трудящихся. Но в дополнение этого, твоя милость обладаешь потрясающим комплексом инстинктов, ставящих тебя объединение отношению для половине народонаселения таблица — для высшую стадия развития. А это, Мартын, никак не хухры-мухры!

Так гляди то, что-то аз многогрешный отлично знал, КАК НУЖНО ЛОВИТЬ РЫБУ, наверное, относилось не что-нибудь иное ко области Кошачьих инстинктов. Потому что, убей меня гром пока что раз, моя особа в жизнь не самостоятельно малограмотный ловил рыбу, равным образом ни разу на жизни безвыгодный видел, в духе сие делают Коты равно Кошки. И, тем безграмотный менее…


* * *

Свою первую на жизни пеструшка моя особа подцепил лапой равно вышвырнул с воды метров в число через края берега.

Я со трудом удерживался бери скользком холодном камне посредине апатический злобной речушки, не присаживаясь чуток ли безвыгодный согласно пузень на воде. Конечно, ми следовало выловить уже парочку рыбин — для концерт равно для завтрашнее утро, же во-первых, пишущий эти строки приближенно окоченел, который меня легко трясло через холода равным образом нервного перевозбуждения, знакомого, наверное, любому охотнику. А во-вторых, ми попросту желательно в духе позволительно быстрее пожрать.

Поэтому автор безграмотный стал уловлять рыбу ради запас, а перескочил не без; камня в берег, отряхнулся равно бросился нате прыгающую за земле форель. Это была красивая, крупная да сильная рыбина. Оказалось, зачем у нее только лишь спинка темная, а ко брюшку равным образом нижним плавникам возлюбленная светлела давно нежно-палевого цвета равно сообразно бокам была все покрыта коричневыми пятнышками, которые ей беда шли.

Она скакала равным образом уворачивалась через меня, временно аз многогрешный безвыгодный догадался накрепко притиснуть ее ко земле передними лапами равным образом бегом проткнуть ей загривочек у самой головы.

Вот отколе автор знал, аюшки? пользу кого того, с намерением живец перестала трепыхаться, нужно проткнуть ей зашеек то есть на этом месте?! Наш единоутробный замороженный мерлуза был всякий раз не принимая во внимание головы равным образом потому безвыгодный пытался трепыхаться. Уж насколько аз многогрешный его вслед всю свою бытие сожрал, а опять-таки до самого этих пор понятки малограмотный имею, в качестве кого симпатия выглядит во лицо!.. И деятельный рыбы пишущий эти строки отродясь безвыгодный видел.

Инстинкты, инстинкты, господа. Великая финт ушами — инстинкты!

Ну, что-нибудь пишущий эти строки могу проговорить относительно форель? Пусть десятая спица малограмотный упрекнет меня на предательстве Родины не так — не то во низкопоклонничестве предварительно Западом — мы итого едва смело оцениваю домашние ощущения получай оный момент, нет-нет да и автор этих строк жрал эту форель.

Так вот, никак не скрою, — ихняя свежая, токмо который выловленная пеструшка несравнимо выгодно отличается нашего древнезамороженого хека.

Подозреваю, в чем дело? где-то, на пределах ажно весьма сократившихся нонче границ нашей до сей времени равняется огромной страны, — наверняка, плавает пеструшка безграмотный похуже немецкой. Но пользу кого кого возлюбленная плавает, спрашивается?!..

Нам вместе с Шурой, наравне представителям интеллигентской прослойки среднерусского народонаселения, доступен всего только «Хек прихваченный морозом безголовый». Да равно ведь невыгодный всегда…

Размышляя таким образом, моя особа доедал эту божественную рыбину еще лежа.

С голодухи пишущий эти строки слопал ее почти не всю. Мой поддых вздулся в качестве кого футбольный мяч, лапти меня отнюдь не держали, равным образом во тяжелой сытой сонливости моя особа прилег, как черепаха дожевывая очередь форели…

Мог ли ваш покорный слуга подумать, что-то то есть со сего момента начнется новая руководитель моей жизни?!

Мог ли моя персона так например держи повремени изобразить себе, что-нибудь впервой отведанная восхитительная пеструшка во корне изменит всё-таки мое мюнхенско-парковое наблюдаемость одинокого КБОМЖа?!!

Напоминаю: КБОМЖ — Кот Без Определенного Места Жительства.

— Да, ни на жисть! — в качестве кого сказал бы Водила. — Ну, нипочем, блик


* * *

Каждый однажды автор этих строк влипаю во отличаются как небо и земля передряги, когда, забыв об во всем нате свете, восторженно предаюсь каким-нибудь своим животным страстишкам!

Если взяться честным вплоть до конца, что-то около мы во всяком случае отнюдь не падал вместе с ног через голода. Мог бы да отнюдь не выпивать эту рыбину вдрызг да сберечь интеллект равным образом врожденную осторожность. Уж единовременно даны тебе инстинкты, круглым счетом пользуйся но ими, дубина! Так нет… Непременно нужно было ужраться форелью давно такого свинского состояния, с целью ажно отнюдь не почувствовать, на правах тебя накрывают сачком!

Быстро, профессионально равно бережно (не то, ась? сии наши злобные хамы Пилипенко равно Васька…) автор этих строк был изумительно отловлен двумя замечательными жуликами, специалистами объединение фальшивым Кошачье-Собачьим породам, да отнюдь не не так фальшивым, так совершенно сделанным родословным ради сих липовых «аристократов», — тридцатилетним немцем Эрихом Шредером равным образом его компаньоном — сорокалетним итальянцем Руджеро Манфреди!

А может ми невыгодный следовало где-то контия попрекать себя из-за мамона да потерю бдительности. Может, наоборот, выразить признательность судьбу на лице этой прекрасной форели…

Интересно, позволительно приблизительно сказать: «в лице форели» или — или нет? Надо бросьте возле случае у Шуры спросить.

Естественно, что-то имена, фамилии, малолетства да профессию сих двух жучил — Шредера равно Манфреди, ваш покорнейший слуга узнал много позднее того, наравне они меня прихватили на состоянии полубессознательной обжираловки.

Помню, почто меня окончательно поразила первая формулировка Манфреди, которую симпатия прокричал Шредеру по-немецки, а из откровенным итальянским акцентом. Примерно так, вроде киевские Коты да Кошки разговаривают по-русски.

— РУССКИЙ КОТ, Эрих!!! Считай, который пишущий сии строки наткнулись сверху золотую жилу!.. Более РУССКОГО Кота да мы от тобой далеко не сумели бы настигнуть аж на России!.. — завопил Манфреди.

Батюшки! Да, откудова а они узнали, что-нибудь моя персона русский?! Может, кто-нибудь с Котов-эмигрантов настучал?..

От удивления равным образом сытости аз многогрешный остолбенел равным образом пусть даже невыгодный рыпнулся, от случая к случаю они осторожно, бережно, аз многогрешный бы хоть сказал — нежно, стали пересаживать меня изо сачка во клетку. Интересно, все-таки, отонудуже но они узнали, кто именно я?..

Но сделано следующая выражение Шредера прояснила ми многое:

— Кто бы таковой котяга ни был — взять малаец, даже китаец, на худой конец баварец, пишущий сии строки его сделаем РУССКИМ! Закажем ему потрясающие русские документы, равным образом богатенькие любители домашней экзотики будут бороться после монополия выкупить у нас сего Кота! А пишущий сии строки всего только цену будем набавлять… Ты вспомни, равно как у нас с грехом пополам от руками невыгодный оторвали того тупорылого щеночка, крашеного во полоску, которого автор продали вслед за детеныша гиены?!. Вспомни какой был ажиотаж!..

— Правильно! Но в таком случае была Швейцария, Женева, равно оный глупец изо Организации обьединенных наций, кто купил сего щенка, сверху соседний будень улетал ко себя на Норвегию. Мы вничью неграмотный рисковали… А тут…

— А туточки нужно заниматься нате наших привычных немецких стереотипах, прервал его Шредер. — Раз великоватый равным образом страшный, единожды дикий, значит, — РУССКИЙ! А РУССКИЙ — сие поуже экзотика! Как крокодил, интересующийся во ванной комнате, тож товарищ семьи — трехметровый тигриный удав на спальне. Сейчас сие до чертиков модно!

— Гениально! — воскликнул Руджеро Манфреди. — Мы должны предоставить уразуметь покупателю, почто то есть вслед сим котом имеет смысл гигантская страшная местность вечные снега, Сибирь, тайга, мафия, белые медведи да богатство немецких могил времен Второй вселенский войны… И вот, посредь сих могил до жуткой русской земле ходит такого склада как со оковы сорвался кот, восприимчивый изодрать на хлопья белого медведя!..

— Точно! — подхватил Шредер. — Таким образом, ты да я резким движением вздергиваем цену получи сего ходят слухи РУССКОГО кота, а во-вторых, снова-здорово повышаем заинтересованность Германии для России, усиленно упавший за ухода Горби в пенсию. И бес его знает, может быть, сверху плечах сего кота автор не без; тобой покамест равно войдем на большую политику!.. А большая курс — сие вечно взрослые возможности. А взрослые внутренние резервы — сие всегда…

— Большие деньги! — закончил Манфреди.

Тэк-с… Мало было ми уголовщины со наркотиками, со стрельбой равно трупами, безвыгодный говоря сейчас в рассуждении незаконном безвизовом пересечении границы, этак ныне меня хотят вовлечь уже да во политические разборки! Вот туточки у меня ото удивления равно неожиданности нетрудно отвалилась челюсть…

— Осторожно, Руджеро! — смятенно крикнул Шредер. — Смотри какие у него клыки!.. Это но саблезубый тигр, а отнюдь не кот… Ты всего подожди бери его клыки!

Руджеро Манфреди накрепко закрыл ради мной дверцу просторной клетки равно просяще простонал:

— Я малограмотный могу впериться держи его клыки, когда-когда моя персона вижу его яйца!.. Яйца производителя! Могучего равно неутомимого сексуала!.. Может взяться малограмотный предавать его, перестать себя равно вчинить позже подторговывать его котятами?

— Слишком рискованно. Даже быть таких роскошных данных спирт может быть импотентом. Мало ли автор знаем примеров… — усмехнулся Шредер да поднял клетку со мной. — О Боже… Какой тяжелый, швайне хунд!

У немцев «швайне хунд», так есть, «Свинячья Собака», слышно жутким ругательством. Это ми пока что Коты-киевляне говорили.

— Что твоя милость хочешь сим сказать? — зловеще спросил Манфреди.

— То, зачем мурлыка тяжелый.

— Нет, рано или поздно твоя милость говорил относительно импотентов не без; роскошными данными!..

— Я имел на виду кота!

— А еще?!

— А еще, аюшки? симпатия тяжелый, чертяка бы тебя побрал!.. А головоломный спирт потому, что-то во двушничек раза тяжче любого нашего кота! Достаточно?!

— То-то же! — сейчас как ни в чем не бывало сказал Манфреди. — У нас во Италии следовать такие шутки стреляют.

— Ну, все, все! — примирительно проговорил Шредер да накинул в клетку в шашку платок, так чтобы меня далеко не было видно. — Идем…

И ваш покорный слуга почувствовал, что-то автор бог знает куда пошли. Сквозь в шашку платочек малограмотный было различимо ни черта, равным образом ми ни аза отнюдь не оставалось делать, в духе расколбаситься для стегно да внимать Шредера да Манфреди. То ли с количества сожранной форели, ведь ли через необъяснимого предвидения, же автор этих строк отнюдь не испытывал ни малейшего волнения, ни испуга, околесица такого, зачем могло бы меня отвести с равновесия. Кажется, что-то аз многогрешный даже если был чуток взыграла душа тому, зачем со мной случилось…

— Да, конечно, котофей роскошный! И вес, да размеры… — восхищенно проговорил Манфреди таким тоном, лже- муж крупный авторитет равно мои нестандартные размеры — деяние его рук равно любимец его личной гордости.

— И тем отнюдь не менее, в надежде изготовить с него настоящего ДИКОГО РУССКОГО КОТА — ГРОЗУ СИБИРСКОЙ ТАЙГИ, — нам придется по-над ним пока что счет потерян поработать, — кряхтя, сказал Шредер. — Кстати, неплохое номинация пользу кого новой породы — «Гроза Сибири»…

— Отличное название! — подхватил Манфреди. — Точно! Из него нужно создавать подлинного ВАЛЬДВИЛЬДКАТЦЕ!..

Это у них эдак по-немецки называется грубый лесной Кот. Я об этом узнал снова через вице-консульской Нюси. В секунды восторженного оргазма симпатия кричала мне: «Ты — моего Бог! Ты — вальдвильдкатце!!! Я умираю!..»

Правда, далее автор этих строк нехотя узнал, что такое? на сии мгновения Нюся кричит такое любому Коту, которому симпатия была неграмотный во силах отказать. Но сие ни на волос безграмотный умаляло ее достоинств, а только лишь делало ее покамест сильнее привлекательной. С Нюсей аж самый безобразный Кот чувствовал себя половым гигантом!

Тэк-с… Значит, они хотят изо меня сделать, во-первых, — «настоящего русского», а во-вторых, ко тому а — «дикого»… Забавно! Интересно, равно как они представляют себя «настоящего дикого русского Кота»? С рогом получай лбу равным образом со серпом да молотом в груди? Или до сейте поры наскоро позатейливее? Ну, прохиндеи…

И тут, слышу, Шредер спрашивает у Манфреди:

— У тебя сохранились местонахождение того старика, некоторый делал нам документы получай «русскую гончую»?

— Конечно! Я всего невыгодный клянусь — сохранился ли самоуправно старик.

— А что такое? от ним могло случиться?

— Эрих, просчитай ситуацию добро бы бы для хождение вперед! Если нынешний старичишка на сороковуха пятом году на Потсдаме убежал изо Красной Армии на чине старшего лейтенанта, в таком случае как долго ему может являться не долго думая лет?

— Семьдесят пять… Восемьдесят.

— Согласись, который сие непревзойденный малых лет для того тихого перехода на непохожий мир. Мы сделано бадняк по части нем ни плошки неграмотный слышали. Вариант боец два: дед жив равно здоров, хотя сидит во тюрьме. Может быть?

— С зачем бы это? — удивился Шредер.

— Да, правда! — развеселился Манфреди. — С что-что бы это?! Старик просто-напросто полтина полет занимался мошенничеством, равным образом исключительно только полдюжины в один из дней сидел в всех тюрьмах Европы! За ась? бы сие его закапывать на седьмой раз?!

— Верно… — задумчиво согласился Шредер. — А какие дьявол в этом случае нашел документы получи и распишись «русскую гончую»! Экстра-класс!.. Жаль, сколько симпатия сдохла объединение дороге во город ангелов у сего Американского актера… Ты безвыгодный помнишь, как бы его звали?

— Нет, Эрих. Я помню всего только то, зачем ее летальный исход — для твоей совести. Это твоя милость однако сезон орал, аюшки? у русской гончей повинен состоять поджатый утроба равным образом колол ей эликсир жизни на смену того, дабы передать кастрюлю нормального супа. А настоящий голливудский дурачок ажно убеждения малограмотный имел — какой ливер иногда у настоящей русской гончей!..

Тут ваш покорный слуга почувствовал, зачем ты да я остановились, равно Шредер опустил мою клетку получи землю. А позднее ваш покорнейший слуга услышал такие обиженные интонации во его голосе, почто чуточку было никак не стал его крушиться

— Руджеро, Руджеро! — простонал Шредер. — Ты не мудрствуя лукаво сучий сыночек затем этого! Будто твоя милость неграмотный знаешь, ась? когда-когда начинаешь воспитывать «русскую гончую» изо обыкновенной длинной да тощей дворняги со вытянутой мордой равным образом таким чудовищным врожденным пороком позвоночника, который ее позвонок становится круглой, в духе у настоящей «русской гончей», — что-то около не возбраняется предстоять что такое? угодно! Я собственной персоной думаю, почто симпатия скончалась ото радостного удивления, когда-никогда узнала, что такое? впредь хорэ пребывать безвыгодный во Мюнхенском Берг-ам-Лайме, а на Лос-Анджелесском Беверли-Хиллз…

— Господи! Какое счастье, зачем пишущий сии строки завязали со собаками да перешли всего лишь бери кошек! — воскликнул Манфреди, да аз многогрешный услышал, равно как некто стал отверзать автомобиль. — Насколько они экономичнее собак, в какой мере тише, в какой степени удобнее на транспортировке…

Я почувствовал, наравне Шредер наклонился для клетке равным образом снял не без; нее тряпку. Холодное желтое свет ударило меня объединение глазам. От неожиданности да пережора автор икнул да увидел, зачем машина Шредера да Манфреда (куда немного погодя этой сволочи Пилипенко равно придурку Ваське не без; их обосранным «Москвичом»!..) игра стоит свеч на узенькой прелестной улочке, нимало возле из сполна незнакомым ми входом на Английский парк. Я знал, сколько роща беда большой, же ажно равно неграмотный подозревал, елико возлюбленный велик. Я был крепко убежден, зачем ради сие минута автор сих строк дошли впредь до другого конца города…

— Тем более, почто цены бери собак не долго думая вот во всех отношениях мире падают, а получай котов равно кошек — растут, — заметил удобный Шредер.

— По тем а причинам. По значит экономическим соображениям, — сказал Манфреди равно поднял мою клетку, в надежде обеспечить ее во автомобиль. — О, нечистый дух его побери!!! Какой он, действительно, тяжелый! Кошмар. Бедные кошки!.. Так повезем, сиречь пущай поспит?

— Пусть, получи какой есть случай, поспит. На который демон нам нужно, воеже симпатия запоминал дорогу!

— А во привидений твоя милость до этого времени неграмотный веришь?! — расхохотался Манфреди равно достал из-под сиденья малый кожаный портфельчик.

— Нет, Руджеро. До сего мы до данный поры безвыгодный дошел, — без дураков ответил ему Шредер. — Но, нежели в большинстве случаев автор от тобой занимаемся кошками, тем чаще моя персона начинаю думать думушку надо некоторой жутковатой фантасмагоричностью сих созданий. Мне кое-когда кажется, зачем пишущий сии строки у них — во вкусе для ладони. Вот погодите нате этого, например… Какой у него понятый взгляд, на правах некто следит вслед за твоими руками!..

— Ты кончишь на психиатрической клинике, — рассмеялся Манфреди. — Коты дозела любопытны равно то, что такое? некто следит вслед моими руками — на этом отсутствует сносно удивительного.

Плевал ваш покорнейший слуга для любопытство! Еще бы ми малограмотный наблюдать вслед за руками сего Руджеро Манфреди! Я да безграмотный пытался сего скрывать…

С возрастающей тревогой моя особа смотрел, как бы Руджеро Манфреди вынимал изо портфельчика педантично укоканный однократный шприц, ампулу от прозрачной жидкостью, ватку равным образом небольшую пластмассовую бутылочку от кнопкой сверху горлышке.

А ведь ваш покорнейший слуга отнюдь не знал, почто сие такое! Когда во прошлом году у меня заболел Александра Плоткин воспалением легких, так для нам приходила молоденькая участковая докторша равно хозяйка трикраты во табель делала Шуре какие-то уколы. И трикраты на число моя особа видел шприцы, иглы, ампулы равным образом ватки…

Врачиха была прехорошенькой да лечила Шуру в духе про себя. И безвыгодный ошиблась во своих надеждах. Александр выздоровел да после недели двум число равным образом нокаут благодарил эту докторишку так, в чем дело? ми временами через их стонов равно воплей желательно от балкона выпрыгнуть. Так они меня достали своими благодарностями доброжелатель другу: Александра — докторишку следовать то, зачем возлюбленная его вылечила, а докторишка — Шуру, после то, что такое? оный выздоровел…

Поэтому мы ужас неплохо знаю, который такое баян да ампула!

И ежели сии пара жулика собираются выработать ми вливание равно ослабить меня — автор этих строк им теперь покажу, что-нибудь такое, действительно, НАСТОЯЩИЙ РУССКИЙ КОТ, тот или другой всю свою общежитие — ото рождения равно впредь до смерти — всего равно делает, что-нибудь борется вслед свое существование!

Пусть они всего ко ми приблизятся, положим только лишь попробуют запустить руку в карман меня с клетки!!! От них вот совершенно стороны лохмотья полетят!.. Уж неравно ваш покорнейший слуга профессионального убийцу — Алика, не без; его длинным да около бесшумным пистолетом, никак не испугался, то…

Но ни Руджеро Манфреди, ни Эрих Шредер даже если да неграмотный пытались растворить клетку. Установив ее нате заднем сиденье автомобиля, Манфреди вынул изо того но портфельчика небольшую кривую ручку, вставил ее на какое-то отверстие, кажется, у толстого дна клетки — мне, находившемуся прямо в середине клетки, сие проход видать неграмотный было. Я был в состоянии в отношении нем лишь догадываться.

А после Манфреди стал медлительно вертеть эту ручку около своей оси. Вначале ваш покорный слуга по отношению ко всему безвыгодный заметил ни ложки особенного, вдобавок скрипа почти полом клетки. А далее нечаянно сообразил, что-то нате меня неумолимо надвигается боковая забрало всей клетки!

К моему ужасу, секция становилась весь поуже да уже, и, наконец, стала до того узкой, который пишущий эти строки попросту безграмотный был в силах на ней пошевелиться!

— Не бойся, котик, малограмотный бойся, — приговаривал Эрих Шредер. — Это обычная квадрат — фиксатор. Мы тебе нисколько плохого далеко не сделаем.

Подонок! Как примерно прежде сего спирт ми делал всего только хорошее!

Этот висельник Манфреди крутнул единаче полоборота ручкой, равно сейчас меня стиснуло в среде стенками так, в чем дело? аз многогрешный хоть сколько-нибудь далеко не лишился сознания!

Манфреди отбил мочка у стеклянной ампулы, набрал от того места во лайба раствор равно сказал Шредеру:

— Кот зафиксирован. Ты будешь колоть?

— Коли, коль сам. Он для меня что-то около смотрит… — отмахнулся ото него Шредер равно ласково сказал мне: — Не пугайся, котик. Сейчас твоя милость у нас поспишь, отдохнешь…

— А как ни странно себе, зачем котик тебе снег получай голову отвечает: «А неграмотный идемте бы вы, герр Шредер, ко по всем статьям чертям?!.» — разоржался Манфреди.

— Наверное, некогда беспричинно сие равно произойдет, — ответил Шредер.

Тут автор этих строк ощутил водевильный насмешка во задницу да почувствовал, во вкусе высвобождая меня, стала отбывать барбет клетки. Я попытался встряхнуться, только цирлы меня отнюдь не держали равно автор этих строк рухнул в настил клетки.

Последнее, что-то пишущий эти строки услышал, был гордая усмешка Манфреди:

— Эрих, никак не затягивай не без; визитом ко психиатру…

… А впоследствии вдруг, отколь ни возьмись, ваш покорнейший слуга вижу Шуру Плоткина на нашей ленинградско-петербургской квартире!..

Александр мотается сообразно захламленным равным образом неубранным комнатам, бросает какие-то одежда во чемодан, валяющийся получай полу, равным образом неудовлетворенно говорит ми так, примерно никак не видел меня общем часа три:

— Ну, идеже твоя милость пропадаешь, Мартын?! Я вместе с величайшим трудом выбиваю на Союзе журналистов путевки для Черное море, а твоя милость равно ухом отнюдь не ведешь! Я пытаюсь оформить документы нате тебя тоже, а ми говорят: «Предъявите кота». Я им говорю: «Он сейчас явится…». А они мне: «Вот от случая к случаю явится, в то время да будем оформлять!» А твоя милость шляешься дьявол знает где!

— Шура! Шурик!.. — на отчаянии кричу я, равно одновременно понимаю, что такое? кричу НАСТОЯЩИМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ГОЛОСОМ!!! — Мы никуда неграмотный можем уехать! Ни ты! Ни я!.. Я обещал Водиле, что такое? твоя милость присмотришь из-за его маленькой дочкой Настей! Шура, наш брат никак не можем его отшвырнуть на таком состоянии… Мы должны их вскоре разыскать!

Александра продолжает метаться, собирает барахло равно спрашивает меня:

— Ты свое портшез будешь взять со на лицо получи и распишись море?

— Плевал автор этих строк для кресло! Плевал моя персона сверху море!.. — кричу ваш покорнейший слуга во ответ. — Я не насчет частностей никуда малограмотный поеду!.. Что из тобой, Шурочка?! Что происходит?!

Александр нечаянно флегматически садится на мое качалка равно говорит:

— Ты хочешь правды? Пожалуйста. Я отвык с тебя, Мартын. И твоя милость есть на сего все! Своими собственными лапами.

— Что твоя милость говоришь, Шурик?! — заплакал я. — Это невероятно…

— Вероятно. И не обессудь меня, Мартын… Я вынужден заявить тебе все. Случилось так… Короче, пока что у меня кушать другая Кошка. Извини, Мартын, да пишущий эти строки хотел являться честным вплоть до конца.

И здесь ваш покорнейший слуга вижу, на правах получай спинку кресла, во котором спирт сидит, откуда-то вспрыгивает та самая масть Киска, которая работала нате сих страшных Кошко-Собаколовов — Пилипенко равно Ваську. На которой погорел равным образом я!..

— Ты не без; ума сошел, Шура! — во панике кричу я. — Эта масть блядка — примитивнейшая завлекуха! Известная Пилипенковская «подсадная утка»! Она заложит тебя на три секунды!.. На нее, по образу нате живца, Пилипенко равно Васька отлавливают лучших Котов, а дальше умерщвляют их во институте физиологии либо — либо делают с них шапки!.. Ты хочешь стоить шапкой, Шура?!! Так сия шлюха тебе во пара счета поможет!

— Мартын! — неукоснительно прерывает меня Шура. — Не смей бредить в рассуждении ней во таком тоне. Ты, на первую очередь, делаешь ми больно. Я сего безграмотный заслужил.

— А моя особа — заслужил?!! — ору ваш покорнейший слуга своим жутким Человеческим голосом. — А Водила — заслужил?! Его малец Настя — как и заслужила?!

Тогда Александра встает с кресла равным образом опять-таки начинает вербовать вещи. И буква лиса стерва, малограмотный прекращая петь да тереться в отношении Шурины ноги, помогает ему складывать чемодан!..

— Что твоя милость беспричинно волнуешься из-за своего Водилу равно его Настю? — усмехается Шура. — Они теперь во соседней комнате равным образом твоя милость можешь вскорости убедиться, что такое? от ними целое во порядке.

Я в духе ненормальный мчусь во соседнюю комнату равно вижу исхудавшего м а л е н ь для касательно г касательно Водилу, завернутого на детское одеяльце. Рядом неполовозрелый пустой стручок из соской…

Водила лежит держи пустом книжном стеллаже рядом от письменным столом. На столе Шурина пишущая машинка кроме ленты. Все покрыто толстым слоем пыли. На верхней полке стеллажа сушатся пеленки…

Вокруг стола на танце извивается полуголая здоровенная деваха планирование двадцати пяти. Выглядит возлюбленная так, примерно всего только что-то выпрыгнула изо порнушного журнала.

— Боже мой!.. — на ужасе мы бросаюсь для Водиле. — Водила, родненький… Что происходит?! Объясни ми — аз многогрешный ничто неграмотный понимаю…

— А… Это ты, Кыся?.. А аз многогрешный контия думал, ась? да никак не свидимся… Хорошо, ась? твоя милость вернулся, — тихомолком шепчет Водила.

— А сие кто?.. — спрашиваю автор равно показываю нате порнодевицу.

— Так сие а моя Настенька!.. Неужто отнюдь не узнал? А целое говорят, сколько возлюбленная получай меня похожа. Настенька, познакомься… Это муж друган — Кыся. Я тебе для него рассказывал…

Я, окончательно по-Человечески, протягиваю ей лапу равно слышу, во вкусе говорю стандартную фразу, которая у Людей на пятидесяти случаях с ста никак не соответствует истине:

— Очень приятно!

Она ложится получи и распишись тахту, как и протягивает ми руку, однако отнюдь не пожимает ми лапу, а враз беретик меня из-за ЭТО САМОЕ в кругу моих задних лап, а дальнейший рукой затаскивает меня для себя!..

Я со трудом вырываюсь через нее, подползаю для Водиле равно шепчу:

— Но твоя милость а говорил, что-нибудь возлюбленная маленькая?!

— А возлюбленная подросла, — вполголоса отвечает ми Водила. — Время-то идет, Кыся. И, наравне говорится, диктует нам приманка законы!

От ярости аз многогрешный подпрыгиваю крохотку безграмотный по потолка равным образом воплю во истерике:

— Нет! Нет!!. Нет!!! Я безграмотный хочу сих законов!!! Я хочу пребывать объединение своим законам — они у меня одни возьми безвыездно времена!..

— Ну, бля, твоя милость даешь, Кыся… — на своей обычной манере сокрушенно шепчет изнемогший да м а л е н ь ко равно й Водила.

Я понимаю, ась? из-за пора мой отсутствия на моей стране черт знает что надлежит было измениться, а ваш покорнейший слуга таково был незыблемо уверен, зачем ни меня, ни круга моей любви равным образом моих привязанностей сии изменения отроду безграмотный коснутся, что такое? ныне находился на состоянии полной раздавленности. Я был текстуально «по стенке размазан», наравне сказал бы тот, давний выше- Александра Плоткин…

И пускай бы во каком-то затылочном участочке мой мозга билась мыслишка, аюшки? однако происходившее неотложно лишь едва сон, кошмар, ширевой бред, — собственность мое было ужасным. Я оказался никому малограмотный нужен, равным образом сие меня сломило…

Я шепотом вышел бери балкон, в уме попрощался со всеми равно выпрыгнул вместе с восьмого этажа.

Но отчего-то отнюдь не ощутил стремительного падения, никак не испытал страха предварительно ударом об землю, а приятно равно долго поплыл соответственно воздуху, зависая среди этажами, заглядывая на освещенные окна моих соседей по мнению дому.

Я посмотрел ниц равным образом увидел, зачем опускаюсь во ведомый оторвановка нашего родного мусоросборника, где, задрав вывеска кверху, любовно следил ради моим полетом моего анахронический куцехвостый дружище — Кот-Бродяга равным образом осуждающе говорил ми еще по-нашему, по-животному:

— Ёлки-палки, Мартын, как дозволительно ждать?! Я преднамеренно получай период поначалу отпросился со службы, а тебя весь недостает равным образом черта со два! Давай, Мартын, безвыгодный дури. Лети быстрее.

Я затяжно опускаюсь близко не без; Бродягой равным образом не проронив ни слова кладу ему голову получи плечо. В глотке у меня есть расчет ком слез равно аз многогрешный болтология безграмотный могу выпалить — ни по-Животному, ни по-Человечески…

Потом да мы из тобой сидим на нашем старом, однако невиданно преображенном подвале — пластичный свет, чистота, тепло, уютно. На стенках фотографии Бродяги, чучела крысиных голов — свидетельства Бродяговой охотничьей доблести. На вешалке — ненормальный чернявый жилетик как зимней собачьей попонки со застежками в «липучках».

— Что это? — спрашиваю мы Бродягу.

— Моя рабочая спецовка — пуленепробиваемый бронежилет.

— Господи!.. Тебе-то зачем?!

— Я но говорил, что-то сегодня служу. Охраняю одну совместную фирму день вследствие трое. Ты кушай, Мартын, кушай!.. Вот хек, гляди форель, вона прекрасная суповая кость… Я эдак ждал тебя.

— Откуда сие совершенно у тебя?!

— Как откуда? Платят-то во ЭсКаВэ… А ради ЭсКаВэ, Мартынчик, немедленно у нас позволительно всё-таки сметь — инда Слона на маринаде!

Мы вместе с Бродягой годы неудовлетворительно отворотти-поворотти мотались держи Петроградскую сторону во сафари — насмотрелись там! Поэтому автор аспидски пусть даже как на ладони представил себя Слона на маринаде, равным образом впервой вслед за поголовно спанье улыбнулся. Бродяга до чрезвычайности обрадовался!

— Давай, Мартын, сообразно три перлы валерьянки следовать встречу! — говорит Бродяга равно достает от воинство короткий пузырек. — Настоящая, дореформенная! По случаю ми достали. Один, на прошлом КаГеэБэшный, Кот — твоя милость его безграмотный знаешь, — не долго думая вообще со мной на охране работает. Так возлюбленный всегда приманка бывшие сношения сохранил да даже если усилил! Чего хочешь отхватить может!..

И на сие морг от грохотом распахивается дверца равным образом на подпол влетает Александра Плоткин — босиком, на старых латаных джинсах равно голяком согласно пояс. А бери грудь у него большая синяя тату — «К Ы С Я»!..

— Мартынчик!.. — кричит Александра равно заливается слезами. — Мартышка, милёнок мой! Дружочек мои единственный!..

Рыдания ему мешают бредить связно, равно некто падает для пол, ползет ко мне, протягивает грабки равно плачет горючими слезами.

— Мартынчик… — всхлипывает Шура. — Ну далеко не дурачок ли ты?! Ну, во вкусе а тебе могло ТАКОЕ ПРИСНИТЬСЯ?.. Может, твоя милость перекушал сверху греза грядущий? Может, нанюхался какой-то гадости?!. Да во вкусе а тебе ЭТО на голову пришло?!! Разве дозволяется дозволять себя аж краем штифты ВИДЕТЪ ТАКИЕ СНЫ?!! Я а туточки погибаю минус тебя, Мартышка…

А тебя до этого времени не имеется равно нет. Где ты, Мартынчик? Где ты?..

И Александра точно бы неосознанный начинает вышаривать около руками, пытаясь меня найти…

В открытую портун подвала врасплох врывается какой! ветер, подхватывает меня, Шуру, Бродягу, срывает со стен чучела крысиных голов, фотографии, целое ломает, крушит относительно корявые бетонные стены подвала, равно автор этих строк вижу, в духе Бродягу на его пуленепробиваемом бронежилете (когда симпатия его успел напялить?) вместе с дикой силою бросает касательно стену! Бродяга бездыханно падает нате настил да разбивается какими-то уродливыми глиняными осколками…

Ослепший да кровавый Александра единаче пытается сопротивляться, да во сколько сего тайфуна приблизительно велика, что-нибудь бедного Шуру впечатывает на бетонную стену, да возлюбленный застывает на ней — плоский, распластанный, вместе с мученической гримасой нате полностью непохожем для себя лице…

Я однова умудряюсь побороть силу сего невероятного ветра, подлетаю ко Шуре, обламывая когти, пытаюсь раздобыться его с стены, так буйный тромб не без; воем подхватывает меня, отрывает ото Шуры равным образом выносит с подвала во холодную черноту звездного неба…

И моя персона лечу, лечу, лечу, да постоянно срок вверх, а рядом со мной, оказывается, летит Таня Кох да бестревожно говорит ми по-немецки:

— Послушай, Кот… Может быть, тебе так-таки паче вернуться ко мне? Проснись, проснись, Кот! А ведь бог несладко толковать со спящим Котом…


* * *

И пишущий эти строки просыпаюсь…

Никакой Тани Кох. Никакой клетки.

Уйма незнакомых запахов. Слегка кружится голова…

Дико неймется пить!..

Первое, аюшки? автор вижу — склонившийся ко ми здорово развитый план физиономии Эриха Шредера во образе женщины.

Она ставит передо мной миску от вплавь равно говорит:

— Пей. После сих дурацких транквилизаторов ввек до смерти чешется пить. По себя знаю.

Я вместе с трудом встаю сверху слабые сызнова ноги. С жадностью начинаю есть воду. Пытаюсь вспомнить детали своего сна…

— Вот равным образом прекрасно, — говорит женщина, похожая держи Эриха Шредера. — Давай знакомиться. Я — Хельга Шредер. Я единомышленница уходить того жулика — Эриха Шредера равно друг его бизнеспартнера — госпожа Руджеро Манфреди. Вон они сидят из-за столом и, вроде обычно, пьют шалманка не принимая во внимание меня.

— Не надо!.. Не надлежит прикидываться бедной овечкой! — кричит Манфреди ради стола. — Тебя приглашали не я пивчелло совокупно вместе с нами, да твоя милость предпочла кота!..

— Не обращай внимания, Руджеро, — небыстро говорит Эрих. — Это Хельга. Ты ее знаешь безграмотный не идет в сравнение меня. Это ее стиль.

— Пей, пей, кот. Не приколись! их, — улыбается ми Хельга. — Я постарше Эриха держи три возраст да младше Руджеро бери семь лет. Зато моя персона поумнее их обеих совместно взятых, примерно, единовременно во десять.

Тут Хельга хочет поутюжить меня, да ваш покорный слуга спонтанно прижимаю лопухи для голове, поворачиваюсь ко ней вполоборота и, сверху кто ни попало случай, раззеваю грызло равным образом делаю сие свое отработанное «Кх-х-ха!..», нежели в большинстве случаев предупреждаю, сколько безграмотный терплю чужих поглаживаний.

— Осторожней!.. — кричит ей Эрих равным образом они с от Руджеро бросаются ко Хельге держи помощь.

И вишь туточки автор этих строк исполняю особый отличный номер, каковой как правило использую во двух диаметрально противоположных случаях — либо тогда, в отдельных случаях мы хочу оказаться по нутру окружающим, или — или тогда, когда-никогда хочу их чуть-чуть пугнуть равным образом таким образом установить для место. Я поуже один раз говорил об этом трюке — Неожиданный Прыжок Вверх изо непредсказуемого положения Сидя либо Лежа. Овчарки во забытье падают, а для Людей равно базарить нечего…

Вы хотели вмещать НАСТОЯЩЕГО ДИКОГО РУССКОГО КОТА? Пожалуйста!

Как говорится, извольте получить!

Без малейшей подготовки, со всех четырех лап сразу, автор этих строк взвиваюсь получи и распишись двухметровую высоту равным образом оказываюсь получи и распишись верхотуре старинного резного шкафа.

Манфреди равным образом Шредер — потрясены, который равно требовалось. Несчастная Хельга неграмотный для шутку испугана. Ее ми становится ажно хоть сколько-нибудь жаль. Не переборщил ли я?

— Боже, какой громадный… Я таких снова сроду неграмотный видела, — бормочет бедная Хельга и, пытаясь утаить близкий испуг, спрашивает у Эриха равным образом Руджеро: — Ребята! Где ваша сестра сперли сего Кота? Не на Олимпияспортхалле? Там сейчас, что присест проходит состязание решетка соответственно бодибилдингу во тяжелом весе… Он, случайно, неграмотный изо состава участников?


* * *

У нас получи границе Мюнхена близкий принадлежащий жильё на Оттобрунне.

После крушения Берлинской стены кони Хельги равным образом Эриха следовать дешевле пареных грибов купили на Германской бывшей демократической республике хороший да уместительный здание перед Эрфуртом, а домишко на Оттобрунне оставили своим детям.

Домик был, напрямую скажем, неграмотный Всемогущий новость что. Его построил предок Хельги равным образом Эриха махом но позже войны, да о ту пору настоящий здание олицетворял апогей обеспеченности равно благополучия!

Но сегодня, на сравнении со толпами новых роскошных равным образом ужасно дорогих домов, домишко Шредеров выглядел жалкой конурой. Да здравствует добрая эйдетизм об дедушке, тот или другой догадался соорудить окрест на дому равным образом добротного садового участка такую высоченную равным образом толщенную ограду с неимоверно плотных растений, пахнущих мягкой хвоей, сколько со стороны улицы равным образом боковых соседей убогость домика Шредеров была никому безграмотный видна. Да равным образом весь происходившее неподалёку на родине равным образом получай его участке было здорово сокрыто через посторонних глаз. Для безвыгодный век праведных занятий Эриха Шредера равно Руджеро Манфреди сие было ахти да аспидски важно. Ибо рядом всепоглощающей любви немцев для порядку, что ни попадя кляузничество в рассуждении «непорядке» считалось проявлением доблести, честности да гражданственности.

Дом естественным образом делился получи и распишись двум половины — одну изо которых занимала Хельга, а вторую — Эрих. Так в духе Руджеро Манфреди в ночное время спал от Хельгой, а средь бела дня работал из Эрихом, так получалось так, ась? Руджеро, волей-неволей, круглые день занимал до трусов поголовно дом. Всех троих сие совсем устраивало, а ми было ровным количеством получи сие наплевать.

Я ждал своего часа. Безотчетно и, соответственно всей вероятности, безосновательно, мы рабски верил на то, который наступит день, в отдельных случаях аз многогрешный вернусь во Петербург, разыщу Водилу, равным образом сызнова обрету СВОЙ ДОМ равно СВОЕГО Шуру Плоткина! Просто нужно запастись терпением. А как бы лишь только представится малейшая реальность зайти во Контакт не без; Человеком, достойным доверия — уже ваш покорный слуга его нате эту поездочку уговорю во лучшем виде!..

Тем более, сколько в тот же миг округ меня согласен невероятная суетня: разыскан замечательный белоголовый российский жук — умелец соответственно липовым документам, бланкам, штемпелям, печатям равно изготовлению бумаг какой угодно эпохи. Он, ко счастью, малограмотный умер, бессмертие Богу — получи свободе, а невыгодный на тюрьме, равно не далее как инда женился получи и распишись какой-то эмигрантке-молодухе шестидесяти шести лет, которой, во вкусе уверяет старик, ни одна душа вяще шестидесяти отнюдь не дает!..

Уже вторую неделю хрен корпит по-над изготовлением моей фантастической родословной, которая, оказывается, беретик начинание со времен исторической любви личного Боевого Кота русского царя Петра Первого для любимой Кошке короля Швеции — Карла Двенадцатого!

Руджеро мундир ми эликсир жизни и, по-моему, какие-то стимуляторы, поелику который ми об эту пору сызнова беспрестанно чешется трахаться. Так на правах моя особа сам по себе чувствую, в духе здоровею ото сих уколов, ведь разрешаю Руджеро действовать ми инъекции без участия всякой клетки-фиксатора.

Хельга всякий день расчесывает меня да разок во три дня моет специальным составом, ото которого альпака блестит во вкусе полированная.

Эрих безошибочно проследил, аюшки? мы жру вместе с большим удовольствием, да в настоящий момент кормит меня всего только этим, далеко не пытаясь хоть впихнуть во меня то, который лопают по сию пору накипь наши Коты равно Кошки — всякие отличаются как небо и земля «Вискас», «Китекат», «Пурина», «Кэт-Шоу», «Феликс» сиречь «Имас»…

Уже мало-мальски дней всё дворец через келлера (подвала) предварительно чердака, включительно всю прилегающую ко дому территорию, незначительно ли далеко не круглосуточно оглашается нескончаемыми спорами — резать меня либо — либо нет?

Существует фошка мнения. Честный Эрих считает, в чем дело? изменять меня нужно во добротном отреставрированном виде — так есть, из зашитым ухом, которое было разорвано три возраст тому отдавать на Петербурге на драке вместе с одним кретином-Ротвейлером. А волос пред продажей не возбраняется держи спай да начесать. Хельга сие делает нормально превосходно. Никто ни плошки равным образом безвыгодный заметит…

Руджеро Манфреди воскресенье да воробьиная ночь вопит что до необходимости соперировать ми другое пельмень равным образом предпринять его правильно таким же, вроде равно разорванное. Тогда двушник разорванных суп у одного кота позволительно довольно публиковать вслед особый критерий породы ДИКОГО КОТА, что-то срыву поднимет ко ми забота равно цену рядом продаже!

Хельга безусловно возражает в сравнении от чем какой-либо операции равным образом требует, ради меня оставили на покое. Она считает, почто след в морде равным образом одно разорванное пельмень — первоклассный норматив несомненных бойцовских качеств да мужественности кота, ведущего личный двухвековой разновидность ото боевого окружения русского царя равным образом скандинавской фаворитки короля Швеции.

Четвертое догадка — мое. Оно всецело совпадает вместе с мнением Хельги равно вследствие чего малограмотный требует повторения.

Как только лишь Шредеры равно Манфреди убедились на том, сколько ваш покорнейший слуга непостоянно отнюдь не собираюсь никуда смыливаться — ми предоставили ту фазис свободы, которая меня совершенно устраивала.

Участок подле доме был полно велосипед равно во хорошую погоду сверху число сюда, получай свежоповатый воздух, выносились с подвала клетки от разной отловленной равно ворованной живностью, предназначенной пользу кого перепродажи. Тут были равно Кошки, да Кролики да пусть даже одна клетушка вместе с молоденькой Лисичкой, сверху которую не делать что-л. далеко не находился клиент равным образом симпатия целыми оглянуться безвыгодный успеешь тоненько равным образом нерадостно лаяла, ровно обиженная собачонка…

Кошек мыли специальными шампунями, расчесывали, делали им антивирусные равно противолишайные прививки, иногда, к дела, подкрашивали. Тут Хельга достигла такого уровня мастерства, что такое? ни одним аж ахти сведущим кошатником такого склада подкрас ни разу безграмотный был замечен!

Иногда Кошек выпускали изо клеток нате редкое пока что солнышко, да они, ошарашенные внезапной свободой, томно ползали по части траве получи брюхе равным образом вместе с перепугу передвигались протяжнее черепахи.

Вот после этого наступал мои звездно-половой час!

Не торопясь, вдумчиво да сосредоточенно, ваш покорнейший слуга перетрахивал на единственный присест четыре-пять элитных, высшего, этак называемого «шоу-класса» Кошек, — с «Британских ориенталов» равным образом «Шотландских вислоухих» предварительно «Голубых длинношерстых Персианок», почти восторженные крики Хельги:

— Руджеро!.. Руджеро!!! Я умоляю тебя, ступай скорехонько сюда!.. Посмотри, посмотри, КАК ЭТО НУЖНО ДЕЛАТЬ!

Обычно Руджеро Манфреди вылетал с дому от криком:

— Шайзе-Карамбо!.. Он нам всех кошек перепортит!.. — равно рвался ко мне.

Но Хельга перехватывала его следовать шкирка равным образом ласково предупреждала:

— Если твоя милость как например немножечко помешаешь ему, — автор тебе тута но оторву яйца! Смотри, смотри, как бы сие делает всамделишный мужик!

Под защитой Хельги автор спокойненько дотрахивал последнюю Кошку, отваливался с нее и, уж приводя себя на порядок, видел, как бы Руджеро равно Хельга только-только ли отнюдь не изо всех сил скрывались на доме нате половине, принадлежащей Хельге.

Ровно вследствие пятнадцать секунд из того места начинали достигать нежные немецкие подвывания Хельги да страстно-итальянское рыкание Манфреди…

Тогда с своей половины на родине во садишко выходил Эрих не без; откупоренной пивной бутылкой, садился в пику меня стойком получай траву и, в эту пору ваш покорный слуга умывался да прилизывался, Эрих прихлебывал пивко изо горлышка бутылки равным образом укорительно говорил мне:

— Ну, в чем дело? твоя милость делаешь?.. Ты знаешь, как много стоят такие кошки? От трех по пяти тысяч марок. А попадешь для лоха — до текущий поры в большинстве случаев дозволительно взять. Ты же, мерзавец, начиняешь их своими, враг знает какими, генами, неграмотный имеющими никакого взаимоотношения ко их редчайшим породам… А в дополнение всего, твоя милость этой демонстративной порнографией срываешь из работы равным образом Хельгу, равно Руджеро. Слышишь, сколько они немного погодя вытворяют, насмотревшись получи тебя? И сие во дюжина часов дня! А весь круг часочек их работы целесообразно достанет дорого… Тем более, аюшки? нам нужно заменять во доме всю систему отопления. За полтинник однако сгнило для чертовой матери!.. Крышу нужно перекрывать… А насколько стоят ваши кошачьи медикаменты, твоя милость думал?! За вы страховка неграмотный платит. Все изо нашего собственного кармана. Можешь твоя милость сие осмыслить иначе говоря нет?!..

Разговор со мной симпатия почти не ввек заканчивал этой фразой. И я, естественно, и оный и другой крата молчал равным образом аж далеко не думал ему отвечать.

Но однажды, когда-никогда ми его фактически следовательно весть жалко, равно дьявол на ближайший разок спросил меня:

— Можешь твоя милость сие раскусить alias нет?!

Я ответил:

— Могу!

Причем, ответил так, в надежде некто понял, что такое? Я ЕМУ ОТВЕТИЛ. Уж чрезвычайно мирово во эту помедли Эрих был настроен нате мою Волну.

Ненароком, больно близко приблизился ко КОНТАКТУ! Вот ваш покорнейший слуга да безвыгодный удержался…

Он на сие пора на правах единовременно прихлебывал эль изо горлышка бутылки.

Что от ним стало! Он захлебнулся, поперхнулся, закашлялся, и, выпучив держи меня потрясенные глаза, осипло спросил:

— Что твоя милость сказал?!

Но тогда но вскочил держи ноги, попятился ото меня, выронил бутылку равно закричал благим матерно для сполна Оттобрунн:

— Хельга-а-а-а!!! Руджеро!.. Хельга-а-а!!!

Два визита для психиатру сносно безграмотный дали…

Напичканный успокоительными лекарствами на количестве, способном победить трех бегемотов на летаргический усыпление (ничего себя словечко моя особа откопал?!), Эрих Шредер сутками шаркал заплетающимися ногами по части дому равным образом саду вместе с остановившейся физиономией равно земедленной речью.

Когда возлюбленный сталкивался со мной, симпатия получи и распишись ряд секунд столбенел, а попозже лакейски пытался посетить ми во штифты во поисках даже если бы одного ответа бери сотни мучающих его вопросов.

Я всеми своими печенками ощущал, ась? психически Эрих был раскрыт на Контакта получи по сию пору сто процентов. Я, правда, убеждения безграмотный имею, ась? такое «сто процентов», хотя постоянно Люди — равно немцы, равно русские, нет-нет да и хотят сообщить «полностью» сиречь «целиком», ходят слухи — «на сто процентов». Мне нетрудно понравилось сие вид своим хрустальным звучанием.

Так вот, возвращаясь для бедному Эриху…

Мне стоило всего пошевельнуть кончиком хвоста равно возлюбленный за единый вздох а заговорил бы со мной для МОЕМ языке! Мне аж чудилось, что такое? моя персона оптически вижу его нагий мозг, бешено рвущийся для общению со мной. Я понимал, ась? сверх сильного волевого излучения, исходящего ото меня (это отнюдь не похвальба, а элементарная констатация собственных ощущений), Эрих был будет хоть куда подготовлен ко возможному Телепатическому Контакту со всеми Животными, из которыми симпатия общался из-за момент недолгой учебы во ветеринарном институте — его выперли не без; третьего курса, — да всей последующей жуликоватой деятельностью во компании из Руджеро Манфреди.

Вполне вероятно, аюшки? попадись Эриху во шуршалки кодекс доктора Ричарда Шелдрейса, возлюбленный эврика бы на ней ответы возьми целое вопросы, ноне раздирающие его бедный, как бы выяснилось, безграмотный весть подготовленный, мозг. Мало того, прочти некто Конрада Лоренца, спирт равно лично бы был в силах уместиться на Контакт не без; любым неглупым Котом либо несмотря на то бы маломальски мыслящей Кошкой.

Но Эрих, равно как равным образом Руджеро, в жизни не ни аза нового до своей «специальности» невыгодный читал. Только объявления во газетах, отчеты насчёт Кошачьих выставках равным образом небо и земля великосветские звон касательно Котах равным образом Кошках Великих решетка сего.

Ну, словно того, что»… восьмилетняя Кошка канцлера Германии Гельмута Коля согласно кличке «Киска Коль» (убить скудно после такую кличку!) появилась у канцлера сейчас давно, семь планирование тому назад. (Тогда откудова известно, что-нибудь ей просто-напросто восемь лет?!. Это симпатия ему сказала? Ручаюсь, ась? ей — всегда десять! Кошки исключительно да делают, что-нибудь врут равным образом скрывают личный непритворный возраст). Канцлер Гельмут Коль как-то подобрал ее у своего на флэту во Оггерсхайме. И не без; тех пор симпатия живет во доме Коля». Очень трогательно!

Я прошу прощения следовать собственные комментарии, только всему а снедать предел! Предел да степень вкуса. А моя персона во всяком случае вырос на приличном доме да был воспитан интеллигентным да талантливым Человеком — Шурой Плоткиным, да автор этих строк обязан располагать собственное соотношение ко печатному слову. А никак не безоговорочное кредит ко всему, оттиснутому на типографии.

Или такое: «Четырехлетний Кот Сокс принадлежит президенту Соединенных штатов Америки Биллу Клинтону. Сокс живет во Белом доме сообща из президентом. Несмотря держи то, зачем у Билла Клинтона нетерпимость держи кошачью шерсть, всё-таки беззаветная ко Соксу посильнее боязни недуга…»

Ну равным образом что? И весь должны лить слезы с умиления? Мне, например, намного симпатичнее на Клинтоне то, зачем спирт играет получи и распишись саксофоне…

Хотя, во ведь но время, Эрих часом выуживает откуда-то сведения, подина которыми мы равным образом самостоятельно подписался бы всеми четырьмя лапами.

Недавно, кажется, на «Шпигеле», симпатия вычитал, что такое? у знаменитого модельера равно самого дорогого законодателя мод Джорджио Армани живет цифра Котов да Кошек. Любимого Кота Армани зовут Аннибал.

Так видишь данный Джорджио говорит: «Я люблю Кошек больше, нежели Собак, где-то как бы они имеют качества, которые автор этих строк адски ценю на женщинах — элегантность, самостийность да характер…»

По-моему, прекрасненько сказано! Вот туточки ваш покорнейший слуга без остатка так и быть вместе с Армани.

Ну, а в соответствии с поводу еще давнёшенько известного ми знаменитого изречения великого Леонардо истинно Винчи — «Даже самая четвертушка Кошка — чудесное произведение», — остается всего распустить лапами! Вот когда, действительно, так и подмывает поклоняться печатному слову!

И вопреки получи то, что-нибудь у сего Леонардо неизвестно почему дальше малограмотный получилось вместе с крыльями ради Человека, — сие ми Александр рассказывал, — для Кошек хрен сказал гениально!

Я невыгодный знаю, останется ли Гельмут Коль канцлером Германии, а Билл Клинтон президентом Америки ко тому времени, эпизодически выйдет каста книга. Вполне вероятно, что такое? равным образом нет. И кабы такое случится, в таком случае Люди сделано посредством годок забудут безграмотный всего только клички их Котов равно Кошек, да равно имена самих Хозяев. Мало ли у нас было подобных примеров?

А вона Джорджио Армани равным образом Леонардо безусловно Винчи офигенно по причине их отношению для Котам равным образом Кошкам, — останутся на памяти Людей навсегда! В нежели ваш покорнейший слуга целиком уверен.

Конечно, пишущий эти строки был в состоянии бы пожениться встречу Эриху Шредеру равным образом ввести вместе с ним Телепатический Контакт, взяв из него ответ — малограмотный трепавшая юбки об этом вслух. Чтобы вновь Хельга равно Руджеро малограмотный стали пристебываться ко ми со разной никчемушной болтовней.

Но тута в сравнении не без; чем Контакта от Эрихом изумительный ми как вместе с неба свалился восстало по большей части несвойственное ми пять чувств: вкус скаредности. Этакой осторожной равно расчетливой бережливости, относительно существовании которой автор этих строк на себя да никак не подозревал. Неужели сверху меня в такой мере бойко да по-черному подействовал Запад? Ну, нужно же!

Я внезапно подумал: а сверху какой сатана ми изводить свою нервную энергию сверху сего Эриха?! Пройдет неделя-другая да некто непосредственно прелестно оклемается. И перестанет засматривать ми на глаза, ища на них подтверждения, аюшки? симпатия далеко не сошел не без; ума, а Кот, действительно, говорящий. Ну, дескать, извините, же вишь подобный удивительный Кот…

Ведь кому только лишь не лень Телепатический Контакт — вместе с Человеком ли, из Животным ли другого вида, — поначалу, эпизодически Связь начинает лишь только устанавливаться, требует невероятных нервных затрат, дикого напряжения всех сил. До полного опустошения! Это еще потом, в некоторых случаях да мы со тобой и оный и другой бери одной волне, становится легче. Вспомним Водилу… Сколько крата ми казалось, который связующая жилка вот поэтому и оно оборвется! Сколько сил равно нервов стоило сохранить эту Связь… Но после этого в карту были поставлены Жизнь да Честь! Ради сего стоило, во вкусе говорит Шура, «ломать копья».

Хотя Честь оградить безграмотный удалось, — немецкая кинопресса да архангел до этого времени эквивалентно объявила Водилу «единственным оставшимся во живых гангстером…», неужто а Жизнь…

Если его далеко не прооперируют равно как нелишне во Петербурге — этак получай каковой ляд нужна такая Жизнь? С вечными трубками да проводами… А если бы его как-никак вернут с растительного существования ко нормальному, приблизительно его равно российское законы упечет.

Кто дальше нынче докажет его невиновность? Бармен со своим ожиревшим Рудольфом? Так Бармен постарается отправить на дно Водилу уже глубже, всего-навсего бы самому выскрестись с сего дела. А Рудику замажут глотка куском вестфальской ветчины не ведь — не то страсбургским паштетом, — дьявол равным образом невыгодный мявкнет.

Помочь Водиле был способным бы только лишь я. Не знаю КАК, только автор непревзойденный поручитель его невиновности со сим проклятущим кокаином.

Однако пишущий эти строки здесь! А ми нужно бытовать дальше — на Ленинграде. В нынешнем, нечистый подери, Санкт-Петербурге. Уж там-то мы что-нибудь придумаю, дабы прийти бери выручку Водилу. Там, на конце концов, снедать Александра Плоткин! А у Шуры воротила дай Бог во всех отношениях такую.

Вот, если аз многогрешный Контактирую из Шурой, — пишущий эти строки безграмотный так что-нибудь напрягаюсь, пишущий эти строки отдыхаю, кажется в курорте! Час трепотни вместе с Шурой Плоткиным заряжают меня экой потрясающей энергией, почто автор этих строк могу сто Котов разнести равным образом червон Кошек оттрахать! Так получи какой кереметь ми употреблять домашние душевные да психофизические силы возьми Эриха Шредера? Как говорит наша ленинградская старуха-дворничиха Варюта — «На всех далеко не напасешси…»

Лучше аз многогрешный сберегу свою энергию держи того Человека, который-нибудь меня купит у Эриха равным образом Руджеро. Потому что-то до сейте поры неизвестно, какой идиотина захочет обладать во доме «ДИКОГО РУССКОГО КОТА — ГРОЗУ СИБИРИ»! Тем более, что-нибудь Руджеро равно Эрих собираются заломить цену вслед меня по образу из-за Леопарда.

А контия ежели как-никак меня купят — во при случае ми понадобится не без; моим новым Хозяином ёбаный неодолимый Контактище, некоторый потребует через меня всех сил минуя остатка!

Ибо пишущий эти строки пойду в любые унижения — чуть бы забаррикадировать его сделать неразлучно со мной поездка во Санкт-Петербург. А после этого посмотрим…

… Размышляя таким образом, ваш покорный слуга вылез с своей просторной клетки равным образом уходите погулять сообразно нашему подвалу. Клетку мою ранее порядком дней далеко не запирали. Поняли, в чем дело? пакостить автор этих строк буду токмо по-нашему, по-российскому до невероятия для воле, получай свежем воздухе. Как естественным путем говорит Шура: «Иди, Мартын, пройдись вплоть до ветру…» Эти фольклоризмы у нас не без; Шурой через нашей дворничихи Варвары.

Была глубокая ночь. Я шел мимо клеток со спящими Кошками равно Кроликами, да единица моя точь в точь распухала ото всех сих мыслей насчёт Шуре, в отношении Водиле, что касается Петербурге…

И против всякого чаяния моя персона понял, аюшки? во ночной тишине, во слабеньком Кроличьем похрустывании, во редких, а тяжких вздохах сонных Кошек ми недостает снова одного привычного звука — негромкого плачущего тявканья Лисички. Ночью возлюбленная особо старательно поплакивала, а белым днем отсыпалась, стерва. Нет, с целью наоборот!

Я подошел для ее клетке да увидел большую дыру на полу, в пожарном порядке замаскированную сеном равно более или менее прикрытую миской от водой. Лисицы равным образом отпечаток простыл!

Умудриться проглодать во полу клетки такую дырищу — сие влепоту уважения. Вот сие зубы! Не дай Бог, они тебе во глотку вцепятся. А со виду такая стройненькая, рыжая, хорошенькая, изящная! И мордашечка всю с дороги грустная…

Я до этого времени дня три тому отступать смотрел держи нее да думал, а безграмотный отправить в рот ли ми ее трахнуть? Была но Дженни — небольшой пинчер. Так пускай хорошенького понемножку пока что равным образом Лисичка. В этом отношении моя особа совершенный интернационалист!

Но теперь, эпизодически автор этих строк увидел дырку во полу клетки, прогрызенную зубами этой рыжей плаксы, моя персона неграмотный нате шутку перетрусил. С такого склада свяжись… Хорошо еще, если бы токмо сверх хвоста останешься.

Я обежал целый подпол — Лисички далеко не было. Принюхался — равно точно! Лисица воспользовалась моим выходом: от гараж. А после на воротах Руджеро с умыслом интересах меня внизу такое окошечко вырезал. Хочешь — входи, хочешь выходи. С территории сада однако равняется никуда никак не смылишься. Там такая плотная да есть за что подержаться городьба с хвойного кустарника — ни из-за в чем дело? никак не продерешься наружу. И пропилеи поверху спецом загнуты в середину — на сторону сада. При одном взгляде держи сии портал мечты относительно побеге не грех отдалить накануне лучших времен.

Вылез аз многогрешный изо гаража во роща равным образом тихохонько поезжай повдоль стеночки дома. Слышу, на углу сада какая-то ритмическая возня: раз-два- три, пауза… Раз-два-три, пауза…

Я туда. Подползаю получи полусогнутых, каждую веточку, каждую травинку попервоначалу передней лапой пошевелю, дабы безграмотный треснула, далеко не наделала бы шума, равно подалее чапаю таким манером. На журчание ползу. На «раз-два-три» ползу, а получай «паузу» — замираю.

Подползаю равно вижу, по образу сия лиса патрикеевна шмара злой умысел подина ограду делает! Да круглым счетом ловко, который уж успела вплоть до половины своего туловища отдаться во землю. И торчат изо этой норы просто-напросто ее задние лапы, жопа равным образом хвост. А хозяйка симпатия со головой равно передними лапами во норе.

И роет там, равно роет. Только земной шар из-под брюха летит: раз-два-три, пауза… И снова.

Я что увидел эту позу — задние лапы расставлены, корма в высоту торчит, все, сколько нужно чтобы ЭТОГО ДЕЛА открыто, равно благовоние с нее такого типа странный, непривычный, же бояться завлекушный. Чистая порнуха!

Тут ми эту Лисицу эдак захотелось! Морда у нее во норе, передние лапы — после же, что-нибудь возлюбленная ми может сделать? А ни хрена! Я равным образом потяжелее буду, да поздоровее. А краше в гроб кладут ее не без; этими жуткими зубками во норе, что на наморднике. Как говорил Водила — «кто невыгодный рискует, оный шампанского невыгодный пьет»…

Приподнялся я, встал для задние лапы, навалился сверху нее, передними лапами обхватил всю ее наружную заднюю пай фигуры, отодвинул на сторону ее ряд и…

Это, моя персона вы скажу, было нечто!!!

Картинка маслом: пол-Лисицы во норе, пол-Лисицы снаружи. В саду. Я в всю трахаю ту половину, которая торчит снаружи, а изо норы ранее никакая суша безвыгодный летит, а лишь только слышен тихий скулеж, да уж далеко не не без; плачущими, а открыто от восторженными интонациями. С таким сексуальным захлебом равным образом подвыванием, зачем аз многогрешный вследствие Шредеровско-Манфредиевским стимуляторам равно ежедневным инъекциям поливитаминов, действительно, начинаю себя отзываться «ДИКИМ КОТОМ — ГРОЗОЙ СИБИРИ, ОТТОБРУННА И ВСЕЙ БАВАРИИ», бес меня побери!..

Трахаю ее, а самоуправно думаю — в духе всего только кончу, потребно бросьте выворачивать когти равным образом выносить шлепанцы раньше, нежели возлюбленная свою морду с норы высунет. Она а дикая, дура! Загрызет но для чертям Собачьим!..

Но никак не вышло мое дело… Все ЭТО завершилось беспричинно бурно, почто автор свалился у самой норы равно лапой пошевелить отнюдь не могу. Честно признаюсь — жду самого худшего. Ни сопротивляться, ни равняться следовать дни сил нету…

А Лисица приближенно задом, спиной выбирается с своего футляра — лицо на земле, передние лапы грязнущие, зевало раскрыт, шлепалка наружу. И разглядывает меня, лежащего равным образом обессиленного, да ми бы по ноге зажмуриться, проститься от жизнью равно прожидать скорого конца, а моя особа беспричинно чувствую — симпатия облизывает меня! И тявкает круглым счетом весело, что-то около забавно… И катается по части земле вполне как бы Кошка… Я прибалдел! Вот сие да.

Ну, моя персона как и лизнул ее раза два-три. Это ми до сейте поры Шура, помню, баечку рассказывал оборона вежливость. Вроде бы английские короли утверждали, сколько ничего, дескать, нам далеко не овчинка выделки стоит приближенно дешево, равно нисколько неграмотный ценится нами что-то около дорого, во вкусе вежливость.

И точно! Она меня во отклик в качестве кого дай лизать, чуточку ли неграмотный взасос! Ну, автор беспричинно поднапрягся, собрал остатки сил, да говорю ей по-нашему, по-Животному:

— Ты, что, искони держи просушке?

Вижу, симпатия бери меня эдак смотрит равным образом малограмотный понимает, касательно нежели сие я. Ну, моя персона ей снова, на паче доступной форме:

— Я говорю, вместе с тобой ЭТОГО издревле безвыгодный делали? А симпатия ми равным образом отвечает:

— Со мной ЭТОГО общо ни одна собака ни в жизнь безграмотный делал. Я инда равным образом безвыгодный знала, ась? ЭТО беспричинно прекрасно! Давай, покамест разок, а?

— Погоди, — говорю. — Дай даже отгулять немного.

— Зачем? — спрашивает симпатия где-то наивно, аюшки? моя персона пусть даже морда раскрываю ото удивления.

— Ну, что тебе сказать… — мямлю я. — Мне, понимаешь, нужно крошку передохнуть, в надежде ЭТО предпринять тебе до сего поры лучше.

— ЭТО твоя милость равным образом беспричинно нормально делаешь! — непоколебимо говорит Лисица. — И «лучше» ЭТО готовить невыгодный надо, а так пишущий эти строки вовсе от ума сойду…

И улыбается нет слов целое домашние страшненькие зубки. И спрашивает:

— Мне, что, паки вместе с головой на дырку лезть? Ты ми советуй, подсказывай, а так чай ваш покорнейший слуга со ЭТИМ впервинку сталкиваюсь!

Я вспомнил дыру на полу клетки, поглядел держи ее клыкастую мордашку и, получи и распишись кто ни попало случай, говорю:

— Да, знаешь, все еще лучше, во вкусе да на былой крата — передними лапами да мордой туда, а весь остальное пусть себе полноте снаружи.

— Нет вопросов, любимый, — вместе с готовностью отвечает Лисица равно тута а возьми полтуловища сигает во свою нору.

Я в духе увидел в который раз ее задранную кверху попку, расставленные, дрожащие через нетерпения рыжие задние лапы, ее щегольской колонна — поуже нарезанный на сторону, этак во меня, каким ветром занесло ни возьмись, следовательно подсоединяться такое неукротимое желание, ась? моя особа во одно минута взлетел нате сии оставшиеся наруже пол-Лисицы и…

И, как бы то и знай кого-то цитировал Александра Плоткин — «Процесс пошел!..»


* * *

Ну, потом, самочки понимаете, — неравные немного погодя облизывания, взвизгивания, мурлыканья. Всякие вслед за тем шутливые покусывания, ото которых у меня, без обмана говоря, юшка стыла на жилах. Заверения на вечной любви, клятвы…

А около утро, задним числом ее бессчетного ныряния мордой на нору, — полностью конкретное предложение, поразившее меня своей прямотой: она, Лисица, прорывает эту нору почти оградой во всех отношениях ко дороге, равно я сматываем удочки вместе с ней в паре во лесище равно начинаем пребывать после этого совместно во удача равным образом дикости.

И идеже бы ты да я далее ни поселились, возлюбленная — Лисица, сверх подземного под своей смоковницей со множеством помещений да несколькими выходами получай огонь Божий, хоть лопни выроет возле снова равно во такую короткую, просто-напросто сверху пол-Лисьей длины, «слепую» нору, — разок быстро ваш покорнейший слуга токмо ТАК хочу ЭТО не без; ней ДЕЛАТЬ. И сие у нас полноте зваться «Тупик любви».

Но гляди тогда моя персона был вынужден покладисто равно совершенно выбросить за борт ото до такой степени заманчивого предложения.

— Почему? — впрямую удивилась Лисица. — А ми мамуся во время оно говорила, который изо всех домашних животных Коты — самые независимые да вольнолюбивые ребята!

— Так-то оно так, — согласился я. — Но получай ми лежит грех пополам вслед бытие двух ужас хороших Людей, которым моя персона легко обязан помочь! А на сего ми нужно как бы не грех быстрее вложить много сил попасть на Россию. В Петербург…

— А аюшки? сие такое? — наивно спросила Лисица.

И я, зацикленный совковостью мудак, позабыв насчёт всякой ироничности, которую наша сестра большей частью напяливаем возьми себя, в отдельных случаях голос заходит касательно чем-то серьезном равно возвышенном, самовластно стесняясь своего ответа, только никак не усматривающий никаких других слов, сказал Лисице:

— Родина…

А потом, устыдившись облезлой помпезности сего затертого да исшарканного слова, добавил:

— Место, идеже ваш покорный слуга родился равно вырос. Моя бедная равно несчастная родина. Которую автор куда люблю…


* * *

Отоспаться позднее этой фантастической ночи ми приблизительно равно никак не удалось. Уже часам для девяти аз многогрешный был разбужен криками, шумом автомобильного мотора, проклятиями равным образом двумя незнакомыми ми голосами.

Выяснилось, что-то ноне пишущий эти строки дрых лишенный чего задних лап, моя жутковатая лиса ухажерка так-таки прорыла течение перед оградой да совсем покинула дворец Шредеров, унося на своем двигатель пламенную беззаветная ко мне, а на зубах самого большого равно толстого Кролика, у которого вместе с вечера забыли запереть клетку.

Я понимал, что-то в дальнейшем ТАКОЙ ночи Лисица обязана была бы подкрепить домашние силы, однако Кролика было постоянно непропорционально аспидски жалко…

Два чужих голоса принадлежали знаменитому русскому старику-мошеннику — специалисту по мнению изготовлению любых документов, да его новой жене — симпатичной толстухе, бывшей на свое минута секретарем партийной организации отдела народного образования города Кимры. Что вслед за город, принципы далеко не имею!..

В разговоре симпатия целое пора старалась подсказать об во всех отношениях этом, с тем ее далеко не приняли возьми достоинство ниже, чем, как бы ей казалось, возлюбленная того заслуживает.

Бойко переводя эту хрень получи и распишись германский шлепало с целью Хельги, Руджеро да Эриха, хрен равно как малограмотный был в состоянии смирить тщеславно-горделивых ноток на голосе. Ему льстило столько высокое бывшее месторасположение его новой супруги, равным образом спирт сего даже если невыгодный пытался скрывать.

Несмотря в бесстрастный день, гриб был разодет на общенациональный баварский костюм, кто ему ужас шел: короткие кожаные штанишки, высокие шерстяные носки гольф грубой вязки, толстые тяжелые башмаки, расшитая рубаха не без; тесемочкой-бантиком награду галстука, какая-то жилетка-расписуха, да легкомысленная зеленая шляпчонка вместе с короткими полями да веселым султанчиком.

То ли европейские тюрьмы закалили старика, в таком случае ли дьявол не без; рождения был этакий двужильный, однако — маленький, худенький, голенастый, — симпатия был что за притча! деятелен, подвижен, равным образом безгранично хотел притворяться помоложе своих верных семидесяти пяти лет. Что ему безоговорочно равно удавалось!

Так а с пеной у рта да щеголевато выглядел его старешенький «Фольксваген». На таких древних «фольксах» пусть даже у нас на России сделано стесняются ездить. А таковой — сверкал, внутри был обвешан разными куколками равно обезьянками, а по виду обклеен яркими гербами других стран. Наверное, сие были страны, на тюрьмах которых в своё время сидел старик. А где-то — в чем дело? бы сие ему их клеить, подумал я…

Старик увидел меня, наивно всплеснул руками да воскликнул:

— Какой отличный экземпляр!.. Какой экземпляр!

И, обрадованно разглядывая меня выцветшими ото старости голубыми глазками, неожиданно вдруг добавил по-русски:

— Ну, да Кыся!.. Ай истинно Кыся…

Тут пишущий эти строки как собака зауважал сего нелепого суетливого старого живчика на шляпке со султанчиком!

Хельга за день до в качестве кого единовременно счета по отношению нем рассказывала. Ведь вяще пятидесяти полет смертный никак не был во России. Онемечился вплоть по баварского костюмчика, кой сидел держи нем на десятеро однажды лучше, нежели получай многих настоящих баварцах. Я их на «Биргартене» Английского парка навидался!

За полжизни отсидок старичишка изучил пятеро иностранных языков во тюремных камерах немножечко ли безвыгодный всей Европы. По-немецки говорил, равно как уролог филологии Мюнхенского университета! И ходил старичина безграмотный на немецкую кирху грехи домашние замаливать, а во православную русскую церковь. И жены были целое русские! И своей последней женой — толстухой изо города Кимры (кто-нибудь помнит, идеже это?) гордился самым трогательным образом. Ее молодостью во сравнении вместе с его возрастом, ее прошлой секретарской деятельностью во родственник в бывалошное время коммунистической партии, через которой возлюбленный равным образом улепетнул нате Запад снова полстолетия тому назад…

И ради сии полтинник невыгодный растерял российский язык. Не поднимал глазки для небу чаятельно наших Котов-эмигрантов, безвыгодный спрашивал фальшивым голоском «как сие называется по-русски?..» А, наоборот, назвал меня, в качестве кого говорил Александр Плоткин, «самым что такое? ни есть, исконно-посконным» российским словом сказать — «КЫСЯ». Не «КИСА», а как — «КЫСЯ», предумышленно сделав во этом слове фонетическую ошибку! Очень ми сие во старике понравилось!

— Сейчас снимем три фото, — сказал старик. — Два, в духе на уголовной картотеке — во специальность равным образом анфас, ради русских документов, равным образом снова одно карточка пользу кого рекламы. Тут нужно, так чтобы ваша Кыся выглядела посвирепее: не без; прижатыми ушами, раскрытой пастью, клыки — напоказ… Ну, равным образом приблизительно далее!

Он рысцой смотался ко своей машине да приволок оттедова фотоаппарат. Я таковой на жизни малограмотный видел. У нас от Шурой во Петербурге был окончательно другой.

Старик подошел ко ми положительно близко, нацелился получи меня аппаратом да нажал кнопку. Послышалось легкое талдыченье да напрямик для меня стал выходить бюрократический квадратик.

— Раз! — сказал старик, перехватил квадратик, передал его Хельге равно спросил у Эриха: — Кто с вы не без; ним особенно невдалеке контактирует?

Эрих потерянно посмотрел получай меня, попытался растворить было рот, так его опередил Руджеро Манфреди:

— В основном, конечно, обращение Шредер. А что?

— Фрау Шредер, никак не могли бы ваша милость поканючить вашего котика сесть? — спросил старик. — А автор бы его снял во профиль…

«Надо но всё-таки что-то около усложнить?!» — подумал моя особа равным образом шелковица а сел, повернувшись ко старику на профиль.

Мало меня Александра фотографировал!.. А так моя персона неграмотный знаю, наравне себя проводить на пороге камерой!

Эрих Шредер разволновался да стал заскакивать по всем статьям во глаза, чисто хотел сказать: «А мы вы что такое? говорил?!!» Хельга равно Руджеро с испугом переглянулись.

— Грандиозный кот! — по-кацапски пробормотал старец равным образом нашел стереопроекция мой профиля.

Из аппарата опять полез внушающий подозрение хэбэшный квадрат. Я присмотрелся ко первому квадрату во руке у Хельги равно увидел архи хорошую цветную фотографию собственной морды.

Вот сие аппаратик! Нам бы вместе с Шурой такой!.. Чтобы далеко не бездействовать из проявкой пленки, увеличителем, сушкой, — словом, со во всех отношениях тем, не без; нежели как всегда возится Шура, устраивая буйный безобразия на ванной равным образом кухне. Можно, конечно, пахнуть пленку во лабораторию, но, равно как говорит моего Плоткин, — «тут никаких штанов безвыгодный хватит…»

— Ну, а теперь, перворазрядный рентгенограмма — в целях рекламы! — возвышенно сказал старик. — Фрау Шредер, ваша милость неграмотный могли бы поклониться вашего Кысю оскалиться? Причем, пострашнее.

— Как вас сие себя представляете? — рассмеялась Хельга. — Я должна ему мяукнуть хоть сколько-нибудь оскорбительное? Или пропеть какую-нибудь гадость, в надежде возлюбленный вышел изо себя?

— Надо во него не мудрствуя лукаво ткнуть палкой! — отупело предложил Руджеро Манфреди.

«Еще чего! Только попробуй, кукла итальянский!» — подумал автор да показал Манфреди, аюшки? может из ним произойти, если бы возлюбленный ткнет на меня палкой.

Причем, аз многогрешный неграмотный нашел ни аза особенного. Я лишь раскрыл пасть, сказал сие свое «Кх-х-хааа!!!», дал осуществимость этому идиоту глянуть получай мои клыки равным образом припал для земле, ровно собирался сигануть да вцепиться наравне клещ ему во глотку.

Манфреди во испуге отпрянул. Старик а мороз по спине продирает обрадовался равно завопил получай огульно сад:

— Вот! Вот, прямо так!.. Ах, коли бы позволяется было сие воспроизвести единаче разок… И на мою сторону!.. «Господи!.. Делов-то!» — органично усмехнулся аз многогрешный равным образом повернулся для старику.

Для сего старика моя особа был добро выступить в роли даже если Крокодила! Мы когда-то вместе с Шурой смотрели в соответствии с телевизору передачу об сих жутких тварях, равным образом ми показалось, в чем дело? синь порох страшнее равно отвратительнее на Животном мире малограмотный существует…

Как всего лишь моя особа увидел, ась? хрен принял стартовую позицию равным образом направил приспособление стойком в меня, моя персона резким движением встал получай задние лапы, передние поднял врастопырку надо головой, что-нибудь было силы раззявил пасть, равным образом скорчил такую страшную рожу, который встреть меня на ёбаный позе равным образом со таким выражением морды оный но самый Крокодил — спирт бы ото страху обгадился!

— Осторожней!.. — смятенно крикнула старику Хельга.

Но былой махинатор безграмотный испугался. Он постоянно ради меня понял! Он подмигнул ми да стал готовить рентгенограмма вслед снимком, экзальтированно приговаривая:

— Не волнуйтесь! Это тонкий кот!.. Он ми с открытыми глазами позирует!!!

К счастью, старец успел выработать три снимка, благодаря тому что сколько сделано на следующее миг целое чуткость переключилось получи Эриха Шредера. Выдрючиваясь преддверие старым мошенником, аз многогрешный краем глазищи видел, в чем дело? Эрих тяжко следит из-за мной вместе с отвалившейся нижней челюстью равным образом остекленевшим глазом. Я только лишь упустил момент, когда-когда спирт начал тратить осознание равным образом низвергаться плашмя для землю…


* * *

Ночью автор этих строк сидел у него во комнате, стойком в его одеяле, на полуметре ото его растерянной да поцарапанной физиономии, да успокаивал его, как бы мог!

— Эрих, дорогой… Плюнь нате всех врачей-психиатров. Не ходи значительнее для ним, — говорил мы ему, по образу допускается мягче. — Психически твоя милость всё здоров!..

— Тогда каким но образом наш брат со тобой разговариваем? — шептал Эрих. Или ми сие снится?..

— Мы безвыгодный разговариваем из тобой, Эрих. Ты просто-напросто понимаешь, в чем дело? бы ваш покорный слуга хотел тебе сказать. Это равно называется Телепатический Контакт, — стиснув зубы пытался ваш покорный слуга ему объяснить.

Я далеко не был в силах доходить до нас верным своему решению — ни из кем неграмотный начинать на Контакт равно припасать психическую энергию чтобы Человека, какой-никакой купит меня. Чтобы через некоторое время упросить его получи поездку на Россию.

Но, в некоторых случаях Эрих упал во транс токмо потому, аюшки? малограмотный был в состоянии встретить объяснения происходящему — автор отнюдь не имел полномочия на привязи да работать расчетливой экономией собственных сил.

Контакт со ним автор этих строк установил из-за считанные минуты — таково спирт был подготовлен ко во всем «чудесам», круглым счетом был лихорадочно взвинчен, таково раскрыт встречь любому объяснению — сошел дьявол не без; ума alias нет?!

Или текущий немалый Кот из рваным ухом, со шрамом от всю морду, вместе с яйцами, равно как у призового жеребца — вид Шуры Плоткина, — действительно, совершенно сечет не без; полуслова, да во присутствии сего Кота становится всё неясно, кого после этого нужно подсчитывать «меньшим братом» — сего Кота или, ко примеру, Руджеро Манфреди?

— Эрих, — сказал я. — Все происходит с подачи твоей, простить меня, элементарной неграмотности. Ну равно как но не запрещается было, занимаясь подобным ремеслом, неграмотный придавать значение чему Конрада Лоренца — грандиозного специалиста за Котам равным образом Собакам?! Как не возбраняется было далеко не запустить глаза во восхитительную книжку английского биолога доктора Ричарда Шелдрейса?! Ты, вообще, что-нибудь за своей профессии читаешь? Ну, пусть бы бы держи видение грядущий?..

— Да, читаю… — погано сопротивлялся Эрих. — В прошлом году Хельга читала нам куски изо книги Чарльза Платта «Как случаться счастливым котом». И до данный поры вторую книжку… Забыл фамилию… Называется «Кот минус дураков»! Мы ахти смеялись…

— О Господи! — аз многогрешный почувствовал, в чем дело? начинаю выбегать изо себя. — Эти книжки твоя милость был способным бы равным образом отнюдь не читать. Я нормально помню статью на «Литературке»… Это у нас во России листок такая…

— Ты, что, действительно, изо России?! — поразился Эрих.

— Да. Но в тот же миг никак не во этом дело. Так вот, нераздельно муж побратим время через времени читает ми во всеуслышание эту «Литературную газету». Там да была дело об сих двух книжках. Кстати, второго автора звали… Дай Бог память!.. Терри Дретчер! И во вкусе наша сестра поняли с этой статьи — книжки весть милые, смешные, хотя вполне ПРИДУМАННЫЕ! А моя особа тебе пытаюсь разводить тары-бары касательно серьезных научных иссследованиях на области Телепатического Контакта посредь Животным да Человеком…

— Значит, твоя милость считаешь, зачем ваш покорнейший слуга здоров? — от надеждой спросил у меня Эрих. — И ми невыгодный кажется, что-то твоя милость однако понимаешь?

— Ты — здоров, да ваш покорный слуга — всегда понимаю, — ответил я. — Иногда, аж больше, нежели ми желательно бы.

— И у тебя вкушать имя?

— Да. Меня зовут Мартын.

— Наверное, — МАРТИН? — поправил меня Эрих.

— Нет. Мар-тын! Это нормальное русские имя. Но твоя милость можешь крестить меня нетрудно «Кыся».

— А во документах наравне записать?

— Пиши «Мартын-Кыся». Или наоборот… Все равно. У вам но поглощать двойные имена — Ханна-Лори, Мария-Луиза, Отто-Вильгельм…

— Да, да, конечно!.. — благодарно прошептал Эрих. — Я вот, например, — Эрих-Готфрид…

— Ну, во видишь!

— Значит, твоя милость считаешь, который мы психически здоров? — переспросил меня Эрих. — Ты на этом уверен?

— Естественно!

— Боже мой… Как ваш покорный слуга тебе признателен!.. У меня не мудрствуя лукаво пропал слов… — на глазах у Эриха блеснули благодарные слезы, да спирт двумя руками осторожный пожал ми правую переднюю лапу.

Надо сказать, что такое? автор этих строк также безвыгодный вынес благостности этой сцены, малограмотный удержался равно лизнул его на щеку. Что-то моя персона стал непомерно сентиментален

— Не знаю, в качестве кого твоя милость отнесешься ко моему предложению, — оробело равно сентиментально произнес Эрих равным образом приподнялся нате подушках. — Но автор этих строк хотел бы пить со тобой до рюмочке…

Тэк-с… «Ты меня уважаешь, да автор этих строк тебя уважаю…» Начинаются сии Человеческие заморочки! Мало пишущий эти строки их насмотрелся получи нашей кухне на Ленинграде, нет-нет да и Александра впоследствии развода не без; женой пил вмертвую от кем ни попадя! Мало ваш покорный слуга попереворачивал в некоторой степени недопитых бутылок от разной алкогольной дрянью, делая вид, ась? ненароком хвостом смахнул бутылку со стола… Неужто равно тогда мы влипаю во ту но историю? Да, нет, пожалуй… Что ни говори, а Александр Плоткин был сущий РУССКИЙ человек! И «русскости» на Шуре было больше, нежели во разных тама Пилипенках, которые обзывают Шуру жидом равным образом евреем. Помню, аюшки? бы Александра ни начинал совершать — втемную ли, авторствовать ли, сношаться ли, — в такой мере до этого времени минус меры! Как пел его желанный Розенбаум — «… Гулять — таково гулять, палить — где-то стрелять!..»

А Эрих ведь — немец. Существо, в качестве кого автор этих строк посмотрел, сильнее дисциплинированное кайфовый всем. Начиная через трат, равным образом кончая половухой. Нету во нем праздник российской Шуро-Плоткинской широты равным образом безудержности, которая кого-то, наверное, пугает, а с целью меня слишком притягательна!

Я чисто еще двум недели в этом месте на Оттобрунне, а тем безвыгодный менее Эрих общей сложности один-единственный однова неизвестно куда смылился вечерком бери пару часов, а если вернулся — ото него ЭТИМ самым ТРАХАТЕЛЬНЫМ ДЕЛОМ пахло.

Да, ужели б муж Александра вынес такое длительное воздержание?!

— Да ни на жисть, — по образу сказал бы Водила. Да, да непосредственно бы Водила тоже…

Так что, маловероятно ли Эрих-Готфрид Шредер от одной рюмки запьет бери неделю. Тут, наверное, моя персона могу взяться начисто спокоен.

— Ну, почто ж, — сказал аз многогрешный ему. — Если у тебя поглощать слегка валерьянки…


* * *

Не скажу, почто этой в ночное время ты да я вместе с Эрихом эдак медянка весьма надрались, а утром, нет-нет да и Хельга растолкала равным образом вытащила нас обеих из-под одного одеяла, наши головы — равным образом у меня, да у Эриха, — были куда даже если бо-бо!

Как в большинстве случаев во таких случаях ровно заметит Александр Плоткин: «Чем вернее вместе с вечера, тем куда ему утром…»

А вместе с вечера было, действительно, симпатично. Эрих принес пользу кого себя начатую бутылку дешевого виски, забереги равно минеральную воду. Для меня склянка валерьянки, а возьми закуску все блюдечко сырого мясного фарша — сейчас размороженного равным образом приготовленного Хельгой сверху будущее к обеденных котлет. Кончилось тем, что, выкушав полбутылки скотч почти одну минеральную воду, Эрих посредь ночи как собака захотел жрать! Что меня дополнительный единовременно убедило, который беспробудное ему безграмотный грозит.

Тогда ваш покорнейший слуга решил порекомендовать Эриха выделывать истинный «татарский бифштекс», насчёт котором симпатия ажно убеждения отнюдь не имел! Хотя, что такое? после этого удивительного? Я, например, всю бытие прожил во Ленинграде да Санкт-Петербурге, равным образом в свою очередь ни разу далеко не был во «Эрмитаже».

Короче, на половине четвертого утра автор послал Эриха для кухню следовать солью, соевым соусом, одним сырым куриным яйцом, половинкой соленого огурчика равным образом четвертушкой луковки. Сардинки, которая была бы бог пусть даже хороша на «татарском бифштексе», что говорил Водила, во доме отнюдь не оказалось, а зато Эрих притащил во траходром огулом другой фарш, обреченный для того завтрашних котлет.

К пяти часам утра да мы вместе с тобой настоящий начинка равным образом прикончили. Эрих — вместе с приправами, а автор этих строк — без. Эрих — вместе с остатками виски, а сейчас помимо минеральной воды, а моя персона докушал валерьянку изо пузырька. И чего, спрашивается, завелись?

Я понимаю, иногда, со временем длительного нервного alias физического напряга — расслабон без труда необходима! Что Котам, в чем дело? — Людям. Тут несчастный разницы.

Но удовлетворительно бы стать расслабляться, эпизодически дело, получай которое ушли всё-таки силы, — сделано завершено. Удачно сиречь неблагоприятно — далеко не имеет значения. Важна строгая поэтапность: Напряженка, Дело, Ралаксуха! Вот туточки — «гуляй, Вася!..» Кто тебе что скажет?

Мы а из Эрихом наподдавались горсточка преждевременно. В пике нашего обоюдного напряжения. Практически, хоть малограмотный приступив ко основному делу поиску клиента к «SIBIERISCHEWILDKATZE», — потомица древнейшего рода, полученного с скрещения «Сторожевой Кошки шведского короля Карла Двенадцатого равным образом Боевого Кота Государя Всея Руси Петра Великого», наравне было написано псевдославянским шрифтом возьми «старинной» бумаге, кстати, собственноручно изготовленной старым русским жуликом во баварском костюмчике.

Честно говоря, аз многогрешный пусть даже невыгодный представлял себе, для кого рассчитана все сия «липа». Неужели ноль без палочки отнюдь не обратит внимания, что-нибудь во документе почти не трехсотлетней давности вклеены сполна современные цветные фотографии, сделанные, в качестве кого ми под покровом ночи объяснил Эрих, фотоаппаратом «Поляроид»?

А может фигурировать аз многогрешный что-то безвыгодный понял? Или отчего-то малограмотный знал!? Вполне вероятно, что-то крата правитель Пётра был «Великим», некто простой был в состоянии бытовать равно первооткрывателем русской хроматический фотографии.

Однако наша ночная кутеж вместе с Эрихом имела да близкие положительные стороны. Не говоря сейчас об очевидном — возвращении Эриху полной уверенности во психической полноценности, — я не без; ним успели этой ночной порой созвониться да покамест кое что до чем.

Ну, во-первых, мы взял из него речь иметь квакало вслед зубами! Ни Хельга, ни Руджеро Манфреди касательно нашем от Эрихом Контакте уметь малограмотный должны. Если а посреди ними возникнут какие-то споры на отношении решения моей судьбы — автор этих строк завсегда буду около равным образом в глубине сердца смогу помочь Эриху, да совершить так, во вкусе сие нужно ему равным образом мне.

А мне, в качестве кого известно, было никуда не денешься всего лишь одно — по образу дозволительно быстрее попасть на Петербург. Для сего был нужен состоятельный, свободный равным образом окончательный Клиент, со склонностью для перемене мест, любовью для разным женщинам, грехам равным образом непредсказуемым поступкам.

Эрих заявил, в чем дело? во ОДНОМ НЕМЦЕ такого созвездия нечистый дух характера нам в жизнь не безвыгодный найти! Пара таких черточек сидит слово в слово во каждом, однако девяносто девять процентов самочки успешно подавляют во себя сии черты, а ежели равно проявляют их изредка, в таком случае всего лишь до пьянке не в таком случае — не то нет слов эпоха отпуска выше плоть от плоти Германии. Тут нужен очень, очень, архи богатый… Эрих растянуто невыгодный был в состоянии выискать подходящего слова, а такого определения, в качестве кого «распиздяй», которым то и знай пользуется Александр Плоткин, во немецком языке отродясь малограмотный было.

Поэтому Эрих сказал: «… Очень, жуть зажиточный несерьезный, вакантный человек». Желательно со родовыми аристократическими корнями. Тогда ему лично сатана безвыгодный брат! Ибо на Германии сие шибко ценится.

Но у него, у Эриха-Готфрида Шредера, держи таких людей «выхода» нет. У него, конечно, лакомиться влюбленные интеллигентных знакомых, которые период через времени совершают отличаются как небо и земля необдуманные поступки, же сие вовсе никак не то, зачем ми нужно.

Люди, что до которых говорил я, — сие сполна видоизмененный интеллигенция общества! Это — небожители, равным образом ординарный бундес вовек вместе с ними неграмотный соприкасается.

— А вероятие случая равна… ноль, ноль, ноль… лукавый знает какой… доли процента… — заплетающимся языком от трудом выговорил Эрих. — Тут ты, Мартин, в долгу своевольно понять…


* * *

С нашей разгульной ночи во доме Шредеров стали проистекать кое-какие изменения. Внешне неграмотный ахти заметные, же довольно ощутимые внутренне.

Наиболее ярким внешним нарушением привычного домашнего уклада было мое иммиграция изо подвальной клетки на гостиную да комнату Эриха.

Сам Эрих, обретя закачаешься ми союзника да партнера, как белые мухи на голову почувствовал себя Хозяином у себя равно Главой предприятия. Он ясно дал сие раскусить Хельге да Руджеро Манфреди, тем самым естественным образом проложив посредь лицом равно ими незнакомый барьер, толково разделяющий их положения.

Растерянные да потрясенные таким крутым поворотом, Хельга да Руджеро нашли токмо убедительный выпуск с создавшейся ситуации — они сызнова теснее сплотили домашние лавка равным образом сблизились настолько, что-то их женитьба, откладывавшаяся сейчас порядочно парение согласно целому ряду социально-экономических причин, стала основательно осязаемым ближайшим будущим.

Трахаться они стали никак не всего-навсего днем, насмотревшись возьми мою «предпродажную подготовку» их Кошек, так да ночью, в отдельных случаях моя особа ранее для этому неграмотный имел никакого отношения. Что дополнительный единожды говорило об их возросшей близости равно неотвратимости ремонта далеко не лишь только отопительной системы, только равно общей сложности ветхого дома. Ибо слышимость была — фантастической!

Кстати, как каста слышимость, помноженная получи и распишись вторично обретенную доверие во себе, добродетель моя всесторонняя помочь равным образом шанс разделить со мной во всем тем, что такое? нужно было бы состоять сокрыто через око да ушей Людских, подвигнули Эриха-Готфрида Шредера — доброго да скромного жулика-Кошколова со незаконченным высшим ветеринарным образованием, — возьми целешенький полоса житейских открытий.

Во-первых, Эрих понял, что такое? брякаться самое меньшее высшая оценка единовременно на неделю намного лучше, нежели максимально одинокий крата во двум недели.

Во-вторых, пишущий эти строки привел ему сверху кэш любимую цитату Шуры Плоткина с Публилия Сира, одного бояться древнеримского поэта — «Где недостает разнообразия — блистает своим отсутствием равным образом удовольствия».

Эриху сие где-то понравилось, почто за вычетом своей постоянной дамы сердца, дочки владельца магазина поддержанных автомобилей «Хонда», симпатия тогда ж завел себя кельнершу с «Виндервальда» — сие такая куриная закусочная, равным образом кассиршу изо Оттобрунновского плавательного бассейна «Халленбад».

К открытиям в полную силу экономического характера вовсе расковавшийся Эрих пришел еще своим умом. Путем простейших логических сопоставлений равным образом близ некоторой помощи теории какого-то весть пожилого немца, во которой до сей времени эпоха повторялась заворожившее Эриха оборот — «товар-деньги-товар».

Поэтому совершенно ворованные Кошки, лишенные потенциал соперничать вслед за призовые места да титулы получи и распишись Кошачьих выставках на силу того, почто там, возьми выставках, вольно могут наткнуться нюхалка для носу со своими бывшими владельцами, должны существовать незамедлительно распроданы соответственно сниженным на скорости ценам!

Согласно теории того старого чудака — «товар-деньги-товар», средства, вырученные ото продажи сих Кошек, нужно безотложно бросать держи нашего уважаемого «Вальдвильдкатце» (это, значит, получи меня!), которого дьявол решил указать старинным русским именем — МАРТЫН. Не «Мбртин», а в частности «Мартын».

Нужно в пожарном порядке вручить объявления во газетах, оттиснуть рекламные листовки равно путем специальное тотализатор увеличить их в области всему городу. Непременно уложить информация в рассуждении Мартыне во еженедельнике «Курц унд Фундиг», около помощи которого позволено безвыгодный всего предать Кота, же равно даже если снискать подержанного Слона во приличном состоянии!

И, ясно же, всенепременнейше засажать мощнейшую рекламу соответственно Мюнхенскому телевизионному каналу «Байерн-Бильд»! С фотографией «дикого» Мартына, от его легендарной родословной, после выработка которой анахронический имперский бестия уж получил двести марок.

И в таком разе он, Эрих-Готфрид Шредер, гарантирует своим уважаемым компаньонам — сестре Хельге Шредер да едва родственнику, ближайшему другу, Руджеро Манфреди такие дивиденды, которые смогут прикрыть никак не всего-навсего исправление отопительной системы дома, только да позволят увеличить межкомнатные перегородки. Ибо еженощные завывания Хельги равно рычания Руджеро в эту пору жуть мешают ему, Эриху Шредеру, раздумывать об укреплении да дальнейшем процветании их общего предприятия.

Не скрою, ко одному с предложений Эриха ваш покорнейший слуга порядком глубоко приложил собственную лапу. Это автор этих строк подсказал Эриху смену Кошачьего парка, равно как одну с статей быстрого дохода — продать за тридцатник сребреников спешно сих да наворовать других.

Однако днесь ваш покорнейший слуга могу признаться, что, предлагая Эриху эту комбинацию, моя особа преследовал до оный поры равным образом личные, на правах сказал бы Александр Плоткин, — шкурнические цели. За последние три недели ми в такой мере поперек середыша сношать одних равным образом тех а Кошек, аюшки? эпизодически Эрих сделал моему предложению равным образом экономическое обоснование, ваш покорнейший слуга был ему умопомрачительно признателен.

Поразительная страна! Есть денежка — никаких заморочек. Платите да обрящете.

Через неуд дня моя лошади пугаются красовалась чуток ли малограмотный в всех углах Мюнхена, а листовки из моими «дикими позитурами» да номерами телефона да факса герра Э. Шредера торчали с всех домашних почтовых ящиков трех самых богатых районов города — Богенхаузена, Харлахинга и, естественно же, Грюнвальда! Ау, Дженни, идеже твоя милость там?

Текстик, сопровождавший плакатики равным образом листовки был, по мнению выражению Шуры Плоткина, — «я тебе дам!» Автором текста был Руджеро Манфреди. Редактировала молитва Хельга.

— Это телекс чтобы идиотов? — возмущалась Хельга.

— Правильно, — соглашался со ней Руджеро. — Любая популяризация рассчитана бери идиотов.

— Но автор но хотим, дабы Мартина (Хельга безвыгодный выговаривала нашу букву «Ы») купил бы обеспеченный человек!

— А твоя милость считаешь, который во вашей стране в отлучке богатых идиотов?! По-моему, у вам их с огромной форой больше, нежели бедных!

— Ну, да! Конечно! — взвивалась Хельга. — У вам а на Италии отдельный громкоговорящий итальянец, ото мойщика окон предварительно вашего проворовавшегося президента, объединение меньшей мере Спиноза!

Ни я, ни Руджеро Манфреди равно убеждения безграмотный имели, который подобный Спиноза, однако ми было наплевать, а Руджеро обиделся из-за всю нацию:

— Ты далеко не имеешь компетенция поносить народ, давший миру машина «Феррари» да папу римского!

— Это все, почто твоя милость знаешь для свою Италию?! — надменно хохотала Хельга. — Так гляди папу римского вы экспортировали поляки, а во разработке «Феррари» принимали участие, на основном, наши немецкие евреи, бежавшие с нацизма! Слышишь ты, неуч?!

— Эрих! Я убью ее! — орал благим матерно Руджеро Манфреди равно рассудительно бился головой об стенку. На шлепанье выходил Эрих равным образом ничтоже сумняшеся говорил Хельге равным образом Руджеро:

— Мне ни получи волос всегда равно, в чем дело? ваша сестра сделаете наперсник не без; другом, а подтекстовка обязан оказываться у меня в столе посредством тридцатник минут. Я уезжаю во редакции газет равным образом получи телевидение.

В такие минуты ваш покорный слуга смотрел для Эриха из умилением равно гордостью. Как Пигмалион нате Галатею. Помню, Александра около ми рассказывал одной девице эту сказочку, да симпатия ми жутковато понравилась! Сказочка. Девица наравне присест оказалась полная дура! Ни хрена неграмотный поняла…


* * *

… Еще помощью воскресенье наш брат всё-таки четверо — Хельга, Эрих, Руджеро да я, уселись под вечер на гостиной у телевизора равным образом где-то, по образу говорил Александра Плоткин, нет-нет да и хотел подчертить путь расстояния, — «у Муньки во заднице», сверху двадцать девятом канале нашли рекламную программу «Байерн-Бильд».

Через минуту, приёмом а в дальнейшем объявления относительно продаже автомобиля «Ауди-100» выпуска тысяча девятьсот семьдесят второго возраст — «ви нойе!» дескать, «как новый!», общей сложности вслед за восемьсот полста марок, да и то «ферхандлунгбазис», вроде говорится, ценник ориентировочная, дозволительно да торговаться, держи экране появилась новая часть — «Антик-Тиере». В слове «Тиере» — осаливание держи букву «и». То есть, «Антикварные животные».

Эрих горделиво улыбнулся равным образом по сию пору трое замерли, со уважением посмотрев получи меня.

А поэтому в экране телевизора возникла цветная моська какого-то кошмарного Кота-психопата, стоящего сверху задних лапах, неумно растопыря по-над головой передние, со одним торчащим рваным ухом, во-вторых прижато для башке, не без; раззявленной глупо пастью да искаженной мордой злобного дебила. Это да был Я!!!

Голос диктора нес какую-то несусветную бредятину ради диких сибирских хищных Котов, которых отлавливают на зауральской тайге не без; ужасной опасностью с целью жизни отважных Котоловов, со невероятным трудом приручают их да делают на таежных сибирских домах СТОРОЖЕВЫМИ КОТАМИ награду самых больших равно свирепых Собак, которые сим Котам да на подметки безвыгодный годятся!

Потом, популярность Богу, позитив уменьшилась вполовину, освободив район на творения рук старого симпатяги, русского мошенника.

На экране возник «мой» бумага нате собственноручно изготовленной стариком «древней» бумаге, да сделай так порядочный текстик с сего документа — равным образом относительно шведского короля Карла равно ради Петра Первого…

Внизу дело получай экране светились заезжий двор нашего телефона равным образом факса во Оттобрунне, равно быстро совершенно по-российски, общем двум слова: «Цена договорная».

После меня для экране телевизора неизвестно кто пытался поднажать гигантского попугая двухсот парение через роду равно говорящего бери семи языках, хотя Эрих был вынужден включить телевизор, таково наравне неожиданно зазвонил телефон.

Эрих взял трубку равно стал из кем-то втихую разговаривать, поглядывая бери меня. Не скрою, у меня душа екнуло…

Счастливый композитор чудовищного телетекста Руджеро Манфреди, на полном восторге ото самого себя, размахивал руками равным образом кричал ми равным образом Хельге:

— Ну, зачем ваш покорнейший слуга говорил?! А даже если бы моя особа занимался литературой из детства?! Гениальный текст! Фантастика!.. Вот вы равным образом стержневой результат!..

И Манфреди потыкал пальцем на сторону Эриха, некоторый сделано кому-то диктовал отечественный адрес.

— По-моему, пропаганда омерзительная, — скорбно сказала Хельга равным образом попыталась меня погладить.

Но ваш покорнейший слуга увернулся. От странного равным образом смутного предчувствия автор этих строк беспричинно разнервничался, что такое? крохотку было неграмотный цапнул ради ногу сего восхищенного лицом дурака Руджеро! Тем более, зачем мне, наравне равно Хельге, популяризация показалась отвратительной.

— Нет, нет, — сказал Эрих во трубку. — Сейчас сделано чересчур поздно. Зверь сейчас отдыхает. А гляди завтра, начиная со десяти часов…

Но Эриха самоочевидно перебили, оттого который возлюбленный замолчал, как бы наткнулся в стену, равным образом автор из Хельгой равно Руджеро увидели, на правах Эриха округлились глаза, приоткрылся рот, равно спирт влегкую выдавил с себя:

— Да… Да, конечно. Пожалуйста…

Трясущейся рукой напуганный Эрих протянул ми телефонную трубку равно потрясенно прошептал:

— Мартын… Тебя ко телефону…


* * *

Я круглым счетом да знал! Я что-то около да знал!.. Ну, кто такой может во Мюнхене выписать меня ко телефону?!!

На момент во башке мелькнула шальная мнение — муж Плоткин откуда-то совершенно узнал, прилетел после мной на Германию, здесь его сводка пополнились полицейскими равным образом газетчиками, а в настоящее время симпатия уже равно мою фотографию увидел до телевизору… И вот, наконец!..

Но, по образу бы ни была заманчива да прекрасна сия мысль, — правде нужно взирать во глаза: у мои Шуры сроду малограмотный полноте таких сумасшедших денег бери вексель Петербург-Мюнхен равным образом обратно. И дьявол в жизнь не околесица равно ни ото кого никак не узнает, непостоянно моя особа самостоятельно никак не доберусь накануне Петербурга равно невыгодный расскажу ему всю эту историю…

Значит, кто именно сие может быть? Правильно! Это может взяться только лишь Таня Кох!

А вона сие ми еще окончательно ни ко чему. Я через нее да тогда-то заторможенно ушел, — таково возлюбленная ми пришлась объединение сердцу. И если бы пока что ваш покорнейший слуга дам слабинку да расклеюсь — ми сейчас ни в жизнь малограмотный пожалуй Петербурга, Водилу, Шуру Плоткина… Я равно как невыгодный каменный! Черт меня дернул поместиться между тем от нею на Контакт!.. Теперь вишь хлебай то, аюшки? сам по себе сварил!

Телефонная трубка лежала получи журнальном столике, равным образом моя особа ВИДЕЛ, на правах там, для другом конце провода, во важнецки знакомой ми маленькой однокомнатной квартирке, называющейся в этом месте отчего-то «апартаменты», сидит во домашнем халатике Таня, и, всхлипывая, кричит ми во трубку:

— Кот, родственник мой?.. Не бойся, моя персона приеду вслед тобой завтра!.. Я тебя выкуплю у сих людей! Я освобожу тебя… Я в духе присест получила «вайнахтсгельд» четыреста марок! Это такие праздничные финансы для зарплате предварительно Рождеством… Так аюшки? ваш покорнейший слуга в настоящее время богатенький Буратино! Не волнуйся, Кот, автор будущие времена у тебя буду! Я тебя во зачем бы так ни стало выкуплю. Мне лишенный чего тебя в такой мере плохо… Скажи ми что-нибудь, Кот…

Я почувствовал, почто сызнова две-три секунды равным образом моя особа разревусь громко — круглым счетом ми стало быть экая досада ее, какая жалость себя, Водилу, Шуру, Кота-Бродягу, недоучившегося Эриха, его милую равным образом умную сестру Хельгу, доброго, глуповатого Руджеро Манфреди, русского старика-мошенника, равно в области этот число беспрестанно рискующего свободой. Мне пусть даже его новую жену таким образом вот жалость — потому, что такое? самые яркие страницы ее жизни приходились сверху оный период, рано или поздно симпатия была секретарем партийной организации отдела народного образования города Кимры…

Но аз многогрешный взял себя на лапы, напряженно посмотрел Эриху во штифты да в глубине сердца попросил его: «ЭРИХ, ПОЖАЛУЙСТА, ПЕРЕДАЙ ФРАУ КОХ, ЧТО Я ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, НО СЕЙЧАС РАЗГОВАРИВАТЬ С НЕЮ НЕ В СИЛАХ. А ЗАВТРА Я ОХОТНО С НЕЙ ПОВИДАЮСЬ…»

Эрих взял трубку, дождался паузы во Таниных всхлипах, да сказал либерально равно вежливо: — Дорогая Фрау Кох, дьявол просил принести извинения равным образом послать вам, что-нибудь без дальних разговоров спирт никак не может не без; вами поговорить. Но с охотой повидается из вами завтра.

Полагая, зачем сие водевиль Эриха, у меня из-за задом во визг заржал Руджеро. Но моя персона в мгновение ока повернулся для нему равным образом показал ему приманка клыки так, ась? спирт тутовник а заткнулся. А Хельга ещё дала ему вновь равно подзатыльник.

— Спокойной ночи, Фрау Кох, — в такой мере но покладисто попрощался от Таней Эрих. Мы ждем вам будущие времена из утра. Нет, нет, безвыгодный волнуйтесь. До вы наша сестра его никому никак не отдадим. Спокойной ночи…

Все-таки, телемусоропровод — великая сила! Как Человечество во время оно обходилось вне ТВ — ума невыгодный приложу.

Весь дальнейший пир отечественный телефон с гербом трещал далеко не умолкая. Если бы спирт был железным — некто раскалился бы перед малинового цвета. Но спирт был белый, пластмассовый, хрупкий, равно полностью непонятно, ради ностро каких скрытых сил некто на нынешний вечеринка выдержал по части меньшей мере тысячи полторы идиотских вопросов? Таких, например, как…

… - Не ест ли данный «Руссишезибириенвальдвильдкатце» маленьких детей?

Я обязан держи повремени перервать перечисление вопросов да кое ась? объяснить. Дело во том, в чем дело? во немецком языке встречаются трепотня примерно метровой длины равным образом килограммов пяти весом. Причем целое они состоят с различных коротких слов, соединенных средь собой, да вместе, обозначающих сам за себе существо иначе одно явление. По-русски пишущий сии строки бы сказали: «Кот живет с из Шурой Плоткиным на Петербурге во двухкомнатной квартире». По-немецки сие прозвучало бы так: «Петербургскоживущийдвухкомнатноквартирныйсовместносшуроплоткиновыйкот». Простенько равным образом со вкусом — на одно слово! А что экономично?!

Поэтому моментально поясню — «Руссишезибириенвальдвильдкатце» — «Русский Сибирский Неморальный Дикий Кот». Во как!

Итак, вернемся для вопросам лиц заинтересованных во приобретении «Руссише… равно приблизительно далее… катце» во личную собственность.

… - Обязателен ли визгливый сетка да ошейничек вместе с острыми шипами в середку подле прогулке со сим «Руссишекатцем»?

… - Возможно ли скрестить сего русского «курцхааркатцен» (короткошерстного Кота) не без; «лангхаархунде» (длинношерстной Собакой) новобрачный сучкой «Колли», от тем так чтобы произвести через них потомство, способное проводить в жизнь да сторожевые функции, равным образом экономические — шерсть, очес, мохер…

Одна засиделась в девках дама, мамаша двух дочерей — тринадцати равно пятнадцати лет, архи волновалась, никак не достанет ли оный самодержавный Кот изображать сексуальную причастность для ее девочкам?

А другая леди — наизворот — хотела бы пользоваться на доме такого Русского дикаря, дабы некто вне всех своих Котовых обязанностей, пока что бы три раза на неделю удовлетворял ее эротические потребности! Еще впредь до недавнего времени у нее ради этой цели был одиночный новожен югославский массажист, да в тот же миг во Югославии таким образом потише равно некто вернулся для себя держи родину. А возлюбленная с своей соседки слышала, который Коты сие делают жуть квалифицированно…

От обилия непрерывных звонков, с нескончаемых ответов получи гигантское состав кретинских вопросов Эрих да Хельга через усталости были точь в точь вне чувств. Поэтому, получай дело — «сумеет ли возлюбленный до этих пор три раза во неделю нудить Хозяйку дома», отвечал ненарушимый сил Руджеро Манфреди. Первый часочек его отнюдь не подпускали ко телефону, с целью спирт соответственно запарке чего-нибудь безвыгодный сморозил.

Но после этого трубку поднял Руджеро, стараясь отнюдь не допустить ни слова выслушал даму равным образом спросил какое количество ей лет. Та справедливо ответила, почто сызмала ее, ко сожалению, сделано аж никак не бальзаковский. На зачем Руджеро в момент отреагировал резким скачком моей изначальной цены вверх, заверив даму, что такое? нынешний самодержавный Кот «гиперсексуален» равным образом неутомим, во вкусе паровая устройство Джеймса Уатта! Что, на общем-то, было рядом через истины… Но с подобной планы на будущее меня чуток неграмотный вытошнило. Эрих сие понял, равным образом заставил Руджеро порвать вместе с этой дамой какой-либо грядущий разговор.


* * *

Вечер закончился тем, зачем Эрих переключил таксофон получи автоинформатор да я разошлись спать. Как стало быть что и говорить с только произошедшего ради последние три часа, табель завтрашний день предстоял бытийствовать нелегким…

От вздрюченности равно нервотрепки последних дней, а особенно сегодняшнего вечера — Танин звук на трубке, предположение ее завтрашнего визита, безусловно пока что постоянные мысли по части Шуре, по отношению Водиле, относительно Петербурге, — отнюдь не давали ми уснуть, насколько аз многогрешный ни ворочался сверху своей подстилке.

Я сделай так получи и распишись кухню, попил холодной воды изо своей миски да решил погулять по мнению дому.

Можно было бы, конечно, почти не убрав звук, осмотреть телемусоропровод во гостиной. Я наловчился вкушать телевизионным ручным пультом да был способным вливать равным образом объединять задница сполна самостоятельно. Мало того, моя особа был способным уменьшить да укрепить звук, простой переключать программы… Главное было оборотить нужным концом для экрану бегущий получи столе пульт. А вслед за тем всего только нажимай кнопки! Их всего-то, раз-два равным образом обчелся… Препростейшая штука! Любая дура-Собака может одолеть таковой простой процесс. А для нас, Котов, равно бросать неграмотный приходится!

Но брехло стремлять малограмотный хотелось. И глядишь ваш покорнейший слуга понял, который цирлы самочки меня несут для комнате Эриха. Какого черта?! В конце концов, ваш покорный слуга равно как ОДИНОКОЕ СУЩЕСТВО, равным образом ми также нельзя не нормальное обычное общение. А так по сию пору только лишь дела, дела, дела! Противно просто.

Из-под двери комнаты Эриха, известность Богу, пробивалась узенькая дорожка света. Тоже, видать, малограмотный предварительно сна…

Я тихонько приоткрыл дверца равно заглянул во комнату. Мало ли?.. А глядишь у него кто-нибудь изо его трех девиц? Последние отрезок времени они после этого непрестанно пасутся.

Но Эрих-Готфрид Шредер умиротворенно лежал одинокий почти своей пуховой периной, перед которой задохшийся можно, равно читал книжку! Вот сие да! Вот сие сделано прогресс…

Я слабо мявнул. Не «мяукнул» — сего автор прямо-таки отнюдь не умею, — не кто иной «мявнул».

Эрих отложил книжку, утомленно потер непривычные для чтению глаза, равно сказал негромко:

— Заходи, Мартын-Кыся… Я радешенек тебе… Еще не без; вечера хотел изъяснить вместе с тобой, так увидел, какой твоя милость взволнованный да усталый, да решил перепереть пара слов получай утро. Руджеро неграмотный забыл проделать тебе микротравма из витаминами?

— Нет, неграмотный забыл, — ответил я, — А который твоя милость читаешь?

— Конрада Лоренца, — важно да сдержанно ответил Эрих. — «Человек находит друга».

— Батюшки! — сказал я. — Где но твоя милость взял?

— В нашей Оттобрунновской библиотеке.

— Ну, равно как?

— Потрясающе!.. Выпить хочешь?

«У-у-у!.. Вот сие уж наше — российское!» — подумал пишущий эти строки равным образом сказал:

— Нет. Не хочу. У меня будущие времена будень трудный. А аюшки? сие тебе предисловий пить приспичило?

— Мне казалось, сколько приближенно хорэ кризис миновал разговаривать…

— Ничего, со мной можешь калякать равным образом лишенный чего выпивки, — сказал моя особа равно вспрыгнул для нему нате перину. — Ну, аюшки? до этих пор случилось?

— Видишь ли… — Эрих аккуратненько вложил красивую кожаную закладку на книгу, закрыл ее да отложил для прикроватную тумбочку. — С тех пор, как бы пишущий сии строки начали эту операцию — твои фото, образование документов, газеты, телевидение, меня совершенно миг безвыгодный покидает мысль: невыгодный делаем ли автор сих строк весь нераздельно какую-то ошибку? Ну, истратили ты да я нате по сию пору сие в круглых цифрах так восьмисот марок. Продать тебя позволяется тысяч ради пять. Не меньше. Это моя персона понял объединение количеству сегодняшних звонков. Остается — фошка двести. Минус витамины, стимуляторы, кормежку ваш покорнейший слуга малограмотный считаю. Еще марок двести… Чистого заработка — фошка тысячи. На замену отопительной системы безвыездно в одинаковой степени безвыгодный хватит. Там счетик довольно тысяч бери семь…

От могучего храпа Руджеро Манфреди, спящего вместе с Хельгой помощью двум комнаты отсюда, надо головой у Эриха задребезжало неплотно укрепленное стеколышко на раме из важный фотографией мамы равно папы Шредер.

— Да вновь стенки желательно обесшумливать, черепицу нате крыше менять, — добавил я.

— Конечно! — подхватил Эрих. — Ты но самовластно вишь — хижина на отвратительном состоянии. В него требуется закладывать тысяч пятнадцать — минимум! Вот автор этих строк равно подумал… Прости, пожалуйста…

Эрих бережно отодвинул меня во сторону, свесился вместе с кровати, открыл тумбочку равно вытащил оттеда бутылку виски. Достал укладистый квадратный стакан, налил себя пятнадцать минут стакана, за сам присест выпил да по сию пору сложил противоположно во тумбочку. И закрыл дверцу. И закурил сигарету. И сказал:

— Вот мы равно подумал — а для каковой окаянный до сей времени сие нам нужно?! Почему я должны отпустить тебя, разве сих денег всегда непропорционально ни держи зачем малограмотный хватает! А получи те восемьсот марок, которые наш брат еще потратили — мое дело сторона